Марина Ноймайер
Связанные звёздами

Marina Neumeier

Aquarius – Herz über Kopf durch die Zeit

© 2020 Piper Verlag GmbH, München/Berlin.

© Опалева А., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2021

* * *

Посвящаю эту книгу моей семье и друзьям

Глава 1

Мюнхен, 15.10.18

– Что ж, вот и начало нового учебного семестра! – блондинка хищно улыбнулась и демонстративно щелкнула пальцами перед моим носом. – Подруга, нас ждут великие дела. Выспишься в другой раз!

Звонкий, нетерпеливый голос Лоры проник в мое сознание сквозь сонную дымку. Я нервно вздрогнула и огляделась, хлопая глазами. Ну и ну, чуть не уснула, да еще и в метро. Честно говоря, я искренне ненавижу любой общественный транспорт, а вечно переполненное метро так вообще является лидером в моем личном хит-параде худших способов добраться до университета к первой паре. Знаете почему? По утрам здесь творится что-то невообразимо ужасное: давка, неприятные запахи, ворчание, оторванные пуговицы, огромные сумки и рюкзаки, впивающиеся в спину. Все бы сейчас отдала, только бы эта злосчастная утренняя суета обошла меня стороной! К черту метро, к черту эту вонючую толпу народа, к черту профессора Ашмана, который попросил сегодня прийти на час раньше, и к черту его организационные вопросы.

Лора шагала рядом вполне бодрой походкой. В ее голубых глазах блестели искорки радости и любви ко всему миру. Откуда в ней столько сил? Ведьма. Я потерла пальцами сонные глаза и зевнула. Блондинка недовольно цокнула языком и начала поправлять волосы. Я с завистью уставилась на ее роскошную косу. Красиво заплела, не придерешься. Недовольно прищурив глаза, я снова зевнула. Ну конечно, уж она точно успела заскочить за бодрящим стаканчиком кофе, вот и весь секрет хорошего настроения и идеальной прически. Неужели так сложно прихватить капучино и для меня? Я ведь уже миллион раз ее просила, а все без толку. Лора каждый раз щебечет о том, что в один прекрасный день мне надоест чувствовать себя по утрам сонной мухой и я обязательно соберусь с силами и загляну в ближайшую кофейню. Ну-ну. Когда рак на горе свистнет. О чем ты говоришь, Лора, детка? Утром я нахожусь в состоянии вареной сосиски, которая с огромным трудом выкатывается из-под одеяла. Какой еще капучино? В общем, к черту ваш ароматный кофе.

– Розалина? Я, по-твоему, сама с собой тут разговариваю? – подруга недовольно сморщила носик и несколько раз хлопнула в ладоши, пытаясь привлечь мое внимание.

Виновато глядя ей в глаза, я приложила все силы, чтобы сдержать зевок.

– Прости, никак не могу включиться. Спала всего пять часов, – ответила я и шумно выдохнула.

Лора снова цокнула языком и демонстративно закатила глаза.

– Видимо, ты окончательно сбила режим во время каникул. Признавайся, во сколько ты ложилась спать? Часов в пять утра? Даже не думай отпираться, – блондинка игриво толкнула меня локтем.

Да уж, на этот раз Лора оказалась права на все сто процентов. Но как же она меня вычислила? Ах да. Некоторые из моих любимых приложений всегда показывают дату и время последнего визита. Современные технологии сыграли против меня.

– Клянусь на Библии, исправлюсь, – с улыбкой ответила я и сложила руки в молитве. Лора улыбнулась и взяла меня под руку.

– Рози, суть моего пространного монолога, который ты благополучно прослушала, сводится к тому, что к нам приедут новые студенты по обмену, – девушка многозначительно подняла брови.

Ох, Лора. Опять она за старое. Сладостно милая кокетка, которая может заполучить любого парня, просто поманив его пальцем. Честное слово, если бы она не была моей лучшей подругой, я активно плевалась бы ядом при каждом ее сахарном появлении в обществе. Вы только взгляните в огромные васильковые глаза этой чертовки! Девочка с картинки. А еще она круто красится. Именно Лора научила меня рисовать идеальные стрелки. Ну и, конечно, у моей подруги отменный вкус. Иногда она дает мне поносить некоторые классные вещи из ее гардероба. Многие думают, что Лора – заносчивая пустышка, но на самом деле она очень умная девушка. Уж поверьте мне, я знаю, о чем говорю.

Драматически заломив руки, я тяжело вздохнула.

– Все это, конечно, отлично, только вот я очень сильно сомневаюсь, что «история искусств» – то самое направление, на которое стремятся поступить все классные парни Европы, – сказала я улыбаясь.

– Этот семестр все изменит, я чувствую. Пора брать быка за рога, Рози. Я уже внесла наши имена в волонтерскую карточку. С этого дня мы – наставники для новеньких горячих иностранцев, – Лора заговорщически подмигнула мне и запрыгнула в вагон.

На ватных ногах я последовала за подругой.

– Ты сделала что? Внесла куда? Кого? Что-что? – я отчаянно пыталась переварить информацию, но тот факт, что мне придется возиться с иностранцем по меньшей мере полгода, никак не хотел укладываться у меня в голове.

Лора даже не потрудилась скрыть коварную ухмылку.

– Помнишь, в прошлом году несколько старшекурсниц курировали студентов из Мадрида? Испанцы тогда еще писали какие-то научные статьи. А я сидела, кусала локти и бессильно наблюдала, как горячих парней уводят прямо у меня из-под носа. Тогда я уже точно знала, что в следующем году обязательно ввяжусь в подобную авантюру. Рози, ты права, в Мюнхене нам ловить нечего. А вот перспектива найти себе классного иностранца и уехать с ним за границу мне очень даже нравится. Если мы с тобой будем наставницами, задача упростится в сто раз, веришь? – довольная собой, Лора широко улыбалась.

Я молча ловила воздух ртом. Эта затея была даже хуже ее прошлогодней идеи зарегистрироваться на сайте знакомств. Я до сих пор помню, как подруга переписывалась с парнями от моего имени. А в один прекрасный день она назначила какому-то типу свидание без моего ведома и действительно надеялась, что я на него пойду. Окей, ладно, если посмотреть на ситуацию объективно, новая выходка Лоры не такая уж и ужасная, но все же… Воодушевлена ли я? Нисколько.

– Дай угадаю, письмо от профессора Ашмана, которое я как будто бы «не получила», на самом деле никогда и не существовало? Лекция пройдет по расписанию, а ты вытащила меня ни свет ни заря просто поболтать об иностранцах? – мои глаза метали молнии.

Лора покраснела до корней волос. Ее лицо пылало, а щеки стали красными, как помада на губах.

– Прости, Рози, но это была единственная возможность вытащить тебя из постели на час пораньше.

Я скрипнула зубами. Лоре прекрасно известно, что я ответственно подхожу к учебе. Для меня очень важно вовремя приходить на пары, писать конспекты и даже брать дополнительные задания. Что ж, вот и настал тот самый злосчастный день, когда подруга подло воспользовалась моим чувством долга.

Выходя из вагона, я только и могла думать о том, что потеряла целый час сна. Уныло ступив на эскалатор, я не дожидалась подругу. Предательница. Только выйдя на улицу, я обернулась, но Лоры нигде не было. Капитуляция? Спустя несколько минут я, наконец, заметила в толпе белокурую косу и помахала рукой. Лора подошла и довольно грубо сунула мне в руки бумажный стаканчик.

– Ваш кофе, мисс каприз, – промурлыкала подруга.

Должно быть, она ненадолго задержалась у киоска рядом с эскалатором, чтобы купить для меня горячий напиток.

– Даже не думай, что, выпив капучино, я размякну настолько, чтобы спустить тебе эту выходку, – процедила я сквозь зубы.

– Ореховый сироп, все как ты любишь, – ласково ответила она.

– Лицемерка.

Мы подошли к первому корпусу. Не могу сказать, что я внезапно превратилась в суперпозитивного экстраверта, но все же мой настрой значительно улучшился.

– Куда конкретно нужно идти? – спросила я, обреченно махнув рукой в сторону главного входа.

Лора лучезарно улыбнулась и буквально запрыгала на месте. Наверное, подруга испугалась, что я и вовсе откажусь от ее идеи стать наставницами.

– 112-й кабинет. Поверь мне, Рози, ты не пожалеешь.

– Очень на это надеюсь, – проворчала я.

Преодолев турникет, мы вместе поднялись по лестнице. Лора буквально вцепилась в рукав моего свитера и энергично потащила за собой по оживленным коридорам. Ни на секунду не замолкая, она продолжила рассуждать о горячих иностранцах. Мне не хотелось портить настроение и встревать в ее монолог с грустными новостями о том, что прибывшие в университет иностранцы могут быть не только парнями, но и девушками.

Мы вошли в аудиторию 112. За партами уже сидели знакомые лица. Несколько сокурсников, а с ними старик Киппинг. Профессор Киппинг – наш преподаватель по позднесредневековой архитектуре Европы. Черт знает, сколько ему на самом деле лет, – я ставлю на то, что профессору около девяноста, а Лора вообще думает, что он лично застал все те здания и монументы, о которых вещает на парах. За глаза она даже называет профессора Киппинга вампиром. Поначалу я, конечно, благородно сопротивлялась тому, чтобы моя подруга награждала уважаемого старого человека каким-либо прозвищем. Но со временем оно прижилось настолько, что вся наша группа величала его только вампиром и никак иначе. Высокий, худой старик с черными глазами-пуговками приветливо кивнул нам и сделал приглашающий жест.

– Дорогая мисс Грифиус, как я рад вас здесь видеть, – сказал вампир, добросердечно улыбнувшись. Взглянув на профессора, я внутренне сжалась. Неужели он успел еще постареть за каникулы? Мертвенная бледность кожи мистера Киппинга превращала его лицо в подобие восковой маски. Мужчина выглядел довольно пугающе.

Прежде чем я успела ответить профессору, мисс Лоренц, методистка учебного отдела, выйдя вперед, звонко хлопнула в ладоши. Сухое, костлявое женское лицо изобразило жалкое подобие улыбки. Неужели? Кажется, я еще ни разу не видела, как эта дамочка улыбается. Сегодня прямо-таки знаменательный день.

– Доброе утро, студенты! Я искренне рада видеть всех собравшихся сегодня. Поздравляю с началом нового семестра и, конечно, в первую очередь желаю успехов в достижении ваших учебных целей. Я также от всей души надеюсь, что вы, волонтеры, окажете нашим иностранным друзьям всестороннюю поддержку: покажете новичкам вуз, поможете заселиться, обустроиться, разобраться с бытовыми проблемами, а также обязательно проведете для иностранных гостей экскурсию по Мюнхену, – торжественно произнесла мисс Лоренц. Ее глубоко посаженные глаза сверкали, как у ночных хищников. – Benvenuto qui a Monaco, или же, как говорят у нас, добро пожаловать в Мюнхен!

Понятно, итальянцы. Я посмотрела на подругу и поймала ее озорную улыбку. Два года назад мы вместе выбрали итальянский в качестве второго иностранного языка. Честно признаться, поначалу я терпеть не могла грамматику, у меня плохо получалось спрягать глаголы, но уже спустя несколько месяцев упорного труда мне удалось улучшить свой уровень владения языком. А может быть, Лора права, и мы действительно станем наставницами двух горячих итальянцев? Кто знает, возможно, судьба приготовила мне приятный сюрприз. Мои пальцы дрожали от приятного возбуждения, ладони вспотели.

– В этом году Мюнхенский университет принимает гостей из Миланской академии изящных искусств. – Мисс Лоренц громко прокашлялась и начала говорить дальше: – Сейчас я бы хотела представить пятерых студентов, которые приехали к нам из Италии. Паола Руссо и Давид Виллани пишут дипломы, в следующем году они получают степень бакалавра. Маттео Ферранте и Леопольдо Мацца предстоит продолжить обучение в мюнхенской магистратуре. А также поприветствуем Сару Понтрелли, она работает над докторской диссертацией. Прошу любить и жаловать!

Мы вежливо поаплодировали. Я с любопытством вытянула шею, стараясь рассмотреть стоявших где-то впереди итальянцев. Однако высокий и плечистый старик Киппинг, который прямо передо мной то и дело переминался с ноги на ногу, полностью лишил меня возможности увидеть там, около профессорского пульта, хоть кого-то. Я шумно выдохнула. Пришлось довольствоваться широкой спиной вампира и черной россыпью кудрей одной из студенток.

Мисс Лоренц тем временем пустилась в пространные объяснения, рассказывая о смысле и целях волонтерской программы. Она особенно подчеркнула значимость наставников и отдела культурно-социальной адаптации. Я нервно скомкала пустой кофейный стаканчик. В любом случае, это менторство ненадолго, не так ли? Все новички – взрослые люди, они быстро во всем разберутся, им нужно только совсем чуть-чуть помочь в самом начале.

– Мисс Грифиус, вы поможете освоиться мистеру Мацца, – голос методистки равнодушно назначал каждому новоприбывшему наставника.

Я вздрогнула. Мое имя. Так, стоп. Что я пропустила? Студенты суетились, мельтешили, толкались и болтали друг с другом. Я отыскала взглядом подругу. Лора покачала головой и многозначительно улыбнулась. Она начала показывать жестами, что нам нужно спуститься к профессорскому пульту. Больше всего на свете мне бы сейчас хотелось точно знать, как выглядит мой «подопечный», чтобы не искать его здесь вслепую. Как-как его зовут? Людо? Лео? И почему мисс Лоренц даже не потрудилась повторить его имя? Я последовала за Лорой. Подруга болтала с симпатичным кудрявым парнем. Засмотревшись на раскованную Лору, я споткнулась. Очень удачно споткнулась, потому что налетела как раз на Лео Мацца. Джекпот! Ах, какой элегантный. Ему очень к лицу эта голубая рубашка с белым воротником. Я стояла и смотрела на Лео как загипнотизированная. Не может быть, да у него глаза зеленые, как у кошки. Никогда бы не подумала, что у итальянцев бывает такой цвет глаз. Я утонула во взгляде парня и очнулась, только когда он вопросительно поднял черные брови и махнул рукой. Ну да, стою, молчу, пялюсь тут на него. Проклятье! Я протянула руку в приветственном жесте.

– Я Розалина Грифиус, рада знакомству, – выдавила я, улыбнувшись. Интересно, правильно ли я запомнила его имя? Сейчас и проверим.

– Леопольдо Мацца, – ответил парень и крепко пожал мою руку.

Да, детка! Угадала я с именем. В любом случае «Лео» сокращение от «Леопольд». Итальянец равнодушно скользнул по моему лицу быстрым взглядом, отвел глаза и начал рассматривать других присутствующих. Я воспользовалась этим моментом и снова уставилась на парня. До дрожи хорош. Тут дело не только в его кошачьих зеленых глазах, личико у Лео тоже симпатичное: тонкий прямой нос, по-детски пухлые губы. Полумрак, царящий в аудитории, делал особенно заметными выступающие острые скулы и угловатые челюсти. Но, несмотря на всю свою привлекательность, итальянец выглядит каким-то брюзгой? Не знаю, скорее заносчивым индюком. Все вокруг возбужденно общаются, а этот тип даже не смотрит больше на меня и вообще всем своим видом показывает, что не хочет болтать.

Я разнервничалась, и моя уверенность в себе начала испаряться. От растерянности обрывки мыслей спутались, я никак не могла соединить их. Нужно было собраться с духом и спросить о чем-нибудь, но о чем? Его холодный взгляд кошачьих глаз вернулся к моему лицу и тут же пригвоздил меня к полу.

Я слышала, как одна из итальянок рассказывала о своем родном городе на ломаном немецком. Разговоры, смех, ледяной взгляд. Думай, Розалина, думай!

– А откуда ты? – спросила я на своем родном языке, потому что хотела проверить, насколько он силен в немецком.

– Флоренция, – отчеканил он без акцента.

Вау, ну надо же! Если он говорит так же грамотно, как и красив, мне будет намного проще найти к нему подход.

– О, я была там прошлым летом, – продолжила я. Мой голос дрожал от волнения.

– Ходила по магазинам и ела мороженое? – высокомерно усмехнулся Лео.

Небрежный тон резал, как ножом по сердцу. Да что же с тобой не так, Лео из Флоренции?

– Мы с тобой специализируемся на одном и том же, забыл? Я целый день разглядывала Давида в Галерее Академии, – мягко ответила я, опуская глаза.

– Ага, ну конечно.

Я залилась краской. Молодец, Розалина. С таким же успехом можно было ему просто нахамить. Я молча стояла, нервно заламывая руки, и смотрела на свои грязные ботинки. Этот тип за несколько минут заставил меня пережить Армагеддон. Напрягали его немногословность и явная пассивность по отношению ко всему, а прежде всего ко мне. С симпатичными парнями у меня и так не складывается, а если они еще и враждебно настроены, то единственное, чего мне хочется, – это забиться в угол, ну или просто убежать. Я хотела попросить помощи у Лоры, но, увидев, что она полностью поглощена разговором со своим протеже, отказалась от этой идеи. Только взгляните, как они мило болтают. Оба улыбаются и прямо-таки светятся от счастья. Господи, почему не я стала наставницей того разговорчивого кудрявого парня? Он симпатичный, а самое главное – открыт для новых знакомств и общения. Думаю, он точно разрядил бы атмосферу байками и анекдотами. Лео, напротив, начинает напоминать скалу. Стоит, молчит, не предпринимает абсолютно никаких попыток завести разговор. Да как вообще можно быть таким невежей?

– Почему ты решил поехать в Мюнхен? – спросила я в тщетных попытках проломить стену молчания. Медленно, но верно моя неуверенность в себе сменялась раздражением. У тебя язык отсохнет, если ты мне ответишь больше трех слов? Неужели сложно хотя бы немного полицемерить ради приличия?

Лео тяжело вздохнул. Я, в свою очередь, расправила плечи и гордо запрокинула голову. Нормальный вопрос, на который я жду нормальный ответ. Уж постарайся.

– Это ра… – он резко замолчал и продолжил только спустя несколько секунд: – Программа обмена с отличными условиями. Это плюс для моей биографии.

Я наморщила лоб. Что он хотел сказать? Работа? Так почему же не сказал? Эта странная заминка как-то плохо вязалась с его образом неприступного принца. Ну и ладно. Не очень-то и хотелось знать, что он там пытался промямлить.

Никогда не думала, что так сильно обрадуюсь появлению мисс Лоренц. Методистка скомандовала идти на лекцию профессора Ашмана. Облегченно вздохнув, я уже хотела вылететь из аудитории, как вдруг Лео схватил меня за руку и потянул назад. Его взгляд впился в мое лицо.

– Послушай, Розалия.

– Меня зовут Розалина, – поправила я краснея. Парень использовал итальянскую версию моего имени, что при других обстоятельствах я бы легко пропустила мимо ушей.

– Ага, ну да, – безразлично сказал Лео.

Ага, ну да. Снова этот безэмоциональный ответ. Я нахмурилась и недовольно покосилась на итальянца.

– Понимаешь, у меня совсем нет времени возиться с тобой и играть роль глупенького иностранца. Могу представить, как сильно ты сейчас разочарована, но я не нуждаюсь в няньке. У меня есть свои цели, в достижении которых ты будешь только мешаться под ногами, – прошипел Лео сквозь зубы.

Я пару раз открыла и закрыла рот, но так ничего и не сказала. Наглость иностранца переходила все границы. Во мне бурлило столько эмоций, что хотелось кричать, спорить и возражать. Этот тип еще и не знает меня толком, только перебросился парой фраз, а уже считает, что я полная идиотка. Да как он смеет делать подобные выводы? Я, наконец, взяла себя в руки и решительно шагнула навстречу Лео.

– Я не понимаю, почему тебе так тяжело поддержать разговор. Встал не с той ноги? Девушка бросила? Плевать, ни секунды больше не хочу тратить на такого эгоистичного засранца, как ты. Arrivederci! – едко ответила я и резко развернулась. Я толкнула иностранца локтем и вылетела из аудитории. Краем глаза я заметила Лору и ее протеже, которые с интересом наблюдали сцену, которую устроили мы с Лео. Кудрявый итальянец ухмылялся.

Идя по коридору, я думала только о том, что наше неудавшееся знакомство – полностью вина Лео. Он с самого начала ясно дал понять, что слишком хорош для разговоров с обычной девчонкой, и вел себя по-свински. Глупый, нахальный, самоуверенный, наглый грубиян. Как ему вообще живется с таким характером? Заносчивый, высокомерный идиот! Я практически бежала по коридору. Гневно хлопнув дверью, я вошла в лекционный зал и шумно плюхнулась на ближайшее свободное место. Во мне кипели гнев и обида. Спустя несколько минут в зал бодро зашли Лора и кудрявый итальянец. Продолжая весело болтать, они заняли места рядом со мной. Лео сидел в другом конце зала, рядом с Сарой. Ну и чудесно, пусть продолжает хамить ей.

Лора торжественно прочистила горло.

– Рози, позволь представить тебе Маттео Ферранте. Маттео, а это моя лучшая подруга Розалина, – промурлыкала Лора.

Мы пожали друг другу руки. Теперь, увидев протеже Лоры вблизи, я могла с уверенностью сказать, что Маттео все же уступал Лео в привлекательности. У кудрявого итальянца было более округлое лицо и греческий нос, однако взгляд его карих глаз отличался какой-то особенной чувственностью.

– Что там у вас случилось с Лео? – полюбопытствовал Маттео. Парень лукаво улыбался. Очевидно, что его веселила недавно произошедшая потасовка.

– Мне тоже интересно. Ты выглядишь суперразъяренной, – добавила Лора. Подруга вопросительно подняла бровь. Кто-кто, а она прекрасно знает, что грубить незнакомцу – максимально нетипично с моей стороны. Да, я сорвалась. Всякое в жизни случается.

– Ты знаком с Леопольдо?

Маттео подпер руками подбородок.

– Конечно. Мы – лучшие друзья, с детства знакомы, – ответил итальянец и, сладко улыбнувшись, многозначительно поиграл бровями.

– Ну, в таком случае ты должен быть в курсе, что твой дружок – настоящая задница. Как ты его терпишь? – скептично фыркнув, я сложила руки на груди. Мне плохо верилось, что милый весельчак Маттео может дружить с кем-то вроде Лео. Может, у него пара-другая личностей? Одна для нас с Лорой, другая для Лео.

Маттео усмехнулся.

– Со временем ты привыкнешь к его высокомерному личику. Брось, Рози, он на самом деле отличный парень. Просто сейчас на него многое свалилось. Лео очень переживает из-за… – добавил Маттео и смущенно потер затылок.

– Из-за работы? – дополнила я. Уже в который раз мое любопытство пересилило осторожность.

Маттео бросил на меня настороженный взгляд.

– У него действительно много забот, – уклончиво ответил итальянец. Он потянулся и подался ко мне чуть ближе. – Да и, знаешь, его недавно девушка бросила. Возможно, он теперь срывается на всех, кто носит юбки. Не принимай близко к сердцу, дело точно не в тебе, котенок, – Маттео подмигнул мне и отстранился.

Неудивительно. Значит, бывшая подружка. Еще одна девушка, которая не разглядела в нем ничего хорошего. Немного успокоившись, я достала из сумки ноутбук. Мистер Ашман уже встал за профессорский пульт и открыл презентацию. Я почувствовала на себе изучающий взгляд Лоры. Как только лекция закончится, она точно захочет узнать историю нашего знакомства с Лео от начала до конца.

После обеда я решила зайти в кафе «Адельхайд», где Лора работала официанткой. Маленькое уютное заведение с мягкими креслицами и старыми цветными обоями на стенах притаилось прямо за углом главного здания университета. После лекций я часто прихожу сюда, потягиваю капучино с ореховым сиропом, просматриваю ролики на YouTube, читаю. Мое излюбленное место – столик на двоих у окна. Если у Лоры нет клиентов, она подсаживается ко мне, и мы болтаем или зубрим лекции. Сегодня мы, конечно же, не могли не обсудить новоприбывших итальянцев. Милый и забавный Маттео оставил у нас обеих приятное впечатление. Лоре особенно понравилось, что он называет ее конфеткой. В отличие от Лео, Маттео действительно был искренне рад знакомству с нами и тому факту, что у него есть куратор.

– Рози, рассказывай, что у вас произошло с тем парнем? – спросила Лора, подозрительно прищурившись.

Я пожала плечами. Теперь, оглядываясь назад, я начинала сожалеть о том, что наговорила лишнего. Такой красавчик, что я натворила? Но ведь с другой стороны, он вел себя грубо.

– Лео с самого начала смотрел на меня сверху вниз. Знаешь, как будто пересиливал себя, отвечая на мои вопросы, – сказала я.

Лора демонстративно скривила лицо.

– А я так обрадовалась, что нас с тобой назначили кураторами для парней. Да и к тому же Лео очень симпатичный. Пару часов назад я благодарила судьбу за такой расклад, – промямлила подруга.

– Всякое случается, – ответила я, пытаясь мыслить позитивно, – я ведь с самого начала не хотела участвовать в этой программе. Лео ясно дал понять, что помощь ему не требуется, соответственно, я снова свободна и не связана никакими обязательствами.

Лора обиженно надула щеки.

– Маттео же сказал, что Лео на самом деле совсем другой. Вы просто неправильно начали. А еще Маттео сказал, что его друг решился на поездку в Мюнхен в самый последний момент, – промурлыкала подруга.

– Но это же целая культурная программа по обмену! Нельзя просто так взять и запрыгнуть в последний вагон. А как же конкурс? Отбор? Сроки подачи заявок? – выпалила я. С каждой секундой раздражение по отношению к Лео только усиливалось. Тщеславный придурок!

– Рози, дорогая, наши друзья итальянцы учатся в частном университете. Таким, как они, достаточно только перевести кругленькую сумму на нужный счет – и все, они в деле.

– Чего?

Лора подняла бровь.

– Мацца – старый и знатный итальянский род. Сегодня семья Лео уже не обладает тем могуществом, что несколько веков назад, но она все еще активно участвует в делах Флоренции.

– Откуда ты все это знаешь? – спросила я.

– Маттео мне рассказал, – ответила подруга.

Новости не укладывались у меня в голове.

– Как тебе только удалось выманить у него столько информации? – удивилась я, прикусив губу. Проговорив с Лео примерно столько же времени, я выяснила только тот факт, что он родом из Флоренции. И честно признаться, вообще не придала особого значения его фамилии.

Лора мрачно покачала головой, и я прочитала в ее глазах немой упрек. Факт оставался фактом: мне определенно не хватало знаменитого женского шарма. Я не умела кокетничать, жеманничать, строить глазки и громко смеяться над глупыми шутками мужчин. Лора сочувственно вздохнула и грустно улыбнулась. Ну, нет. Не надо сидеть передо мной с таким лицом, будто пару часов назад умер мой любимый попугай. Я грубо толкнула подругу локтем.

– Да наплевать. Мы с Лео оба не хотим участвовать в этой глупой волонтерской программе, – выдавила я.

– Оба? – переспросила Лора с кислым лицом.

– И я точно не собираюсь извиняться, какие бы аргументы ты ни пыталась привести в защиту этого самодовольного итальянца.

– Шутишь, Рози? Какие еще извинения? Я безумно рада, что ты не побоялась высказать Лео свое мнение. Соглашусь, он производит неприятное впечатление, грубияны вообще никому не нравятся, – сказала Лора, стукнув по столу кулаком. Улыбаясь, я обняла девушку за плечи. В который раз уже убеждаюсь, что Лора – лучшая из лучших.

– Ты еще злишься на меня? – смущенно спросила подруга.

– Из-за чего?

– Ну, это ведь я записала тебя в наставницы, – ответила Лора и опустила глаза.

– Брось. Конечно, нет. Но в следующий раз, пожалуйста, предупреждай меня заранее. Твои авантюры становятся слишком уж экстремальными для моего возраста, – пробурчала я и театрально покряхтела, потирая спину.

– Кстати, о предупреждениях заранее, – весело продолжила Лора, – завтра мы вместе идем на открытие выставки профессора Киппинга. Нас ждет потрясающий вернисаж!

Черт! Я об этом совсем забыла. Профессор Киппинг впервые решился представить свою коллекцию картин общественности и даже рискнул организовать выставку в собственном доме. Завтра состоится торжественное открытие, и, конечно, все учащиеся нашего университета приглашены. Я точно не могу позволить себе пропустить это маленькое торжество. Есть ли у коллекции мистера Киппинга тематика? Мне безумно интересно. А еще я слышала университетские сплетни о том, что вампир является счастливым обладателем нескольких полотен самого Леонардо да Винчи. Может быть, удастся их увидеть? Ах, итальянский ренессанс, что может быть прекраснее? Боттичелли, Микеланджело, Мантенья… Больше всего в творчестве деятелей искусства меня завораживают мифологические сюжеты. Кажется, старик Киппинг так хорошо запомнил имя «Розалина Грифиус» именно из-за моей страстной увлеченности искусством Италии.

– Не считаешь странным, что вампир организует выставку на собственной вилле? Почему бы просто не пойти в музей с эксклюзивным предложением? – задумчиво спросила Лора, медленно помешивая сахар в цветастой кружке.

На самом деле я тоже об этом задумалась. Никогда еще не слышала о подобной выходке – организация выставки в собственном доме. Чужие люди, снующие туда-сюда… интересно, во сколько старику Киппингу обойдется страховка?

– Возможно, вампир так сильно дорожит не столько своими картинками, сколько работами известных авторов, которые он также обещал представить на выставке. Я думаю, что профессору просто жаль расставаться с ценностями. Он все-таки целую жизнь посвятил искусству. Кто знает, может быть, он собирает эту коллекцию уже лет пятьдесят.

Лора согласно кивнула.

– Наверное, ты права. Или же вся его коллекция – просто собрание мусора, а разгребать его не хочет ни один музей, – хихикнула блондинка. Я недовольно скосила глаза. Профессор Киппинг – уважаемый человек, всемирно известный исследователь, он не будет собирать глупые безделушки.

– Рози, скажи, Пауль придет на открытие? – спросила Лора, кокетливо положив ногу на ногу. Пауль – мой старший брат, мы вместе живем в двухкомнатной квартире, которую унаследовали от бабушки. Брат учится в политехническом университете по направлению подготовки «механика и информационные технологии». Мы с ним очень дружны, ведь он – единственный родной человек, который у меня остался. Наши родители умерли пять лет назад.

Лора повторила вопрос и немного подалась вперед. Я отрицательно покачала головой.

– Вряд ли. Ты же знаешь, что он мало интересуется искусством.

Подруга хорошо знала моего брата и точно была в курсе того, что Пауль – далеко не человек искусства. Все наши с Лорой разговоры о сводах и колоннах его быстро утомляли.

Подруга задумчиво кивнула.

– Да уж, наверное. Но ведь нельзя оставлять надежду, так? – ответила Лора и заговорщически подмигнула. С улыбкой она упорхнула к соседнему столику, за которым гости ждали, пока их рассчитают. Я бросила ей вслед завистливый взгляд. Воздушная, милая, такая позитивная и в меру самоуверенная! Хотела бы я обладать такими же качествами.

– Ну, Рози, – капризно протянула подруга, плюхнувшись на стул рядом со мной, – позови Пауля, я уверена, что он тебя поддержит.

– Конечно, брат всегда меня поддерживает, но, Лора, я не могу силком затащить его на мероприятие, на котором Пауль будет только зевать и закатывать глаза.

– Но ведь ты его любимая младшая сестренка! Ему бы следовало побольше интересоваться твоей будущей карьерой, – буркнула Лора и рывком встала из-за столика, направившись к только что вошедшему посетителю.

Следующие несколько минут я наблюдала за тем, как мило блондинка щебечет с новым клиентом. Похожий на толстого лысого кота, мужчина то и дело расплывался в довольной улыбке. Чертовка! Ставлю на то, что он оставит Лоре хорошие чаевые.

Шумно выдохнув, я поудобнее устроилась в кресле и углубилась в чтение книги, которую взяла с собой.

Умберто Эко. Il nome della Rosa[1].

* * *

Несколько часов спустя я засобиралась домой. На улице моросил мелкий холодный дождь, и я поторопилась скорее добраться до квартиры. Как только я открыла дверь, мерзкий запах гари, пота и табака ударил мне в нос.

– Пауль! – крикнула я и тут же закашлялась. Вместо ответа что-то громко затрещало на кухне. Я небрежно бросила сумку на пуфик и побежала на шум.

Мой рыжеволосый брат стоял в своих любимых семейниках у плиты и, насвистывая веселую мелодию, что-то жарил. Он выложил кулинарное творение на тарелку и подставил сковороду под холодную струю воды. Белый пар заполнил всю кухню и повалил наружу, в коридор квартиры. Я закашлялась во второй раз, и только когда водяной пар рассеялся, Пауль, наконец, заметил, что я стою перед ним.

– О, Рози, приветик! – бросил он, смущенно проведя рукой по волосам. Я демонстративно зажала нос, и брат поторопился открыть окно.

– Пахнет просто великолепно, Гордон Рамзи уже ждет тебя на своем шоу, – ответила я и заглянула ему за плечо, уставившись прямо на тарелку с почерневшими макаронами и помидорами. Пауль резко развернулся и закрыл своей спиной «блюдо». Проворчав что-то невнятное, он выставил меня из кухни и приказал подождать его в гостиной.

– Рози, понимаешь ли, у нас что-то не так с плитой, я всего-навсего хотел разогреть себе томатную пасту, но эти газовые конфорки… и бла-бла-бла…

Все это время я с трудом сдерживала смех и, выйдя из кухни, в конце концов, расхохоталась. Ну конечно, все дело в сломанной плите, ага, поверила. Пауль, наверное, как всегда жарил на сильном огне, поэтому у него макароны и сгорели. Парнишка просто необучаем. Однако… если Пауль вдруг начал готовить, значит, у него есть какая-то девушка на примете. Как только братец влюбляется, наша кухня превращается в домашний цех, мини-завод по производству несъедобных блюд.

Я устало опустилась на старую софу.

– Ну давай, удивляй! Кто она? – поинтересовалась я, когда Пауль, вытирая руки, вышел из кухни.

Брат остановился и недоверчиво поднял бровь.

– Да не читаю я твои мысли, успокойся, – отшутилась я, поднимая руки.

Брат рассмеялся и, опустившись на софу рядом со мной, запрокинул голову на спинку.

– Одногруппница, мы вместе занимаемся одним проектом, – ответил он. Я заинтересованно уставилась на него, сложив руки на груди. – Она – просто отвал всего! Умная, милая, веселая. Находка! – весело заговорил Пауль.

Я усмехнулась. Братец-братец!

– Один дружеский совет: лучше не приглашай ее домой на ужин, а веди сразу в ресторан. Там повара свое дело знают, – отшутилась я, все еще недоверчиво поглядывая в сторону кухни.

Пауль пропустил мое колкое замечание мимо ушей.

– Хочу позвать ее пообедать вместе со мной на следующей неделе. Тоби считает, что нам стоит пойти в какую-нибудь японскую забегаловку.

– Только не берите вегетарианские роллы! Пауль, я серьезно. Лора однажды здорово отравилась ими, – предупредила я.

– А если повезет с погодой, мы посидим в кафе с летней террасой. Там я закажу ей парочку горячих сэндвичей с курицей. Что думаешь? Любит ли она курицу? Все девчонки любят, но…

Пауль продолжил говорить, а я иногда отвечала «да» или «конечно, она будет в восторге». Изо всех сил борясь с желанием зевнуть, я недовольно поерзала на софе. В какой-то момент брат резко замолчал и задумчиво потер подбородок.

– Как прошел твой первый учебный день в этом семестре? – спросил Пауль. Из-за того что мы с братом учимся в разных университетах, у нас немного различаются графики. Он вернулся к лекционной рутине еще несколько недель назад.

– Ну, как сказать, – ответила я и с трудом подавила желание закатить глаза. Кусая губы, я снова и снова прокручивала в голове свою сегодняшнюю неудачу.

– Звучит не слишком позитивно, – заметил Пауль. Брат точно подметил мой пессимизм, поэтому я больше не видела смысла откладывать предстоящий разговор.

Вкратце пересказав Паулю свое утреннее злоключение, я обессиленно откинулась на спинку софы. К концу истории брат состроил такую гримасу, как будто я только что заставила его съесть целую тарелку вегетарианских роллов.

– Тебе повезло, что ты быстро от него избавилась. Мусор сам себя вынес, – прошипел брат.

Я облегченно выдохнула, порадовавшись тому, что он встал на мою сторону. Положив голову ему на плечо, я прикрыла глаза. Как хорошо, что у меня есть такая поддержка, как Пауль! Брат ободряюще похлопал меня по плечу.

– Что там с музеем? – внезапно спросил Пауль.

Ну, отлично. Попал в еще одно больное место. Неделю назад я подала заявку на ассистентскую должность в архив Национального музея и все еще жду ответ. Но, кажется, все попусту. Брат смотрел на меня выжидающим взглядом, и мне стало не по себе. Быстро отстранившись, я помотала головой.

– Не знаю, – ответила я.

Мы одновременно недовольно пожали плечами. Пауль громко цокнул языком и сложил руки в замок, что означало для него крайнюю степень задумчивости. Я тряхнула волосами, пытаясь отогнать негативные мысли. Несколько минут мы продолжали сидеть молча. Две пары одинаковых голубых глаз смотрели друг на друга. Да, мы с Паулем были до безобразия похожи: форма лица, нос, губы, даже уши. И несмотря на то что он на четыре года меня старше, мы знаем друг друга полностью: от и до. Как раз в том возрасте, в котором братья и сестры обычно отдаляются друг от друга, мы, наоборот, сблизились как никогда.

– Прояви инициативу, позвони и спроси, – Пауль первым нарушил молчание.

Ну да, конечно, уже бегу. Прояви инициативу. Комбинация этих двух слов входит в мой список под названием ПЫТКИ ДЛЯ РОЗАЛИНЫ. «Прояви инициативу» следует сразу за фразами «не будь такой робкой», и «ты должна стать более аккуратной!» Черта с два!

– Это будет выглядеть некрасиво и грубо с моей стороны, – уклончиво пробормотала я.

Пауль шумно втянул воздух сквозь сжатые зубы.

– Тебе нужно постараться, чтобы найти новую работу. Сколько уже времени прошло с тех пор, как истек контракт с тем аукционным домом?

Я промямлила дату.

– Что ты сказала? Я ничего не понял, – переспросил брат.

– Два месяца! – чуть не крикнула я.

Два месяца назад. В самом начале семестровых каникул. Честно признаться, с тех пор я практически не просматривала вакансии. Мне казалось, что я располагаю огромным количеством времени, целой вечностью! А что в итоге? Уже начался новый семестр, а я не получила обратной связи ни от одного работодателя.

– Потом будет проще устроиться на хорошую должность. Вот увидишь, опыт сыграет свою роль, – мягко заметил брат.

Я вымученно кивнула. Да, он прав.

Пауль ласково погладил меня по голове и скрылся за дверью кухни. Надеюсь, сковородку еще можно спасти.

Глава 2

Неизвестная картина

Мы с Лорой опоздали на торжественную часть вернисажа профессора Киппинга.

Никогда такого не было и вот опять! Снова мы везде и всюду опоздали. Больше всего на свете я ненавижу торопиться куда-то в нервной горячке, запыхавшись от бега. Хроническая непунктуальность Лоры, ее неумение рассчитывать время – огромный недостаток подруги. Каждый раз, договариваясь о встрече, я прихожу в назначенное место первая и дожидаюсь ее около часа. В лучшем случае получаса.

Я стояла, переминаясь с ноги на ногу, и нервно поглядывала на часы. А, вот и Лора, нужно поспешить. Ее вечные отговорки уже порядком надоели: забытые ключи, голодный кот, сломанный велосипед, неожиданный звонок от мамы. Не буду спорить, Лора особенно креативна, когда речь идет об отмазках.

Лениво толкая свой велосипед рядом со мной, подруга что-то весело щебетала о сегодняшней смене в кафе. Понять не могу, почему мы не договорились пересечься на часик пораньше? Я ведь знала, что она не сможет прийти вовремя. Каждый раз надеюсь на чудо…

Профессор Киппинг отхватил себе отличный домик, а точнее сказать – огромную виллу в богатом районе. Один поворот налево от бронзовой статуи Ангела мира – и мы с Лорой попадем на широкую улицу, усеянную роскошными особняками. Интересно, какие люди живут в этих огромных коттеджах? Счастливые семьянины или, наоборот, жадные снобы, которые не говорят друг другу ни слова за завтраком?

Виллу профессора Киппинга мы с Лорой легко узнали еще издалека: несколько больших прожекторов освещали красочные баннеры, развешанные по всему фасаду здания. Особняк совсем не походил на будничный жилой дом, а скорее напоминал публичный музей. Дрожа от нетерпения, я невольно ускорила шаг. Мы опоздали примерно на полчаса, а это значит, что приветственная речь мистера Киппинга уже давно прозвучала. Входная дверь была приветливо открыта, и мы с Лорой, не теряя больше ни минуты, поднялись по широким мраморным ступеням в просторное фойе. Я завороженно уставилась на огромную хрустальную люстру с множеством искрящихся подвесок. Вдруг Лора легонько пихнула меня локтем. Перед нами выросла фигура вампира. Чисто выбритый, в превосходном костюме. В его глазах блестели искорки безумного удовольствия. Профессор Киппинг улыбнулся, сделал приглашающий жест рукой и скрылся за большой двустворчатой дверью.

Левая часть фойе была оборудована под гардеробную. Многочисленные куртки, пальто и жакеты заполняли достаточно большую часть холла от одной стены до другой. Я смогла немного расслабиться и облегченно выдохнула только после того как мы с Лорой оставили наши куртки в импровизированном гардеробе. Окей, это сделано.

Мы с подругой неуверенно шагнули по направлению к массивной двери, за которой гремели голоса. Коттедж напоминал осиный улей, жужжание которого наверняка слышали все соседи.

Я вздрогнула от неожиданности и попятилась назад. Виктор Зейдель, ассистент старика Киппинга, неожиданно появился прямо перед моими глазами. На первом году обучения в университете именно этот напыщенный подражатель профессора Киппинга стал моим куратором. Как же долго я тогда проклинала все на свете! Виктор – нервный всезнайка, который только и умеет, что мямлить себе под нос, ворчать и гнусно хихикать. Но, несмотря на все его минусы, одна из моих одногруппниц все же влюбилась в Виктора. Странная, да? Влюбиться в Виктора… Я недоверчиво оглядела ассистента с ног до головы. Худой, высокий мужчина с впалыми щеками и вечными синяками под глазами – в общем, нужно быть сумасшедшей, чтобы посчитать его симпатичным. Мне он всегда напоминал клишированного маньяка из детективной истории. Я легко могу себе представить в его руках топор или охотничий нож.

– Добрый вечер, дамы, – едва слышно произнес Виктор, поправляя бабочку. В попытках расслышать его слова я невольно сделала шаг навстречу ассистенту.

– Вы знаете, что мероприятие началось сорок пять минут назад? – спросил он и скептично поднял бровь.

– Мы, к огромному сожалению, задержались. Сегодня жуткие пробки, одним словом – катастрофа, – фыркнула Лора. Подруга кокетливо улыбнулась, накручивая на палец кудрявый локон. Виктор даже не моргнул, только неодобрительно покачал головой. Кажется, ее шарм на него просто не действует. Вот уж действительно катастрофа. И все же она прямо на лету придумала отличную правдоподобную отмазку. Я уже тысячу раз наблюдала за тем, как Лора выходит сухой из воды, но никак не могу перестать удивляться. Наверняка у нее в голове есть отдельное местечко, где хранятся тысячи заготовленных отговорок.

Виктор щелкнул пальцами и движением головы показал на двустворчатую дверь.

– Только, пожалуйста, дамы, не болтайте. Сейчас должен выступать декан, – произнес ассистент безэмоциональным голосом. Его злобный взгляд, напротив, говорил: Из-за вас, глупые девчонки, я пропускаю все самое интересное. Ну и спектакль он нам устроил! Лора грациозно скользнула вслед за Виктором, предварительно показав язык его быстро отдаляющейся спине.

Через несколько минут я уже забыла о надоедливом ассистенте. Мы с Лорой оказались в огромном зале и в радостном напряжении толпились среди других гостей, высматривая декана где-то впереди. И хотя все присутствующие терпеливо слушали торжественную речь, в воздухе повисли натянутость и даже некоторая неловкость. Покачивая в руках бокалы с шампанским, гости нетерпеливо переминались с ноги на ногу и кусали губы. Всем хотелось поскорее попасть в выставочные комнаты. Над залом тяжелыми клубами висел запах мужского и женского парфюма, жирных помад и лака для волос. Бриллиантовые сережки, кольца и ожерелья поблескивали в свете люминесцентных ламп. Наконец, раздались бурные аплодисменты. Речь декана закончилась. Я, поглощенная собственными мыслями, прослушала практически все, что было сказано. Профессор Киппинг объявил выставку официально открытой и пригласил гостей в другие залы. Люди засуетились, начали толкаться. Потребовалось немало времени, чтобы все прошли в другой зал и толпа, наконец, рассеялась. Ну а я, конечно же, умудрилась потерять Лору из поля зрения. С досадой уставившись на свои кроссовки, я встала в одну из очередей. Ну и где же подруга? По крайней мере, я надела удобную обувь! Толкучка тут хуже, чем в метро в час пик. Время, проведенное в очереди, превратилось в расплавленную карамель – тянулось медленно и мучительно. Наконец, я попала в огромную комнату со светло-голубыми обоями. На стенах висели картины в тяжелых рамах. Народу все прибывало – плотный поток людей продолжал свое неспешное движение. В центре зала находилось несколько стеклянных витрин с графиками и чертежами. Оглядевшись и не найдя Лору, я поспешила в следующее помещение. Я попала в зеленый зал, который не уступал голубому в размерах. Здесь был организован небольшой фуршет для гостей, и поначалу я была уверена на сто процентов, что найду подругу именно в этой комнате. Но меня снова ждала неудача.

Наконец, я вошла в красный зал, в котором находилась только одна группа пожилых мужчин. Старики, явно с плохим зрением, почти носом чертили по витринам, прищуривались, пытаясь рассмотреть экспонаты за стеклом. Я облегченно выдохнула. Наконец-то шум и гам остались позади! Безусловно, вилла профессора Киппинга огромна, но от такого количества приглашенных она просто трещала по швам. Организаторы явно просчитались с числом гостей. Я приблизилась к стеклянным витринам в центре зала. Внутри лежали старые пожелтевшие страницы, которые полностью завладели моим вниманием. Я заинтересованно подалась вперед и нагнулась над одной из витрин. Вау, неужели это то, о чем я думаю? Чернила цвета сепии, замысловатый почерк и эти эскизы… С замиранием сердца я прочитала надпись на информационном стенде:

Чертежи и наброски, Леонардо да Винчи, 1480 г., Флоренция; коллекция Киппинга, Мюнхен.

Не может такого быть! У профессора Киппинга хранятся эскизы самого Леонардо да Винчи? Значит, слухи оказались правдивы. Я уперлась руками по обе стороны от прямоугольной витрины и хищно сощурила глаза. Несомненно, это работы да Винчи.

Я так низко склонилась над рисунками, что от моего дыхания на стекле витрины появилось мутное пятно. Несмотря на то что я не могла разобрать ни одного слова с пергамента, по моему телу волнами разливалось настоящее блаженство. Какой же у него все-таки интересный почерк! Черт возьми, либо я еще недостаточно умна, чтобы расшифровать старую скоропись, либо да Винчи использовал зеркальное письмо, чтобы защитить написанное и спрятать свои тайны от посторонних, любопытных глаз. Что ж, ему удалось. Я вообще ничего не понимаю! Я продвинулась немного вправо, к следующей витрине с набросками итальянца. На пергаменте начерчены таблицы, заполненные цифрами, упомянуты различные даты, нарисованы странные символы. Кругом какие-то знаки и уравнения. Стоп! У меня перехватило дыхание. Пазл начал складываться. Неужели это созвездия?

Я моргнула, покачала головой и снова впилась взглядом в старые чертежи. Точно, так и есть! Небрежно начерченные на полях символы – символы знаков зодиака. Вот Стрелец, Весы, а вон там – Телец. А в центре… мм… карта звездного неба? Эти точки – созвездия? Да это же целое астрономическое исследование! Я задумчиво почесала затылок, пытаясь вспомнить, слышала ли я хоть когда-нибудь о том, что да Винчи занимался астрономией? Гениальнейший человек всех времен! Его привлекали настолько различные темы, что он успел попробовать себя буквально во всем. Именно да Винчи спроектировал первые танки, водолазные костюмы и летательные аппараты. Листы, которые лежали передо мной, были еще одной гранью гениального. Если поразмыслить, то его увлечение астрономией довольно-таки предсказуемо. Итальянцу всегда нравилось измерять, оценивать, просчитывать, анализировать. Получается, он создал эту карту задолго до того, как Галилей опубликовал свою новаторскую работу о космосе.

Мои руки дрожали, сердце билось глухо и тяжело, во рту пересохло. Я жадно прижалась носом к витрине и продолжила вглядываться в желтый папирус. Меня не покидало ощущение того, что я стояла на пороге открытия великой тайны. Почему профессор Киппинг не опубликовал хотя бы фотографии этих сложных чертежей? Почему никому их не показывал вплоть до сегодняшнего дня? Мои щеки горели так, будто их натерли горчицей. Когда старик заполучил эскизы? Нужно срочно поговорить с профессором Киппингом! Наконец, оторвавшись от витрины, я обернулась. Прости, Лора, но теперь моя цель – вампир Киппинг. Да уж, найти его в такой огромной толпе людей будет непросто. К тому же я уверена, что астрономические исследования да Винчи заинтересовали не только меня. Может быть, именитые профессора и доктора наук уже давно обсуждают с профессором эскизы знаменитого итальянца? Решено: нужно проникнуть в их круг гигантов мысли и послушать, о чем они разговаривают.

Я, как зачарованная, как лунатик побрела обратно в зеленый зал. Найти старика Киппинга оказалось гораздо труднее, чем я себе представляла. Стоп! Вон там, это точно он! Блестящий лысый затылок исчез за большой двустворчатой дверью. Я без раздумий последовала за ним. Но вместо того чтобы оказаться в голубом выставочном зале, я наткнулась на стену узкого коридора. Я смущенно попятилась. Наверное, здесь начинается частная территория старика Киппинга. Я уже развернулась, чтобы покинуть коридор, и даже взялась за ручку двери, когда услышала противный, надтреснутый голос.

– Сюда, пожалуйста.

Черт! Это голос Виктора. Не хочу быть застигнутой врасплох, да еще и этим мерзким ассистентом профессора Киппинга. Он, наверное, выставит меня из дома без суда и следствия. Я бесшумно скользнула по коридору и юркнула в одну из приоткрытых дверей. Стоя среди бесчисленного множества книжных полок, я невольно открыла рот и задрала голову. Какая громадная домашняя библиотека!

Услышав звук быстро приближающихся шагов Виктора и его компании, я торопливо протиснулась между рядами полок с книгами и папками. Библиотеку покрывала темнота, которую чуть рассеивали только узкие молочно-желтые полосы лунного света, падавшие сквозь небольшие, высоко прорезанные окна. К моему огромному счастью, все в помещении указывало на то, что сегодня в библиотеку еще никто не заходил. Я не могла поверить своей удаче. Окажись здесь вампир, мне точно пришлось бы долго объясняться. Я шумно выдохнула и потерла нос указательным пальцем. Это было бы настоящее фиаско – наткнуться на профессора Киппинга, убегая от его ассистента.

Я выскочила из библиотеки, как пробка из бутылки, и, не останавливаясь, пробежала через две соседние, идентично меблированные комнаты. Преодолев короткий слабоосвещенный коридор, я остановилась на лестничной площадке. Наверное, я оказалась в старой части здания, где раньше жила прислуга. Эта деревянная лесенка передо мной явно проигрывала той огромной дорогой мраморной лестнице в фойе. Долго не раздумывая, я поднялась на этаж выше. Наверху я, наконец, остановилась, чтобы перевести дух. Что это там… чердак? Вот я и загнала себя в мышеловку! Ну и отлично, Виктор явно не поведет свою компанию под самую крышу дома. Я хлопнула себя по лбу и присела на корточки. Осмотревшись, решила пройти вглубь чердака и толкнула маленькую резную дверцу. Ого, вот это да! Я ожидала увидеть здесь пыльный склад никому не нужных вещиц, а обнаружила ухоженную и очень просторную комнату. Высокую мансардную крышу поддерживали скошенные внутрь дома стены, покрытые свежей дранкой с кучей врезанных окон.

Когда мои глаза приспособились к тусклому лунному свету, я увидела множество картин. Одни, скрытые покрывалами, стояли на мольбертах, другие были прислонены к стенам лицевой стороной наружу. В центре комнаты находилась стеклянная витрина, за стеклом которой виднелись различные небольшие рисунки. На деревянных ногах я шагнула навстречу хранящимся здесь сокровищам. Картины, написанные маслом, блестели как перламутр. Я взволнованно крутилась взад и вперед, стараясь рассмотреть все пейзажи, натюрморты и портреты. Не в силах оторвать взгляд от художественных шедевров, я завороженно прошептала:

– Какая прелестная коллекция, но…

Я озадаченно приподняла брови. Не могу вспомнить ни один из местных шедевров! Удивительно, ведь у меня отличная память на картины. Я отлично знакома с мировой живописью. И вот, я стою в окружении десятков произведений искусства и не могу припомнить ни одного из них.

Окей, некоторые из них я могу классифицировать стилистически, а также угадать подтекст сюжета. Например, вот Мадонна с младенцем. Рядом с ней стоит корзина, наполненная гранатами. Это определенно венецианский стиль. Наверное, авторство Тициана. Но гранаты… Я видела еще несколько изображений Богоматери с гранатами, но… композиция показалась мне очень необычной. Возможно, это ранние работы, которые не удостоились внимания общественности.

Я задумчиво подошла к дальней стене. Здесь находились картины с мрачными сюжетами. Кровавые мученические сцены, иллюстрации ада, страдающий на кресте Христос и многие другие… жуткие и завораживающие одновременно. Портреты до безобразия изуродованных людей, кошмарные пейзажи – смешение тысячи оттенков. Все эти сюрреалистичные полотна, написанные чьим-то воспаленным рассудком, пугали до глубины души. По коже пробежал холодок. Я бы никогда в жизни не стала хранить нечто подобное на своем чердаке. Шумно выдохнув и резко развернувшись, я направилась к выходу со смешанными чувствами ужаса и восторга.

И вдруг я увидела ее. Портрет молодой девушки. Без сомнений, стопроцентно – детище Боттичелли. Сандро Боттичелли – великий итальянский живописец, автор знаменитой картины «Рождение Венеры». Я могу безошибочно определить его творение из тысяч других именитых шедевров. Таинственный девичий портрет будто светился в лунных лучах, волшебным образом притягивая мой взгляд. Девушка, изображенная в полупрофиль, смотрела вдаль задумчивыми, влюбленными глазами. Художник подчеркнул красоту шатенки, изобразив многочисленные ленты и жемчуг в ее косе. В левой руке девушка держала зеленую ветвь, а правой рукой с заметной силой сжимала тяжелый меч. За ее спиной были изображены красно-синие крылья. Слева у ног воительницы сидел пернатый зверь из мифов – грифон, а справа лежал разъяренный лев. В глазах хищников сверкало бешенство. На шею льва был надет тонкий золотой ошейник, а правую ногу воительницы опутывала небольшая цепочка, прочно соединенная с драгоценным львиным ошейником. На заднем плане был воссоздан мирный тосканский пейзаж. На горизонте виднелись силуэты домов, а среди них – палаццо Веккьо, Флорентийский дворец.

Низко склонившись над картиной, я с любопытством рассматривала одно из самых роскошных сооружений всей Флоренции. Я даже увидела бойницы, около которых были изображены странные темные пятна. Слегка прищурив глаза, я практически уткнулась в картину носом. Это не просто темные пятна, это человеческие тела! Я вздрогнула и подалась назад. Закрыв глаза, я сделала несколько вдохов. Нужно успокоиться, наверняка мне просто показалось. Я открыла глаза и снова уставилась на полотно, но трупы даже не думали пропадать. Мой взгляд медленно вернулся к лицу прекрасной шатенки. Внимательнее, пристальнее, сосредоточеннее!

– Не может такого быть! – вскрикнула я. У девушки с портрета мое лицо! Да, ее кожа практически идеальная, цвет лица намного ровнее и розовее, брови – тонкие ниточки, но… черты… мы с ней, несомненно, могли бы оказаться сестрами-близнецами. У загадочной девушки мои глаза, мой нос и мои тонкие каштановые волосы. На губах знакомой незнакомки играла загадочная полуулыбка, будто она вот-вот собиралась что-то сказать.

Сердце бешено заколотилось, голова была готова расколоться от скачущих мыслей. Нет, это не я! Это не могла быть я! Мозг судорожно пытался просчитать вероятность такого события: Сандро Боттичелли рисует портрет моей точной копии где-то в пятнадцатом веке на севере Италии. Ну конечно. Да, в жизни случаются совпадения, но это… перебор. Хотя существует ведь теория, согласно которой у каждого из нас есть несколько двойников. Но… она не объясняет того странного чувства, которое возникло у меня при первом взгляде на картину. Полотно показалось мне смутно знакомым, хотя раньше я никогда в своей жизни его не видела.

Я медленно подтянула под себя колени. Что же именно здесь изображено? Воинственная крылатая девушка в сопровождении льва и грифона. Ветвь, меч и хищники – это определенно точно атрибуты, но я никак не могла связать их воедино. Чьи они? Какой-нибудь богини? Или, может быть, предметы и звери служат к чему-то аллегорией? Если предположение верно, то загадка девичьего портрета мне не по зубам. Некоторые аллегоричные картины Боттичелли и по сей день остаются для человечества неразгаданными тайнами. Например, его знаменитая «Весна».

Я протянула руку и осторожно прикоснулась к длинным волосам незнакомки. Почувствовав легкую вибрацию, я попыталась отдернуть ладонь, но не смогла пошевелить и пальцем. Вдруг волна мягкого света окутала мое тело. Я хотела крикнуть, но мой голос утонул в солнечном блестящем водовороте. В этот самый момент кто-то схватил меня за руку и потащил за собой. Мир вокруг меня взорвался и разлетелся на тысячу крошечных осколков.

Глава 3

Флоренция, Via Nuova

Когда я пришла в себя, то почувствовала, что лежу на дощатом полу. Тяжелая голова раскалывалась от тупой, бьющей в виски боли, руки непослушно тряслись. Я сделала глубокий вдох и тут же закашлялась – воздух оказался теплым и сухим, словно в легкие сыпался нагретый на солнце песок. Меня избили? Я попала в аварию? Мои мысли спутались в один большой клубок и в панике метались в голове. Последнее, что я помню, как наткнулась на картинный склад профессора Киппинга. Все остальное поглотила пульсирующая красная боль. Я жалобно застонала. Сколько я выпила в тот вечер? Один стакан шампанского, разве нет? Почему же мне тогда так плохо, черт возьми? Стоп, я вообще не пила на вернисаже, потому что мы с Лорой опоздали на торжественную часть!

Где я нахожусь? Это точно не чердак профессора Киппинга!

Горькое осознание того, что я сейчас полуживая лежала неизвестно где, ужаснуло меня. Мои пальцы нервно пробежали по грубым, шершавым доскам, которые не шли ни в какое сравнение с гладким, лакированным паркетом на чердаке профессора. И пахло здесь по-другому – льняным маслом, терпентином и опилками. Я закрыла глаза и постаралась сконцентрироваться. Точно! Так пахнет в художественных мастерских! На каникулах мы с Лорой посетили несколько мастер-классов по масляной живописи. В кабинете, где мы занимались, тоже сильно пахло древесными маслами и опилками.

Что я тут, черт возьми, делаю? И как вообще сюда попала? Мое сердце тревожно застучало где-то в висках. Меня кто-то нашел и притащил в другую комнату? Почему не вызвали «Скорую»? Или… неожиданно в голове мелькнула тревожная догадка: «Неужели меня похитили?!»

Нет, нет, этого со мной точно не могло случиться. Никому и в голову не придет похищать Розалину Грифиус, бедную студентку из Мюнхена, у которой нет ни семьи, ни денежных богатств. Это просто невыгодно. Пауль точно не сможет заплатить выкуп. Я должна найти произошедшему другое объяснение.

Глаза стали понемногу привыкать к царившей вокруг темноте, но мне все равно не удавалось увидеть ничего, кроме серых очертаний предметов, заполнявших комнату. Сумбурные мысли, как стая птиц, кружили в моей голове, пока я беспомощно пыталась определить свое местонахождение. Где я? Как долго я тут лежу? Вернисаж еще не закончился? Или… или прошло намного больше времени? Понятия не имею. Да где же я, черт возьми? Запахи указывали на то, что я находилась в мастерской художника. Очень странно.

Наконец, пульсирующая головная боль утихла, и я смогла сесть. Устало потирая виски, я осмотрелась.

Тут стояли маленький рабочий стол, аккуратный ящичек с инструментами, несколько верстаков, и повсюду были разбросаны холсты. Что ж, нос меня не обманул – это точно художественная мастерская. Комната напоминала старую фермерскую избушку из сказок: низкая крыша, два крошечных окна и тяжелая дверь.

Я решительно поднялась на ноги, но была вынуждена остаться на месте, дожидаясь, когда пройдет приступ головокружения. Несмотря на то, что комната выглядела нежилой, мои инстинкты подсказывали, что стоит поскорее отсюда убраться. Сначала выйду на улицу, а там придумаю, что делать дальше.

Я шаг за шагом продвигалась к намеченной цели – к двери. Вдруг обо что-то споткнулась, взмахнула руками, стараясь не упасть, но в итоге с шумом повалилась на деревянный пол. Тщетно пытаясь подняться на ноги, я снова шлепнулась на доски.

– Ай! – вскрикнула я, растирая ушибленный большой палец на ноге. Ну да, конечно. Хотела тихонько ускользнуть. Никогда такого не было, и вот опять.

Шумно выдохнув, я вытерла лицо ладонью и попробовала сначала сесть на колени. Успех! Представляю, как сильно завтра будут болеть мышцы. Еще несколько движений – и мне, наконец, удалось встать.

– Кто бы ты ни был, покажись! – неожиданно раздался голос.

Я испуганно вжала голову в плечи и засеменила обратно, в темноту мастерской. Под мужскими грузными шагами заскрипели ступеньки лестницы – сюда кто-то спускался. Наверное, я сильно нашумела и этим привлекла внимание незнакомца.

Проклятье! Что же теперь делать?

Я ущипнула себя за руку, пытаясь отогнать сонное наваждение. Это кошмар! Хочу проснуться до того, как меня здесь обнаружат и потребуют объяснений!

– Слава богу, Розалия, дорогая моя, это ты! Какая неожиданность! Ты меня сильно напугала, – сказал мужчина, вошедший в мастерскую. Он держал зажженную свечу в высоко поднятой руке, его пальцы периодически вздрагивали, и тени прыгали со стен на потолок. Я неуверенно шагнула навстречу незнакомцу. Тусклое пламя свечи заколебалось, борясь со всепоглощающей тьмой. Неужели этот мужчина меня знает? Но… ведь он назвал меня Розалией. Итальянская форма моего имени. Просто оговорился?

Я быстро окинула его взглядом: давно не стриженные, взлохмаченные русые волосы, длинный нос, светлые глаза, вымученная улыбка. Мужчина поставил свечу на полку и по-деловому сложил руки, но чуть помятая щека и сонные глаза говорили о том, что я несколько минут назад вытащила его из постели.

Что-то проскользнуло у меня в голове, что-то смутно знакомое… Промелькнуло молнией – и тут же растворилось. Нечто похожее я испытала на чердаке у профессора Киппинга, вглядываясь в лицо воинственной шатенки. Какие-то смутные мысли кружились в моем сознании, но я не могла ухватиться ни за одну из них. Странно, черт возьми! Я пыталась вспомнить лицо незнакомца, но образы ускользали, спутываясь в один общий расплывчатый мужской портрет.

С уверенностью я могла сказать только одно – я никогда ранее не встречала этого мужчину в реальной жизни. Наверное, видела его фото в газете или по телевизору, но не больше. Когда ко мне вернулся дар речи, я уже было открыла рот, чтобы задать незнакомцу несколько формальных вопросов, но он заговорил первым.

– Мы так давно не виделись, милая! Да уж, самому не верится, что уже тысяча четыреста восьмидесятый… Как ты здесь очутилась? Да еще и в такое время? – спросил мужчина, нахмурив брови. На его озабоченном лице читались тревога, недоверие и беспокойство.

То есть он действительно думает, что знает меня? Бред! Глупость! Быть такого не может! Скорее всего, он принял меня за другую девушку. Здесь темно, свеча уже почти догорела. Обознался! И почему бы ему не включить лампу или пару светильников? Где весь электрический свет? Вырубили за неуплату счетов?

А еще… что он там пробубнил про сегодняшнюю дату? Тысяча четыреста восьмидесятый год? Дурацкая шутка для такого взрослого дядьки, разве нет?

Я нахмурилась. Нет, нельзя идти напролом. Лучше подыграю – это мой единственный шанс вырваться отсюда без лишнего шума.

– Боюсь, что не смогу рассказать тебе. Это огромная тайна, – прошептала я, прикладывая палец к губам. Ха! Секреты, загадки – отличное прикрытие для чего угодно!

Какое-то время он изучающе разглядывал меня, а потом согласно кивнул.

– Понимаю, – протянул незнакомец, – и тем не менее! Что за неосторожность? Одна, в такое время! Разве муж не с тобой?

Я невольно вздрогнула. Он думает, что я замужем? Вот влипла! Теперь у меня не осталось и капли сомнений в том, что стоящий передо мной мужчина обознался. Соображай, Розалина! Нужно заговорить ему зубы и побыстрее выбраться из этой захолустной мастерской, пока мистер шутник не обвинил меня во взломе и не вызвал полицию.

– Я должна поторопиться. Рада, что мы повидались, – промямлила я и, торопливо отряхнувшись, уже хотела броситься вверх по лестнице, но незнакомец удержал меня за руку.

– Пойду разбужу Филиппо. Он сопроводит тебя, так будет надежнее.

– Нет, нет, все в порядке. Я и сама справлюсь.

– Это слишком опасно, дорогая, – ответил мужчина.

Спектакль затянулся, пришло время для решительных действий! Я проскользнула к нему за спину и взлетела на ступеньки, но тут моя больная нога подвернулась, и я, прикусив губу, остановилась. Мужчина обернулся и, тяжело вздохнув, покачал головой.

– Надеюсь, у тебя нет любовника? – незнакомец недоверчиво прищурился. – Ты же знаешь, рано или поздно люди начнут судачить, он все узнает, не сможет тебя простить.

– Кто? – спросила я.

– Кто-кто, твой муж. Да, временами он кажется таким важным и гордым, но поверь мне, он тебя искренне любит. Я думал, ты, как никто другой, понимаешь его сложный характер. По крайней мере, мне так казалось, когда мы прощались.

Да у меня вообще нет никакого мужа! А уж тем более любовника! И все равно я почувствовала себя пристыженной. Я взглянула на мужчину – он выглядел настолько разочарованным, что мне даже стало жаль его. Да боже ты мой! Я рассталась с парнем два года назад, сейчас живу как монашка! И тем не менее я решила успокоить взволнованного мужчину.

– Я бы никогда не изменила ему, даже во сне, – заверила я незнакомца и, махнув рукой на прощание, выбежала на улицу. Не дожидаясь ответа, я свернула за угол и бросилась бежать по мостовой. Вслед за мной из-за двери выпрыгнул мужчина.

– Розалия! Немедленно вернись! Ночью на улице опасно! – крикнул мне вдогонку незнакомец. Я оглянулась и замерла, прислушиваясь, стараясь понять, побежит он за мной или нет. – Розалия, дорогая! Давай поговорим! – раздался надтреснутый голос.

Я решительно продолжила свой путь в неизвестность. Вскоре мужские крики утонули в стуке крови в висках, топоте ног и сбившемся дыхании. Устав от долгого бега, я, наконец, решила сбавить темп. На душе скребли кошки. Очевидно, что этот добродушный мужчина обознался, но его искренняя обеспокоенность моей судьбой и отеческая забота глубоко тронули меня. Может, мне действительно не стоило отказываться от его помощи? Я нервно оглянулась. Одна. Ночью. Посреди незнакомой улицы. Думая, что делать дальше, я в панике начала метаться из стороны в сторону. Это точно не Мюнхен. Я небольшой знаток географии, но крупный город от захолустной деревеньки отличить могу. На улице ни одного фонаря! Господи, да здесь вообще нет ни одного источника света! Заламывая руки, я стояла в полной растерянности и совершенно не представляла, где именно я нахожусь.

Так, если разнервничаюсь, то точно не смогу себе ничем помочь. Давай, Розалина, борись! Собравшись с духом, я присела на корточки и боязливо протянула руку. На дороге не было ни асфальта, ни брусчатки, ни даже грунта! Только утрамбованная до каменной прочности грязь. Островки домов выглядели как плоские декорации к старому итальянскому кино: скопление тесно прилегающих друг к другу, почти соприкасающихся верхними этажами зданий, маленькие, тщательно завешанные окна. Я задумчиво потерла подбородок. Нет, это не деревня. Больше похоже на средневековую Сиену или Флоренцию. Где-то поблизости зазвонил церковный колокол. Я поднялась и отряхнула рваное коктейльное платье. Ему после моих приключений только на помойку. Странно… ночь в разгаре, а мне даже не холодно. По ощущениям около плюс двадцати. Как-то по-летнему тепло. Все указывало на то, что я нахожусь в Италии. Черт возьми! Если я больше не в Германии, значит, меня уже точно успели окрестить пропавшей! Лора, наверное, с ума там сошла, я ведь бесследно испарилась прямо с художественного вернисажа. А мой брат… что он думает? Нервничает? Конечно! Спокойно, спокойно. У меня была с собой сумочка, в ней косметика, деньги, телефон… телефон! Сейчас сделаю пару звонков: брату, в полицию, в посольство, в конце концов. Я опустила взгляд и нервно сглотнула. Маленькая дамская сумочка, которую я носила через плечо, исчезла. Черт!

В глазах потемнело, удушливой волной поднималась паника. Одна! Совсем одна черт знает где! Куда мне идти? Что делать дальше? Губы дрогнули, по бледным щекам покатились крупные слезы. О чем я только думала, когда всеми возможными способами пыталась сбежать от того доброжелательного незнакомца? Возможно, он бы мне помог. И несмотря на то что его мастерская выглядит как трухлявый сарай, у него уж точно есть мобильник! Я в отчаянии схватилась за голову: никогда раньше не видела подобных мест. Здесь все такое старое, как будто из другой эпохи.

В голове мелькнули догадки, одна безумнее другой. Я иронично усмехнулась. Нет, это невозможно.

Мысли разбегались при каждой попытке сосредоточиться, в голове вертелись слова незнакомца: «уже тысяча четыреста восьмидесятый». Он говорил уверенно, связно и не показался мне ни безумцем, ни шутником. Неужели… я переместилась во времени?

Я смутно помнила яркий свет, слабый трепет, картину… и падение. Падение сквозь пространство и время?

Я снова окинула взглядом неизвестную местность. Если моя безумная догадка подтвердится, то никакой помощи я точно не получу.

Все вокруг кричало о том, что я застряла, по меньшей мере, в Средневековье: полное отсутствие электрического света, утоптанные глиняные дороги, далеко не современный архитектурный стиль домиков, нескончаемые потоки грязи – значит, о водопроводе не могло быть и речи. А кроме того, интуиция уже давно подсказывала мне, что вокруг творится нечто необычное.

Мозг судорожно метался среди мыслей, пытаясь найти более логичное объяснение происходящих вокруг странностей. Я попала в прошлое? Хорошо, остановимся на этой версии за неимением других.

И что теперь? Я застряла здесь на всю жизнь? Есть ли какой-то путь назад?

Множество мыслей металось в голове, и они не давали покоя. Внезапно я услышала грохот и нарастающий гул. Воздух становился каким-то вязким. Землетрясение? Извержение вулкана?

Через несколько минут вокруг меня закружился знакомый золотой водоворот. Я замахала руками во все стороны, пытаясь уцепиться за что-нибудь и остановить полет, но световая дымка быстро затянула меня в искрящуюся пустоту.

Глава 4

Мюнхен, 16.10.18

Я очнулась на лакированном паркетном полу. Узкая полоска лунного света пробивалась через окно, наполовину закрытое серой занавеской. На чердаке было холодно и темно, и я на мгновение успокоилась – до того, как полностью обрела сознание, – и в это время почувствовала боль. Я с хрипом встала на четвереньки. Легкие никак не хотели работать так, как положено. Я глухо закашлялась, преодолела помутнение в глазах и, наконец, поднялась на ноги. Точно зная, что произошло, я не могла объяснить и десятой части случившегося. Дрожа всем телом, я смотрела на загадочную картину Боттичелли почти безумными глазами. Выглядит точно так же, как и до моего магического перемещения в средневековую Италию. В ней не угадывался ни портал, ни волшебный проход в другую реальность – абсолютно нормальное полотно. Хитро прищурившись, я одним взмахом перевернула картину и оглядела ее лицевую сторону – ничего. Я ожидала увидеть какой-нибудь хитрый механизм, которой помог бы мне логично объяснить незапланированный визит в итальянский городок, но, к моему сожалению, его не обнаружилось. Осторожно опустив картину, держа ее за края рамы, я отошла на несколько шагов. Не хватало еще раз потрогать этот шедевр в том самом месте, которое активизирует настоящую машину времени! Я медленно обвела глазами чердак. Моя сумочка нашлась на полу рядом с полотном. Наверное, она соскользнула с плеча еще до начала загадочного провала в Средневековье. Легким касанием я разблокировала телефон и тут же скрипнула зубами. Пятнадцать пропущенных вызовов и пятьдесят непрочитанных сообщений! Лора снова и снова яростно спрашивала меня, куда я пропала и почему не беру трубку. Так, первое сообщение от подруги пришло сорок минут назад. Мои брови поползли вверх. Чего? Только сорок минут прошло? Этот исторический «припадок» показался мне вечностью! Я рванула к двери. Нужно срочно вернуться на вечеринку. Пойду тем же путем, которым попала сюда, и на этот раз мне абсолютно все равно, кого я встречу на своем пути – Киппинга или Виктора – вообще плевать! В крайнем случае, скажу, что заблудилась, когда искала туалет. Идя по узкому коридору, я чувствовала, как дрожат колени, а когда оставался последний поворот, остановилась и перевела дыхание. В воздухе висел шум вечеринки: музыка, голоса, смех. Никем не замеченная, я юркнула в толпу гостей и начала высматривать Лору. Подруги нигде не было видно – классика жанра.

Я взяла бутылку воды в буфете и вернулась в самую непопулярную комнату – красную. В сумме с головной болью, которая никак не прекращалась, шум вечеринки действовал угнетающе. Отправив Лоре пару сообщений, я закрыла глаза и устало прислонилась к стене. Приложив руку ко лбу, я постаралась собрать мысли в кучу. В моей голове творилась полная неразбериха, скажу больше – там происходил настоящий пожар. Я шумно выдохнула и крепче сжала бутылку с водой. Рациональная часть меня отказывалась верить в произошедшее и продолжала искать логичные объяснения. Я пыталась убедить себя в том, что этого просто не могло случиться. Путешествий во времени не существует, наука еще не продвинулась так далеко.

На днях мы как раз обсуждали с Паулем скачки во времени. Он классно разбирается в физике, в общем, тот еще гик. Брат никак не мог понять, чем меня так сильно восхищает сериал «Чужестранка». Он считает путешествия во времени не более чем недосягаемой мечтой. Пауль говорит: «Червоточины или параллельные вселенные не доказаны и не обнаружены. В нашем скучном мире нет возможности двигаться по шкале времени вперед-назад, когда захочешь. Мы никогда не сможем получить для этого необходимое количество энергии. Так что путешествия во времени – антинаучно».

Я старалась приободриться, внушая себе, что на самом деле скачок во времени мне просто приснился. Запустив пальцы в волосы, я стала массировать затылок. Отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие. От отрицания до принятия еще целых три стадии.

Да какой же это сон? Как, например, объяснить порванное платье и грязные мокрые кроссовки? Надеюсь, профессор Киппинг простит мне водяные следы на его дорогущих коврах. К тому же у меня до сих пор жутко болят колени и запястья. Чувствую себя разбитой! Я до крови прикусила губу, не позволяя себе расплакаться. Мои жалкие попытки остановить поток тревожных мыслей не увенчались успехом.

Я хотела сделать пару глотков воды, но ослабевшая рука дрогнула, и несколько капель пролились на платье. Нельзя просто игнорировать произошедшее. Приду домой и обязательно проведу расследование! Мне нужно больше деталей. Во-первых, почитаю о путешествиях во времени, а во-вторых, обязательно найду описания Флоренции и Сиены пятнадцатого века. У случившегося безумия должно быть хоть какое-то объяснение! Мой брат не всезнающий. Наверное, он ошибся, когда говорил о полной невозможности скачков во временном пространстве. Сейчас я должна взять себя в руки и приложить максимум усилий к тому, чтобы выяснить все возможное о путешествиях во времени.

Я зашла в WhatsApp проверить сообщения – Лора так и не ответила. Черт! Надеюсь, с ней все в порядке. Нам нужно срочно встретиться и обсудить мой безумный скачок в прошлое. Я стою тут одна уже около двадцати минут и, кажется, начинаю сходить с ума. Понятия не имею, поверит ли Лора в мою историю, но она единственная, кому можно довериться в сложившейся ситуации. Даже если подруга не сочтет мой рассказ правдивым, она точно не пойдет стучать на меня в клинику для душевнобольных. Когда со мной случались странные и даже абсурдные вещи, Лора была рядом. Она поддерживала и помогала.

Мои размышления прервали приближающиеся мужские голоса. Я инстинктивно сделала шаг назад и уперлась спиной в стену. Меньше всего на свете мне сейчас хотелось с кем-то столкнуться. Мечтая превратиться в невидимку, я прижалась к дверному косяку. Голоса… подождите-ка… я их знаю! Сейчас мне бы пригодилась волшебная картина Боттичелли. Флоренция, Сиена, Венеция, может быть, Рим? Я готова отправиться куда угодно, только бы не оставаться сейчас здесь. Заламывая руки, я окинула красный зал беглым взглядом – все картины находились под стеклом. Отлично, у меня даже нет возможности потрогать их и проверить на «волшебную пригодность»!

Опустив взгляд, я приготовилась выскользнуть из комнаты. Вдруг голоса замерли в коридоре. Прямо перед дверью в красную комнату стояли Маттео Ферранте и Леопольдо Мацца. Друзья оживленно спорили. Что эти двое здесь делают? Наверное, Лора пригласила их из вежливости.

– Ложная тревога, Маттео. Я ее перепроверил и полностью уверен в том, что это не она, – холодно отчеканил Лео.

Я с трудом сглотнула. Почему я не могу отделаться от ощущения, что итальянцы обсуждают именно меня?

– Ты ее перепроверил? – недоверчиво спросил Маттео. – Знак ясно проявился вчера, Лео. Как раз после вашего разговора. Конечно, спусковым крючком мог оказаться и кто-то другой, но… если зодиакальный круг указывает на нее, она имеет право знать.

– Не дай бог, Маттео, это будет катастрофа!

Чтобы лучше слышать разговор парней, я прижалась ухом к двери. Пока что я вообще ничего не понимаю. Никакой логики в разговоре! Может, я не так уж хорошо знаю итальянский? Маттео так вообще ввернул несколько латинских терминов.

– Ты не должен вести себя так по отношению к ней, она этого не заслуживает. Если девчонка действительно окажется той, которую мы ищем, она еще сыграет свою роль в твоей судьбе, Лео, – раздраженно сказал Маттео.

Я радостно потрясла кулаком. Так ему!

– Слушай, у меня нет времени возиться с этой дурочкой. Если хочешь, занимайся с ней сам. Разве тебя не раздражает, что мы протираем штаны в Мюнхене, пока в Уффици происходит полная неразбериха?

Повисла пауза.

– Дилетанты! – рявкнул Лео.

– Ты ведешь себя как плаксивый ребенок. Что ты имеешь против Розалины?

Наконец-то! Давай, Маттео! Выскажи ему все, что ты думаешь! Я немного наклонилась и выглянула из-за угла.

– Тебя, наконец, заинтересовало мое мнение? Она слишком наивная и простая как пять копеек, – фыркнул Лео. Он стоял спиной ко мне, и я увидела, как его плечи пренебрежительно дернулись.

– Все это ты выяснил, коротко пообщавшись с ней один-единственный раз? Она просто застенчивая, – парировал Маттео.

– А ты, умник, наверняка знаешь, что эта Розалина «просто застенчивая», потому что целый день увивался за ее блондинистой подругой, вместо того чтобы прикрывать мне спину! Завязывай с флиртом и сконцентрируйся на задании.

Я не видела лица Маттео, но почти физически ощущала его гневный взгляд.

– Это называется – социальное взаимодействие. Тебе тоже не повредит, – прорычал Маттео.

– Повторяю еще раз – меня не интересует никакое взаимодействие с хорошенькими пустышками. Поверь мне, за свою жизнь я узнал достаточно девушек. Такие, как она, живут за счет папиных денежек и изучают искусство только потому, что не знают, чем бы им заняться в свое свободное время. Просто представь себе, она была во Флоренции и целый день разглядывала Давида в Галерее Академии, – в конце он взвизгнул, небрежно изображая меня.

Господи, как же сильно я его ненавижу! Нельзя же вот так говорить, да еще и за спиной! Я зажмурилась, стараясь сдержать слезы, но по щекам предательски поползли соленые капли.

Лео просто ужасен! Как можно быть настолько заносчивым, настолько надменным, настолько самодовольным!

Сквозь слезы я увидела, как к итальянцам подошла Лора. Они обменялись парой фраз, но я не смогла разобрать ни единого слова. Их приглушенные голоса утонули в моем хриплом дыхании и бешеном стуке крови в висках. Маттео покачал головой, а Лео безразлично пожал плечами. Лора еще что-то удрученно пробормотала и начала осматриваться. И тут ее взволнованные глаза встретились с моими, полными слез.

– Рози, – прошептала она и бросилась ко мне.

Маттео и Лео, наконец, развернулись и тоже увидели меня. Оба выглядели немного испуганными и смущенными. Похоже, они сразу поняли, что я подслушала их разговор. Лора облегченно выдохнула и крепко меня обняла.

– Что случилось? Где ты пряталась? – подруга обеспокоенно осматривала мой рваный наряд. – Где ты пряталась? – повторила она. – Ты вся в грязи. О господи, что с кроссовками?

Отвечать здесь и сейчас было выше моих сил. Я еще какое-то время шмыгала носом и глубоко вздыхала, стараясь успокоиться. Рыдать при всех не хотелось, но у меня никак не получалось остановить поток слез.

– Мы можем уйти? Пожалуйста, – прошептала я, закрывая красное лицо руками.

Маттео и Лео скромно помялись в стороне, но так и не решились подойти к нам поближе. Не скрывая эмоций, я метнула на Лео гневный взгляд.

Лора мрачно кивнула и взяла меня под руку. Мы молча прошли через все залы и остановились у импровизированного гардероба. Пока я вытирала щеки влажной салфеткой, подруга забрала наши куртки. Черт возьми, да почему так сильно чешется запястье? Комар, что ли, успел укусить? Стоп, а если это средневековые итальянские блохи постарались? Тогда я умру от какой-нибудь ужасной болезни, и ни один антибиотик мне не поможет. Я закрыла глаза и мысленно выругалась. Маленькая мисс Неудача.

Подняв руку, я внимательно осмотрела запястье. Никаких следов укусов. Странно. Наверное, я просто перенервничала.

Лора ласково положила ладонь мне на плечо, протянула носовой платок, пудру и расческу. Я быстро привела себя в порядок, причесалась и накинула куртку. Мы торопливо зашагали к месту, где оставили велосипеды. Внутренняя дрожь никак не хотела проходить, налившиеся свинцом ноги не слушались.

– Бросай свой велосипед, Рози. Вернешься за ним завтра, – Лора с жалостью посмотрела на меня и похлопала по багажнику своего «Вольво», – садись.

Я только молча кивнула, перекинула ноги и зацепилась за раму.

Лора активно крутила педалями, под двойной тяжестью велосипед вилял из стороны в сторону. Я беззвучно плакала, глотая слезы. Хаос мыслей исчез. Меня как будто оглушили. Рассудок затопила звенящая пустота. Мимо проплывали подсвеченные здания, фонтаны, монументы. Не замечая красот ночного города, я сидела и ловила ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Осенний ветер свистел в ушах, обдувал лицо и тело. Устав плакать, я закрыла глаза и щекой прислонилась к горячей спине подруги. Я слышала, как участилось ее дыхание, но она продолжала крутить педали. Редкие прохожие спешили мимо только разворачивающих торговлю палаток со сладкой ватой и газировкой. Жизнь шумела, светилась и пульсировала. В какой-то момент я поняла, что мягкие волны сна накатывают на меня и уносят с собой… все дальше и дальше, покачивая и баюкая.

Лора затормозила. Неужели после всего случившегося я, наконец, попаду домой? Широко зевнув, я вытащила из сумки ключ и лениво открыла подъездную дверь. Лора завела велосипед на лестничную клетку и оставила рядом с почтовыми ящиками. Мы молча поднялись по лестнице на шестой этаж.

В квартире было темно и тихо. Проходя мимо одной из полуоткрытых дверей, я услышала голос Пауля. Не заметил, как я вошла? В наушниках, что ли? Наверное, он как всегда сидит за какой-нибудь компьютерной игрой и общается с друзьями в голосовом чате. Я облегченно выдохнула. Слава богу, не придется объяснять брату, почему у меня все глаза заплаканные. Если бы он застукал меня в таком виде, точно бы сразу разволновался и целый вечер не смог бы найти себе места. Пусть уж лучше спокойно отдыхает.

Я зашла в гостиную. Нервное напряжение и беготня настолько измотали, что мне хотелось просто растянуться на софе и уснуть. Лора скользнула на кухню, паркет заскрипел под ее легкими шагами. Я шумно выдохнула и плюхнулась в кресло. Через несколько минут подруга вернулась с двумя чашками чая и вазочкой печенья. Она опустилась рядом со мной на колени и прижалась затылком к ножке кресла.

– Итак, – протянула Лора, – что, во имя всего святого, с тобой сегодня случилось?

Я прикусила губу. С чего бы мне начать? Столько непонятных, бессмысленных вещей произошло…

– Лора, знаешь… – промычала я, пытаясь подобрать слова. – Я до сих пор не понимаю… – окончательно замешкавшись, я замолчала.

– Ты исчезла на целый час, а когда объявилась, выглядела так, будто этот час ты провела не на вернисаже, а в грязной канаве. Признавайся, ты улизнула в сад с каким-то парнем? Кто он? – не выдержала Лора.

Вот, значит, как звучит версия подруги. Свидание в саду? Ну да, этот благоразумный вариант мог бы оправдать и грязные кроссовки, и рваное платье.

– Нет, все было совсем не так, – пробормотала я и потянулась за чашкой чая. Ай, какой горячий! Я осторожно сделала несколько глотков и с удивлением обнаружила, что у напитка странный вкус. Что эта плутовка туда добавила? Неужели ром?

– Это все из-за Леопольдо? Он к тебе приставал? Ты поэтому плакала? – один за другим посыпались новые вопросы.

– Нет, он ничего не сделал, – ответила я, помотав головой. Ничего не сделал физически, но вот морально… убил.

– Лора, со мной случилось кое-что странное, и я до сих пор не могу понять, произошло ли это на самом деле или я просто медленно схожу с ума, – начала я, твердо решив, что расскажу подруге свою загадочную историю от начала до конца. Я затараторила о том, какую чудесную коллекцию эскизов Леонардо да Винчи я увидела в красном выставочном зале и как сильно загорелась желанием найти профессора Киппинга, чтобы выспросить у старика о нигде ранее не опубликованных чертежах известного художника. Я рассказала о том, что чуть не столкнулась с Виктором и убежала на чердак, чтобы не попасться ему на глаза. Когда речь зашла о необычной коллекции картин, которую вампир хранил на чердаке, Лора вскочила и замахала руками.

– То есть ты хочешь сказать, что на чердаке у старика Киппинга есть полотно Боттичелли, на котором изображена девушка, похожая на тебя как две капли воды? – удивленно переспросила подруга.

Я утвердительно закивала.

– Было темно, и, честно признаться, я даже не подумала о том, чтобы сделать фото, но, – я шмыгнула носом, – готова тебе поклясться – у нас с ней одно лицо.

– И что же было дальше? – спросила Лора.

Я рассказала подруге о том, как дотронулась до картины и переместилась во времени.

Лора слушала мою удивительную историю с неподдельным интересом. Взволнованная и возбужденная, я много раз сбивалась с мысли и повторялась, но подруга терпеливо помогала мне подбирать нужные слова и даже что-то записывала к себе в тетрадь.

Закончив свой рассказ, я притихла и снова потянулась за чашкой. Наконец-то, чай достаточно остыл. Я принялась маленькими глотками прихлебывать ароматный и теплый напиток, пока внутри не разлилось приятное тепло.

Лора задумчиво кусала губы, то и дело поглядывая на мои грязные кроссовки.

– Рози, ты не сходишь с ума. Я тебе верю, – протянула подруга. – Сомневаюсь, что это просто твое воображение.

Я уставилась на нее с глупым видом. Секундочку! Я только что рассказала идиотскую историю о том, что картина перенесла меня в далекое прошлое, и эта девчонка мне поверила? Она действительно не считает меня свихнувшейся?

Усмехнувшись, Лора пожала плечами.

– Я еще никогда не видела тебя такой растерянной и смущенной, как на сегодняшнем вернисаже, так что сразу догадалась – случилось что-то из ряда вон. Окей, Рози, скачок в прошлое – это, конечно, необычно, но я тебе верю, – Лора подмигнула мне. – Значит, вселенная подготовила нам с тобой парочку сюрпризов, да? Малышка, ты должна признать, что возможность путешествовать во времени – это очень крутой дар.

– Лора, ты и представить себе не можешь, как я испугалась, – я покачала головой, – может быть, это и не дар вовсе, а так… разовое приключение.

– Подумать только, – восторженно вскрикнула Лора, полностью игнорируя мое пессимистичное замечание, – ты путешествуешь во времени! Рози, ты сможешь увидеть да Винчи, Боттичелли, Микеланджело и многих-многих других собственными глазами! Вместо того чтобы часами сидеть со мной в библиотеке, ты лично пообщаешься с величайшими творцами и выяснишь все и даже больше обо всех известных полотнах.

В глазах подруги плясали озорные огоньки. Она возбужденно вышагивала по комнате вперед-назад, довольно потирая руки.

– Расскажи мне о Флоренции! Я должна знать все!

Я постаралась сконцентрироваться и вспомнить хоть какие-то детали. Честно признаться, мне было просто не до того, чтобы разглядывать кладку средневековых домиков. Сначала я, как сумасшедшая, убегала из мастерской, а потом и вовсе поддалась панике и потеряла сознание.

– На улице было темно, хоть глаз выколи – никаких фонарей, они ведь еще не изобрели электричество. Ну и, помнишь, моя обувь немного испачкалась, – я, усмехнувшись, расшнуровала кроссовки, – так вот, это результат того, что я наступила в средневековые помои. На улице много грязи, у них нет водопровода. Наверное, в жаркий полдень там ужасно воняет.

Лицо подруги светилось от восторга.

– Это так захватывающе! Моя лучшая подружка – путешественница во времени. О, Рози, тебя ждет столько открытий!

Я улыбнулась. Ох, Лора, твой энтузиазм заразителен. Интересно, в чае действительно был ром? Во всяком случае, сейчас я чувствовала себя намного лучше.

– А со мной поделиться не хотите? – за нашими спинами раздался хриплый голос Пауля. Мы с Лорой испуганно обернулись. Брат демонстративно скрестил на груди руки и замер в ожидании. Мы с Лорой многозначительно переглянулись. Когда он вошел в комнату?

– И давно ты подслушиваешь? – нахмурилась я.

– Достаточно, – ответил Пауль, вскидывая брови. – Твоя история не выдумка, Рози?

Я помотала головой. Пауль заметно побледнел и плюхнулся рядом. Я не планировала рассказывать брату о своем необычном приключении, но мысленно обрадовалась тому, что он сам все узнал. Уж лучше рано, чем поздно.

– Ладно, скажи, а давно это с тобой происходит? – серьезно спросил Пауль.

– Сегодня впервые.

Лора подскочила к Паулю, потрясла его за руку и загадочно прошептала:

– Что думаешь? Как это могло случиться? У тебя есть какие-нибудь предположения? Странные теории?

Пауль задумался. Выражение его лица не изменилось, но в глазах мелькнуло понимание. Может быть, мне показалось? Неужели он что-то знает? Знает и скрывает? Бред. Мой брат, будущий ученый, яростно отрицающий любые сверхъестественные явления… почему он так спокойно слушает мои антинаучные бредни? Я снова вспомнила наш недавний жаркий спор насчет «Чужестранки». Почему же сейчас Пауль молчит? Где его яростные попытки найти логичное объяснение моему волшебному провалу в прошлое?

Лора взволнованно щебетала что-то о сбое в матрице, сумасшедших теориях Эйнштейна, временных и пространственных преградах, неполадках и перебоях в системе мироздания. Пауль молча слушал ее и абсолютно на все предположения согласно кивал головой, отвечая:

– Возможно, возможно.

Около часа ночи меня внезапно охватила крайняя усталость. Я чувствовала себя вымотанной, измученной и ужасно сонной. Оказывается, прыжки во времени изматывают не хуже спортивных соревнований.

Я потянула подругу в соседнюю комнату, убеждая ее остаться на ночь. Лора сразу согласилась, но никак не хотела ложиться спать. Она утверждала, что моя необычная история придала ей огромный заряд бодрости, но Пауль настоял на том, чтобы мы обе легли.

Искренне счастливая, я залезла под пуховое одеяло и прижалась к подруге. Как хорошо, что Лора сегодня осталась у нас.

Глава 5

Грифон и лев

Утром меня разбудил дверной звонок: звонили так усердно, что первым же моим желанием было избавиться от надоедливого звука. Я натянула подушку на голову, крепко прижав ее с двух сторон, заткнула уши. Вскоре звонить перестали, и я, снова подоткнув подушку под голову, провалилась в темноту осеннего утра. Мне снилось, что я превратилась в воинственную шатенку с неизвестной картины Боттичелли. Узкий лиф сдавил ребра и мешал сделать вдох, тяжелые украшения неприятно оттягивали уши, тонкие ленты путались в волосах. У моих ног сидели грифон и лев. Они горячо спорили друг с другом.

– Как ты смеешь со мной так разговаривать? Ты заносчив и эгоистичен! Вот до чего доводят жадность и желание безраздельной власти, – пожаловался грифон, склонив голову.

– Говорит тот, кто даже не является настоящим зверем. Ты – создание из сказок! – злорадно усмехнулся лев.

– Мы с тобой оба являемся всего лишь частью картины, – холодно ответил грифон, – мы ненастоящие звери.

– Посмотри на себя, – презрительно фыркнул лев. – Туловище льва, голова орла. Откуда ты появился? Неужели ты думаешь, что она будет воспринимать тебя всерьез? Ты – ошибка создателя.

Грифон недовольно взмахнул крыльями. Мифический зверь почти поддался на провокацию льва.

– Мы сейчас не обсуждаем вопросы моего внешнего вида и происхождения. Но меня тешит тот факт, что ты, наконец, поинтересовался.

– Я не интересовался, – с гордой улыбкой ответил лев.

Голубые глаза грифона метали молнии.

– Я ее защитник, не ты! Ты пустой хвастун!

Голоса животных казались мне смутно знакомыми. Эти интонации… А их глаза… такие человеческие. Во взгляде грифона отражалась ярость, а лев, наоборот, смотрел как-то холодно. Кого же они мне напоминают? Сон туманил сознание, не позволяя мыслить ясно. Лев снова открыл пасть, чтобы ответить грифону, но вместо дерзкой реплики я услышала очередной громкий звонок в дверь. Сон растворился.

Лора ворчливо откатилась к стене и забилась в угол.

– Мама, сегодня суббота, мне не нужно в школу, – промямлила подруга.

Я закрыла глаза и натянула одеяло на голову. Катись к черту, кто бы ты ни был! Я заслужила еще несколько часов сна. Но в дверь продолжали упорно звонить, а потом еще и начали стучать. Наконец, Пауль открыл, и отвратительный шум прекратился. Зевая, я услышала обмен короткими приветствиями. А после… ничего не разобрать, шепчутся. Может, какая-нибудь посылка? Я часто заказываю что-нибудь в интернете, люблю онлайн-шопинг. Неужели все, что я выбрала позавчера, уже пришло? Было бы неплохо, супербыстро.

Тут дверь в мою комнату без стука распахнулась, и боком, споткнувшись о порог и едва не свалившись на пол, вошел Леопольдо. Пауль шагал вслед за итальянцем.

Я села на кровати и, щурясь, начала оглядываться вокруг себя. Лео подошел ближе и сел на корточки, внимательно вглядываясь в мое лицо. Я выпучила глаза, не находя слов… что тут происходит? Смущенно кутаясь в одеяло, я думала о том, что сейчас похожа на побитую собаку: растрепанные волосы, красные, опухшие глаза. Лора снова повернулась ко мне, сладко зевнула и потянулась. Надо же! Как крепко она спит. Еще и не догадывается, кто сейчас стоит прямо перед нами.

– Как думаешь, мы сможем убедить твоего красавчика брата заказать нам что-нибудь из «Макдоналдса»? Я сейчас готова умереть за парочку чизбургеров, – сонно протянула Лора.

Пауль неловко прочистил горло, и подруга тут же открыла глаза. Она рывком села на кровати рядом со мной и испуганно уставилась на парней. Лора поминутно менялась в лице, то краснея, то бледнея.

Я метнула в брата недовольный взгляд. Как можно было притащить сюда этого засранца? Я уже молчу о том, что мы здесь не чаек распиваем. Мы спим!

Пауль съежился под моим гневным взглядом. Конечно, он понимает, что натворил.

– Ну, вот… э… теперь они проснулись. Пойдем на кухню! Сделать тебе кофе? – краснея, пробубнил брат.

Лео не двинулся с места.

– Сначала я проверю зодиак. Если у нее ничего нет, я тут же уйду, – холодно ответил итальянец. Он наклонил голову набок и с любопытством начал осматривать одеяло, которым я стыдливо прикрывалась. Слава богу, он не видит мою ужасную пижаму с Губкой Бобом.

Пауль нахмурился и внезапно сорвался:

– Ты не понял меня? Выйди отсюда!

Лео неохотно поднялся и зашагал на кухню. Брат последовал за итальянцем, но немного замешкался, стоя уже за порогом.

– Поторопитесь, окей? – сказал Пауль и закрыл дверь.

Мы с Лорой озадаченно переглянулись.

– Рози, скажи мне, пожалуйста, что я все еще сплю, – пробормотала Лора, потирая глаза.

– К сожалению, нет, – ответила я и спрыгнула с кровати.

Мы вместе направились в ванную, чтобы привести себя в порядок.

Я быстро почистила зубы и собрала волосы в конский хвост. Интересно, какого черта Леопольдо делает у нас дома? Почему он на меня так долго пялился? О чем они болтали с Паулем? Какие у них вообще могут быть общие темы для разговора? Переодевшись, я взглянула в зеркало. Пожалуй, готова. Лора тоже собралась с рекордной скоростью. Подруга заплела косичку и накинула на себя одну из моих футболок. Мы пулей вылетели из ванной и побежали на кухню.

Пауль и Лео неспешно потягивали кофе, сидя друг напротив друга. Уткнувшись в телефон, брат скучающе просматривал новостную ленту, итальянец нетерпеливо постукивал пальцами по столу, глядя куда-то в окно.

Скрестив руки на груди, я встала перед Леопольдо. Лора плюхнулась рядом с Паулем, и он быстро спрятал мобильник. Их взгляды пересеклись, и на мгновение на лице брата что-то промелькнуло. Раскрасневшийся, он встал из-за стола и заварил две кружки кофе.

– Итак, – строго сказала я, принимая из рук брата ароматный напиток. – Позвольте узнать, чем мы удостоились чести вашего визита?

Лео пожал плечами.

– Вчера мы получили некоторые сведения, представляющие для нас особый интерес. Я пришел сюда, чтобы все перепроверить и исключить вероятность ошибки.

Я удивленно подняла брови и, вопросительно уставившись на итальянца, наморщила лоб. Что за странная манера речи? Ну, честное слово, ведет себя как преуспевающий нью-йоркский адвокат. Для полной картины ему не хватает только маленького кожаного портфельчика.

Я хмыкнула и уже было открыла рот, чтобы сказать Лео парочку не самых приятных слов, но сделала глубокий вдох и приказала себе сдержаться. Что за бред он несет? Что значит «мы получили сведения»? Кто мы? И откуда он вообще знает о моем путешествии во времени? Я рассказала о своем приключении только двум людям: подруге и брату. Лора точно не стала бы ничего обсуждать с этим напыщенным придурком. С чего бы ей это делать? Ну а мой брат… вчера вечером он вел себя действительно странно… даже несколько подозрительно. Я с недоверием посмотрела на Пауля. Да ну! Быть такого не может!

– Пауль, что все это значит? – дрожащим голосом пробормотала я. Мой взгляд лихорадочно заметался по кухне, ища пути к отступлению. Стоп, стоп, я чересчур себя накрутила. Нужно успокоиться! Вдох-выдох, вдох-выдох. Так-то лучше. Собрав в кулак последние крохи своего терпения, я решительно подошла к брату. Пауль нервозно замотал головой, пряча глаза. Я наклонилась к нему и понизила голос:

– Отвечай, Пауль.

– Я должен был сделать это, Розалина, – прошептал брат. – Это моя обязанность.

– Твоя обязанность? – переспросила я.

– Ордену необходимо знать обо всех случаях, – брат схватился за голову и закачался из стороны в сторону.

– Какому еще ордену? О чем ты говоришь?

Леопольдо поджал губы, и они с Паулем обменялись многозначительными взглядами. Итальянец качнул головой.

– Поговорим об этом позже, ладно? – ответил мой брат.

– Позже? Почему? – я вздохнула и потерла лоб.

– Мы должны убедиться в том, что не ошиблись, – неожиданно холодно сказал Пауль.

Да что здесь происходит? Какую тайну скрывает мой брат?

У меня сильно закружилась голова, и я закрыла глаза. Чертовы интриганы! Неужели так сложно нормально объясниться?

– Пауль любезно сообщил нам сегодня утром кое-что интересное, – начал Лео и выжидающе уставился на мою подругу. – Тебе понравился вернисаж, Лора?

– Давай без прелюдий, она в курсе всего произошедшего, – спокойно ответила я.

Лео угрожающе сжал кулаки и тяжело задышал носом, стараясь сохранить спокойствие. Ну и дела! Черт возьми, да откуда мне было знать, что путешествия во времени – это огромный секрет, который не кажется кому-то бредом сумасшедшего? Придурок!

– Вчера вечером ты попала в прошлое, коснувшись какой-то картины на чердаке профессора Киппинга, так? – прямо спросил Лео.

Я закивала. Почему все так смотрят на меня? Чувствую себя как на допросе.

– Хорошо, понятно. А теперь покажи запястья! – скомандовал итальянец.

Что-что? Запястья? Немного странное требование, но… ладно. Я села рядом с Леопольдо, закатала рукава рубашки и положила руки на колени ладонями вверх.

Все дружно наклонились вперед на своих стульях и начали рассматривать мои руки. На правом запястье красовалась большая синяя метка, отливающая металлическим блеском. Удивительно, а я-то думала, что меня итальянские блохи покусали! Я поморгала, немного качнулась и снова удивленно уставилась на сияющую отметину. Не верится! Неужели настоящая? Проверяя, не смажется ли знак, я потерла его большим пальцем. Вдруг это все глупая шутка Лоры? Я точно знаю, что у нее есть классные тени в оттенке «металлика»… вдруг они? Ого, не смазалась! Метка у меня под кожей! Выглядит точь-в-точь как дорогущая татуировка.

– Merda! Porca miseria! – возмутился Леопольдо. Итальянец грубо схватил меня за руку и потянул на себя. Он лбом прижался к моей ладони, и я почувствовала его горячее дыхание на своей коже. Лео сердито фыркнул. Он до боли сжал мою руку, и я вскрикнула.

– Эй, помягче! Ты делаешь ей больно! – прорычал Пауль.

Но итальянец проигнорировал слова моего брата, еще сильнее вцепившись в мое запястье. Я прикусила губу, чтобы снова не вскрикнуть, и терпеливо ждала, пока итальянец разожмет пальцы. Лео медленно поднял глаза, наши взгляды встретились. Я вздрогнула и инстинктивно подалась назад. На меня сверкнули чужие дикие глаза, насаженные над искаженной, совершенно неуместной улыбкой. Нет, это больше не насмешливое снисхождение, это… настоящий безумный гнев. Все в нем бурлило от злости. Эмоции душили его, убивали, раздирали изнутри. Я смотрела в зеленые кошачьи глаза, и вдруг у меня появилось странное чувство, будто нас с Лео что-то связывало, но я понятия не имела, что именно. Мое сердце учащенно забилось, а по коже забегали мурашки. Наконец, итальянец отпустил мою руку и перевел взгляд на ребят. Я потерла ноющее запястье.

– Что это такое? – надломленным голосом пробормотала я.

– Мы зовем эту отметку зодиаком. У тебя знак Водолея, – раздраженно прошипел Лео.

Зодиак? Такой знакомый термин… астрологический? Точно! Я вытянула руку и стала внимательно рассматривать метку: круглая, размером с пятидесятицентовую монету. В центре синего круга был изображен мужчина, выливающий воду из кувшина. Без всяких сомнений – это астрологический знак Водолея.

– Но по знаку зодиака я – Лев, – возразила я и повернулась к брату, который точно мог подтвердить, что я родилась в августе. Судя по его выражению лица, он уже давно возится с этим загадочным орденом и, похоже, сам на выходных путешествует в прошлое. Должен же хотя бы родной брат четко объяснить мне, что тут происходит? Однако Пауль только покачал головой и отвернулся.

Я открыла рот и замерла, будто мне не хватало воздуха. Как странно! На моей кухне собралась интересная компания: гневный Леопольдо, смотрящий на меня так, будто я только что собственноручно заколола его отца, Пауль, который точно состоит в какой-то секте, но никак не хочет признаться, и удивленная Лора, не сказавшая за последние десять минут ни одного слова.

– Итак, что именно означает эта метка? Она волшебная? – спросила я. Мне хотелось узнать как можно больше.

– Ну, вчера ты могла в этом убедиться на собственном опыте, – улыбнулся Пауль. – Это, несомненно, знак того, что…

– Мы с тобой не вправе посвящать их в секреты Табулы, – перебил Леопольдо и нервно выдохнул.

Пауль покраснел от злости, казалось, еще чуть-чуть и у него из ушей пойдет пар.

– О, не волнуйтесь! Я все равно ни слова не поняла, – недовольно прошипела я.

– На твоем месте я бы тоже требовал ответов, – злорадно ухмыльнулся итальянец. Больше всего на свете в этот момент мне хотелось хорошенько вмазать ему по лицу. Умник нашелся!

– И я требую! – запротестовала я. – У меня целая куча вопросов! – взвизгнула я, медленно пододвигаясь к Леопольдо. Эта вселенская тайна начинала выводить меня из себя! Хочет этот придурок или нет, но мы с ним теперь в одной лодке, а значит, я имею право знать все!

Лео многозначительно поднял брови и хмыкнул:

– Тебе придется подождать. Для начала мы должны выяснить твои искренние намерения.

– Чего? Искренние намерения? Ты с ума сошел? Я не шпионка и не двойной агент! – возразила я. В моем сознании всплыли образы девушек в обтягивающих черных костюмах. Итальянец наклонился немного вперед, и мне показалось, еще чуть-чуть и он поцелует меня. Его холодный ненавидящий взгляд вонзился в мои губы.

– Я знаю, на что ты способна, Розалия Грифиус. Меня предупредили, – прошептал он.

Пф! Неужели прочитал мои мысли о том, что, будь у меня такая возможность, я застрелила бы его из «кольта»? Но… он кажется таким серьезным, вряд ли Лео просто глупо пошутил. Хотя кому какая разница? Пусть опасается!

И так как рядом с этим красивым, самовлюбленным итальянцем я начинала вести себя по-дурацки, то просто не могла не выкинуть очередную глупость. Стукнув по столу кулаком, я зашипела:

– Даже не думай, что сможешь запугать меня, Леопольдо Мацца!

Итальянец долго, наверное, минуты две, молча смотрел мне в глаза. Может, я немного перегнула палку? Вдруг он оскалился в улыбке и щелкнул зубами, как дикий хищник. Я пружиной взлетела со стула и отошла от Лео на несколько шагов. Одними губами я добавила:

– Да пошел ты.

Довольный собой, итальянец встал и усмехнулся.

– Ну что ж, моя миссия выполнена, – отчеканил он.

Я набрала в легкие побольше воздуха и с облегчением выдохнула. Наконец-то, он уходит.

– Собирайся, Розалия. Я отвезу тебя в штаб. Мы должны пообщаться с настоятелем, он определит твои дальнейшие действия.

Минуточку… чего-чего? Я внутренне напряглась и вопросительно покосилась на Леопольдо.

– Подожди-ка! Куда ты хочешь меня отвезти? – спросила я.

– Не беспокойся, мы не уедем из Мюнхена, – нетерпеливо ответил Лео. – Машина припаркована у подъезда.

Итальянец приблизился ко мне, нервно размахивая ключами от «БМВ».

Я обернулась и жалобно посмотрела на брата, но Пауль только помотал головой.

– Прости, Рози, но тебе придется поехать. Мы с тобой поговорим позже.

Все во мне противилось тому, чтобы куда-то ехать вдвоем с Леопольдо.

– Кто такой настоятель? – требовательно спросила я. То у них астрологические термины, то церковные, всего и не запомнишь сразу. Мои мысли окончательно спутались в один большой клубок.

Пауль уже открыл было рот, чтобы ответить на мой вопрос, но тут раздался холодный голос итальянца.

– Позже, Розалия, – на выдохе ответил Леопольдо.

– Во-первых, хватит называть меня Розалией! Я – Розалина! А во-вторых, я с тобой никуда не поеду, если ты сейчас же не расскажешь мне, кто такой настоятель! В конце концов, я имею право знать, что меня ждет. Разве не так? – возмущенно фыркнула я, уперев руки в бока.

Итальянец злобно заиграл желваками скул.

– Настоятель руководит орденом. Такого объяснения достаточно?

Конечно, недостаточно! Разве я что-то поняла? Но, кажется, большего от него добиться не удастся. Удивительно, что он вообще хоть что-то мне рассказал. И на том спасибо, господин хранитель тайны!

– Я правда должна поехать прямо сейчас? Может, я все-таки останусь дома? Отправимся к вашему настоятелю через пару дней, – обернувшись к Паулю, я сложила руки в молитвенной позе.

Брат тяжело вздохнул и снова покачал головой.

– В штабе ответят на все твои вопросы. К тому же настоятель должен увидеть тебя лично. Сегодня. Чем скорее, тем лучше. Поверь мне, Рози.

Что ж, возможно, Пауль прав. Если хочу наверняка узнать все об этом загадочном зодиаке, то мне действительно стоит поехать и задать вопросы настоятелю лично.

– Окей, пойду переоденусь. Дайте мне десять минут, – сказала я и, засунув руки в карманы изношенных треников, зашагала в соседнюю комнату.

– Ну конечно, мы же с тобой никуда не торопимся. Не спеши, померяй несколько юбок, выбери ту, которая подходит под цвет глаз, иначе настоятель смотреть на тебя не сможет, – пробубнил Лео.

Я пропустила колкий комментарий итальянца мимо ушей.

Одним рывком открыв дверцы шкафа, я пробежала глазами по вешалкам. Итак, что же мне выбрать? Несмотря на то что на улице хлестал ливень, мне совсем не хотелось надевать джинсы. Так-так-так… может быть, вот эту юбку-карандаш? Нет, слишком по-деловому. Вот эту миди? Нет, чересчур узкая. Я задумчиво прикусила губу. Эврика! Вельветовый юбочный комбинезон с октябрьской распродажи! Нацепить еще что-нибудь сверху? Думаю, стоит. На глаза попался светло-серый свитер. Так и пойду. Я схватила вещи и побежала в ванную комнату. Нужно успеть подкрасить ресницы. В дверь тихонько постучались, я настороженно уставилась на нее. Неужели Лео настолько не терпится? Вслед за стуком показались светлые локоны. Лора медленно зашла в ванную и, прикрыв за собой дверь, облокотилась на раковину.

– Боже! Этот парень реально отвратительный! – пропищала подруга.

О, да, дорогая. Скажи это громче. Пусть Леопольдо знает, что не я одна так считаю.

Я фыркнула, открыла тушь и провела по ресницам.

– Как думаешь, он тоже умеет путешествовать в прошлое? – спросила я. Наши взгляды пересеклись в зеркале. Лора задумчиво накрутила локон на палец.

Я вздохнула и продолжила:

– Очень надеюсь, что он не умеет. Хотя… Лео такой заносчивый, я вполне могу себе вообразить, как он разгуливает по средневековой Италии. Наверное, считает себя избранным, мм?

Подруга мрачно кивнула. Я убрала тушь, пинцет и карандаш для бровей в косметичку и повернулась к ней.

– Тебе нужно поторопиться, Рози. Леопольдо нервничает, – сказала Лора.

Я быстро натянула приготовленные вещи.

– Он сказал что-нибудь еще? Куда именно мы едем?

– Ни слова. Оба молчат, как рыбы, – ответила подруга и картинно закатила глаза. Я цокнула языком и помотала головой.

– Рози, береги себя! Окей? – сказала подруга неожиданно серьезно. Она шагнула ко мне и обняла, прижавшись к моему плечу блондинистой головой. Мы буквально замерли в объятиях друг друга и простояли так несколько минут. Должно быть, мое беспокойство передалось ей. Губы подруги дрогнули и она всхлипнула. Интересно, как дальше будут складываться обстоятельства? Во что я решила ввязаться? Кажется, Лора чувствовала переломный момент в моей судьбе намного ярче, чем я сама.

Мы вместе вышли из ванной и направились в мою комнату. Я быстро закинула в сумку кое-какие вещички, и мы вернулись на кухню.

* * *

Не успела я пристегнуться, как новенький «БМВ» цвета мокрого асфальта тронулся с места и вылетел на шоссе. Мы стремительно набирали скорость и уже через пять минут влетели на автомобильный мост. Леопольдо уверенно вел машину, а я ерзала рядом на пассажирском сиденье, нервно сжимая в руках сумочку. Я покосилась на спидометр. Сто тридцать километров в час! Я жадно глотнула воздуха. Это же не взлетная полоса аэродрома! Если Лео не сбросит скорость, то меня вскоре точно стошнит. Нужно как-то отвлечься. Срочно.

– Вы с моим братом состоите в одном клубе, так? – протянула я. Лео запретил мне задавать вопросы на протяжении нашей поездки, но я не смогла удержаться. Сердито сверкнув глазами, я на всякий случай спросила еще раз: – Тайны у вас общие, значит?

Леопольдо зло скрипнул зубами, переключил передачу на третью и дернул руль.

– Этот «клуб», как ты его назвала, – старинная тайная организация. Спешу вас разочаровать, мы не настолько легендарные и мистифицированные, как масоны или иллюминаты. Но те тайны и секреты, которые мы охраняем, – гораздо больше, чем просто слухи.

Я прищурилась и с любопытством оглядела итальянца.

Он резко затормозил на светофоре и с тяжелым вздохом мученика, обреченного на казнь, повернул голову ко мне.

– Официальное название звучит так: Высокочтимое Тайное Общество рубиновой Табулы. Точнее сказать, орден, оберегающий тайны рубиновой Табулы, – пробубнил Лео и сделал паузу, чтобы насладиться моим удивленным выражением лица. С таким же успехом он мог бы перечислить несколько химических формул – я вообще ничего не поняла. Его хитрая улыбка, а также странный блеск во взгляде говорили сами за себя – он прекрасно знал, что я не имела ни малейшего понятия о какой-то там Табуле.

– Исхожу из того, что до этого дня ты ни разу не слышала, ни о Гадесе Пантамегистосе, ни о рубиновой Табуле, не так ли? – самодовольно сказал итальянец.

Я стиснула зубы, чтобы не ляпнуть ничего лишнего, разговор и так был накален, и помотала головой. Что Лео вообще думает? Он только что рассказал мне о существовании какого-то тайного ордена, членом которого он является. Внимание – тайного ордена! Как неожиданно, что никто толком ничего об этой тайной организации не знает!

Леопольдо продолжал довольно ухмыляться.

Светофор переключился на зеленый, и Леопольдо выжал педаль газа в пол.

Честно признаться, у меня совсем не было желания выведывать у него «секретные секреты». Я достала телефон, открыла Google и напечатала Рубиновая Табула. Загрузка результатов поиска. Найдено 20 000 ссылок. Я быстро пролистала несколько сайтов. Хм, что тут у нас… посмотрим: статьи по археологии, эзотерические веб-сайты, посвященные силе драгоценных камней, бесчисленные доклады на иностранных языках… понятнее не стало. Посмотрим картинки. Несколько фотографий рубинов… постройки какие-то – в общем, ничего интересного.

Неужели эта рубиновая Табула настолько секретна, что даже в интернете, Всемирной мировой паутине, не нашлось чудаков, которые бы распространяли теории заговора? Я шумно выдохнула.

– Что ты там делаешь? – бросил Лео.

– Ничего, – ответила я и хотела спрятать телефон обратно в сумку, но итальянец оказался быстрее. Он нахально выхватил мобильник у меня из рук. Продолжая рулить одной правой, Леопольдо начал просматривать историю поиска.

– Эй, сконцентрируйся на дороге! – крикнула я и попыталась отнять телефон. Но итальянец, смеясь, перехватил гаджет правой рукой. Машина вильнула.

– Как мило, – улыбнулся Лео, – ты гуглишь рубиновую Табулу?

– Отдай, – упрямо повторила я, чувствуя, как от стыда краснеют щеки.

– Не-а, – протянул итальянец, продолжая пролистывать историю поиска.

– Не понимаю, чего ты добиваешься? Хочешь, чтобы я продолжила надоедать тебе своими глупыми вопросами? – проворчала я и сделала еще одну попытку отобрать телефон. Снова неудача! Кажется, единственный шанс вернуть мою собственность – схватиться за руль и загнать машину в кювет. Я смиренно вздохнула и отвернулась к окну, сделав вид, что что-то высматриваю.

– Надулась? Какая капризная, – сказал Лео и положил мобильник мне на колени.

– Но, Лео, ты же понимаешь, что я ничего не знаю о вашем секретном ордене! И все равно продолжаешь насмехаться надо мной, бросаясь разными иностранными терминами.

Итальянец заметно сбросил скорость и внезапно ушел в боковое ответвление, нырнув в темный зев широкого туннеля. Следующие несколько минут мы ехали молча.

– Va bene, слушай, – выдохнул Лео. – Рубиновая Табула – рубиново-красная каменная табличка. На ней высечен древний текст. Поэтому ее так и называют. С латыни слово «tabula» переводится как «доска». Так вот, текст Табулы состоит из двенадцати стихов, написанных Гадесом Пантамегистосом, – Леопольдо бросил на меня короткий взгляд и многозначительно поднял бровь. Я кивнула, стараясь запомнить услышанное.

– Гадес Пантамегистос – это мифическая фигура, полубог. Долгое время люди верили в легенды, связанные с ним. Сегодня мнения расходятся – многие сомневаются. Но факт остается фактом – магическая рубиновая Табула действительно существует. Ее тайны – не глупые выдумки фанатиков.

Ну и мрак! Я почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Полубоги… мистика… магия… какая-то каменная табличка. Мои мысли сплелись в бесформенный разноцветный клубок. Я задумчиво прижала палец к губам и невольно засмотрелась на сосредоточенное лицо итальянца. Ведет себя нахально, но все еще нравится мне. Из груди вырвался громкий печальный вздох.

– Какие тайны? – шепотом спросила я.

– На первый взгляд, стихи Пантамегистоса сформулированы довольно расплывчато, суть остается скрытой, однако… посвященные могут читать между строк. Могущественная сила была дана им. В старом они меняли новое, а в новом меняли старое. Они не смогли подчинить время, поэтому сейчас время правит ими, – процитировал Лео. – На Табуле трижды подчеркнута одна-единственная строка: И вчера, и сегодня.

Я мысленно прокрутила в голове слова итальянца, пытаясь осознать смысл сказанного. Мне казалось, что я слышу, как скрипят шестеренки в моей собственной голове, пока я пытаюсь прийти к выводу. Менять новое… подчинить время… и вчера и сегодня – ну конечно!

– В стихе говорится о путешествии во времени! Это главный секрет рубиновой Табулы! – вскрикнула я.

Леопольдо одобрительно рыкнул.

– Giusto. Но это еще не все. Рубиновая Табула – это не просто инструкция, по которой можно следовать, чтобы стать путешественником во времени.

– Нет? – промямлила я.

– Дай мне договорить! Каждый может прочесть стихи на рубиновой Табуле и даже интерпретировать их. Но вот действительно полезной она может быть только для избранных.

У меня закружилась голова. Столько всего еще предстоит узнать, а главное – понять!

– Полезной? В смысле приносить какую-то выгоду, так? – натуженно спросила я.

Мне никак не удавалось отделаться от чувства, что до сих пор Леопольдо крутился вокруг да около, не переходя к сути. Он рассказывал о происхождении рубиновой Табулы и о том, что ею могли воспользоваться только избранные, но… для чего? Что можно сделать с ее помощью? Добиться вечного мира во всем мире? Наколдовать вековой запас шоколадных конфет?

– Легенда гласит, что табличка, на которой вырезаны стихи, сделана из лазурита aeternitatis. Да-да, снова латынь. «Aeternitatis» означает «вечность». То есть материалом для доски послужил камень вечности.

– Э… камень вечности? Это что-то вроде философского камня? Мне кажется, ты воспринимаешь легенду слишком буквально.

Леопольдо цокнул языком.

– Очевидно же, что никакого философского камня не существует.

– А, ну извините, – ответила я, хлопнув рукой по лбу. – Философский камень – это сказочка для детей, а вот камень вечности, – я потрясла в воздухе кулаком, – он, конечно же, существует! Какая же я идиотка!

– На твоем месте я бы не стал оспаривать приведенные мною факты. Будь серьезнее, Роза. Камень вечности сводит с ума, толкает на безумные поступки. Знаешь, многие люди посвятили его поискам всю свою жизнь. Некоторые из них были жестоко убиты, потому что якобы обладали артефактом.

– Э… но с философским камнем связаны точно такие же мрачные истории, – пробубнила я.

Леопольдо недовольно покачал головой.

– Так, значит, не веришь мне? Впрочем, я и не ожидал, что такая, как ты, воспримет эту особую привилегию всерьез. О чем ты думаешь? Надеешься, что это была веселая разовая прогулочка? Теперь ты навечно связана с орденом, Роза, per sempre! Зодиак у тебя под кожей, он с тобой навсегда! Твои путешествия во времени участятся, метка будет продолжать тянуть тебя в прошлое.

По спине побежали мурашки.

– То есть… тот скачок в средневековую Италию… это может повториться? – растерянно спросила я.

– Именно. Зодиак является частью тебя, теперь твоя жизнь изменится. В корне. Привыкай!

Глава 6

Высокочтимое Тайное Общество рубиновой Табулы

Пронзительный звук тормозов вывел меня из транса. Я так увлеклась собственными мыслями, что совсем не запомнила дороги. Растерянно вертя головой, я поерзала на сиденье. Ну и где же мы? Никогда раньше не была на этой улице. Здесь все как-то не так… хм… даже непохоже на привычный Мюнхен.

Мы остановились в длинном узком переулке, с обеих сторон окаймленном старыми серыми высотками. Разорванные, накладные фронтоны над окнами – лучковые и треугольные – абсолютно не вписывались в архитектуру зданий.

Я неохотно вылезла из машины на ледяной ветер. Вокруг царила звенящая тишина. Городской шум остался где-то за пределами этого серого переулка. Налетевший порыв ветра взъерошил мне волосы, и я сердито откинула их с лица. Мы точно все еще в Мюнхене? Я вытащила из кармана мобильник и недовольно уставилась на экран. Так, из дома мы уехали около двадцати минут. За это время мы успели бы разве что выехать на окраину города, но чтобы покинуть его… мм… понадобилось бы еще минут пятнадцать.

– Где мы? – спросила я.

– Теневая улица, – бросил Лео.

Теневая улица? Никогда о такой не слышала. Что ж, похоже, я попала в самый жуткий район города. Переулок как будто спал, но в воздухе висело ощущение невидимой угрозы. Я шумно выдохнула. Лучше уж сделать крюк, чем бродить по этой жуткой улице.

– Где именно? Непохоже, что мы в центре Мюнхена, – скептично заметила я.

Лео самодовольно хмыкнул.

– Ошибаешься. Если через две улицы свернуть направо, окажешься как раз на зеленом рынке.

Я остановилась как вкопанная и недоверчиво уставилась на итальянца. Это просто невозможно! Я знаю окрестности зеленого рынка как свои пять пальцев! Когда я была ребенком, моя бабушка активно занималась продажей гортензий. После возвращения с дачи мы вместе отправлялись на зеленый рынок, раскладывали товар по витринам небольшого голубенького киоска и весело развешивали цветастые плакаты. Пока бабушка возилась с очередным покупателем, я бродила между рыночными рядами, с интересом разглядывая выставленную на продажу всякую всячину. Исследовав торговый дворик вдоль и поперек, я стала отправляться в более масштабные вылазки. Спустя полгода я выучила все окрестные улочки и даже самые неприметные закутки переулков. Но… как там Лео сказал? Теневая улица? Странно. Впервые о ней слышу.

Итальянец расплылся в глупой улыбке. Ну и зрелище! Может же выглядеть дружелюбно, когда захочет!

– Теневую улицу могут видеть все хранители времени. Она показывается только тому, кто ее ищет. В общем, Роза, это место обладает особой древней магией, которая укрывает волшебство от любопытных человеческих глаз, – пожал плечами Лео.

– Ого! Прямо как в Гарри Поттере! – пропищала я.

– Ну… почти, только никаких палочек и летающих метел.

Я нервно закусила губу. Гарри Поттер – одна из моих любимых книг, так что я всегда мечтала окунуться в загадочный мир волшебства. Неужели это действительно случится? И почему вместо добряка великана Хагрида за мной явился этот змей? Я недовольно покосилась на Лео.

– Пойдем, – Лео призывно махнул рукой, резко развернулся и уверенно направился вглубь переулка.

Я нерешительно последовала за итальянцем. Сторона фасадов выглядела молчаливой и пустынной. Стоп! А куда подевались все окна и двери? Еще одна гигантская странность. Я тряхнула головой, сбрасывая наваждение, сфокусировалась на темном силуэте Лео и постаралась не отставать.

Лео ускорил шаг, и мне пришлось перейти на легкий бег. Цок-цок. Звук наших каблуков пронесся по глухому переулку, заставив ожить мертвую тишину.

Вскоре стены начали сужаться, и, наконец, мы уперлись в подобие какого-то языческого храма. Массивные колонны уходили ввысь, и на их мощных плечах лежали потемневшие от времени покрытия и сводчатые арки, украшенные кессонами. На фронтоне храма по краям сидели две мраморные горгульи.

Лео вихрем взлетел по лестнице, скользнул в одну из арок и толкнул плечом массивную дверь. Я последовала за итальянцем. Мы вошли в огромный круглый холл, в центре которого оказалась огромная винтовая лестница. Наши шаги разносились эхом по зданию, но больше не было слышно никаких звуков. Среди жуткой тишины раздался удар часов. Я вздрогнула и обернулась. Надо же, гигантские медные часы! Наверное, они, по меньшей мере, метров пять в высоту! Подойдя ближе, я внимательно всмотрелась в кучу нарисованных символов.

По краю циферблата шли какие-то надписи, а вместо чисел были изображены зодиакальные знаки. Невероятно! Вон Лев, а это точно Овен! Хм… а это что такое? Неужели макеты планет? Звезды перемешаны в кучу… нет, стоп, они образуют созвездия? В центре часов сверкнул драгоценный камень. Рубин? Точно рубин.

Я изумленно открыла рот, продолжая пялиться на сложную конструкцию.

– Avanti[2], – проворчал Леопольдо, уже поднимаясь по винтовой мраморной лестнице. Казалось, итальянец вообще не заметил гигантской, невероятной красоты и сложности конструкции, которая полностью захватила мое внимание. Ну, или ему было все равно. Может быть, Лео видит эти часы каждый день по несколько раз? Я тяжело вздохнула и неохотно поплелась вверх по ступеням.

Лестница закончилась просторным помещением, уставленным стеллажами, книжными шкафами и мольбертами. Тяжело дыша, я схватилась за бок. Лео недовольно фыркнул и продолжил идти, не сбавляя темп. Или он действительно сильно торопится, или просто издевается над моим нетренированным телом. Как насчет передышки? Я бы с удовольствием задержалась внизу на первом этаже… а впрочем, мы могли бы притормозить и на втором. Куда мы, собственно, бежим? Далеко ли еще? Я на сто процентов уверена, что мы уже внутри загадочного рубинового штаба. Так, и что же дальше? Кто меня ждет? От нервов живот скрутило в тугой узел, пришлось бороться с непонятной тошнотой. В голове возникли темные образы людей в капюшонах, которые хотят проверить мою пригодность к путешествиям во времени и поэтому задают миллионы вопросов. Ноги подкосились. Я ведь ничего о них не знаю! Ни-че-го! Не смогу ответить ни на один вопрос и что тогда?

Поглощенная паническими мыслями, я даже не заметила, когда мы успели покинуть помещение с книжными шкафами и сколько раз свернули. Извилистые коридоры сменяли друг друга. Это не просто штаб, это целый дворец! Вдруг Лео резко остановился и приподнял руку.

Я облегченно выдохнула и прислонилась спиной к холодной стене. Слава богу, мы, наконец, добрались до цели – массивной деревянной двери. Леопольдо подошел к ней вплотную и постучал, схватившись за старомодное металлическое кольцо. Стук эхом разнесся по коридору, и в ответ что-то тихонько зашуршало.

Через несколько минут дверь приоткрылась, и в проеме появилась кудрявая мужская голова. Незнакомец бросил на нас беглый и подозрительный взгляд, и его молодое веселое лицо на мгновение стало серьезным. Он сделал несколько шагов назад и позвал нас внутрь приглашающим жестом.

Мы с Лео вошли в просторный кабинет, который разительно отличался от остальных помещений в штабе: дорогая резная мебель из красного дерева, статуэтки, зеркала, пушистые узорчатые ковры, жарко растопленный камин. Все стены были увешаны фотографиями, картами, чертежами и портретами каких-то людей. От разнообразия форм и расцветок полотен у меня закружилась голова. Под высоким потолком висел большой декоративный канделябр с электрическими лампочками в виде пламени свечи.

Я инстинктивно шагнула вперед, но тут же остановилась, с сомнением глядя на худощавого, элегантно одетого мужчину в кресле.

Это же… профессор Киппинг? Я удивленно моргнула несколько раз и нахмурилась. Да ну, быть такого не может! Крепко зажмурившись, я встряхнула головой, пытаясь отогнать видение. Однако когда я открыла глаза, то обнаружила старика Киппинга на том же месте. Мой учитель преспокойно сидел в мягком кресле, склонившись над лакированным столом, и что-то увлеченно чертил. Его очки съехали на самый кончик носа, что придавало профессору немного комичный вид, не слишком гармонирующий с его общим светским обликом.

Признаюсь, я бы удивилась гораздо меньше, увидев здесь Дональда Трампа.

Профессор Киппинг связан с мистическим орденом? Он что-то знает о путешествиях во времени? Это его Лео называл настоятелем? Не могу поверить!

Вампир, наконец, оторвался от чертежей и медленно поднялся из-за стола. Он лениво подошел к нам, протянув руку в приветствии. Не отрывая любопытного взгляда от моего лица, старик Киппинг потряс руку Лео. Я скосила глаза вниз. Удивительно, видимся с ним чуть ли не каждый день, а он разглядывает меня так, будто мы только что познакомились.

– Невероятно, – сказал профессор, довольно потирая руки. – Это она? Водолей? – спросил Киппинг, и его внимательный взгляд скользнул по лицу Лео и вдруг выжидательно замер на нем.

Итальянец молча кивнул.

– Дорогая мисс Грифиус, какая радость! – закашлялся профессор, протягивая ко мне руки. Вампир сжал мои плечи и весело закивал.

– Идемте, идемте! Садись, дорогая! И вы тоже, Леопольдо, – затараторил Киппинг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

«Имя розы» (итал.).

Вернуться

2

Вперед (итал.).

Вернуться