Маша Иванова
Сирена

Восемь лет назад

Сергей

Я подождал, когда останется последний желающий залезть это чудо истории, сохранившееся со времён войны, и стал забираться в трамвай. Погода была паршивой, но что поделать, в июне часто идут дожди. Я уже почти поднялся, но тут со спины ко мне подлетела девочка. Ну как девочка, девушка, но явно не больше двадцати лет. Волосы промокли от дождя, она не видела моего лица из-за прилипших прядей. Извинилась, глядя в пол и спокойно пошла в салон трамвая. А я глаз оторвать не мог, пока уже не прикрикнула кондуктор, ведь я стоял в дверях и мешал их закрыть. Я сосредоточился на оплате проезда, но глаза так и тянулись к этой торопыжке. Она уже встала в конце вагона, убрала с лица мокрые пряди рыжеватых волос, надела наушники. И я как заколдованный пошел к ней, как будто она была моей сиреной, и я шел на ее чудесную песню. Я приблизился к ней, но не знал, как подойти и заговорить. Я уже давно так не знакомился с девушками, а тем более в трамваях. Обычно спутниц на вечер или на ночь я находил в клубах или на вечеринках друзей.

А тут увидел её и дар речи потерял: такая красивая, нежная, но грустная. В волосах заплетены смешные мелкие разноцветные косички. Она должна была быть жизнерадостной и открытой с такой смешной прической, но она стояла в наушниках и не слышала ничего, а безрадостные глаза грустно следили за проплывающими улицами за окном. Захотелось утешить ее, погладить руку, хотел хоть как-то привлечь внимание и обрадовать. Может экзамен какой-то не сдала, вот и грустит. Какие проблемы могут быть в таком возрасте?

Я и сам, доучиваясь на последнем курсе ненавистного юрфака, не имел особого желания хоть раз ещё появляться там, не то, что учиться. Но отец умел поставить вопрос ребром, поэтому не получить диплом у меня варианта вообще не было. Отец, как только я взбунтовался, прекратил всё финансирование на меня, лишил всех благ жизни, кроме что крыши над головой. Поэтому сейчас здесь и оказался, будучи ограниченным в средствах, приходилось использовать общественный транспорт, а не моей тачкой.

А тут это красавица, грустная такая и манящая, слов нет. А запах от нее: смесь сливы, ванили и чего-то цитрусового. Всё в ней манило меня.

Я встал к самой задней стенке трамвая и оказался с ее левого бока. Она не смотрела на меня. Из ее наушников лилась жёсткая музыка, но не рэп, который сейчас слушали всё без разбора. Было, что-то похожее на забой SOAD. Совершенно не соответствовало ее милому внешнему виду.

Я взялся за тот же поручень, что и она. Приблизил свою руку к ее. Трамвай чуть качнуло и я положил пару пальцев на тонкие пальчики белой ручки. Она не подняла взгляд, только глаза расширились, и руку она убрала на самый край поручня. Тогда я уже настойчивей положил руку на ее, стал поглаживать, а у самого чуть ли не слюни потекли. Вел себя как какой-то маньяк, но ничего поделать с собой не мог. Всё так и привлекало внимание: пухлые губы алые, чуть потрескавшиеся, как будто она волновалась и часто их кусала, шейка тонкая, черты лица правильные, просто красавица.

Когда понял, что руку не вырывает, стал гладить запястье, подумал, уже сейчас сдастся и обратит на меня внимание, а она вдруг от очередного прикосновения словно встрепенулась, руку отдернула, взгляд подняла. Я губы в улыбке растянул, признавая, что это я, и как искра между нами проскочила. В ее зеленых глазах я видел такое же волнение, какое испытывал сам. На миг, даже уголок ее губ дрогнул в попытке улыбнуться мне в ответ, а потом всё прошло. Она как сквозь меня смотрела и свысока как будто, надменно. Отвернула и отошла. И на следующей остановке я уже провожал ее взглядом с другой стороны стекла трамвая.

Разозлился! Что я урод, что ли, чтобы она так шарахалась? Да еще посмотрела так, что недостойный как будто. Ну да, студент, но не в деньгах счастья. А может она охотница за толстосумами? Сейчас многие так делали: половина девок нашей группы имели папиков и не стесняли этого. Вот и эта такая же. Конечно, пацан из трамвая не был ее пределом мечтаний. У меня же на лбу не было написано, что в гараже стоит дорогой спорт-кар и вклад на несколько миллионов. Это отец вовремя подсуетился и меня вокруг пальца обвел, когда собирался шантажировать по учебе. Не подкопаешься, даже мне как почти юристу. Подсунул тогда бумажку, а я и подписал не глядя, а по этому соглашению всё мое имущество и средства до окончания учебы, а именно получения диплома, отходили отцу. И если я не закончу учебу, то плакали все мои сбережения и авто.

А вот я здесь: стою в забитом трамвае и успокоиться не могу.

Как из виду ее потерял, гипноз как будто прошел. Ну и ладно, плюнул. Тоже мне фифа, сколько таких – сами липнут. Да только запомнил, втерлась в память, может отказом этим негласным, может взглядом этим глубоким, гипнотическим. Не знаю. Но порой даже ночами мне снилась, а просыпался я после таких снов с болезненным стояком, потому что во снах прикосновениями рук всё не заканчивалось.

Когда учеба уже закончилась, вечером, проезжая неспешно по улицам с Кириллом, заметил ЕЕ, чуть в столб не въехал. И вот она здесь. Опять. К ней как магнитом меня тянуло, замедлил ход, а потом и вовсе решил припарковаться и так сказать устроить проверку на вшивость, пусть это и не красиво. Кирюхе небрежно кинул:

– Сейчас вернусь.

Машину бросил и пошел следом за ней. Одет я был неброско: футболка, джинсы. Обычный пацан. Брелок от машины предусмотрительно спрятал в задний карман. Сейчас и проверим мою догадку про «охотницу».

На самом деле, в глубине души я надеялся, что она не такая, что мне тогда показалось. Хотел ее и поделать ничего не мог. А уже если не выдержит эту проверку, то надеялся, как интоксикация произойдет, и больше не будет хотеться.

Было уже темно. Я пристроился рядом, шагая в ногу и начал:

– Девушка, с вами можно познакомиться? – в ответ тишина. Вроде наушников как в прошлый раз нет. – Девушка! Ау!

Она чуть голову в сторону повернула, но взгляд не подняла:

– Нет, – чуть слышно сказала и дальше пошла.

А я за ней, план-то нужно завершить, отступать уже поздно:

– А что не так? Может вас проводить? Темно уже. Да и всякие по улицам бродят.

– Отвали… – грубо прорычала она, что я даже шаг замедлив, не ожидая, такого явной агрессии.

– А чем же не угодил? Что так рычишь? Или что тебе наверно мужика на дорогой тачке и с тугим кошельком подавай? – я уже начал выходить из себя. Что я ей сделал?

– Да, мне нужен богатый мужик на машине! – отчеканила и дальше зашагала.

А я остался стоять, смотря ей в след, и своим ушам не верил. Надеялся, очень надеялся, но четно. И буря эмоций поднялась, и что-то на грани ненависти возникло во мне: за то, что отвергла, даже внимания не удостоила. Второй раз уже! Она меня просто бесила. Пнул ни в чем не повинный камушек на дороге и твердыми шагами направился обратно к машине. И надеялся, что больше никогда эту стерву не встречу.

Наши дни

Лена

Имея диплом по связям с общественностью, я устроилась на работу к Игорю Семёновичу Афанасьеву, возглавляющему крупный спортивный комплект в нашем городе. Я пришла работать секретарем, но учитывая мои знания и умения, Семеныч сделал меня своим ассистентом и говорил, что чуть позже сделает своим замом, когда закончу заочку по юриспруденции. И это было лестно, что я не со связями отца сделала карьеру, а сама, своей работой. И другие работники, тренеры, спортсмены не считали меня дурой или подстилкой шефа, все видели меня в деле и не сомневались в моей компетенции. Хотя поначалу все думали, что я сплю с шефом, так как мы часто ели вместе, посещали значимые мероприятия, как пара, но Игорь Семенович был много лет счастлив в браке и никогда ни жестом, ни словом не нарушил верность своей супруге. А сплетни, со временем я перестала их замечать.

Если честно, после Свиридова меня хватало только на одну совместную ночь. Всегда, даже когда доходило до свиданий и постели, сохраняла хладнокровие после. А уж о том, чтобы завести роман на работе и речи быть не могло. Хотя много кто из тренерского состава, да и просто частных посетителей пытались завести со мной отношения, но всегда получали четий отказ, никому ложной надежды не давала. Чем наверно привлекала еще больше. Даже как-то раз была невольным свидетелем обсуждения моей персоны в комнате отдыха для персонала, где один из моих предполагаемых ухажеров называл меня «снежной королевой» и хвастался тем, что даже к таким ледышкам можно найти подход, и он уж точно растопит мои льды. Невольно усмехнувшись, я только лишь сделала себе пометку больше стараться не общаться с этим самодовольным индюком.

Сейчас, так как родители переехали постоянно жить в загородный дом в области, я пообещала жить в их квартире, чтоб меньше времени мотаться до работы, да и за мамиными цветами нужен был уход. И Ксюша, моя дочка, на лето уехала вместе с родителями. Ей там очень нравилось, особенно после того как дедушка, мой отец, специально для нее купил бассейн и целый детский спортивный комплекс с разными кольцами, перекладинами и веревками. Теперь никакой садик или городские развлечения не могли выманить мою девочку из этого детского рая. Тем более что с бабушкой они насажали каких-то салатиков, зелени, морковки и еще много чего, о чем Оксана подробно мне рассказывала на созвонах по видеосвязи. А я, видя озорной блеск в этим любимых глазках, не могла забрать ее оттуда. Теперь, когда мама наконец-то ушла с пенсию, мои родители смогли круглогодично проживать в доме и ни на что не отвлекаться. Поэтому я жила в их большой трехкомнатной квартире в жилом комплексе на Жукова, а нашу с Ксюшей квартиру мы решили сдавать в аренду.

Сергей

Эта работа и так не должна была приносить мне должного удовольствия, но отец сказал, что это хороший старт и возможность для продвижения. Сейчас, когда я готовился к выходу из бизнеса отца и самостоятельному плаванию, опыт единоличного сопровождения проекта был как нельзя кстати. Да и хотелось погрузиться с головой в работу, чтобы выбить из башки ту картинку, которая, думал, не появится перед моим взором больше никогда. Та самая девчонка, которая продинамила меня по молодости появилась во дворе моего жилого комплекса. Но сейчас она, конечно же, была не девочкой, а очень даже привлекательной молодой женщиной, которая по сравнению с той, прошлой, была намного женственней, грациозней и аппетитней. Те смешные косички сменились элегантной прической. И та забытая, казалось, прошлая обида снова подняла свою голову и это жутко раздражало. Раздражало, что, несмотря на время, я так не остыл и этого сильно бесило. Она бесила! Да, теперь я не бедный студентишка из трамвая, а вполне респектабельный бизнесмен. Я видел, как у многих женщин высвечивались значки долларов, как в мультиках, когда они оказывались в моем обществе и пытались привлечь внимание. А учитывая последнюю нашу встречу с этой девицей, то стоит ей оценить мой внешний вид и только стоимость сшитого на заказ костюма, она будет подо мной и молить, чтоб я взял ее. Но мне такого дерьма на хер не надо! Поэтому я всеми силами старался не замечать ее, когда видел в своем дворе. Тем более, я знал, во сколько миллионов обходится жилье в нашем комплексе и, зная ее «предпочтения», не сложно догадаться каким способом она «заработала» или «отработала» эту квартиру. Сука, как я ее ненавидел!

Поэтому я здесь, стою у дверей офиса Афанасьева, пытаясь все мысли заполнить работой. Его секретарь быстро засуетилась, завидев меня. Пока она распевала про чай и кофе, мой взгляд уцепился за что-то знакомое, манящее. ОНА! И меня как током прошибло. Господи, что она тут делает?! Работает видимо, олух. Вот её деловой костюм, сводящий с ума, высокий хвост, который я хотел намотать на кулак и впиться в ее тонкую шейку. И глаз отвести не мог, когда она плавно передвигалась. Смог вернуть свое внимание секретарше, продолжавшей мне что-то говорить, только когда моя прекрасная незнакомка скрылась за дверью какого-то кабинета.

– …Можете заходить, – вот что я услышал от этой женщины, развернулся и вошел в кабинет директора. Отвлекся, называется!

Лена

Конечно, тот день начинался как обычно. Сверка расписания с боссом, кофе со Светой из бухгалтерии. И работа, работа и ещё раз работа. Когда шеф вызвал меня в свой кабинет, ничто не предвещало беды, всё было как обычно. В кабинете перед столом босса сидел мужчина со светлыми волосами и в темно-синем костюме. Со спины он даже ничего, но отставим любование, мы на работе.

– Рад Вам представить нашего юного, но не менее опытного специалиста – Елену Петровну – моего ассистента и просто палочку-выручалочку офиса, – сказал Афанасьев, когда я зашла в кабинет.

Я расплылась в широкой и благодарной к шефу улыбке, но при виде острого взгляда другого мужчины, улыбка сползла с лица. Взгляд меня не на шутку напугал. Глаза как сталь. И это не только цвет, к сожалению, а та жесткость, даже ненависть, с которой он смотрел на всё. А может только на меня? Но ведь не мог он конкретно меня ненавидеть, мы с ним даже не знакомы. Хотя что-то отдаленно знакомое было в его чертах, но я никак не могла вспомнить, где я могла его видела раньше.

Я смогла выдавить скупое "Здрасьте" и уставилась в пол. Семеныч тут же подскочил, стал петь мне дифирамбы, а я не знала, куда глаза деть. На самом деле, хоть его глаза меня пугали, он был видный мужчина с широкими плечами, ухоженными волосами, в дорогом отглаженном костюме. Черты лица чуть заостренные: выделяющиеся скулы, острый нос. От него веяло надёжностью и шикарным парфюмом. Вены, выступающие на руках. Я тут же отвела взгляд и от этих манящих рук. Господи, что это со мной?

Но его взгляд все эти достоинства перекрывал. Когда я вслушалась в слова босса, то поняла, что он рассказывает про своего собеседника. Оказалось, что его зовут Сергей Анатольевич, сын Борецкого, большой шишки нашего города. И что этот Сергей будет выступать спонсором на этот сезон нашего комплекса, а именно определенных мероприятий и чемпионов, проводимых у нас. А так как я было как раз по работе PR и рекламе, это был фронт моей работы – потенциальные инвесторы. И тут я поняла, чем это грозит: любые деловые переговоры проходили в моем присутствии за редкими исключениями, порой босс брал меня как пару на светские мероприятия, что также предполагало встречи с нашими меценатами. И перспектива находиться под таким колким и цепким взглядом меня не радовала.

Начальник всё что-то говорил и говорил. И последняя фраза прозвучала как гроз:

– А сейчас Елена Петровна Вам всё тут покажет, а то у меня через полчаса встреча с поставщиками в центре. Извините меня.

И любезно заулыбался, а я была готова сквозь землю провалиться, лишь бы не находится в одной комнате с этим Сергеем Анатольевичем. Он меня пугал и напрягал, причем не в самом хорошем смысле. Но работа есть работа.

Мы начали обзор с бассейнов, посмотрели детский, взрослый. Теннисный корт, тренажерный зал, пункт общественного питания и отдельный магазин со спортпитом, поля для баскетбола и футбола. И, наконец, закончили раздевалками, которые использовались при проведении соревнований и для обычных посетителей. Я уже хотела объявить, что на этом экскурсия закончена. Но… в этот момент как-то неудачно подвернув ногу, зацепившись шпилькой об резиновые коврики в раздевалке, я чуть не полетела лицом вниз. Но вовремя была спасительно поймана надёжными мужскими руками. Выдох – облегчения, что не упала, вдох – манящего мужского парфюма, который мгновенно окружил меня. И тут же, непонятно как, я оказываюсь прижатой к шкафчикам раздевалки, а его руки продолжали надежно держать мои плечи. Взгляд пронизывал насквозь и это был уже не тот, что в кабинете шефа, а взгляд полный желания. Его грудь вздымалась от глубокого дыхания, зрачки расширены. Своим торсом он прижимался ко мне, и явный признак его желания упирался мне в живот. Подобный напор от незнакомого мужчины должен был напугать меня, но что-то отдаленно знакомое было в нем, как будто в прошлой жизни я его уже знала. Мое дыхание сбылось, а соски предательски упёрлись в кружево бюстгальтера. Его губы находились буквально в сантиметрах от моих, и я ощущала его прерывистое дыхание. В этой и так небольшом помещении стало совсем не хватать воздуха. Боже, на меня давно так не смотрели, как будто хотели съесть целиком. Одна его рука поползла вверх и стала массировать мой затылок, от чего мне захотелось простонать в голос – как было приятно.

И тут раздался неизвестный мне звонок телефона. Сергей, чертыхнувшись, отстранился от меня, взъерошив волосы, отошел в сторону и ответил на звонок.

Забвение прошло, я наконец-то смогла вздохнуть полной грудью и здраво оценить ситуацию. Я только что чуть не поцеловалась с потенциальным спонсором нашего комплекса. Боже, как непрофессионально. Да он и сам хорош! Что он себе позволяет? Пока он был ко мне спиной, я незаметно выскользнула из помещения и поспешила подальше отсюда. Сам дорогу обратно найдет.

Сергей

Сказать что я охренел, ничего не сказать. Шок был и из-за моего поведения, и из-за ее реакции, и из-за всей этой ситуации в целом. Но здесь, когда она оказалась так близко и чуть не упала, я сработал инстинктивно: поймал, притянул к себе, а потом ее запах ударил в ноздри, и всё разом нахлынуло. Хотел ее, всё равно хотел, как бы не отрицал. Быстрым движением развернул к себе лицом, прижал к шкафчикам этой чертовой раздевалки, как с ума сошел. Руками пути отступления преградил, чтоб уж теперь не убежала, не мог уже сдерживаться, крышу снесло. А она и не сопротивлялась, тоже хотела.

Боже, этот запах всё ещё был на моих руках, когда я запустил руку в ее волосы. Вот же чертовка, ещё и сбежала, оставив меня с таким стояком. Она чувствовала его, я это точно знаю. И как мне прикажете быть? Я поднял глаза к небу и провел по лицу ладонями.

На следующее утро я первым делом отправился не к себе в офис, а в «Олимп». Но не застал Елену на месте, хотя все вроде начинали работать с восьми. Ближе к половине девятого я услышал быстрый стук каблучков, и в скором времени появилась она. Но такой растерянной и, в общем-то, растрепанной я ее ещё не видел. Она подняла свои глаза на меня снизу вверх. Зелёные, с желтыми крапинками – колдовские. И я слова вымолвить не мог под этим взглядом, только стал медленно наклоняться для поцелуя. Она отлетела как ошпаренная, глаза расширились, дыхание участилось.

– Доброе утро, Сергей Анатольевич! – ах, вот как мы заговорили. Вчера была не прочь позажиматься в раздевалке, а теперь "Сергей Анатольевич". Ладно, куколка, я тебя уже раскусил, задолго до того, как узнал имя. И явно у тебя утро было недобрым, вон какая пришла. Скорее всего, со своим мужиком до утра зажимала. Я сжал зубы, а желваки заходили на лице. Черт, она опять меня бесит. Поднял на нее взгляд и опешил: на месте ранее находившихся в ее глазах удивления и призрения, появилось что-то другое. Страх? Она что боится меня? Я попытался проверить свою теория подойду на шаг, ее пробрала дрожь. Точно, боится. Неожиданно. Но вчера-то она так не шарахалась. Ладно, пусть бежит пташка.

– Доброе, Елена Петровна! – я сделал акцент на ее отчестве. Двое могут играть в эти игры. – Вижу я пришел раньше начала Вашего рабочего дня. Мне хотелось ознакомиться с инвестиционным проектом, а также другой документацией по нашему общему проекту. Как будете готовы, наберите мне, мы согласуем встречу. А то Вы вчера так быстро убежали… – щеки Лены моментально покраснели. Удержавшись от более откровенных комментариев, я протянул визитку с личным мобильным номером, что делал редко и очень важным партнёрам. Но что-то мне подсказало, что нужно дать именно эту.

Она кивнула. Прошептала "Спасибо" и скрылась за дверью своего кабинета, не поднимая на меня глаз.

На таблице двери было написано: "Немцова Елена Петровна. Ассистент директора". Немцова… знакомая фамилия. Надо о ней пробить что-нибудь.

Лена

Всю следующую ночь после нашего знакомства с Борецким я плохо спала, ворочалась, просыпалась. И снилась ерунда: я куда-то бежала. Потом вдруг появились его глаза, прямо передо мной – злые, стальные. И я проснулась в холодном поту. Что за ужас? Я бросила взгляд на будильник и чуть не упала с кровати, было без пятнадцати восемь, а я работаю с восьми. Блин, блин, блин! Мельком взглянула в зеркало и не обрадовалась. Вместо волос было гнездо из-за беспокойной ночи, под глаза мешки. Даааа, прекрасное утро. Как могла, я попыталась сотворить из этого стихийного бедствия подобие прически и макияжа. Выбрала первые попавшиеся вещи из шкафа, бросила в сумку чулки, чтобы одеть на работе и вылетела из дома. Выглядела я плохо, я это знала, и когда я думала, спрятаться в тихой гавани своего кабинета, дорогу преградит Борецкий. Этого мне только не хватало!

Как он может на меня так действовать? Когда он наклонился, я чуть сознание не потеряла, как хотела этого поцелуя. А потом он чуть подумал и разозлился на пустом месте и глаза стали стальными. И это было жутко, его глаза стали жесткими. Он видимо заметил мою реакцию, расправил нахмуренные брови, дал визитку и, в общем-то, перешёл на деловой лад, как и следует деловым партнёрам. А я пальцы разжать на сумке не могла. Как только появилась минутка молчания, быстро ретировалась в кабинет. Прислонилась спиной к двери и чуть не разревелась. В груди сдавило. Дай мне сил, Господи!

Трясущимися руками открыла сумку, достала косметичку, стала приводить себя в порядок и прокручивать в голове это утро, эту встречу. И пришла к неутешительному выводу, что меня к нему тянуло до безумия, но я с там жестоким человеком быть не смогу. Теперь нужно было как можно больше дистанцироваться от этого проекта. Постараюсь переложить все встречи на шефа, пусть он отдувается. Я не смогу продуктивно работать в таких условиях и под таким давлением. Макияж поправила, прическу тоже, наряд.... Дааа… Понятно, почему Сергей за поцелуями полез: блузка была не застегнута на одну пуговицу и открывала вид на мое декольте, на бедрах выше колена юбка-карандаш. Ещё бы очки в черной оправе и в фильм для взрослых про учительницу. Молодец, Лена, только так мужиков от себя и отваживать. Когда мой внешний вид меня устроил, вышла и направилась к боссу. Афанасьев уже был весь в работе, что-то обсуждал по телефону. Увидев меня, кивнул на стул напротив стола. Я села и ждала окончания его разговора. Когда Игорь Семенович договорил, перевел взгляд на меня:

– Здравствуй, Лена!

– Доброе утро.

– Доброе ли? Слышал, как ты бежала к кабинету полдевятого. Что-то случилось?

– Нет, ничего. Просто проспала будильник, впопыхах собиралась.

Семеныч не поверил, он был проницательный человек, но расспрашивать не стал. За это он мне нравился.

– Ты с Борецким младшим связывалась?

– Встретила его утром у нас в офисе. Он дал мне свои контакты для ознакомления с документами.

– Надо же? – удивился мой шеф. – Сам приехал?

– Ну да.

– Ладно. А у нас всё готово?

– Почти. Я в час заберу последние расчеты из бухгалтерии и отправлю пакет Борецкому.

– Нет, Леночка. Давай ты сама отвезешь этот пакет и при необходимости ответите на интересующие его вопросы. Так будет лучше.

Я знала, что спонсорам всегда приятнее, когда сразу можно было всё по ходу изучения обсудить. Но тут другое и личность этого «спонсора» меня, ой, как смущала.

У меня аж рот открылся. Я? Опять к нему? Но профессионализм был выше. И я смиренно кивнула. И стала, как сумасшедшая, заклинать часы, чтобы как можно дольше не наступал час дня. Но время пролетело быстро за каждодневными отчётами и разговорами. И уже в полпервого отчёт принесла Светка:

– Что такая хмурая, Лен?

– Да. Так… – ответила, выпустив тяжелый вздох.

– Какой такой так? Рассказывай.

– Да, нечего рассказывать.

– А глазки забегали! Ленка, знай, ты не умеешь врать. Если сейчас не хочешь, можем вечером во «Флоренцию» сходим? – но я не хотела.

– Я сейчас не знаю пока. Куча работы, – подняла я вымученный взгляд на Свету.

– Как скажешь. Ты знаешь, где меня найти, – подарив мне улыбку, Света оставила меня одну.

Я хотела домой или на дачу к Ксюшке с родителями, а не мучиться от присутствия в моей работе такого раздражающего фактора, как Борецкий младший.

Но делать нечего. Поэтому, так как всё документы были готовы, я собралась с духом и позвонила по номеру, который оставил Сергей. Трубку долго не брали, а потом я услышала его низкий голос:

– Борецкий. … Алло?

– Да … Сергей Анатольевич, это Лена Немцова из Спорткомплекса «Олимп».

– Да, Елена. Я Вас узнал. Что хотели?

– В какое время Вам будет удобно, чтобы я подъехала для передачи документации?

На противоположной линии воцарилась тишина. Он что-то обдумывал.

– Сергей Анатольевич?

– Вы лично приедете?

– Да…

– А почему?

От такого вопроса я слегка вошла в ступор, теперь был мой черед молчать в трубку. И я думала, был ли какой-то подвох в его вопросе. О чем он думал, его задавая?

– Игорь Семёнович попросил меня лично проконтролировать доставку Вам этих документов и проконсультировать по возникающим вопросам.

– Что ж. Приезжайте в шесть. Вас устроит?

– Конечно. До свидания.

– До скорой встречи.

Оооо. Это было неловко. Как я, скажите, должна работать? Меня чуть пробивала дрожь, а его голос. Что было бы, если бы он шептал мое имя, глубоко входя в меня и сжимая плечи. Ай! Я громко и сильно ударила себя ребром линейки, которую крутила в руках во время разговора. Что за фантазии? Никакого секса! Только не на работе.

А время всё шло. Я сходила на обед, съела только куриный бульон – крошка в рот не лезла. Светка всё заметила, но молча ела рядом.

– Что решила по «Флоренции»?

– Не смогу. Семеныч отправил на переговоры с новым спонсором.

– Ааа, новый спонсор. Видела. Красивый мужик. И холостой, – сказала она, многозначительно поднимая брови.

– Да ну тебя.

– Смотри не попади под его чары. Говорят, он жуткий бабник.

Я отмахнула, а сама выкинуть ее слова из головы не могла. И если раньше мне не казалось хорошей идеей заводить отношения на работе, то теперь понимая, что такой мужчина как Борецкий никогда не сможет посвятить себя одной женщине, я была настроено категорично – ни за что не допустить никаких отношений с ним, даже мысли выкинуть. Это было табу: хватило того позора, что я пережила со Свиридовым.

Сергей

Я весь день после нашего разговора с Леной не мог больше работать. Проверил всё на своём столе, убрал лишнее. Потом обратно достал. Как школьник, ей Богу. Купить цветы? О, да, блин! Какие цветы? Ее шеф сюда направил. Я не хотел отношений, а Лена явно была женщиной, которая не будет спать с мужиком одну ночь. Но мне отношения были не нужны. И чего я стараюсь тогда и нервничаю?

И тут позвонила мать. Этого только не хватало! Я не брал трубку. Пусть она и пыталась проявлять к нам с Дианой подобие родительской заботы с этими периодическими звонками и короткими встречами, но то, как она хладнокровно бросила нас, "следуя за мечтой", как она выражалась, я никогда не понимал и не мог простить. Как она смогла променять нас, своих детей, не сиюминутное увлечение каким-то продюсером?

Но это уже меня не волновало, я просто сделал определённые выводы для себя. Поэтому, наверно, никогда не мог построить длительных отношений: всегда, абсолютно всегда я чувствовал, что женщина, которая находится со мной, может уйти к другому. Пусть это звучит как паранойе, но я таков и переделывать себя не собирался. Поэтому проще было не раскрывать душу, не вести разговоры о каких-то чувствах, а тупо приносить друг другу взаимное удовольствие – это было мне по душе.

Но Лена была другая и эта одержимость ей сводила меня с ума.

Лена

«Я так обезумил, что снова срываю белье с твоих бедер»

Мэйти

Подъезжая на такси, я всё больше себя накручивала. Я уже передумывала сто раз: то хотела позвонить Семенычу и сказать, что разболелась голова. Нет, конечно, про Сергея и чувства, испытываемые к нему, я сама себе признавалась с трудом. И ещё очень жалела, что не съездила домой, чтобы переодеться. Вся моя одежда казалась мне неуместной. А ярко-красная папка на коленях только больше привлекала ко мне внимания. И в таких терзаниях прошел весь путь. Я не заметила, как таксист остановил машину у входа в бизнес-центр. Расплатившись, на ещё не очень хорошо удерживающих меня ногах я побрела к зданию. Этаж был семнадцатым в девятнадцатиэтажном здании. Зайдя в лифт, я хотела нажать кнопку "стоп" и вернуться обратно. У меня даже промелькивала страшная до безумия мысль: уволиться от Семеныча. Но я сразу же пресекла эти думы. Мне там нравилось, нравилась сама работа, и то, как ко мне относились все. Поэтому, пока я вела внутреннюю борьбу с самой собой, лифт дзинькнул, оповещая о прибытии на мою моральную казнь.

Интерьер в офисе Борецкого младшего был очень светлый и аскетичный. Рядом с входом в его кабинет сидела секретарь – женщина в возрасте моей мамы, ухоженная и приветливая. Услышав мою фамилию, поспешила отвести меня в кабинет, по пути предлагая напитки. Я отказала и удивилась такой торопливости. Поэтому и не успела заметить, что уже нахожусь в помещении, принадлежавшем моему мучителю.

Сергей сидела в пол-оборота к двери, изучая какие-то документы в своих руках и слушая собеседника в телефоне. Услышав щелчок дверного замка, поднял взгляд на меня, кивнул на кресло рядом со своим столом и вернулся к разговору.

– … Да, Семён Аркадьевич, на данный момент меня всё устраивает. До встречи.

"Вот он – момент истины" – я начала мысленно цитировать слова Тайлера из БК.

Сергей теперь развернулся полностью в мою сторону и смотрел прямо в глаза. И опять там появились эти металлические проблески, которые меня беспокоили. Он как будто пронизывал меня, а меня разрывало между желанием бежать отсюда с криками и притянуть его за галстук через стол и поцеловать. И я осталась сидеть и ждать.

– Рад снова видеть Вас, Елена! Вижу, прошедший день пошел Вам на пользу.

Он что? Только что поиздевался над моим внешним видом утром? Вот подонок! Он, между прочим, мешал мне нормально спать своими глазами! Но ему это знать не обязательно.

– Я привезла документы. Если у Вас будут вопросы, пожалуйста, задавайте.

По его губам пробежала ухмылка. Он понял, что я умышленно поменяла тему. Откашлялся и приступил к ознакомлению. Его брови то сходились, то снова расправлялись. Пару раз он задал уточняющие вопросы, не поднимая глаз с документов, ответами остался доволен. К семи мы уже всё, что нужно, обсудили.

– Приятно было ещё раз Вас видеть, Елена, – он протянул мне руку для пожатия.

– Взаимно, – я подала ему свою, и от этого телесного контакта по телу прошелся разряд тока. Я поспешила убрать свою руку из этого затянувшего рукопожатия, которое начинало переходить границы, позволенные деловым партнерам. – Всего доброго!

– До встречи!

И я начала выходить из кабинета, пошла к двери.

– Елена! – он вдруг позвал меня.

Не оборачиваясь, я ответила:

– Да?

– Вы продолжите заниматься этим проектом?

После минутного молчания я сказала:

– Да.

– Хорошо. Идете.

Ох, Боже. Что я ляпнула? Скорее отсюда надо бежать. Слишком мало воздуха, слишком большое волнение я только что пережила.

После нашей последней встречи с Борецким прошла неделя. Все вопросы по контракту решались через посредников, в основном через нашу и их бухгалтерию, поэтому контакта с Сергеем мне удавалось избегать. Наконец-то я смогла успокоить свои нервы и не возбуждать каждый раз, думая о нем. Это просто от недостатка оргазмов. Нужно как-нибудь заняться этим вопросом. С последним мужчиной я спала около четыре месяца назад. Мы со Светой отдыхали в клубе и там я познакомилась с ним. Настроение было просто паршивым и мне было всё равно с кем это произойдет, главное, чтоб он смог доставить мне удовольствие. Арсен, как вы понимаете, был армянин и в постели вытворял чудеса. Мы заснули в номере отеля ближе к четырем утра: измотанные, мокрые от пота, но до краев удовлетворённые. И может он стал бы отличным партнёром для меня, но мне это было не нужно. Я достаточно обожглась за эту жизнь, чтоб ещё раз впустить себе в душу кого-то.

В то утро у меня была куча дел по комплексу: нужно было разобраться с задержанными поставками спортпита для автоматов, завершить документальное оформление контракта с Борецким, подготовить доклад для шефа. И всё я одна. Под вечер я так измоталась, что без чашки кофе не могла бы шевелить ни руками, ни ногами. Я сидела посреди пустой комнаты отдыха персонала и сжимала в руках тепленькую чашечку ароматного напитка . Ушла в свои мысли и не замечала ничего вокруг. Мое раздумье прервал Денис – новый тренер по водной гимнастике, который месяц как устроился к нам:

– О, Леночка, привет! Отдыхаешь?

– Да какой там. Покой нам только снится, – усмехнулась я. – Что-то столько всего навалилось, – захотелось с кем-то поделиться, а Денис воспринял всё как призыв к действию.

– А чем занимаешься после работы?

О, Боже, опять старые песни на новый манер. Да, к сожалению, когда в коллективе появлялся новый мужчина, он считал своим долгом попытаться подкатить ко мне. Это конечно удручало. Что у меня на лбу было написано, что мне нужен мужчина? Да, не отрицаю, что я была вполне себе симпатичная, и фигура после родов не пострадала, но так, чтобы на меня как пчелы на мед слетались. Может это всё жара. Я усмехнулась своим мыслям. Денис это понял по-своему:

– Давай сходим куда-нибудь вместе. Ты мне с самого первого дня очень понравилась, – он протянул ко мне свою руку, обхватив за подбородок, провел большим пальцем по щеке, а я затраханная своей работой и не успела отодвинуть лицо от его прикосновения или хоть что-то сказать, чтоб он прекратил – Ты очень красивая…

– Извините, что прерываю вашу романтическую встречу! Елена Петровна, мне необходимо с Вами переговорить, – голос, который я меньше всего ожидала сейчас услышать и от которого расползлись мурашки по всему телу, прервал нас. И когда я подняла глаза, его стальной взгляд прожигал насквозь меня и руку Дениса, которая всё ещё была около моего лица. Поняв это, я тут отпрянула и поспешила встать.

– Сергей … Анатольевич, – заикаясь, произнесла я. Господи, ничего не пришло: при виде него меня по-прежнему прошибал жар и подкашивались коленки. – Вы что-то хотели? – я стала прикидывать в голове, что он забыл в комнате для персонала и ни одна идея не приходила.

Сергей

Эта неделя была мукой. Мой спарринг-партнер и старый друг Кирилл и то заметил, что со мной что-то происходит:

– Ты бы трахнул какую-нибудь бабёнку, Борь, а то боюсь, к следующей неделе ты меня до синяков забьешь.

– Ага, тебя пробьешь, – чуть отдышавшись, ответил я. Кир один из немногих кто по-мальчишески называл меня Боря, по фамилии. У нас даже как-то вышел казус с девчонкой, знакомой Кира, которая подошла ко мне знакомиться и несколько раз назвала меня Борей, пока я не сказал, что меня вообще-то Сережа зовут. Было очень смешно, как густо она покраснела и тут же ретировалась. Да, были времена.

А сейчас я здесь, я уровнем тестостерона, который бил все рекорды и с ежедневными утренними стояками после снов, в которых Немцова не давала мне покоя. Бл*ть, как я ее ненавидел за то, что не мог выкинуть ее из головы. Опять! Причем она старалась избегать любого контакта со мной. Сколько я не пытался дозвониться по рабочему номеру, мне попадался либо Семеныч, либо его секретарь, а когда я пытался вызвать к телефону Немцову, то мне очень вежливо отказывали, ссылаясь на какие-то рабочие моменты. А мобильный номер мне, конечно же, Лена не дала.

А она виделась везде: даже в клубе, когда мы с Васькой и Кириллом отдыхали в субботу. Я уже почти уехал вдвоем с какой-то девицей, но когда я посреди нашего страстного поцелуя, выдохнул "Лена" в ее рот, девочка моментально подобралась и свалила. А я понимал, что я в полнейшей жопе, потому что у удаляющейся фигуры девушки были такие же рыжеватые волосы, как у Лены, такие же зелёные глаза. И конечно я хотел не эти перекаченные всякой фигнёй губы, а нежные, чуть пухлые губы Немцовой. Чёрт! А я так надеялся, что со временем, с возрастом, с опытом эта ненормальная одержимость пройдет. Да что в ней такого? Да, Лена была хороша собой, и эти пышные бедра с осиной талией, аппетитная грудь, которая бы идеально уместилась в моей ладони, утонченные черты лица, шелковистые волосы. Да у меня были и лучше, особенно во времена стажировки в Варшаве, но что-то пленяло именно в ней, и я как заплутавший моряк плыл на рифы под прекрасную песню своей сирены.

И поэтому именно сейчас я примчал после работы в «Олимп» и пытался выдумать хоть какой-то вразумительный повод, почему я заявился к ней на работу. Думал, пригласить ее в какой-нибудь ресторан, или просто погулять, да что угодно, чтобы быть с ней рядом. Как подросток, ей Богу. Придя и не найдя Лены в ее кабинете, я поймал какую-то шуструю шатенку, которая кидала многообещающие взгляды в мою сторону:

– Извините. Могу у Вас уточнить?

– Да, конечно, Сергей Анатольевич, – расплывшись в плотоядной улыбке, ответила эта дама.

Бл*ть, откуда эта «охотница» в курсе моего имени?

– А мы знакомы?

– Лично нет, но можем с легкостью это исправить. Меня Света зовут, работаю здесь в бухгалтерии. Как раз я готовила финансовую часть контракта для нашего общего проекта, – при этом она протянула свою ручку в горизонтальном положении с явным призывом для поцелуя, но я равнодушно пожал ее в нейтральном жесте, чем явно ее разочаровал.

– Мне нужна Елена Немцова. Она еще на работе? – неужели я опоздал, и она уже ушла.

– А может, я могу помочь? – произнесла моя собеседница, «невинно» хлопая ресницами.

– Нет, – быстро выпалил я. – Мне нужно переговорить именно с Еленой!

Чёрт я уже не знал, как ответить этой бабы и при этом не нагрубить.

– Где она?

– Эм. Может в комнате отдыха? Она вот там, за углом, – при этих словах я решительным шагом двинулся в ту сторону, подальше от этой надоеды. – Если что, обращайтесь, я буду здесь, – услышал я вдогонку голос с надеждой. Ага, в другой жизни, девочка. Сначала я должен разобраться с маленькой заразой, которая никак не хотела выходить из моей головы.

Когда я завернул за угол и переступил порог этой самой комнаты отдыха, моему взгляду предстала чудесненькая картина: Лена сидела за столом, а напротив нее сидел как-то хмырь и лапал ее лицо, а она не думала его отталкивать. Он что ее парень? А я и не задумывался, что она просто-напросто может быть не одна. Мысль о том, что она может быть с другим мужиком заставило закипать мою кровь. Пока не успел передумать и просто уйти, я громко произнес:

– Извините, что прерываю вашу романтическую встречу! Елена Петровна, мне обходимо с Вами переговорить, – раз уже пришел, то нужно поставить все точки над «i». Если у нее действительно что-то есть с этим парнишкой, я, наверно, отступлюсь. Наверно. Может поэтому она так отстраненно вела себя со мной.

– Сергей Анатольевич. Вы что-то хотели? – я слышал, как дрогнул ее голос. А я чуть было не выпалил «ТЕБЯ». Вот уж чего мне хотелось до скрипа зубов, так это ее стонущей подо мной.

Она моментально встала, а рука моего соперника безвольно осталась протянутой через стол. Щечки Лены вспыхнули привлекательным румянцем, от чего друг в моих штанах ожил и клал я с высокой колокольни на этого ушлёпка, который сидел рядом. Я готов был прям здесь разложить ее на столе и показать, ЧЕГО я хочу сейчас больше всего.

– Может, пройдем в Ваш кабинет? – сдерживая эмоции, сказал я.

Она незамедлительно двинулась к выходу и даже не оглянулась на оставленного сзади лузера, который прожигал в ее спине дыру. Так и врезал бы кулаком по этой смазливой роже, кулаки чесались. Но сейчас были дела важнее.

Лена шла впереди, аппетитно покачивая бедрами, хотя это было не вульгарное призывное действие, а естественная грация женственного тела. Она не рисовалась, отчего привлекала еще больше.

– Что Вы хотели узнать? – уже спокойным голосом и с хладнокровной вежливой улыбкой на лице спросила Лена в пол-оборота, заходя в свой кабинет. Я закрыл дверь:

– Я хотел бы обсудить личное, – сказал я.

– Что? – Теперь ее удивленное лицо повернулось ко мне полностью.

– Долго еще от меня будешь бегать?

Лена

Появление Борецкого было словно гром среди ясного неба. Я настолько растерялась, что вначале не знала, куда себя деть, но потом профессионализм взял верх над эмоциями, я смогла даже выровнять дыхание в его присутствии. Когда мы зашли в кабинет, он прикрыл за нами дверь и я решилась уточнить для чего он явился в офис, ведь в прошлую встречу мы всё уже обсудили, всё что мы с ним отметили для доработки, я исправила и отправила по электронной почте.

Да, я избегала прямого контакта с ним в виде телефонных разговоров, подговорив Галину коробочкой вкусных конфет, чтобы не соединяла меня и переводила всё на шефа, потому что не была уверена в своей адекватности, когда слышала его чарующий низкий голос. И до сегодняшнего дня мой план работал. И вот он здесь собственной персоны в этом обалденном костюме и рубашке, которая подчеркивала накаченные грудные мышцы своего хозяина. И этот терпкий аромат парфюма, который держался на моей платье, после того, что было в раздевалке. Черт! Мои мысли опять свернули не туда.

– Я хотел обсудить личное.

– Что? – не поняла я.

– Долго еще от меня будешь бегать?

– Что? – еще более ошарашенно произнесла я. Но я даже не успевала вытянуть свое удивлённое 'ооо', когда его губы оказались на моих. Мягкие, теплые. Боже. Сквозь нас будто ток пускали. Я сначала опешила и не знала, что делать, а он, воспользовавшись тем, что я расслабилась, начал ласкать своим языком мой. Ощущения, которые я испытывала, находясь в его объятьях, я ни с кем ещё не испытывала. Здравый смысл пытался вразумить меня, говоря, что это неправильно, а желание, которое уже посылало тепло в низ живота, шептало: "но ведь так приятно". Мммм. В некоторые моменты мне даже не хватало воздуха, а на выдохе получался протяжный стон. Я и не заметила, как положение поменялось: он прижимал меня спиной к холодному полотну двери, а грудью к своему горячему рельефному телу. Этот контраст будоражил кровь. Его руки были везде, на груди, на моих бедрах, на лице, на затылке, зарываясь туда пальцами. Ооооо. Но когда его руки начали расстёгивать пуговицы моей блузки, я опомнилась. Господи, что я делаю, на работе, в моем собственном кабинете он хотел меня поиметь. Во что я превратила.

– Нет! – почти крикнула я, отталкивая его руки и губы от меня. Мы оба глубоко дышали. Его глаза почти черные от возбуждения и выпуклость штанов, которая секунды назад прижимались ко мне, ещё ни куда не делать.

Так мне нужно выбираться отсюда. Пока он не успел начать новое наступление, спокойно сказала:

– Я думаю, Вам, Сергей Анатольевич, лучше уйти отсюда.

– Что? Что не так? Ты же тоже хочешь? – теперь пришла его очередь удивляться.

– Я не смешиваю работу и личную жизни. Пожалуйста, выйдите из кабинета, мне нужно привести себя в порядок.

Я видела, как сменяются эмоции на его лице: удивление, отчаяние, злость.

– Не смешиваешь, говоришь. А как же твой паренёк из комнаты отдыха? Для него ты сделала исключение?

– Во-первых, мы не переходили на «ты», а во-вторых, это не то, что Вы могли подумать, мы просто беседовали с коллегой.

– Понятно всё, – с какой-то горькой ноткой разочарования выдавил из себя Сергей, поднимая на меня свой суровый взгляд серых глаз, как тот, которым он одарил меня при первой встрече, и поспешил выйти из кабинета.

И только после того как я закрыла задвижку на двери, смогла вдохнуть полной грудью. Что это было? Кто вселился в меня? Я никогда не была так податлива в руках мужчины. И вообще он же ненавидел меня, какого черта он полез ко мне целоваться? Господи, дай мне сил.

Сергей

Она удивилась, вырвалось, «что?», как будто она ничего не понимает, а я с катушек слетел, так и впился в эти манящие губы, одурел от ощущений. А она хоть сначала и уперлась руками в грудь, но потом сдалась, даже отвечать начала, и я дал себе вольную. Руки стали беспорядочно гладить ее изгибы. Впитывал ее стоны, как жаждущий в пустыне, с ума сводила. Меня уже было не остановить. Сам не понял, когда что-то не так пошло, ведь нравилось ей, чувствовал и как отвечала видел. Да только оттолкнула, чуть ли не крикнула «Нет». И хоть мой стояк мог сейчас продолбить дыру в кирпичной стене, я всегда придерживался правила взаимного согласия.

Не смешиваешь работу и личную жизнь, как же. Видел я всё. И в этот момент, я вновь начинал ненавидеть ее. Что опять не так? Ведь хотела, чувствовал, как терлась об него, как стонала в рот и тут такое. Ну и чёрт с ней! Поспешил уйти, пока не натворил глупостей. Как теперь я смогу с ней работать и игнорировать, когда почувствовал ее стоны на своих губах.

В понедельник у нас была назначена рабочая встреча с Афанасьевым и Немцовой, на которую я ожидал, что она не явится, сославшись на больную голову, или что там еще бабы придумывают, чтоб не видеть неугодных ухажеров, но был приятно удивлен, когда оба появились у меня в офисе. В течение переговоров всё шло в профессиональном ключе, я даже успел заскучать, а Лена старалась лишний раз не поднимать на меня взгляда. Хорошо, игнор, так игнор.

Когда мы почти закончили, Семеныч попросил отпустить его пораньше, так как уже опаздывал на другую встречу и поручил Немцовой закончить все организационные моменты.

Мы холодно попрощались и она отправилась восвояси. И хоть внешне я держался холодно, в моих штанах всё явно полыхало огнем от одного ее вида. Но сжимая кулаки и до скрипа стискивая зубы, я остановил себя и не побежал за ней следом. Раз ей это не надо, то и мне подавно.

Лена

После инцидента в моем кабинете я не могла спокойно спать. Опять. И опять Борецкий тревожил мои сны, но теперь я уже не пугалась его, а громко стонала, пока он глубоко погружался в меня в разгар моего эротического сна. Я подскочила на постели, сжимая между ног скомканное одеяло, и почувствовала острую необходимость в разрядке. Господи, когда это прекратится? Достав из верхнего ящика комода своего электрического помощника – вибратора, я буквально за несколько секунд достигла разрядки и упала обессиленно на кровать. И в этот момент я желала, чтобы сон стал явью, чтоб не вибратор, а его пальцы и рот доставили мне это удовольствие. Только на минуту я замечталась об этом.

«Он жуткий бабник» – некстати возникли слова Светы. Блин! Нет, нельзя фантазировать о деловом партнере – инвесторе, нужно игнорировать его и собрать всю свою волю в кулак, чтоб в понедельник ничем не дать ему намека о том, что произошло сейчас.

В понедельник вся встреча прошла как по маслу. И пусть я старалась всячески избегать взгляда Сергея, он, похоже, тоже не очень-то был заинтересован в моей персоне. И присутствие Семеныча снижало градус в помещении. Даже после того, как он ушел на следующую встречу, Борецкий не перешел черту и достойно закончил переговоры.

Я покинула его кабинет с облегченным вздохом, с мыслью, что, наверно, мы сможем продолжить работать над нашим общим проектом, и забыть тот инцидент.

Но с моей везучестью у судьбы были другие планы. Из другого кабинета, похожего на кабинет Борецкого выплыл Вася Глухов:

– Какие люди, Леночка!– пробасил он.

– О, Вася, привет. Не ожидала тебя здесь увидеть.

– Было нужно кое-что забрать по документам. А ты? Какими судьбами?

– Да вот, забегала по работе к Сергею Борецкому.

– По работе?

– Он спонсирует несколько мероприятий в комплексе Афанасьева, в котором я работаю.

– А. Понятно. Ты свободна?

– В каком смысле?

– Сегодня вечером.

– Я …

И не успев договорить, услышала, дверной щелчок и широкие шаги сзади.

– Лена, какие-то проблемы?

Что? Что Борецкий сюда прибежал?

– Серёга, что ты прибежал? – озвучил мои мысли Глухов. – Мы с Леночкой об ужине договариваемся. Иди, работай, – достаточно фамильярно ответил Глухов. Я и не знала, что они знакомы с Борецким.

– Глухов, а ты не забывайся, с кем говоришь! – повысил тон Сергей. У меня мурашки побежали.

– Да ладно тебе, – махнул Глухов рукой в сторону Борецкого. – Ленок, пошли отсюда. А то смотрю, кто-то не выспался сегодня, полдня в кабинете был, не вылезая.

И Вася обнял меня по-свойски за талию и начал вести в сторону выхода. Я опомнилась, вывернулась из его рук. Как-то неловко получалось проявлять наши дружеские отношения при Сергее.

– Прости, Вася. У меня сегодня на вечер другие планы, – и хотела уйти. Даже рот открыла, чтоб сказать обоим "До свидания". Но громовое "Елена Петровна, вернитесь, пожалуйста, ко мне в кабинет. У меня возник один важный вопрос по проекту" меня подкосило.

Нехотя, я развернулась пошла за Сергеем. Вася за моей спиной плюнул.

Я не успела прикрыть дверь, как тело Сергея врезалось в меня сзади и внушительная выпуклость прижалась к моей попке. Боже.

– Видишь, что со мной делаешь, маленькая кокетка. Что удумала? Перед моим носом еще с этим хмырем крутить, это тоже я неправильно понял?

– Что? – сказала я севшим и осипшим голосом.

– Что слышала, красавица. Ты мне мозги не закрути, поняла, я таких знаю.

Что он несёт? Какие мозги? Какие такие?

– Что Вам надо? – я уже начинала паниковать, прижатая в недвусмысленной позе к двери его кабинета.

– О. Я бы многое взял, – прошептал мне на ухо, делая поступательные движения, провоцируя меня выгнуть спину и прижаться крепче к его телу. Как приятно. Между ног уже стало потягивать от возбуждения. Его нежные действия, ярко контрастировали с колкими словами. Но мне не хватало сосредоточенности, чтоб осмыслить их. А мужчина сзади начал тихие поцелуи за моим ушком, ниже по шее и мое любимое местечко. Когда до него дошел, а я застонала, то радостного хмыкнул, усиливая внимание к этому участку. Что мы делаем?

– Остановитесь, – дрожащим голосом вперемешку со стоном сказала я. – Сергей. Ах.

– Что, принцесса? – ответил он, сжимая мои соски сквозь блузку и нижнее белье. – Специально для меня одела такую чудесную блузочку, для лучшего доступа? – и нырнул своей теплой рукой именно туда, быстро преодолев барьер в виде чашек бюстгальтера, обхватил мой сосок двумя пальцами и покрутил. Я вскрикнула, а он только продолжил мои мучения. Трусики уже промокли. А меня что-то не отпускало, чтобы полностью отдаться ему:

– Дай мне кусочек счастья. А, красавица? Глухову-то ты уже дала.

И меня как водой холодной облило. Кем он меня считает?

– Руки убрал! – прорычала я.

– О, мне нравится такой твой тон, стервочка.

Повернув ногу и приподняв, я со всего размаха ударила его по колену шпилькой туфли.

– Ай, сука, больно же!

Запахнув поплотнее блузку, я нажала на ручку двери:

– Сам урод! – и убежала.

– Леночка, проблемы! – выскочил из кабинета Вася.

– Вася, ты-то не лезь!

– Лен, он тебя обидел?

– Сама разберу! – повернулась к лифту.

– Ну-ка, иди сюда! – прогремел Сергей, прихрамывая из кабинета.

– Ещё чего! – сказала я и поторопилась к лифту.

– Лучше стой!

– Серёг, ты чего? – взволновался Глухов.

– А вот ты бы лучше заткнулся, Вася! Сколько раз ты ее трахал, а?

Боже, что он несёт?

– Серёг, ты дурак? Какой трахал?

Мужчины за моей спиной начали возню, а ко мне пришел лифт. Воспользовавшись отсутствием внимания ко мне, заскочила в лифт и поехала вниз.

Боже! Я сползла по стенке и, зарывшись руками в волосы, старалась сдержать эмоции, бившие через край. Сказать, что последние слова Борецкого обидели меня, ничего не сказать. Он практически назвал меня шлюхой, да еще и Глухова сюда приплел. Кошмар! Что с ним не так? Ведь всего минуту назад всё было хорошо и я так его хотела, что готова была наплевать на все своим принципы и сдаться. Как я ошибалась.

Сергей

Вот засранка! Колено ещё ныло, когда я услышал голос своей сирены "Сама разберусь!" в коридоре и ропот Глухова.

Что? Бывший любовничек беспокоится. Красная пелена стала застилать мои глаза. Я ее хотел. Я только что прижимал ее к двери своего кабинета, и она будет МОЕЙ. Я поспешил из кабинета, чтоб тварь-Глухов не дал ей свою жилетку и койку для утешения.

– Ну-ка, иди сюда! – сказал я слишком громко, обращаясь к Лене. Нога чертовски болела, пришлось ковылять, как есть.

– Ещё чего! – бросила она и отвернулась.

– Лучше стой! – моя ярость и неудовлетворенность набирала обороты.

– Серёг, ты чего? – влез этот Глухов, присутствие которого мне уже порядком надоело.

– А вот ты бы лучше заткнулся, Вася! Сколько раз ты ее трахал, а? – руки сжались в кулаки, я готов был по стенке его размазать за то, что он когда-то к ней прикасался.

– Серёг, ты дурак? Какой трахал?

Вот же козел, а я его другом считал. Я уже собирался ринуться вдогонку за моей чертовкой, но Василий преградил дорогу. Я толкнул его в грудь обоими руками, он в свою очередь схватил меня за грудки и встряхнул. Что уж говорить, Глухов был крепче и сильнее меня. Но то чувство, которое съедало меня и тянуло бежать за Леной, только подстегивало разобраться с Василием раз и навсегда. Когда я уже хотел отойти от него и вернуть Лену, двери лифта закрылись, увозя ее от меня.

– Ах, ты мудак! – крикнул я и кинулся с кулаками на Глухова. Тому видно надоело выслушивать меня и припираться. Он ловко скрутил мне руку за спину и повел в сторону туалета. Открыл воду, так и не отпуская руки, он пихнул меня под холодную струю. Это в момент меня отрезвило. Красная пелена стала сходить, а мысли приходить в порядок.

– Остыл? – спросил Глухов. Он уже стоял, прислонившись к противоположной стене, и курил.

–Да, – прохрипел я, сам доставая из пачки сигарету.

– Пошли, поговорим, – сказал Вася и вышел из помещения.

Немного высушив волосы бумажными полотенцами, я побрел за ним. Глухов уже налил нам в моем кабинете по стакану коньяка и ждал.

– Что у тебя с Леной? – начал он.

– А у тебя? – рыкнул я.

– Серёга, сколько лет тебя знаю, но так психовать из-за бабы… Ладно. В этот раз я отвечу на твой вопрос. Лена была замужем за Лехой Свиридовым, моим бывшим партнером в "Спецдоре" и по долгу службы и дружбы мы часто встречали на корпоративных мероприятиях или семейных торжествах. А когда Леха задурил, я ей его привозил и сдавал, когда он даже адрес вспомнить не мог. Ну а потом эта катастрофа…

– Какая катастрофа?

– Да, разбился Леха. Пьяным за руль сел, не справился с управлением и разбился. Насколько я знаю, от него Лена, как раз ушла, поссорились они сильно. В общем, досталось ей… Но она никогда не жаловалась. Оксанка только родилась и она всё ему прощала, хотя не надо было. Я даже пытался увести ее с ребенком, потому что знал ее мужа с не лучших сторон. Но она вежливо улыбалась и также вежливо отказывалась. Ты не думай, что раз она сколько терпела, то она хрупкая и беспомощная, она не такая, она очень сильная. Она мне как сестра, ясно тебе? И обижать ее я тебе не позволю!

– И ты ни разу ее не хотел?! Ох, не поверю, Глухов.

– Хотел. Но еще хотел, чтобы счастливой была. А на чужом несчастье сам знаешь. Не мог я таким воспользоваться.

Я поднялся, так и не притронувшись к коньяку. Только сейчас я задумался, что ничего толком не знал о жизни Лены. Ведь без меня она жила, завела ребенка. У нее была своя размеренная жизнь. И не мог понять готов ли я стать ее частью.

– Серёга, учти, я предупредил, – с угрозой сказал Глухов. – И не посмотрю, что ты мне друг.

– Ясно, – сказал и поехал домой.

Но мысли мои были не здесь, а с девочкой, которая не выходила из головы. И плевал я уже на всё, в чем убеждал себя до этого, ее хотел, извиниться хотел. Потрепала ее жизнь, и я хотел ее защитить. Рассказ Глухова меня отрезвил, ведь я сам всё напридумывал.

На следующий день я был в ее офисе, но она не появилась, а потом выяснил, что Лена «приболела». Уговорами добыл ее номер телефона, но, сколько бы ни пытался позвонить, телефон был вне зоны доступа. Через Валеру, нашего начальника безопасности, я пробил информацию о Лене, возможные места. Квартира в соседнем доме, как оказалась, была ее родителей, а сама она жила в другом районе. Но приехав туда, я обнаружил в этой квартире молодую мамочку с ребенком на руках, которая сказала, что не так давно начала снимать эту квартиру. Больше других мест не значилось.

Лена

Отъезжая от этого злополучного бизнес-центра, я набрала боссу:

– Игорь Семенович?

– Да, Лен?

– Можно я пару недель возьму без оплаты. Нехорошо себя чувствую, наверно переутомилась?

– Что-то серьезно?

– Я не знаю. Просто чувствую, что нужно отдохнуть.

– Конечно-конечно, сколько нужно. Как встреча с Борецким? Всё закончили?

– Вроде хорошо, – про наш инцидент я, конечно, умолчала. – Все контракты подписаны. Игорь Семенович, может, Вы сами с ним остальные вопросы уладите? У меня половина встречи как в туман.

– Не беспокойся, Лена. Отдыхай. Если что понадобится, звони.

– Спасибо. До свидания.

– Выздоравливай.

Я положила руку с телефоном на колени и прислонила голову к холодному стеклу задней двери такси. Пока стояли в пробках, залезла в сумочку за зеркалом, потому что за время этой неразберихи, я и не думала о своем внешнем виде. Увиденное не удивило: волосы были взъерошены, губной помады на губах уже не было, нижняя губа треснула, как видно я ее искусала в кровь. Почему я не отказала шефу работать с этим проектом? Сама не знаю.

Я знала, что буду дома одна и не хотела туда возвращаться. Я обратила взгляд на водителя:

– А за город можете меня отвезти?

– Смотря куда?

Я назвала название поселка, в котором находилась дача родителей. Он согласился, назвал цену. Перегнул, конечно, но мне не хотелось тратить последним силы на сбор одежды и езду в электричке. Через час дороги в пробках и по области, мы были на месте. Выйдя из машины, я наконец-то вздохнула с облегчением. Здесь ЕМУ до меня не добраться.

Родители заметили мой растрёпанный вид, но как всегда промолчали при Ксюше. Разговор был отложен до ее сна. Мама бросала многозначительные взгляды, громко стучала, посудой собирая на чай. Отец просто сидел у камина и читал одну и ту страницу на протяжении часа. Я не могла смотреть им в глаза. Ужин прошел в относительной тишине, только Ксанка щебетала и не замечала, атмосферу между взрослыми за столом. Она рассказала, что с бабушкой они посадили цветочки в саду, дедушка колол деревья, как к ним забежала белочка из леса и как она меня любит:

– Мам, я тебя люблю.

– И я тебя люблю, зайчик.

– Мама, у тебя губка болеет?

Я прикрыла ее рукой, даже дочь заметила:

– Пройдет, да?

– Конечно, малышка.

И в том же духе, пока я не уложила ее спать.

Спускаясь со второго этажа, я услышала, как мама уже начинала набирать обороты, споря с отцом. Глубоко вздохнула и вошла на кухню.

– Леночка, сядь – сказал папа.

Я послушно, как в детстве, села.

– У тебя новый мужчина? Он бьёт тебя? Где ты их всех находишь? Я же не выдержу, если с тобой что-то случится? Ты это понимаешь? – мама уже не могла скрывать волнения и слез. Отец прижал ее к себе, успокаивая, и шепнул идти накапать успокоительного.

Папа повернулся ко мне и сказал:

– Рассказывай.

– Пап, нечего рассказывать. Нет никого.

– Ага, а я зубная фея, – с сарказмом сказал отец. – Я жду.

Военной выдержки моему отцу, бывшему военному полковнику, было не занимать. Недолго помолчав, я сорвалась. Достало всё уже сегодня, эти американские горки. Сегодня все мужчины вокруг меня решили давить, пока я не лопну:

– Я проект инвестиционный веду. Ты же знаешь, как Игорь Семенович плохо с этим справляется. И появился новый спонсор, с которым мы не сошлись характерами. Всё! Больше нечего рассказывать.

Выдавать отцу информацию о наших краткосрочных прелюдиях, от которых в дрожь бросало и по низу живота растекалось тепло, я предусмотрительно не стала. Да и всё это как-то меркло на фоне последнего инцидента. Становилось противно, что он посчитал меня какой-то легкодоступной девкой, хотя я не давала ни малейшего поводу. Что с ним не так? То бросается на меня, то унижает своими колкими взглядами и нелестными комментариями.

Отец мне, конечно, не поверил, выдвинул достаточно громко стул и пошел в сторону лестницы на второй этаж, где находила их с мамой спальня. Потом была его короткая поездка в город, которой он явно остался недоволен, но к этому разговору мы больше не возвращались.

Почти две недели я пробыла у родителей. Ксанка меня от себя не отпускала, была безумно рада такому длительному со мной пребыванию. Я признаться честно часто могла и задержаться на работе, и закапаться в отчётах дома. А эта свобода была нам обеим в новизну и мы использовали каждую минутку, чтобы побыть вместе.

Телефон я выключила, ещё едя сюда в такси, не хотела ни с кем говорить. Я наслаждалась свободой. Но вы должны понимать, что такому трудоголику, как я, было сложно усидеть на месте и работать только на огороде и в саду.

В воскресенье я постучала к отцу в кабинет:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.