Свет в Сердце Тьмы

Серия «Кристалл Сердца Хранителя», том 4

Эми Бланкеншип, RK Melton

Perevodchik: Ilya_Lobachev

Copyright © 2009 Amy Blankenship

English Edition Published by Amy Blankenship

Second Edition Published by TekTime

All rights reserved.

Легенда о Сердце Времени

Миры меняются, а истинные легенды живут вечно.

С начала времён не прекращается борьба тьмы и света. Миры рождаются и разрушаются по повелению своих создателей, однако вопрос существования добра и зла ещё никто и никогда не смел оспорить. Порой новый элемент возникает в вихре мироздания … то, чем хотят владеть обе стороны, но принадлежать он может только одной из них.

Как это ни парадоксально, Кристалл Сердце Хранителя является тем самым элементом, который обе стороны всегда стремились заполучить себе. Кристалл обладает силой создавать новые и разрушать существующие вселенные. Он обладает мощью, которая способна в одно мгновение прекратить все войны и страдания. Одни говорят, кристалл наделен собственным разумом … другие утверждают, что его создали боги.

Каждый раз, когда кристалл появлялся в поле зрения, его хранители всегда были наготове защитить его от любого, кто намеревался использовать кристалл в своих эгоистичных целях. Личности этих хранителей остаются неизменными, и они любят с одинаковым неистовством, независимо от мира или времени.

Одна девушка является сердцем этих древних хранителей и объектом их любви. Она содержит в себе силу самого кристалла. Она – носитель кристалла и источник его силы. Зачастую границы размываются, и охрана кристалла медленно превращается в охрану жрицы от других хранителей.

Это вино, которым насыщается сердце тьмы. Это возможность сделать хранителей кристалла слабыми и уязвимыми для атак. Тьма жаждет силу кристалла и девушку, как мужчина может жаждать женщину.

Среди множества измерений и реальностей можно найти секретный сад, известный под названием Сердце Времени. В саду стоит статуя преклоненной молодой жрицы. Она окружена многовековой магией, охраняющей ее сокровище втайне от посторонних глаз. Девушка протягивает руки, как будто в ожидании чего-то ценного.

Легенда гласит, что она ждет, когда ей вернут могущественный камень, именуемый Кристалл Сердце Хранителя.

Только Хранителям известна истина, скрывающаяся за возникновением статуи. До того, как пять братьев появились на свет, их предки, Тадамичи и его брат-близнец Хякухей, защищали сердце времени в самые смутные времена. На протяжении веков близнецы защищали печать, которая удерживала мир людей от проникновения царства демонов. Данная миссия была священной: жизни как людей, так и демонов должны были охраняться и держаться в секрете друг от друга.

Неожиданно, во время их правления, небольшая группа людей случайно наткнулась на мир демонов благодаря священному кристаллу. Во время переполоха из-за могущества кристалла в печати появилась трещина, разделившая измерения. Вождь группы людей и Тадамичи стали союзниками, заключив договор устранить трещину в печати и закрыть два мира друг от друга навеки.

Но так случилось, что Хякухей и Тадамичи вдвоем влюбились в дочь вождя людей.

Вопреки желанию Хякухея, трещина была устранена Тадамичи и отцом девушки. Сила печати увеличилась десятикратно, разделив опасный любовный треугольник навсегда. Сердце Хякухея дрогнуло … Даже его собственный кровный брат, Тадамичи, предал его, разделив его и жрицу навечно.

Любовь может превратится в страшное оружие, как только она потеряна. Разбитое сердце Хякухея заполнилось гневом и ревностью. Он вызвал на бой Тадамичи и убил своего брата-близнеца, разорвав связь их бессмертных душ. Из осколков бессмертной души Тадамичи родились пять новых хранителей, которые взяли на себя бремя охраны печати и защиты ее от Хякухея, который присоединился к армии демонов.

Плененный тьмой, в которой он оказался, Хякухей отказался от мысли защищать сердце времени … напротив, он направил всю свою энергию на полное уничтожение печати. Его длинные волосы цвета воронова крыла, ниспадающие ниже колен, и чарующий ангельский лик скрывали настоящее зло.

Когда начинается война между силами света и тьмы, ослепляющий голубой свет исходит из священной статуи, сигнализируя о том, что молодая жрица возродилась, и кристалл появился на обратной стороне.

Как только хранители приходят к ней и становятся ее защитниками, начинается настоящая битва между добром и злом. Отсюда появляется вход в другой мир, где в мире света господствует тьма.

Это одно из их многочисленных эпических приключений…

Глава 1

Веками красная луна знаменовала пришествие несущего смерть. Те, кто видел смертельный знак, прятались в страхе потерять свою жизнь и обрести вечный сон. Вдалеке был слышен крик, разносящийся на мили вокруг, от которого по спине бежали мурашки, пока опасный символ висел высоко в полночном небе.

На опушке леса виднелись два одиноких силуэта: один был раненый, тяжело дышал и крепко сжимал в руке обоюдоострый кинжал. Второй угрожающе нависал над ним – злобная ухмылка искривляла его ангельски красивое лицо. Хищные рубиновые глаза светились в свете полной луны, следя за тем, какое будет следующее движение его жертвы. Неестественно бледная кожа Хякухея, казалось, мерцала в ночи, придавая ему вид ангела смерти.

«Ты погубил нас!» - зарычал Тойя, обнажив свои удлиненные клыки. Его золотые глаза горели отвращением к человеку, стоявшему перед ним. Когда-то его друг ... брат его собственного отца ... теперь его смертельный враг. «Сволочь!»

«Ты говоришь это сейчас с убеждением, но я дал тебе вечную жизнь, обучил тебя, заботился о тебе. Я любил тебя и твоего брата, как родных». Алые глаза сверкнули гневно на дерзкого юношу, стоящего перед ним.

«То, что ты превратил нас в монстров, ты называешь … любовью? Ты украл наши жизни! С моей помощью ты хотел привлечь моего брата на свою сторону! Ты лгал нам, обещая снять проклятие, если мы присоединимся к тебе». Его дыхание вырывалось с сердитым шипением, когда он продолжил.

«Если бы не твое извращенное увлечение моим братом, мы были бы обычными людьми, жили бы обычной жизнью, как семья, а не кровожадными тварями в ночи, в которых ты нас превратил!» Горькие слезы хлынули из глаз Тойя от гнева и предательства … делая их жуткого серебристого цвета.

«Ты глуп, если когда-либо думал, что вы обычные!» В голосе Хякухея скрывалась нотка горечи. «Ты и твой брат ошибочно жаждали того, что никогда не было вашим». На мгновение его голос смягчился под напором воспоминаний о его брате-близнеце … их отце. «Неважно». Его глаза загорелись, когда он снова посмотрел на Тойя. «Ты такой же, как и твой отец … эгоист».

«После смерти вашего отца вы остались на моем попечении! Ты и твой брат мои, а я всегда беру то, что принадлежит мне. Он мне подчиниться, как только я покончу с тобой». Когтистая рука Хякухея согнулась в предвкушении, ему не терпелось почувствовать, как кровь молодого человека капает с их смертоносных кончиков. «Это ты предал свою плоть и кровь!»

Тойя развернулся, слушая ненавистный голос, когда Хякухей замерцал и исчез на мгновение, после чего появился снова с противоположной стороны. Он знал, что беспощадный вампир только играет с ним, но Тойя больше не боялся. Страх умер вместе с ней…

«Зачем ты убил ее?» спросил Тойя – его голос зашипел от гнева и отчаяния. «Ты думал, что убив ее ты получишь кристалл? Никогда! Она отказалась отдать тебе эту силу, и это разозлило тебя. Не так ли, Хякухей?» - закричал он, поворачиваясь в попытке следовать за своим врагом, пока Хякухей кружил вокруг него со смертельным намерением.

«Ни для кого не секрет, что ты хотел овладеть ею сам». Рука Тойя сжала кинжал в ярости, когда он вспомнил затравленный взгляд… запугивание… вид ее безжизненного тела.

«Все, у кого были глаза, могли видеть, как ты смотрел на нее, когда думал, что я или Котаро не обращали на тебя внимание». У него перехватило дыхание, когда на мгновение он вспомнил о том, как он и Котаро любили ее… они сражались за нее против Хякухея и друг против друга. Победителя не было. «Мы наблюдали за тобой».

«Киоко была моей и всегда будет моей!» - закричал Тойя в гневе от того, что потерял ту, которую любил больше жизни… она умерла. Она была светом во тьме, которым стал его мир.

Она была причиной, по которой он выступил против Хякухея. А теперь причины его противостояния больше нет, и Тойя почувствовал, как разгорается огонь в его душе, сжигая его изнутри. Он нашел ее лежащей безжизненной с маленьким кинжалом, пронзившим ее сердце. Глубоко в душе он знал… он и Котаро оба знали… Хякухей каким-то образом убил ее.

Черные глаза Хякухея потемнели еще сильнее, когда он с презрением пристально посмотрел на младшего сына своего брата. «Ах да, неуловимый Кристалл Сердца Хранителя… такая сила не может принадлежать такому глупому ребенку, как ты. Самые могущественные существа отправлялись на поиски Кристалла Сердце Хранителя… ты думал, ты один такой, мой дорогой мальчик? Не только вампиры, но и бессмертные, и чародеи, и даже оборотни едины в своем желании – заполучить такое могущество».

«Разве ты не понимаешь, что случилось бы, если бы Ликан добрался до нее первым?» - глаза Хякухея залились кровью при мысли о Котаро, вожде племени Ликан, получившем такое могущество. Его гнев усилился, когда он вспомнил запах Ликана на ее теле в ту ночь. Ни за что на свете он не стерпел бы такое предательство.

«Нет, глупый мальчишка, я уже позаботился о жрице, которая носила кристалл в себе». Глаза Хякухея ожесточились при мысли о маленькой лжи.

По правде говоря, он не убивал девушку. Она покончила собой, чтобы он не смог заполучить кристалл. Он уже держал ее в своих объятиях, готовый овладеть могуществом, которым она обладала. Могущество, о котором рассказывается в легенде, если ей можно доверять… позволил бы ему, представителю темных сил, проникнуть в мир света… и питаться в нем.

Его пальцы все еще ощущали прикосновение к ее коже. Он стоял за ней… чувствуя жар ее тела, обжигающего его холодную руку. Ее изумрудные глаза на мгновение встретились с его глазами. Он только хотел почувствовать ее вкус. Слишком поздно он увидел кинжал в ее руке, который стремительно исчез в ее груди. Он мог повернуть ее и разделить с ней все, что у него было, но… она отказалась от его щедрого предложения.

Храбрая, но глупая женщина верила, что, убив себя, она навеки закроет для него могущество кристалла. Вечность – это так долго, чтобы пытаться спрятаться от него.

«Она возродится!» - закричал Тойя от боли, что не смог защитить ее от ярости Хякухея. Вина оттого, что он не был рядом с ней, чтобы спасти ее, съедала его изнутри. Она знала, что он был вампиром… творением ночи… и все же не отвернулась от него. Напротив, она подружилась с ним. Киоко доверяла ему безоговорочно.

Мысленно Тойя вернулся в те времена, когда он познакомился с ней… он упал на колени и зарылся руками землю, наблюдая, как капают его слезы. «Прошло так мало времени!» - закричал он безмолвно, отказываясь это признавать.

Он знал ее так мало времени: шесть лунных цикла. Когда он впервые встретил ее… все, что он хотел – забрать кристалл…кристалл, о котором она даже не подозревала, что носит в себе. Но он мог видеть его, сияющий внутри нее… зовущий его. А затем что-то изменилось. Тойя обнаружил, что пытается защитить ее, вместо того, чтобы забрать кристалл у нее.

С тех пор, как она ворвалась в его темный мир, Тойя узнал правду, скрывающуюся за легендой о Кристалле Сердце Хранителя, о вещах, о которых не имел понятия даже Хякухей. Он хотел раскрыть тайну своему брату, но Хякухей лишил его возможности найти Кё вовремя… а теперь уже было слишком поздно.

«Тебе никогда не заполучить ее свет во тьме… я найду Киоко снова и спрячу кристалл от тебя!» - голос Тойя был резким от жажды мести. «Она снова будет жить, и я дождусь ее». Одинокая серебряная слеза скатилась по его щеке незаметно, когда он закричал: «Вместе! Она и я найдем способ, как освободить Кё от тебя!»

Хякухей подошел ближе к Тойя, мрачный смешок вырвался из глубины его груди. «О да, мой дорогой Тойя, она снова будет жить. Кристалл вернется в этот мир, и я буду обладать не только его могуществом, но и девушкой. Что же касается моего дорогого Кё… я уверен, что смогу найти занятие для твоего брата, пока не настанет этот час».

Тойя тихо зарычал, зная, что это была палка о двух концах: «Придержи свои замечания при себе. Я найду способ сделать нас нормальными снова. А ты… я убью тебя!» Ему пришлось заканчивать фразу криком, так как поднялся ветер, злобно завывая над поляной.

Кинжал в его руке сверкнул серебряным светом, едва задев темное одеяние, обрамляющее тело Хякухея. Тойя не мог поверить, насколько быстрым был его соперник, но он был полон решимости. Второй кинжал появился в его другой руке, он взмахнул им, сразу же делая выпад первым.

Хякухей увернулся от смертоносных лезвий благодаря многовековым тренировкам, которые он прошел. Людей так легко победить, и Тойя, несмотря на то, что изменился, все еще думал, как человек… он все еще был ребенком в глазах вампира.

Однако ему пришлось признать, что защита жрицы помогла Тою подняться почти на тот же уровень, что и древние. Спасение жрицы от него имело две причины. Без причины сражаться… сила Тойя сильно уменьшилась.

Хякухей сделал выпад левой рукой, каким-то образом зажав оба запястья Тойя сокрушительной хваткой. Тойя не мог защищаться, когда когти правой руки вампира рассекли его щеку.

Серебряные глаза на мгновение встретились с алыми глазами, когда Хякухей убрал когти. На его губах заиграла улыбка, когда он протянул руку, чтобы нежно погладить рану, которую только что так беспощадно нанес. «Жаль портить такое совершенство… такое сходство с братом». Он слизал капли свежей крови с пальцев, прежде чем добавить: «Но я не могу позволить, чтобы твоя бунтарская любовь отняла у меня Кё».

Почувствовав, что его запястья свободны, Тойя сделал шаг назад и попытался заблокировать следующую атаку, которая пришлась на его торс. Он застонал от боли, когда кровь хлынула из рваной раны в его груди. Прижимая руку к ранам, его золотые глаза широко распахнулись, он попятился назад, и в этот раз Хякухей позволил ему сделать это.

Тойя чувствовал, как сломанные кости в его запястье трутся друг о друга. Ему приходилось концентрироваться, чтобы не позволить кинжалам выпасть из рук. Смотря на существо, которое он ненавидел больше смерти, Тойя пытался отвлечься от боли, зная, что это была не игра… даже вампиры могут умереть.

«Ты глупый ребенок, ты думал, что спасешь своего брата, убив меня? Ты едва можешь удерживать свои клинки, не говоря уже о том, чтобы попытаться убить меня». Хякухей ухмыльнулся, затем его лицо стало безмятежным, злоба внезапно исчезла. Ночной бриз поднял кончики его длинных черных волос, создавая впечатление, будто они были живыми.

«У тебя никогда не было шанса, малыш. Я помогу тебе уйти в мир иной, чтобы ты больше никогда не чувствовал боль» - пробормотал Хякухей, его глаза смягчились, когда он посмотрел на раненого мужчину, как отец, бранящий своенравного ребенка.

Серебряные глаза в гневе вспыхнули красным огнем при этих словах. «Ты никогда не заполучишь моего брата, Сьюкин сын! До тех пор, пока он дышит, Кё не позволит тебе победить, и я тоже!» - закричал Тойя, бросившись на фигуру, одетую в черное одеяние, в последней попытке спасти свою бессмертную душу.

Хякухей исчез в мгновение ока, прежде чем кинжал Тойя смог проткнуть холодное сердце, спрятанное глубоко внутри его тела, неподвластного времени. Пронзительные красные глаза сверкали в жажде пролить кровь молодого человека, который осмелился бросить ему вызов.

Его темная фигура, парящая высоко в небе, на мгновение замерла, прежде чем атаковать свою жертву.

Чувства Тойя сигнализировали об опасности, он чувствовал приближающуюся опасность для его жизни, но его навыков не хватало, чтобы определить, откуда появится его противник. Он неистово искал вокруг, но его чувства притупились от потери крови из полученных ран… а также из раны в его сердце – Тойя чувствовал, как в нем поднимается страх.

Его сердце сжималось от слов, брошенных в него так званым «отцом». «Я не могу позволить выиграть тебе, монстр. Жизнь моего брата зависит от этого», - прошептал Тойя сквозь затрудненное дыхание, при этом его слова громыхали в его ушах.

Тень страха пробежала по его спине, когда он посмотрел на ночное небо. Его глаза стали шире от ужаса при виде приближающейся опасности. «Так… вот на что это похоже», - промчалась мысль в его измученный разум.

Он пытался пошевелиться, но его удерживала неведомая сила. Их глаза встретились, излучая смертоносный свет. Красные глаза проникали в его душу, и Тойя понимал, что смерть его близка.

Крик, застрявший в его горле, сменился булькающим звуком. Его серебряные глаза снова стали золотистыми, встретившись с ярко-красными глазами его убийцы. Казалось, время остановилось. Его тело онемевало, он медленно посмотрел вниз между их телами.

Слезы хлынули из глаз Тойя, когда их яркий золотой цвет начал увядать. «Я подвел тебя, прошу прости меня… Киоко… Кё», - были его последние мысли на последнем вздохе.

Он чувствовал, как биение его сердца отдалялось, а боль утихала. На последних ударах сердца начали раскрываться тайны, и он безмолвно прошептал с тревожным удивлением: «Киоко… как долго ты был здесь?»

Наблюдая с глубоким чувством удовлетворения, фигура в черном с пылающими красными глазами ухмылялась от удовольствия. Они медленно опустились на утоптанную землю. Его когтистая рука проникла глубоко в грудь молодого человека с глазами, подобными солнцу.

Хякухей злобно вырвал сердце, которое перестало биться.

Глядя в безжизненные глаза Тойя, он прошептал: «Мне всегда было интересно, какими были бы глаза Кё, когда он будет плакать… Бьюсь об заклад, они будут прекрасными». Он наклонился и поцеловал Тойя в лоб, прежде чем встать и повернуться к фигуре, которая только что приземлилась на некотором расстоянии позади него.

Садистская улыбка появилась на его губах, когда он протянул истекающее кровью сердце и ждал, когда Кё приблизится к нему. «Для тебя, мой любимец, теперь ничто не стоит между нами», - его голос прозвучал сквозь ночной бриз.

Глаза Кё сузились в отвращении, когда он посмотрел на источающее кровь сердце, протянутое ему. Неужели Хякухей был мертвым так давно, что смерть для него – это подарок?

С отвращением Кё отвернулся от возмутительного зрелища. Он почувствовал страдания своего брата и пришел проверить, в чем было дело. Вместо этого, он обнаружил своего названого «отца» и больше не ощущал ауру своего брата.

Что-то было ужасно неправильным, и Кё чувствовал, как по его телу пробежала нервная дрожь.

Он не видел, кому принадлежало сердце, из которого все еще вытекали последние капли жизни в руке древнего вампира, так как Хякухей закрывал собой тело. Его раздражало, что это мешало искать ему своего младшего брата. Уже больше года он не видел его, но сегодня… он знал, что Тойя нуждался в нем. Для Кё, возможно, было очень важным почувствовать зов так сильно.

Почувствовав, что человек перед ним стоял в ожидании, золотые глаза Кё встретились с глазами Хякухея. «Чью душу ты украл в этот раз?» - спросил он с презрением в голосе.

«Почему бы тебе не подойти и не посмотреть, мой любимец? Я уверен, что ты сильно удивишься. Это мой подарок тебе». С понимающей улыбкой, озарившей его темные черты, Хякухей сделал шаг в сторону, открыв вид на его жертву. Неспешно показав рукой на Тойя, он повернулся, чтобы взглянуть на тело, лежащее на земле.

Взгляд Кё последовал за жестом Хякухея, когда он медленно подошел ближе, смущенный такой важностью этой жертвы. Его золотые глаза широко распахнулись при виде согнутой фигуры, лежащей в грязи, когда зловещий приступ тревоги пробежал по его спине. Его сердце начало бешено колотиться, когда он увидел знакомые светящиеся серебристые пряди, проступающие среди черных волос, теперь уже потускневшие от крови и грязи, закрывающие лицо мужчины, как будто скрывающие его истинную сущность.

Он почувствовал, как все его существо кричало от ярости и отрицания осознания того, что он смотрел на растерзанное тело его пропавшего брата.

«НЕТ!» - прорычал Кё, откинув голову назад. Слезы наполнили его глаза, когда он повернулся лицом к тому, кто был ответственным за это. «Что ты наделал?» - прорычал он, бросившись вперед и остановившись в нескольких дюймах от убийцы его брата. Его солнечные золотые глаза источали кроваво красный свет… удлиненные клыки обнажились, как у бешеной собаки. Сжимая свою когтистую руку, он ждал признания с едва сдерживаемой яростью.

«Только то, что я должен был сделать с самого начала… устранить того, кто не ценил тебя так, как я ценю». Выражение Хякухея смягчилось на мгновение, когда он смотрел на своего любимого ребенка.

Он дал Кё все свое внимание и любовь, подарив ему бессмертие… и все же Кё не был счастлив. Именно печаль в золотых глазах Кё привлекала его так сильно… его одиночество напоминало собственную меланхолию Хякухея. Затем он привлек брата Кё, Тойя, в надежде заполучить расположение его драгоценного любимца. Но… это только еще больше расстроил Кё.

Хякухей смотрел, как горькие слезы собирались в глазах Кё, и знал, что был прав… Кё был божественен, когда плакал.

В этот момент что-то надорвалось в глубине души Кё – скорбный крик вырвался из его груди, сотрясая землю. В слепой ярости он атаковал убийцу своего брата, обнажив клыки и выпустив когти. «Я вырву твое сердце и оставлю тело на растерзание ночным тварям за то, что ты натворил!»

С легкостью злодей увернулся от атаки и одним движением прижал Кё к земле. Со спокойствием, не присущим его темному естеству, Хякухей склонился к нему ближе, его взгляд остановился на лице, которое преследовало его так долго… лице его собственного брата.

«Я сделал то, что было необходимым для нас. Тойя не хотел, чтобы ты получил мой подарок и пытался забрать его у тебя. Со временем ты поймешь», - прошептал он, когда его мягкие губы на мгновение коснулись рычащих губ, произнося эти слова.

С силой, которую он от себя не ожидал, Кё отбросил обидчика на двадцать футов от своего дрожащего тела. С отвращением тыльной стороной руки он вытер рот и зарычал в гневе.

«Ну, ну, малыш, успокойся», - мужчина проворковал, поднявшись и стряхивая с себя пыль. Его глаза засветились обещанием, когда его тело слегка мерцало, после чего он растворился в ночи. «Я буду наблюдать… ждать тебя… мой любимец».

Мир Кё пошатнулся, когда он посмотрел на безжизненное тело своего брата. «Я отомщу за смерть моего брата и потрачу вечность, если необходимо, чтобы настичь тебя. Когда я найду тебя, ты за это заплатишь… Хякухей…»

Дрожа, он опустился на колени и нежно прижал тело Тойя к своей груди, поглаживая его голову. Волосы его маленького брата упали с его лица, и взгляд Кё затуманился, когда он безуспешно пытался сдержать поток слез. Выглядело так, будто Тойя просто спал… мирно впервые за долгое время.

Он смотрел, как слезы капли на щеку Тойя, и чувствовал, как его сердце разрывается на куски. Крепко прижимая своего любимого брата к себе, Кё прошептал дрожащим голосом: «Тойя, прошу прости меня… за то, что не успел». Он запнулся, когда зажмуриляс от боли. «Я знал, что был нужен тебе… я должен был спасти тебя».

Кё вспомнил тот день, когда Хякухей превратил его в то, чем он был сейчас… на следующий день после смерти его отца. Кё знал, что Хякухею нужен был только он… а Тойя был всего лишь ребенком. Поэтому, чтобы защитить Тойя… Кё ушел со своим дядей, даже когда его маленький брат плакал и просил не уходить.

Он все еще помнит недоверие в больших золотых глазах Тойя, когда он посмотрел на Хякухея, который осмелился забрать у него его старшего брата. Именно это воспоминание о том испуганном взгляде помогло Кё остаться вдали от своего брата в течение нескольких лет… чтобы защитить его.

Когда Тойя стал старше, Кё почувствовал, что хочет увидеть его…втайне посещая его и наблюдая за ним на расстоянии… наблюдая за жизнью своего брата, которую он не мог прожить. Наблюдение за Тойя из темноты было единственным счастьем Кё в те темные времена. Он часто проникал в спальню Тойя, чтобы посмотреть, как он спит.

Если бы он знал, что Хякухей следил за ним и видел, как он наблюдал за Тойя… он бы никогда не подверг брата такой опасности. Его дядя превратил Тойя в вампира, потому что он думал, что этого хотел Кё. Это была его вина, что Тойя умер в первый раз.

Тойя сражался с их дядей, как во время превращения, так и после него. Когда их спор стал более жестоким, Кё пытался отвлечь внимание Хякухея от своего брата. Тогда Тойя начал говорить о лекарстве для вампиров… Кристалле Сердце Хранителя. Он поклялся, что найдет его и излечит их обоих.

Тойя нашел свое лекарство… в смерти.

Изо всех сил стараясь не смотреть на пустоту, где ранее было сердце брата, Кё встал и унес тело Тойя с поляны, чтобы предать его земле надлежащим образом.

Он больше не чувствовал присутствие Хякухея, но знал, что тот был рядом, следил за ним каким-то образом… всегда следил за ним. Кё понимал теперь, что ему нужно было уйти, скрыться, пока не станет достаточно сильным, чтобы победить зло, которое украло единственного дорогого для него человека – его младшего брата. Он ушел в темноту, оставив поляну, в полной тишине.

Камуи с облегчением вздохнул, когда браться ушли, и опустил свою невидимую защиту вокруг побитого тела Котаро. Рассматривая Ликана, Камуи знал, что займет немало времени, прежде чем раны Котаро заживут… не только раны на его теле, но также раны, которые также глубоко врезались в его сердце.

«Ну же», - прошептал Камуи, подтягивая одну из рук Котаро через его плечи и помогая ему встать. «Хякухей не ушел далеко, поэтому мне нужно забрать тебя с открытого пространства». Его глаза мерцали радужной пылью, когда он пытался удержать свои собственные слезы. Это было понапрасну, потому что он чувствовал, как они катятся по его щекам, оставляя горячие следы.

Так много было потеряно всего лишь за пару ужасных часов… теперь он знал, что было темнее ночи на самом деле. Он не может потерять Котаро.

«Я не ненавидел его настолько сильно», прошептал Котаро, смотря подавленно на то место, где лежало тело Тойя всего несколько мгновений назад. Они оба любили Киоко, и она, в свою очередь, проявляла симпатию к ним обоим… никогда не выбирая кого-то одного, когда они сражались… до сегодняшней ночи. Судьба дала ему всего несколько коротких часов… по крайней мере, Тойя не знал об этом.

Его рука сжалась в кулаке. Тойя сошел бы с ума… но он был бы жив. «Я бы лучше выдержал его гнев… но не это… не это». Его голос задрожал.

Они оба пытались защитить ее, а теперь Тойя… светло-голубые глаза Котаро наполнились слезами: «Я никогда не ненавидел его».

«Он знает об этом», - сказал Камуи, ведя Котаро в направлении единственного безопасного места, о котором он знал… в дом чародея Шинбэ. Он должен рассказать своим друзьям о судье Тойя… и Киоко. Шинбэ должен знать, что делать, он всегда знает.

«Я убью этого ублюдка Хякухея», - прорычал Котаро, пытаясь вырваться из рук Камуи, его природа Ликана проявлялась в полной мере. «Он убил ее… он убил Тойя из-за нее. Когда я найду его, он пожалеет, что не родился человеком».

Тело Котаро задрожало, как от порыва ветра. Он знал, что Тойя был намного сильнее, чем он мог себе представить, но без необходимости защищать Киоко… Тойя утратил желание сражаться. Хякухей знал об этом, прежде чем началась битва.

Печаль Тойя сделала его опрометчивым… нетерпеливым. «Если бы он только подождал… всего несколько мгновений. Кё мог бы спасти его», - печаль отражалась в каждом звуке, когда Котаро в гневе вытирал слезы, тихо скатывающиеся по его щекам.

«Я хотел спасти их обоих… Киоко», боль его ослабленного тела была невыносимой, когда он закрыл светящиеся светло-голубые глаза, погрузившись в небытие, которое ненадолго смягчило его боль.

Камуи кивнул, подняв безвольное тело Котаро, и понес его. «Ты сделал уже достаточно. Отдохни пока», - прошептал он. «Теперь моя очередь спасать кого-то».

Глава 2

В предрассветный час Камуи склонился над безымянной могилой. Двое мужчин, которые стояли по обе стороны от него, было все, что у него осталось. Он видел, как Шинбэ использовал свои телекинетические силы, чтобы убрать землю из могилы Тойя и расширить ее для двух тел.

У Шинбэ и Котаро на лицах застыло одинаковое выражение… печаль и упрямая сила. Камуи знал, что они пытались остаться сильными ради него, но он видел грусть, которую они оба скрывали.

Они смотрели на могилу… ощущая болезненную реальность всего происходящего. Не так все должно было закончиться… добро не должно было проиграть… или умереть. Шинбэ помог им принять решение о том, что делать. Найдя тело Киоко, они принесли ее к могиле, где Кё похоронил своего брата, и похоронили их вместе.

Тойя бы хотел этого… казалось, это было единственно правильным решением.

Камуи не смог нести тело Киоко к могиле, когда они обнаружили ее. Не кровь вокруг нее мешала ему. Было невыносимо видеть кого-то столь доброго и чистого, кто однажды источал так много света, что было больно смотреть,… лежащим в темноте с открытыми, но безжизненными глазами.

Ощутив шок Камуи и увидев его дрожащие руки, Котаро подошел и поднял ее нежно на руки, пытаясь не обращать внимание на окоченение ее тела. В тот момент он не чувствовал ничего, кроме гнева и печали. Если бы он думал о другом… насколько сильно он любил ее, его колени бы подогнулись… печаль тяжким грузом давила на его плечи.

Было достаточно увидеть лицо Камуи, чтобы взять свои эмоции под контроль. Камуи не был ни человеком, ни порождением тьмы… независимо от того, кем он был… его сердце было разбито. С этого момента, Котаро решил следить за ним, даже если бы это не требовалось мальчику.

Камуи вытер слезы, пытаясь быть сильным, как Котаро и Шинбэ. Его взъерошенные пурпурные волосы развевались на ветру, когда он смотрел на свежевскопанную землю. Он снял свою одежду и заботливо окутал их, чтобы увеличить силу заклинания, которое он собирался произнести.

Закрыв блестящие глаза, он сплел пальцы, когда из его спины взметнулись крылья, зашуршав перьями. Они переливались такими яркими цветами, что человеческий глаз не мог их различить.

Шинбэ и Котаро удивленно отступили, внезапно осознав, кто такой был Камуи. Слово «ангел» застыло у них на губах, но он выглядел таким печальным. Как ангел с разбитым сердцем… падший ангел.

Осторожно Камуи вынул перо из его правого крыла и протянул руку ладонью вверх. Печальное и безмятежное выражение его лица не изменилось. Его глаза светились надеждой, когда он быстро провел пером, которое внезапно стало острым, по ладони, оставив неглубокий порез.

Темно-красная жидкость наполнила его ладонь, Камуи медленно сжал кулак, прежде чем протянуть руку над безымянной могилой. Священные капли его крови упали на землю, заставляя ее светиться неземной голубой энергией.

Все, что оставалось Шинбэ и Котаро – шокировано стоять и наблюдать за происходящим. Они не осмеливались пошевелиться, чтобы не нарушить ритуал Камуи. Они оба понимали, что стали свидетелями невероятного события и, без сомнения, больше никогда его не увидят снова.

Воздух вокруг Камуи завертелся в круговороте, окружив его флуоресцентным синим светом. Его звенящий голос делал его старше и мудрее, чем они могли вспомнить. Он отражался от небес, пугающий звук, который разносился на мили вокруг, заставляя цепенеть всех, кто его слышал, в благоговении перед его могуществом.

«Пройдет тысяча лет…

Мы будем жить для тебя…

Кровь хранителя…

Исполнит пророчество…

Две души воскреснут…

И появятся на свет…

И суждено им сразиться с темной магией ночи…

Бессмертные, возьмемся за мечи…

Защищая вновь родившихся от тьмы…

Предадим наших врагов земле…

Оставив одно желание … жить на светлой стороне».

Когда круговорот окружил Камуи, из каждого крыла оторвалось по одному светящемуся перу и закрутились в круговороте… поворачиваясь как два маленьких кинжала, после чего опустились на могилу. Сверкающие перья на несколько мгновений торчали в земле, прежде чем погрузиться в землю и слиться с душами его друзей.

Камуи упал на колени на землю, когда закончилось заклинание, и по земле во все стороны прокатилась ударная волна. «Когда мы встретимся снова, Киоко… Тойя», - прошептал Камуи, ощутив внезапное одиночество. «Возможно, следующая жизнь будет лучше и светлее».

Шинбэ продолжал молчать рядом с ним, больше всего желая самому разрыдаться… но он не мог позволить себе такую роскошь. Хякухей все еще был рядом, и он знал, что вампир с черным сердцем со временем придет за ним. Враг узнает, что они сделали. Он сотрет все следы, которые сможет.

Шинбэ опустил руку в карман и достал небольшую аметистовую бутылочку, наполненную безвременным магическим порошком. Слегка осыпая землю порошком, он сделал круг вокруг могилы, чтобы защитить ее от посторонних взглядов. В то же мгновение, земля стала твердой, скрыв расположение новой могилы.

Глаза Шинбэ засветились таким же цветом аметиста, когда он прошептал слова, которые мог понять только он один.

Он чувствовал, как вековая связь братьев, которые сражались в вечной битве против тьмы, прожигала его душу, становясь символом защиты на могиле. Над местом, где упокоились его друзья, цвели цветы, посаженные без семян. На колючих лозах цвели цветы пяти цветов: серебряные, золотые, светло-голубые, аметистовые и мерцающие радужные.

«Я ухожу», - сказал Шинбэ после длительного молчания. Он не хотел, чтобы его присутствие раскрыло местонахождение друзей, и знал, что ему время уходить. Он взглянул еще раз на куст с разноцветными цветами. Тойя и Киоко теперь были защищены от Хякухея, и их заклинание нельзя разбить.

А пока… это все, что он мог предложить им, кроме печали.

Камуи взглянул на чародея, потрясенный этим новым событием. «Что? Но… почему?» - он широко распахнул глаза в момент паники… неужели все оставят его? Разве смерть Тойя и Киоко не была достаточным основанием?

Почувствовав, как страх поднимается в Камуи, Шинбэ положил твердую руку на плечо своего друга и попытался объяснить: «Ты знаешь также хорошо, как и я, что Хякухей со временем узнает, что мы здесь сделали». Он посмотрел через плечо Камуи на Котаро, зная, что Ликан поймет, почему он должен уйти.

«Ты сможешь скрыться от его вездесущего ока… но у меня нет такой силы. Я смогу спрятаться, но не уверен, надолго ли», - Шинбэ медленно выдохнул и посмотрел на луну, висящую низко в небе. «Мои дни сочтены, - мягкая улыбка появилась в уголках его губ, как будто он знал секрет, - так тому и быть».

«Я сяду на судно, следующее на запад, через океан. Там у меня будет больше шансов скрыться от Хякухея и, возможно, даже найти способ пройти реинкарнацию одновременно с нашими дорогими друзьями». Он надеялся, что говорит правду. Он понадобится им, когда придет время.

Камуи посмотрел на могилу под ним, затем снова на своего друга с большим спокойствием, чем он чувствовал, с тех пор как началась эта кошмарная ночь. Он не хотел, чтобы Шинбэ был следующей жертвой, да, он понимал это. Он осторожно вынул радужное перо из своего правого крыла и прижал его к шее Шинбэ.

У Шинбэ перехватило дыхание, когда перо стало ярко светиться, прежде чем раствориться под кожей. Он посмотрел вниз и увидел едва заметные очертания пера ниже горловины его мантии.

«Это поможет, когда придет время», - сказал Камуи с улыбкой и крепко обнял Шинбэ с пониманием. Он не потеряет Шинбэ еще долгое время … несмотря ни на что.

«Мы увидимся снов, мой друг», - прошептал Шинбэ, прежде чем вырваться из объятий Камуи. Он кивнул Котаро, зная, что Ликан присмотрит за Камуи вместо них всех. Шинбэ оглянулся на могилу, затем оторвал взгляд и наклонил голову, чтобы пряди волос скрыли его печаль. «Пусть будет так», - прошептал он снова, исчезая в окружающей темноте.

«Ты готов, приятель?», - тихо спросил Котаро, повернувшись спиной к могиле. Он знал, что не мог больше оставаться. Шинбэ был прав… чем дальше они будут, тем лучше будет защищено заклинание.

Камуи хотел нахмуриться, услышав, как Котаро только что назвал его, но не смог. Его сердце было похоронено в земле у его ног, и даже если бы это заняло вечность, он бы проследил, чтобы Хякухей заплатил за свои преступления.

«Да», - сказал Камуи, вытирая глаза рукой. «Я готов».

Котаро положил руку на его плечи и повел прочь. Ликан почувствовал, что больше не может плакать из-за женщины, которую он любил всем своим естеством. Он чувствовал, как будто кто-то вырвал душу из его тела, разорвал в клочья и вернул только половину.

Если заклинание Камуи и Шинбэ сработает, он снова увидит свою возлюбленную Киоко. Он не смог сдержать улыбку при мысли о том, какую реинкарнацию придется пройти ему и Тою, чтобы добиться ее расположения. Он бы с удовольствием снова сражался за нее, лишь бы Тойя вернулся. В конце концов, он любил их обоих.

Он боролся с желанием оглянуться на могилу. «Тысяча лет – долгое время для ожидания, но я буду рядом… Киоко».

*****

Прошло больше тысячи лет… Наши дни.

Одинокая фигура стояла на крыше самого высокого здания и наблюдала за многолюдным городом внизу. Его черты никогда не выдают мучительных воспоминаний о теле его единственного брата, лежащего одиноко и безжизненно в холодной твердой земле уже много веков. Его некогда теплое сердце, которое билось в его груди, разорвал своими когтями садистский монстр, создавший их обоих.

Он сделал все, что было в его силах, чтобы отдалиться от того зла, которое молчаливо окружало его. Наподобие людей, которые населяли этот мир, он питался только животными, которыми его обеспечивала природа. Несмотря на то, что ему досталось только темное время суток – проклятие вампира – он не стал тем демоном, которым намеревался сделать его дядя.

За последние несколько лет что-то его будоражило… страстное желание, которое он не мог понять и уже более тысячи лет не ощущал.

Воспоминания, которые никогда не уходили, вновь всплыли перед глазами Кё: когда-то невинный молодой человек, который наполнил его жизнь счастьем, даже в мире тьмы. Тойя… Он был так полон жизни… его смеющиеся золотые глаза и невинность ребенка. Он снова почувствовал приступ вины за то, что не смог защитить своего младшего брата.

Солнечно-золотые глаза, которые ожесточились от сотен лет одиночества, источали кровавый свет при воспоминании об обещании, которое ему еще предстояло выполнить. По окончании каждого десятилетия Кё становился намного сильнее. Много раз он приближался к объекту своей ненависти и гнева, но он каждый раз скрывался от него.

Он ни за что не успокоится, пока гнусное существо, которое он искал, не будет извиваться в агонии у его ног, а его душа падет в ад, который ждет его уже очень давно.

Взгляд Кё был прикован к единственному умиротворенному месту во всем городе … тихому парку в центре. «Такие места не должны находиться рядом со злом», пробормотал он в ночи. Спрыгнув со здания, Кё продолжил свой поиск, как делал это уже много веков. Хякухей готов заплатить своей собственной жизнью, чтобы забрать у него того единственного, кто что-либо значил для него. Его брат был потерян навеки и никогда не вернется.

«Тойя…», прошептал Кё, исчезая в ночи, оставляя позади себя образ падшего ангела…

*****

Парк всегда был тихим в это время дня. Был полдень, и солнце все еще было высоко в небе. Котаро лениво прогуливался среди деревьев рядом с центром, где возвышалась огромная глыба мрамора. Он понятия не имел, откуда она здесь взялась… она была там, сколько себя помнит, она была даже старше самого города. Все, что он знал наверняка – это то, что ощущал всепоглощающее чувство умиротворения, когда находился рядом с ним.

«Кто бы мог подумать, что кусок скалы будет вызывать такие безмятежные мысли?» пробормотал Котаро.

Перейдя на другую дорожку между деревьями, он направился к камню, чтобы посмотреть на него еще раз. Даже если бы он был полностью счастлив в этот день… ощущение того, что камень все еще находится на месте делает его более счастливым.

Котаро остановился, когда подошел к центру, где находился камень, и нахмурился, увидев человека, сидящего в позе йоги сверху на камне, положив локти на колени, а подбородок уперев в ладони. Легкий ветерок шевелил короткие пурпурные волосы, что делало молодого человека похожим на ребенка.

«Какого черта ты здесь делаешь?» спросил Котаро.

Камуи ухмыльнулся, несмотря на него. Вместо этого, он кивнул в направлении колледжа вдалеке. «Жду, когда начнутся занятия».

Котаро покачал головой и пошел дальше, прежде чем остановился и повернулся лицом к Камуи. «О чем ты говоришь? Ты даже не ходишь в эту школу».

Камуи подмигнул, прежде чем медленно исчезнуть в вихре сверкающей радужной пыли: «Я знаю».

Котаро уставился на пыль, кружащую вокруг, прежде чем она исчезла полностью. «Иногда этот юноша – такая загадка», обратился он к пустому месту, после чего его глаза опустились, как бы лаская камень. Он слышал звук ног, бегущих по тротуару, но не обращал на них внимание, пока кто-то не дотронулся до его плеча. Он буквально подпрыгнул и обернулся, чтобы увидеть, как Хото и Токи наклонились вперед, упираясь руками в колени, пытаясь отдышаться.

«Что заставило вас так торопиться?» спросил Котаро с усмешкой, вернув самообладание.

Хото помахал листком бумаги перед ним: «Для тебя… из полиции… важно».

Котаро взял листок: «Из полиции, да? Должно быть что-то очень важное, что заставило вас двоих пробежать марафон».

Токи кивнул, прежде чем завалиться на бок, чтобы отдохнуть. Хото просто упал на колени и положил голову на траву.

«Вы двое - самые большие слабаки, которых я когда-либо видел», - добродушно пожаловался Котаро.

«В боку колет», простонал Токи. «Нужно вернуться… обратно… в офис… с кондиционером».

Котаро вздохнул обреченно и оставил их подпекаться на солнцепеке, прежде чем открыть записку. Он сжал кулак, смяв листок бумаги, который только что получил из полицейского участка, находящегося неподалеку от колледжа. Еще одна девочка пропала бесследно. Он провел много времени, расследуя пропажи многих молодых девушек, что в итоге привело его к колледжу, где он теперь был начальником службы безопасности.

Его мысли мгновенно вернулись к его возлюбленной Киоко. Он нашел ее снова и, как он и ожидал,… Тойя был неподалеку. Единственное, что его удивило, был тот факт, что Тойя переродился обычным… человеком, или это только так казалось.

Иногда он мог чувствовать настоящего Тойю, лежащего прямо под землей… не осознающего своего собственного существования, но пока эта его часть оставалась спящей. «И на том спасибо». Котаро взволнованно провел рукой по развеваемым ветром волосам.

Его вполне устраивало, что никто из них не помнил прошлое… это были воспоминания, которые не стоило помнить. Жаль, что у него не было такой же привилегии забыть… воспоминания остались вместе с ним… часто заставляя его просыпаться ночью в холодном поту.

Выйдя из парка, он обнаружил, что стоит на каменной дорожке перед колледжем. Котаро поднял светло-голубые глаза в направлении, где жил Киоко. Он нахмурился, так как на его лице отразилось беспокойство, и у него возникло внезапное желание проверить «свою женщину».

Его длинные черные волосы были перетянуты лентой. Остальная часть волос от челки до макушки развевались на ветру, что придавало ему вид хулигана, но это не портило его. Такая внешность уже сыграла ему на руку несколько раз за последние годы.

Его тело было высоким с тонкими мускулами… но внешний вид может быть обманчивым. У него не было ни унции лишнего жира, и он был сильнее чем пятьдесят мужчин вместе взятых. Единственные люди, которые знали о его нечеловеческой силе, были те, кто осмелился задать ему трепку или встать у него на пути. И те немногие были слишком напуганы, чтобы сказать хоть слово. Никто в колледже не знал секрет Котаро, и он хотел, чтобы так и оставалось.

Котаро нес ответственность за безопасность каждого человека, который находился на территории колледжа, будь то посетитель, студент или преподаватель. Девушки стали исчезать здесь примерно месяц назад с пугающей скоростью.

В глубине его груди возникло тихое рычание, когда он вдохнул запахи, окружающие его. В воздухе повис древний запах… зла. Он приближался к тому, кто был ответственным не только за исчезновение девушек… он чувствовал это. Откинув эти мысли в сторону, он быстро зашагал к близлежащим квартирам, где проживали многие невинные студенты колледжа.

Он собирался проверить Киоко, и если бы она позволила ему, его глаза зазывно потемнели… он бы остался рядом с ней до конца своих дней… или ночей. Он только надеялся, что Тойя не болтался рядом с ней сегодня опять. Он не хотел ее ни с кем делить. В конце концов, она действительно была его женщиной, и этому «мальчику» придется спуститься на землю.

На мгновение он замедлил шаг, осознав всю иронию ситуации… он был рад, что Тойя, по крайней мере, снова обрел жизнь. На его лице появилась почти веселая ухмылка, когда он представил, как угрожает этой жизни, если не перестанет постоянно преследовать Киоко.

Одна только мысль о том, как она сидит рядом с ним на удобном диване, ест попкорн и смотрит какой-нибудь низкосортный фильм, звучит как идеальный вечер. Примерно так они проводили время, по крайней мере, один раз в неделю и для него… это была лучшая часть недели. Он непрерывно проводил время с рыжеволосой красавицей. Не имело значения, смотрят ли они фильм или просто сидят на ее диване и разговаривают… ему просто нравилось ощущение, что она прижималась к нему. Котаро удовлетворенно ухмыльнулся, задаваясь вопросом, каково это – всегда быть рядом с ней… днем и ночью.

Его ухмылка исчезла при следующей мысли… Киоко, на самом деле, все еще не отдавала предпочтение ему перед Тойя. По крайней мере, не в этой жизни. «Некоторые вещи никогда не меняются». Он посмотрел вверх, как будто посылая молчаливое саркастическое «спасибо за любую помощь в этом деле» тому, кто мог слышать это. Что-то подсказывало ему, что у богов было ужаснейшее чувство юмора.

*****

Выпускные экзамены, наконец, закончились, и Киоко пела эти слова весь день. Она была хорошей девочкой и училась до потери пульса, но все это окупилось. Она просто знала, что выдержала эти ужасные тесты. Одна только эта мысль заставляла ее танцевать всю дорогу назад домой.

На самом деле, первое, что она сделала, как только переступила порог квартиры, - зашвырнула свои книги через всю гостиную, как если бы они были заражены, и, наконец, поддалась побуждению… исполнив импровизированный «счастливый танец» прямо в дверном проеме. Похоже, в ней все-таки осталось немного фанатика.

За этим сразу же последовало ее собственное исполнение танца тачдаун, который она однажды видела в исполнении Тойя, когда он тряс задницей всю дорогу по коридору до ванной, чтобы принять горячую ванну с пеной. Затем Киоко решила, что если она собирается это сделать, то все должно быть сделано правильно, пошла, чтобы включить стереосистему, и схватила несколько свечей.

К тому времени, как ванна наполнилась, она все еще издавала победные звуки, быстро сняла свою одежду, бросив ее, куда ей заблагорассудится. «Скорее всего, я обнаружу, что мое нижнее белье свисает с потолочного вентилятора, когда я закончу», - подумала она про себя, затем пожала плечами и шагнула в воду.

Она погрузилась дальше в ванну, позволяя пузырькам, плавающим по верху, ласкать ее шею и плечи. Ее изумрудно-зеленые глаза, которые иногда источали искры в мгновение ока, светились удовлетворением.

Ее каштановые волосы были беспорядочно уложены на макушке, а шелковистая гладкая кожа теперь скрывалась под пузырями. Она была счастливой девочкой… и все, что она хотела на самом деле, - это расслабиться до конца дня. Немного тихой музыки на заднем плане, несколько приятно пахнущих свечей, зажженных вокруг ванной, и это была идеальная обстановка.

Она закрыла глаза, зная, что его образ скоро станет четким… словно ожидая ее. Это был ее секрет, который она должна была сохранить.

Светло-голубые глаза наблюдали за ней изнутри. Он так много раз снился ей по ночам, что теперь она могла вызывать их даже в часы бодрствования. Чем глубже она погружалась в сон, тем более реальным он становился, пока не казалось, что он действительно здесь… стоит на коленях у ванны.

Его губы изогнулись в чувственной ухмылке, когда он протянул руку и взял у нее мочалку… его глаза стали яркими, как голубое пламя.

«Мечты прекрасны», - прошептала она, повернув голову набок, позволяя ему делать то, что он хотел.

«Дзинь, дзинь». Один из самых раздражающих звуков в мире эхом разносился по всей квартире. Киоко рванулась вперед в ванной, выплескивая воду через край на кафельный пол. Подняв руку к щеке, она почувствовала жар и покраснела, когда снова зазвонил телефон.

«Проклятье!» Она быстро встала, зная, что за телефоном нужно пройти через всю гостиную. Выйдя из воды, она схватила шелковый халат со стойки и, обернув его вокруг себя, побежала отвечать.

Понимая, что оставляет за собой лужу воды, она мысленную отметила, что должна не забыть взять с собой беспроводной телефон в ванную в следующий раз.

На другом конце провода Сьюки стучала ногтями по кухонной стойке, желая, чтобы Киоко поторопилась и добралась до телефона в конце концов. У нее было мучительное чувство, что Шинбэ будет здесь с минуты на минуту, и она не хотела, чтобы он знал что-нибудь о ее планах.

Она услышала щелчок на другом конце провода. «Наконец то!»

Киоко оторвала телефон от уха, чтобы взглянуть на него, затем снова приложила к уху. «Сьюки, я была в ванной!» Киоко чуть не заскулила, когда с тоской посмотрела на дверь ванной, где, как она знала, вода все еще была горячей и пахла жасмином. Это побуждало ее вернуться к наслаждению… и сон тоже. Она закусила нижнюю губу, отводя взгляд от того, что так желала.

«Ты стоишь голая?» Сьюки хихикнула, зная, что Киоко легко краснела.

«Сьюки!» Киоко крикнула в трубку. У ее подруги было искаженное чувство юмора, которое, вероятно, возникло из-за того, что она слишком много общалась с Шинбэ. Она шаловливо ухмыльнулась, отвечая: «Тебе что-то нужно? Я принимаю горячую парную ванну, которая зовет меня, а ты прерываешь мое маленькое свидание».

«Свидание?» Сьюки посмотрела на телефон и закатила глаза. «Тебе определенно нужна помощь, Киоко. Ты когда-нибудь слышала о романтике в ванной в одиночку? По крайней мере, включи воображение и подумай о сексуальном мужчине, который моет тебе спину». Она сердито вздохнула, не зная, что только что потрясла Киоко до глубины души тем, насколько близка была ее мысленная картина.

«В любом случае, мы с тобой устраиваем девичник, чтобы отпраздновать окончание выпускных экзаменов», - щебетала Сьюки. Она не могла позволить Киоко сказать «нет».

«Никаких отговорок не приму, так что начни готовиться. И надень ту одежду, которую мы купили на прошлых выходных. Я сделаю то же самое». Сьюки глубоко вздохнула и быстро начала снова, прежде чем Киоко смогла что-то сказать. «Будь готова к 7:30. Люблю тебя. Покааааа!»

Киоко моргнула, когда телефон щелкнул, сигнализируя об отключении линии. Ее губы все еще были приоткрыты, так как она была готова сказать «нет» при первой же возможности. Она безмолвно посмотрела на дальнюю стену гостиной, разделявшую квартиры двух девочек, гадая, звонила ли Сьюки оттуда или с мобильного.

Глядя на номер звонящего, она вздохнула. «Номер сотового телефона». Тогда не нужно бить по стене. Но изображение ее рук на шее Сьюки вызвало улыбку на ее лице. «Однако я могу притвориться».

Бросив беспроводной телефон обратно на стойку, Киоко посмотрела на шелковый халат, прилипший к ее влажному телу, и застонала. Теплая вода, все еще остававшаяся на ее коже, теперь стала холодной и покалывающей, и она покрылась гусиной кожей. Она быстро повернулась, чтобы вернуться в ванну.

«Дзинь, дзинь», Киоко дернулась.

Она повернулась, ее левая бровь в отчаянии приподнялась. «Я надеюсь, что это Сьюки, и я смогу сказать ей, как я люблю, когда надо мной издеваются!» Подняв трубку, она сказала немного громче, чем обычно: «Алло!!»

Тойя ухмыльнулся приветствию Киоко. «Разве твоя мама никогда не учила тебя вежливо отвечать на телефонные звонки?»

Киоко хотелось спокойно подойти к окну, открыть его и выронить телефон в неизвестность. «Почему никто не хочет, чтобы я закончила принимать ванну?» она захныкала, топая ногой только для того, чтобы почувствовать, как прохлада пробирается под ее халат.

Ухмылка Тойи исчезла, когда его воображение разыгралось, и четкие видения начали появляться в его голове. «Ты гол…», - он внезапно замолчал, лишившись дара речи, прежде чем спросить ее, стоит ли она там обнаженная. Выбросив эту мысль из головы, Тойя глубоко вздохнул, чтобы успокоиться и, к счастью, взял под контроль свои играющие гормоны. «Черт, это была красивая картинка…»

Киоко нахмурилась, гадая, стоял ли Тойя в этот момент рядом с Сьюки.

Тойя сделал еще одну попытку. «Не обращай внимания. В общем, я зайду за тобой в кино сегодня вечером, поэтому просто оденься».

Киоко сузила глаза, гадая, кто назвал этот день «Днем хулиганов». «Ох-х, у меня планы на вечер». Конечно, в ее планы входило превратиться в чернослив в ванне, а не свернуться калачиком на диване и посмотреть фильм. Может быть, даже заснуть во время этого, чтобы никто в этом мире не заставлял ее «выйти на улицу».

«Что? Отмени их, потому что ты идешь со мной! « Практически приказал Тойя, раздраженный тем, что она не делала того, что он хотел от нее… как будто она когда-либо делала.

Киоко закрыла глаза и отвела телефон, чтобы не было слышно ее пение «Я не выброшу его в окно, я не выброшу его в окно», «Стук, стук», Киоко развернулась лицом к двери с мыслью: «Но я-таки БРОШУ его в того, кто за этой чертовой дверью!» Она могла услышать, как безумный смех поднимался из глубин ее души, где проживал ее злой близнец.

Она спокойно подошла к двери и открыла замок, затем выглянула из-за двери, чтобы посмотреть, кто там был. «Котаро», она прошептала, немного задыхаясь, после чего закрыла рот, надеясь, что он не заметил.

Глаза Котаро засветились и потемнели одновременно, когда дверь открылась. Он был рад видеть Киоко невредимой... и, очевидно, не полностью одетой. Он поднял бровь, услышав, как она произнесла его имя. Нажав рукой на дверь над ее головой, он открыл ее до конца с его обычной уверенной улыбкой, когда проскользнул мимо нее ... почти касаясь.

«Как поживает моя женщина сегодня?» Котаро прошел мимо нее в квартиру, как будто она принадлежала ему.

«Я не буду совершать убийство, я не буду бросаться телефоном, я не буду .».. В уме Киоко продолжала петь, когда Котаро повернулся к ней лицом со своей обычной улыбкой, от которой замирало сердце. Она внезапно почувствовала, что кондиционер перестал работать.

Как так случилось, что этот человек, которого можно было бы описать, как ходячий секс, волновать ее так сильно? Она всегда чувствовала, что пытается остановить себя, чтобы не бросить его на пол. Встряхнув головой, она посмотрела вниз и взвизгнула, когда увидела, что халат слегка распахнулся. Недостаточно, чтобы показать что-либо, но достаточно, чтобы заставить ее покраснеть.

Тойя напрягся, услышав стук на заднем фоне через телефон, а затем голос Котаро. Он завопил в телефон, чтобы привлечь ее внимание. «Черт возьми, Киоко! Что Котаро там делает?» он заскрежетал зубами, злой от того, что сотрудник охраны появился в квартире «его» Киоко снова.

Киоко готова была провалиться сквозь землю от стыда, когда крик из телефона был четко слышен в гостиной. Уставившись через плечо Котаро на настенные часы, она знала, что ей необходимо начинать собираться, в противном случае Сьюки будет следующей барабанить в дверь. Всему есть предел. Она повернулась и пошла к стойке с намерением повесить трубку телефона.

Подняв трубку телефона снова, она закричала: «Увидимся!» «Щелк»… один готов… один остался.

Котаро ухмыльнулся, зная, что это был Тойя, на которого она накричала. Его взгляд путешествовал по шелковому халату, который прилип к хорошо сложенному телу, как вторая кожа, и он не смог удержаться, чтобы не подойти ближе к ней. Он медленно закрыл глаза всего на секунду, глубоко вдохнул, его тело теперь было на расстоянии менее одного дюйма от нее. Мысль о том, чтобы прикоснуться к ней, не дотрагиваясь, заставила его представить, как он крепко обнимает ее.

Он наклонился вперед, приблизив губы к ее уху, прежде чем прошептал ее имя. Его губы стали мягкими, также смягчился взгляд его светло-голубых глаз. Часто у него возникало желание, чтобы она вспомнила прошлое… и то, как близки они были однажды. Что бы она сделала, если бы вспомнила, что они жили вместе? Он, она и Тойя… чтобы они могли защитить ее.

У Киоко перехватило дух, она почувствовала покалывание на коже шеи и щек. Трудно было совладать с мыслями, когда он стоял так близко к ней, и прямо сейчас она чувствовала его прикосновения, хотя он не касался ее. Вспомнив, что она делала, прежде чем зазвонил телефон, прервав ее, ее лицо мгновенно вспыхнуло.

Она не хотела, чтобы он заметил на ее лице чувство вины, поэтому она продолжала стоять спиной к нему и изо всех сил пыталась подавить воспоминания о ванной. Закрыв глаза, она боролась с желанием отклониться назад в его объятия, так что ей даже пришлось схватиться за стол, чтобы сохранить равновесие.

Котаро хотел поставить руки на стол с обеих сторон от нее… захватив ее в капкан своих рук, но внезапно замер. Он почувствовал запах мыла, которым она пользовалась в ванной, а вместе с ним он почувствовал еще один запах, и его выражение лица стало любопытным… возбуждение? Он отступил от нее… чувствуя, что твердеет.

Проведя рукой по непослушным волосам, он отошел на более безопасное расстояние, изо всех сил стараясь не обращать внимания на толчок в животе… зачем он пришел сюда снова?… это было важно.

Он почувствовал, как срабатывают его защитные инстинкты, вспоминая недавние предупреждения, которые он получил. «Ты проведешь со мной вечер?» В невинно звучащем вопросе скрывался двоякий смысл, поскольку он чувствовал желание.

Киоко снова замедлила дыхание, готовая бороться со своими чувствами. Она нахмурилась, зная, что оставаться с ним наедине было бы слишком опасно. Внезапно ей захотелось поблагодарить Сьюки за то, что она пригласила ее.

Увидев ее нахмуренный вид, Котаро быстро добавил: «Мы можем сделать все, что ты хочешь. Взять напрокат фильм и остаться дома… или прогуляться».

«Взять напрокат фильм и остаться дома…» - повторила Киоко, приняв желаемое за действительное, думая, что это именно то, что она хотела сделать. Затем, заметив, что глаза Котаро загорелись, она быстро поправила: «По крайней мере, это то, что я хотела сделать, если бы не нарушили мои планы. Я бы с удовольствием посмотрела с тобой фильм. Но мне очень жаль, Котаро. Я не могу». Она виновато улыбнулась ему, мысленно топнув ногой подумав о том, что пропустила теплый вечер с красивым охранником.

Плечи Котаро опустились на дюйм, но он все-равно улыбнулся, зная, что она не хотела обидеть его. Он даже мог бы сказать, что она хотела, чтобы он остался, удивляясь такому желанию… было ли это желание настолько сильным, как его? Для него Киоко была самым ценным драгоценным камнем на земле, и он сделал бы все, что в его силах, чтобы увидеть улыбку на ее лице и одновременно уберечь от неприятностей.

В конце концов, он ждал более тысячи лет, чтобы просто снова увидеть ее.

Чтобы убедиться, что она была защищена и находится в безопасности, он спросил: «Так какие у тебя планы, может, я смогу присоединиться к веселью?» Он одарил ее своей самой озорной улыбкой, в надежде, что это сработает. Если нет, он бы мог следовать за ней по пятам… уголки его идеальных губ изогнулись в тайной улыбке.

Киоко знала, что Сьюки никогда не согласится на это. Девичник означает «только для девочек». Она также знала, что, если Котаро обнаружит, что она идет только с Сьюки… он потащится за ними, появившись как бы случайно. Он уже делал так много раз.

Там, где Тойя был настойчивым, Котаро всегда пытался быть ненавязчивым, даже когда оба парня находились в одной комнате, они, казалось, делали все одинаково, но постоянно раздражали друг друга. У обоих были золотые сердца, и она знала об этом. В некоторой степени она любила их обоих… настолько, что это было мучительно. Именно поэтому она выбрала не выбирать, а просто оставаться пока одной. Честно говоря, она не хотела обидеть никого из них.

Но одно Киоко знала наверняка: если бы Котаро знал, что она собиралась пойти с Тойя вечером… он бы не пошел за ними. По крайней мере, она надеялась на это.

«Извини, Котаро, мы уже договорились с Тойя, но я обещаю, что мы с тобой возьмем фильм напрокат в другой раз». Киоко опустила глаза – ей не нравилось то, что ей приходилось лгать ему, но это была единственная возможность заставить его отказаться от своих планов. Уставившись в пол, она заметила, как он шагнул вперед, и в тот же момент сделала шаг назад, закусив губу, когда почувствовала, что сзади нее оказался стол.

Котаро почувствовал, как в нем поднялась ревность, но он взял себя в руки. Его утешало только одно: если она будет вместе с Тойя сегодня вечером, он может рассчитывать на то, что она не станет следующей пропавшей девушкой.

К тому же, он знал, что Камуи втайне следил за Тойя и Киоко. Он должен был признать, что Тойя чересчур сильно оберегал ее и сможет защитить ее, в случае чего. Он хотел быть с Киоко сегодня вечером, быть тем человеком, который защитит ее. Несмотря на то, что ему это не нравилось, он должен был признать, что Тойя не даст ее в обиду.

Он наблюдал, как она медленно подняла на него свои глаза, и заметил в ее взгляде беспокойство оттого, что он может попытаться остановить ее… он хотел остановить ее, но не будет делать этого. В свое время, она сделает свой выбор сама.

Слегка кивнув головой, неохотно соглашаясь, Котаро взял ее руку и держал ее мгновение, заглянув своими светло-голубыми глазами в ее изумрудные глаза. По ее глазам он мог определить, что у нее был тяжелый день. Он всегда мог считывать ее состояние по цвету ее глаз… он научился это делать более тысячи лет назад. Как бы он хотел, чтобы она вспомнила все.

«Тогда договорились, Киоко. Я забегу к тебе завтра. Будь осторожна, красавица». Наклонившись вперед, он прикоснулся губами к ее лбу, затем отпустил ее руку и повернулся, чтобы уйти.

Киоко улыбнулась: «Спасибо, Котаро». Она все еще ощущала прикосновение его теплых губ. Она была рада, что с ним было легче договориться, чем с Тойя. Он частенько целовал ее в щеку, лоб, руку, оставляя чувство теплого покалывания.

Ей было интересно, что бы он подумал, если бы знал, что она еще никогда не целовалась в губы. Никто бы не поверил, что в возрасте восемнадцати лет она все еще была нетронутой… ну, физически нетронутой. Она снова покраснела, зная, что ее мысли были далеки от непорочных. Она обвиняла во всем предателя, который жил в ее груди и ускорял биение каждый раз, когда она думала о нем.

Котаро открыл дверь, но прежде чем выйти, одарил ее улыбкой через плечо и добавил: «Просто помни, что ты все еще моя женщина». Он быстро вышел, захлопнув дверь за собой, хищно улыбаясь на свой комментарий.

Он знал, что она не переступит черту с Тойя, поэтому не беспокоился об этом. Даже в прошлом, когда он и Тойя вступали в конфликт, она вставала на его сторону. Она всегда любила Тойя, но Котаро знал, что именно его она любила по-настоящему. Скорость ее сердцебиения, когда он был рядом, всегда выдавали ее истинные чувства… и в этой жизни, и в прошлой. Ему нужно только подождать, когда она осознает это еще раз.

Котаро вдохнул, наслаждаясь ее запахом. Даже сейчас он мог ощущать ее невинность. Он знал, что она не будет относиться к этому с такой легкостью. Она была настолько невинна в этом мире.

Эта мысль заставила Котаро перестать улыбаться. Он не был уверен, хотел бы он, чтобы она узнала темную сторону этого мира… он не хотел рисковать ее счастьем. Даже он сам не был тем, кем она представляла себе. Он знал, что она примет его в любом случае, но память о ее погребении заставляла его хранить молчание о прошлом. О некоторых вещах лучше не вспоминать.

Когда Котаро вышел из здания и вернулся на тротуар, он посмотрел снизу-вверх на ее окно, гадая, что бы она сделала, если бы узнала о нем правду. И да, он расскажет ей правду… только не сейчас. Как ты объяснишь тот факт, что ты старше любого обычного человека и что ты обладаешь силой, которую она видела только в кино?

Котаро покачал головой, направляясь обратно в колледж, размышляя о том, какой следующий шаг ему необходимо сделать в отношении пропавших девушек.

Он знал, что происходило с ними и что они, скорее всего, были уже мертвы или, по крайней мере, живыми мертвецами. На мгновение его глаза сверкнули в гневе, приоткрыв темную сторону его души Ликана. Он должен был уловить запах тех проклятых кровососов и того, кто их возглавлял, прежде чем они найдут Киоко снова.

Глава 3

Киоко просматривала свой гардероб в поисках того, что Сьюки уговорила ее купить на прошлых выходных. Он хихикнула в уме, вспоминая как Шинбэ увязался за ними во время похода по магазинам, предлагая им примерить все, что им хотелось. Последней каплей было то, что он прокрался в женскую раздевалку и разговаривал с Сьюки через занавеску.

Шинбэ говорил женским голосом, чтобы обмануть Сьюки и заставить ее думать, что он был консультантом в женском зале, и предложил застегнуть молнию на ее одежде.

Сьюки согласилась на предложение помощи и повернулась спиной к занавеске. Киоко чуть не упала, когда Шинбэ влетел в раздевалку и врезался в противоположную стенку.

Она спросила Сьюки, как та поняла, что это был Шинбэ, и Сьюки ответила: «Я не думаю, что они позволили бы лесбиянке работать в женской раздевалке, поэтому когда он положил свою руку на мою спину, вместо молнии… это было своего рода неопровержимое доказательство».

«Бедный Шинбэ», вздохнула Киоко, вынимая белый короткий топ с рюшами и шелковыми рукавами в форме фонарика от локтя до запястья. На самом деле, она думала, что он был довольно красивый. Он напоминал одеяние ангела, только сексуальное. Он был достаточно коротким, чтобы показать пупок. Вместе с ним она планировала одеть мини-юбку клеш, которую она купила.

Одевшись и подобрав обувь, она собрала волосы в высокий пучок, оставив немного завлекалок. Нанеся неброский макияж и надев бусы с маленькой хрустальной каплей, она посчитала, что была готова к любым приключениям, которые подготовила для нее Сьюки.

В глубине души она жалела, что не могла сказать Котаро, куда они собирались пойти, но даже она не знала на это ответ. Она закусила нижнюю губу, осознав, что уже скучает по нему, затем попыталась отбросить меланхолическое настроение, так как знала, что Сьюки обязательно определит его.

Последнее, что она хотела этим вечером – это миллион вопросов от ее лучшей подруги, на которые она не хотела отвечать.

*****

Шинбэ провел пальцами по синим прядям, мерцающим в темных волосах, когда он прислонился к дверной раме, и ухмыльнулся. Он поспешил к Сьюки, когда она позвонила ему и сказала, что ее не будет дома вечером, и он не должен был приходить.

«Она сошла с ума, если решила, что может избавиться от меня так легко», приподнял бровь Шинбэ, ожидая у двери.

Когда она открыла дверь – ее волосы все еще были завернуты в полотенце, первое, что спросил Шинбэ, было: «Эмм… я пропустил, как ты купаешься, Сьюки?» он ухмыльнулся, когда увидел, как дернулась бровь Сьюки. Как только он встретил Сьюки и Киоко, он чувствовал необходимость оставаться рядом с ними во что бы то ни стало. Он частенько приходил на свидание к девушкам вместе с Тойя.

Сьюки знала, что Шинбэ считал себя «ее парнем», просто потому что она встречалась только с ним, но Сьюки никогда не соглашалась на роль любовницы. Она попыталась скрыть румянец от смущения, который мог появиться, и поменяла выражение лица, отвечая: «Понадобится изрядно постараться, чтобы отбелить твои грязные мысли».

Он наклонился к ней ближе, его аметистовые глаза красиво потемнели. «Если ты позволишь мне… войти… думаю, мы бы смогли найти причину тебе принять душ еще раз».

Сьюки чувствовала, как биение ее сердца ускоряется при звуке его хриплого голоса, и сделала пару шагов назад, когда он сделал несколько шагов вперед, закрывая за собой дверь. Приняв решение не позволить ему победить, она посмотрела на него самым строгим взглядом, и была вознаграждена за это, так как он перестал преследовать ее. Если бы он знал, насколько велико его влияние на нее… она бы действительно влипла.

«Так, Шинбэ, послушай, мне необходимо закончить готовиться, так как у меня в планах сегодняшний вечер провести с подругой. Я уже сказала тебе об этом по телефону, помнишь?» Она знала, что он все равно придет… если без причины, то просто узнать, куда она собирается идти.

Сняв полотенце с головы – ее длинные волосы все еще были мокрыми – Сьюки направилась в ванную, разговаривая громко, чтобы он мог услышать ее. «Мы можем встретиться завтра вечером, хорошо?»

Шинбэ прислонился к барной стойке, разделяющей ее кухню и гостиную. Он уже собирался выразить вслух свои претензии, когда его взгляд упал на рекламный флайер, лежащий на стойке. Подняв его, он быстро просканировал страницу. Обе его брови поднялись в озарении.

КРУПНЕЙШИЙ И КРУТЕЙШИЙ КЛУБ В ГОРОДЕ

НОЧНОЙ КЛУБ

ОСОБЕННАЯ НОЧЬ ПЯТНИЦЫ

ТОЛЬКО ДЛЯ ДЕВУШЕК

Слова «только для девушек» были подчеркнуты. Шинбэ приподнял бровь, положил флайер обратно на стойку и пошел по направлению к ванной. Он спрятал свою улыбку, когда он вошел, не постучав и проскользнув позади Сьюки, которая приготовилась расчесывать волосы.

«Тогда завтра», соблазнительно прошептал Шинбэ прямо в ее ухо, затем наклонил голову, чтобы поцеловать ее плечо. Он повернулся, чтобы уйти, не говоря больше ни слова… спрятав ухмылку, обозначающую, что он все знал.

Сьюки стояла неподвижно, уставившись в зеркало, ей не нравились волны, которые только что прокатились внутри нее. Это было непохоже на Шинбэ: обычно он умолял и упрашивал ее. Не желая заглядывать в зубы дареному коню, она поспешила закончить собираться. Боясь, что Шинбэ что-то замыслил, Сьюки решила прийти к Киоко немного раньше запланированного времени.

*****

В нескольких милях отсюда пронзительные красные глаза смотрели из окна пентхауса, выходящего на город. Длинные волны шелковистых черных волос каскадом спускались на голую спину, контрастируя с мертвенно-бледной кожей. Его ангельское лицо было ошеломляющим, с острыми чертами, а тело было поджарым и мускулистым, как у мифического бока Адониса.

Его обнаженное тело мерцало в лучах луны, мускулы танцевали при каждом его движении. Он был прекрасен для любого, кто смотрел на него, а его темная душа была злобной и убийственной. Идеальные губы преобразились в улыбке при воспоминании о событиях прошлой ночи.

Повернувшись спиной к окну, он начал готовиться к вечерней прогулке. Его взгляд перешел на кресло в стиле времен королевы Анны, которое стояло рядом с камином, и в котором сидела молодая студентка колледжа без признаков жизни. Хякухей ухмыльнулся, подумав о свежей крови, которой он пообедал вчера.

«Жаль, она была такой красивой девушкой», он облизнул губы, вспоминая, какое удовольствие он получил, выпивая ее кровь. Ему никогда не надоедят молодые девушки, которых он соблазнял и забирал с собой.

Сегодня ночью он пойдет в популярный ночной клуб охотиться на новую жертву, и он должен был быть уверен, что о его «детях» позаботятся. Ночь, когда вход «только для девушек», всегда была богата на улов для вампиров.

Он был могущественным повелителем вампиров, и никто не посмел бы перечить ему или подвергать сомнению его силу. Удовольствие было его единственным желанием на протяжении более тысячи лет, но теперь он хотел большего. Он хотел того, что принадлежало ему по праву. Хмурое выражение омрачило его лицо, когда он обдумывал свой поиск, объект, который стал его навязчивой идеей, пока он ждал, когда он снова родится в этом мире. Легендарный Кристалл Сердца Хранителя.

Священный кристалл был драгоценным камнем, который, как говорили, мог дать вампиру возможность выйти из ночи на дневной свет. В легенде говорится, что девушка с незапятнанной кровью и сердцем ребенка будет обладать драгоценным камнем в своем теле. Она будет жрицей высшего ранга и власти, защитницей и хранительницей Кристалла Сердца Хранителя.

Его темный взгляд вернулся к ночному небу, где высоко над головой маячила кроваво-красная луна. «Однажды я потерял тебя, дорогая жрица, но не ошибайся на мой счет, я найду тебя снова». Его глаза сузились, когда он бросил обещание в ночь. «На этот раз я буду обладать и тобой, и кристаллом.»..

*****

Сьюки водила Киоко по магазинам в прошлые выходные именно по этой причине, только она не сказала своей подруге, с какой целью. Сьюки тоже купила себе наряд. Вытащив его из шкафа, она с волнением влезла в него. Это было полностью черное и очень облегающее платье. Она влюбилась в него с первого взгляда.

«Хорошо, что Шинбэ нет рядом», - подумала Сьюки с понимающей ухмылкой, разглядывая платье в зеркале. Оно было очень коротким, но не открывало слишком много… как раз достаточно, чтобы подразнить и дать волю воображению. Убрав свои темные волосы назад и закрепив подходящей черной резинкой, Сьюки нанесла немного макияжа и, схватив ключи, направилась к соседней двери в квартиру Киоко.

Киоко вышла из своей спальни, надеясь, что у нее будет время перекусить чем-нибудь перед выходом, но прежде чем она добралась до кухни, кто-то постучал в дверь.

«Боже, я надеюсь, что это не Тойя», - одними губами произнесла она и задумалась, стоит ли вообще открывать. У нее все еще было 20 минут до встречи с Сьюки, поэтому Киоко решила на мгновение проигнорировать стук в дверь, опасаясь того, кто был по другую сторону.

Удивительно, как страх заставляет тебя чувствовать себя пятилетним. Бровь Киоко дернулась, и она затаила дыхание.

Стук стал немного громче, но на этот раз за ним последовал голос. «Так, Киоко, я знаю, что ты там. Не заставляй меня ломать эту дверь!» Это было сказано с усмешкой.

Киоко закатила глаза, подумав, что Сьюки говорит повелительным тоном. Она открыла дверь своей ухмыляющейся лучшей подруге, которая тут же схватила ее за руку, чтобы вытащить из квартиры. «Давай, пойдем. У меня плохое предчувствие, что, если мы сейчас не уйдем, появится Шинбэ или кто-то в этом роде». Киоко едва успела запереть дверь, как Сьюки вытащила ее наружу.

*****

Теперь, когда наступили сумерки, Кё отдернул тяжелые черные шторы с окна. Его длинная серебристо-белая грива развевалась вокруг него, когда он открыл окно, позволяя ночному ветру ласкать его ангельское личико. Одетый в черное, он производил впечатление падшего ангела.

Деньги дали ему свободу устанавливать свое собственное время, а власть гарантировала, что его никто не потревожит. Покупка всего верхнего этажа самого дорогого отеля в городе дала ему уединение, в котором он нуждался, и вид, который он хотел. Посмотрев через улицу, он увидел, что очередь уже начала формироваться в клубе «Полночь», самом популярном клубе в городе. Это было идеальное место для кормления ночных тварей.

Длинная очередь была полна испорченных молодых студенток и молодых панков, которые следовали за ними. Безумные глаза Кё сверкнули презрением, когда он начал сканировать линию, гадая, кто из них привлечет внимание того, на кого он охотился. Кто станет следующей жертвой Хякухея?

Кё чувствовал Хякухея в городе и задавался вопросом, может ли Хякухей чувствовать, как смерть преследует его. На этот раз все было по-другому. Кё нашел его слишком легко, как будто Хякухей оставил для него след, по которому он мог следовать. Смерть и исчезновения студенток местного колледжа были явной визитной карточкой для Кё, указывающей только на одно существо.

Ему не нравилась мысль о том, что Хякухей ведет его сюда. «Я больше не под твоим контролем», - прорычал Кё, когда кровь закапала между его сжатыми пальцами, а глаза покраснели. «У тебя нет никакой власти надо мной… больше нет!» Успокаивая поднимающуюся ярость, Кё снова одел бесстрастную маску, скрывая свою ауру. Пришло время хищнику стать добычей.

Если он мог чувствовать жизненную силу Хякухея, Кё понадобилась бы осторожность, чтобы его создатель тоже не почувствовал его.

*****

Киоко была удивлена тем, насколько большим на самом деле был ночной клуб. Ее губы приоткрылись, когда Сьюки въехала на огромную парковку. Сьюки хотела приехать сюда немного пораньше, чтобы избежать очереди, но, насколько могла судить Киоко, очередь уже выстроилась, поэтому они поспешили выйти из машины. Киоко увидела знакомые лица из колледжа, в котором они учились, и улыбнулась, заметив, что ее старый друг Тасьюки был среди них.

Тасьюки заметил Киоко и Сьюки со своего места в толпе. Он позволил своим друзьям уговорить его прийти, и теперь, когда выпускные экзамены закончились, ему больше нечего было делать, и он охотно согласился. Он был красив и хорошо сложен, с каштановыми волосами до плеч и шоколадно-карими глазами, которые растопили сердца всех девушек.

Тасьюки также был одним из самых популярных парней в колледже, однако он был в основном известен высокими оценками, которые он получал на всех занятиях, и он был вежливее большинства парней в колледже. Конечно, то, что он был одним из самых богатых людей в колледже, хотя и вел себя по-другому, тоже повышало его статус.

Пробираясь сквозь толпу людей, Тасьюки подошел к Киоко с искренней улыбкой. Он знал ее со средней школы и всегда втайне был влюблен в нее. Они встречались время от времени, но ничего серьезного... на самом деле больше походили на лучших друзей, и с последнего свидания прошло много времени.

Он бы чаще приглашал ее на свидания, но в последнее время этот парень Тойя или начальник школьной службы безопасности всегда околачивались вокруг нее. Он мог бы поклясться, что слышал рычание в последний раз, когда подходил к ней, когда она была с одним из них.

Помня об этом, он нервно огляделся, надеясь, что она была одна. Не то чтобы он их боялся... нет... никогда…

Сьюки заметила нервозность Тасьюки и громко рассмеялась. «Все в порядке, Тасьюки. Мы пришли сюда одни».

Она ухмыльнулась, увидев растерянный взгляд Киоко, затем схватила Тасьюки за локоть и потянула его в очередь с ними. Она и все остальные, кто его знал, знали о том, что он неравнодушен к Киоко… ну, то есть все, кроме Киоко.

Киоко покраснела, когда Тасьюки повернулся к ней лицом. Она и не подозревала, насколько он стал выше. «Привет, Тасьюки, давненько не виделись. Я слышала, что в этом году ты снова отлично справляешься со своей учебой». Ее лицо озарилось радостью, осознав, что прошло слишком много времени с тех пор, как они встречались в последний раз. Рядом с ним она всегда чувствовала себя в такой безопасности… совсем как лучшие друзья. Она скучала по нему.

Мягкая улыбка украсила губы Тасьюки, ему нравился тот факт, что она не теряла его из виду, даже если это было издалека. Может быть, у него все еще был шанс быть с ней. Он действительно хотел получить шанс показать ей, как сильно он все еще заботится о ней и хочет быть с ней, что он не «выбыл из ее лиги поклонников», как она, казалось, всегда верила.

По какой-то причине она, казалось, думала, что он сделает все возможное, чтобы просто увидеть ее, только потому, что они были друзьями со средней школы. Он намеревался исправить это заблуждение. «Да, Киоко, если тебе когда-нибудь понадобится какая-либо помощь, я буду рад приехать и помочь тебе с уроками в любое время». Ему втайне хотелось биться головой о кирпичную стену, зная, что он снова говорит, как лучший друг, а не как парень.

Сьюки только покачала головой, увидев молчаливое страдание в глазах Тасьюки, когда он улыбнулся Киоко. «Бедный парень», - подумала она про себя, когда озорная усмешка расплылась по ее губам. Ему просто нужен был небольшой толчок в правильном направлении.

*****

Глаза Кё сузились, когда толпа наивных детей увеличилась. «Есть из чего выбрать Хякухею», - размышлял он. Всегда было одно и то же. Отнять жизнь и уйти безнаказанным… точно так же, как чудовищу это сходило с рук в прошлом. Его когтистые пальцы в отчаянии вцепились в подоконник, гадая, сможет ли он остановить бойню.

Ему придется подойти ближе и смешаться с толпой. Ухмыляясь при мысли о том, что его серебристые волосы и странно окрашенные золотистые глаза смогут слиться с толпой, Кё снова обратил свое внимание на собирающуюся массу.

Еще раз осмотрев парковку, он остановился, когда его ошарашенный взгляд скользнул по группе из трех человек, сгрудившихся ближе к передней части толпы. Аура, окружающая треугольник, разительно отличалась от ауры других людей. Мягкий оттенок чистого белого света, окружавший группу, ослепил вампирское внутреннее зрение Кё.

Ослабив напряженность своего взгляда, Кё покачал головой и снова посмотрел на группу. Даже с намеренно притупленными чувствами он мог различить слабое кружащееся свечение, струящееся вокруг трех фигур. Слабый блеск радужной пыли исходил прямо над ними, затеняя свет, как будто для того, чтобы скрыть его от него.

Кё осмотрел небо над ними и увидел только ночь. Его глаза сузились, понимая больше, чем он должен был, прежде чем он снова посмотрел на группу.

Он никогда не видел ничего подобного за всю свою бесконечную жизнь. Смутное воспоминание привлекло его внимание, заставив его уставиться на группу широко раскрытыми глазами. Он вспоминал слова своего младшего брата перед тем, как Хякухей так жестоко убил его

«...Если бы только мы могли найти Кристалл Сердца Хранителя... Тогда, может быть, мы смогли бы освободиться от тьмы, брат…»

Кё усмехнулся, сказав Тойю, что драгоценный камень – всего лишь миф, и его невозможно найти даже в легендах. Тойя проигнорировал его ответ: «Аура той, кто защищает драгоценный камень, будет сиять священным светом. Разве ты не хочешь быть свободным?»

Печальное чувство охватило Кё при воспоминании о вопросе его брата. Он бы все отдал, чтобы освободить своего брата от той жизни, в которую его втянул Хякухей. Ветерок, влетевший в окно, откинул его длинные волосы с лица, как будто хотел сказать ему, чтобы он уходил, как будто сам Тойя говорил ему, чтобы он уходил.

Собрав окружающую тьму вокруг своего смертоносного тела, Кё незаметно появился среди толпы ничего не подозревающей молодежи, его напряженный взгляд не отрывался от того места, где сиял чистейший мягкий свет.

*****

Киоко хихикнула, увидев, как Сьюки пошевелила бровями за спиной Тасьюки. Сьюки определенно слишком много болталась рядом с Шинбэ в последнее время. Она скосила глаза и высунула язык, отчего Сьюки чуть не согнулась пополам в приступе смеха, а затем взгляд мгновенно исчез, когда Тасьюки повернулся, чтобы посмотреть, над чем смеется Сьюки.

Это заставило Сьюки держаться за стену, чтобы ее колени не подогнулись, когда Киоко просто пожала плечами, на слова Тасьюки: «Кто знает, что на нее нашло? Она никогда не была нормальной». Она приподняла бровь и добавила: «Я должна вытаскивать ее из психушки по крайней мере раз в неделю, иначе ей станет еще хуже, и она попытается перегрызть деревья перед общежитием».

Тасьюки ухмыльнулся и наклонился к уху Киоко, как будто хотел что-то прошептать, но затем сказал достаточно громко, чтобы Сьюки услышала: «Может быть, по дороге домой сегодня вечером тебе стоит забрать ее обратно».

Киоко радостно кивнула, а затем почувствовала, как волосы у нее на затылке встали дыбом, как будто кто-то наблюдал за ней. Надеясь, что это не Тойя тайно следует за ними, она попыталась не обращать на это внимания, не сводя глаз с Сьюки и Тасьюки.

Сьюки, наконец, отдышалась достаточно, чтобы напомнить Киоко, что сегодня вечером у них будет пижамная вечеринка в комнате с мягкой обивкой, а затем спросила Тасьюки, не хочет ли он присоединиться к ним. «У нас даже есть смирительная рубашка по этому случаю». Она показала им обоим язык.

«Убери эту штуку, пока ты кому-нибудь не навредила», - парировала Киоко и была быстро вознаграждена, когда у Сьюки отвисла челюсть.

Когда очередь начала двигаться, Киоко оглянулась через плечо, гадая, кто наблюдает за ней. Она видела только огни парковки и толпу людей, ожидающих, чтобы войти, а затем нахмурилась от собственной паранойи. Неприятное чувство, что кто-то наблюдает за ней, отказывалось уходить, и это беспокоило ее. Она вспомнила предупреждение Котаро о преследователе в студгородке и внезапно пожалела, что не намекнула ему, где они будут.

Сьюки схватила ее за руку и потащила за собой, так как она задерживала очередь. Киоко стряхнула с себя это жуткое чувство, когда они вошли в здание, и ее внимание привлек интерьер огромного танцевального клуба.

Кё видел, как она повернулась, словно почувствовав его, и удивился этому. Ее взгляд очень медленно скользнул по тому самому месту, где он стоял, но он знал, что она не могла видеть его в тени. Под покровом темноты он держал ее в поле зрения, когда входил в заведение.

Его золотистый взгляд скользнул по комнате, зная, что в тускло освещенных помещениях были кто-то больше, чем просто люди, но они не представляли большую угрозу и не стоили его внимания.

Сьюки повела их в помещение рядом с баром, чтобы им не пришлось ходить слишком далеко за напитками и при этом хорошо видеть танцпол. Музыка уже звучала, но не так громко, чтобы приходилось кричать, просто чтобы быть услышанным.

Киоко была поражена тем, как хорошо было внутри. Она начинала по-настоящему радоваться, что позволила Сьюки заставить ее прийти. В конце концов, в жизни должно быть что-то большее, чем учеба, а это все, чем она занималась уже больше недели. Энергия этого клуба была увлекательной, и она взволнованно улыбнулась. Это был один из тех редких моментов, когда она чувствовала, что может случиться все, что угодно.

Вместо настоящих столов и стульев в заведении тут и там стояли мягкие диваны с маленькими стеклянными столиками для напитков. Пурпурный, синий и черный были основными цветами клуба, придавая ему оттенок таинственности и волшебства, когда все огни постоянно меняли цвета, создавая ощущение чувственного столпотворения. Атмосфера клуба была почти пьянящей.

Глубокие тени работали укрытием для тех, кто искал его, и Киоко покраснела, подумав обо всех вещах, которые иногда происходили в тени... вещах, которые ей еще предстояло испытать. Ее мысли вернулись к размышлениям о том, что делает Котаро, прежде чем она виновато переключила свое внимание на своих друзей.

Кё занял место в самом темном углу, рядом с невероятно чистой аурой. Наблюдая за группой, он теперь мог видеть, что свечение исходило только от одного из них. Его глаза смягчились впервые за бесчисленные годы, всего на мгновение, когда он увидел, как она улыбается, наслаждаясь великолепием клуба. Это было похоже на наблюдение за восходом солнца, и это было то, чего он давно не делал.

Она была красива, с длинными распущенными каштановыми волосами, оттененными шелковистой белой рубашкой.

Его пристальный взгляд скользнул по ее идеальному телу, рассматривая обнаженную плоть на талии и короткую мини-юбку, пару очень стройных подтянутых ног, прежде чем вернуться к ее шее… которая была открыта. Он перевел взгляд на ее лицо с неодобрительным рычанием. Она была повернута под углом, и он обнаружил, что ему нужно увидеть ее глаза… глаза были зеркалом души.

Его инстинкты реагировали так, как он никогда раньше не испытывал. Это чувство, которое он не мог описать, взволновало его и почему-то напомнило ему о брате. Ему не нравилась неизвестность.

Он напустил тени вокруг себя, когда она повернулась, скользнув взглядом мимо него, но он увидел ее глаза. От этого зрелища у него почти перехватило дыхание. У нее были изумрудные глаза, окутанные невинностью… но он также мог видеть скрытое там зло и силу.

Кё так крепко сжал кулак, что почувствовал, как там, где его острые ногти прокололи плоть, выступили капли крови. Почему такая невинность была здесь, в таком месте, как это? Этого нельзя допускать. Он почувствовал, как глубоко в груди зародилось рычание, и попытался подавить его.

Если его догадка верна и Хякухей появится, то все может стать очень опасным, очень быстро. Была ли она той, кто держал в себе Кристалл Сердца Хранителя? Он вспомнил слова брата во второй раз.

«...брат, если мы найдем ее, то сможем освободиться от него.»..

Блокируя другие звуки в ночном клубе, Кё направил все свои чувства на нее, чтобы узнать больше и подготовиться. Его затравленные золотые глаза почти сияли, когда он погрузился в мысли о группе, сидящей за ее столом. Прислушиваться к мыслям смертных было умением, которым он давно не пользовался.

Тасьюки предложил сходить за первой порцией напитков, так как бармен был его двоюродным братом. Он не собирался упускать свой единственный шанс произвести впечатление на Киоко. Он знал, что она думает о нем как о друге, но он хотел быть намного большим, если бы только она открыла глаза и увидела преданность, которую он ей предлагал. Никогда не будет мужчины, который мог бы любить ее больше, чем он. Это просто было невозможно.

Сьюки улыбнулась, услышав, что он знает бармена, и попросила Тасьюки принести им всем «чай со льдом с Лонг-Айленда». Тасьюки, покраснев, подмигнул Киоко, кивнул и сказал им, что сейчас вернется. Он отправился за напитками для девочек как можно быстрее.

Глаза Киоко округлились, когда она уставилась на Сьюки. «Чай со льдом с Лонг-Айленда? Но мы.».. Сьюки пренебрежительно махнула рукой, чтобы она замолчала.

«Давай, Киоко. Отдохни немного! Экзамены закончились, и, кроме того… мы уже пили раньше», - Сьюки попыталась развеселить Киоко, усмехнувшись и закатив глаза. Надеясь сменить тему, она добавила: «Я должна признать, Киоко, что в этом наряде и твоих формах… ты не выглядишь несовершеннолетней». Она громко рассмеялась, увидев испуганное выражение лица Киоко.

Киоко скептически посмотрела на Сьюки. «Дважды, Сьюки. Я выпивала дважды, и я едва помню оба раза... И мне не нужно так одеваться, чтобы доказать, что я совершеннолетняя». Киоко покраснела от того, что она могла вспомнить с последней вечеринки в честь ее дня рождения. Из-за Сьюки она мало что помнила о своей собственной вечеринке по случаю дня рождения.

Она вспомнила гигантскую вазу с фруктами, которую Сьюки вручила ей с такой невинной улыбкой. Она знала слабость Киоко к фруктам и играла на этом. Киоко съела почти всю миску, даже не осознавая, что она была пропитана алкоголем.

«Из-за нее у меня снова будут неприятности… Я просто знаю это!» - тихо заскулила Киоко про себя и мысленно обмякла в поражении. Остальные только шутили по поводу той ночи, что-то насчет того, что Киоко забыла, как ходить… или говорить!»

Сьюки ухмыльнулась, пожимая плечами: «Значит, это уже в третий раз». Она весело улыбнулась Тасьюки, когда он принес напитки, и нетерпеливо схватила один для себя.

Киоко закусила губы, затем пробормотала что-то о «трех ударах, и ты вылетишь», но все равно повернулась и улыбнулась Тасьюки. В конце концов, существовала такая вещь, как давление со стороны сверстников, и, будучи такой дурой, какой она была, она сдалась.

«Три «чая со льдом с Лонг-Айленда», как вы просили». Тасьюки сел между девушками и сделал глоток своего напитка. Он почувствовал, как в комнате внезапно стало жарко, потому что напиток был таким крепким. Взглянув мимо Киоко, он посмотрел на своего двоюродного брата за стойкой бара. Озорная ухмылка на лице кузена дала ему понять, что напитки были крепче, чем обычно.

Тасьюки покачал головой и оглянулся на девочек. «За экзамены, пусть мы пройдем их все с честью», - предложил он в качестве тоста. Затем, посмотрев в глаза Киоко, добавил: «И пусть мы никогда не теряем связь друг с другом, несмотря ни на что».

Киоко покраснела и застенчиво улыбнулась, принимая свой напиток из его протянутой руки. Поспешно сделав глоток, ее глаза расширились, когда она решила, что ей действительно нравится вкус. «Если ты не можешь победить их, то можешь присоединиться к ним», - она добродушно подмигнула Сьюки.

Она опустила соломинку в напиток, и в течение следующих десяти минут, когда она смеялась и шутила, «чай со льдом с Лонг-Айленда» исчез. Румянец расцвел на щеках Киоко, когда действие алкоголя медленно начало распространяться по ее телу.

Тасьюки, выпивший свой так же быстро, как и Киоко, теперь чувствовал себя более непринужденно и немного смелее, когда спросил девушек, не хотят ли они потанцевать. Его глаза привлекательно потемнели, когда он взял Киоко за руку и повел ее на танцпол, а Сьюки держала Киоко за другую руку.

Он просто знал, что эта ночь будет лучшей ночью в его студенческие годы, и он никогда не забудет ни одного ее мгновения.

Всего в нескольких футах от себя Кё наблюдал, как молодой человек по имени Тасьюки протянул руку и взял зеленоглазую девушку за руку, и почувствовал необходимость оторвать оскорбительные пальцы молодого человека, осмелившегося прикоснуться к ней. Невинные чувства мужчины к девушке ясно читались в его глазах и мыслях, но он все еще не доверял ему.

Кё много раз видел, как это происходит, наблюдая за ночной жизнью. Молодой человек угощает девушку напитками, а затем пользуется ее наивностью. Его глаза покраснели, когда он смотрел, как мальчик ведет девочек на танцпол. Кё почувствовал необходимость забрать девушку с каштановыми волосами и спрятать ее от любого, кто мог бы причинить ей вред или захотеть овладеть ею.

Он невольно удивился своему собственническому отношению к девушке. Если это она хранила Кристалл Сердца Хранителя, то что ему делать? Одно Кё знал наверняка... Прежде чем он позволит Хякухею овладеть ею, он сначала убьет ее голыми руками.

Если бы легенда была правдой и Хякухей заполучил бы в свои руки силу Кристалла Сердца Хранителя, его бы никто не смог остановить.

*****

Камуи сидел невидимым на вершине одного из огромных динамиков перед ди-джеем, наблюдая за танцполом, где Киоко и Сьюки танцевали с молодым человеком. Он приподнял бровь, когда заметил, кем был этот парень. Очень тайная улыбка тронула его губы, увидев аметистовый оттенок, который был присущ мальчику.

Его внимание вернулось к другому мужчине, который преследовал жрицу. Однажды он уже пытался остановить влечение, когда Киоко все еще была в очереди, но старейший страж был так же упрям, как и всегда. Вибрации, которые излучал Кё, были тяжелыми и слегка испорченными.

«Кё, о чем ты думаешь?» Камуи удивился вслух, зная, что его не могут ни услышать, ни увидеть. Наблюдая, как Кё смотрит на Киоко, он узнал судьбу, когда увидел ее. Судьба всегда тянула хранителей к их жрице… неважно, в каком мире или в какой жизни.

Он втайне хотел бы устроить так, чтобы Тойя и Кё увидели друг друга, но он знал, что лучше не пытаться использовать какие-либо свои силы на Кё. Он почувствовал, как холодок пробежал по его руке при мысли о том, чтобы разозлить опасного золотого стража.

Его взгляд снова скользнул по толпе, зная, что Кё не тот, о ком ему следует беспокоиться. В клубе были и другие люди, которые не были людьми, но он чувствовал, что истинная тьма с каждым мгновением становится все ближе. Он задавался вопросом, мог ли Кё тоже это чувствовать.

Камуи кивнул сам себе. Лучшее, что он мог сейчас сделать, - это помочь скрыть способности Киоко от любопытных глаз. С этой мыслью он спрыгнул с динамиков, но его ноги так и не коснулись пола танцевального клуба.

Глава 4

Как только трио вошло на переполненный танцпол, Сьюки и Киоко сразу же начали двигать своими телами в такт музыке, оставив Тасьюки зачарованно наблюдать. Разгоряченные тела вокруг них заставляли кожу краснеть, когда алкоголь тек по их венам.

Тело Сьюки придвинулось ближе к телу Киоко, когда они обняли друг друга за шеи и начали тереться. Смеясь над выходками друг друга, они танцевали, как влюбленные, теряющие себя в такт музыке. Они давным-давно учили друг друга так танцевать в начальной школе.

Захваченные моментом чистого, неподдельного веселья, девушки на мгновение забыли о своем третьем спутнике.

Тасьюки посмотрел на двух друзей, страстно танцующих вместе, и почувствовал, как жар приливает к его щекам. «Ух ты!» Его тело реагировало на сцену, разыгрывающуюся перед ним. Ему показалось, что дыхание вышибло из его легких. Смотреть, как тело Киоко трется о тело Сьюки, когда их руки блуждают по телам друг друга, было почти невыносимо.

Решив, что он хочет поучаствовать в веселье, Тасьюки заставил себя пошевелиться, прежде чем у него сдали нервы.

Остановившись прямо перед Киоко, он увидел, что ее глаза были закрыты, когда она прижалась к Сьюки. Его взгляд встретился с Сьюки, она ухмыльнулась и нырнула за спину Киоко, медленно поднимаясь обратно, лаская бедра подруги. Она надеялась, что у Тасьюки хватит смелости вот так потанцевать с Киоко.

«Почему бы тебе не присоединиться к нам? Это очень весело!» - она засмеялась, схватив Тасьюки за петлю на поясе и прижав его вплотную к Киоко.

Глаза Киоко расширились от шока, когда она почувствовала, как твердое, определенно мужское тело так тесно прижалось к ней. Румянец залил ее щеки, когда она поняла, что Тасьюки крепко обнимает ее. «Хех», - она застенчиво улыбнулась, решив, что ей нравится, как его тело прижимается к ее. Она знала, что может доверять ему, что он не переступит своих границ. Он всегда был джентльменом.

Чувствуя себя немного смелой, Киоко продолжала танцевать, а Сьюки двигалась позади нее, положив одну руку на плечо Тасьюки... молча подбадривая его.

Тасьюки схватил Киоко за бедра и начал двигаться вместе с ее телом. Он чувствовал себя так, словно был на небесах, когда девушка его мечты соблазнительно танцевала рядом с ним. Чувствовать, как каждый изгиб ее тела трется о него, было сладкой пыткой, которой он никогда не испытывал.

Его карие глаза соблазнительно смягчились, когда все его тело словно загорелось, и он хотел почувствовать ее так сильно, как только мог. Прижавшись теснее к Киоко, он начал тереться о нее, двигая своим разгоряченным телом вместе с ней, как давно забытый любовник.

Киоко посмотрела в глаза Тасьюки и впервые заметила, что в его шоколадных глазах были прекрасные аметистовые хлопья. «Красиво.».. - было единственное слово, которое пришло на ум. Чем глубже она вглядывалась… тем больше он напоминал ей Шинбэ.

*****

Настроение Тойи не улучшилось с тех пор, как он отправился в додзё колледжа в надежде немного расслабиться. Он решил, что ему лучше поскорее уйти, когда разбил боксерскую грушу за пятьсот долларов. Это не его вина, что он представлял себе лицо Котаро, когда ударил его.

«Глупая девчонка!» - прорычал он. «Почему с ней всегда было так трудно справиться?» Он уставился ни на что конкретно, думая о раздражающем охраннике, с которым встречалась Киоко.

Он все еще чувствовал ярость с тех пор, как услышал голос Котаро в квартире Киоко ранее. Ему бы ничего так не хотелось, как оторвать этому человеку голову и засунуть ее туда, куда никогда не доберется солнце. У Тойи всегда было шестое чувство в отношении вещей, и его чувства говорили ему, что Котаро был не тем, кем казался.

«Волк в овечьей шкуре больше подходит для него», - ухмыльнулся он, а затем мгновенно почувствовал себя немного виноватым, потому что он также скрывал многое от Киоко. То, что даже он не мог объяснить.

В детстве он научился скрывать свои необычные способности от других, такие как нечеловеческая сила и скорость, а также обостренное обоняние и зрение. Единственная проблема заключалась в том, что они приходили и уходили, когда хотели. Он не мог вызвать их в любой момент, и, возможно, это было хорошо.

Погруженный в свои мысли, Тойя почувствовал покалывание по коже, когда заметил охранника, прислонившегося к двери здания службы безопасности. «Легко на помине!». Тойя пристально посмотрел на Котаро, почти проходя мимо него, а затем остановился как вкопанный. «Какого черта ты здесь делаешь?» - прорычал он.

Котаро неторопливо встал во весь рост и направился туда, где стоял предполагаемый ухажер Киоко, рыча на него. Оглядевшись и нигде не увидев ее, его расслабленное поведение стало напряженным, и Котаро пронзил Тойю сердитым взглядом. «Где Киоко? Я думал, она была с тобой сегодня вечером».

Если и было что-то, что Тойя ненавидел, так это путаницу, а сейчас он был не в настроении для этого. «Ты тупой придурок… Я думал, у нее с тобой свидание», - огрызнулся он, не подумав.

Котаро был серьезно выведен из себя. Киоко сказала ему, что встречается с Тоей, и это была ложь. «Черт возьми!»

Не удостоив Тойю повторным взглядом, он помчался в направлении, где жила Киоко, борясь с необходимостью использовать свою неестественную скорость. Почему она солгала ему? Если бы он знал, что она не с придурком, он бы последовал за ней.

Тойя почувствовал мгновенную панику, когда увидел, как беспокойство просочилось в глаза его соперника, и то, как он взлетел на бешеной скорости, не заставило его чувствовать себя лучше. Что-то внутри него полностью доверяло Котаро, но он никогда бы не сказал ему об этом.

Даже не думая о том, что он делает, он бросился вслед за Котаро, чтобы посмотреть, куда тот направляется. Легко поспевая за ним, но, заметив скорость, которую они оба использовали, некоторые подозрения Тойи подтвердились. Котаро был больше, чем казался… у них была одинаковая ДНК или что-то в этом роде? Он стиснул зубы, ему не понравилась эта мысль.

Через минуту Котаро уже стучал в дверь квартиры Киоко, вопреки всему надеясь, что она действительно там. Хлопнув обеими ладонями по невинной двери, он завопил. «Черт возьми, Киоко! Где ты?» Страх и беспокойство проникли в каждую пору его существа. «Это нехорошо», - прорычал он.

«Что нехорошо?» - спросил Тойя, вставая позади Котаро.

Вибрации, которые излучал Котаро, заставляли грудь Тойи болеть от их интенсивности. Если бы он знал, что Киоко не с Котаро, он бы подошел, просто чтобы быть рядом с ней. Ему следовало просто последовать своим инстинктам и все равно прийти. Рано или поздно ему придется надеть чертов поводок на эту девчонку.

Котаро развернулся, совершенно забыв о Тойе в своем стремлении добраться до Киоко. Теперь, когда ему было на кого излить свой гнев, он набросился: «Я думал, она была с тобой!» Котаро сжал кулак и постарался сдержать ярость, прежде чем зашел слишком далеко. «И как, черт возьми, тебе удалось не отстать? Неважно, не отвечай на этот вопрос».

Тойя уставилась на него, удивленный тем, что охранник вообще заметил это, но отмахнулся. «Я просто такой быстрый придурок».

Успокоив свою доминирующую половину, Котаро открыл свои пронзительные светло-голубые глаза, устремив их на человека, который собирался помочь ему найти «его Киоко». Было достаточно плохо, что Тойя не переродился вампиром, чтобы они могли просто покончить с этим, но теперь Тойя восстанавливал свои способности из прошлого и понятия не имел, почему. В довершение всего лучшим другом Тойи был Шинбэ, а Шинбэ тоже не имел ни малейшего представления о своем прошлом.

Котаро ударил ладонью по виску, удивляясь, с какой стати он доверил Тойе присматривать за ней... во второй раз, когда он потерпел неудачу в первый. Тот факт, что Тойя ничего не помнил, не позволял Котаро разглагольствовать вслух. Он глубоко вдохнул, услышав правду… они оба подвели ее. Его губы сжались, когда он молча уставился на него.

Тойя нерешительно ухмыльнулся. «Итак, она солгала тебе и бросила тебя, сказав, что встречается со МНОЙ. Ха!» Хотя он знал, что она в значительной степени сделала то же самое с ним, он не позволил бы Котаро узнать об этом.

Котаро сделал еще один глубокий вдох, пытаясь держать себя в руках. Это было все равно что разговаривать с чертовым ребенком. «Это не долбаная игра, сопляк. Девочки пропадают направо и налево из студгородка и из города уже больше месяца. Теперь никто из нас не знает, где Киоко». Котаро услышал панику в своем собственном голосе, но проигнорировал ее. «У тебя есть какие-нибудь идеи, куда она могла улизнуть?»

Тойя почувствовал, как у него сдавливает грудь от беспокойства при мысли о том, что Киоко в опасности. «Черт возьми!» Он повернулся к двери Сьюки и начал колотить, пока не услышал, как дверь слегка потрескивает, заставляя его расслабиться от ударов. Ответа не последовало.

«Черт возьми!» Близкий к паническому состоянию, Тойя нащупал свой мобильный телефон, надеясь, что Шинбэ знает, где девочки. «Возьми трубку, извращенец!» - крикнул он в трубку, где продолжали звучать гудки. После четвертого гудка Шинбэ наконец ответил.

«Шинбэ! Ты не знаешь, где Сьюки и Киоко?» Он бросил взгляд на Котаро, когда тот подошел ближе, как будто ждал ответа.

На другом конце провода Шинбэ улыбнулся знающей улыбкой: «Может быть.»..

*****

Кё оставался скрытым в темноте, наблюдая за девушкой и ее друзьями. Он узнал, что ее зовут Киоко, слушая их разговор. До сих пор мальчик по имени Тасьюки держал свои руки при себе, что было хорошо, учитывая, что Кё решил оставить его в живых до тех пор, пока он не прислониться к ней слишком близко. Он казался достаточно безобидным… если только не слишком увлечен ею.

Они направились на танцпол, и девушка и ее подруга начали танцевать вместе. То, как они танцевали, было неприлично. «Должно быть, это из-за алкоголя, который она так быстро выпила», - ему было трудно поверить в обратное.

Низкое рычание завибрировало в его груди, когда его обзор загораживала группа панков. Услышав его предупреждение, а затем увидев леденящий золотой блеск, который он послал в их сторону, они быстро отступили на другую сторону клуба. Уголки губ Кё изогнулись в веселой улыбке после того, как они мгновенно рассеялись.

Он снова обратил свое внимание на танцпол, сосредоточившись на молодой девушке, которая озадачила его. Зрелище, которое его встретило, заставило его кровь закипеть от ярости. Злобное рычание донеслось откуда-то неизвестно откуда, когда злые золотые глаза вспыхнули красным от крови.

Безобидный мальчик Тасьюки танцевал с Киоко так, словно соблазнял ее.

*****

Киоко потеряла голову от ощущения рук Тасьюки на ее бедрах, ласкающих обнаженную кожу на ее талии, когда он взял под контроль их танец. Он действительно выглядел сексуально с растрепанными волосами во время танца с ней. Смешок сорвался с ее губ при повороте ее мыслей.

Когда она почувствовала, как он ласкает обнаженную кожу у нее на пояснице, она заметила, что его глаза стали почти чистыми аметистовыми.

Сьюки, решив, что ей не помешает что-нибудь холодное и влажное, шлепнула Киоко по заднице. «Ну же, вы двое! Мне нужна пища!» Она рассмеялась над своей глупой фразой и потащила парочку обратно к столику, который они занимали ранее, в надежде выпить еще.

*****

Кё стоял, отчаянно пытаясь успокоить свою бушующую кровь. Его обычное железное самообладание и холодное поведение полностью исчезли, когда он увидел мальчика Тасьюки, танцующего с Киоко, как будто он был ее любовником.

В глубине души он знал, что ему нужно быстро успокоиться, иначе Хякухей почувствовал бы его присутствие, если он уже этого не сделал. Сделав глубокий вдох, чтобы успокоиться, он мысленно выругал себя за свою глупость.

На протяжении веков он был холодным, бесчувственным демоном ночи. Его решимость была подобна горе, которая никогда не колеблется и которую нельзя заставить подчиниться. Его эмоции хорошо скрывались за его холодной, нерушимой внешностью, и для этого была своя причины: чтобы он мог скрыть свою ауру от истинного врага.

За одну ночь присутствие одной молодой девушки, невинной и чистой, заставило его дрогнуть впервые в его жизни живого мертвеца.

Не обращая внимания на разъяренного вампира с серебристыми волосами, троица вернулась на свои прежние места. До него донесся невинный смех Киоко, который едва смог успокоить его ярость. Его напряжение немного ослабло, и он задался вопросом, почему он так собственнически отреагировал на молодую девушку.

Его взгляд сузился, метая кинжалы в мальчика рядом с ней, обещая медленную мучительную смерть, если он еще раз подойдет к ней так непочтительно. Ей нужен был опекун.

Кё не мог понять, какую огромную власть она имела над ним, но наблюдать за ней стало захватывающим. Ее красота и невинность завораживали его, и он начал задаваться вопросом, была ли ее кожа такой мягкой, какой казалась. Вид еще одного стакана с низкосортной жидкостью, стоящего перед ней, разозлил его.

С каждым глотком, который она делала, сияние чистого света, окружавшее ее, казалось, колебалось и ослабевало. Его уже было намного труднее обнаружить. Если бы она продолжала пить дьявольскую воду, которая была поставлена перед ней, она скоро провалилась бы во тьму.

Словно бросая ему вызов, он наблюдал, как девушка вынула соломинку из стакана и прижала стакан к губам, допивая остатки пьянящей жидкости.

Кё сделал то, чего не делал веками… он улыбнулся, зная, что теперь ее тайна будет в безопасности от зла, которое только что вошло в ночной клуб. Может быть, скрывать чистую ауру такой невообразимо невинной, красивой девушки было не так уж и плохо, в конце концов.

Кё отступил в темноту как раз в тот момент, когда его враг вышел из нее.

*****

Хякухей вошел в дверь, не обращая внимания на приспешников, которые следовали за ним в его тени. Они могли бы сами найти себе развлечение на ночь. Они только помешали бы его планам на вечер, если бы он позволил им присоединиться к нему. Его малиновые глаза с интересом изучали представшую перед ним разгоряченную плоть.

Он чувствовал жизнь здесь, скрытую где-то среди людей. Она манила его, как жаждет любовник прикосновения, но теперь это ласкающее чувство почти исчезло, как будто погасло.

Он хорошо поел прошлой ночью и не чувствовал необходимости снова кормиться так скоро. Нет... Сегодня вечером у него было на уме кое-что другое.

В этом городе скрывалась сила легендарного Кристалла Сердца Хранителя, он был уверен в этом. Все дороги, по которым он шел в поисках скрытого света, привели его сюда. Даже сейчас он чувствовал неуловимый свет, скрытый во тьме, когда прислонился к стене, наблюдая за людьми.

Несколько ничего не подозревающих смертных уже заметили его, и он знал, что они придут к нему, ошибочно предлагая свои души.

Простая привлекательность высокого, темноволосого и красивого человека всегда позволяла ему легко ловить свою добычу. Его длинные темные волосы волнами струились вокруг него, создавая фон для его непревзойденной привлекательности. Он мог чувствовать вожделение, исходящее от людей, но сегодня вечером он не обратил на это внимания.

Сегодня вечером он будет искать ту, которую сможет взять под свой контроль. Иногда он обращал ничего не подозревающую душу просто для того, чтобы убить их следующей ночью. Он даровал дар вечной жизни только тогда, когда это устраивало его, и это случалось реже, чем раз в столетие. Но сегодня вечером он будет искать кого-то, кто поможет ему в его поисках, чтобы определить того, кто владел Кристаллом Сердца Хранителя.

Глаза Хякухея потемнели от его мыслей. В последний раз, когда он подходил так близко к таинственному легендарному кристаллу, девушка, несущая могущественный кристалл, разгадала его намерения. Прежде чем он смог остановить ее, она покончила с собой… забрав кристалл с собой и снова оказавшись вне его досягаемости.

Его мысли вернулись назад с тоской. Это было такой пустой тратой времени... ибо юная девушка была несравненна по красоте и незапятнанной чистоте. Его худощавое тело не двигалось, пока он неторопливо обшаривал толпу полночными глазами.

Кристалл появлялся только раз в тысячу лет, согласно древним свиткам, которые он забрал у волшебника Шинбэ, прежде чем убил его. Его губы растянулись в жестокой улыбке, когда он вспомнил это конкретное убийство… действительно, очень вкусно.

Считая годы с того времени, избранной девушке, которая сейчас носила кристалл у сердца, был бы двадцать один год, возможно, немного моложе. Хякухей почувствовал это в непосредственной близости от университета, а теперь здесь, среди толпы студентов колледжа в ночном клубе.

Тот факт, что этот город был построен на той же земле, где исчез кристалл, только подтверждал, что это будет то же самое место для его возрождения.

Если он не сможет найти того, у кого был Кристалл Сердца Хранителя, тогда он наймет того, кого примут за своего, и сможет помочь в его поисках. Не человек, существо ночи, прежде всего, мог обнаружить силу, которую он хотел и желал для себя.

Злобная улыбка украсила его идеальные губы в предвкушении острых ощущений охоты. Призвав своих самых любимых детей присоединиться к нему, на этот раз он получит то, что хотел. Он слишком долго пробыл в темноте, и даже самые приятные вещи начали ему надоедать.

Хякухей хотел чего-то нового, и вызов был как раз тем, что могло пробудить его от сна на всю жизнь. Он смутно почувствовал какое-то волнение в воздухе и понимающе улыбнулся. Не нужно никакой спешки… время неважно... для вампира.

*****

Тасьюки с изумлением наблюдал, как Киоко допила остатки своего «чая со льдом с Лонг-Айленда». Его теперь мягкие карие глаза снова посмотрели на его собственный напиток, который все еще был полон, с озабоченным выражением на лице. «Ах, Киоко, если ты хочешь пить, я мог бы принести немного настоящего чая из бара, если хочешь?» Он усмехнулся, наблюдая, как Киоко покраснела, когда поняла, что сделала.

Сьюки приподняла бровь, заметив пустой стакан Киоко, и внутренне вздрогнула, зная, что Киоко с радостью убьет ее завтра из-за похмелья. Она мысленно пожала плечами, убеждая себя, что сегодня вечером они отдыхают, и Киоко простит ее... в конце концов.

Посмотрев на Тасьюки с выражением «Пожалуйста, помогите мне, я в беде», Сьюки согласилась. «Я думаю, что это может быть хорошей идеей». Она подмигнула ему с ободрением и скрытым озорством.

Ей всегда нравился Тасьюки, и ей часто хотелось, чтобы Киоко чаще встречалась с ним, а не с Тойя, который ей нравился, но он не всегда относился к Киоко так хорошо, как следовало бы. Она была рада, что Киоко могла достойно отвечать, и не позволяла Тойе переступить через нее.

Потом был Котаро, который забрал бы Киоко и женился на ней, если бы представился шанс. Он был милым и относился к ней как к богине, но Сьюки тоже не нравилась мысль о том, что она потеряет свою лучшую подругу.

Глаза Сьюки загорелись при мысли о том, чтобы столкнуть Тасьюки и Киоко вместе, особенно после того, как они только что танцевали вместе. Однако она была не настолько глупой, чтобы сделать это, потому что Киоко могла быть очень страшной, когда злилась как черт. Девушке нужно было иметь мужество, чтобы встречаться с двумя горячими головами, с которыми она встречалась. Улыбка Сьюки смягчилась, когда она подумала о своем собственном парне, хотя она никогда бы не призналась в таком звании.

Шинбэ был таким же сумасшедшим, как и любой из тех двоих, с кем встречалась Киоко, если не больше.

Вернувшись мыслями в настоящее, Сьюки встала с лукавой усмешкой. «Я собираюсь уговорить Ди-Джея сыграть мою любимую песню, сейчас вернусь!» С этими словами она оставила этих двоих наедине с их собственными желаниями. Втайне она надеялась, что время, проведенное наедине, разожжет между ними небольшое пламя.

Киоко посмотрела на Тасьюки, чувствуя легкое головокружение, и виновато улыбнулась. «Я бы с удовольствием выпила чаю... Или, может быть, кофе был бы еще лучше. Хотя иногда кофеиновый кайф почти так же плох». Она ухмыльнулась своей собственной шутке: «Если ты не возражаешь, закажи его, пока я схожу в дамскую комнату». Она взяла протянутую руку Тасьюки и позволила ему помочь ей подняться.

Киоко быстро заморгала, когда все стало казаться немного расплывчатым, а затем хихикнула. «Я сейчас вернусь!» Она оглядела стены в поисках направления в дамскую комнату. Заметив его ближе к входной двери, она побежала, надеясь, что не выглядит такой шаткой, как чувствовала себя. Может быть, если бы она плеснула немного холодной воды на лицо и больше не пила алкоголь сегодня вечером, то с ней все было бы в порядке.

Тело Кё напряглось, когда он увидел, как девушка направляется прямо туда, куда ей не стоил идти – ко входу... и врагу. Его затравленные золотые глаза окрасились в розовый цвет, и с раздраженным рычанием его фигура исчезла, как будто его там никогда и не было.

Затуманенный разум Киоко задавался вопросом, почему они разместили ванные комнаты прямо перед дверью, когда она смотрела, как толпа людей все еще входит в ночной клуб. Некоторые из вновь прибывших, казалось, уже вовсю веселились, и шум в танцевальном зале усилился.

Ёдзи, один из парней из кампуса, вошел, спотыкаясь, не глядя, куда идет. Его брат уже уговорил его сходить в пару баров по дороге раньше, и они только что покинули последний, чтобы попробовать этот. Когда он повернулся, чтобы позвать своего младшего брата Хитоми, он наткнулся на мягкое, теплое тело.

Услышав женский крик, Ёдзи мгновенно протянул обе руки и поймал ее. Когда его глаза засветились на лице того, кого он держал, на его губах появилась дикая усмешка. «Киоко?»

Как только комната решила перестать вращаться и снова выровнялась, Киоко посмотрела на парня, который сбил ее с ног, а затем разыграл героя одним движением. «Ёдзи … Привет.».. Киоко покраснела, когда он прижал ее ближе к себе, и мгновенно попыталась освободиться.

«Это плохо! Плохо!», - повторяла она где-то у себя в голове.… она могла слышать предупреждение громко и ясно.

Она много раз сталкивалась с Ёдзи в школе, и, хотя он был главным ловеласом и был чрезвычайно хорош собой и одним из популярных спортсменов, она всегда старалась избегать его. Он был слишком агрессивен на ее вкус, и она предпочла держаться подальше от него и группы, с которой он общался.

«Теперь я в порядке, Ёдзи, так что ты можешь отпустить меня», - улыбнулась она, скрывая свое беспокойство, стараясь сохранять спокойствие и не устраивать сцен.

Ёдзи не ослабил своей хватки и грязно улыбнулся ее беспокойству. «Почему я должен отпустить тебя сейчас, когда ты наконец-то в моих объятиях, Киоко?»

Его глаза уже были полны похоти, а лицо приняло выражение хищника. Он преследовал ее уже долгое время, но она никогда не уделяла ему внимания. Что ж, теперь, когда рядом не было двух ее телохранителей, чтобы остановить его, она не сможет так легко уйти.

Хякухей с интересом наблюдал за сценой, происходящей всего в нескольких футах от него. Он прекрасно видел парня, но всматривался только в спину женщины. «Эта девушка.».. Его глаза загорелись жутким блеском, когда он посмотрел на нее. Он чувствовал запах ее нервозности и чистоты так сильно, что это подавляло его чувства.

Что касается парня, который обнимал ее, его похоть так густо висела в воздухе, что ее можно было попробовать на вкус. Глаза Хякухея сузились, когда потребность убить панка начала гореть в его венах. Он двинулся вперед, но обнаружил щит из радужной пыли, преграждающий ему путь. Успокаивающий блеск осел, когда он снова прислонился к стене, подозрительно прищурив глаза. Ее защищал бессмертный?

Он протянул руку и коснулся того, что осталось от барьера, и позволил успокаивающему чувству омыть его. Такой успокаивающий эффект не смог бы надолго подавить его злые намерения. «Маленькие мальчики и их игры», - ухмыльнулся он, когда его полуночные глаза снова взглянули на девушку.

Ее аура застала его врасплох. Его взгляд блуждал по ее прекрасному телу, и ее кожа сияла, как роса на цветке перед первыми лучами рассвета. Потребность прикоснуться к ней переполняла его чувства, когда он сделал еще один незаметный шаг к ней... на этот раз игнорируя искрящийся защитный барьер раздражающего бессмертного.

Как раз в тот момент, когда он собирался заключить девушку в свои объятия, еще одна волна чувства собственности обрушилась на него, как физический удар. Знакомая аура ласкала его чувства, которую он не ощущал десятилетиями. Бросив последний взгляд на девушку, на которую он мысленно претендовал, его темные глаза на мгновение смягчились, когда он принял решение. Он овладеет ею... скоро.

Улыбка тронула его хитрые губы при виде новой ауры, когда он отступил в темноту, скрывшись из виду. «Итак, мой своенравный Кё решил присоединиться к игре… давайте посмотрим, каковы его истинные намерения».

******

Тойя ворвался в квартиру, где он проживал вместе с Шинбэ, но когда он не увидел своего друга, сразу же начал кричать. «Шинбэ, где ты, черт возьми?» Его гнев зашкаливал, и по очевидным причинам у него было очень плохое предчувствие по поводу безопасности Киоко, особенно после того, как Котаро сообщил ему о других пропавших девочках… так много.

Его нервы уже были на пределе, и если он в ближайшее время не увидит Киоко, то что-нибудь сломает. С другой стороны, когда он увидит ее снова, он вряд ли упустит ее из виду... когда-нибудь. Будь его воля, он бы навсегда приковал ее к себе наручниками для сохранности.

Шинбэ вышел из ванной, застегивая свою светло-голубую рубашку и выглядя так, словно собирался прогуляться по городу. «Я здесь, где пожар?» Он сел на диван и начал обуваться, как будто ему было все равно на свете.

Котаро стоял позади Тойи, ожидая, нет ли у Шинбэ какой-либо информации о местонахождении Киоко. Прислонившись к кухонной стойке, он наблюдал, как Тойя возвышается над Шинбэ.

Если бы Тойя вспомнил, что Шинбэ сделал для него в прошлом, он, вероятно, проявил бы к парню больше уважения. Котаро склонил голову под забавным углом, переосмысливая это. «Нет, не проявил бы», - поправил он себя. Наблюдать за всплеском темперамента мальчика было бы забавно, если бы Киоко не пропала.

«Я потерял Киоко, и теперь не могу найти Сьюки тоже!» Тойя дернулся, когда Шинбэ даже не взглянул на него.

Самодовольная улыбка Шинбэ определенно действовала Тойе на последние нервы. Если бы Шинбэ уже не был наполовину безмозглым из-за того, что Сьюки всегда била его по голове, Тойя бы еще больше повредил его мозг. Но прямо сейчас он хотел, чтобы его друг был в сознании и отвечал на его вопросы.

Шинбэ закончил завязывать шнурки, зная, что Сьюки возненавидит его за это, но ему было все равно. Он загладит свою вину перед ней. Они всегда веселились, когда мирились после ссоры… его глаза остекленели от приятной мысли. Примирение – это весело…

Услышав опасное рычание, Шинбэ быстро переключил свое внимание на своего друга, спокойно приподняв бровь: «Что?»

«Шинбэ, черт возьми! Я не шучу! Где, черт возьми, Сьюки и Киоко?» - рявкнул Тойя, его золотистые глаза пронзили друга, как нож. Если Шинбэ не ответит ему в ближайшее время, он знал, что сейчас взорвется.

Шинбэ в замешательстве нахмурился, когда заметил Котаро, прислонившегося к стойке бара. Тойя и охранник даже не нравились друг другу, не говоря уже о том, чтобы тусоваться вместе. Его грудь сжалась. «Я не знаю наверняка, но Сьюки бросила меня сегодня вечером, сказав, что встречается с другом, хотя и не сказала, с кем».

Когда Тойя снова начал ругаться, Шинбэ встал. «Подожди, я еще не закончил, так что не кипятись. Когда я был у нее дома, я увидел на барной стойке листовку про клуб «Полночь», и на ней была обведена сегодняшняя дата». Он похотливо ухмыльнулся. «Я как раз собирался пойти туда и посмотреть, смогу ли я ее найти».

Котаро вздохнул, в то время как Тойя начал буйствовать из-за глупых девчонок. Не желая терять времени, он повернулся к двери. «Спасибо, Шинбэ», - бросил он через плечо, уходя, теперь более взволнованный, чем когда-либо. Он только надеялся, что Камуи был с ней... как-то защищал ее.

Шинбэ склонил голову набок, глядя через плечо Тойи, когда Котаро ушел, а затем выпрямился и хмуро посмотрел на Тойю. «Что происходит и почему Котаро был здесь?» В его аметистовых глазах мелькнуло беспокойство. Ему всегда нравился Котаро, но он не мог признаться в этом Тойе, не будучи заклейменным предателем.

Тойя схватил свои ключи с барной стойки и ответил: «Я расскажу тебе по дороге».

Он повернулся и направился к двери, даже не потрудившись убедиться, что Шинбэ стоит за ним. Он ненавидел быть без Киоко. Это всегда заставляло его чувствовать, что он блуждает в потемках. Пришло время найти ее и поставить на место... рядом с ним.

Глава 5

Киоко не понравилось, как Ёдзи прижимал ее к себе, и она почувствовала, как ее негодование начинает нарастать. Прижимая ладони к его груди так сильно, как только могла, ее глаза метали гневные искры, когда она снова попыталась заставить его отпустить ее.

«Послушай, мне нужно, чтобы ты отпустил меня прямо сейчас, Ёдзи! Я здесь кое с кем». Ее глаза расширились, когда он просто одарил ее самодовольным взглядом и вернул в прежнее положение. «Черт возьми!» - кипятилась Киоко, топая ногой, пытаясь попасть по пальцу Ёдзи.

В другом конце комнаты Тасьюки принес немного обычного чая и поставил его на стол. Посмотрев в сторону двери, чтобы посмотреть, сможет ли он увидеть Киоко, его глаза потемнели, когда он заметил, что Ёдзи преследует ее. Большинство людей, которые его знали, считали Тасьюки настоящим американским милым мальчиком по соседству и самым популярным в школе… но у него был скрытый характер.

Ёдзи был на грани того, чтобы показать свой характер, если Ёдзи не уберет руки от Киоко.

Гнев Тасьюки отразился на его лице, когда он пересек комнату, чтобы спасти свою милую Киоко. Он знал, слушая разговоры других людей в колледже, что Ёдзи и его брат были агрессивны с девушками и даже не раз обвинялись в изнасиловании на свидании.

Приблизившись к ним, он увидел брата Ёдзи, Хитоми, стоявшего рядом с ним, но это его не остановило. От этих двух парней нельзя было ждать ничего хорошего, и он это знал. Глаза Тасьюки приобрели аметистовый оттенок, когда он двинулся вперед. Его адреналин был на высоте, и он стиснул зубы, видя, как Киоко пытается освободиться.

Бровь Киоко начала подергиваться, когда рука Ёдзи скользнула вниз по ее спине и крепко обхватила ее зад, заставляя выгнуться навстречу ему. Она чувствовала его похоть, когда он дьявольски ухмылялся ей.

«Хватит!» Она подняла руку так быстро, что Ёдзи не заметил, как она поднялась, пока не услышал, как треск отдался эхом у него в ухе.

Брат Ёдзи, Хитоми, услышал звук и повернулся, чтобы посмотреть на покрасневшую щеку своего брата. Он понимающе ухмыльнулся, но затем, посмотрев мимо него, заметил, что мальчик по имени Тасьюки направляется прямо к своему брату с мертвенно-бледным выражением лица.

Зная, что его брат может сам позаботиться о сопротивляющейся девушке, Хитоми обошел их и встал прямо на пути Тасьюки. «Как ты думаешь, куда ты направляешься, малыш?»

Тасьюки посмотрел мимо Хитоми, его глаза мгновенно встретились с глазами Ёдзи. Он видел, как рука Ёдзи ласкает руку Киоко… не раздумывая, он вложил весь свой вес в удар, угодив прямо в живот Хитоми. К его большому удивлению, другой мальчик почти не двигался.

Будучи намного больше, чем в начальной школе, Хитоми одним ударом отправил Тасьюки к дальней стене коридора. Он пожал плечами, решив, что мальчик больше не встанет, и повернулся, чтобы посмотреть, как его брат играет со своей новой игрушкой.

Вид девушки, борющейся за свое освобождение, вызвал улыбку на губах Хякухея. «Значит, с этой девушкой будет не так легко справиться. Я получу удовольствие, сломав ее». Наблюдая за молодым человеком, который пришел, чтобы защитить ее честь, Хякухей решил, кого он хочет видеть своим новобранцем.

Он быстро поймал мальчика по имени Тасьюки, прежде чем тот врезался в стену.

Его чувства подсказывали ему, что мальчик все еще чист… девственница… как странно. Быстро окутав их темнотой, чтобы другие не видели, Хякухей посмотрел на него сверху вниз. Он наблюдал, как тот общался с этой девушкой и несколькими другими. Он был бы хорошим выбором.

«Добро пожаловать во тьму, сын мой.».. - прошептал он, вонзая клыки в вену Тасьюки. Глаза Хякухея расширились от запаха крови мальчика. Скрытая сила? У него был вкус аметиста. Он крепче сжал мальчика, желая большего.

Тасьюки принял удар в лицо с размаху, так как в нем было так много адреналина. Он планировал сразу же встать, но когда руки обхватили его сзади, все почернело, и он почувствовал, как его парализует мгновенный страх. Мягкий, почти соблазнительный голос приветствовал его в темноте.

Он ахнул, почувствовав, как острые зубы вонзились в плоть его шеи. Когда жизнь покинула его, его последние мысли были о Киоко и о том, как сильно ему нужно было добраться до нее. Он протянул руку в последней попытке подойти к ней, когда пришло забвение, требующее его последнего вздоха.

*****

Рука Киоко все еще горела от удара, который она нанесла по щеке Ёдзи. Ей хотелось съежиться сейчас, когда она чувствовала на себе множество заинтересованных взглядов. Не помогло и то, что пощечина прозвучала как долбаный выстрел.

«Черт бы все это побрал!» Это было то, чего она пыталась избежать, но нет, Ёдзи должен был прийти и вести себя как последний осел. Говоря об ослах, он все еще не убрал свою руку от ее задницы. Она медленно подняла на него глаза. Судя по сердитому выражению его глаз, она не думала, что он вообще собирался ее отпускать.

Она ответила ему пламенным взглядом, ожидая, отплатит ли он ей тем же или отпустит. Если бы она была из тех, кто делает ставки… она бы сделала ставку на первый вариант.

Кё мог сказать, что маленький огонек девушки не шел ни в какое сравнение с похотью, исходящей от парня, который так крепко держал ее. Он мысленно разорвал развратника на куски за то, что тот осмелился прикоснуться к той, которую он намеревался назвать своей собственностью. Ему вдруг стало все равно, заметил его Хякухей или нет, когда он принял решение. Как только Кё двинулся, чтобы выйти из тени, намереваясь увести ее от хулигана, он услышал глубокое рычание.

На мгновение ошеломленный, Кё понял, что такое рычание, как известно, исходит только от Ликана. Его золотистые глаза проследили за звуком до его источника, когда он продолжал вибрировать от входа всего в паре футов от девушки. Ярость волка затопила переполненный коридор.

Глаза Кё сузились, наблюдая за этой сценой, задаваясь вопросом, может ли он доверять такой вечной силе находиться рядом с девушкой. Он не видел Ликана с тех пор, как его впервые превратили в вампира, после чего он только наблюдал за ним издалека. Он вспомнил, как однажды сказал Тойе, что вампиры и оборотни не смешиваются. Тойя спросил его, почему, и он не ответил ему, потому что он только повторял слова Хякухея и не знал причины этому.

Котаро бросил один взгляд на Ёдзи, нащупывающего «Свою женщину», и бросился на его. В мгновение ока Ёдзи был прижат к стене, а рука Котаро обхватила его за горло, подняв на несколько дюймов в воздух. Он уже имел дело с развратными братьями раньше, и там, где был один... другой наверняка последует за ним.

Его чувства были на пределе, когда он учуял зловоние Хитоми и понял, что тот идет сзади. Одним хорошо поставленным ударом Котаро отправил Хитоми в полет, который упал кучей на пол в конце коридора. Люди разбежались, и коридор быстро очистился.

Киоко сидела там, где приземлилась на пол, с широко раскрытыми глазами… почти пропустив то, что только что произошло, так как это произошло так быстро. Ее взгляд переместился с измятой фигуры Хитоми на разъяренную фигуру Котаро, который держал за шею медленно синеющего Ёдзи.

Зная, что она должна остановить Котаро, прежде чем он действительно причинит кому-то боль, Киоко ахнула и начала вставать. Упершись руками в пол, она, спотыкаясь, подошла к Котаро сзади и положила руку ему на плечо, пытаясь успокоить.

«Спасибо, Котаро, но теперь я в порядке, так что ты можешь отпустить Ёдзи. Хорошо?» Ее голос был мягким, но ее паника усилилась, когда пальцы Котаро сжались на горле Ёдзи. Котаро повернулся лицом к Киоко, и она испуганно отступила на шаг, увидев красный оттенок вокруг его ледяных голубых глаз.

«Я видел, где была его рука, Киоко, и я думаю, что пришло время вынести мусор!» Котаро зарычал, повернувшись к Ёдзи и с нездоровым восхищением слушая, как мальчик издает булькающие звуки и приобретает пугающий оттенок синего.

Котаро взял себя немного в руки, поняв, что Киоко наблюдает за ним в шоке. Желая успокоить ее, он схватил Ёдзи за шиворот рубашки и направился к двери, чтобы научить ублюдка хорошим манерам. Ей не нужно было видеть остальное.

Киоко моргнула, когда дверь захлопнулась за Котаро. Ошеломленная, она все еще была в шокированном оцепенении. Вау, Котаро мог быть действительно страшным, когда злился. В этот момент ей даже стало жаль Ёдзи.

Оглянувшись через плечо, она увидела брата Ёдзи Хитоми, все еще лежащего там, где Котаро оставил его на полу. На этот раз она не возражала против того, что Котаро так защищал ее. Она вздрогнула и попыталась не думать о том, что могло бы произойти, если бы Котаро не появился вовремя.

Кё наблюдал, как она прикусила нижнюю губу, словно не зная, что делать. Когда она снова посмотрела на дверь, он задумался. Так что у нее есть защита Ликана. Он задавался вопросом, какие еще тайны окружали девушку. Этот не был обычным волком, тот, которого она назвала Котаро, он чувствовал, был таким же старым, как и он сам.

Киоко подошла ближе к стеклянным дверям, глядя на темную парковку, гадая, куда подевался Котаро. Положив руку на ручку, она начала открывать дверь, но маленький мальчик встал перед ней, преграждая ей путь. Она на мгновение замерла, когда маленький мальчик встретился с ней взглядом. Это было самое жуткое чувство, которое она когда-либо испытывала.

У мальчика были густые белые волосы и цвет кожи, который почти соответствовал ему. Но это было еще не самое худшее. Его глаза были такими черными, что, казалось, они тянулись вечно, и у Киоко возникло ощущение, что она проваливается в них. Мальчик мягко улыбнулся, едва обнажив свои нечеловеческие клыки, и на мгновение Киоко действительно поверила, что видит их.

Рука появилась из ниоткуда и схватила Киоко за плечо. Испуганный крик застрял у нее в горле, когда она повернулась, чтобы посмотреть, кому принадлежала рука.

*****

Кё вышел из темноты, когда увидел приспешника Хякухея по другую сторону стекла. Он знал о лживом мальчике. Самый младший, который казался таким невинным, часто был самым смертоносным.

Скользнув за спину Киоко, его глаза налились кровью, а клыки удлинились, давая призраку мальчика понять, что он не укусит эту девушку, не потеряв свою собственную бессмертную жизнь.

Рука Киоко замерла на двери, не совсем уверенная, хочет ли она ее открыть. Что-то в этом маленьком мальчике действительно пугало ее. Как только она сделала шаг назад, из ниоткуда появилась тяжелая рука и схватила ее за плечо. Крик ужаса застрял у нее в горле, когда она повернулась, чтобы посмотреть, кто это был.

Киоко забыла дышать, когда посмотрела в глаза, сверкающие золотом. Длинные белые волосы обрамляли его лицо и плечи. Он был на пару лет старше, и в его волосах не было темноты за серебристыми бликами, но он почти выглядел как…

«Тойя?» - нерешительно прошептала Киоко, понимая, что ошибается, но что еще важнее… почему комната кружилась?

Как только их взгляды встретились, Кё почувствовал, что его затягивает в них. Она смотрела на него так, словно знала его. Но это было не так тревожно, как когда она прошептала имя его мертвого брата. Его руки скользнули вокруг нее, видя, как она покачивается от алкоголя, который выпила ранее.

Когда его руки скользнули по ее обнаженной коже там, где ее рубашка была слишком короткой, он почувствовал, как зашевелилась его вампирская кровь, шепча ему, чтобы он держал ее.

Зрение Киоко решило, что в данный момент она недостаточно хороша для этого. Это, казалось, противоречило ее воле, когда мужчина начал расплываться, а она с любопытством смотрела на него. Даже если она плохо видела, она все равно чувствовала, как кто-то держит ее.

Попытавшись коснуться его щеки, она спросила. «Ты не Тойя… Кто ты?» Прежде чем она смогла получить ответ, Будда или какой-то другой бог, продолжая шутить с ней, выключил свет, когда она впала в бессознательное состояние.

Кё крепко прижал ее к себе, когда ее тело обмякло в его руках. Она потеряла сознание, но, по крайней мере, не потеряла сознание в объятиях врага. Ее голова откинулась назад, обнажая гладкую бледную шею, и Кё боролся со своими инстинктами. Он молча задавался вопросом, не была ли она все-таки в объятиях врага. Его клыки начали удлиняться, но он взял себя под контроль... она была слишком чистой для такой темноты.

Затем он почувствовал, как в нем вспыхнул гнев в отношении наивной девушки. Если бы его не было здесь, чтобы защитить ее, что бы с ней случилось? Он забыл о своих собственных побуждениях всего несколько мгновений назад. Если бы волк был подходящим защитником, он бы ее не бросил. Он огляделся, понимая, что друзья, с которыми она была раньше, тоже бросили ее.

Напрягая свои чувства, Кё все еще мог чувствовать своего собственного заклятого врага, Хякухея, в пределах здания. Чувствуя зло, исходящее сверху, он знал, что Хякухей был где-то высоко в комнатах на втором этаже.

*****

Шинбэ выскочил из машины еще до того, как она остановилась. Одна вещь подстегнула его вперед и заставила направиться прямо к главному входу в клуб на полной скорости. Он не мог выкинуть из головы мысль о том, что Сьюки и Киоко станут одной из тех пропавших девочек, и это наводило на него ужас.

Тойя посвятил его в то, что сказал ему Котаро, и как только он доберется до Сьюки, он больше ее не отпустит. Но сначала он должен был найти ее.

Шинбэ остановился как вкопанный, когда ворвался в парадные двери клуба «Полночь».

Прямо посреди коридора стоял мужчина, державший Киоко, и она выглядела не очень хорошо. Она была неподвижна и слишком бледна. Если уж на то пошло, мужчина тоже выглядел не совсем нормально. Бледный было бы для него преуменьшением… что заставило Шинбэ нервно замолчать, когда он понял, что этот человек напомнил ему его лучшего друга.

Серебристые волосы и золотистые глаза… Волосы Тойи были темными, как полночь, но в них виднелись те же серебристые пряди, что и у мужчины перед ним. Это были очень необычные черты, и он знал только о том, что у Тойи когда-то было такое необычное сочетание.

Заметив, что мужчина собирается уйти вместе с ней, Шинбэ отогнал неприятное чувство в сторону. Тойя убьет его, если он не остановит похищение Киоко.

«Какого черта ты делаешь с Киоко?» Аметистовые глаза загорелись, когда Шинбэ закричал, чувствуя, как его ноги снова двигаются без раздумий. Может, она и не была его девушкой, но она была ему очень дорога... дороже, чем он мог бы признать, и, кроме того, она была лучшей подругой Сьюки. Этот парень ни за что не заберет с собой Киоко.

Кё просунул руку под колени Киоко и без усилий приподнял ее. Он баюкал ее, как младенца, положив ее голову себе на плечо, стараясь не потревожить. В тот момент, когда ее голова коснулась его плеча, она уютно устроилась в его объятиях, тихо вздохнув.

Он мог чувствовать доверие и удовлетворение, исходящие от ее ауры, когда она устроилась в его объятиях. Эта женщина-ребенок сильно беспокоила его, и чем дольше он смотрел, как она спит, тем больше ему хотелось спрятать ее ото всех. Он знал, что сможет… если бы он действительно хотел, и искушение было действительно велико. Он никогда никого не превращал в то, кем был ... но если бы он захотел… он мог.

Его покровительство девушке, а также собственническая потребность удержать ее удивили его, и Кё тихо зарычал на его действия. Как эта девушка могла так на него повлиять? Оторвав взгляд от ее ангельского лица, он поднял глаза, когда молодой человек закричал на него. Казалось бы, мужчины, которые хотели ее, продолжали вставать на его пути.

Золотые глаза встретились с аметистовыми, и он почувствовал странную фамильярность. «Это не тебе решать, волшебник», - предупредил Кё низким убийственным тоном.

В этот момент он понял, что сам Хякухэй не сможет забрать ее у него, она принадлежала ему. Его руки крепче обняли ее, ему не нравилась любовь, которую он чувствовал к девушке, излучаемой мощной аурой другого мужчины.

Собравшись с силами и утихомирив свои своенравные мысли, Кё снова тихо зарычал. Он не позволил бы девушке победить его, но… он еще не был готов отказаться от нее. У него было слишком много вопросов, и она ответит на них, нравится ей это или нет.

Уверенный, что он снова взял себя в руки, Кё решил, что пришло время уходить.

Шинбэ был на пути к Киоко, когда мужчина пошевелился. Пошевелился? Возможно, это было не то слово. Замерцал и исчез, а затем снова появился из ниоткуда прямо перед ним, было больше похоже на это.

«Что за…» Шинбэ резко затормозил, взглянув в лицо, на котором была написана смерть.

Его глаза расширились от шока, ему показалось, что его сердце просто остановилось. Так близко к нему… он ясно видел, что у мужчины была практически фарфорово-белая кожа, и он был слишком похож на Тойю, без шуток. Моргнув, он мог бы поклясться, что заметил клыки, торчащие изо рта мужчины, и предупреждающее рычание, раздающееся от него.

Шинбэ стоял неподвижно, когда мужчина вытянул руку и один палец прижал к его груди. Следующее, что осознал Шинбэ, это то, что он сидел на заднице посреди пола. Снова моргнув, он сидел в замешательстве, когда седовласый мужчина, одетый в черное, просто перешагнул через него, а затем внезапно исчез.

Сьюки добралась до холла как раз вовремя, чтобы увидеть, как Шинбэ не слишком мягко упал на пол, и высокий седовласый мужчина исчез вместе с Киоко. Она моргнула один раз, и они исчезли… всего за одну секунду.

Шинбэ, который выглядел так, словно находился в сумеречной зоне, посидел там еще мгновение, растерянно моргая. «Какого черта?»

Подбежав к Шинбэ, Сьюки дрожащими руками попыталась помочь ему встать. «Кто был тот человек, который исчез вместе с Киоко?» Она обеспокоенно посмотрела на Шинбэ, когда они оба повернулись и выбежали за дверь, чтобы найти их. «Он действительно просто исчез?»

Они вышли из здания и лихорадочно огляделись по сторонам, но нигде не обнаружили ни следов мужчины, ни Киоко.

Повернувшись к Шинбэ, Сьюки сверкнула глазами. Она чувствовала, что вот-вот расплачется. «Куда они делись? Этот человек похитил Киоко!» Она дрожала от страха. То, что начиналось как веселая девичья вечеринка, превратилось в кошмар.

«Успокойся, Сьюки. Мы найдем ее. Тойя тоже здесь». Шинбэ с тревогой огляделся в поисках своего пропавшего друга. «Я думал, он был прямо за мной!»

Беспокойство быстро превратилось в гнев теперь, когда до него дошло, что Сьюки была в безопасности и рядом с ним. Тень жалости промелькнула в его затравленных глазах, когда он подумал о прошлом. «И о чем, черт возьми, ты думала? С тобой могло что-то случиться, и я мог не знать, где ты была!» Он резко схватил ее за руки, и его аметистовые глаза собственнически потемнели.

Губы Сьюки сжались от его гнева. Он здесь причем? Не то чтобы она никогда не встречалась со своими друзьями. Ее пристальный взгляд встретился с его, когда ее собственный гнев начал нарастать. «Что ты мммф», - Ее слова были прерваны, когда его губы прижались к ее губам в обжигающем, останавливающем сердце поцелуе.

Шинбэ так беспокоился о ней, что не мог остановить нахлынувшие чувства. Он хотел убедиться, что она может чувствовать каждую эмоцию, которая течет по его венам прямо здесь и сейчас. Он крепко обнял ее, клянясь себе, что она никогда больше не уйдет из его поля зрения.

Сьюки тихо заскулила от интенсивности поцелуя Шинбэ. Это было так, как будто он обнажал все необузданные эмоции в своей душе. Она практически чувствовала их кончиками пальцев, когда обхватила его за плечи. Зная, что если она отпустит его, то не сможет стоять. Видя, как ее ноги только что превратились в желе, она держалась изо всех сил.

Ее разум на мгновение затуманился, и она забыла, что злилась на него или что Киоко просто исчезла. Все, что она могла чувствовать, - это Шинбэ и любовь, которая, без сомнения, переживет их.

Осторожно он ослабил хватку, закончив их поцелуй, потершись носом о ее нос. Его глаза наполнились облегчением, но все еще были темными от желания. Слегка покачав головой, он попытался сосредоточиться на текущей ситуации, и на этот раз его развратный разум не блуждал от ощущения мягкого тела Сьюки в его объятиях... В конце концов, она была там много раз в жизни.

«Произошли некоторые вещи, и тебе нужно о них знать. Для вас с Киоко было небезопасно выходить сегодня вечером вдвоем. Я объясню, пока мы будем искать Тойю. Я думаю, Котаро тоже где-то здесь». Шинбэ обнял ее, как бы защищая, когда они направились в сторону парковки, чтобы найти Тойю.

Сьюки была слишком ошеломлена на мгновение, чтобы сделать что-либо, кроме как кивнуть.

*****

Тойя помчался через парковку, проклиная Шинбэ за то, что тот опередил его. Ему пришлось выйти из машины со стороны пассажира, как только он понял, что не может выйти со своей стороны. Торопясь добраться до Киоко, он припарковался слишком близко к кирпичной стене. К сожалению, он также понял это, когда попытался открыть свою дверь, и она врезалась в стену, оставив вмятину на боку его малютки.

Хотя на самом деле это не было тем, что замедлило его. Когда он на бешеной скорости пронесся через парковку, из ниоткуда появился маленький мальчик и столкнулся с ним. Удар был настолько внезапным, что сбил его с ног. Когда он достаточно выпрямился, чтобы встать, он быстро протянул мальчику руку, чтобы помочь ему встать.

«Привет, малыш… ты в порядке?» Тойя отдернул руку, когда мальчик зашипел на него, и бросился в противоположном направлении, как будто за ним гнался сам сатана.

Тойя стряхнул с себя жуткое чувство, которое оставил у него мальчик, когда посмотрел на двухэтажный ночной клуб. Жуткое чувство вернулось в десятикратном размере, когда он заметил тень человека, несущего кого-то через одно из окон на верхнем этаже. В этой маленькой сцене было так много всего неправильного.

Его глаза сверкнули серебром… его чувства знали то, чего он еще не понимал. Все это оставило у него ощущение, что кто-то только что прошел по его могиле.

Когда он приблизился к клубу, Тойя раздраженно зарычал, когда понял, что там было два входа. Один из них выглядел как главный вход, а другой был так же переполнен. Решив пройти через главную, он протолкался сквозь толпу.

«Лучше бы с ней все было в порядке... Когда я найду ее, я надолго прикую ее к себе наручниками, нравится ей это или нет.».. Искорки серебра начали усиливаться в золоте его глаз, когда он искал Киоко.

*****

Кё шел по переулку за клубом, крепко держа Киоко на руках. Он твердо решил, что отвезет девушку в свой временный дом, чтобы она пришла в себя. Он посмотрел в сторону пентхауса прямо через главную дорогу от клуба. С ним она будет в безопасности... Но ему придется быть осторожным. Он мог чувствовать приспешника Хякухея в темноте, которая окружала клуб.

Его челюсти сжались, когда он услышал слабый крик вдалеке и понял, что найдена еще одна жертва. Взглянув на спящую девушку, его золотистые глаза смягчились. На сегодня… она была его тайной. Она казалась легкой, как перышко, и такой хрупкой.

Он не мог понять, как эта маленькая девочка была такой вспыльчивой, и все же у нее была такая чистая душа. И «Тойя», она произнесла имя его мертвого брата, как будто знала его. Как это могло быть возможно?

Его мысли застопорились, когда он почувствовал мощное ночное существо впереди, одновременно тяжелый запах крови ударил ему в нос. Напрягшись, он узнал ауру Ликана, который ранее защищал Киоко от панка, преследовавшего ее, только чтобы затем бросить ее… оставив ее в опасности.

Не желая, чтобы девушка пострадала, если ему придется драться, Кё осторожно уложил ее в переулке и пошел на запах крови, который находился прямо за углом. Если волк убил человека, девушка может быть не в безопасности рядом с ним. Было известно, что некоторые оборотни теряют себя, как только гнев входит в их кровь, и он не позволил бы, чтобы девушку защищало такое опасное существо.

Бесшумно повернув за угол, глаза Кё увидели сцену, которую он не видел веками. Волк, все еще в человеческом обличье, стоял, рыча, оскалив клыки. Ярко-голубые глаза сверкнули, когда он злобно зарычал на то, что выглядело как тело, зажатое в его руках.

*****

Тойя остановился, когда он приблизился к дверному проему. Принюхиваясь, он быстро повернулся и направился в противоположную сторону от входа. Он чувствовал ее запах... Хотя в глубине души не мог понять, как или почему он мог это сделать. Стремительно бросившись в переулок слева от здания, его сердце бешено колотилось в груди, когда болезненные мысли проносились в его голове.

Пропавшие девушки и темные места... он надеялся, что ни один волос не упал с головы Киоко, иначе…

Войдя в тень, Тойя резко остановился, когда страх вырвал дыхание из его легких. Там, привалившись к грязной кирпичной стене… была Киоко. Тот же самый страх, который приковал его к месту, подстегнул его к движению. Со следующим вздохом он оказался рядом с ней.

Опустившись на колени, он прикоснулся к ней, проверяя, есть ли в ней жизнь, которая позволила бы его сердцу снова забиться.

Как только его палец коснулся ее шеи, его собственное сердце забилось в такт с ее, и он вздохнул. Слава богу… она была жива. На мгновение дежавю отразилось в каком-то нежелательном воспоминании, и он быстро отогнал его, внезапно испугавшись. Чувствуя, что рядом кто-то есть, он, не теряя времени, поднял ее и отвез в безопасное место. Когда он прижал ее к себе, Тойя использовал свою неестественную скорость, чтобы вывести их из темноты.

*****

Котаро прижал Ёдзи к кирпичной стене, желая, чтобы его жажда крови остыла. Дальше наказывать его не стоило, учитывая, что мальчик уже снова потерял сознание. Не слишком мягко опустив его на землю, он почувствовал возмущение в окружающей его энергии.

Его голова дернулась в сторону, его ледяные голубые глаза сузились.

Кё наблюдал, как волк бросил мальчика обратно на землю, не убив его. Он сразу же узнал в человеке того, кто приставал к Киоко. Изменив свое мнение по сравнению с тем, что было несколько мгновений назад, его губы изогнулись в легком оскале. Если бы это был он, держащий мальчика за шею, мальчик уже был бы немного неживой.

Словно почувствовав его, Ликан повернул голову и вперил в него свой смертоносный взгляд. Кё чувствовал огромную силу, исходящую от волка. Он показывал это в качестве предупреждения.

В прошлом волки и вампиры всегда избегали друг друга. Не заботясь друг о друге, они решили оставить друг друга в покое. Оба были слишком близки по силе, и ни один из них не стремился доминировать над другим. Они просто существовали вместе в одном и том же мире, держась в основном сами по себе и ведя свою собственную бесконечную жизнь.

Все инстинкты Котаро ожили, когда он увидел вампира, стоящего там, в тени... наблюдающего за ним. Он не мог видеть его достаточно ясно, чтобы различить какие-либо отличительные черты, но инстинкт подсказывал ему, что вампир представляет угрозу. Ему все еще нужно было выпустить часть своей собственной жажды крови, и он хрустнул костяшками пальцев, думая, что это, возможно, один из подчиненных Хякухея.

Как только он решил повернуться и напасть, изображение стало сильнее, затем дрогнуло и исчезло. «Золотые глаза?» Котаро выпрямился во весь рост, осознав, что почти напал на Кё. «Что он здесь делает?»

«Черт возьми!» Котаро зашипел и убежал, опасаясь, что Киоко не будет там, где он ее оставил. Он должен был добраться до нее быстро... Сегодня ночью были вампиры, и она не станет одной из их жертв. И с Кё рядом… никто не мог сказать, насколько опасным он мог быть на самом деле.

Кё вернулся к той же кирпичной стене, где он положил девочку. Увидев, что ее там больше нет, его глаза налились кровью, и яростное рычание разнеслось по пустому переулку, эхом отразившись от окружающих улиц.

*****

Сьюки и Шинбэ встретили Котаро у дверей клуба. Схватив Шинбэ за плечо, Котаро настойчиво спросил: «Киоко все еще внутри?» Его нечеловеческие чувства обострились, и инстинкты подсказывали ему, что ее нигде нет рядом.

Сьюки бросилась вперед, схватив Котаро за рубашку и подтвердив его подозрения. «Мужчина забрал ее около десяти минут назад, вы должны ее найти!» Ее глаза наполнились слезами, когда она заговорила с ним. «Мы нигде не можем ее найти!»

Еще не совсем готовый отпустить Сьюки, Шинбэ отстранился от ее руки, прижимая ее к своей груди. Он обхватил ее руками, как стальной обруч. Посмотрев на Котаро, он добавил. «Какая-то «штука» только что вынесла ее отсюда».

Шинбэ посмотрел на дрожащую Сьюки и попытался успокоить ее. Она никогда не позволяла ему просто делать то, что он хотел, не споря. «Я обещаю тебе, мы найдем ее». Пообещав, он оглянулся, чтобы еще раз поговорить с Котаро, но охранник уже ушел.

«Ку… Куда он делся?» Шинбэ заикался, оглядываясь по сторонам, но не найдя никаких следов охранника. Покачав головой, он вздохнул. Он увидел достаточно странного дерьма для одной ночи.

Выйдя из своего растерянного, безнадежного состояния, Сьюки раздраженно фыркнула. «Ему лучше найти Киоко… или у меня на ужин кебабы Котаро…» Таща Шинбэ за собой, как будто они внезапно поменялись ролями, она добавила: «Моя машина, поехали!»

Шинбэ оглядел стоянку, как будто внезапно вспомнил что-то важное. «Кстати, о машинах… Тойя пропал».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.