Юлия Безбородова
Что скрывает незнакомец

Часть 1. АННА

Глава 1

Я хорошо помню тот день, который перевернул мою жизнь с ног на голову, – как будто это случилось вчера. Беды ничего не предвещало: я улетела в Женеву отметить свой двадцать третий день рождения вместе со своим парнем Леоном. Надо признать, что его полное имя – Леонардо – нравилось мне гораздо больше: оно словно таяло на языке и отзывалось мурашками по всему телу. Но Леон почему-то стыдился своего итальянского происхождения и просил не называть его Леонардо.

Он жил недалеко от Женевы и руководил компанией, которая занималась недвижимостью. Надежный, как швейцарский банк, и красивый, как голливудский актер, Леон казался мне идеальным парнем. У него были густые смоляные волосы, в которые я так любила запускать пальцы, и чудесные глаза цвета топленой карамели. Леон был высокий и широкоплечий – я идеально помещалась в его руках, словно он был создан обнимать меня.

Единственным недостатком Леона была его страсть к работе. Хотя и в этом находились свои плюсы: Леон ездил на «Мазерати», носил «Ролекс» и часто брал меня с собой в деловые поездки. Новый Год мы встретили в Дубае, осенью были в Вене и Брюсселе, а летом Леон показал мне Италию, Париж и Стамбул. Девчонка из спального района Москвы, я и мечтать не смела, что когда-нибудь окажусь в таких бесподобных местах.

В свой день рождения я ждала предложения руки и сердца. Мы с Леоном говорили о будущем только намеками, но я успела решить все за нас обоих. Я выйду за него замуж, мы переедем в живописный домик с видом на горы, и я буду сидеть дома с нашими детьми. Становиться домохозякой и сидеть на шее у Леона не входило в мои планы: пока он пропадал бы на работе, я писала бы книги, обещающие миллионные гонорары.

В мыслях я много раз рисовала себе, как Леон достанет из кармана заветную бархатную коробочку, встанет на одно колено и скажет, что я самое дорогое, что у него есть.

Но вместо этого он предложил мне расстаться. Такого поворота событий я совсем не ожидала.

– Но почему? – выпалила я, не веря своим ушам. Ощущение было такое, будто я лечу с огромной высоты и мне не за что ухватиться.

– Ты тут ни при чем, – сказал Леон, отводя взгляд. – Просто я не тот, кто тебе нужен.

– Неправда, – перебила я его. – Ты потрясающий.

Я и правда так думала. У меня просто не укладывалось в голове, что Леон может меня бросить. Я вспомнила, как он впервые меня поцеловал; как мы лежали в постели, прижавшись друг к другу; как Леон пропускал пальцы сквозь мои волосы и говорил мне, что я самая потрясающая девушка на свете. После того, как Леон впервые сказал мне: «Я тебя люблю», – я сменила ник в «Инстаграме» на «мадам Росси» и в очередной раз убедилась, как удачно фамилия Леона сочетается с моим именем. Анна Росси. Они были словно созданы друг для друга.

И теперь он говорит мне, что все кончено?..

– Я заслуживаю знать, что случилось, – прохрипела я, чувствуя, как к горлу подступают слезы.

Я ничего не понимала. Ведь еще вчера все было прекрасно. Я вспомнила, как мягкие губы Леона обжигали мою шею, как его пальцы бродили по моим бедрам, затем обхватили меня за талию и привлекли к себе. Знай я, что это последняя ночь, которую мы проведем вместе, я бы наслаждалась каждой секундой.

Леон опустил взгляд, ища нужные слова. Я еще ни разу не видела, чтобы он не знал, что сказать.

– Я знаю, что обидел тебя. Прости, но я не могу дать тебе того, что ты хочешь. Моя работа подчиняет себе все, ты же знаешь.

В последнее время Леон и правда работал больше обычного. Он часто отменял наши встречи под предлогом срочных дел и мог часами не отвечать на мои сообщения. Я часто чувствовала себя одинокой из-за того, что Леон допоздна засиживался в офисе, забыв, что я жду его дома с ужином.

– Ты заслуживаешь лучшего, – продолжал Леон, не обращая внимания на мои слезы. – Того, кто будет о тебя заботиться.

– Но мне нужен ты! – возразила я. – У нас же все было идеально. Зачем ты так со мной?

– Прости, – повторил Леон. – Мне очень жаль.

Казалось, Леону наплевать на мои чувства и на те десять счастливых месяцев, что мы провели вместе. Его и раньше нельзя было назвать сердечным, но в тот момент от Леона исходил жуткий холод. Передо мной стоял чужой человек.

– Пожалуйста, только не надо плакать, – со вздохом сказал Леон, заметив слезы на моих щеках.

Но я уже не могла остановиться. Мне было трудно дышать – я не могла поверить, что все кончено.

До моего дня рождения оставалось всего несколько дней. Леон предложил купить мне обратный билет в Москву, но я отказалась: я была не в состоянии объяснять родителям, почему мы расстались. К тому же меня не покидала мысль, что у нас еще есть шанс все исправить.

– Я хочу остаться с тобой и вместе отметить мой день рождения, как мы и планировали. Пожалуйста, – взмолилась я.

Леон не стал возражать.

***

На следующее утро ситуация не изменилась. Леон по-прежнему был холоден и молчалив. Перекинувшись со мной парой слов, он уткнулся в свой блэкберри, быстро собрался на работу и ушел. Он даже не поцеловал меня на прощание – все и вправду было кончено.

Леона больше нет.

Леона и правда больше нет. Мы больше не вместе.

Я ничего не могла поделать и опять начала плакать. В груди разлилась обжигающая боль. Это слишком тяжело – такое чувство, будто на меня упал «Титаник».

Больше всего на свете мне хотелось надеть на себя футболку Леона и забыться в его объятиях. Я так хотела, чтобы все стало так, как было…

Раньше? Или так, как никогда не было?

Я вдруг поняла, что в наших с Леоном отношениях не было стабильности. Он постоянно ускользал, несмотря на мои попытки удержать его. Я провела сотни часов, наблюдая за тем, как он сидел уткнувшись в свой телефон. У Леона была ужасная привычка отвечать на рабочие письма прямо из постели. Ни тебе «доброго утра», ни кофе в постель – уставится в телефон, как будто на свете нет ничего важнее его блэкберри. В такие моменты разговаривать с ним было бесполезно: голова у Леона была занята работой, а не мной.

В наших отношениях мне всегда чего-то не хватало. Сначала я хотела, чтобы Леон проводил со мной больше времени и брал с собой в поездки, затем стала намекать, что пора познакомить меня с родителями, а последние несколько недель у меня из головы не выходила мысль о скорой помолвке, которую мне вбила мама и ее подруги: «Уже пора, – со знанием дела говорили они. – Иначе он никогда на тебе не женится».

Я горько усмехнулась и толкнула дверь в кухню. На столе лежала записка:

«Вернусь поздно. Не жди меня на ужин».

«Кто бы сомневался!», – подумала я с досадой.

Бросив записку в мусорное ведро, я подошла к окну. У Леона была большая светлая квартира в центре города. Из окон открывался красивый вид на разноцветные дома и заснеженные верхушки гор. Я могла часами сидеть на балконе, забравшись с ногами в плетеное кресло и завернувшись в плед. Подумать только – еще вчера жизнь была беззаботной, и я хотела как можно скорее переехать к Леону и выйти за него замуж. В моих мечтах у нас был дом в горах, в котором разносился детский смех…

Я смахнула слезу и задернула шторы.

***

Леон вернулся глубокой ночью, когда я уже спала. Я по привычке прижалась к нему всем телом, но, опомнившись, быстро перевернулась на другую сторону кровати. Как жаль, что у него нет второй спальни! Делить постель с бывшим бойфрендом – это особый вид издевательства.

Я уже частично смирилась с нашим разрывом и стала понимать, что Леон не был таким идеальным, как мне казалось. Он всегда ставил работу на первое место и за то время, что мы были вместе, не счел нужным представить меня семье или хотя бы своим друзьям. Оглядываясь назад, я понимаю, что Леон не ценил наши отношения так, как это делала я: пока я строила планы на будущее, он никак не мог решить, что ему дороже – привольная жизнь или я.

Возможно, я сгущаю краски, но съезжаться и заводить семью в ближайшее время Леон точно не планировал. Надо признать, он никогда не пытался убедить меня в обратном: однажды он прямо сказал мне, что не понимает, зачем люди женятся и заводят детей. И почему я пропустила эти слова мимо ушей? Сэкономила бы столько времени и нервов…

Леон сопел рядом, повернувшись ко мне спиной. Я не могла понять, чего мне хочется больше: прижаться к нему или больно ударить в спину. Наверное, все-таки прижаться.

Я тихонько встала с постели и пошла в кухню. Заняла свое привычное место у окна и принялась изучать проезжающие машины. Их было совсем немного – ночью в Швейцарии очень тихо. Это вам не Москва, которая только просыпается к полуночи.

Я ощущала пустоту в сердце. Мне не хотелось возвращаться в Москву, но еще больше я не хотела признаваться маме в том, что я опять потерпела поражение. До Леона я встречалась со швейцарцем Роландом, отношения с которым тоже закончились ничем.

Роланд был моей первой настоящей любовью. Мы познакомились в Таиланде, на скучной вечеринке в семейном отеле, где я отдыхала с родителями и младшим братом. За два года, что мы были вместе, я выучила немецкий и подружилась с его многочисленными родственниками. Все ждали, когда мы поженимся, но судьба распорядилась иначе – Роланд потерял работу. Он был не готов взять на себя ответственность за русскую жену, а я устала ждать, когда он наберется смелости сделать следующий шаг. Продолжать отношения на расстоянии у меня уже не было сил.

После расставания с Роландом, которое было очень болезненным и тяжелым, я пообещала себе, что больше не стану усложнять себе жизнь отношениями на расстоянии. Но уже через месяц я познакомилась с Леоном – как и Роланд, он жил в Швейцарии, только во французской части страны.

Разве девушки учатся на своих ошибках?..

Я почувствовала, как от новой волны слез сжимается горло, и потянулась за салфеткой, как вдруг на столе завибрировал телефон. На экране выскочила иконка приложения для знакомств. Меня охватил страх, который быстро сменился облегчением: слава богу, что Леона здесь нет! Я тут же вспомнила, что мы расстались, и едва сдержалась, чтобы вновь не расплакаться, – а ведь еще минуту назад я была уверена, что мой запас слез исчерпан на много лет вперед.

Я и забыла об этом приложении. Когда подруги спрашивали меня, как я познакомилась с Леоном, я расплывчато отвечала, что была проездом в Женеве, и он помог мне перевести что-то с французского. Ага, конечно же! Такое бывает только в кино. На самом деле, мы познакомились в интернете.

Я скачала Conamore по двум причинам: мне хотелось вновь почувствовать себя желанной после разрыва с Роландом, а еще я хотела завести друга по переписке, с которым можно практиковать немецкий. Найти любовь я и не рассчитывала: приложение создано для жителей Европы, а кто в здравом уме будет приглашать к себе незнакомку из России? Да и нормальная девушка не стала бы рисковать своей жизнью и лететь в гости к парню из интернета. Но мы с Леоном немного сумасшедшие, поэтому у нас все получилось.

В Conamore я не заходила уже много месяцев. Необходимость в этом отпала, когда мы с Леоном встретились во второй раз – тогда я поняла, что испытываю к нему настоящие чувства и больше не хочу общаться с другими парнями. Иногда я заглядывала в приложение, чтобы убедиться, что мой парень тоже ни с кем не знакомится, а потом и вовсе забыла про Conamore – до сегодняшнего дня.

Оказалось, что я уже давно не была онлайн, и мою анкету удалят через пару дней, если я не подтвержу свою активность. Я уже хотела нажать кнопку «удалить анкету», но в последний момент что-то меня остановило. Мне захотелось проверить свой почтовый ящик.

Он был переполнен. Меня ждали десятки непрочитанных сообщений от мужчин с предложениями встретиться.

«Анна, куда ты пропала? Я жду твоего ответа!» – пишет парень с красивым именем Габриэль.

«Я мечтаю с тобой познакомиться. У тебя потрясающая фигура», – сообщение от фитнес-тренера из Цюриха.

«Ты мне сегодня снилась», – пианист по имени Себастьян не скупится на смайлики.

Боже мой! Я нарасхват.

Эти мужчины потеряли бы ко мне интерес, узнав, что я живу в Москве, но мне все равно стало гораздо лучше. Я даже ответила некоторым из них – рассыпалась в благодарностях за комплименты и рассказала, что работаю редактором в глянцевом журнале и мечтаю стать писателем.

«Анна, я так рад, что ты мне ответила! Я уже потерял надежду. Очень хочу познакомиться с тобой поближе. Приглашаю тебя на свидание завтра вечером – пожалуйста, соглашайся», – тут же пришел ответ от Ника из Берна.

В глаза сразу бросилась его белозубая улыбка. Голубые глаза напомнили мне швейцарские озера, а его губы были словно созданы для поцелуев. Судя по рельефным мышцам, Ник не вылезает из спортзала. При этом он как-то находит время на работу (финансистом) и свои многочисленные хобби (от активных занятий спортом до искусства, психологии и кулинарных курсов).

У Ника безупречная внешность: с такой ослепительной улыбкой он легко мог бы сниматься в рекламе. Оказаться на свидании с таким парнем мечтает любая девушка, и я не исключение. Но через три дня я улетаю обратно в Москву и в глубине души еще надеюсь помириться с Леоном…

Я долго думала, что ответить Нику, и в итоге решила рассказать ему правду – точнее, ее часть.

«Спасибо за приглашение, это очень мило с твоей стороны, – ответила я. – К сожалению, я не уверена, что смогу с тобой встретиться. Сейчас я в гостях у друзей, недалеко от Женевы, а через пару дней уезжаю обратно в Москву. Я там живу и не уверена, что скоро вернусь в Швейцарию. Всего хорошего».

Ник сразу же прочел мое сообщение, но с ответом не торопился. Еще бы! Уверена, что он неприятно удивлен и разочарован, и больше я о нем не услышу. У него наверняка десятки «симпатий» в приложении, да и кто сказал, что Ник – тот, за кого себя выдает? Может, за идеальными фотографиями в профиле скрывается совсем другой человек.

Я вышла из приложения и пошла обратно в спальню. Как только моя голова коснулась подушки, я провалилась в беспокойный сон и напрочь забыла о незнакомце из сети.

Глава 2

Следующие два дня выдались довольно странными. Мы с Леоном почти не виделись. Он пропадал в офисе с утра до вечера, сделав исключение только для моего дня рождения. Мы поехали в ресторан и молчали почти весь вечер. Леон по привычке сидел уткнувшись в свой телефон. Когда нам принесли десерт, я расплакалась. Леон закатил глаза и попросил счет. Это был худший день рождения в моей жизни.

Казалось, этот вечер уже ничем не испортить, но на обратной дороге мы сильно поссорились. Не стесняясь в выражениях, я высказала Леону все, что о нем думаю; он же сказал, что принял правильное решение, порвав со мной. Слава богу, завтра я улетаю – я больше не могу находиться рядом с ним.

Пытаясь как-то поднять себе настроение, я достала свой телефон и принялась за чтение поздравлений. Но и тут меня ждал неприятный сюрприз: в придачу к любви и счастью одна из подруг пожелала мне выйти замуж за Леона. Я знаю, что она не со зла – откуда ей знать, что мы расстались? – но сердце все равно сжалось. Я уже хотела закрыть почту, как на глаза мне попалось письмо с незнакомого адреса на немецком языке.

Тема сообщения: С днем рождения, Анна!

Отправитель: Николас Келлер

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, кто такой Николас Келлер. Когда я вспомнила о вчерашней переписке с голубоглазым красавцем, по спине пробежал неприятный холодок. Откуда парню из интернета известно, что у меня сегодня день рождения? И разве я давала ему свой почтовый адрес?..

«Дорогая Анна!

Ты так и не ответила на мои сообщения, но я еще не потерял надежду. Из твоего профиля я узнал, что у тебя сегодня день рождения. Поздравляю тебя и желаю, чтобы твоя мечта стать писательницей исполнилась!

Надеюсь, ты провела этот день в кругу друзей и у тебя все хорошо. Ты уже несколько дней не была онлайн, поэтому я решил написать тебе на почту. Твой почтовый адрес я нашел на сайте Glamour. Не бойся, я не сталкер, я просто очень хочу с тобой познакомиться. Меня не покидает чувство, что мы подходим друг другу.

Мне нравятся русские девушки, и я даже немного говорю по-русски. Если ты дашь мне шанс, мы встретимся и поймем, что созданы друг для друга, я обещаю, что сделаю все возможное, чтобы ты смогла переехать ко мне в Швейцарию.

Я помню, что на днях ты возвращаешься в Москву. Уверен, у тебя мало времени и ты наверняка захочешь провести его с друзьями, но, если ты позволишь, я с удовольствием отвезу тебя в аэропорт.

С нетерпением жду твоего ответа!

С наилучшими пожеланиями,

Ник Келлер».

У меня от волнения задрожали пальцы. Я привыкла к мужскому вниманию, но такого со мной еще не случалось. Парень из кожи вон лезет, чтобы просто подвезти меня в аэропорт, который находится в другом городе! Его не смущает, что я живу в России, и он прямо говорит, что настроен серьезно…

Я бы многое отдала, чтобы сходить на свидание с Ником, но что-то подсказывало мне, что это не самая удачная идея. Что я скажу Леону? Он ни за что не позволит мне самой добираться до аэропорта – может, он и поступил со мной как самый настоящий козел, но это не отменяет того, что он джентльмен.

К тому же я не в том настроении, чтобы по достоинству оценить романтические позывы Ника. Я не сразу придумала, что ему ответить, – точнее, как помягче ему отказать.

«Дорогой Ник!

Мне очень приятно, что ты поздравил меня с днем рождения. Со мной все в порядке, я у друзей и прекрасно провела этот день. Я бы хотела с тобой встретиться, но у меня и правда совсем нет времени. Друзья не отпустят меня в аэропорт одну, а просить тебя ехать ради меня в другой город мне ужасно стыдно. Спасибо за твое предложение, но давай встретимся в другой раз. Пиши, если будешь в Москве.

Всего хорошего, Анна».

Я отправила сообщение и закрыла крышку ноутбука. Мне жаль, что Ник появился в моей жизни в такой неподходящий момент – не будь я раздавлена разрывом с Леоном, я бы наверняка ответила ему по-другому. Как говорят французы, c’est la vie[1].

***

Дорога в аэропорт выдалась тихой. Неловкое молчание нарушал лишь неугомонный телефон Леона. Это была наша последняя возможность поговорить и помириться, но он вновь предпочел мне работу. Что ж, в этом весь Леон.

Мы обнялись на прощание и пошли каждый своей дорогой. Обычно в аэропорту я плакала – мне не хотелось расставаться с Леоном даже на пару дней. В этот раз обошлось без слез: я так сильно переживала в последние дни, что уже ничего не чувствовала. Мне просто хотелось вернуться домой и поскорее забраться под одеяло.

Мама сразу заметила, что со мной что-то не так, но я не стала ей ничего говорить. Когда она спросила, что Леон подарил мне на день рождения, я едва сдержала слезы. «Мы поссорились, но я не хочу об этом говорить», – сказала я голосом, не требующим возражений. На удивление, мама не стала спорить и оставила меня в покое.

Оставшись одна, я первым делом проверила телефон. Ни одного сообщения. Леон не счел нужным спросить, как я долетела и долетела ли вообще. Недолго думая, я вычеркнула его из своей жизни – стерла с айфона все совместные фотографии и удалила километровую переписку в WhatsApp. Сменить ник в «Инстаграме» я тоже не забыла. На душе сразу стало легче.

Я решила проверить почту: наверняка, пока я была в отпуске, накопилась куча рабочих писем. Но мой ящик оказался пуст, не считая двух новых сообщений от Ника. «Совсем про него забыла!» – виновато подумала я и тут же погрузилась в чтение.

«Дорогая Анна!

Я все понимаю и совершенно на тебя не в обиде. Если ты не против, я бы с удовольствием продолжил наше общение. У тебя есть WhatsApp или Skype?

Желаю тебе прекрасного дня и легкой посадки!

С наилучшими пожеланиями,

Ник Келлер».

«Привет, Анна!

Ты долетела? С тобой все в порядке? Пожалуйста, ответь мне.

Ник».

Я невольно улыбнулась – приятно, когда о тебе заботятся, пусть это и незнакомый человек. Я только что рассталась с парнем и еще не была готова к новым отношениям, и тем не менее с Ником все казалось так легко. От его сообщений у меня внутри разливалось тепло. Я давно такого не чувствовала – даже когда была с Леоном. Он никогда не писал мне таких длинных трогательных писем и отвечал в лучшем случае через три часа.

Прежде чем ответить Нику, я решила снова заглянуть в его профиль в Conamore. Он загрузил пять фотографий. На первой Ник добродушно улыбался в камеру, сложив руки на груди. Голубая рубашка, синий галстук, идеально подобранный к цвету его глаз; густые темные волосы аккуратно уложены гелем, на запястье – массивные часы, которые наверняка обошлись ему в пару тысяч швейцарских франков.

На других фотографиях Ник смеялся в компании друзей, позировал на горном велосипеде и хвастался десертом, который только что вытащил из духовки. Впечатляет! Я невольно представила, как Ник в одном фартуке готовит для меня вкусный ужин, разливает по бокалам вино, зажигает свечи и наклоняется, чтобы сделать мне массаж плеч… От этих мыслей у меня загорелись щеки.

Закрыв фотографии, я перешла к самой анкете. Ник писал, что в свободное время любит заниматься спортом, путешествовать и тусоваться с друзьями. Он не курит и выпивает только по праздникам. В конце анкеты Ник добавил, что добился успеха в карьере, но ему не везет в любви. Вот уже несколько лет он безуспешно ищет спутницу жизни – веселую, умную, красивую и женственную девушку, которая любит, когда о ней заботятся.

«Да это же обо мне!», – промелькнуло у меня в голове. Я с трудом сдерживала улыбку. Все было слишком идеально – как в фильмах с Хью Грантом.

Предвкушая начало новых отношений, я отправила Нику свой номер телефона. Мне было впервые так хорошо с тех пор, как Леон разбил мне сердце. Той ночью я спала крепко и без сновидений.

***

Ник оказался очень романтичным – каждое утро он будил меня нежной смс-кой с пожеланием доброго утра. В обеденный перерыв мы часто созванивались и болтали обо всем на свете: Ник рассказывал, как прошел его день и что он запланировал на вечер. Он то и дело говорил, как ему не терпится увидеть меня вживую, и даже рассказал обо мне своим друзьям – и это всего за неделю знакомства!

В то же время я не переставала думать о Леоне. Когда на экране телефона появлялось новое уведомление, я невольно вздрагивала и надеялась, что это сообщение от него. Но он так и не объявился, чем только усилил мою симпатию к Нику: в отличие от Леона он писал мне без перебоя, каждый раз выдумывая все новые комплименты.

Ник быстро встроился в мою жизнь, туда, где прежде был Леон. С ним все казалось легко, весело, а еще Ник был очень внимательный. С Леоном я чувствовала себя надоедливой, словно мне приходилось выпрашивать крупицы его времени, а с Ником я начала ощущать себя особенной – как будто в его в жизни не было ничего важнее меня.

Когда мы впервые созвонились по «Скайпу», я с облегчением обнаружила, что в жизни Ник еще привлекательнее, чем на фото. Мы быстро нашли общий язык. Ник знал, как меня рассмешить: у него на любой случай жизни обязательно находилась подходящая история. Ник казался заботливым, нежным, настоящим романтиком, и мне не терпелось пойти с ним на свидание.

Так прошло несколько недель. Когда Ник пригласил меня к себе в гости, я сразу же согласилась. Настоящее безумие, я знаю, но ведь также я встретила и Леона. К тому же я была полна решимости познакомиться с парнем, который хочет того же, что и я.

Мы запланировали нашу встречу на следующий месяц. Ник купил мне билет. Обратного пути не было.

***

Я не стала никому рассказывать про Ника. Родители думали, что я по-прежнему встречаюсь с Леоном, поэтому мне не пришлось объяснять, куда я собралась. Сказать правду я не могла: мне было стыдно признаться, что я рассталась с Леоном и так быстро переключилась на другого мужчину. Родители бы этого просто не поняли.

Ник предложил снять для меня комнату в отеле, но я отказалась. Я не сомневалась, что мы поладим. Ник засыпал меня комплиментами и все время говорил, что наконец-то нашел ту самую. Я испытывала нечто похожее – после шторма, пережитого с Леоном, больше всего мне хотелось прильнуть к тихой и спокойной гавани, которую обещал мне Ник.

Иногда я не могла отделаться от мысли, что Ник слишком идеальный и в этом должен быть какой-то подвох. Почему в свои тридцать два года такой красивый и успешный парень до сих пор не встретил подходящую пару? Как-то раз, во время очередного разговора по «Скайпу», Ник вскользь упомянул девушку, которая разбила ему сердце. Я хотела узнать подробности, но он отказался отвечать на мои вопросы.

– Какая разница, что было в прошлом? Сейчас у меня есть ты, и это главное, – сказал он с нежной улыбкой.

В словах Ника была доля истины: я ведь тоже не стала рассказывать ему о романе с Леоном. Зачем ворошить прошлое?

До нашей встречи с Ником оставалась всего неделя. Я гнала прочь неприятные мысли и запретила себе думать о Леоне. Впереди меня ждала новая глава с Ником – мужчиной, который исполнит свои обещания и сделает меня счастливой.

Как же я ошибалась.

Глава 3

Ник встретил меня в аэропорту. Высокий и статный, он выделялся из толпы, и я сразу же его узнала. Настоящий красавец с густой шевелюрой темных волос и пронзительно голубыми глазами. Для нашего свидания он выбрал простую белую рубашку, которая оттеняла его загорелую кожу, и шорты цвета хаки. В руках Ник держал букет роз.

– Надеюсь, ты любишь розы, – улыбаясь, сказал мне Ник.

– Это мои любимые цветы, – ответила я, расплываясь в радостной улыбке.

Ник взял меня за руку, и это было так естественно, словно мы уже давно вместе. Когда наши пальцы соприкоснулись, а глаза встретились, внутри меня что-то отозвалось. У меня учащенно забилось сердце и перехватило дыхание от волнения: после разрыва с Леоном я была уверена, что еще не скоро испытаю нечто подобное. Тем более во время самой первой встречи. Может, это и есть любовь с первого взгляда?

Ник оценивающе оглядел мое неприлично короткое платье с открытой спиной и туфли на каблуках.

– Потрясающе выглядишь, – сказал он.

Я залилась ярким румянцем, смущенная его комплиментом и тем, с каким восхищением Ник на меня смотрел. Я тщательно готовилась к нашему свиданию и долго выбирала, что надеть. Ходить в новых туфлях было ужасно неудобно, но зато они идеально подошли к платью.

– Спасибо, – протянула я.

Мы зашли в лифт, смущенно улыбаясь друг другу. На меня в упор смотрели голубые глаза Ника: глубокие, как море, они манили, притягивали меня к себе. От его пристального взгляда у меня закружилась голова.

– Надеюсь, ты любишь сюрпризы, – сказал Ник.

Вообще-то нет, но я промолчала, изобразив на лице улыбку. Я была уверена, что Ник меня не разочарует.

– Ты как-то говорила, что скучаешь по Италии. И я подумал – почему бы нам не провести день на озере Комо? – глаза Ника восторженно загорелись.

От этих слов в памяти возникли непрошеные воспоминания. Я была на озере Комо прошлой осенью вместе с Леоном. Он арендовал для нас маленькую моторную лодку, и мы весь день провели на озере, любуясь красотой открывающихся видов, рассекая волны, хохоча и снимая друг друга на камеру. Это была незабываемая поездка, но я не могла рассказать Нику, что была здесь с другим мужчиной, – это безнадежно испортило бы его сюрприз.

– Спасибо, Ник, – я вновь улыбнулась, отгоняя назойливые мысли о бывшем.

Ник улыбнулся в ответ и открыл передо мной дверцу машины – новенького кабриолета. Я с удовольствием села на кожаное сиденье. Хлопнув дверцей, Ник сел рядом со мной. Он наклонился ко мне так близко, что я ощутила тепло его тела.

– Я так рад, что ты здесь, со мной, – прошептал Ник, накрыв ладонью мое колено.

Не сводя с меня пронзительно-голубых глаз, Ник начал поглаживать меня по колену, медленно скользя рукой по обнаженному бедру. «Пожалуй, я все-таки погорячилась с длиной платья», – решила я, чувствуя исходящий от Ника жар.

Мне стало неловко. Я прикусила нижнюю губу в надежде, что Ник перестанет меня трогать. Он очень привлекательный парень – пожалуй, даже самый красивый из всех, кого я знаю; но это не отменяет того, что мы познакомились пятнадцать минут назад и мне, черт возьми, нужно время!

В этот момент Ник потянулся вперед и прикоснулся губами к моим губам.

– Я хочу тебя поцеловать, – сказал он. – Если ты позволишь мне.

Прежде чем я успела что-то ответить, наши губы вновь соприкоснулись, а его руки обхватили меня за талию. Ник обдал меня жарким дыханием и крепко прижал к себе. Ощутив, как его пальцы заскользили выше, поднимаясь к груди, я поспешно отстранилась и накрыла ладонь Ника своей рукой.

– Пожалуйста, давай не будем торопиться, – попросила я.

На секунду мне показалось, что красивое лицо Ника превратилось в злую гримасу. Его глаза сузились и смотрели на меня с такой злостью, что мне стало не по себе. Ник коснулся пальцами моей руки и слегка сжал ее, но уже через секунду убрал руку. На его лице вновь появилась добродушная мальчишеская улыбка, придававшая ему сходство с Томом Крузом.

– Ты права, – произнес Ник, заводя двигатель. – Просто ты такая… трудно удержаться.

Я промолчала, потрясенная резкой переменой его настроения. Когда мы выехали с парковки, и машину залили лучи солнца, я снова посмотрела на Ника. Он расслабленно улыбался, щелкая пальцами в такт песне, которая играла по радио, и поглаживал меня по запястью. Заметив, что я на него смотрю, Ник поднес мою ладонь к губам и поцеловал ее.

– Я так долго искал тебя. Прости, что я такой нетерпеливый.

Я облегченно вздохнула. Все произошло так быстро, что я уже не была уверена, разозлился Ник на самом деле, или мне все это показалось. На парковке было темно – я могла увидеть все что угодно.

Отбросив все сомнения, я откинулась на сиденье, предвкушая предстоящие выходные. Я еду на озеро Комо в компании идеального мужчины – что может быть лучше? Я сама себе завидовала.

***

Через час мы уже были на месте. Я с трудом сдерживала восторг: передо мной простиралось кристально-голубое озеро в окружении райских цветов. Вдоль набережной раскинулись старинные особняки, повсюду слышалась мелодичная итальянская речь, а в воздухе пахло соленой водой и рыбой.

– Нравится? – спросил Ник, обнимая меня за талию.

– Шутишь? Как в сказке!

– Подожди, это только начало. Я забронировал один из лучших отелей, – Ник чмокнул меня в шею и показал на особняк прямо перед нами. – Добро пожаловать, принцесса.

Я не могла поверить своим глазам. В этом отеле, больше похожем на замок, наверняка останавливаются звезды. Страшно представить, в какую сумму ему это обошлось. Я с благодарностью обняла Ника.

– С ума сойти! Ник, ты сумасшедший! – выдохнула я.

Ник улыбнулся, подхватил мой чемодан и взял меня за руку. Он держался с уверенным видом человека, знающего себе цену. Прохожие девушки с интересом оглядывали Ника и с завистью смотрели нам вслед. Наверное, со стороны мы казались парой, которая вместе уже целую вечность. От этих мыслей я заулыбалась, представляя, как будут развиваться наши отношения дальше.

Мои догадки подтвердил холеный швейцар в красной фуражке, который по ошибке назвал меня фрау Келлер. Ник не стал поправлять его.

– Мы ведь все равно скоро поженимся, правда? – шепнул он мне на ухо.

Я прыснула со смеху. Все было так легко и естественно, словно мы знаем друг друга уже очень давно. С Леоном все было по-другому: я обдумывала свои слова перед тем, как что-то сказать, и не могла по-настоящему расслабиться в его присутствии. С Ником я могла быть самой собой.

В этот момент меня отвлекла чья-то тень, и внутри все резко похолодело. Мне показалось, что на другом конце парома я увидела Леона. Поймав знакомый жест, я задержала дыхание; я могла сколько угодно убеждать себя, что мне все равно, но в глубине души мне хотелось, чтобы незнакомец с парома и вправду оказался моим Леоном. Когда он повернулся ко мне лицом, я поняла, что ошиблась, и быстро отвела взгляд в надежде, что Ник не заметил моего смятения. Но он беседовал со швейцаром и не смотрел в мою сторону.

– Ваш номер готов, господин Келлер, – сказал швейцар с легким поклоном. – Прошу за мной.

Мы вошли в отель и поднялись на второй этаж. Комната, в которую проводил нас швейцар, по размерам напоминала маленькую московскую квартиру. Огромная кровать с балдахином стояла прямо напротив балкона, с которого открывался потрясающий вид на озеро Комо. Комната была уставлена дорогой мебелью: креслами с шелковой обивкой цвета оливок, тумбочками на изящных ножках, старинными лампами и репродукциями известных картин. В одной из них я узнала «Даму с горностаем».

– Как тебе? – Ник подошел сзади, обнял меня за плечи и прижал к себе.

– Потрясающе. У меня нет слов, – я повернулась к нему и поцеловала в губы, вложив в этот поцелуй всю свою нежность.

– Я знал, что встречу тебя. Ты – та самая, Анна.

Сердце учащенно забилось. Я всегда мечтала услышать эти слова от любимого мужчины – сначала от Роланда, затем от Леона. Но никто из них так и не решился произнести их. Никто, кроме Ника.

– Перестань быть таким идеальным, – улыбнулась я.

Ник усмехнулся.

– Я сделаю для тебя все что угодно. Просто будь моей.

Ник погладил меня по щеке, заправив за ухо выбившуюся прядь моих волос. Он стоял так близко, что наши ресницы почти соприкоснулись. Его губы заскользили по моей шее, опускаясь все ниже к ключицам и груди. Ник медленно стянул с меня бретельку платья, и оно с тихим шелестом устремилось на пол. Я почувствовала себя неловко и попыталась прикрыться, но Ник остановил меня и прижал палец к моим губам.

– Ш-ш-ш-ш-ш… Теперь ты моя, – прошептал он мне на ухо.

Кружевное белье, которое я купила специально к поездке, полетело вслед за платьем. Ник поцеловал меня в губы. Я закрыла глаза, чувствуя его запах и нарастающее возбуждение.

– Я твоя, – послушно шептала я. – Только твоя.

Он повалил меня на кровать, продолжая целовать в лицо, губы и шею, опускаясь все ниже, лаская мои соски и живот. Ник покрывал поцелуями каждый сантиметр моей кожи: жадно, страстно, словно никак не мог мной насытиться.

Я еле сдерживалась от охватившего меня возбуждения, но все равно не могла отделаться от ощущения, что мы торопимся. С момента нашего знакомства прошло не более трех часов. Я невольно вспомнила первую встречу с Леоном: он не настаивал на близости и дал мне ровно столько времени, сколько мне потребовалось, чтобы почувствовать себя в своей тарелке.

Ник словно ощутил мои сомнения.

– Тебе хорошо? – с беспокойством спросил он.

Я решила, что все испорчу, если попрошу его остановиться. Отогнав прочь ненужные мысли, я притянула Ника к себе. Леон остался в прошлом.

– Не останавливайся, – прошептала я.

Ник резко вошел в меня, и наши тела стали единым целым. Сжав мои руки, он ритмично двигался, останавливаясь только затем, чтобы жадно меня поцеловать. С каждой минутой он двигался все быстрее, прерывисто дыша, сильнее сжимая мои руки и груди. От его прикосновений каждый волосок на моем теле встал дыбом. Я закрыла глаза, чувствуя приближение оргазма… Наслаждение растеклось по всему моему телу и затопило голову.

Достигнув пика, Ник остановился с громким прерывистым стоном.

– Боже мой, – невольно вырвалось у него.

– Нет. Это всего лишь я!

Я рассмеялась и перевернулась на живот. Ник лег рядом и поцеловал меня в плечо. Моя кожа мгновенно покрылась мурашками.

– И где ты была все это время? – спросил Ник, поглаживая меня кончиками пальцев.

В его взгляде было столько любви и нежности. Невероятно.

– Я ждала тебя, но ты был занят, – сказала я, игриво коснувшись его плеча.

Это был не самый подходящий момент для разговора по душам, я знаю, но прошлое Ника не давало мне покоя. По его лицу пробежала тень. Я заметила, как твердый подбородок и жесткая линия челюсти, слегка заросшая щетиной, сжались от напряжения, но это меня не остановило.

– Расскажешь мне о ней? Девушке, которая разбила тебе сердце? Она тоже была русской? – робко спросила я.

В глазах Ника застыл холодный блеск. От влюбленного взгляда, которым он ласкал мое обнаженное тело еще пару секунд назад, не осталось и следа.

– Она оказалась не той, за кого себя выдавала, – процедил Ник сквозь зубы.

Другая девушка на моем месте не стала бы лезть к нему с расспросами. Но я же журналистка. Любопытство у меня в крови.

– Расскажи мне о ней. Вы еще общаетесь?

– Нет, – отрезал Ник. – Если меня кто-то предает, я не даю этому человеку второго шанса и вычеркиваю из своей жизни. Навсегда.

Это прозвучало так жестко, что по спине у меня пробежала дрожь. Но я сама виновата – Ник ведь ясно дал понять, что не хочет говорить о своем прошлом. Что ж, мне придется с этим смириться и умерить свое любопытство.

Желая разрядить обстановку и загладить свою вину, я прильнула к широкой груди Ника и чмокнула его в ключицу.

– Мне жаль, что все так вышло, – я с виноватым видом заглянула ему в лицо в надежде поймать его взгляд.

– Все в порядке, – отозвался Ник. – Теперь у меня есть ты.

Он взял мою ладонь и прижал ее к губам. Ник был прав: лучше не ворошить прошлое. Ни к чему хорошему это все равно не приведет.

Глава 4

Остаток дня мы провели в постели за просмотром фильмов. Нам было так хорошо вдвоем, что мы пропустили ужин и не стали спускаться вниз, чтобы прогуляться по набережной. Ник предложил заказать еду в номер, сказав, что возьмет то же, что и я.

– В чем дело, мистер Келлер? Не можете выбрать сами? – шутливо спросила я.

– Мне хочется все о тебе знать, – с улыбкой ответил Ник. – В том числе, какая еда тебе нравится.

Через полчаса портье принес нам аппетитную пасту с креветками, сливочное мороженое с шоколадным соусом и красное вино, которое Ник разлил по хрустальным бокалам.

– Неплохо, – сказал Ник, попробовав спагетти. – Но моя паста лучше.

Я решила подразнить его.

– Это ты сам так решил?

Ник пропустил мои слова мимо ушей.

– Завтра сама убедишься. Я приготовлю ужин. К нам придут друзья, ты же не против?

Ник задал этот вопрос таким будничным тоном, словно в предложении познакомиться с его друзьями не было ничего необычного. Я невольно подумала о Леоне, который никому меня не представил, пока мы были вместе. А Ник уже использует слово «мы», от которого можно растаять. Я почувствовала, как в животе запорхали бабочки.

– Конечно, я не против. Я буду рада познакомиться с твоими друзьями, – ответила я.

Ник улыбнулся и стер томатный соус с уголка моего рта.

– Придется научить тебя манерам, – с усмешкой сказал он.

Я рассмеялась.

– Ты еще не видел, как я буду есть десерт.

– Пожалуй, я воздержусь от этого зрелища, – рассмеялся Ник.

Я не могла поверить своему счастью. Мне уже давно не было так хорошо. Ник принимал меня такой, какая я есть. В прошлых отношениях я так привыкла стучаться в закрытые двери и добиваться чужого расположения, что совсем забыла, какой должна быть любовь. Искренней. Взаимной. Настоящей.

– Спасибо тебе, – сказала я, смотря Нику прямо в глаза. – Мне так хорошо с тобой.

Вместо ответа он прижал меня к себе и погладил по волосам.

– Только не обманывай меня. И мы всегда будем вместе. Обещаю.

Так вот оно что! Его бывшая оказалась лгуньей. Или еще хуже – она предала Ника. Эта мысль показалась мне нелепой: кому в здравом уме придет в голову изменять Нику – он же идеальный? Должно быть, так ведут себя девушки, которые не ценят то, что у них есть. К счастью, я не такая.

– Тебе не о чем волноваться, – заверила я Ника. – Ты можешь доверять мне.

– Знаю, – ответил он.

Мы снова занялись любовью. В ту ночь я спала без сновидений, прижавшись обнаженным телом к мирно сопевшему рядом Нику.

***

Наутро меня ждал завтрак в постель – свежеиспеченные круассаны и кофе со сливками. Я зажмурилась от залившего комнату солнца и с удовольствием потянулась в кровати. Теплые солнечные лучи приятно щекотали шею. Ник сидел напротив меня – он уже успел принять душ и переодеться в чистую рубашку.

– Доброе утро, соня, – он наклонился и чмокнул меня в щеку. – Ты так сладко спала, что я не стал тебя будить.

– Который час? – сонно спросила я.

– Почти десять. Но мы никуда не торопимся.

Я с улыбкой выскользнула из кровати и отлучилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Приняла горячий душ и надела теплый махровый халат. День обещал быть чудесным.

– Какие у нас планы? – я села на кровать и отхлебнула кофе. Отломила кусочек хрустящей выпечки и отправила его в рот.

– Выписаться из отеля, заняться сексом, вернуться домой, встретиться с друзьями, – перечислил Ник, загибая пальцы.

– А порядок можно менять? – я отложила поднос с едой и поцеловала Ника.

– Твое желание для меня – закон.

С этими словами Ник притянул меня к себе. Я зажмурилась, чувствуя, как земля уходит у меня из-под ног…

В постели нежный и чуткий Ник становился совсем другим человеком. Он мог неожиданно прикусить меня за нижнюю губу или резко шлепнуть по заднице. Иногда он с такой силой сжимал мои груди, что мне становилось по-настоящему больно, но уже через секунду, прежде чем я успевала вскрикнуть, резкая боль сменялась пьянящим наслаждением.

Вспоминая эти, как мне тогда казалось, сущие пустяки, я ругаю себя за то, что не придала им значения. Но я была так влюблена и очарована происходящим, что все остальное отступило на задний план.

***

Через полтора часа мы уже сидели в машине. Машина плавно скользила по трассе, удаляясь от центра города. Одну руку Ник держал на обтянутом кожей руле, а другой ласкал мое бедро. По радио играла прилипчивая мелодия. Я тихо подпевала сладкоголосой певице и, зажмурившись от удовольствия, подставляла лицо полуденному солнцу.

– Расскажи мне о друзьях, которые придут к нам в гости, – попросила я.

Вслед за Ником я стала говорить «мы». Его и меня по отдельности больше не существовало: нам хватило одного дня, чтобы стать одним целым.

– Мы знакомы еще со школы, – рассказал Ник. – Тоби работает менеджером, а Макс – архитектор. Уверен, что они тебе понравятся.

– Это те парни с фотографии в твоем профиле?

– Верно, – улыбнулся Ник, обнажив ровные белые зубы. – Хорошо, что ты мне напомнила. Я забыл сказать, что удалил анкету.

Я удивленно вскинула брови. Обычно парни не торопятся удаляться с сайтов знакомств – я помню, что у Леона ушло на это два месяца после нашей первой встречи. Да и вряд ли он стал бы удалять свой профиль, если бы я прямо не попросила его об этом. Подумать только – он переписывался по меньшей мере с сотней девиц прямо у меня за спиной! Но Ник не такой – он никогда не сделает мне больно.

– Зачем мне другие девушки, когда у меня есть ты? – продолжал Ник. Он крепче сжал руку на моем бедре. – Я хочу попросить тебя о том же.

– О чем? – спросила я.

– Удалить анкету.

– Хорошо, я сделаю это, – поспешно сказала я. – Но ты не переживай, я уже и не захожу в это приложение…

– Пожалуйста. Удали. Анкету. Прямо сейчас.

Тон Ника не требовал возражений. Рука на моем бедре сжалась еще сильнее.

– Сейчас, – я выхватила телефон из сумочки и в последний раз зашла в Conamore. Через две минуты моя анкета была удалена.

– Доволен? – я показала Нику экран телефона. На нем высветилось уведомление об удалении анкеты.

Вместо ответа Ник коротко кивнул и погладил мое бедро.

– Хорошая девочка.

Его самоуверенность возмутила меня до глубины души, но я сделала над собой усилие и промолчала. Ненавижу, когда на меня давят: хочется сразу сделать все в точности наоборот. Мне потребовалось несколько секунд, чтобы подавить злость и убедить себя в том, что все в порядке. Ник бы не стал удалять свою анкету и просить меня сделать то же самое, если бы не был серьезно настроен по отношению ко мне. Но какого черта он заходит в Conamore, чтобы проверить, на месте ли мой профиль, почему он не доверяет мне…

Мои мысли прервал приподнятый голос Ника.

– Мы приехали. Добро пожаловать домой, – сказал Ник, распахнув передо мной дверцу машины.

На моем лице заиграла непроизвольная улыбка, мигом рассеявшая мрачные мысли. Мне ужасно льстило, что Ник так старается, чтобы произвести на меня впечатление. Я вышла из машины и огляделась по сторонам, с удивлением обнаружив, что мы стоим посреди леса.

«Странно, Ник не говорил мне, что живет в лесу», – нахмурившись, подумала я.

– Мне казалось, ты живешь в Берне? – спросила я.

Вокруг не было ни души, не считая гущи деревьев и синих макушек гор, прорезавших ватные облака. Если честно, я по-другому представляла себе швейцарскую столицу.

– До Берна рукой подать, я каждый день езжу в город на работу. Но жить предпочитаю на природе, – объяснил Ник.

Дом Ника одиноко стоял на опушке леса в окружении хвойных деревьев. Это был небольшой одноэтажный дом с большими окнами и покатой крышей. На окнах – никакого намека на занавески. Внутри я разглядела аскетичную кухню из черного дерева: она плавно перетекала в такую же темную гостиную, в которой не было ничего, кроме кожаного дивана, пары кресел и овального журнального столика.

– У тебя красивый дом, – сказала я, наблюдая за тем, как Ник достает из багажника мой чемодан. – Только он такой… как бы сказать… прозрачный. Тебя это не смущает? Кто угодно может заглянуть внутрь.

Я сразу представила, как выхожу из ванной, завернутая в крошечное полотенце, и встречаюсь глазами с непрошеным гостем. А если кто-то застанет нас с Ником во время занятия любовью?.. Нет уж, спасибо! Надо будет повесить шторы.

Ник словно прочел мои мысли.

– Ближайшая деревня где-то в километре отсюда. Так что можешь спокойно разгуливать голышом – никто тебя не увидит, – усмехнулся он.

Мы вошли в дом. Ник нажал на выключатель, и гостиная наполнилась теплым и мягким светом. Комната, которая снаружи показалась мне мрачной и неуютной, вдруг ожила. На полу лежал пушистый белый ковер, на диване примостились плед и подушки. Но в комнате все равно чего-то не хватало. И тут я поняла, в чем дело: гостиная казалась пустой, словно Ник только что въехал и еще не успел повесить картины, расставить книги и заставить стол сувенирами. Я и сама не люблю все эти безделушки, но в гостиной Ника не было ни одной личной вещи, не считая фотографии в рамке на журнальном столике.

Я осторожно взяла рамку. С фотографии на меня смотрела темноволосая женщина с льдисто-голубыми глазами. Я узнала в них глаза Ника и с нежностью провела по ним указательным пальцем.

– Это твоя мама? – поинтересовалась я. – Красивая. У тебя ее глаза. И губы.

Ник забрал у меня фотографию и поставил ее обратно на столик.

– Ее уже нет в живых, – сказал он.

– Мне очень жаль, – я взяла Ника за руку. – Я не знала.

Я вдруг осознала, что Ник ничего не рассказал мне о своей семье, и ощутила легкий укол обиды. Он-то все обо мне знает! Я даже выдала ему свой самый большой секрет: что мой папа – на самом деле отчим, а с родным отцом я не общаюсь уже много лет. Об этом знают только родственники и мой лучший друг Саша. Я так и не раскрыла свой секрет Леону, так что, думаю, я заслужила хотя бы крупицу доверия от Ника в ответ на свою откровенность.

– Как она умерла? – тихо произнесла я.

– Несчастный случай, – коротко ответил Ник. – В доме случился пожар. Мне было тринадцать лет.

Боже мой! Потерять маму в таком юном возрасте да еще и при таких ужасных обстоятельствах… Я почувствовала, как к горлу подступили слезы. Мне захотелось обнять Ника, крепко прижать его к себе и никогда не отпускать.

– А твой отец? Вы с ним общаетесь?

Ник тяжело вздохнул.

– Он ушел от нас, когда я появился на свет. Мать всегда говорила, что это моя вина.

Какой ужас!.. Я прильнула к Нику, стараясь его утешить. Я и представить не могла, что на его долю выпало столько испытаний.

– Ты ни в чем не виноват, – поспешно сказала я, поглаживая Ника по спине. – Я здесь, с тобой.

– Спасибо. Ты первая, кому я об этом рассказал, – в голосе Ника прозвучала неподдельная благодарность.

Мне стало стыдно, что я настойчиво лезла к Нику с вопросами о его прошлом. На его месте я бы точно не смогла жить с таким грузом. Я была совсем маленькой, когда родители развелись, и выросла я в полной семье, окруженная заботой и любовью. Расти без семьи, в полном одиночестве… Я даже представить не могу, каково это.

– Ты вырос в приюте? – спросила я, не выпуская Ника из объятий.

– Нет. В Швейцарии сирот берут на воспитание в приемные семьи, – пояснил Ник. – Мне повезло, что я попал к Мюллерам, – со временем они стали для меня настоящей семьей. Мы до сих пор общаемся.

Я едва сдерживала слезы. Мне казалось, что невысказанную боль Ника можно потрогать руками, и прекратила задавать вопросы.

– Я так горжусь тобой – посмотри, кем ты стал и чего добился, – прошептала я, покрывая поцелуями его лицо. – Теперь у тебя есть я. И я никуда не денусь.

– Обещаешь?

Ник посмотрел мне прямо в глаза. В его бездонных глазах-озерах я разглядела маленького мальчика, который просит маму не оставлять его.

– Обещаю.

Мы скрепили наше обещание долгим поцелуем. В тот момент я была уверена, что ничто не сможет разлучить нас.

Глава 5

За окном смеркалось. Ник хозяйничал на кухне, а я сидела в гостиной с бокалом вина и смотрела, как он ловко орудует ножом, стуча по разделочной доске.

– Тебе точно не нужна помощь? – с улыбкой спросила я.

– Абсолютно, – ответил Ник.

Он разрезал помидор и бросил его в кипящую сковороду с томатным соусом. Рядом на плите варились макароны – Ник готовил обещанную пасту.

– Так вкусно пахнет. Давай быстрее! – сказала я с легким смешком.

Мне было так хорошо с Ником: каждый его жест, каждое слово – все было так, как я себе представляла, рисуя в голове образ мужчины моей мечты. Я выдумала его еще в детстве: мой сказочный принц был нежным, романтичным и готовым на любые подвиги, когда речь заходила о его даме сердца. Со временем я поняла, что идеальных мужчин не бывает – даже у самого достойного из них найдутся слабости и недостатки. Но Ник снова заставил меня поверить в сказки: рядом с ним я чувствовала себя так, словно после долгих скитаний наконец оказалась дома.

Я хотела поделиться своими чувствами с Ником, но меня перебил телефон, пискнувший в моем кармане. Я поставила бокал с вином на журнальный столик и вытащила телефон из джинсов. На экране выскочило новое сообщение.

О господи… это Леон!

От волнения у меня задрожали пальцы. Я едва не выронила айфон и мысленно похвалила себя за то, что вовремя убрала бокал: будь он по-прежнему в моей руке, я бы уронила его на пол, и багрово-красная жидкость моментально растеклась по белому ковру, точно кровь.

Я крепче сжала телефон и оглянулась на Ника, но он был слишком увлечен готовкой и ничего не заметил. Подумать только – еще секунду назад я благодарила судьбу за то, что она свела меня с Ником, а теперь все мои мысли бесцеремонно занял Леон. Я могла сколько угодно делать вид, что мне все равно, и без сожаления избавляться от всего, что напоминало мне о нем, но я не могла так просто вычеркнуть Леона из своего сердца.

Телефон подрагивал у меня в руках, словно подначивая меня заглянуть в мессенджер. Взвесив все «за» и «против», я решила, что не будет ничего плохого, если я одним глазком посмотрю, что он мне написал. Леон ведь впервые написал мне с тех пор, как мы расстались.

Я с нетерпением зашла в WhatsApp и открыла новое сообщение, предвкушая увидеть проникновенное письмо с извинениями и просьбой дать ему второй шанс. Но долгожданная смска оказалась неприлично короткой даже для Леона, который не был многословным и в наши лучшие времена.

«Скучаю по тебе», – написал он.

«Я тоже», – машинально хотела ответить я, но в этот момент с кухни меня окликнул Ник.

– С кем ты там переписываешься? – поинтересовался он, перекрикивая шипящую сковородку.

– Да так, со знакомым, – отозвалась я, быстро пряча телефон обратно в карман.

Я так и не успела ответить Леону. Оно и к лучшему: было бы нечестно по отношению к Нику возобновлять переписку с бывшим. Если я хочу, чтобы у нас с ним все получилось (а я очень этого хочу!), то мне придется выбросить Леона из головы.

Ник вызвался помочь мне в этом нелегком деле.

– Скажи ему, что ты занята, – сказал он с хитрой улыбкой. – Тебя ждет лучшая паста на свете!

С этими словами Ник вывалил спагетти в шипящую сковородку с ароматным соусом. У меня потекли слюнки, но паста была тут ни при чем: я не могла оторвать глаз от сильных рук и мускулистой спины Ника, обтянутой серой футболкой, и невольно вспомнила наши утренние игры в постели… Господи, он идеальный! Я точно ненормальная, раз продолжаю думать о бывшем в его присутствии.

В этот момент в дверь позвонили.

– Как раз вовремя. Открой дверь, пожалуйста, – попросил Ник.

С неохотой отведя от него взгляд, я встала с дивана и подошла к двери. С трудом разобравшись с двойным замком (Ник, мы же в Швейцарии! К чему такая осторожность?), я открыла дверь друзьям Ника.

– Привет-привет! – поприветствовал меня высокий блондин с веснушками. Он по-швейцарски чмокнул меня три раза. – Я Макс, приятно познакомиться.

– Анна, – ответила я. – А ты, должно быть, Тобиас?

Симпатичный брюнет в очках пожал протянутую руку.

– Просто Тоби, – сказал он. – Много о тебе наслышан.

– Надеюсь, только хорошего.

Мы рассмеялись и вошли в дом. Друзья Ника сразу мне понравились – с ними было так же легко, как и с самим Ником.

– Как ты, старина? Давно не виделись, – Макс прошел на кухню и похлопал Ника по плечу. – Твоя девушка просто красотка, поздравляю.

Я зарделась. Мне было приятно, что друзья моего парня так быстро приняли меня в свою компанию.

– Она просто чудо, – с улыбкой сказал Ник. – Настоящее сокровище.

– Перестань! – рассмеялась я. – Это мне с тобой повезло.

– Так, мы лучше оставим вас одних, – Тоби сделал вид, что хочет уйти.

Гостиная заполнилась смехом. В тот момент я была абсолютно счастлива.

***

Ник не соврал – его паста и вправду была выше всяких похвал. Макс и Тоби тоже не подвели: мы быстро нашли общий язык и болтали обо всем на свете. Макс признался, что это он спроектировал дом для Ника.

– Это мой лучший проект, – без тени скромности заявил Макс. – Снаружи дом кажется хрупким, но внутри установлена такая система охраны, что у воров нет никакого шанса.

– В чем же секрет твоей крутой системы? – поинтересовалась я, разливая вино по бокалам.

– Все очень просто. Система устроена таким образом, что реагирует на любое постороннее движение, – пояснил Макс. – Вся информация поступает Нику на телефон. Так что, если кто-то решит пробраться внутрь, пока его не будет дома, система немедленно сообщит об этом Нику. Ему нужно будет нажать всего одну кнопку, чтобы вызвать полицию.

– Высокие технологии, – с усмешкой протянул Тоби.

– Смейся-смейся, а кому-то эта система может спасти жизнь. Никогда не знаешь, что может случиться, – парировал Макс.

– Предупрежден – значит вооружен, – согласился Ник. – Выпьем за это.

Мы подняли бокалы и звонко чокнулись. Ужин подошел к логическому завершению, и я собрала тарелки, чтобы отнести их на кухню. Тоби вызвался мне помочь.

Пока я мыла посуду, он насухо вытирал чистые тарелки и ставил их обратно в ящик.

– Мы отличная команда, – улыбнулся Тоби.

– Так точно, сэр, – пошутила я. – Ты давно знаешь Ника?

– Еще со школы, – ответил Тоби. – Мы старые друзья. Возможно, даже слишком старые.

Мы рассмеялись. Ник с Максом в гостиной тоже над чем-то смеялись. Настоящая идиллия.

– Так здорово, что у Ника появилась ты. Его просто не узнать.

– Ты о чем это? – спросила я Тоби.

Он ответил не сразу.

– Ты знаешь… просто раньше Ник был довольно замкнутым. Всегда в плохом настроении. А сейчас он прямо светится – и это твоя заслуга.

Мне было приятно это слышать. Ник тоже привнес в мою жизнь позитивные перемены – помог затянуться любовным ранам от прошлых отношений и показал, какой должна быть настоящая любовь.

– Это все из-за его детства, да? Ник рассказал мне, что ему пришлось пережить. Просто кошмар.

– Нет, я не об этом, – произнес Тоби, вытирая последнюю тарелку. – Детство тоже отложило отпечаток на его характере, с этим не поспоришь. Но я имею в виду его бывшую девушку… как же ее звали… Ах, точно, Анастасья.

Значит, все-таки русская. Так и знала! Тоби произнес ее имя с сильным акцентом и ударением на третью «а»: Анаста́сья.

– Они долго встречались? – как бы невзначай спросила я. На самом деле я просто сгорала от любопытства – мне не терпелось узнать все подробности.

– Да нет, пару месяцев, – задумчиво ответил Тоби. – Но Ник по-настоящему влюбился. Он даже вроде бы хотел на ней жениться. Точно не знаю, почему они расстались, но Ник говорил, что Анастасья обманула его.

– Да, он мне тоже что-то такое говорил, – пробормотала я.

– В этом весь Ник – он никому не дает второго шанса.

Ищейка во мне никак не унималась. Мне ужасно хотелось узнать, чем закончилась история с моей предшественницей.

– А где она сейчас, эта Настасья? Вы с ней успели подружиться?

– Нет, я совсем ее не знаю, – Тоби поправил очки. – Анастасья не говорила по-немецки и плохо знала английский, так что мы с трудом понимали друг друга. А где она сейчас… да кто ее знает? Наверное, вернулась в Россию. Ник не любит говорить о ней.

– О чем болтаете?

Ник появился так неожиданно, что я вздрогнула. В руках он держал пустые бутылки из-под вина и едва тронутый десерт: паста оказалась такой сытной, что профитроли попробовал только Макс.

– Да так, ни о чем, – ответила я с виноватой улыбкой, проклиная себя за то, что снова не устояла перед соблазном разузнать о прошлом Ника. – Тоби отличный помощник.

Я встретилась глазами с Ником и с облегчением заметила, что он улыбается. Фух! Значит, он ничего не услышал.

Мы обменялись улыбками. Ник освободил руки и обнял меня за талию.

– Я скучал по тебе, – прошептал он мне на ухо.

– И я соскучилась, – тихо отозвалась я.

Наши отношения развивались с бешеной скоростью, но меня это не пугало; наоборот, мне казалось, что так и должно быть. Я доверяла Нику. Да, я знала его не больше трех дней, но не сомневалась, что все будет так, как он говорит: мы поженимся, заведем детей и будем жить долго и счастливо.

Я прижалась к Нику, чувствуя, как удары его сердца эхом отражаются в моем теле. Мне хотелось что-нибудь сказать, но я не находила слов, поэтому просто уткнулась макушкой в его подбородок.

– Кажется, теперь нам точно пора.

Ой! Я совсем забыла про друзей Ника. С трудом оторвавшись друг от друга, мы проводили их до двери. Макс поцеловал меня на прощание, а Тоби подмигнул Нику и с улыбкой сказал ему, что я – та самая.

– Я и сам знаю, – ответил Ник.

От этих слов можно было растаять. Что я и сделала, заключив Ника в объятия.

Глава 6

Когда дверь захлопнулась, Ник принялся меня целовать – жадно, с чувством, словно не прикасался ко мне уже целую вечность.

– Я так хочу тебя, – его разгоряченное дыхание обожгло мою кожу. – Ты потрясающая.

Он сорвал с меня блузку, признавшись, что весь вечер мечтал это сделать, и посадил на стол. Я обхватила Ника ногами и стянула с него футболку. Мои губы покрывали поцелуями его шею, а руки были заняты ремнем. Ник щелкнул застежкой бюстгальтера и начал ласкать мои груди. Я со стоном откинулась назад.

Расстегнув ремень, я наощупь нырнула рукой в джинсы Ника… и с удивлением обнаружила, что он еще не готов.

– Дай мне еще минутку, – попросил Ник.

Я послушно продолжала ласкать его и целовать в шею. Обычно Ник заводился вполоборота: стоило мне просто поцеловать его чуть дольше обычного, как он терял над собой контроль и начинал целовать меня с такой страстью, что я ощущала слабость в коленях. Но в этот раз что-то пошло не так – тело Ника не отзывалось на мои ласки.

– Возможно, ты выпил слишком много вина, – нерешительно сказала я. Меньше всего я хотела обидеть Ника в такой деликатный момент.

Ник нахмурился и отпрянул. Я попыталась снова прижать его к себе, но он опустил мои руки.

– Не надо. Дело не в этом, – сказал он.

– А в чем?

– Ты доверяешь мне?

– Конечно. Но в чем дело?

– Доверься мне. Я все тебе покажу.

Ник протянул руку и повел меня вдоль по коридору. Я молча пошла следом за ним. А что еще мне оставалось делать?

– Куда мы идем? – не сдержалась я.

– Сейчас ты все увидишь.

Он остановился у двери, за которой я ожидала увидеть что-то из ряда вон выходящее, но комната, в которую привел меня Ник, оказалась обычной спальней – с большой кроватью у окна, двумя тумбочками и шкафом-купе.

– Я ничего не понимаю… – начала было я, но Ник меня перебил.

– Раздевайся и ложись на кровать.

Его тон не требовал возражений. Я послушно сняла джинсы и кружевные трусики. Легла на кровать и вопросительно посмотрела на Ника.

– Что теперь?

– Покажи, как ты себя ласкаешь.

Меня смутила его просьба – я еще ни разу не делала этого на глазах у парня. Я неуверенно коснулась своей груди и обвела пальцем ореол соска. Затем плавно скользнула ладонью к животу и опустилась ниже… Ник внимательно наблюдал за мной.

– Закрой глаза. Представь, что меня здесь нет, – командовал он.

Я послушно сделала то, что он сказал. Тело расслабилось, и я почувствовала, как меня охватывает желание.

– Я хочу тебя, – прошептала я. – Подойди ко мне.

Слева от меня раздались шаги. Ник медленно подошел к кровати и опустился передо мной на колени. Я не могла его видеть, но ощущала горячее дыхание на своей коже, чувствовала, как его пальцы змеей скользят по изгибам моего тела, задерживаясь на груди и бедрах. Коснувшись горячим дыханием моего уха, Ник провел кончиком языка по линии шеи. Я застонала, предвкушая страстный, чувственный секс… Мне так хотелось, чтобы Ник прижался ко мне всем телом и наконец вошел в меня, но вместо этого он зачем-то сжал мне руки и задрал их за голову. Я была слишком расслаблена и не сразу поняла, что он собирается привязать меня к изголовью кровати.

«Какого черта?!» – пронеслось у меня в голове. Я инстинктивно дернулась в сторону, но не смогла ослабить хватку. Пальцы Ника сомкнулись на моих запястьях, словно наручники.

Сердце отчаянно забилось у меня в груди. Мне стало страшно.

– Я не уверена, что мне это нравится… – нерешительно произнесла я, но Ник не дал мне договорить.

– Доверься мне, – сказал он. – И не вздумай открывать глаза.

Приказной тон Ника мне не понравился. Пока он привязывал меня к кровати, я несколько раз хотела вырваться, но в последний момент что-то меня останавливало. Мне было страшно, но в то же время не терпелось узнать, что будет дальше. Я еще никогда не испытывала ничего подобного – смесь животного страха со жгучим, трепетным желанием…

Откуда-то издалека донесся голос Ника:

– Сейчас вернусь.

С замиранием сердца я услышала шаги и шорох. Ник со скрипом открыл дверцу шкафа. Достал что-то с полки и с глухим стуком поставил это на пол. Я украдкой приоткрыла правый глаз и увидела, как Ник склонился над коробкой с вещами.

– Не подглядывай! – одернул он меня.

Я снова закрыла глаза, чувствуя, как в груди бьется сердце от подскочившего адреналина. Шорох, стук, скрип закрываемой дверцы, негромкие шаги Ника. Комнату заполнила ритмичная медленная музыка. Я услышала, как Ник подошел ко мне. Мягко прикасаясь к моему лицу, он надел мне на глаза шелковую повязку.

– Не бойся, – услышала я.

С этими словами он прикоснулся к моему бедру чем-то очень нежным и невесомым. Я почти сразу поняла, что это перышко. Ник плавно водил им по моему телу, отчего моя кожа мгновенно покрылась мурашками, и я застонала от удовольствия.

Ник отложил перо и поднес ко мне розу – я узнала ее тонкий сладковатый запах. Шелковистые лепестки приятно щекотали лицо и губы. Бутон плавно опустился ниже, задержался на ключицах и поплыл вниз, направляясь к груди и животу. Я задрожала всем телом, отзываясь на нежные прикосновения цветка: если Ник будет продолжать в том же духе, я достигну оргазма…

Но Ник не дал мне кончить. Цветок исчез, уступив место новой игрушке. Она оказалась холодной и острой на ощупь – от неожиданности я резко дернулась в сторону.

– Не шевелись, – прошептал Ник, продолжая рисовать узоры на моем животе.

Я вздрагивала от каждого прикосновения этого холодного гладкого предмета, безуспешно пытаясь опознать его. Ощущения были такими, словно Ник водит по моему животу ручкой или пряжкой ремня. Но это явно было что-то другое… что-то длинное и заостренное.

Догадка поразила меня в самое сердце. Я была уверена, что это нож.

Меня охватил дикий страх. Я задрала голову как можно выше, пытаясь приподнять повязку. В узкой полоске света я разглядела Ника. В его руках сверкнуло лезвие, и я покрылась холодным потом.

О БОЖЕ!!! ОН И ВПРАВДУ ВОДИТ ПО МНЕ НОЖОМ!

Не помня себя от ужаса, я громко закричала и пнула Ника в голову что есть силы. От неожиданности он сильнее надавил на нож, отчего лезвие врезалось мне в живот. Я ощутила резкую оглушающую боль и закричала еще сильнее.

– Перестань! Что ты творишь?! – заорал Ник.

Но я его не слышала. Я отчаянно дергалась из стороны в сторону, пытаясь освободить руки. К счастью, Ник несильно затянул узел – секунду спустя я вскочила с кровати и сорвала с себя повязку. Краем глаза я увидела, как Ник потирает ушибленную голову, а простыня пропитывается чем-то липким и красным, похожим на…

КРОВЬ! Я РАНЕНА!! ЭТО МОЯ КРОВЬ!!!

Не знаю, что вселилось в меня в этот момент, но это точно была не я. Подняв с пола нож, я с молниеносной скоростью выбежала из спальни и заперлась в первой попавшейся комнате. Это оказалась ванная.

Я включила свет и посмотрела на себя в зеркало. О господи! Я была похожа на испуганное животное. Волосы торчали во все стороны, глаза округлились от ужаса, а живот и руки были перепачканы в крови… Моей крови.

У меня дрожали руки, а внутри все сжалось от ужаса. Что если рана окажется серьезной, и я умру от потери крови?! Я нервно сглотнула, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями. Глубокий вдох. Выдох. Еще один вдох.

Ситуация казалась безвыходной – такое могло случиться в кино, но никак не в моей реальности. Все выглядело так, будто Ник сошел с ума и решил прикончить меня прямо в постели. От этой мысли у меня скрутило желудок, и я снова сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

Это было плохо. Очень, очень плохо.

Я прижалась к двери, прикидывая, как поступила бы Ума Турман, оказавшись на моем месте. Начнем с того, что на моем месте она бы не оказалась, но даже если бы это и произошло, Ума бы точно не стала прятаться в ванной. Вооружившись самурайским мечом, она бы дала отпор любому, кто стал угрожать ей: вспомнить хоть несчастных японцев, которых она разрубила на кусочки в фильме «Убить Билла». Только вот незадача – я совсем не умела драться. Да и самурайского меча у меня не было.

В этот момент тишину ванной прорезал громкий стук в дверь. Дверная ручка резко дернулась вниз, и я закусила губу, чтобы не закричать.

– Анна, не делай глупостей, – на удивление спокойным голосом сказал Ник. – Впусти меня.

– Ты хотел меня убить! – закричала я, чувствуя, как к горлу подступают слезы.

– Ты все не так поняла, – продолжал Ник. – Это всего лишь игра. Глупая игра, я знаю… Прости, я не хотел тебя напугать.

Голос Ника действовал на меня успокаивающе. В глубине души мне и вправду хотелось, чтобы его выходке нашлось разумное объяснение. Хорошо, он перегнул палку, это я могу понять, но какого черта Ник притащил в постель нож?!

Ник как будто прочитал мои мысли.

– Я понимаю, что ты в шоке и не можешь рассуждать здраво, – сказал он. – Но подумай сама: если бы я хотел причинить тебе боль, то связал бы тебя гораздо крепче. И уж точно не стал бы брать тупой нож.

Я подняла нож и провела по лезвию кончиком пальца. Лезвие и вправду было совсем не острым: ума не приложу, как так вышло, что оно проткнуло мне живот.

– Пожалуйста, Анна, – взмолился Ник. – Впусти меня. Давай поговорим.

Возможно, я была глупа и наивна, но мне хотелось ему верить. Хотелось думать, что сказка, в которую я попала, реальна, и ничто не сможет помешать нашему счастью.

Трясущимися руками я открыла щеколду и нажала на дверную ручку. Ник медленно, с поднятыми руками, вошел в ванную, давая понять, что не причинит мне зла. На лбу у него запеклась полоска крови. Кажется, я разбила ему бровь.

– Прости меня, – выпалила я, напрочь забыв о том, что еще минуту назад была уверена, что Ник хочет меня убить.

– Все в порядке, – мягко сказал Ник. – Я понимаю, что ты испугалась. Так что я сам во всем виноват.

Его голос звучал искренне, а на лице читалось раскаяние. Похоже, Ник действительно не хотел напугать меня, не говоря уже о том, чтобы причинить мне вред.

От переизбытка чувств я начала плакать. Ник поспешно обнял меня за плечи.

– Не плачь, милая. Прости меня, – приговаривал он, нежно поглаживая меня по голове.

В его объятиях я чувствовала себя в безопасности. Его губы, такие знакомые и несущие утешение, касались моих, а широкие ладони гладили меня по лицу. Я с готовностью прогнала все сомнения. Все снова встало на свои места.

– Дай посмотреть на твой порез, – попросил Ник.

Он сел на корточки и внимательно осмотрел мой живот. К счастью, мои опасения не оправдались – порез оказался неглубоким, просто царапина. Ник промыл его холодной водой, чтобы остановить кровотечение.

Наблюдая за Ником, я вдруг заметила, что испачкала кровью белоснежный кафель.

– Прости, что устроила беспорядок.

– Пустяки, – отозвался Ник. – Сейчас будет немного больно.

Я зажмурилась. Ник со знанием дела обработал порез спиртом, осторожно на него подув, чтобы мне было не так больно. Затем он отрезал кусочек бинта, сложил его в два слоя и приклеил к месту пореза пластырем.

– Вот и все. Как новенькая!

Ник склонил голову и улыбнулся – у него была чудесная улыбка Тома Круза. Я не смогла удержаться и улыбнулась ему в ответ.

– Спасибо. Извини, что ударила тебя.

– Я сам виноват, – сказал Ник, поднимаясь с пола. – Любой человек на твоем месте поступил бы так же.

– А зачем вообще эти игры с ножом? Тебя это заводит? – спросила я.

– Нет, – поспешно ответил Ник. – Дело не в этом. Я не садист и не чудовище и никогда не сделал бы тебе больно.

Он сделал паузу, пытаясь подобрать нужные слова.

– Меня ужасно заводит мысль, что ты принадлежишь мне, – смущенно сказал Ник.

– Но я ведь и так твоя, – произнесла я. – Пожалуйста, давай без фокусов.

– Есть, мэм, – лицо Ника вновь озарила мальчишеская улыбка. И как на него можно обижаться?

Ник накинул на меня халат и попросил подождать в гостиной, пока он наведет порядок. Чмокнув его в губы, я вышла из ванной и прошла в гостиную, залитую тусклым лунным светом. В темноте ночи комната показалась мне опустевшей и лишенной жизни, словно в ней никто не жил. Ник говорил мне, что купил этот дом три года назад или около того: странно, что за это время в доме не успели появиться книги, картины, цветы и другие вещи, которыми принято украшать интерьер. Я и сама не люблю, когда дом напоминает склад забытых вещей, но не могу представить свою комнату без стопки книг, старого мольберта, флаконов духов, красиво расставленных на тумбочке, и маленькой Эйфелевой башни, которую папа привез мне из Парижа.

В просторной гостиной Ника была только одна личная вещь – фотография его матери. Она одиноко стояла на журнальном столике, устремив свой взгляд куда-то вдаль. У этой женщины были бездонные глаза-океаны – такие печальные, что мне стало ее жаль.

Повинуясь какому-то порыву, я взяла портрет со столика и перевернула рамку. В ней была спрятана еще одна фотография. Сгорая от любопытства, я вытащила снимок. На нем красовалась девушка с прямыми светлыми волосами. Смеющиеся карие глаза, пухлые розовые губы на бледном лице – у нас с ней определенно было сходство.

Я вдруг ощутила резкий укол ревности. Кто это? Анастасья? Или другая девушка, в которую Ник был когда-то влюблен? Если это в прошлом, то почему он хранит снимок на видном месте, да еще и под портретом матери?..

Из коридора донеслись шаги. Я быстро поставила портрет на место, не забыв спрятать фото таинственной незнакомки. Как раз вовремя – всего пару мгновений спустя ко мне подошел Ник и нежно поцеловал в лоб.

– Сделать тебе чай? – заботливо спросил он.

«Не нужно, – подумала я. – Лучше расскажи мне о девице, чей снимок ты так бережно хранишь в той рамке». Но я знала, что Ник будет не в восторге от моих расспросов, поэтому промолчала. После того, что мы с ним пережили, нам обоим требовался сон.

– Пойдем лучше спать, – со вздохом сказала я, пытаясь понять, откуда взялось это тяжелое ощущение тревоги.

Когда я легла в постель, рука невольно потянулась к повязке на животе. Меня что-то беспокоило. Что-то было неправильно – я ощущала это буквально подушечками пальцев.

Словно почувствовав мое смятение, Ник крепко прижал меня к себе.

– Я люблю тебя, – прошептал он.

От этих слов мне стало гораздо лучше. Тревога постепенно рассеялась, и меня вновь захлестнули прежние чувства к Нику. Я так долго ждала его, моего прекрасного принца: неужели я и вправду хочу все испортить глупыми подозрениями?

Внутренний голос поспешно напомнил мне, что у Ника явно имеются от меня секреты. В голове тут же всплыло лицо той девушки, и я крепко зажмурилась, пытаясь прогнать ее образ.

К черту, я не хочу об этом думать!

– Я тоже тебя люблю, – сказала я, заглушив в себе все сомнения.

И я действительно так думала.

Глава 7

Когда я проснулась, Ника в постели уже не было. Вместо него на кровати лежало короткое темно-синее платье с V-образным вырезом. Рядом с платьем я нашла аккуратно сложенную записку.

«Доброе утро, милая!

Я скоро приеду. Пожалуйста, будь готова через час. Надень новое платье и туфли.

Люблю тебя.

Твой Ник».

Туфли всегда были моей слабостью. С замирающим сердцем я огляделась по сторонам и увидела обувную коробку, перетянутую розовым бантом. Кончиком пальца я чуть-чуть приподняла крышку и заглянула внутрь. Увидела что-то красное и…

О боже, это же «Маноло Бланик»! Если вы смотрели «Секс в большом городе», то поймете, почему я так обрадовалась. Я мечтала об этих туфлях, причем именно красного цвета. И как только Ник об этом узнал? Настоящий волшебник!

Я вытащила туфли из коробки и провела рукой по гладкому шелку. Обвела кончиком пальца блестящую пряжку на остром носике и с нетерпением поставила туфли на пол. Когда моя нога скользнула внутрь туфли, я с трудом сдержала вздох удовольствия. Наверное, со стороны я выглядела глупо, но у всех есть свои маленькие слабости. Я обожаю обувь, а «Маноло Бланик» в моем представлении являются верхом совершенства. И теперь они мои!

Я почувствовала, как губы расплываются в радостной улыбке. Если у меня и оставались какие-то сомнения после вчерашнего, то теперь они полностью исчезли. Я была так счастлива, что хотела обнять весь мир.

Через полчаса, когда я была в ванной и сушила волосы феном, в дверь постучал Ник. Я выключила фен, распахнула дверь и бросилась ему в объятия. Ник нежно поцеловал меня в губы, и мне захотелось раствориться в этом поцелуе.

Его губы. Руки, в объятиях которых мне так спокойно. Люблю, когда он рядом.

– Мне тебя не хватало, – сказал Ник.

– И я скучала. Спасибо за подарки, особенно за туфли – они просто сказочные!

– Это же те самые туфли, которые ты хотела?

Похоже, Ник и вправду умеет читать мысли.

– Да! Но как ты узнал? – спросила я.

Ник хитро улыбнулся.

– Это же классика. Никогда не выйдет из моды.

Я поцеловала Ника и провела рукой по его лицу, внезапно наткнувшись на что-то выпуклое. На лбу у Ника красовался лиловый синяк. Господи, я и забыла, что вчера чуть не разбила ему бровь!

– Ник, мне так жаль! Тебе очень больно? – с беспокойством спросила я.

– Все в порядке, не бери в голову, – Ник улыбнулся и взлохматил волосы, чтобы скрыть синяк под челкой. – Лучше расскажи, как твой порез?

– Повязку я не снимала, а так все нормально. Вроде не болит.

Ник сел на корточки и поцеловал меня в живот.

– Как у вас там говорят? До свадьбы заживет, да? – спросил он, глядя на меня снизу вверх.

– До какой еще свадьбы?

– До нашей, конечно же, – на лице Ника появилась озорная мальчишеская улыбка. Я растаяла.

Это было сказано в шутку, но я не сомневалась, что Ник относится ко мне серьезно. Воображение рисовало мне счастливые картинки нашей совместной жизни: вот мы в окружении родных и друзей празднуем нашу свадьбу, вот мы завели собаку, а здесь – с нетерпением ждем первенца…

Голос Ника вернул меня к реальности.

– Тебе еще долго собираться? – поинтересовался он.

Я сказала, что буду готова через десять минут.

– Отлично. Мы едем в гости к Мюллерам – семье, в которой я вырос.

Ник хочет познакомить меня со своими родителями! Не могу поверить – между нами и вправду все серьезно.

Я встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.

– Спасибо, Ник. За все, что ты для меня делаешь. Я очень это ценю, – сказала я с благодарностью в голосе.

– Без проблем, – ответил он. – Я делаю это для нас.

***

Дорога к Мюллерам заняла полчаса – по швейцарским меркам, это целое путешествие. В машине мы хохотали над тем, что синяк Ника идеально сочетается с синим цветом моего платья. Здорово, что мы с ним на одной волне.

Ханс и Эрика Мюллеры жили в Люцерне, в красивом доме на берегу озера. Их пара произвела на меня приятное впечатление: они были по-прежнему влюблены друг в друга и вышли к нам, держась за руки. Надеюсь, через двадцать лет мы с Ником будем такими же, как они, – счастливыми и безумно влюбленными друг в друга.

Вместо сухого швейцарского рукопожатия Эрика тепло обняла меня и пригласила в дом. От нее пахло цветами и домашней выпечкой.

– Ники, а ты молодец! Какую девушку к нам привел, – сказала Эрика, обнимая Ника.

Ник крепче сжал мою руку. Я смущенно улыбнулась.

Эрика сказала, что ей нравится мое платье, и провела нас на задний двор, где был накрыт стол с закусками для раклета[2]. Я вызвалась помочь расставить тарелки. Ник стоял рядом и оживленно беседовал с Хансом.

– Ник много о тебе рассказывал, – с улыбкой сказала Эрика. – Говорил, что ты работаешь в женском журнале. Когда-то я тоже хотела стать журналисткой. Но потом встретила Ханса, и все пошло кувырком. Дом, дети… правда, сейчас они уже взрослые.

Я призналась Эрике, что тоже мечтаю о семье и детях. В голове невольно всплыли картинки нашей счастливой семейной жизни с Ником.

– Ты очень хорошо говоришь по-немецки. Давно живешь в Швейцарии? – с любопытством спросила Эрика.

Не люблю, когда мне задают этот вопрос. Приходится подолгу объяснять, что вообще-то я живу в Москве, а в Швейцарию приехала погостить у своего парня. Сочувственное молчание вместо ответа раздражает не меньше самого вопроса. Все сразу видят в тебе авантюристку, которая охотится за европейским паспортом. Но я не такая. Я искренне любила всех мужчин, с которыми встречалась.

Прежде чем я успела сказать это вслух, в разговор вмешался Ник. Он жестом дал понять, что сам объяснит Эрике, что к чему.

– Анна пока живет в Москве, но очень скоро переедет жить ко мне.

Вот это да! Такого ответа я не ожидала. Я одарила Ника лучезарной улыбкой. Он подмигнул мне.

– Я очень рада за вас обоих, – сказала Эрика. – Любовь – это прекрасно.

Она подняла бокал, и мы чокнулись.

***

С каждой минутой Мюллеры нравились мне все больше. Ханс производил впечатление сдержанного человека, а вот Эрика, наоборот, была очень страстной и увлекающейся натурой. Уверена, что в молодости она жила на полную катушку – курила травку, с завидной регулярностью меняла парней и много путешествовала.

Несмотря на буйную молодость, Эрика стала образцовой мамой. Я видела, с какой любовью она говорит о своих детях, как тепло отзывается о Нике: неудивительно, что он вырос таким заботливым и добрым. Эрика легко располагала к себе людей: с ней можно было говорить на любые темы и поделиться любым, даже самым постыдным, секретом – она бы все равно выслушала тебя и не стала бы осуждать.

Мне всегда хотелось, чтобы моя мама тоже была такой. Мы не были с ней подругами даже в детстве: всякий раз, когда я просила у нее совета или делилась тем, что меня тревожит, мама одаривала меня осуждающим взглядом. Неудивительно, что в какой-то момент я просто перестала с ней откровенничать.

До сих пор не знаю, как рассказать ей, что я рассталась с Леоном и начала встречаться с Ником. Каким бы идеальным ни был Ник, мама точно не сможет смириться с тем, что я потерпела очередное поражение в отношениях с мужчинами. Когда-нибудь она, конечно, с этим смирится (разве у нее есть выбор?), но перед этим изрядно потреплет мне нервы. А этого мне хотелось меньше всего на свете.

После ланча Эрика принесла фотоальбом. Она рассказала, что в детстве Ник мечтал стать фотографом. На шестнадцатилетие они с Хансом подарили ему пленочную камеру: в течение двух лет Ник ходил с камерой наперевес и снимал буквально все вокруг, пока ему это не наскучило, и он не стал проявлять интерес к цифрам.

– Посмотри, какой он был хорошенький.

Я взяла протянутую фотографию. Ник и вправду был красивым мальчиком – с густой копной каштановых волос и огромными голубыми глазами.

– Ты совсем не изменился, – сказала я Нику.

– Только постарел немного.

– Мы все не молодеем, – заметил Ханс. – Анна, поверь, меня на фотографиях ты уже не узнаешь.

Мы хором рассмеялись. Я попросила Эрику показать Ханса в молодости. Она протянула мне черно-белую фотокарточку с красивым худощавым мужчиной в военной форме. Я без труда узнала в нем Ханса.

– Вылитый Марлон Брандо, – с улыбкой сказала я.

Ханс зарделся, а Эрика игриво хлопнула его по плечу.

– Ник, ты лучше смотри в оба, а то Ханси уведет у тебя Анну, – пошутила Эрика.

Мы с Хансом и Эрикой вновь начали смеяться. Краем глаза я заметила, что Ник немного напрягся: кажется, шутка Эрики ему не понравилась.

Я решила сменить тему и попросила Эрику показать мне фотографии ее детей. Она охотно согласилась и принялась листать семейный альбом.

– Смотри, это Лена. А это моя младшая, Карин.

У сестер были зеленые глаза, которые они унаследовали от Ханса. Густые волнистые волосы достались им от матери: в молодости Эрику легко можно было спутать с Шер.

– Они тоже живут Люцерне? – спросила я.

– Карин живет в Люцерне, да, а Лена в прошлом году переехала в Берн. Ник, вы с ней общаетесь?

Эрика вопросительно посмотрела на Ника.

– Да, – сказал он. – Но не очень часто.

– Вы так и не помирились? – тонкие брови Эрики удивленно взлетели вверх. Прижав пальцы к губам, она снова повернулась ко мне. – Лена что-то не поделила с бывшей девушкой Ника. Как же ее звали… ах да, Анастасья.

– Анастасья Орлова, – зачем-то добавил Ханс.

Должна признаться, что бывшая Ника успела мне порядком надоесть. Я представила, как она сидела здесь, на моем месте, смеялась над шутками Эрики и пила за здоровье Ханса. Воображение рисовало красочные сцены, в которых Ник признавался ей в любви, держал ее за руку, целовал, трахал…

Я заставила себя прекратить эти мысли. Повернулась к Нику в надежде на ободряющую улыбку и… не смогла его узнать. У него были сжаты челюсти, и во всем теле ощущалось заметное напряжение. Голубые глаза превратились в узенькие щелки – совсем как тогда, на парковке. Только сейчас было светло, и я не могла ошибиться. Лицо Ника перекосило злобой. От мальчишеской улыбки Тома Круза не осталось и следа.

– Я же просил не говорить о ней, – процедил Ник сквозь зубы.

Он говорил медленно, делая паузу после каждого слова, словно хотел удостовериться, что его точно правильно поняли.

За столом воцарилось неловкое молчание.

– Ник, прости, я забылась, – виновато произнесла Эрика. Она поспешно сложила фотографии и унесла альбомы в дом.

– Эй, все в порядке, – прошептала я, погладив Ника по руке.

Он криво усмехнулся.

– Думаю, нам пора.

– Ник, но мы же хотели показать Анне Люцерн, – попытался возразить Ханс.

– В другой раз, – отрезал Ник. – Анна, собирайся, мы уезжаем.

***

Дорога домой растянулась на целый час из-за пробок. Ник все время молчал, погрузившись в свои мысли. Я тоже не проронила ни слова. День был безнадежно испорчен.

Я раз за разом прокручивала в голове то, как резко изменился Ник во время ланча. Он как будто стал другим человеком: холодным, грубым, бесчувственным. Я до сих пор ощущала исходящий от него холод. Но это был не тот холод, которым окатил меня Леон, когда заявил, что бросает меня: глаза Ника были стеклянными и совершенно ничего не выражали. Мне стало не по себе.

По лобовому стеклу забарабанил дождь, что вполне подходило моему настроению. Я решила нарушить молчание.

– Объясни-ка мне кое-что. Если все осталось в прошлом, почему эта девушка так много для тебя значит?

Ник стиснул челюсти. Эта тема явно не приносила ему удовольствия, но я должна была узнать правду.

– Она ничего для меня не значит, – сказал он суровым голосом.

– Тогда почему ты так бурно отреагировал, когда Эрика случайно упомянула ее имя…

– Это было не случайно, – перебил меня Ник. – Уверен, что она выжидала подходящий момент, чтобы вывести тебя из себя.

– Но зачем ей это делать? – возразила я.

В словах Ника не было никакого смысла.

– Ты не знаешь Эрику. Она любит провоцировать людей и ставить их в неудобное положение.

Я нахмурилась. Мне всегда казалось, что я хорошо разбираюсь в людях. Эрика показалась мне чуткой женщиной с большим сердцем, что противоречило словам Ника.

– Вспомни, как она спросила у тебя, где ты живешь, – продолжал Ник. – Эрика прекрасно знала, что ты живешь в Москве – я сам сказал ей об этом. Просто Эрике нравится задавать неудобные вопросы и выводить людей на эмоции. Она этим живет.

Кто бы мог подумать! А с виду такая приятная женщина…

– Знаю, о чем ты сейчас думаешь, – сказал Ник после небольшой паузы. – Я не говорю, что она плохой человек, нет. Я люблю Эрику и благодарен ей за все. Она заменила мне мать. Но это не отменяет того, что у нее есть странности. Я сыт ими по горло, поэтому, поверь мне, мы правильно сделали, что уехали.

«Мы». Как будто мы вместе решили, что нам лучше уехать.

– Я думала, что ты покажешь мне Люцерн, – не унималась я.

– В другой раз, детка, – Ник ласково сжал мою ладонь. – Обещаю. Сейчас все равно идет дождь, а ты в новых туфлях.

Я сдалась. Спорить с Ником было бесполезно – у него всегда имелись запасные аргументы.

– Сейчас отвезу тебя домой и съезжу в магазин. А когда вернусь, сделаю нам ужин. Как насчет ризотто с грибами?

Я кивнула. Мои губы расплылись в довольной улыбке, но предстоящий ужин был здесь совершенно ни при чем. Ник сказал, что заедет в магазин, а значит, у меня будет время кое-чем заняться – узнать, кто такая Анастасия Орлова.

Глава 8

Я решила начать с поиска в «Фейсбуке». По запросу «Анастасия Орлова, Россия» он выдал мне сотни девушек. Искать среди них бывшую Ника, толком не зная, как она выглядит, было настоящим безумием. Я решила сузить поиск и добавила ограничение по возрасту.

«Вряд ли она намного старше меня», – подумала я и выбрала категорию от 25 до 30 лет. Число девушек заметно сократилось, но их по-прежнему было слишком много. Я могла целый день просматривать бесконечную вереницу профилей, но так и не найти нужную мне Анастасию.

Отложив телефон в сторону, я встала и размяла пальцы – я всегда так делаю, когда нервничаю. На мне по-прежнему было темно-синее платье, которое Ник подарил мне сегодня утром. Стыдно признаться, но я даже не помыла руки: едва переступив порог дома, я рухнула на диван и принялась за поиски. Времени было в обрез. Я боялась, что Ник вот-вот вернется домой, и тогда у меня точно не будет возможности утолить свое любопытство.

Думай, думай…

Пораскинув мозгами, я решила попытать счастья в «Инстаграме». Открыла приложение и с нетерпением ввела в строку поиска «Anastasia Orlova». Скрестила пальцы и зажмурилась на удачу. Черт! Снова мимо. «Инстаграм» выдал сотни, а то и тысячи девушек с таким же именем. Я не знала эту Анастасию, но успела ее возненавидеть. Мне бы не пришлось так мучиться, если бы у нее было более редкое имя – Ева или Анжела.

Я уже хотела закончить поиски, как вдруг мне на глаза попалось знакомое лицо. Те же карие глаза и веснушки в обрамлении светлых волос… На меня смотрела та самая девушка со спрятанной фотографии! Сгорая от нетерпения, я зашла в ее профиль.

Анастасия была красивой девушкой с фарфоровой кожей и пухлыми губами. Именно такую представляешь себе, когда речь заходит о красавице из России. Кошачьи глаза орехового цвета, фигура «песочные часы», безупречная улыбка… Конечно же, Ник влюбился! Любой на его месте потерял бы голову.

Ненавижу ее. Ненавижу! Эта стерва даже не потрудилась удалить совместные с Ником снимки. На одном из них они счастливо улыбались в камеру, прижавшись друг к другу. Снимок был сделан год назад в Берне. Я без труда узнала на заднем плане гостиную Ника, чувствуя, как внутри меня все вскипает от злости и ревности. На другой фотографии Анастасия была с Ником в Париже. Они целовались на фоне Эйфелевой башни.

Меня сейчас стошнит.

Я вышла из приложения и со злостью бросила телефон на диван. Я сходила с ума от ревности – мало того, что бывшая Ника оказалась первоклассной красавицей, мало того, что он познакомил ее с семьей и друзьями и вроде как даже хотел сделать ей предложение… так они еще были в Париже! – гуляли там рука об руку, целовались на фоне проклятой башни, просили прохожих их сфотографировать…

Но хуже всего было то, что Ник до сих пор хранит ее фото в укромном месте. Я не заметила, как по лицу потекли слезы.

В замке с громким щелчком повернулся ключ. В гостиную вошел насквозь промокший Ник.

– Ну и дождь! – сказал он, снимая куртку. – Весь промок, пока шел до машины.

Ник подошел ко мне и привычно чмокнул в губы. Заметив, что в глазах у меня стоят слезы, он поспешно стер с лица улыбку.

– Милая, что случилось? Почему ты плачешь? – обеспокоенно спросил Ник.

Вместо ответа я взяла со столика портрет его матери и вытащила снимок Анастасии. Ник нахмурился, но не стал ничего говорить.

– Так она ничего для тебя не значит? – выпалила я со злостью.

Ник проигнорировал мой вопрос. Его красивое лицо снова скрылось под бездушной маской. В глазах Ника вспыхнули недобрые огоньки, рот вытянулся в тонкую линию.

– Ты копалась в моих вещах? – спросил Ник до жути спокойным голосом.

– Нет. Фотография выпала случайно, – соврала я.

– И с чего ты решила, что это Анаста́сья?

– Господи, Ник, я же не идиотка! Кто еще это может быть?!

В моем голосе послышались истеричные нотки. Ник не стал спорить. Он молча выхватил у меня фотографию и разорвал ее на мелкие кусочки.

– Довольна? – резко бросил он.

Я не знала, что сказать. Все вышло не так, как я хотела. По лицу предательски текли слезы: я чувствовала себя ужасно глупо и хотела вернуть время вспять, чтобы все исправить. Тому, что Ник спрятал фото Анастасии под снимком матери, нашлось вдруг море объяснений. Может, он просто забыл, что у него осталась эта фотография. Анастасия ведь тоже не стала удалять совместные снимки из ленты «Инстаграма».

«Какая же я дура!», – корила я себя. Похоже, я снова все испортила. Сейчас Ник скажет, что сыт мной по горло и больше не хочет меня видеть.

Но вместо этого Ник сказал то, чего я совсем не ожидала от него услышать.

– Ревнуешь меня к бывшей, которой давно нет… в моей жизни, – Ник резко изменился в лице. В его глазах плескалась ярость. – А сама давно ли перестала общаться с бывшим?

Внутри меня все похолодело. Он имеет в виду Леона? Но откуда Ник о нем знает? Я никогда не рассказывала ему о своих бывших.

– О чем ты говоришь? – ошарашенно спросила я.

Ник усмехнулся.

– Только не надо изображать из себя невинную овечку. Ты прекрасно знаешь, о ком я говорю.

Он что, читал мою переписку с Леоном? Откуда он знает мой пароль? Как это вообще возможно?!

Я сделала глубокий вдох и постаралась взять себя в руки.

– Ник, послушай, – я сократила дистанцию между нами и посмотрела ему прямо в глаза. – Не знаю, с чего ты это взял, но я не общаюсь с другими парнями.

Ник пропустил мои слова мимо ушей.

– Дай мне свой телефон, – потребовал он.

– Ник, зачем тебе…

– Телефон, – нетерпеливо перебил меня Ник.

Он вытянул руку ладонью вверх. Его лицо не выражало никаких эмоций и напоминало маску с пустыми прорезями для глаз. Я подошла к дивану, взяла телефон и ввела пароль, чтобы разблокировать экран. Протянула айфон Нику.

– Благодарю, – сухо сказал он.

Мне было страшно, и я не знала, к чему это приведет. Я не соврала, сказав, что не общаюсь с другими мужчинами. Леону я так и не ответила. Моя совесть чиста.

Ник вернул мне телефон. На экране высветилось вчерашнее сообщение от Леона.

– Но я же ему не ответила…

Ник снова перебил меня.

– Если ты хочешь быть со мной, напиши ему, чтобы он оставил тебя в покое. Раз и навсегда.

Ник сказал это так резко, что у меня по спине пробежал холодок. Я быстро набрала сообщение, в котором попросила Леона оставить меня в покое. От мысли, что он навсегда исчезнет из моей жизни, мне стало не по себе, но у меня не было другого выбора. С колотящимся сердцем я нажала кнопку «отправить».

– Я знал, что ты примешь правильное решение, – удовлетворенно сказал Ник.

Но если я поступила правильно, почему меня продолжают терзать сомнения? Я никак не могла понять, как Ник вообще узнал о существовании Леона: взломал мой WhatsApp или залез в телефон, пока я была в ванной? Интуиция подсказывала мне, что Ник ведет себя неправильно и явно чего-то не договаривает, но мне так хотелось верить, что он тот самый

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Такова жизнь (фр.).

Вернуться

2

Швейцарское национальное блюдо, которое готовится из расплавленного жирного сыра.

Вернуться