Дмитрий Щедровицкий
Сдвинутый светильник. Переосмысление ключевых евангельских событий

© Д. В. Щедровицкий, 2021

© Оформление «Теревинф», 2021

* * *

А если не так, скоро приду к тебе и сдвину светильник твой с места его…

Откровение Иоанна 2, 5

«Не Иосифов ли это сын?..»

Вступление

Наше исследование посвящено тому пониманию родословия Иисуса, которое бытовало в среде первых его последователей. Это понимание разительно отличалось от позднейшей («посленикейской») догматики, к которой восходят теория и практика почти всех современных христианских конфессий. Как известно, традиционное толкование первой главы Евангелия от Матфея легло в основу вероучения о богочеловеческой природе Иисуса, которое подробнейшим образом разрабатывалось, обсуждалось, оттачивалось на последующих Вселенских соборах. Именно содержание этой главы было также и основным пунктом разногласий между христианскими и иудейскими участниками средневековых религиозных диспутов.

Наша цель – всмотреться повнимательнее в те интерпретации евангельского текста, которые предлагались христианами в самый первый период существования Церкви как таковой.

Часть 1. Рождение Иисуса согласно евангелиям

Неожиданная находка

В 1892 году две сестры – благородные дамы из Кембриджа, путешественницы, знатоки древних языков и искательницы рукописных сокровищ – Агнес Смит Льюис и Маргарет Данлоп Гибсон обнаружили в монастыре Св. Екатерины на Синае раннюю рукопись Четвероевангелия на арамейском языке. Исследователи относят эту рукопись к IV веку. В отличие от общеизвестного греческого текста, найденный манускрипт содержит необычный вариант стиха Матф. 1, 16:

…Иосиф, с которым была обручена дева Мария, родил Иисуса, называемого Христом.

Сравним с текстом каноническим:

…Иаков родил Иосифа, мужа Марии, от которой родился Иисус, называемый Христос. (Матф. 1, 16)

Таким образом, найденный пергамент содержит однозначное утверждение о том, что Иосиф является физическим отцом Иисуса Христа! Немудрено, что Агнес Смит Льюис, которая продолжила изучение рукописи, прочитав приведенный вариант стиха, была необычайно изумлена и даже крайне огорчена тем, что нашла такой «источник ереси», ведь она была глубоко верующей христианкой, прихожанкой Англиканской церкви.

Сведения о вновь найденном тексте широко распространились в печати, им занялись специалисты. Дело в том, что этот текст мог оказаться ближе к семитскому (древнееврейскому или арамейскому) оригиналу, нежели греческий перевод. Следует иметь в виду и возраст рассматриваемого манускрипта: он является одним из древнейших среди сохранившихся новозаветных рукописей.

Через некоторое время сама Агнес Смит Льюис присоединилась к мнению тех исследователей, которые предложили понимать приведенный вариант стиха в русле сложившейся церковной традиции – как указание не на физическое отцовство Иосифа, а на «отцовство духовное». Эта точка зрения подразумевает наследование Иисусом всей предыдущей библейской истории благодаря символической генеалогии, связывающей его с Иосифом. Приняв упомянутую точку зрения, благородная дама-первооткрывательница манускрипта успокоилась, восстановив душевное равновесие. Ведь дальнейший текст Евангелия в данной рукописи, как и во всех традиционных текстах, гласил:

Рождество Иисуса Христа было так: по обручении матери его Марии с Иосифом, прежде нежели сочетались они, оказалось, что она имеет во чреве от Духа Святого. (Матф. 1, 18)

Казалось бы, общепринятое понимание текста Матф. 1, 16 и в нашем манускрипте полностью подтверждается приведенным стихом. Однако же именно то, что «успокоило совесть» глубоко верующей англичанки, вызывает неизбежный вопрос у непредубежденного исследователя – как же могли и переписчик текста, и его читатели совмещать в своем сознании два взаимно противоречивых утверждения? —

1. Физическим отцом Иисуса был Иосиф (Матф. 1, 16).

2. Иисус был рожден от Святого Духа (Матф. 1, 18).

Ответу на этот вопрос мы и посвятим дальнейшее исследование.

Праведность Иосифа

Одно из традиционно принятых именований Иосифа, мужа Марии, – Иосиф Праведный. Ведь после сообщения

…Оказалось, что она имеет во чреве от Духа Святого. (Матф. 1, 18),

текст Евангелия продолжается так:

Иосиф же, муж ее, будучи праведен и не желая огласить ее, хотел тайно отпустить ее. (Матф. 1, 19)

Попытаемся понять связь и смысл событий. В чем состояла праведность Иосифа? Греческое слово δικαιος <ди́кайос> – перевод древнееврейского קידצ <цади́к>, «праведник», и обычно обозначает человека, полностью соблюдающего заповеди Закона Божьего (Торы). В данном случае, при обнаружении «незаконной беременности» обрученной ему женщины, Иосиф должен был бы поступить согласно следующей заповеди:

Если будет молодая девица обручена мужу и кто-нибудь встретится с нею в городе и ляжет с нею,

То обоих их приведите к воротам того города и побейте их камнями до смерти: отроковицу за то, что она не кричала в городе, а мужчину за то, что он опорочил жену ближнего своего; и так истреби зло из среды себя. (Втор. 22, 23–24)

Из процитированных слов Торы мы видим, что по отношению к прелюбодеянию обручение (заключение традиционного добрачного договора между женихом и невестой) было приравнено к браку. Измена обрученной женщины каралась так же, как измена вступившей в брак. Согласно древней традиции, от обручения до бракосочетания проходило обычно не менее года, и поэтому беременность Марии должна была обнаружиться как раз в период между ее обручением и началом жизни в браке.

Итак, будучи праведным по Торе, Иосиф был бы обязан публично огласить положение Марии и предать ее еврейскому суду («малому Синедриону», действовавшему во всех местах с более-менее значительным еврейским населением на территории Иудеи). Почему же он так не поступил?

Дело в том, что существовало и иное представление о праведности. Считалось, что истинный праведник может в некоторых случаях и «превосходить меру суда», проявляя «преизбыток милосердия». Такое милосердие имело целью спасение жизни, здоровья, чести окружающих. Но если Иосиф являл именно такой вид праведности, то, не желая осуждения и смерти своей невесты, как он должен был себя повести? Допустим, он мог бы «покрыть грех» Марии, вступить с ней в брак и назваться отцом младенца. Но это привело бы к появлению незаконнорожденного ребенка в благочестивом потомстве царя Давида, что противоречило Божьей заповеди, ведь незаконнорожденный, да и все его потомство, «не может войти в общество Господне»:

Сын блудницы не может войти в общество Господне, и десятое поколение его не может войти в общество Господне. (Втор. 23, 2)

Теперь рассмотрим последствия того шага, который, согласно традиционному пониманию текста, намеревался сделать Иосиф, прежде чем ему явился ангел Господень (Матф. 1, 20–24). Еще не зная о своей невесте, что

…Родившееся в ней есть от Духа Святого… (Матф. 1, 20),

Иосиф собирался проявить «преизбыток милосердия» следующим образом:

…Не желая огласить ее, хотел тайно отпустить ее. (Матф. 1, 19)

Однако «тайно отпустить» беременную женщину было возможно лишь на недолгое время: «тайна» быстро открылась бы, и женщина была бы настоятельно спрошена, чьего ребенка она в себе носит. Соблюдающие Тору и нередко поименно знающие друг друга жители небольших галилейских поселений в любом случае постарались бы выведать, кто же отец ребенка, и Мария приобрела бы репутацию блудницы. Очевидно, что описанный поступок Иосифа в лучшем случае навлек бы на Марию неизгладимый позор и преследования, а в худшем – самосуд толпы, вплоть до побиения камнями (ср. Иоан. 8, 3–7). Трудно представить, что праведный Иосиф желал для Марии такой судьбы…

Итак, воспринимая сообщение о «беременности Марии от Святого Духа» буквально, мы оказываемся в кругу неразрешимых противоречий.

Значения слова «чрево» в Священном Писании

В первой главе Евангелия от Матфея о Марии сказано:

…Оказалось, что она имеет во чреве от Духа Святого. (Матф. 1, 18)

Об этом же говорится и далее – устами ангела:

…Ибо родившееся в ней есть от Духа Святого… (Матф. 1, 20)

Исходя из формы, в которой излагается данное известие в обоих случаях, можно сделать вывод, что «иметь во чреве от Духа Святого» – состояние в те времена достаточно известное. Эти слова никак не комментируются, а значит, подразумевается, что данный образ читателям уже знаком. Такой вывод может показаться необычным, ведь согласно традиционному пониманию текста речь идет о событии, уникальном во всей библейской, да и всемирной истории!

Ища пояснения, посмотрим, какие значения придаются слову «чрево» в Священном Писании.

Греческое слово γαστηρ <гастэ́р> – «чрево», «утроба» – соответствует древнееврейскому העמ <меэ́> – «внутренности», «недра», «нутро», «чрево». Однако в Писании это слово может не только иметь буквальное значение, но и означать «внутреннего человека» – нашу душу, наш внутренний мир. Например:

…Я желаю исполнить волю Твою, Боже мой, и Закон Твой у меня в сердце. (Пс. 39, 9)

– словом «сердце» передано древнееврейское יעמ <мэа́й> – «чрево мое», «недра мои».

Даже «внутреннее состояние» Самого Всевышнего описывается пророком так:

Не дорогой ли у Меня сын Ефрем? не любимое ли дитя? ибо, как только заговорю о нем, всегда с любовью воспоминаю о нем; внутренность Моя возмущается за него; умилосержусь над ним, – говорит Господь. (Иер. 31, 20)

Здесь «внутренность Моя» – перевод все того же древнееврейского мэай – «чрево мое».

Подобно этому и выражение из Книги Иова

Мои внутренности кипят и не перестают… (Иов. 30, 27),

также содержащее в оригинале слово мэай, может быть понято только в переносном смысле: конечно, речь идет о душевном волнении, о внутреннем переживании, а не о буквальном «кипении» физического чрева.

Дважды повторенная в Притчах Соломоновых сентенция

Слова наушника – как лакомства, и они входят во внутренность чрева. (Прит. 18, 8 и 26, 22)

тоже, конечно, имеет переносный смысл, ведь «слова наушника» входят не в физическое «чрево», но в душу, во внутренний мир человека. Заметим, что в последних двух случаях употреблено уже другое древнееврейское выражение: ןטב־ירדח <хадре́й-ва́тен>, буквально «комнаты утробы».

То же слово ןטב <бэ́тен> (в предыдущем примере в форме ватен) – «чрево», «нутро» – употреблено в речи Елифаза из Книги Иова:

…Станет ли мудрый отвечать знанием пустым и наполнять чрево свое ветром палящим,

Оправдываться словами бесполезными и речью, не имеющею никакой силы? (Иов. 15, 2–3)

Понятно, что и здесь под «чревом» подразумевается внутренний мир человека, душа, в которой возгорается гнев («ветер палящий»).

Еще одно древнееврейское слово, применяемое в значении «чрево», «внутренности», – ברק <кэ́рев> (может быть, родственное русскому «чрево»). Это слово также употребляется иногда в переносном смысле, означая «внутреннюю жизнь»:

Сердце чистое сотвори во мне, Боже, и дух правый обнови внутри меня. (Пс. 50, 12)

«Внутри меня» – в оригинале יברקב <бэ-кирби>́, что буквально означает «во чреве моем».

Также и в другом псалме:

Изыскивают неправду, делают расследование за расследованием даже до внутренней жизни человека и до глубины сердца. (Пс. 63, 7)

«До внутренней жизни» – так переведено словосочетание שיא ברקו <вэ-кэ́рев иш> – «и чрево человека».

Слово кэрев употребляется и в параллель к мэай – в значении «чрево», «утроба»:

Оттого внутренность моя стонет о Моаве, как гусли, и сердце мое – о Кирхарешете. (Ис. 16, 11)

Здесь «внутренность моя» – мэай, а выражением «сердце мое» переведено кирби (притяжательная форма от кэрев).

Слово кэрев может использоваться и в значении «мысль», «убеждение», внутренне присущие человеку:

В мыслях у них, что дома их вечны и что жилища их в род и род, и земли свои они называют своими именами. (Пс. 48, 12)

«В мыслях» – так передано слово оригинала םברק <кирба́м>, буквально «внутренности их», «утробы их».

Кэрев, «чрево», может употребляться и в параллель к слову «душа»:

Благослови, душа моя, Господа, и вся внутренность моя – святое имя Его. (Пс. 102, 1)

В оригинале множественное число: יברק־לכ <коль кэрава́й>, «все внутренности мои». Разумеется, и здесь имеется в виду не физиологическое «чрево», но внутренний мир человека, конкретно – восторженное состояние его души.

Не обладая оригиналом Евангелия от Матфея на древнееврейском языке, мы не можем с точностью сказать, какое именно из перечисленных выше слов передано в греческом тексте как γαστηρ <гастэ́р> – «чрево». Но, как мы видели, каждое древнееврейское слово с подобным значением может подразумевать также и «внутреннего человека» – мир мыслей, чувств, желаний.

«Потоки воды живой»

Как мы упомянули выше, оба сообщения о том, что Мария «имеет во чреве от Духа Святого» (Матф. 1, 18 и 20), адресованы тем, кто на основе Священного Писания хорошо понимал о чем идет речь.

Например, о связи понятий о Духе Святом и о «чреве» (в значении «внутреннего мира») свидетельствует следующий новозаветный текст:

В последний же великий день праздника стоял Иисус и возгласил, говоря: кто жаждет, иди ко мне и пей.

Кто верует в меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой.

Сие сказал он о Духе, Которого имели принять верующие в него: ибо еще не было на них Духа Святого, потому что Иисус еще не был прославлен. (Иоан. 7, 37–39)

Описанное событие происходило в праздник Кущей – ср. Иоан. 7, 2–14. «Последний великий день праздника» – это день восьмой, традиционно именуемый Шмини Ацерет – «восьмой заключительный» (см. Лев. 23, 39–43).

В праздник Кущей в иерусалимском Храме происходило традиционное возлияние воды на алтарь Господень. Воду в золотых и серебряных кувшинах приносили юноши и девушки, черпая ее из источника Силоам близ Иерусалима и передавая первосвященнику для возлияния на жертвенник. Эта вода символизировала «излияние души» всего народа пред Господом:

Народ! надейтесь на Него во всякое время; изливайте пред Ним сердце ваше: Бог нам прибежище. (Пс. 61, 9)

Этой традиционно изливаемой на алтарь воде Иисус уподобляет благодать Святого Духа, которая «потечет из чрева» верующих в него. Конечно, имеется в виду обитание Духа Святого во «внутреннем человеке». Подобный же образ «воды живой», символизирующей Дух Божий, Иисус употребляет и в беседе с самарянкой:

…Если бы ты знала дар Божий и кто говорит тебе: дай мне пить, то ты сама просила бы у него, и он дал бы тебе воду живую.

<…>

…Кто будет пить воду, которую я дам ему, тот не будет жаждать вовек; но вода, которую я дам ему, сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную. (Иоан. 4, 10–14)

Во время праздника Кущей Иисус возвещает, что «реки воды живой», то есть благодать Духа (выражающаяся, очевидно, в особой радости, любви, а также проявляющаяся в молитве и проповеди) – у верующих «потекут из чрева» (Иоан. 7, 38). В данном случае использовано греческое слово κοιλια <койли́а> – «чрево», «живот», восходящее к одному из обозначений «чрева» в древнееврейском языке, о чем мы говорили выше. Таким образом, Дух Святой рассматривается как обитающий «во чреве», то есть «внутри» человека. И хотя на последователях Иисуса (вернее, «в них») «еще не было Духа» (там же, ст. 19), но представление о том, что в пророках и праведниках Дух Божий обитает, как в своих жилищах, было свойственно библейскому мировоззрению с самых ранних времен.

Обитание Духа в людях

Согласно многим свидетельствам Писания, Дух Святой не только сходил на избранников Божиих (см., например, Числ. 11, 25–26), но и обитал, жил в них.

Так было с Иисусом Навином:

И сказал Господь Моисею: возьми себе Иисуса, сына Навина, человека, в котором есть Дух, и возложи на него руку твою… (Числ. 27, 18)

В предсмертной речи царя Давида звучат такие слова:

…Дух Господень говорит во мне, и слово Его на языке у меня. (II Цар. 23, 2)

Дух Божий входил в пророка Иезекииля и направлял его действия:

И когда Он говорил мне, вошел в меня Дух и поставил меня на ноги мои, и я слышал Говорящего мне. (Иез. 2, 2; ср. 3, 24)

В будущем исполнится обетование Господне о том, что Дух Его войдет во всех сынов Израиля:

Вложу внутрь вас Дух Мой и сделаю то, что вы будете ходить в заповедях Моих и уставы Мои будете соблюдать и выполнять. (Иез. 36, 27; ср. 37, 14)

Пророк Даниил был известен в Вавилоне тем, что в нем обитал Дух святого Бога. Царь Навуходоносор обращается к нему с такими словами:

…Я знаю, что в тебе Дух святого Бога, и никакая тайна не затрудняет тебя; объясни мне видения сна моего, который я видел, и значение его. (Дан. 4, 6; ср. 4, 15; 5, 11 и 14)

Итак, Дух Святой обитал внутри пророков и праведников, наполняя их внутренний мир:

И Иисус, сын Навин, исполнился Духа премудрости, потому что Моисей возложил на него руки свои… (Втор. 34, 9)

Обитал же Дух именно «во чреве», то есть внутри человека. В Иез. 36, 27 употреблено слово םכברקב <бэкирбехе́м> – «во чреве вашем»: здесь кэрев – «чрево», «внутренность» – указано как место обитания в людях Божьего Духа; в параллельном стихе Иез. 37, 14 значится םכב <бахэ́м> – «в вас». В Ис. 63, 11 Святой Дух назван живущим «во чреве» (ברקב <бэ-кэ́рев>) Моисея (в Синодальном переводе – «в сердце»):

…Где Тот, Который вложил в сердце [бэ-кэрев] его [Моисея] Святого Духа Своего?.. (Ис. 63, 11)

В Новом Завете это древнейшее библейское воззрение отражено многократно. Так, своим ученикам Иисус обещает:

Когда же будут предавать вас, не заботьтесь как или что сказать, ибо в тот час дано будет вам что сказать,

Ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас. (Матф. 10, 19–20)

Павел с особенной силой говорит об обитании Духа в верующих:

Если же Дух Того, Кто воскресил из мертвых Иисуса, живет в вас, то Воскресивший Христа из мертвых оживит и ваши смертные тела Духом Своим, живущим в вас. (Римл. 8, 11)

Он прямо называет верующих «Храмом Духа Божьего», в них живущего:

Разве не знаете, что вы Храм Божий, и Дух Божий живет в вас? (I Кор. 3, 16; ср. 6, 19; II Кор. 6, 16)

Заметим, что в некоторых текстах Нового Завета местом обитания Господнего Духа именуется не «чрево», но «сердце»:

…А надежда не постыжает, потому что любовь Божия излилась в сердца наши Духом Святым, данным нам. (Римл. 5, 5)

Таким образом, и «чрево», и «сердце» в библейской метафорике символизируют наш внутренний мир, как, например, в пророчестве Иеремии:

Но вот завет, который Я заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь: вложу Закон Мой во внутренность их [бэ-кирба́м], и на сердцах их [аль-либа́м] напишу его, и буду им Богом, а они будут Моим народом. (Иер. 31, 33)

«Она имеет во чреве от Духа Святого»

Сказанное выше подводит нас к вопросу: какой смысл в глазах ранних последователей Иисуса могло иметь сообщение евангелиста относительно Марии, будущей матери Иисуса? —

…Она имеет во чреве от Духа Святого. (Матф. 1, 18)

Если, как мы видели из целого ряда ветхозаветных примеров и из проповеди Иисуса в праздник Кущей, возможность обитания Духа Святого «во чреве» (во внутреннем мире) человека была известна на рубеже новой эры в среде носителей пророческой традиции (мистиковессеев и др.), то почему сказанное о Марии должно восприниматься как исключение из этого правила? Несомненно, и ранние последователи Иисуса могли и, более того, должны были воспринимать слова евангелиста Матфея именно и только как указание на обитание Духа Святого «во чреве», то есть «внутри», Марии. Ни о каком ребенке «во чреве» ее здесь еще не говорится!

Вспомним в этой связи утверждение Иисуса в его беседе с Никодимом:

Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух. (Иоан. 3, 6)

От Божьего Духа рождается не «плоть» человека, но возрождается дух его! По учению Павла,

Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы – дети Божии. (Римл. 8, 16)

Метафора «рождения», или «возрождения», духа человеческого от Духа Божия пронизывает целый ряд новозаветных текстов.

Так, в упомянутой беседе Иисуса с Никодимом говорится о «рождении свыше», необходимом каждому, кто хочет войти в Царствие Божие:

…Если кто не родится свыше, не может увидеть Царствия Божия. (Иоан. 3, 3)

Именно в терминах «родиться», «рожденное» обсуждается этот вопрос далее:

Никодим говорит ему: как может человек родиться, будучи стар? неужели может он в другой раз войти в утробу матери своей и родиться? (Иоан. 3, 4)

В ответ Иисус настаивает на необходимости получить новую – духовную жизнь, пережить духовное рождение:

…Истинно, истинно говорю тебе, если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие. (Иоан. 3, 5)

В первом своем утверждении (ст. 3) о необходимости «родиться свыше» Иисус говорит, что не переживший этого состояния «нового рождения» не может «увидеть Царствия Божия». Далее (ст. 5) он продолжает: тот, кто не может даже увидеть, тем более не в силах будет вступить в это Царствие.

Поясняя смысл «нового рождения», Учитель приводит образ, уже упомянутый нами:

Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Духа есть дух. (Иоан. 3, 6)

– и добавляет, что учение о духовном рождении не должно вызывать удивления у человека мудрого, посвященного в тайны Божьи:

Не удивляйся тому, что я сказал тебе: должно вам родиться свыше. (Иоан. 3, 7)

Иисус описывает и признаки, которыми сопровождается процесс духовного рождения, – человек начинает «слышать голос Духа»:

Дух дышит где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа. (Иоан. 3, 8)

В этих словах духовное рождение сопоставляется с рождением физическим, ведь новорожденный младенец слышит, например, голос матери, но не понимает еще, «откуда приходит и куда уходит» этот голос. Вспомним также в данной связи, что שדק חור <Ру́ах Ко́деш>, Дух Святой, в древнееврейском языке женского рода и, следовательно, может сопоставляться с «духовной Матерью» возрожденного человека. В одном из новозаветных апокрифов Иисус прямо называет Святой Дух своей матерью: «Моя Мать – Святой Дух…»

И лишь по мере духовного «взросления» стяжавший Святого Духа начинает понимать «откуда приходит» и «куда уходит» Дух Божий:

Всякий питаемый молоком несведущ в слове правды, потому что он младенец;

Твердая же пища свойственна совершенным, у которых чувства навыком приучены к различению добра и зла. (Евр. 5, 13–14)

Ту же метафору духовного рождения встречаем в Первом послании Петра:

Послушанием истине чрез Духа очистив души ваши к нелицемерному братолюбию, постоянно любите друг друга от чистого сердца,

Как возрожденные не от тленного семени, но от нетленного, от слова Божия, живого и пребывающего вовек. (I Петр. 1, 22–23)

…Как новорожденные младенцы, возлюбите чистое словесное молоко, дабы от него возрасти вам во спасение… (I Петр. 2, 2)

Таких людей, которые не только получили физическую жизнь от земных родителей, но и «родились свыше» от Духа Господня, апостол Иоанн именует истинными последователями Иисуса – детьми Божьими:

А тем, которые приняли Его, верующим во имя Его, дал власть быть чадами Божиими,

Которые не от крови, не от хотения плоти, не от хотения мужа, но от Бога родились. (Иоан. 1, 12–13)

Как видим, и здесь духовное рождение противопоставляется телесному.

Все это так. Но ведь о самой Марии сказано, что она «…имела во чреве от Духа…», а не «Духа»? Однако подобное выражение характерно для целого ряда мест Писания. Дух Божий вездесущ и наполняет Вселенную, поэтому человек получает «от Него». Например, Бог говорит Моисею о старейшинах, которые будут даны ему в помощь для управления народом:

Я сойду и буду говорить там с тобою, и возьму от Духа, который на тебе, и возложу на них, чтобы они несли с тобою бремя народа, а не один ты носил. (Числ. 11, 17)

Да и сам Иисус в беседе с Никодимом трижды употребляет тот же оборот речи:

…Если кто не родится от воды и Духа, не может войти в Царствие Божие… Рожденное от Духа есть дух… Так бывает со всяким, рожденным от Духа. (Иоан. 3, ст. 5, 6 и 8)

Такую же фигуру речи применяет и Петр, говоря о «возрожденных не от тленного семени, но от нетленного, от слова Божия» (I Петр. 1, 23).

Брак Иосифа и Марии

Сказанное выше о том, что Мария «имеет во чреве» не младенца, но «от Духа Святого», то есть что она – пророчица, «внутри» которой, как и «во чреве» других библейских пророков-избранников Божьих, живет Святой Дух, подтверждается описанием встречи Марии с ее родственницей Елисаветой в Евангелии от Луки.

Во время этой встречи Мария пророчествует, будучи движима Духом Святым (Лук. 1, 46–55). Она предрекает, что все будущие поколения будут «ублажать», то есть восхвалять ее как мать Мессии:

…Ибо отныне будут ублажать меня все роды;

Что сотворил мне величие Сильный, и свято имя Его… (Лук. 1, 48–49)

Пророчество это исполняется постоянно – с тех самых пор и доныне; за два минувших тысячелетия в каждом поколении («роде») великое множество людей «ублажало», то есть признавало «блаженной» (счастливой) и прославляло мать Мессии.

Пророческая песнь Марии во многом напоминает песнь Анны, матери пророка Самуила (I Цар. 2, 1–10), что призвано показать связь между действием Божьего Духа в ветхозаветные и новозаветные времена.

Сказанным весьма убедительно объясняются дальнейшие действия Иосифа-«обручника»:

Иосиф же, муж ее, будучи праведен и не желая огласить ее, хотел тайно отпустить ее. (Матф. 1, 19)

«Огласить» – так переведено греческое δειγματισαι <дейгмати́сай>, означающее «обличить», «ославить», «опозорить».

О чем здесь говорится? Те действия Духа Божьего, которые проявлялись в молитвах Марии и которых свидетелем стал Иосиф, были ему непонятны или даже казались опасными. Подобную реакцию людей, не посвященных в духовные тайны или не имеющих опыта общения с духовидцами, описывает апостол Павел:

Если вся церковь сойдется вместе, и все станут говорить незнакомыми языками, и войдут к вам незнающие или неверующие, то не скажут ли, что вы беснуетесь? (I Кор. 14, 23)

Таким «незнающим» изображен в Писании первосвященник Илий, который подумал, что молящаяся в его присутствии Анна (будущая мать пророка Самуила) находится в опьянении, и потому сказал ей:

…Доколе ты будешь пьяною? Вытрезвись от вина твоего… (I Цар. 1, 14)

Таким же «незнающим», вплоть до явления ему ангела, оказался и Иосиф, когда услышал непонятное для него «говорение незнакомыми языками» Марии – ее экстатическую, необычную молитву, возможно, переходившую в пророчествование. Праведность Иосифа при этом проявилась очень естественно – в желании «не оглашать» публично то, что представилось ему безумием, не позорить девушку. Он решился «отпустить» ее тихо – вернуть в круг родственников.

И понадобилось вмешательство ангела, чтобы уверить Иосифа: происходящее с его невестой – Божий дар, проявление Духа Святого.

Но когда он помыслил это, се, ангел Господень явился ему во сне и сказал: Иосиф, сын Давидов! не бойся принять Марию, жену твою, ибо родившееся в ней есть от Духа Святого… (Матф. 1, 20)

Греческое выражение παραλαβειν… την γυναικα <паралабе́ин… тен гюнаика́> означает «принять», «взять в жены». Ведь Мария еще не вступила к этому времени с Иосифом в брак, а только была обручена.

Как же понимать, в свете сказанного, слова ангела? —

…Ибо родившееся в ней есть от Духа Святого… (Матф. 1, 20)

«Рожденное (γεννηθεν <геннетэ́н>) в ней» – это как раз то духовное состояние, которое произвел в Марии Дух Божий и которое, как мы видели выше, постоянно сопоставляется в библейской метафорике с «рождением»:

…Рожденное от Духа есть дух. (Иоан. 3, 6)

Такое «рождение» как раз и пережила Мария, о чем ангел и послан был уведомить ее жениха-«обручника».

Дух дышит, где хочет, и голос его слышишь, а не знаешь, откуда приходит и куда уходит: так бывает со всяким, рожденным от Духа. (Иоан. 3, 8)

Именно так и было с Марией… Что же сделал Иосиф, вразумленный во сне ангелом? —

Встав от сна, Иосиф поступил, как повелел ему ангел Господень, и принял жену свою… (Матф. 1, 24)

«Принял» – так передан греческий глагол, означающий, как мы сказали выше, «взять в жены». За таким принятием следует соединение вступивших в брак, рождение детей…

Как известно, Евангелие от Матфея открывается генеалогией Иисуса Христа, его родовым древом:

Родословие Иисуса Христа, сына Давидова, сына Авраамова… (Матф. 1, 1)

При традиционном понимании отношений между «отчимом» Иосифом и его «пасынком» Иисусом эта генеалогия относится только к Иосифу. Непонятно, зачем она вообще названа «родословием Иисуса», если Иосиф – не отец ему. Но ведь Евангелие призвано сообщать истину, возвещать чистую правду. Следовательно, оно и должно начинаться с истинного родословия Иисуса.

Впоследствии, удивляясь необычным дарованиям юного Иисуса, окружающие

…Дивились словам благодати, исходившим из уст его, и говорили: не Иосифов ли это сын? (Лук. 4, 22)

Такой вопрос выражал изумление людей: как это в семье Иосифа-плотника, не отличавшегося духовными способностями (а в действительности хранившего их в глубокой тайне – вспомним явление ему ангелов), мог родиться и вырасти такой духовно одаренный сын?!..

А некоторое время спустя жители Капернаума, в свою очередь пораженные речью Иисуса о «хлебе, сшедшем с небес», тоже вопрошали:

…Не Иисус ли это, сын Иосифов, которого отца и мать мы знаем?.. (Иоан. 6, 42)

Вопрос был вызван той же причиной, что и приведенный в Лук. 4, 22, и имел тот же смысл…

Хорошо известно, что у Иисуса были братья и сестры. И вряд ли есть сколько-нибудь серьезные основания считать их «двоюродными» или «детьми Иосифа от первого брака». Ведь прямо сказано, что все члены семьи Иисуса были связаны самым ближайшим родством:

…Не плотников ли он сын? не его ли мать называется Мария, и братья его Иаков, и Иосий, и Симон, и Иуда?

И сестры его не все ли между нами?.. (Матф. 13, 55–56)

В Евангелии от Луки Иосиф, как и Мария, дважды назван родителем Иисуса:

…И, когда родители принесли младенца Иисуса, чтобы совершить над ним законный обряд… (Лук. 2, 27)

Здесь под «законным обрядом» подразумевается выкуп первенца:

…Каждого первенца человеческого из сынов твоих выкупай. (Исх. 13, 13)

Предписывалось доставить первенца в иерусалимский Храм и отдать за него священнику (в данном случае – Симеону Праведному) денежный выкуп, а также принести жертвы (Лук. 2, 22–32). Кстати, описанный обряд выкупа первенца ясно свидетельствует, что Иисус и был первородным сыном Иосифа, а других детей, родившихся прежде Иисуса, у Иосифа не было. Ведь первородство, по Торе, считается по отцу. Из сказанного следует, что братья Иисуса, по завершении его земной миссии возглавлявшие иерусалимскую общину, были рождены Иосифом и Марией после Иисуса. Напомним также, что Иисус назван первенцем в Матф. 1, 25 и Лук. 2, 7.

Родителями Иисуса Иосиф и Мария именуются еще в одном стихе у Луки:

Каждый год родители его ходили в Иерусалим на праздник Пасхи. (Лук. 2, 41)

Найдя в Храме среди учителей «потерявшегося» сына, Мария обратилась к нему с такими словами:

…Чадо! что ты сделал с нами? Вот, отец твой и я с великою скорбью искали тебя. (Лук. 2, 48)

Здесь Иосиф снова назван отцом Иисуса, притом говорит об этом не кто иной, как сама Мария.

Но как тогда нужно понимать следующий рассказ Матфея? —

Встав от сна, Иосиф поступил, как повелел ему ангел Господень, и принял жену свою,

И не знал ее, как наконец она родила сына своего первенца, и он нарек ему имя: Иисус. (Матф. 1, 24–25)

О том, что выражение «принять жену свою» (точнее, «взять в жены») указывает на законный брак со всеми обычными последствиями, мы уже говорили. Но в чем же тогда смысл сказанного: «…И не знал ее, как наконец она родила сына своего…»?

Чтобы разобраться в этом, обратимся к свидетельству знаменитого иудейского историка I века н. э. Иосифа Флавия касательно обычаев ессеев. Описывая разделение ессеев на безбрачных (пользуясь более поздним, уже христианским, термином – «монашествующих») и вступающих в брак, об этих последних Иосиф говорит:

В период беременности своих жен они воздерживаются от супружеских сношений, чтобы доказать, что они женились не из похотливости, а только с целью достижения потомства. («Иудейская война», 2, 13)

Но ведь то, что сообщает Матфей об Иосифе и Марии, в точности соответствует этим сведениям о ессеях! Взяв в жены Марию (в Синодальном тексте: «приняв жену свою»), то есть соединившись с ней и узнав, что она от него забеременела, Иосиф до самого рождения младенца более «не знал ее», исполняя ессейский обычай.

Вообще, в пользу близости «предхристианского» окружения Иисуса к ессеям говорит многое, и существуют серьезные исследования на эту тему. Главное же сходство заключается в признании и «предхристианами», и ессеями продолжающегося – и в их времена – пророчества и необходимости непосредственного, живого общения человека с Богом. Именно в этом состоит одно из основных отличий ессеев как от саддукеев, так и от фарисеев. Первых характеризовало формально-рациональное отношение к Писанию. По некоторым сведениям, часть саддукейства даже не придавала значения книгам Пророков, принимая во внимание только предписания Торы в их исключительно буквальном смысле (что отчасти сближало саддукеев с самаритянами). Фарисеи же утверждали, что пророчество прекратилось еще в начале эпохи Второго Храма (последними пророками считались Аггей, Захария и Малахия).

Ессеи, в противоположность двум вышеназванным направлениям иудейства, были мистиками и харизматами. Они верили в продолжающееся Божественное откровение Израилю и в то, что в их общинах в каждом поколении появляются пророки Господни.

Сравним это их верование с тем обилием боговдохновенных людей, о которых повествуют первые главы Евангелий от Матфея и Луки. Захария (отец Иоанна Крестителя), Иосиф и Мария, а также и пастухи на поле видят ангелов (Лук. 1, 11–20 и 36–37; 2, 8–15; Матф. 1, 20–21). Мария, Захария, Елисавета, Иоанн, Симеон и Анна пророчествуют (Лук. 1, 41–56 и 67–79; 2, 25–38; 3, 2–3). Все эти люди, подобно ессеям, ведут жизнь, насыщенную видениями, откровениями, экстатическими состояниями, духовными озарениями…

На таком фоне вполне естественно, что Иосиф в своих отношениях с супругой следует ессейским правилам и более «не знает» («не познаёт») ее, пока не родится ребенок.

Об «освящении утробы»

Ранние последователи Иисуса, конечно, видели различие между «родившимся [в греческом тексте – в прошедшем времени] в ней [Марии]», то есть «родившимся от Духа Святого» ее внутренним духовным состоянием, «внутренним человеком» (Матф. 1, 20) – и обетованием о будущем рождении Иисуса («родит же сына…»). В греческом тексте «родившееся в ней» (1, 20) – среднего рода, что не согласуется со строем речи, говорящим о младенце мужского пола:

…Родит же сына, и наречешь ему имя Иисус, ибо он спасет людей своих от грехов их. (Матф. 1, 21)

Принесенное ангелом обетование о рождении Спасителя («он спасет людей своих») и побудило Иосифа взять Марию в жены («принял жену свою» – ст. 24) и стать, таким образом, законным отцом Иисуса – тем самым звеном, которое по прямой линии связало Мессию с Давидом и Авраамом, так что к нему полностью и в самом буквальном смысле относятся первые слова Матфея:

Родословие Иисуса Христа, сына Давидова, сына Авраамова. (Матф. 1, 1)

Однако же для принятия святого «семени Давидова», передающегося через Иосифа, материнская утроба Марии нуждалась в особом освящении – и именно об этом освящении сказано: «Она имела во чреве от Духа Святого» (ст. 18). Естество матери, предназначенной произвести на свет посланника Божьего, пророка, согласно Писанию, очищается и освящается особым образом. Так, о зачатии и рождении пророка Иеремии Бог говорит:

…Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя. (Иер. 1, 5)

Здесь употреблены два древнееврейских слова, означающие материнскую утробу: ןטב <бэ́тен> и םחר <рэхем>. Производное от последнего, םימחר <рахами́м>, означает «милосердие», «сострадание», «любовь» – чувство, характеризующее отношение матери к «чаду чрева своего». Этот смысл хорошо передает церковнославянское слово «благоутробие».

Однако возникает вопрос: не означает ли сказанное Иеремии Богом, что именно дух и душа самого пророка были предназначены («познаны») Господом для особой миссии, «освящены» ради его будущей деятельности? Имеет ли отношение эта «освящающая благодать» непосредственно к «чреву», «утробе» матери, родившей пророка?

Уточним это на другом примере.

Матери будущего судьи Израилева Самсона явился ангел и предупредил ее:

…Итак, берегись, не пей вина и сикера и не ешь ничего нечистого;

Ибо вот, ты зачнешь и родишь сына, и бритва не коснется головы его, потому что от самого чрева младенец сей будет назорей Божий, и он начнет спасать Израиля от руки филистимлян. (Суд. 13, 4–5)

Как видим на этом примере, освящение «утробы» матери необходимо – как со стороны ее внутреннего мира (сосредоточенность на будущей миссии ребенка, старание быть достойной облачить во плоть столь великую душу), так и со стороны ее физической природы (воздержание от замутняющих разум напитков и запрещенных видов пищи). Все это нужно для правильного развития в утробе Божьего избранника. Например, об Иоанне Крестителе сказано, что он

…Духа Святого исполнится еще от чрева матери своей… (Лук. 1, 15)

Преемственность от Давида и родословие Марии

Начало, а по сути заглавие первой главы Евангелия от Матфея, говорит о многом:

Родословие Иисуса Христа, сына Давидова… (Матф. 1, 1)

Согласно пророчеству, произнесенному Нафаном, по прямой мужской линии от Давида должен был произойти Мессия – Спаситель:

…Я восставлю после тебя семя твое, которое произойдет из чресл твоих, и упрочу царство его.

Он построит дом имени Моему, и Я утвержу престол царства его навеки.

Я буду ему отцом, и он будет Мне сыном… (II Цар. 7, 12–14)

Относится ли это пророчество только к непосредственному сыну Давида – царю Соломону, который возвел Храм Господень? Соломон, несомненно, был одним из прообразов Мессии – как мирный царь, величайший мудрец и строитель Божьего дома. Но прообразами Мессии, как известно, были многие ветхозаветные патриархи, пророки, праведники. И к Соломону никак не может относиться обетование:

…Я утвержу престол царства его навеки. (II Цар. 7, 13)

Царствование Соломона закончилось с его физической смертью. Если же понимать пророчество как относящееся к целой цепи его потомков-царей, то их правление прервалось Вавилонским пленом, и с тех пор представители Давидовой династии более не вступали на престол.

Навеки будет утверждено только царство Мессии, как предвозвестил ангел Гавриил Марии:

…И вот, зачнешь во чреве, и родишь сына, и наречешь ему имя Иисус.

Он будет велик и наречется сыном Всевышнего, и даст ему Господь Бог престол Давида, отца его;

И будет царствовать над домом Иакова вовеки, и Царству его не будет конца. (Лук. 1, 31–33)

Именно в отношениях между Мессией и Богом как между сыном и Отцом, а также в вечном характере царствования Мессии должно осуществиться обетование Господа Давиду о «семени» (потомке), которое

…Произойдет из чресл твоих… (II Цар. 7, 12)

Однако же ранние последователи Иисуса, воспитанные в иудейской традиции и хорошо разбиравшиеся в Писании, твердо знали, что, согласно Торе, наследство (в том числе и престолонаследие) должно передаваться исключительно по прямой мужской линии – до тех пор, пока у человека имеется мужское потомство. И только при отсутствии наследника-мужчины женщина («дочь») может вступить в права наследия. Повеление об этом было дано еще Моисею относительно дочерей Салпаада, не имевшего сыновей, и это повеление стало заповедью для всех израильтян:

…И сынам Израилевым объяви и скажи: если кто умрет, не имея у себя сына, то передавайте удел его дочери его…

<…>

…И да будет это для сынов Израилевых постановлено в закон, как повелел Господь Моисею. (Числ. 27, 8–11)

Итак, мессианское обетование о «семени Давида» должно было осуществиться по отношению к его прямому потомку по мужской линии:

…Я восставлю после тебя семя твое, которое произойдет из чресл твоих, и упрочу царство его. (II Цар. 7, 12)

В Послании к Римлянам Иисус назван «семенем Давидовым по плоти». Апостол напоминает, что Бог дал обетование

…Через пророков Своих, в святых писаниях,

О сыне Своем, который родился от семени Давидова по плоти

И открылся сыном Божиим в силе, по Духу святыни… (Римл. 1, 2–4)

Павел пишет своему ученику Тимофею, чтобы тот помнил

…Иисуса Христа от семени Давидова, воскресшего из мертвых… (II Тим. 2, 8)

Мы уже сказали, что женщина («дочь») имеет право наследовать (в нашем случае мессианские обетования) только в том случае, если нет мужчины-наследника. Задумаемся: когда «пришла полнота времен» (Гал. 4, 4), то есть наступило время родиться Мессии, был ли у царя Давида прямой потомок по мужской линии? На этот вопрос отвечает само родословное древо Иосифа (Матф. 1, 5–16). Если же Иосиф – прямой потомок Давида в своем поколении, то именно от него и должен был произойти обетованный Мессия!

Теперь рассмотрим права Марии на наследование от Давида: мог ли Мессия, согласно Торе, произойти от нее – без посредства Иосифа?

О генеалогии Марии в новозаветных писаниях говорится только то, что она была родственницей Елисаветы, жены священника Захарии. Ангел Гавриил возвестил Марии:

Вот и Елисавета, родственница твоя, называемая неплодною, и она зачала сына в старости своей… (Лук. 1, 36)

Елисавета же происходила от первосвященника Аарона, брата Моисеева, то есть из колена Левия:

…Был священник из Авиевой чреды, именем Захария, и жена его из рода Ааронова, имя ей Елисавета. (Лук. 1, 5)

По названной линии родства Мария не имела отношения к царю Давиду, происходившему из колена Иуды (Руф. 4, 12 и 18–22; Матф. 1, 3–6).

Однако предположим даже, что по другой линии Мария восходила к царю Давиду (хотя в Евангелии основания для этого мы не находим: оба родословия Иисуса – как у Матфея, так и у Луки – описывают генеалогию Иосифа, а не Марии). Но если бы даже Мария по прямой отцовской линии и происходила от Давида, то и тогда, при наличии у Давида в этом поколении мужского потомка («сына Давидова»), она, согласно Закону Моисееву, не могла быть преемницей мессианского обетования и родить Мессию (см. выше). Не имея права на престолонаследие от Давида, Мария не могла передать это право и своему сыну Иисусу. Такое право она получала, только выйдя замуж за прямого наследника Давида и восприняв от него то самое «семя», к которому и относится пророчество о Мессии!

Благовестие ангела Марии

Возникает такой вопрос: если начало Евангелия от Матфея ранние последователи Иисуса понимали как свидетельство о законном происхождении Мессии по мужской линии от «семени Давидова по плоти» (Рим. 1, 3), то как могло рассматриваться в их среде сообщение Луки о благовестии ангела Марии? Ведь Евангелие от Луки появилось достаточно рано, хотя и несколько позже Благовестия от Матфея (Лук. 1, 1–4). И с содержанием этого евангелия верующие ранней эпохи, конечно же, были знакомы.

Для ответа на этот вопрос вчитаемся в описание благовещения у Луки:

В шестой же месяц послан был ангел Гавриил от Бога в город Галилейский, называемый Назарет,

К деве, обрученной мужу, именем Иосифу, из дома Давидова; имя же деве – Мария. (Лук. 1, 26–27)

Благую весть Марии приносит тот самый ангел Гавриил (в более поздней традиции он именуется по-гречески архангелом, то есть «старшим», или «начальствующим», ангелом), который, явившись в свое время пророку Даниилу, предсказал срок прихода Мессии, его казнь и воскресение (Дан. 9, 24–27). Знаменателен тот факт, что именно ангел, предсказавший Даниилу приход Мессии, был послан и к Марии.

Лука (1, 27) утверждает, подобно Матфею, что именно Иосиф происходил из дома Давидова и что к моменту благовещения Мария была «девой, обрученной Иосифу». Интересно, что у Матфея явившийся Иосифу ангел по имени не назван (Матф. 1, 20–21; 2, 11–20).

Продолжим чтение Луки:

Ангел, войдя к ней, сказал: радуйся, благодатная! Господь с тобою; благословенна ты между женами. (Лук. 1, 28)

В первых словах ангела еще не содержится весть о рождении Иисуса, а только – благословение и «величание» Марии. Ей предвещается особый почет, небывалая слава – в сравнении со всеми другими женщинами; как мы знаем из истории, это пророчество полностью сбылось.

В ответ на благословение Мария смущается, размышляя о смысле сказанного:

Она же, увидев его, смутилась от слов его и размышляла, что бы это было за приветствие. (Лук. 1, 29)

Текст не уточняет, сразу ли поняла Мария, что перед ней ангел. Ее смущение могло быть поначалу связано и с внезапным появлением незнакомого человека. Если же слова «смутилась от слов его» связаны с тем, что Мария опознала в явившемся ей муже ангела, то выходит, что она сочла сказанное непонятным и ею незаслуженным, ведь она еще не совершала ничего такого, за что ее можно было так превозносить. Наименование השא <иша́>, «жена», прилагалось только к замужним женщинам. Мария же была еще только обручена, и слова «благословенна ты между женами» могли смутить ее, еще не понявшую, что она внимает не обычному приветствию, но пророчеству.

…И вот, зачнешь во чреве, и родишь сына, и наречешь ему имя Иисус. (Лук. 1, 31)

Этими словами ангел соотнес изреченное им ранее благословение и «величание» с наступающим событием – зачатием и рождением Иисуса. Заметим: имя младенца было заранее указано как Марии, так и Иосифу:

…Родит же сына, и наречешь ему имя Иисус, ибо он спасет людей своих от грехов их. (Матф. 1, 21)

Поскольку Матфей, по имеющимся историческим сведениям, писал свое евангелие по-еврейски, он подчеркивает значение имени Иисус (עשוהי <Йегошу́а> – «Господне спасение» и עושי <Йешу́а> – «спасение»). Этот смысл был очевиден для каждого носителя древнееврейского языка. Лука же, обращаясь к язычникам, не упомянул о значении имени, но зато привел предсказание ангела о величайшей будущности сына Марии:

Он будет велик и наречется сыном Всевышнего, и даст ему Господь Бог престол Давида, отца его;

И будет царствовать над домом Иакова вовеки, и Царству его не будет конца. (Лук. 1, 32–33)

Интересно, что о сыновстве Иисуса по отношению к Богу здесь сказано:

…Наречется сыном Всевышнего… (ст. 32)

Это предсказание звучит так, словно Иисусу еще только предстоит стать сыном Божьим. Предсказанию предшествуют слова: «Он будет велик…» Здесь можно усмотреть указание на будущее духовное возрастание Иисуса – вплоть до усыновления его Всевышним. Подобный взгляд отражен и в Послании к Евреям:

…Хотя он и сын, однако страданиями навы́к [то есть научился] послушанию,

И, совершившись [то есть достигнув совершенства], сделался для всех послушных ему виновником спасения вечного… (Евр. 5, 8–9)

Здесь тоже говорится о постепенном духовном развитии и восхождении Иисуса.

Далее ангел Гавриил описывает грядущее царствование Мессии:

…И даст ему Господь Бог престол Давида, отца его… (Лук. 1, 32)

Тут, очевидно, речь идет о предсказании пророка Нафана царю Давиду:

…Я восставлю после тебя семя твое, которое произойдет из чресл твоих, и упрочу царство его.

Он построит дом имени Моему, и Я утвержу престол царства его навеки. (II Цар. 7, 12–13)

Мы уже упоминали о том, что полностью к правлению Соломона это пророчество отнести невозможно: Соломон царствовал временно, а описываемый Нафаном грядущий царь будет править вечно. Именно об этом и возвещает Гавриил Марии:

…И будет царствовать над домом Иакова вовеки, и Царству его не будет конца. (Лук. 1, 33)

Однако же прообразное сходство между царем Соломоном и грядущим Мессией, несомненно, содержится в пророчестве Нафана. В числе прочего, это сходство выражается в построении Храма:

Он построит дом имени Моему, и Я утвержу престол царства его навеки. (II Цар. 7, 13)

Если Соломон построил Храм буквальный, земной, то Мессии предстоит основать Храм духовный, возведенный из душ его последователей – как из «живых камней»:

…И сами, как живые камни, устрояйте из себя дом духовный, священство святое, чтобы приносить духовные жертвы, благоприятные Богу Иисусом Христом. (I Петр. 2, 5)

…Однако вернемся к благовещению. Мы сказали, что исполнение пророчества Нафана должно было осуществиться в появлении и деятельности прямого потомка Давида по мужской линии – Мессии:

…И даст ему Господь Бог престол Давида, отца его… (Лук. 1, 32)

Выслушав объяснение, почему именно она превзойдет славой всех женщин мира,

Мария же сказала ангелу: как будет это, когда я мужа не знаю? (Лук. 1, 34)

В каком смысле Мария «не знает мужа»?

Отметим, что Мария не утверждает, будто она и в будущем «не познает» мужа. Она говорит исключительно в настоящем времени: «мужа не знаю».

Ангел сказал ей в ответ: Дух Святый найдет на тебя, и сила Всевышнего осенит тебя; посему и рождаемое святое наречется сыном Божиим. (Лук. 1, 35)

Это напоминает слова об освящении как души самого пророка, так и чрева его матери, обращенные Богом к Иеремии:

…Прежде нежели Я образовал тебя во чреве, Я познал тебя, и прежде нежели ты вышел из утробы, Я освятил тебя: пророком для народов поставил тебя. (Иер. 1, 5)

Надо думать, что и Павел, говоря

…Бог, избравший меня от утробы матери моей… (Гал. 1, 15),

имеет в виду особое благодатное воздействие не только на его душу, но и на его мать – при зачатии будущего апостола и его пребывании в материнской утробе.

О том, что Дух Святой «нашел» на Марию перед зачатием Иисуса (Матф. 1, ст. 1, 18, 20), мы уже говорили выше, разъяснив, что, согласно учению ранних последователей Иисуса, выражение

…Она имеет во чреве от Духа Святого. (Матф. 1, 18)

говорит не о младенце из плоти и крови, но о самом Духе Святом. Это «родившееся в ней» (Матф. 1, 20) есть определенное духовное состояние, необходимое для зачатия и ношения во чреве будущего Спасителя.

Мы упоминали и о том, что подобный образ – «иметь во чреве (то есть во внутреннем мире) от Духа Святого» – был достаточно известен в рассматриваемую эпоху, о чем говорится и в Новом Завете:

Кто верует в Меня, у того… из чрева потекут реки воды живой.

Сие сказал он о Духе… (Иоан. 7, 38–39)

Заметим, что ни Иосиф, ни Мария не задали ангелу в этой связи дальнейших вопросов – следовательно, хорошо понимали, о чем идет речь.

На то, что зачатие, ожидающее Марию, не является «сверхъестественным», указывает и дальнейшая речь Гавриила. Ведь он сравнивает событие, ожидающее Марию, с тем, что уже произошло с ее родственницей Елисаветой – а разве мыслимо было бы так просто и легко сравнить единственное в истории «безмужнее», «бессеменное» зачатие с зачатием обычным и естественным? —

Вот и Елисавета, родственница твоя, называемая неплодною, и она зачала сына в старости своей, и ей уже шестой месяц… (Лук. 1, 36)

И далее предсказание о зачатии и рождении Иоанна Крестителя (Лук. 1, 11–18) ангел приравнивает к слову Божию, обращенному к Марии:

…Ибо у Бога не останется бессильным никакое слово. (Лук. 1, 37)

Обещание ангела Гавриила

…Дух Святый найдет на тебя, и сила Всевышнего осенит тебя… (Лук. 1, 35)

вскоре исполнилось – об этом свидетельствуют обстоятельства встречи Марии с Елисаветой. О последней сказано:

Когда Елисавета услышала приветствие Марии, взыграл младенец во чреве ее; и Елисавета исполнилась Святого Духа… (Там же, 41)

«Чрево» Елисаветы перед зачатием ею Иоанна, как и «чрево» Марии, было освящено Духом Божьим. Ангел возвестил Захарии о его будущем сыне:

…Духа Святого исполнится еще от чрева матери своей… (Там же, ст. 15)

И вот, в ответ на пророчество Елисаветы, Мария, по наитию Духа, в ней уже обитающего и освящающего ее «утробу», тоже пророчествует (Лук. 1, 46–55). Движимая Духом Святым (см. II Петр. 1, 21), она, в числе прочего, предвещает:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.