Елена Козенева
Выскочки

Глава 1

Солнце только-только показалось из-за горизонта, прошлось щупом-лучом по скалистому уступу и отразилось в инфернальных зрачках горного козла. Животное дернулось, мотнуло головой, пытаясь отогнать надоедливую желтую муху, но, в конце концов, смирилось с ее существованием и нехотя отвернулось, чтобы тут же отпрыгнуть от новой, уже зеленой, вспышки.

– Похоже, мы первые, – заметил один из появившихся на каменном плато людей, оглядываясь по сторонам.

– Идущий-По-Следу утверждал, что последние, – не согласился с ним высокий черноволосый парень, с интересом наблюдая за козлом, который потихоньку сдавал назад.

Отряд из шести человек, одетых в черную форму с огненными нашивками на плечах, смотрелся чужеродно в этом диком горном уголке, и животное, разумно рассудив, что трава везде одинаковая, выплюнуло недожеванный одуванчик и исчезло в колючих кустах.

– Шейх, видел, куда козел ушел? – парень, который, судя по всему, был здесь главным, обратился к одному из своих людей.

– Видел.

– Сходи, проверь, что он там делает.

– Зачем? – не понял Шейх.

– Обойдешь вон тот перелесок и по сигналу атакуешь Молотом, – парень перестал изображать из себя натуралиста, любующегося местной фауной, и посерьезнел.

– Есть, капитан, – смуглый короткостриженый боец без лишних объяснений скрылся за поворотом козьей тропы, идущей по самой кромке обрыва.

– Вепрь, ты к Изумруду. Остальные отвлекают охотников на себя, – продолжил раздавать приказы черноволосый парень, не забывая смотреть по сторонам.

Отряд рассредоточился, укрывшись за камнями и кустами барбариса. Один боец отделился, чтобы через пару секунд исчезнуть в небольшой пещере за спиной прикрывающих.

Капитан, прислонившись к поросшему мхом валуну, взглянул на невысокого жилистого мужчину лет сорока.

– Грозный, «послушай».

Боец понятливо кивнул и вышел на середину скалистой площадки, разделяющей лес и каменную отвесную стену, расчерченную трещинами.

Прошла минута. Грозный неподвижно стоял, вслушиваясь в тишину леса. Птицы, потревоженные людьми, не спешили возвращаться в гнезда. Без их весенних песен лес будто вымер. Листья только выбрались из почек, поэтому шелестеть могли лишь старые прошлогодние, отзываясь на чьи-то шаги.

– Юго-восток, один человек, метров сто, – Грозный пошевелился.

Капитан повернул голову в сторону своих бойцов и взглядом встретился с Энн. В команде она была новенькой, но уже неплохо себя зарекомендовала. Та кивнула, но с места не сдвинулась, ожидая приказа.

– Охотников должно быть шестеро, ищи остальных, – тихо сказал черноволосый парень, тщетно пытаясь разглядеть что-то в гуще леса.

– Кар! Кар! – отозвалась ворона.

Этих любопытных тварей хлебом не корми, дай посмотреть на бой.

– Мешает. Ничего не слышу из-за их воплей.

– Работай, – поторопил капитан.

Мужчина прикрыл глаза и по-собачьи наклонил голову, продолжая «слушать».

– Двое, идут по ручью. Направление – юг, расстояние – шагов семьдесят.

– Эти твои, – распорядился капитан, поручая Грозному самый сложный участок обороны. – Где ещё?

Две секунды и Эхо харум, плетение Грозного, что позволяет слышать далекие отзвуки, указывает еще одну цель.

– Правый фланг, пятьдесят шагов.

– Пилюля, возьмешь на себя.

Больше ждать нельзя. Взмах руки, и трое бойцов, повинуясь приказу, бесшумно скрываются в серой, почти безлиственной чаще.

Капитан и не подумал покидать свою позицию, продолжая подпирать камень.

В лесу завязался бой.

На левом фланге раздался звук, похожий на шипение огромной змеи, и над деревьями поднялся густой белый пар. Мантия тумана. Энн хочет сбить противника с пути, отвлечь и уничтожить.

У ручья загрохотало так, словно на лес обрушился камнепад. Голос гор – сильнейшее из плетений горца. Если Грозный смог подкрасться незамеченным, наверняка избавился хотя бы от одного соперника.

Правый фланг был отдан Пилюле – его приняли в команду по личной просьбе главы гильдии Силы. Боец из него был никудышный, зато доносчик, видимо, неплохой. Капитан хмуро смотрел в его сторону, ожидая неминуемого прорыва.

– Рад снова видеть тебя, Белый Жнец, – мысли парня прервал тихий голос.

Из леса, не спеша и не скрываясь, вышел охотник. Смазливая мордашка и аккуратные локоны плохо сочетались с огромным двуручным мечом, что он нес, забросив на плечо. Охотник остановился на границе, где пожухлая трава уступала место холодному камню. Серая форма и нашивка с черной полосой выдавали в нем дорожника.

– Гений, – безрадостно поприветствовал соперника капитан, наконец-то отлепляясь от валуна. – Что заставило выйти на охоту самого главу гильдии Пути?

– Сегодняшняя добыча достаточно крупная, чтобы за нее побороться.

– Изумруд Потока?

– Изумруд Потока в сто единиц, – поправил Гений и плавным движением опустил меч.

Жнец нахмурился. Плохо! Охотники должны знать, за что они сражаются, но ищейки его родной гильдии, в этот раз не справились со своей работой.

– Смотрю, ты удивлен, – усмехнулся глава дорожников, продолжая тянуть время. – Гильдия Силы сдает позиции, если не может определить ценность добычи.

– Это не имеет значения, – упрямо склонил голову Белый Жнец. Он тоже не спешил развязывать поединок с противником, превосходящим его и по силе, и по опыту, а потому лихорадочно соображал, что делать.

– Тебе ли не знать, капитан, что значение имеет всё, – не согласился Гений, делая шаг вперед, и острие его меча высекло искры из камня.– Если на кону стоит Уникальный ресурс, ты ведь не думаешь, что я ограничусь простой норой?

Один, два, пять, семь. На каменное плато так же неспешно и бесшумно, как до этого их командир, вышли люди. Вместе с теми, что в лесу, их было двенадцать. Максимум, что может перебросить двойная нора.

– Не имеет значения, – повторил Жнец, принимая решение.

Глава дорожников оскалился. Маска вежливости, которую он носил в обычной жизни, могла обмануть тех, кто не встречался с Гением на поле боя. Но именно здесь он был собой настоящим – кровожадным и безжалостным палачом.

– Достаньте мне Изумруд! Со Жнецом я разберусь сам.

Охотники Пути разделились и, следуя приказу, попытались обойти противника с флангов, но не успели. Капитан Силы пошел ва-банк.

Шаг назад, чтобы держать в поле зрения всех соперников. Призыв. Мощный выброс харум – и оружие капитана загорается белым пламенем.

– Щиты! – успел крикнуть Гений, но не успел ничего предпринять.

Боевой серп резанул воздух, выпуская перед собой широкую полосу огня. Кто-то из дорожников попытался прикрыться щитом, кто-то выставил оружие, защищаясь от пламени, но выброс был такой силы, что устоять смог только один. Всего через миг на поляне остались лишь Жнец и злой, с ног до головы покрытый пеплом, сверкающий глазами Гений.

– Огненный полумесяц, – разъяренно процедил глава Пути, разжимая пальцы, стиснутые на рукояти меча. Оружие упало на землю, беззвучно рассыпаясь в пыль. – Сильно, но бесполезно. У тебя больше не хватит энергии ни на что.

– Уверен? – капитан Силы перекинул раскаленный серп в другую руку и осторожно двинулся вперед.

Гений скривился. Такие выкрутасы выводили его из себя.

– Ты хороший воин, Жнец, но плохой стратег, – глава дорожников стряхнул пепел с ладоней, чихнул и недовольно поморщился.

Белый Жнец промолчал. Он, как мог, тянул время, надеясь, что кто-то из команды успеет прийти на помощь. Его мотивы были абсолютно прозрачны, но почему медлит Гений? Глава гильдии Пути сейчас мог раздавить противника, как муху. Пожалуй, даже если бы капитан Силы не потратил весь запас харум, он вряд ли выстоял бы в прямом столкновении. Так чего же ждет дорожник? Ответ на этот вопрос стал ясен, когда спустя несколько секунд из глубины леса показались еще две фигуры.

– Командир, сектор зачищен, – доложил первый боец, занимая позицию за левым плечом Гения.

Пришел со стороны левого фланга. Значит, не справилась Энн.

– Мой тоже, – сквозь разбитые губы прошипел второй.

А это уже ошибка Пилюли.

Глава Пути, удостоверившись, что его есть кому прикрыть со спины, начал действовать. Он развел руки в стороны, призывая энергию, а затем резко хлопнул, воплощая харум в новый двуручный меч.

Именно эта редкая способность воплощать энергию в материю, и сделала Гения главой гильдии. Главой одной из пяти Великих Гильдий.

Белый Жнец молча поднял серп.

– Просто сдайся, – самодовольно хмыкнул дорожник.

– Гений, тебе надо завязывать с разговорами, – улыбнулся в ответ капитан Силы.

За пару секунд до этого Жнец встретился взглядом с Грозным, который бесшумно вышел из леса поодаль от охотников Пути. Условный знак, кивок в ответ, и горец запускает в небо зеленую вспышку. Сигнал к атаке.

Шейх не подвел. Заготовленный им Молот пустыни врезался в лес, как древнее чудовище – Многорукий великан. Вырывая вековые дубы и сдвигая огромные валуны, он увлекал их вперед, превращая в часть себя.

– Встать за мной. Поднять щиты, – зарычал глава Пути, поворачиваясь лицом к действительно требующей внимания угрозе.

Жнец продолжал стоять между дорожниками и пещерой с ресурсом, сжимая уже бесполезный серп. Он потратил почти всю харум на одно плетение, но надеялся, что той ничтожной искры, что в нем еще осталась, хватит для того, чтобы захлопнуть капкан.

В следующий момент Молот достиг поляны и встретился с Гением. Глава гильдии успел выставить перед собой меч. Мощь его оружия была столь велика, что плавила камни и сжигала деревья в прах. Гений же не сдвинулся ни на шаг, продолжая вливать в меч все больше и больше харум.

«Да сколько ж в тебе энергии, крот тебя забери!» – начал терять выдержку Жнец.

Двое других дорожников повернулись к нему и приготовились к бою.

– Ага, размечтались, – буркнул себе по нос парень, создавая Платформу титана.

Дорожники удивленно переглянулись. Жнец почти мог прочитать их мысли. Наверняка, сейчас они подумали, что капитан Силы создал Платформу от отчаяния, просто не придумав ничего лучше. Ведь это бытовое плетение – всего лишь тонкий экран из чистой харум, да, прочный, но очень недолговечный и абсолютно бесполезный в бою. Все, что может Платформа – это подтолкнуть охотников на пару метров вперед и исчезнуть.

Почувствовав что-то неладное за спиной, Гений резко обернулся, продолжая сдерживать Молот. Сила плетения вот-вот должна была иссякнуть, тогда у капитана Силы уже не будет шанса.

– Ах ты гаденыш, – только и успел выдохнуть глава Пути, в последнюю секунду разгадав замысел соперника.

Но Белый Жнец снова оказался на шаг впереди. Он толкнул перед собой Платформу схлопнув два плетения и расплющив дорожников между Молотом и импровизированной наковальней.

Над изувеченным лесом нависла тишина.

– Капитан, ты снова сделал невозможное, – мимо демонстративно медленно прошел Грозный, ткнув парня кулаком в плечо.

– Прихлопнул главу гильдии, как муху, и даже не вспотел. Пожалуй, это даже круче, чем всегда, – постучал по другому плечу, успевший к финалу схватки Шейх.

Жнец хмыкнул, пытаясь сдержать улыбку. Он засунул серп за пояс и потянулся. Мокрая куртка чуть отлипла от спины, продолжая холодить тело.

– Надо взять Изумруд, – поторопил он своих охотников.

– Без проблем, капитан, он вот-вот созреет, – крикнул из пещеры Вепрь, так и не вступивший в бой.

Назвать это место пещерой можно было с большой натяжкой. Скорее глубокий грот, в самой дальней и темной части которого сиял зеленым уже полностью сформировавшийся кристалл. Он был наполовину вплавлен в твердь горы и окутан световым коконом. Крохотный, размером с ноготь, а сколько сил на него потрачено!

– Сто единиц, говоришь? – задумчиво произнес Белый Жнец, дожидаясь пока свет вокруг ресурса погаснет. – Посмотрим, сколько даст за него твоя гильдия, Гений.

Жнец поддел Изумруд серпом, отделяя от материнской породы, и, кивнув своим бойцам, открыл нору.

***

– Это было великолепно! Давайте поприветствуем Белого жнеца и его охотников из Гильдии силы!

Арена взорвалась шквалом аплодисментов и восторженными выкриками.

– И когда только успели пронюхать, – чуть слышно фыркнул смуглый Шейх, не забывая белозубо улыбаться и махать рукой направо и налево.

– Этот поединок войдет в историю Охоты! Стратегия и Мощь! Великолепно! Просто великолепно! – продолжал вопить Голос. – Лили, давай узнаем, что думают сами участники поединка!

Посредине Арены материализовалась худенькая девушка с полупрозрачной кожей. Короткое ярко-желтое платье удивительно шло ей, превращая в лучик солнца в темном склепе Арены. Девушка улыбнулась, помахала рукой, в сторону парящих над головой технострекоз и звонко защебетала:

– Уважаемый глава гильдии, прокомментируйте сегодняшнюю охоту! Как вы узнали об Изумруде Потока и почему так и не смогли его получить?

Гений и его команда вышли из норы несколькими минутами ранее. Они не ушли с Арены, видимо, дожидаясь Жнеца, чтобы успеть переговорить с ним до того, как в торги за Изумруд вступят другие гильдии. Сейчас глава дорожников лишь символически оскалился, едва уловимым движением ладони, словно комара, отгоняя девушку.

– Без комментариев.

Капитан Силы в этот момент дал знак своим людям аккуратно продвигаться к выходу. Хватит на сегодня разговоров. В конце концов, он простой охотник, и не ему решать, что делать с добычей – для этого есть главы гильдий.

Энн и Пилюля, вышедшие из норы раньше своей команды, уже стояли у ворот Арены, виновато опустив головы.

– Жнец, постой, – Гений не дал парню шанса уйти незамеченным. Пренебрегая всеми правилами приличия, глава проигравшей команды просто прошел сквозь ведущую, растаявшую за его спиной, будто туман.

– НЕМЫСЛИМО! – искренне возмутился Голос. – Похоже, Гений, которого давно не было видно на Охоте, совсем забыл об элементарной вежливости!

Белый Жнец махнул коротко стриженной, по моде силовиков, головой в сторону выхода, дав своим бойцам понять, что встретится с ними на улице. Добытый кристалл он перекинул Грозному, заставив дорожников вздрогнуть. Изумруд потока – материал, необходимый всем гильдиям без исключения. Именно он помогает ищейкам находить ресурсы, созревающие в самых дальних уголках планеты, и открывать к ним норы. Но для дорожников это еще и единственный источник харум, пригодный для создания линий и магистралей пути. А именно эта сфера деятельности позволяет гильдии оставаться Великой.

– Действительно, Гений, нельзя же так резко реагировать на проигрыш, – примирительно сказал Белый Жнец, но едва заметная насмешливая улыбка на его губах могла вывести из себя и кого-то гораздо более терпеливого, чем Глава Пути. – Не расстраивай своих фанатов.

Дорожник прикрыл глаза, было видно, что он еле сдерживается, чтобы не послать в кротовину и капитана Силы, и всех фанатов.

– Генерал плохо воспитывает свой молодняк, – процедил сквозь зубы главный дорожник, стараясь, чтобы технострекоза, пролетающая над головой, не уловила выражение его лица. – Не слишком ли ты дерзкий?

– Ты говоришь это уже пять лет, пора бы смириться, – парень нетерпеливо переступил с ноги на ногу.

– Мне нужен этот Изумруд.

– Договаривайся с Робом, – пожал плечами Жнец, развернулся и вышел, предоставив дорожникам самим решать свои проблемы.

***

На улице шел дождь. В городе, так же как и в диких землях, была ранняя, еще безлиственная весна. Каждый раз, выходя за пределы Арены, Белый Жнец несколько минут стоял неподвижно, глядя в небо и вновь привыкая к реальности. Раскаленная харум кровь еще жгла вены, и дождь сейчас был благословением.

Арена находилась на окраине Цитари, столицы Союза Гильдий, вдали от жилых кварталов и шумных магистралей пути. Она представляла собой огромный серый колпак с высокой двустворчатой дверью-заплаткой, открыть которую можно было только изнутри. Литой монолит из бетона, уродующий ландшафт. Никогда и никем не охраняемая, Арена все же оставалась неприступной, главным образом из-за ореола опасности и тайны, хотя, возможно, и из-за того, что внутри нее не было ничего, кроме портала.

Раньше, когда норы только начали вводить в эксплуатацию, на этом месте была законсервированная свалка ресурсов – разноцветная куча использованного мусора, закрытая пологом, предотвращающим излучение. Тогда главам Пяти Великих Гильдий показалось отличной идеей замкнуть выходы всех нор на этот пустырь, чтобы обезопасить жителей столицы от конфликтов между охотниками.

Несколько кровавых стычек уже после выхода из норы, подтолкнули гильдии к подписанию соглашения и разработке Кодекса Охотника. Нарушение его каралось лишением харум, а для Воплощающего это страшнее смерти. С тех пор никаких инцидентов не случалось. Пустырь превратился в Арену.

Жнец вспомнил, как впервые оказался здесь. С момента его первой охоты прошло уже шесть лет. Тогда он был еще совсем юнцом, но Роб рискнул и взял его в рейд. Ищейки обнаружили ресурс Исключительной ценности, и гильдия раскошелилась на двойную нору. Пройти через нее могли двенадцать человек, но в тот момент готовых к переходу охотников было всего десять, поэтому новичкам выпал шанс показать себя.

«Ничего не делай, не рвись вперед, – сказал тогда Роб. – Твоя цель – удержаться рядом. Просто выполняй приказ».

В тот день Белый Жнец смог не просто удержаться, но и вырвать ресурс из лап лекарей. Так он вошел в основной состав команды. А через год, когда Роб стал главой гильдии, Жнец занял место капитана.

– Непростая сегодня выдалась охота, да, Вир? – Лили вынырнула из дождя. Настоящая Лили, а не ее туманный двойник на Арене.

Девушка пряталась под желтым зонтом, но чулки все равно были забрызганы почти до самой юбки.

– Угу, – Жнец прищурил один глаз и улыбнулся, – бывало и проще.

Лили засмеялась и, показалось, словно рядом зазвенел колокольчик.

– Ты упрямый молчун, Вир! Но милашка! – Девушка подняла зонтик, защищая охотника от дождя. – Жаль, что ты не слушаешь меня, мог бы стать любимчиком миллионов.

– Зачем мне это? – Белый Жнец взял зонт из рук Лили, которой приходилось вставать на цыпочки из-за большой разницы в росте.

– Ну, хотя бы ради удовлетворения собственного тщеславия. Или ради меня. Я была бы не прочь быть девушкой того, о ком мечтает вся женская половина Союза.

Парень фыркнул, обнял Лили за талию и прижал к себе.

– Это вашей гильдии нужно шоу, а нам нужно просто добыть ресурс. Кстати, как вы узнали о месте охоты раньше лекарей и перековщиков?

– У нас свои методы. И я тебе о них не расскажу, – подмигнула Лили, вздергивая подбородок и подставляя губы для поцелуя.

– Мне надо к ребятам, – улыбнулся Вир, нежно чмокнув девушку. – Давай встретимся вечером в парке?

Лили сморщила носик, показывая, как она недовольна.

– Хорошо, – кивнула ведущая, отбирая у капитана охотников зонтик. – Хоть я и расстроена, но прощу тебя, если дашь мне большое интервью!

– Посмотрим, – как всегда уклончиво ответил Белый Жнец, проводя рукой по ее черным холодным волосам.

– Я знаю, ты не любишь мою гильдию, но, согласись, нельзя не брать нас в расчет. Сейчас развлечения вышли на первый план. Войн, слава харум, не было уже лет сто, и охота на ресурсы после появления нор перестала быть кровавой бойней, превратившись в состязание Воплощающих. Сейчас люди хотят зрелищ, и мы даем им то, чего они хотят. Просто смирись с этим.

– Ради тебя я постараюсь, Лили, – Вир надеялся, что его голос звучит достаточно убедительно. – Мне пора. До вечера.

Еще раз поцеловав девушку, Белый Жнец шагнул под дождь и быстро скрылся из виду.

Каждая уважающая себя гильдия держала в пешей доступности от Арены пару личных строг, чтобы быстро доставлять в Гильдейский дом охотников, а главное – их добычу. Строги силовиков, как всегда, стояли в первом боксе. Вся команда уже собралась здесь, они шумно обсуждали поединок, ожидая своего капитана.

– Едем, – Вир вошел в бокс и, не сбавляя шага, двинулся к красной каплевидной строге. На ее металлическом корпусе был выбит огонь – символ гильдии Силы.

Команда расселась по местам. Строга тронулась, получив искру харум, подтверждающую полномочия капитана. Окна затянул водяной мох, мерцающий приятным мягким светом и не пропускающий внутрь посторонние звуки.

– Что случилось, Энн? Почему не справилась? – спросил Жнец, повернувшись в сторону девушки.

Капитан предпочитал разбирать неудачи сразу, чтобы потом никогда больше к ним не возвращаться.

– На меня вышел Мыш, этот прихвостень Матильды, – охотница недовольно мотнула головой и ее короткие серые волосы колыхнулись, как зола под порывом ветра. – Он разогнал мой туман, и я ничего не успела сделать.

– Это еще хорошо, что Гений не взял Матильду, иначе неизвестно, чем бы все закончилось, – обернулся Грозный, который сидел впереди, рядом с капитаном.

– Да уж, – поддержал Шейх, приобнимая Энн за плечи, – это он сглупил. Гений, конечно, глава гильдии и все такое, но Матильда гораздо опасней.

– Она крутая, – согласилась охотница, сбрасывая руку мужчины, – но наш капитан не раз ее побеждал, поэтому даже с ней дорожникам ничего бы не светило.

Жнец хмыкнул и зевнул, адреналин покидал кровь, оставляя усталость.

Пилюля тоже облажался, но ему вопросов никто не задавал. С протекцией Роба он был неприкосновенен даже для своего капитана.

Вир на секунду прикрыл глаза и уже сквозь дрему услышал гневный шепот Грозного.

– Тише, обормоты, не видите – капитан спит.

***

От Арены до кварталов гильдии Силы было примерно полчаса езды. По собственной, специально отведенной линии, разумеется. В отсеке прибытия отряд уже встречали.

– Роб? – удивился сонный Вир, выходя из строги.

Глава гильдии каменным изваянием застыл у края платформы. За его спиной нерешительно переглядывались советники и хмурили лбы офицеры личной гвардии.

Рабочие, в обязанности которых входило обслуживание строги, жались к стене и таращились на большое начальство.

– Приказываю взять под арест Вира из гильдии Силы, прозванного харум Белым Жнецом, и заключить его под стражу до выяснения обстоятельств дела, – ровным голосом произнес Роб, генерал Силы, и каждое его слово не хуже Молота Пустыни прибивало Вира и его команду к серому граниту платформы.

Жнец изумленно приподнял бровь. Спрашивать, что случилось, он даже не пытался. Если бы глава захотел рассказать, он не стал бы устраивать шоу, достойное гильдии Развлечений. Парень молча стоял и смотрел в лицо своего командира и друга, Роб отвечал ему тем же. Скрестив руки на груди и высоко подняв голову, он смотрел куда-то сквозь капитана охотников. Величественный и злой.

Сердце Вира сжалось. Буря, которой он ожидал уже которую неделю, похоже, вот-вот разразится. Примерно месяц назад глава гильдии прекратил с капитаном охотников все личное общение, встречаясь с ним только на общекомандных сборах, но и в тех случаях ограничиваясь лишь дежурными фразами. И как бы Жнец не пытался выяснить, что происходит, ему это не удалось. Вторым шагом Роба стал навязанный команде новый охотник – Пилюля. А последним, судя по всему, станет тюрьма для Белого Жнеца.

Никто не тронулся с места. И уже начало казаться, что впервые главе гильдии придется повторить свой приказ, но тут Пилюля решил вспомнить, кто его «кормит».

– Что стоим? Взять Белого Жнеца под арест. Или хотите сесть с ним рядом?

Охотники гневно загудели, Грозный дернулся к Пилюле, пытаясь поймать того за грудки, но он успел вовремя отступить, перейдя невидимую черту между командой и главой гильдии.

– Хватит! – Не дождавшись от Роба хоть какой-то реакции, Жнец хмуро усмехнулся: – Разберемся.

– Мелех, – глава силовиков кивнул в сторону Вира и, отвернувшись, пошел к выходу.

Начальник личной охраны Роба, немолодой седой мужчина из бывших охотников, угрюмо потупил взгляд.

Жнец сам подошел к нему и подставил руки.

– Прости, Вир. Уверен, вы с Робом все уладите, – сказал Мелех, накидывая на капитана Аркан судьбы.

***

С момента ареста прошли уже сутки, но никто не спешил сообщать Жнецу о ходе его дела. Вир до сих пор не знал, ни за что он задержан, ни как долго продлится его заключение.

Роб был очень зол, это чувствовалось в тот день особенно ярко. Но почему? Что такого могло случиться, что заставило наставника усомниться в своем ученике?

«Он разберется», – твердил себе Жнец еще вчера, но сегодня он уже не знал, что и думать.

Конвой у его камеры сменился четырежды, и каждый следующий охранник вел себя грубее предыдущего. А это значит, что там, снаружи уже сформировалось общественное мнение, и оно явно не в его пользу.

– На выход, – голос Мелеха заставил Жнеца вздрогнуть.

Еще вчера ветеран охоты был другом Вира. Сегодня он стал его врагом.

Капитан встал. За все время, что парень провел в камере, никто так и не удосужился снять с него Аркан. Мерцающая субстанция змеей струилась по телу, сковывая движения и не позволяя использовать харум. Спина, ноги и руки затекли неимоверно, но боль – последнее, что сейчас волновало Белого Жнеца.

Дверь камеры, темный коридор, мраморные ступени лестницы, что вели в Зал Совета. До вчерашнего дня Вир даже не знал, что у гильдии есть своя тюрьма, а сегодня оказалось, что существует и потайной ход, ведущий от камер к месту суда.

Капитан охотников старался держать себя в руках, гнал прочь черные мысли, но внешнее спокойствие давалось ему нелегко. Просто узнать причину, может же он рассчитывать хотя бы на такую малость?

– Мелех, ты ведь ненавидишь меня? – Жнец вдруг резко остановился, не дойдя до двери несколько ступенек, и повернулся к конвоиру. – Так говори! Выскажи все, что на душе, пока у тебя есть такая возможность!

Ветеран стиснул зубы и сжал кулаки, еле сдерживая злость.

– Я верил тебе, Вир. Мы все тебе верили! Как ты мог нас предать?! – прорычал мужчина, глядя на капитана охотников снизу вверх.

Вир поежился. Действительно ненавидит и убежден в своей правоте.

– Ты ошибаешься, – покачал головой Жнец, но по телу пробежал холодок от предчувствия неминуемой беды.

– Нет, – нехорошо улыбнулся конвоир, – это ты ошибся, когда предал гильдию

Белый Жнец вздрогнул, спина вдруг занемела, словно по хребту прошлись Снежной плетью, ноги приросли к полу. Измена – самое тяжелое преступление, и наказание за нее самое суровое.

– Вперед, – Мелех активировал Аркан, тот ужалил болью, вопреки здравому смыслу, расплавляя лед страха в сердце.

Он не виновен и будет оправдан.

Еще десяток ступеней, и двери Зала Совета распахнулись перед Белым Жнецом, яркий свет заставил зажмуриться. Зал был забит до отказа, но вошедших встретила абсолютная тишина.

На мгновение Вир остановился – странно чувствовать себя чужим в собственном доме – но тут же упрямо встряхнулся и прошел на место перед трибуной.

Зал Совета – просторный, светлый, с мраморными колонами, впивающимися в высокий потолок – обычно его использовали для официальных приемов, встреч с главами других гильдий, свадебных церемоний и юбилеев, а вот сегодня он стал залом суда. В центре главной трибуны сидел Роб, с правой стороны от него – серьезный и равнодушный Сон, глава гильдии Следа, Вир знал его в лицо – тот часто сам принимал участие в охотах; слева сидел еще один глава, судя по всему гильдии Юстиции – толстый, обрюзгший и какой-то растерянный. И гильдия Следа, и гильдия Юстиции были основаны относительно недавно, но если следаки нашли свою нишу в Союзе, занимаясь расследованием преступлений и охраной правопорядка, то гильдия Юстиции, изначально создаваемая как судейская, превратилась в формальную бюрократическую структуру. Оформление документов, выправление патентов и лицензий, ведение архивов – вот что стало основной ее сферой деятельности. А все потому, что главы гильдий никому не желали отдавать роль судьи в своих владениях.

Удар молотка.

– Начнем! – объявил генерал.

Шепот сотен голосов нарушил тишину, но мгновенно затих, стоило главе силовиков взглянуть в зал.

– Вир из гильдии Силы, прозванный харум Белым Жнецом, обвиняется в предательстве интересов гильдии и в разглашении ее тайны. Зная о местонахождении ресурсов, он выдал эту информацию своей любовнице Лили из гильдии Развлечений, известной под прозвищем Синица.

Вир дернулся, как от удара, и отступил на полшага назад.

– Намеренно или по причине преступной халатности тайна попала в руки развлеченцев, значения не имеет, – бесстрастно продолжил Роб. – Проведя следствие, мы установили, что Лили использовала эту информацию в интересах своей гильдии – технострекозы зачастую оказывались на месте возникновения ресурса даже раньше охотников.

– Гильдия Следа по просьбе Силы провела проверку, – продолжил Сон, после кивка генерала. – На норном браслете Белого Жнеца был обнаружен Репей – следящий артефакт. Попасть на браслет он мог лишь в момент, когда тот был снят с руки, то есть, отдан добровольно. Мы допросили Синицу, и она призналась в содеянном.

У Вира перехватило дыхание. Он вспомнил. Вспомнил день, когда впервые встретил Лили, тогда в Цитари стояла глубокая осень, и шли затяжные дожди. В один из таких ненастных дней Господин Голос объявил, что настало время перемен, и представил новое молодое лицо Арены. Лили показалась во всей красе. Тоненькая задорная девушка покорила сердца зрителей и команд. Она шутила, смеялась и плакала вместе с охотниками. Она знала всех не только по их прозвищам, но и по именам, так редко звучащим среди Воплощающих. Она была мила со всеми вне зависимости от статуса их гильдий.

Второй раз Вир встретил ее в тот же день у ворот Арены. Она подошла к нему и протянула банку холодного кофе. С тех пор девушка стала не просто Лили, а его Лили.

А с месяц назад, когда они гуляли в парке, она попросила померить его браслет, чтобы представить каково это, быть охотником. Он, конечно же, дал и потом весь вечер смеялся над ее неуклюжестью – Лили тут же уронила браслет в траву, а потом долго пыталась его застегнуть.

– Белый Жнец, – глава Силы не смотрел на капитана охотников, задумчиво перебирая бумаги. – У тебя есть, что сказать гильдии?

Вир глубоко вздохнул, с трудом наполняя легкие. Он многое хотел сказать. Он хотел кричать, что всё это не может быть правдой, что это вранье и ошибка. Хотел рассказать Робу, как благодарен ему за то, что в свое время тот поверил в неопытного новичка и как сожалеет, что подвел его сегодня.

Но воздуха хватило всего на одно единственное слово.

– Нет.

Роб молчал, впервые за этот вечер взглянув на Жнеца. И сейчас наряду с разочарованием, в его глазах будто бы промелькнуло сожаление.

– Приговор, – после минутной паузы продолжил генерал. – Лишить Вира, Белого Жнеца, возможности призывать харум. Отказать Белому Жнецу в заступничестве гильдии Силы. Обнародовать все обстоятельства дела и приговор, дабы лишить его возможности обмануть или ввести в заблуждение представителей других гильдий. Запретить Белому Жнецу пребывание на территории кварталов Гильдии Силы и на других объектах, принадлежащих гильдии. Приговор окончателен и обжалованию не подлежит.

Закончив заседание, Роб покинул Зал Совета, упрямый и непреклонный.

Каждое сказанное им слово было встречено публикой потрясёнными вздохами.

Но Белый Жнец не слышал и не видел никого, скованный виной и страхом, покрепче Аркана судьбы.

***

Дальше все было словно в тумане: Вира провели сквозь гудящую толпу, не снимая Аркана, грубо затолкнули обратно в камеру, где он просидел то ли пару минут, то ли несколько часов. На этот раз охрану подстраховали еще и Стальной паутинкой, растянутой на входе.

– Встать! – хриплый от ненависти голос Мелеха заставил Вира вспомнить о реальности.

Он медленно поднял взгляд на охранника. Тяжелый взгляд дикого зверя, загнанного в угол.

Ветеран охоты лишь усмехнулся и призвал харум, активируя Аркан. Боль, пронзившая тело, заставила Жнеца зарычать.

– Встать!

Вир встал и шагнул вперед. Конвоир попятился.

Дверь камеры, темный коридор, мраморные ступени лестницы…

– Привести приговор в исполнение, – Роб стоял перед трибуной, на месте, где еще недавно Белый Жнец выслушивал обвинения в свой адрес.

Сегодня в Зале Совета не было зрителей, не было глав Следа и Юстиции. Сегодня здесь были перековщики со своим кротовым аппаратом. Массивный, темный, чуждый – аппарат внушал животный страх каждому Воплощающему. Мастера гильдии Перековщиков утверждали, что сами изобрели его, но именно сейчас Вир понял – лгут. Это древние знания, знания жестокой безнорной эпохи.

Вира втолкнули в центр рисунка, выбитого на каменной платформе. Рисунок был примитивен, но отчего-то притягивал взгляд. На нем человек склонился над младенцем, лежащим на каменной плите, а за его спиной поднималось черное «нечто».

Под пристальными взглядами гильдейской верхушки, один из перековщиков влил в аппарат чистую энергию харум, приводя платформу в движение. Каменный круг стал вращаться в одну сторону, а железные прутья, свисающие над головой приговоренного, словно спицы зонта – в другую, создавая ощущение головокружительной скорости. Вир инстинктивно прикрыл глаза, но быстро опомнился, иначе он не сможет устоять на ногах, и все станет только хуже.

В какой-то момент к скорости прибавился звук – монотонное неживое жужжание. А еще через мгновение пришел и запах – запах пыли и тлена. Именно тогда Жнец не выдержал и воззвал. Он звал харум, и она отвечала, наполняя все его тело: сначала вены и артерии, потом кости и мышцы. Энергия накапливалась в нем, но, сдерживаемая Арканом, не могла ни во что воплотиться. Харум лилась широким потоком, пока не затопила разум Вира и не отключила его сознание.

Когда Жнец пришел в себя, он обнаружил, что находится в собственной комнате, в своей же кровати.

– Очнулся? – безразлично спросил Роб.

Он сидел в кресле у окна с дымящейся трубкой в зубах, пепел с которой глава Силы стряхивал прямо на пол.

Вир болезненно поморщился и потер виски. Огляделся. Комната, вроде, его, но при этом уже чужая. Вон там, на подоконнике, стоит старый патефон. Роб подарил его, когда Вир стал капитаном охотничьей команды. Еще в тот день он подарил кучу пластинок, которые разбились почти сразу. Все, кроме одной, на которой был записан шум моря.

Сейчас была разбита и эта последняя пластинка.

А на столе раньше всегда стояла пепельница. Вир не курил, но никогда не убирал ее, держа на случай визита друга. В последнее время Роб был слишком занят и очень редко заходил, но пепельницу Жнец не убирал. Сейчас она валялась на полу, прямо на осколках пластинки. Следаки к обыску подошли основательно, не заботясь о чужих воспоминаниях.

– Если очнулся, бери свои вещи и проваливай, – все так же холодно сказал глава гильдии, сощурившись и выдохнув в комнату резко пахнущий дым. – И не возвращайся, Вир. Не возвращайся никогда. Ты избежал Сектора Изъятия и отделался так легко лишь потому, что был моим другом. Уходи, Жнец, и впредь не смей идти против меня или моей гильдии. Тебе ясно?

Парень встал с кровати. Его мутило и покачивало из стороны в сторону.

– Ясно, – это все, что имел право ответить бывший силовик, бывший капитан охотников и бывший друг.

– Твои вещи, – мрачный кивок в сторону двери, где стояла старенькая, много лет пылившаяся в шкафу спортивная сумка.

Вир подошел к ней, открыл. Вещей было не много: одежда – почти вся в черно-красных цветах Силы; истрепанный журнал – был у развлеченцев недолгий период, когда они выпускали глянцевый «Вестник Охоты» – на обложке этого номера радовалась победе первая команда Вира; книги по истории и природе харум.

Жнец невесело усмехнулся, достал любимую куртку с алой нашивкой Гильдии на плече. Подумал, сорвал нашивку, бросив ее назад в сумку, прямо на скомканные вещи, и, не оглядываясь, вышел из комнаты.

***

Широкие проспекты кварталов Силы ночью были почти безлюдны – комендантский час начинался в одиннадцать. Право выходить на улицу имели только гвардейцы, высшее руководство, зарегистрированные гости, а сейчас еще и Вир, на которого уже не действовали правила гильдии.

Несмотря на глубокую ночь, общественные строги, благодаря гильдии Пути, ходили исправно. Вир стоял на пустой, продуваемой со всех сторон платформе, ежась от холода и кутаясь в куртку.

Символично. Семь лет назад он точно так же ждал строгу, чтобы поехать на отбор охотников в гильдию Силы. Отбор Белый Жнец прошел, иначе и быть не могло, он шел к этому с тринадцати лет. С тех самых пор, как увидел сон, в котором незримая сущность позвала его по имени, которого до этого он не знал. В тот же день его отправили в гильдию Перековщиков, для определения потенциала харум. Вир так переживал, что собрал носом все ступени в особняке мастеров. А что если его внутреннего резерва будет недостаточно для команды охотников? Чем тогда он станет заниматься? Вир не представлял для себя другого будущего. Но, к счастью, его потенциал оказался не просто достаточным для Охоты, он был десятым – наивысшим.

В день, когда его взяли в команду Силы, началась его новая жизнь. Сегодня он покидает гильдию, навсегда расставаясь и с прошлым, и с будущим.

Строга затормозила у платформы, и дверь распахнулась прямо перед носом Вира. Неважно, куда ведет этот маршрут – он просто сойдет на случайной станции и найдет, где переночевать.

Определившись с первой в своей новой жизни целью, Жнец быстро переступил порог и сел у окна. Пассажиров в такой поздний час было немного: парень, прикорнувший на заднем сиденье, да пожилая дама в шляпке с павлиньими перьями, подслеповато глядящая в затянутое водяным мхом окно. Строга тронулась, свет в кабине погас, а через пару минут загорелся город.

Огромный мегаполис не спал ни днем, ни ночью. Его не волновали ни радости, ни проблемы жителей, он был выше них. Он был так высоко, что пронзал своими шпилями небо.

Строга мчалась вперед. Никто не нажимал кнопки вызова на других платформах, поэтому вполне можно было проскочить весь город за час или два, так и не увидев новых пассажиров. Вир начал подумывать, что он уже достаточно далеко от прошлой жизни, и пришла пора попросить об остановке, но его опередила старушка в экстравагантной шляпке: она бодро спрыгнула с сиденья и нажала на кнопку.

Вир шагнул на платформу следом за случайной попутчицей и замер в нерешительности.

Что должен сделать охотник, выходя из норы? Первое – сориентироваться на местности. Белый Жнец незамедлительно сделал это.

Прямо над головой пассажиров, висела подсвеченная янтарной пылью табличка. Станция «Ремонтный узел».

Второе – найти подходящее место для засады или боя. Жнец повернул направо, прошел подземный переход и оказался на плохо освещенной улице. Этот район принадлежал Промышленной гильдии, сюда сходились магистрали пути со всего города, именно здесь находилось единственное в Цитари депо по ремонту и утилизации строг. Вир не планировал оказаться в кварталах промышленников, но сейчас он был рад такому развитию событий. Промышленная гильдия все еще номинально относилась к Пяти Великим, но по факту не имела ни власти, ни силы, ни голоса. И лишь огромное состояние позволяло ей входить в заветную пятерку.

Неизвестно по каким причинам, но однажды, очень давно, у промышленников, – которых в те времена называли как-то по-другому, но как именно, уже никто не помнит, – перестали рождаться дети с потенциалом к харум. Когда это случилось, верхушка гильдии еще пыталась бороться с упадком: они переманивали Воплощающих из других гильдий, платили перековщикам за то, чтобы те нашли причину бедствия, но ничего не помогало. Перековщики провели все мыслимые и немыслимые опыты, но так и не смогли понять, почему харум оставила промышленников, а очень скоро среди Воплощающих стали ходить слухи о том, что гильдия проклята, и тот, кто посмеет в нее войти, также навсегда лишится способности взывать к энергии.

Главой промышленников тогда был человек умный и гибкий, он вовремя остановился и перестал тратить деньги на то, чтобы вернуть утраченное, а решил полностью перевернуть уклад гильдии.

«Если мы не можем охотиться за ценными ресурсами, значит, будем брать те, что никому не нужны», – решил глава и организовал массовую добычу ресурсов с низкой ценностью.

Янтарная пыль для освещения, пурпурная кровь как топливо для строг, водяной мох для звукоизоляции – все это раньше добывали малочисленные разрозненные бригады. Теперь же монополия на добычу оказалась в руках у промышленников. Гильдия получала хорошую прибыль, но репутация проклятой так за ними и осталась.

Но разве можно напугать репутацией бывшего охотника, навсегда лишенного возможности воплощать? Зато здесь можно найти работу, где не нужна харум, а вместе с работой и жилье. Местом для ночлега Вир озаботился в первую очередь.

– Мне нужна комната, – он протянул пластину в сто квит тучной даме за стойкой в небольшом отеле недалеко от платформы для строг. Это были единственные его деньги, давно забытые во внутреннем кармане куртки.

Попасть в команду охотников было очень сложно, а попасть в команду Великой гильдии – и вовсе почти невозможно. Туда брали только лучших с потенциалом харум выше восьмого, а это всего два процента населения.

Охотники добывали для гильдий ресурсы – живую энергию, воплощенную в материю с различными свойствами и ценностью. Порой попадались ресурсы, по стоимости сравнимые с бюджетом маленького города. Платили охотникам неплохо, они всегда были элитой, белой костью. Гильдии дорожили своими Воплощающими и многое им позволяли, но, если охотник вдруг решал поменять команду, что случалось крайне редко, он уходил ни с чем, оставляя все ценности в старой гильдии.

Жнец покинул дом не по своей воле, но на него действовало то же правило: уходя, не брать с собой ничего, кроме личных вещей.

– На сколько дней? – буркнула женщина, не поднимая головы от переносного энергохолста – новой разработки перековщиков и развлеченцев.

Вир задумался.

– А на сколько хватит?

Из-под стойки слышались звуки Арены и восхищенное грохотание Господина Голоса: «Этот поединок войдет в историю Охоты! Стратегия и мощь! Великолепно! Просто великолепно! Лили, давай узнаем, что думают сами участники поединка!». Затем пошла оживленная музыка, видимо, нарезка кадров боя. А дальше бесстрастный голос диктора, вещающий об обстоятельствах судебного дела и об исключении предателя-охотника из Великой Гильдии.

Вир натянул капюшон поглубже.

Женщина, не отрываясь от картинки, протянула руку к пластине, нащупала, поднесла к глазам:

– На неделю.

Жнец кивнул.

– Давайте на неделю.

– Комната 202, – женщина протянула карточку и махнула рукой в сторону лестницы.

– Спасибо, – Вир взял ключ и повернулся спиной к стойке. – А может быть, вы знаете, где здесь можно подработать?

– Попробуй сходить в депо, там всегда требуются руки, – без лишних расспросов ответила толстушка.

Белый Жнец благодарно кивнул и пошел к лестнице.

Женщина, наконец, оторвала взгляд от энергохолста и сочувственно покачала головой вслед парню.

Вир поднялся на второй этаж, нашел дверь, открыл комнату и прямо в одежде рухнул на кровать.

***

В депо действительно всегда были нужны свободные руки, а также ноги и спина. Подумать только – в век норных переходов и магистралей пути здесь все еще пользовались грубой физической силой.

«А потому что дешевле», – хохотнул Перо, заметив недоумевающий взгляд Вира, пришедшего устраиваться на работу.

Конечно, его сразу узнали. Гильдия Развлечений работала оперативно, но никто не спросил его ни об измене, ни о казни. Начальник цеха просто указал парню на кучу лома у дальней стены ангара.

– Рассортируешь – дам десять квит, – объявил Перо вознаграждение. Явно с выгодой для себя.

– Идет, – равнодушно кивнул Жнец. И действительно, какая разница, сколько платят за возможность пережить этот день?

– А ты мне нравишься, – усмехнулся начальник, хлопнув Вира по плечу. – Пожалуй, я даже дам тебе карточку в столовую, если справишься к обеду.

Жнец справился, хоть и с трудом. Хм, раньше парень считал тренировки охотничьей команды достаточно тяжелыми и выматывающими. Но, потягав металлические детали четыре часа без отдыха, он понял, что мало гонял свою команду и себя.

– Да, брат, это тебе не серпом махать, – подсел к работнику в столовой Перо. – Сегодня для тебя больше дел не найдется, после обеда к нам зайдет директор депо. Сам понимаешь, не след ему тебя здесь видеть. Но ты хорошо работаешь, можешь завтра с утра опять прийти. Не обижу.

Вир глянул на мужчину исподлобья. Сунул ложку с кашей в рот. Медленно прожевал.

– С чего такая честь?

Перо ничуть не смутился, подвинул свой поднос и поковырял вилкой в еде.

– Да второй уж день энергохолст только тебя и показывает. И знаешь, что? Нехорошее дело получается: быстро тебя как-то убрали, почти без следствия. Вот мы с мужиками и думаем: а соответствует ли наказание вине? Ты же бои не сливал, сражался честно.

– И что надумали?

– Да то-то и оно, что ничего, – буркнул начальник. – Так что ты просто приходи. Не бойся.

И Вир приходил. Через неделю он втянулся и мог разгрузить транспортник с запчастями всего за пару часов, через две недели он уже знал график поставок оборудования и расписание грузовых строг, через три – мог подменить Перо, если тот вдруг решал вздремнуть или опоздать с обеда.

Вир задерживался в депо до ночи, благо, кровать была недалеко. Перо выделил ему бытовку в цеху. Другие работники старались с Белым Жнецом не общаться, но и на конфликт не шли. Если возникала нужда, говорили ровно и в душу не лезли. Да Вир бы и не пустил. Он сам себя-то не пускал, на корню пресекая все мысли о прошлом и будущем. Предпочитая жить только настоящим.

Рассветы бывший охотник часто встречал в скверике у входа в депо. В уже прошлой жизни, когда парень был капитаном Силы, он никогда не вставал в такую рань. Ищейки гильдии свое дело знали. Конечно, место выхода из норы оставалось скрыто до последнего момента, но сам факт появления ресурса, так называемую «первую волну», ищейки чуяли за несколько дней, поэтому команда дежурила в навигационном штабе лишь короткий период. Остальное время Воплощающие проводили в плановых тренировках, либо в праздном безделье.

В Промышленных кварталах Вира мучила бессонница, тренироваться в призыве харум он не мог, а физической активности парню хватало и в течение дня. Поэтому он просто сидел на лавочке и наблюдал за чужой жизнью.

Первые дни своего пребывания здесь Вир помни плохо, он сознательно загонял себя до состояния, когда еле мог волочить ноги. Но через некоторое время тело привыкло к нагрузкам, и Жнец волей-неволей стал обращать внимание на окружающую действительность, где его удивляла каждая мелочь.

Например, чтобы включить или выключить свет, или ремонтный станок, промышленники использовали росу болот, пузырек с которой всегда носили с собой. Бывший охотник и не догадывался, что эти мутно-зеленые капельки чистой харум, встречающиеся в диких землях буквально на каждом шагу, могут быть для кого-то полезны, ведь любой человек, даже с ничтожно низким резервом, может призвать искру и активировать бытовые артефакты.

Но оказалось, что есть люди, которым не доступны даже такие крохи. Теперь в эту категорию входил и он сам.

Поначалу, когда Вир только познакомился с рабочими ремонтного депо, они показались ему родственными душами: загруженные работой, не успевающие думать или мечтать, тени, а не люди; такие же, каким сейчас он представлял и себя. Но, чем больше проходило времени, тем отчетливее парень понимал, насколько эти люди от него отличаются.

В обед, либо в минуты отдыха у них всегда находились темы для разговора: была ли это охота, что вчера транслировали развлеченцы, или странная прическа буфетчицы Мари, которая, подражая Матильде, капитану гильдии Пути, покрасилась в рыжий цвет. Бедняжка не угадала с оттенком и стала похожа на канарейку. Или, к примеру, новые экономические препоны, что поставили перед промышленниками другие Великие Гильдии, недовольные их монополией на добычу малоценных ресурсов – все вызывало у них интерес. Они смеялись, ругались, доказывая свою правоту, скептически фыркали и хлопали друг друга по спинам в знак согласия.

По вечерам они часто собирались в местном баре, чтобы посмотреть записи охот. Развлеченцы организовали подобные заведения во всех, даже самых малонаселенных районах Союза, неимоверно на них обогащаясь. Бары никогда не пустовали, посетители проводили здесь все свободное время в надежде, что им представится шанс посмотреть охоту в прямом эфире – ведь никто точно не знал, когда созреет очередной ресурс, и гильдии вступят за него в схватку. Камни эха, установленные в барах, передавали эмоции зрителей прямо на Арену, создавая эффект присутствия.

Пару раз Перо звал Вира с собой, но парень всегда отказывался и даже втихомолку обижался на начальника. Перо лишь пожимал плечами, и говорил, что мир вокруг не перестал существовать лишь потому, что кто-то потерял способность призывать энергию. Но Жнец в эту чушь не верил.

Вир жил такой жизнью изо дня в день почти месяц, пока однажды Перо не привел в цех незнакомца.

– Эй, парень, – окликнул Жнеца начальник ремонтного цеха, в то время как тот сгружал с транспортника разобранную на детали старую строгу.

Вир не сразу понял, что обращаются к нему, и не подумал оборачиваться, продолжая работу.

– Новенький! – громче заорал Перо. – Сюда иди!

Белый Жнец запоздало оглянулся, аккуратно положил «сердце» строги на железный стол в углу, не спеша вытер испачканные в пурпурной крови руки, кинул тряпку на детали и подошел к начальнику. На его спутника Вир едва взглянул, не проявив к нему особого интереса, тот же, напротив, с любопытством изучал бывшего охотника.

Пристальный взгляд мужчины начинал раздражать, но Вир не показал вида. Поравнявшись с Пером, он вопросительно приподнял бровь.

– Вот, – кивнул начальник в сторону незнакомца, – с ним поговори.

Сказав это, Перо просто развернулся и ушел, ничего не объяснив и не спросив, желает ли Жнец вообще с кем-то общаться.

Вир недовольно нахмурился, глядя вслед начальнику.

– Альдер, – представился незнакомец с цепким взглядом и, видимо, таким же характером. – У меня к тебе предложение.

Мужчина был высокого роста, хоть и не выше Белого Жнеца, жилистый, с длинными тонкими пальцами и светлыми пепельными волосами. Одет он был странно: черные брюки, свитер, ботинки и серый плащ с меховой оторочкой. Мех вышел из моды лет двадцать назад, и сейчас его не носили даже престарелые кокетки. Сколько незнакомцу лет было определить сложно, с одной стороны, устаревший фасон одежды и белые, словно седые, волосы, накидывали ему года, но хитрый прищур ледяных глаз, тонкая косичка у виска и резкие движения, заставляли усомниться в его возрасте. Одно было ясно точно: он разительно отличался от работяг в цеху – производил впечатление человека властного, напористого, сильного. Чем-то неуловимо похожего на Роба. Или на Гения. Или на Вира, в его бытность охотником. В общем, он парню сразу не понравился.

– Не нуждаюсь, – хмыкнул Жнец. Потер занемевшие плечи. Зажмурился.

– И долго ты собираешься возиться с этим старьем? – мужчина кивнул в сторону сломанной строги, словно и не заметив настроения Вира.

Тот открыл один глаз, хмыкнул еще более неласково.

– Да у меня, вроде, неплохо получается.

– Неплохо, – согласился незнакомец, обходя Жнеца и направляясь к его рабочему месту. – Кому, как не тебе, знать все о ресурсах и их применении. Охотник слышит, где харум дышит.

Альдер покопался в разломанной строге, не обращая внимания на то, что его руки стали багровыми от крови, достал маленький блеклый кристалл и положил на стол перед собой.

– Дурацкая поговорка, – заметил Вир, обходя стол с другой стороны и опираясь о сердце строги.

–Да? – Мужчина очищал добытый кристалл ветошью, не глядя на Жнеца. – А раньше была в ходу. Я хотел сказать, что ты зарываешь свой талант в гору хлама. Плохой из меня психолог?

– Не уверен, – усмехнулся Вир.

Действительно, странный незнакомец с колючим взглядом смог заинтересовать собеседника и заставил себя слушать.

– Видишь этот кристалл? – Альдер показал Жнецу невзрачный камень.

Бывший охотник кивнул.

– Знаешь, что это?

– Звезда направления. Используется для навигации строги в пространстве.

Незнакомец подкинул камень на ладони.

– Строга не сойдет с магистрали пути до тех пор, пока этот ресурс будет исправен. Но стоит ему замутиться – и катастрофа неизбежна.

– Это метафора? – уже веселее улыбнулся Вир.

– Угу, – кивнул Альдер, поднимая камень на уровень глаз и проверяя его на просвет. – Что, снова не нравится?

– И что она значит?

– Что твоя Звезда направления сломалась, а я могу ее заменить, – мужчина оставил ресурс в покое и теперь, скривив губы, пытался отчистить ветошью уже свои пальцы.

Вир молча перекинул незнакомцу относительно чистую тряпку и дождался, пока тот вытрет руки.

– Я слушаю тебя.

Альдер расплылся в улыбке довольный, словно кот.

– Я хочу собрать охотничью команду. А ты будешь моим капитаном.

Вир ожидал чего угодно – от боев без правил до шпионажа – но правда оказалась куда как интереснее.

В Союзе на настоящий момент было зарегистрировано девяносто восемь гильдий, различных по численности, богатству и влиянию, и каждая из них, за исключением Промышленной и гильдии Развлечений, имела свою охотничью команду. Другой вопрос, что охотились они на разные ресурсы. Если Великие гильдии брали в расчет лишь добычу Высших ценностей, то гильдии помельче и попроще не гнушались и Средними ресурсами. Квиты, полученные с продажи такой добычи, едва могли окупить потраченные на них норные переходы, но положение требовало участия в охотах, и многие гильдии залезали в долги, пытаясь не ударить в грязь лицом.

Сильных команд было не так много, всего около двух десятков, остальные лишь номинально назывались охотничьими, а по факту могли включать бойцов, даже не способных к Воплощению. Но, так или иначе, изгнаннику, лишенному харум, не было места даже в таких командах.

– И какую гильдию ты представляешь? – уточнил Вир, глядя на мужчину уже не как на любопытного чудака, а как на психа, сбежавшего из известного заведения Лекарей.

– У меня нет гильдии, – пожал плечами тот, – но у меня есть деньги.

Смешно. Белый Жнец наклонил голову и поднял руки, показывая тем самым, что на этом разговор окончен.

Потеряв интерес к незнакомцу, Вир отвернулся от него и подошел к куче хлама в углу, чтобы поискать среди металлолома нужную для ремонта деталь.

– Ну, конечно, – Альдер оперся о стол ладонями. – Копаться в железяках всяко проще, чем попробовать начать сначала. А главное, не так страшно, верно я говорю, Белый Жнец?

Вир хмыкнул, не отрываясь от работы.

– Скорее, не так безумно.

– Безумно? – приподнял бровь незнакомец. – А что тебе терять?

Парень промолчал, продолжив копаться в железе.

Альдер приблизился к бывшему охотнику и, встав у него за спиной, громко и четко, чтобы слышали все в цеху, сказал:

– Деньги? Славу? Статус? Уважение гильдии?

Каждое слово было ядовито, как «Слюна гадюки».

– Или, может, свою харум?

Больше Вир терпеть не мог. Резкий удар снизу-вверх заставил противника отступить на несколько шагов и на пару секунд выбил его из реальности. Прыжок через кучу лома. Подсечка, и незнакомец уже на бетонном полу. Одна его рука зажимает, возможно, сломанный нос, другая выставлена вперед, защищаясь от нового удара.

Вир остановился. Он даже почти пожалел о своем импульсивном поступке, но раскаянье рассеялось, как Мантия тумана от сильного ветра стоило Альдеру снова заговорить.

– Отлично, злость – второй шаг на пути к принятию, – мужчина улыбнулся, но тут же скривился от боли. – Надеюсь, к завтрашнему утру ты ускоренно преодолеешь остальные стадии. Здесь адрес. Буду ждать тебя до полудня.

Говоря эти слова, он с трудом поднялся, положил на стол карточку и, не дожидаясь ответа, пошатываясь, побрел к выходу.

– Кротов псих! – зло сплюнул Жнец, возвращаясь к работе. Но дело шло из рук вон плохо. Мысли были заняты другим. Безучастное оцепенение прошло, уступив место разрывающему на части бессилию и гневу. Гневу на себя, на обстоятельства, а больше всего, почему-то, на белобрысого урода, который так бесцеремонно разбередил едва начавшую заживать рану. Словно деревенский костоправ, он без всяких сомнений выдернул неправильно срастающийся перелом, желая поставить кость так, как сам считает нужным и срастить ее заново.

– Что ты натворил? – подоспевший начальник хотел было отвесить Виру подзатыльник, но тот молниеносно перехватил его руку.

– Не сейчас, Перо. Мне надо подумать. Спасибо за все.

Жнец ободряюще кивнул опешившему другу, снял куртку с крючка на стене, надел капюшон и, не забыв прихватить карточку, оставленную незнакомцем, покинул цех.

Кварталы Промышленной гильдии красотой не отличались, но Виру сейчас было глубоко наплевать и на красоту, и на откровенное уродство стальных заборов и ржавых груд металлолома. Он шел по улице, не замечая никого и ничего. Сердце горело огнем, не давая покоя, а в памяти всплывали обрывки воспоминаний. Но вспоминал он не сегодняшнюю встречу, а тот день – день последней своей охоты.

Он думал о Лили, желая одновременно увидеть ее и никогда больше не встречать. Возможно, она сейчас жалеет о случившемся, хотя скорее она расстроена тем, что планы ее гильдии полетели к кроту. Возможно, она переживает о Вире и огорчается, что его потенциал был истрачен впустую, не принеся развлеченцам пользы.

Еще Жнец думал о Робе, разрываясь от противоречивых чувств. Он сожалел. Он сгорал от стыда. Он обвинял – себя, его и просто всех, кто приходил ему на ум.

Вир остановился. На противоположной стороне улицы было давно примеченное парнем маленькое кафе. Проходя мимо него, он всегда заглядывал в окна, наблюдая за посетителями. Ему представлялось, что там, по ту сторону стекла, навсегда потерянная для него жизнь. Он никогда не позволял себе заходить в это кафе. Разве может изгнанный и лишенный силы охотник наслаждаться едой и хорошей компанией, строить планы на будущее или обсуждать с друзьями политику Союза?

Сейчас Вир не сомневался. Он перешел дорогу и открыл дверь в кафе.

– Какао, пожалуйста, – сделал заказ Белый Жнец, усаживаясь у окна, но уже по другую сторону стекла.

Глава 2

– Он придет, – Альдер безмятежно помешивал напиток в своей кружке, удобно развалившись в кресле спиной к окну.

– Ты не можешь быть в этом уверен, – толстяк, сидящий на диване напротив, явно нервничал и постоянно дергал себя за уже порядком ощипанный ус.

– Почему же? Я уверен в своих выводах, а значит, уверен и в нем.

Толстяк ничего не сказал, лишь недовольно поджал губы.

– Дрог прав, – вступил в разговор еще один собеседник, пожилой господин с большими залысинами, которые он постоянно протирал ладонью. Он нервно постукивал пальцами по подлокотнику дивана, сидя рядом со своим товарищем. – Мы не можем знать наверняка. Наш план несовершенен, он завязан на одного человека, который предал свою гильдию и может повторить предательство.

Альдер отложил ложку. Поморщился.

– Мы уже обсуждали этот вопрос. И вы согласились, что риск оправдан. Что же теперь, когда дело близится к завершению, вы решили начать сначала? А что, если… А, может быть, не стоит… А давайте обсудим еще раз…

– Не начинай. – Красивая темноволосая женщина в строгом костюме цвета спелой сливы, эффектно подчеркивающим ее фигуру, подошла к кофейному столику и церемонно разлила напиток по чашкам. – Мы подождем.

Она поправила идеально уложенное ассиметричное каре, посмотрела чуть раскосыми синими глазами на двух недовольных собеседников и вопросительно склонила голову набок.

– Хорошо, – кашлянул толстяк, покраснев до самой макушки. – Раз мы уже здесь, есть смысл подождать.

Комната, в которой проходила встреча, была светлой и достаточно просторной, но для людей в ней был отведен лишь небольшой островок в центре. Все остальное пространство было заставлено кадками, горшками, ящиками и другими емкостями с самыми разнообразными растениями, начиная с обычных фиалок и бегоний и заканчивая огромными пальмами и плющами, скрывшими потолок. Посреди этого моря зелени стояли несколько кресел, диван василькового цвета и маленький стеклянный столик.

Кроме уже упомянутой четверки, в гостиной находился еще один человек – молчаливая девушка в рабочем комбинезоне с небрежно заколотыми в пучок деревянной шпилькой волосами. Она сидела на подоконнике, держа на коленях красную герань, и сосредоточенно обрывала увядшие листья. Разговор в комнате, казалось, был ей совершенно неинтересен.

– Шанья, я чувствую здесь мелиссу, землянику, кипрей и барбарис, но, уверен, есть еще что-то дикое, с горчинкой, – Альдер отпил из кружки и вопросительно взглянул на девушку у окна, игнорируя своих собеседников.

– Смеешься? – Шанья неохотно оторвалась от своей герани. – Думаешь, я тебе сама чай готовила? Хочешь узнать – спроси у Делиль… Дай сюда, – противореча самой себе, она спрыгнула с подоконника и подошла к Альдеру. Склонившись над кружкой, которую тот держал в руках, она вдохнула аромат напитка. Светлые пряди почти упали в чай, но были вовремя пойманы и отправлены за уши.

Два господина, оппонирующие Альдеру, в недоумении переглянулись, элегантная женщина недовольно сморщила нос.

– А у вас здесь душевно, – новый голос заставил Шанью быстро выпрямиться и оглянуться.

В дверях стоял высокий парень: лохматый, черноволосый, в куртке с закатанными рукавами и старых охотничьих ботинках. Он приветливо махнул девушке, не обращая внимания на ее недовольный вид.

– Альдер, – кивнул Белый Жнец, здороваясь с единственным знакомым ему человеком в комнате.

– Вир, – как старому товарищу улыбнулся в ответ мужчина, словно драка в депо заменила несколько лет знакомства. – Подожди пару секунд, тут важное дело, – с этими словами он протянул Шанье кружку.

Девушка отпила глоток, поверх посуды поглядывая на гостя, так и оставшегося стоять в дверях.

– Это тысячелистник, – уверенно сказала она, вновь обернувшись к своему собеседнику. – И мелиссу ты, как всегда, перепутал с мятой.

– Ничего, – Альдер отобрал чай, – когда-нибудь я выиграю наш спор.

– Угу, – Шанья вернулась к своей герани, с ногами забираясь на подоконник. – Ты определишь ингредиенты, только если я налью в банку ключевой воды и брошу туда половинку лимона.

Белый Жнец с усмешкой поглядывал на странную парочку.

– Пожалуйста, проходи, – красивая синеглазая женщина подошла к парню и приглашающе махнула рукой. – Не обращай внимания на этих двоих. Они немного… увлекающиеся, – с трудом подобрала она слово. – Иногда выпадают из реальности.

– Старый спор, который нельзя откладывать. – Альдер отставил кружку и также встал навстречу гостю. – Ты все-таки пришел.

– Я пришел, но пока не знаю, зачем, – осторожно ответил Вир, пожимая протянутую руку и присаживаясь в свободное кресло.

– Я вам больше скажу, молодой человек, – усмехнулся в ответ тучный мужчина с дивана напротив. – Здесь никто не знает точно, зачем. Не обижайтесь, я говорю не лично о вас, я говорю о том, что никто из нас не понимает, в чем наша цель, и какая у нас роль.

Альдер на эти слова лишь скривил губы:

– Знакомься, это…

– Постой, – вдруг подпрыгнул толстяк, будто ужаленный пружиной от дивана. – Не думаю, что нам стоит представляться друг другу. Сначала мы должны прийти к общему, приемлемому для всех решению, а затем можно и познакомиться.

– Как знаешь, – фыркнул Альдер, отворачиваясь от раздражающего его господина и обращаясь уже к Виру. – Тогда сразу к делу, – поймав взгляд бывшего капитана Силы, он перестал замечать остальных людей в комнате. – Я уже говорил, что хочу создать новую, не подчиняющуюся ни одной гильдии охотничью команду. Ты будешь ее капитаном. На первом этапе твоей задачей станет поиск и обучение людей. Мы же возьмем на себя все организационные моменты: покупку нор, Изумруда потока, обустройство навигационного штаба и что там еще надо по мелочи, – мужчина небрежно махнул рукой, заявляя о незначительности этих приготовлений.

Белый Жнец слушал, не перебивая, но, дослушав, лишь демонстративно пожал плечами.

– Хорошая мечта, но хотелось бы понять, как ты собираешься ее реализовывать? Ты ведь, надеюсь, знаешь, что команду нужно регистрировать? Что норы можно купить только у перековщиков, и те не продают их всем подряд? Что Изумруд потока – Уникальный ресурс, который стоит, как сотни строг, и можно только гадать, где его раздобыть? У тебя ведь есть план?

– Кому нужен план, – Альдер, не усидев в кресле, вскочил и зашагал по комнате. – Планы никогда не срабатывают, так зачем же им следовать? У нас есть цель, и мы просто будем решать возникающие проблемы на пути к ней.

Вир запустил пятерню в успевшие порядком отрасти волосы и обреченно взглянул на мужчину.

– Ты псих, – уже в который раз подумал, но впервые озвучил свою мысль Жнец.

Альдер довольно хмыкнул, переглянувшись с девушками:

– Есть немного.

Старый господин, провел ладонью у виска, приглаживая и без того идеально зализанные волосы, и, наклонившись вперед, чтобы стать ближе к собеседникам, грозно проговорил:

– А парень-то прав! Хватит кормить нас сказками. Все, что мы слышали от тебя – лишь идеи. Давай конкретно, по существу. Начнем с того, где мы возьмем нору, если ее производят и продают только по спецзаказу?

– Не знаю, меня пока не осенило, – Альдер вернулся на свое место, откинулся на спинку кресла и стал смотреть в окно.

Мужчина с залысинами от такого пренебрежения перешел на примитивный крик:

– Ты сказал, что все решишь, нам стоит только вложиться в твою затею, и мы сможем вдесятеро увеличить свой капитал. Ты сказал, что мы должны тебе просто поверить.

– Не так, – колючий взгляд вонзился в крикуна, словно жало. – Я сказал, что вы можете рискнуть и поверить в меня. Дать деньги и не задавать лишних вопросов, на которые я, возможно, не смогу ответить. А если вы не согласны на мои условия, то можете убираться к кроту. Не ваше дело, как я добьюсь желаемого.

В первый момент оппоненты задохнулись от возмущения. Толстяк надул щеки и стал походить на красный воздушный шар. Его компаньон в десятый раз отер пот со лба:

– Ты просишь сумму, на которую можно купить пару заводов Промышленной гильдии, но не желаешь ни во что нас посвящать?

– Именно так.

– Альдер, быть может, не стоит горячиться? – вновь взяла на себя роль миротворца синеглазая.

– Они надоели мне, Ора – капризно заявил тот в ответ. – Господа, лучше бы вам покинуть нас на этом этапе, – обратился он уже к мужчинам.

– Что?! – оба подскочили, заставив паркет под ногами прогнуться, а стеклянный столик зазвенеть чашками.

– Сейчас же! – стальной тон Альдера, заставил всех притихнуть. – Вы еще не вписались в наше начинание ни квитами, ни связями. А мы не рассказали вам ничего важного. Самое время разбежаться.

Пожилой господин поджал губы, толстяк вопросительно взглянул на элегантную женщину:

– Ора?

– Ты ведь знаешь его. Я ничего не могу поделать, – бессильно развела руками та.

Несостоявшиеся инвесторы переглянулись. Они не ожидали, что небольшая перепалка приведет к таким последствиям. Эти мужчины привыкли, что все подчиняются им, привыкли держать дела под контролем.

– Ты абсолютно уверен в своем решении, Альдер? Не боишься, что снова проиграешь? – прошипел лысеющий господин.

Ответом ему была широкая ухмылка.

– Когда Ора рассказала о твоем возвращении в Союз, я очень удивился. Я даже позавидовал твоей смелости, – голос старика сочился ядом. – Когда вы предложили нам поучаствовать в авантюре с командой вне гильдии, я подумал, что, если это кому-то и под силу, то только тебе. Я решил, ты точно знаешь, что нужно делать, – мужчина резким движением ладоней протер виски. – Я ошибался. Ты просто свихнулся в своем изгнании. Ты еще пожалеешь о своем решении!

Старик махнул рукой товарищу, показывая, что они уходят.

Девушка, которая все это время не проронила ни слова, вдруг отставила герань и подняла голову.

– Постойте, уважаемые, – тихо сказала она.

Те, к кому обратилась Шанья, остановились. Несмотря на грубость Альдера и его нежелание сотрудничать, покидать комнату мужчинам совершенно не хотелось. Ведь тем самым они лишались всякой возможности вернуться.

– Я хочу вам представиться, – мило улыбнулась девушка, продолжая сидеть на подоконнике, обхватив колени. – Знаю, вы против знакомства на данном этапе наших отношений, но, боюсь, другого шанса может не выпасть.

Пожилой господин нахмурился, а толстяк вдруг подумал, что парень был прав, и не только Альдер, но и вся его шайка немного с приветом.

– Шанья, прозванная харум Колючим Чертополохом, – сказала блондинка, удостоверившись, что ее слышат.

Мужчина с залысинами дернулся, сделал шаг назад, будто перед ним стояла не хрупкая девушка, а Многорукий великан.

– Это угроза?

– А прозвучало, как угроза? – Шанья вопросительно посмотрела на Альдера.

– Есть немного, – кивнул тот.

Девушка пожала плечами и вернулась к своему занятию. Безжалостно ощипанный цветок источал горький аромат, роняя на пол кроваво-красные лепестки.

– Не смею вас больше задерживать, – удивленно подняла глаза Шанья, заметив, что мужчины так и не тронулись с места.

Пожилой господин с трудом отвел взгляд от красных пятен на полу и завозился у двери, пытаясь нащупать ручку. Удалось ему это не сразу.

– Прощайте, – буркнул он, пытаясь сохранить последние крохи достоинства, и поспешно переступил порог.

Толстяк, несмотря на внушительные габариты, вылетел из комнаты едва ли не раньше своего компаньона.

– Ну, и зачем это все? – недовольно спросила Ора, едва за беглецами захлопнулась дверь.

– Они мне не нравятся, – пожал плечами Альдер.

– Это я уже слышала. Но ты ведь согласился, что мы должны их пригласить!

– Я думал, стерпится-слюбится. Брак по расчету, понимаешь?

– И?

– Не смог себя заставить. Видимо, я лучше, чем сам о себе думал.

– О, да ты романтик, – подхватила Шанья. Она отставила в сторонку цветок и потянулась. – Но согласись, что некоторую роль в твоем отказе сыграли вчерашние новости.

Альдер улыбнулся.

– Какие новости? – начала понемногу закипать Ора, отбирая у Альдера чашку, которую он вновь наполнил травяным чаем. – Что ты узнал, пока я окучивала этих снобов?

– Он молчит со вчерашнего дня, – ответила за мужчину Шанья, отряхивая с комбинезона сор. – Говорит, они ни те, кто нам нужен.

– Альдер! – синеглазая встала перед креслом мужчины, уперев руки в боки.

Тот медленно поднял взгляд, пройдясь по ее фигуре, и довольно сощурился:

– Это не важно. Важно лишь то, что они никому о нас не расскажут, иначе им придется признаться в соучастии. Да и Шанью побоятся. Но все же нам надо поспешить и как можно быстрее зарегистрировать команду.

– Конечно, какие пустяки! – фыркнула Ора, заправляя за ухо волосы и отворачиваясь к окну.

Альдер задержался взглядом на ее лице, а затем хлопнул в ладони.

– Отлично. Тогда мы с тобой отправляемся в канцелярию гильдии Юстиции, а Шанья устраивает Вира на новом месте.

Белый Жнец от неожиданности даже подавился. Все это время он тихонечко сидел, с любопытством наблюдая за происходящим. В какой-то момент он прихватил с журнального столика вазу с конфетами, и, забравшись поглубже в кресло, методично их уничтожал.

– А может, вы хотя бы спросите моего согласия? – не очень искренне возмутился парень, откашлявшись.

– Ты против? – Альдер вопросительно приподнял бровь.

Вир вздохнул.

– Нет, – честно ответил он. – Хотя мне до сих пор не вполне понятно, зачем вам нужен я.

– Ты лучший охотник, – пожал плечами Альдер.

– Я лишен харум, – резонно возразил Жнец.

– Но не памяти. Твой опыт – самый ценный ресурс, – мягко заметила синеглазая авантюристка, притворяющаяся нормальной.

– Я никогда не тренировал без энергии, – Вир предпринял еще одну попытку воззвать к разуму.

– А я никогда не рисовала, но всегда хотела попробовать, и как раз вчера закончила свою первую картину, – сказала третья представительница странной компании, водружая обновленную герань на стеклянный столик.

Вир потер переносицу:

– Тогда не говорите, что я вас не предупреждал.

– Идет, – согласно кивнул Альдер, вставая с кресла и предлагая синеглазой сгиб локтя. – Начнем же игру.

Ора приняла руку, и вдвоем они направились к выходу.

– Постой-ка, – неожиданно у самой двери остановился мужчина. – Колючка, а где эта твоя картина?

– Сожгла, – пренебрежительно махнула рукой Шанья. – Так себе получилось.

***

– Что ж, капитан, – обратилась девушка к Виру, как только они остались одни, – пойдем, покажу твою комнату.

Парень согласно кивнул, украдкой ссыпая фантики обратно в вазу.

Когда охотник приехал по указанному Альдером адресу, он был удивлен. Место встречи находилось далеко от города, в кварталах Аграрной гильдии, среди дач, садов и огородов. Дом, куда привела его карточка, был огорожен высоченным забором, не позволявшим разглядеть, что находится за ним. Когда Вир прошел через распахнувшиеся ворота, он попал в короткий зеленый коридор из ровно подстриженных высоких кустарников. Слева и справа – сплошные стены из мелкой листвы, так что идти можно было только вперед – ко входной двери двухэтажного особняка. В фойе Белого Жнеца встретила молчаливая невзрачная девушка, с собранными в короткий хвостик русыми волосами, которая, не говоря ни слова, проводила бывшего охотника в комнату с синей мебелью.

Сейчас, выйдя из гостиной, Шанья повернула не налево, к выходу из дома, а направо – к лестнице на второй этаж.

– Добро пожаловать в дом-оранжерею, как называет его Альдер. Главное правило этого дома – не навреди тем, кто живет в нем, и я говорю не о людях. Ясно? – девушка обернулась к Виру и вопросительно вскинула подбородок.

– Вполне, – подтвердил тот, абсолютно ничего не понимая.

– Нас здесь пять человек, ты будешь шестым, – продолжила Шанья, поднимаясь по лестнице. – Познакомишься со всеми на ужине. Столовая на первом этаже, дверь с гиацинтами. Приходи к семи часам.

– Распорядок, как в гильдии Силы, – хмыкнул Вир.

– Хуже, – обрадовала его девушка. – У нас нет тех возможностей, что есть у гильдий, и я честно не знаю, откуда Альдер собирается взять квиты на команду, поэтому мы зарабатываем на жизнь, продавая растения и снадобья из них.

Парень покосился на Шанью, но предпочел промолчать.

– На втором этаже жилые комнаты, на первом гостиная, столовая, лаборатория и зал для тренировок, – девушка провела Вира по коридору и показала ему на одну из дверей. – Эта комната твоя.

– Хорошо, я запомнил, – кивнул парень и выжидающе посмотрел на Шанью.

Та уставилась на него с тем же выражением.

Через несколько секунд девушка поняла, что заходить в комнату Белый Жнец не собирается.

– Что не так?

– У меня нет вещей, мне нечего там оставлять, – пожал плечами Вир. – Я думал, ты покажешь мне остальные помещения.

– Нечего оставлять, так хоть загляни, – возмутилась Шанья. – Я что тебе, дворецкий, что ли?

Белый Жнец поспешил открыть дверь.

– Нравится? – спросила девушка, довольная, словно только что добыла ресурс Колоссальной ценности.

Комната была уставлена горшками с бесчисленным множеством всевозможных кактусов. Маленькие и большие, круглые и вытянутые, изогнутые под странными углами, цветущие, с колючками, словно сапожное шило – кактусы были повсюду.

– Хм, – Вир прочистил горло, пытаясь подобрать нужные слова.

– Тебе не нравятся суккуленты? – немного расстроилась гостеприимная хозяйка.

– Я даже не знаю, насколько прилично то, что ты сейчас сказала, – повернулся к ней Вир.

– Неуч, – обиделась Шанья.

Выйдя в коридор, они какое-то время шли молча.

– Ладно, – немного успокоилась Шанья. – Я приму твое невежество в отношении растений. Но не вздумай смотреть свысока на нас и нашу работу. – Девушка решительно повернулась к Виру.

– Даже в мыслях не было, – честно ответил он, пропуская любительницу флоры вперед.

– Хорошо, – удовлетворенно кивнула Шанья, после короткой паузы. – Хоть ты и охотник, но это не значит, что можно с пренебрежением относиться к цветам, – она развернулась к Жнецу спиной и решительно зашагала вниз по лестнице.

Вир улыбнулся ее макушке, стараясь не скомпрометировать себя обидным для девушки смехом.

– Пошли, – махнула рукой Шанья. – Тебе понравится.

Белый Жнец даже не сомневался, что понравится. Нельзя же снова разочаровать «увлекающуюся» девушку, тем более такую, что одним своим именем ввергла в ужас почтенных мужчин. Кстати, интересно, почему?

С рождения каждый житель Союза, за исключением промышленников, мог призывать харум. Энергия, послушная зову ребенка, была невелика – истинные крохи, не дающие ничего, кроме возможности пользоваться бытовыми артефактами. Но в подростковом возрасте все менялось. Харум приходила во сне и давала Призывающему имя, а с именем приходила и сила. Если после пробуждения ребенок помнил прозвище, данное ему во сне, значит, потенциал к харум был достаточно велик, чтобы Призывающий мог стать Воплощающим и получить свою способность. Тогда подростка отправляли к перековщикам, чтобы замерить его внутренний резерв. Прозвище обретали не все, большинство так и оставались безымянными, но те, кто его получал, никогда бы не соврали об имени, данном харум. Значит, Колючий Чертополох прозвище настоящее и чем-то известное в определенных кругах.

Второй выход из дома был за лестницей, и вел он во внутренний сад.

Девушка сняла с вешалки куртку, приоткрыла дверь и приглашающе махнула рукой.

– Ну как? – снова спросила она, на этот раз с некоторой осторожностью.

– Здорово! – искренне ответил Вир.

Они словно прошли через нору и оказались в глухом, но притягательном уголке диких земель. Территория, огороженная забором, была гораздо больше, чем казалось с улицы. Прямо перед выходом были разбиты клумбы с пышными экзотическими цветами. Парень, конечно, не знал их названия, но мог оценить их роскошь.

– Полог солнца, – сказала Колючка, объясняя столь раннее цветение, хотя Виру даже в голову не пришло бы этому удивляться.

Любоваться клумбами предлагалось со скамьи, что стояла справа от двери. Дальше дорожка вела к деревянному мосту, переброшенному через ручей. По его виду нельзя было с точностью определить, рукотворный он или естественный. За мостом дорожка скрывалась в тени деревьев, а за ними проглядывали стеклянные крыши теплиц.

– Пошли, – довольно улыбнулась Шанья.

Тропинка была достаточно широкой, и девушка поступилась своим первенством, позволив гостю идти рядом.

– Ты из гильдии Аграриев? – спросил Жнец.

– Была, когда-то очень-очень давно, – неохотно ответила Шанья, и Вир не стал настаивать на продолжении этой темы.

Под сенью огромных, еще не вполне проснувшихся после зимы лип шли молча, наслаждаясь ранней весной. Эта часть сада понравилась Виру, пожалуй, даже больше шикарных цветов. Дорожка петляла среди деревьев, то и дело открывая взгляду новые виды: ложбинка, до краев заполненная сухим прошлогодним папоротником, поляна с подснежниками, кормушка для птиц в виде купола Арены. Последний поворот – и тропинка вывела их к стеклянной теплице.

– Заходи, – открыла дверь Шанья.

Парень переступил порог, и в нос ему ударил запах влажной земли и прелых растений. Запах был знаком Белому Жнецу по рейдам в тропиках.

– Пока Альдер не вернулся, ты будешь жить с нами, а значит, должен внести свой вклад в развитие этого места. Твое первое задание, – девушка деловито скрестила руки на груди, – очистить и перекопать эту теплицу.

– Всю? – Вир немного запаниковал. Территория, которую ему поручали, была не меньше зала для тренировок команды охотников в гильдии Силы.

– Угу, – кивнула Шанья. – Скоро настанет пора высаживать рассаду, поэтому надо успеть до конца недели.

– А ты помнишь, что я больше не могу использовать энергию? – на всякий случай поинтересовался Жнец.

– Альдер говорил, что в ремонтном депо ты отлично справлялся и без харум, – напомнила Шанья с ехидной ухмылкой.

***

На ужин Белый Жнец шел с опасением. С кем еще сведет его судьба в этом странном доме? Впервые с дня казни апатия в его душе сменилась любопытством.

Он спустился на первый этаж и пошел налево по коридору. Миновав гостиную, где проходили переговоры, Вир оказался в большом холле. Потолка между этажами не было, и солнечный свет расчерчивал пол на ровные квадраты, попадая внутрь через мансардные окна. По периметру верхнего этажа шла балюстрада, а на первом – ряд распашных дверей.

– Дверь с гиацинтами, – проскрипел Вир сквозь зубы. – Да она издевается!

Цветы всех мастей были изображены на каждой створке, и который из них гиацинт – Белый Жнец мог только гадать.

– Гиацинт – это что-то похожее на розу? – не очень уверенно стал вслух размышлять парень. – Ладно. Предположим, что вон тот белый цветок все-таки ромашка. Эту дверь можно исключить, но что делать с остальными?

– Это не ромашка, это космея, – неслышно подошедшая Шанья заставила Вира вздрогнуть. – Но я рада, что ты решил хоть немного приложить голову, и не стал открывать все двери подряд. Одна из них защищена от проникновения Стальной паутинкой.

Вир невольно поежился. Стальная паутинка – это охранный артефакт, острый, словно бритва, но при этом абсолютно невидимый. Делали его из светлячковой воды, смешанной с Нитью шелкопряда. Если натянуть Паутинку в дверном проеме, то вора потом можно будет собирать по кусочкам. Из-за высокого уровня убойности, плетение состояло на специальном учете и стоило, как весь этот дом.

– Я чем-то успел тебя обидеть? – Жнец взглянул на девушку, стараясь сохранять хладнокровие.

– Нет, – немного удивилась та, – еще не успел.

– Тогда какого крота ты не сказала мне хотя бы цвет двери? – сорвался Вир, наступая на Шанью. Та от неожиданности попятилась, пока не уперлась спиной в стену. Парень навис над девушкой, не отводя взгляда. Поза вышла неловкая, и Шанье понадобилось несколько секунд, чтобы опомниться.

– Потому, что я даже предположить не могла, что кто-то может перепутать гиацинт с розой, а космею с ромашкой, – прошипела девушка, делая решительный шаг вперед, копируя манеру Белого Жнеца.

Но тот, в отличие от Шаньи, на провокацию не повелся и с места не сдвинулся. Положение стало неловким вдвойне. Теперь Вир, уже забывший, что вывело его из себя, не без интереса разглядывал растерянное лицо Колючки, находящееся в непосредственной близости от его лица. Пушистые, красиво изогнутые брови, лисьи глаза цвета ртути, острый нос с горбинкой, чуть потрескавшиеся губы.

– Первая справа, – быстро сказала девушка, замерев в неудобной позе.

– Что? – не понял Вир, переводя взгляд от ее губ к глазам.

– Дверь, – прорычала Шанья, одновременно выбрасывая вперед руки и ударяя чистой харум ему в солнечное сплетение.

– Так бы сразу и сказала, – простонал Вир, согнувшись от удара в три погибели.

Колючка сделала несколько глубоких вдохов и прошагала мимо Жнеца. Тот с трудом выпрямился и поковылял следом, потирая ушибленную грудь.

Столовая была заставлена кадками и горшками, что бывшего охотника уже ничуть не удивило. Хотя здесь, в отличие от гостиной с васильковым диваном, свободного от зелени места было гораздо больше. У огромного, во всю стену, окна, выходящего на ту самую роскошную клумбу, стоял деревянный стол и шесть стульев, четыре из которых были уже заняты.

– Садись, – буркнула Шанья, показывая Жнецу на свободное место.

Парень остался стоять, удивленно глядя на людей за столом.

– Знакомьтесь, – Колючка заняла свой стул. – Это Вир, прозванный харум Белым Жнецом. Бывший охотник, бывший капитан Силы, нынешний консультант Альдера.

Парень попытался улыбнуться, но улыбка вышла вымученной, то ли потому, что правое нижнее ребро дало трещину, то ли из-за нелестного представления, то ли от осознания того, какую ошибку он совершил, не узнав заранее, во что впутывается.

– Рад всех видеть, – смог выдавить из себя Вир, переводя взгляд от одного лица к другому.

Четыре девушки с любопытством изучали его в ответ, и только Шанья предпочла изучать еду на столе.

– А мы-то как рады! – длинноволосая брюнетка с ямочками на щеках звонко рассмеялась и отодвинула стул, предлагая Жнецу сесть рядом с ней.

Девушки дружно закивали. Шанья скривилась.

Вир воспользовался приглашением, присаживаясь за стол.

– Наконец-то в доме появится мужчина. Альдер не в счет, он здесь редко бывает, – защебетала кудрявая шатенка с детским лицом и пухлыми губами, сидящая напротив парня. – А то Мьяра всегда выпендривается, когда я прошу помочь с тяжелым оборудованием для лаборатории.

От переизбытка чувств девушка вертелась на стуле, и круглые очки в тонкой металлической оправе, очень большие для ее маленького лица, постоянно сползали с переносицы.

– В последний раз я перетаскивала для тебя чугунную печь! И когда она грохнулась мне на ногу, ты больше переживала о бесценной чугуняке, чем обо мне! – резонно возмутилась ее высокая, загорелая подруга, с жесткими темными волосами, заплетенными в сложную косу.

Ее красная футболка с изображением перекрещенных секиры и меча была завязана в узел под грудью, открывая железный пресс, а рукава были завернуты так, чтобы выгодно подчеркнуть бицепсы.

Судя по всему, это и была Мьяра.

– А вы с Альдером действительно планируете собрать новую охотничью команду? – поинтересовалась она уже у Вира, подвигая стул ближе к парню.

– Действительно, – обреченно выдохнул тот.

– А пустишь нас на тренировки? – задала новый вопрос силачка, не давая Белому Жнецу опомниться. – Знаю, что с моим потенциалом об Охоте можно только мечтать, но ведь можно хотя бы посмотреть? Кстати, – девушка хлопнула Вира по спине так, что тот чуть не врезался в стол, – несколько месяцев назад мы купили энергохолст и теперь не пропускаем ни одной охоты. У нас даже появились свои фавориты. Я, например, фанатею от Матильды, а вот ты – любимчик Шаньи.

– Правда? – Вир с удивлением посмотрел на Колючку, и та покраснела.

– Я же не знала, что встречу его в реальной жизни!

Жнец едва заметно улыбнулся.

– Хватит разговоров, – Шанья перехватила инициативу, опасаясь, что беседа пойдет не в то русло. – Пока Альдер не появится, мы не можем ничего планировать. Давайте пока…

– Поедим, – перебила подругу девушка в больших очках, решительно отодвигая стул и направляясь к плите.

Колючка забыла, что хотела сказать, но не расстроилась, а согласно кивнула.

На столе уже были расставлены закуски – фаршированные яйца, сырные шарики, рулетики из ветчины, несколько салатов, нарезанные соломкой овощи – но порционные тарелки были пусты, видимо, в ожидании блюда основного.

– Делиль отлично готовит. И всегда придумывает что-то новенькое, – пояснила брюнетка с ямочками на щеках. Она потянулась через стол, чтобы взять хлеб и Вир отметил хрупкость и изящество ее фигуры, подчеркнутые тонким коричневым свитером. – Только чрезвычайное происшествие может заставить нас пропустить обед или ужин.

– Когда из-за мокрого снега обвалилась крыша теплицы, мы поставили Полог и пошли на обед, а крышу чинили уже после, – добавила силачка Мьяра, накладывая на тарелку салат из рукколы с копченым мясом.

– А вот и я, – сообщила Делиль, устанавливая на стол большую фарфоровую посудину, будто та была драгоценной шкатулкой. Все плотоядно воззрились на блюдо. – Курица в соусе из белых грибов с розмарином, – представила создательница свой шедевр.

– Налетай! – взвизгнула Мьяра и, недолго думая, последовала своему же призыву.

На несколько минут все разговоры в комнате стихли, слышно было лишь постукивание приборов о тарелки. Настроение Вира улучшалось с каждой съеденной ложкой. Подумаешь, девичий коллектив, зато кормят вкусно.

– Ладно, – Шанья наконец отложила вилку в сторону. – Теперь-то уже можно знакомиться?

Вир кивнул, но приборы из рук не выпустил.

– Это Делиль, – Шанья указала на девушку-повара. – Третий потенциал силы. Прозвана харум Яростным Зайчонком. Способность – зелья. Все микстуры, косметику и чайные сборы, которые мы продаем, делает она.

Белый Жнец приветливо кивнул, с трудом сдержав улыбку на словосочетании «Яростный Зайчонок».

– Зельевар? Так вот откуда такой талант в кулинарии, – Вир не устоял и наколол на вилку сырный шарик.

Делиль смущенно хихикнула, принимая комплимент.

– Мьяра, – указала Шанья на силачку, – по прозвищу Беги-Пока-Жив. Шестой потенциал. Способность – сила. На ней вся физически тяжелая работа в саду и в доме.

Мьяра согнула руку, показывая мускулы, при этом не отвлекаясь от куриной ножки.

– Айрис, – Шанья кивнула на утонченную брюнетку.

– Просто Айрис, – девушка представилась сама, протягивая парню руку с изящными длинными пальцами. – Потенциал харум между первым и никаким. Хватает только на бытовые фокусы. Зато есть другие достоинства.

– Это точно, – улыбнулась Шанья. – Айрис занимается продажей всей нашей продукции.

Вир кивнул, а про себя подумал, что, соглашаясь на предложение Альдера, он, конечно, не рассчитывал, что сможет вернуться в Охоту, но надеялся хотя бы вновь почувствовать атмосферу профессиональной команды, вновь пережить с ней победы и поражения, поделиться своим опытом.

На деле же он оказался в доме-оранжерее, окруженный девчонками, чей потенциал настолько низок, что даже бывший охотник, лишенный харум, не чувствует себя ущербным. А его наниматель помахал ручкой, ничего толком не объяснив, и умчался в неизвестном направлении.

– У вас слаженная команда, – сказал Жнец вслух.

Вир взъерошил рукой волосы, отгоняя ненужные мысли и обернулся к последней девушке, той, что сидела на другом краю стола и до этого момента не сказала ни слова. Впрочем, сейчас она тоже говорливостью не отличилась, продолжая спокойно есть. Белый Жнец узнал ее, именно она впустила его в дом сегодня утром. Девушка с поразительно непримечательным лицом и полным отсутствием эмоций. Даже одежда на ней была какая-то блеклая, будто выцветшая.

– Руда, – представила ее Колючка. – Прозвище – Тихая Волчица.

«Хорошее имя, – отметил про себя Вир, переводя взгляд на тарелки с едой, ведь девушка так и не соизволила поднять на него глаза, – очень ей подходит. Действительно тихая и серая, но скорее как мышь или моль».

– Восьмой потенциал харум. Способность – ищейка, – продолжила Шанья.

Жнец приободрился и даже отвлекся от сытого созерцания блюд на столе.

– Восьмой потенциал – это серьезно!

– Да, – Шанья гордо улыбнулась, будто каким-то боком причастна к силе Руды. – Поэтому будем считать, что вам с Альдером повезло, и первый охотник в команде уже есть.

Парень потянулся за сладкой морковкой в стакане.

– Отбор в команду – это моя обязанность, – напомнил он, взглянув на Колючку.

– Вот и бери ее, – упрямо склонила голову та.

Жнец подумал.

– Надо посмотреть на нее в деле, – равнодушно пожал он плечами, с хрустом откусывая от только что добытой морковки.

– Проще простого, – кивнула Шанья, подвигая к себе другой стакан с нарезанными соломкой огурцами. – Когда?

Вир посмотрел на девушку с некоторым превосходством и взял еще один кусок.

– Для начала нужно закупить ресурс. Желательно, хотя бы Средней ценности. Оборудовать полигон для тренировок. Обозначить задачи для ищейки, – Жнец помахивал морковкой, как дирижерской палочкой.

Девушка сморщила лоб, пытаясь понять, что имеет в виду парень, а когда осознала, то не удержалась и прыснула от смеха, благо от огурца откусить не успела. Айрис, Мьяра и Делиль присоединились к ее хохоту, некультурно подхрюкивая. Даже Руда улыбнулась краешком губ.

– Что опять? – помрачнел Вир, забыв о еде.

– Как ты думаешь, откуда мы берем ресурсы? Откуда у нас Стальная паутинка или Полог солнца? Разве можно купить их, не имея за спиной гильдии? – Шанья откинулась на спинку стула, держа ломтик огурца, будто сигару.

Вир начал догадываться, на что намекает девушка, но поверить своему предположению все еще не мог.

– Хочешь сказать, что вы сами добываете ресурсы? – недоверчиво хмыкнул он, облокачиваясь о стол.

Шанья кивнула.

Жнец все еще сомневался.

– И где же?

– В лесу, – Колючка пожала плечами и захрустела огурцом.

Белый Жнец вопросительно приподнял бровь.

– Руда хорошая ищейка, а дикие земли, если ты не заметил, начинаются прямо за нашей оранжереей. Забор с той стороны участка – это одновременно и граница города. Раз в два-три месяца обязательно появляется что-то стоящее. Какие-то ресурсы мы используем сами, какие-то продаем.

Вир задумчиво потянулся к стакану с морковкой, откусил, подавился и закашлялся.

Ресурсы, за которыми охотилась его бывшая команда, всегда были Высших ценностей. Они возникали редко в разных уголках мира. Гильдейские ищейки непрерывно мониторили оболочку харум – невидимый энергетический экран, окутывающий Герру – с помощью Изумрудов потока расширяя зону поиска на всю планету. Концентрируясь на дорогой добыче, ищейки теряли способность чувствовать ресурсы меньшей ценности.

Не все гильдии могли позволить себе Изумруд потока, многим приходилось довольствоваться более слабыми кристаллами – Хрусталем увеличения или Кварцем роста. Такие кристаллы охватывали едва ли четверть территории и показывали ресурсы не выше Средней ценности. Вир привык жить и мыслить этими категориями.

Конечно, он знал о том, что какие-то ресурсы можно просто найти, но никогда не встречал тех, кто действительно рискнул бы заниматься подобными поисками. Ведь вне зависимости от ценности, ресурсы появлялись только в диких землях, за пределами городов, а там можно было встретить кого угодно: хищников, ядовитых гадов, браконьеров. В конце концов, можно было просто заблудиться.

– Вы сами сделали Стальную паутинку? – Вира распирало от пришедших в голову вопросов, но откашлявшись, он спросил почему-то именно об этом.

– Ага, – похвалилась Айрис, порывисто закидывая за спину черные волосы. Жнец с досадой поймал себя на мысли о том, что Айрис неуловимо напоминает ему Лили. – Еле успели перехватить Нити шелкопряда. Мы тогда в первый раз пересеклись с настоящими охотниками, но быстро смылись, и они нас даже не засекли. Вроде текстильщики решили разориться и использовали нору для добычи ресурса Средней ценности.

Белый Жнец нахмурился.

– Вы с головой-то дружите? Или Альдеру подражаете? Вряд ли текстильщикам могло прийти в голову, что вы не использовали нору, а просто пешочком пришли за ресурсом! Если бы вы вступили в настоящий бой, их бы страховала нора, а вас – ничто.

– Да уж, мы сами чуть не… кхм, – смутилась Мьяра, наливая в стакан воды. – Испугались, в общем, сильно. Но все же мы без норы добыли ресурс Средней ценности, разве мы не молодцы? – гордо вскинула она голову.

– Без норы и без силы, – напомнил Вир. – Куда вы вообще сунулись со своим потенциалом!

– Ну, для защиты от хищников, и наш с Рудой сгодится, – немного обиделась Мьяра и осушила стакан залпом.

Жнец только покачал головой:

– Постойте, а как вы работали с Нитью шелкопряда? Ведь для этого нужно иметь способности перековщика или очень высокий потенциал харум.

– Ой, да это вообще не проблема, – махнула рукой Делиль, промакивая хлебным мякишем грибной соус в своей тарелке. – С двенадцатым потенциалом Шаньи можно работать с чем угодно.

Колючка толкнула подругу локтем в бок и выразительно на нее посмотрела.

– Двенадцатый! – Вир застыл, удивленно раскрыв рот, куда хотел, положить сырный шарик, но не донес.

Этого просто не могло быть. Десятый потенциал в современном мире – это потолок. Разве что Гений балансирует на грани с одиннадцатым. Единственный из известных Воплощающих, кто владеет двенадцатым потенциалом – это Роб, генерал Силы.

– Не волнуйся, – Шанья вздохнула и флегматично махнула рукой, – мой потенциал бесполезен. Разве что дает некоторые бонусы, вроде работы со всеми ресурсами. Способности-то у меня нет, она так и не определилась. Поэтому я могу призывать харум, но не могу ни во что ее воплотить.

Вир отложил сырный шарик и потянулся за водой.

– Давайте попьем чай, – осторожно предложила Делиль, сквозь стекла очков сочувственно поглядывая на Белого Жнеца.

Девушки переглянулись и согласно кивнули.

Через минуту Делиль уже поставила на стол меренговый рулет с малиной. Чай пили молча, позволив Жнецу переварить все услышанное.

– Хорошо, – после второго куска Вир вышел из ступора и решительно отставил чашку. – Первое, когда появится возможность, я хочу посмотреть на работу Руды и Мьяры. Второе, и самое главное – надо срочно встретиться с Альдером и обсудить наши материальные возможности. Когда он придет? – повернулся парень к Шанье.

Девушка замерла с набитым ртом, быстро отхлебнула чай, пытаясь протолкнуть рулет подальше.

– Кто ж его знает. Он никогда не предупреждает заранее.

Глава 3

На следующее утро Вир проснулся на рассвете. Не то, чтобы он очень хотел просыпаться в такую рань, но его желанием никто не интересовался.

– Вставай! – стучала в дверь Мьяра. – Самое время заняться делами, пока не очень жарко.

И действительно, выйдя на улицу, Вир понял, что жарко не очень. А когда он увидел изморось на траве и тонкую корку льда в декоративной ванночке под сливом, это стало и вовсе очевидным.

Жарко Виру стало через пятнадцать минут, когда он попытался угнаться за девушкой, вскопавшей за это время в оранжерее полосу земли метра два на десять.

Так же, как и в первый день в ремонтном депо, после нескольких часов работы Белый Жнец почувствовал, что в его теле есть мышцы, о которых он до этого не знал. Парень держался из последних сил, на одних морально-волевых не сбавляя темпа, заданного Мьярой. Поэтому, когда через час в теплицу прибежала Айрис, Вир был бы рад любому ее сообщению, вплоть до разрушенной ураганом крыши, которую придется черепичка к черепичке собирать вручную. Великолепно! Подходит! Лишь бы больше не перекапывать эту кротову теплицу.

– Пойдемте кушать, – весело крикнула девушка, – Делиль сегодня в ударе.

Когда Белый Жнец увидел накрытый к завтраку стол, он не смог сдержать вздоха умиления.

– Боюсь, если я каждый день буду так питаться, скоро меня станут путать с Тощим Мо из Лекарей, – заметил парень, сооружая бутерброд из всего, до чего мог дотянуться.

– Не волнуйся, с нами не потолстеешь, – утешила его Шанья, чей бутерброд в количестве слоев мог поспорить с кулинарным шедевром Вира. – Ты уже все вскопал?

Жнец сник.

После завтрака все разошлись по своим комнатам, условившись через час собраться в холле. Вир спустился даже раньше, не найдя, чем себя занять. Помня об инциденте со Стальной паутинкой, парень решил никаких дверей не открывать и просто стоял, облокотившись о стену.

Мысли в голову приходили новые. Он думал об авантюре, в которую влез без сомнений и с азартом; об Альдере, на первый взгляд просто безумце, а на второй – умном и расчетливом безумце, преследующем какие-то свои цели; о девушках, живущих в доме-оранжерее.

О девушках он думал больше всего. Они были странные, под стать дому. Особенно Шанья. Вчера, выходя из столовой, она посмотрела на дверь, защищенную Стальной паутинкой, и напоказ пренебрежительно махнула рукой: «Да ну, что это за защита. Одно дело применять ее в тюрьмах, это еще оправдано, изнутри ее не взломать, а снаружи раз плюнуть, было бы желание. Каждый артефакт рассчитан на определенное количество проникновений. Так, стоит на дураков».

Вир улыбнулся, вспоминая это, но тут мысли его были прерваны появлением самих обитательниц дома.

Парень отступил от стены и удивленно склонил голову на бок, оценивая одежду девушек. Делиль – милашка-повар – переоделась в футболку с рюшками, короткие шорты и вязанные полосатые гетры выше колена; изящную фигуру Айрис подчеркивали черные лосины и топ; Руда пришла в сером нечто, отдаленно напоминающем спортивную форму охотников; Шанья надела темно-зеленые шаровары и растянутую майку, и только Мьяра пришла все в той же короткой красной футболке и спортивных штанах.

За дверью с космеей – это той, что ромашка – оказался зал для тренировок с огромными окнами и, к удивлению, без цветов.

– Интересуетесь рукопашным боем? – полюбопытствовал парень, обводя взглядом помещение и отмечая большое количество матов и боксерских груш.

– Увлекаемся, – улыбнулась Айрис, собирая волосы в высокий хвост. – Неизвестно, что и когда может пригодиться.

Девушки привычно разбежались по залу, для разминки.

Мьяра сразу же взялась за гирю, весом килограмм в тридцать. Спортивный инвентарь порхал в руках силачки, будто был сделан из ваты, а не из тяжеленного чугуна. Делиль сняла очки, положив их на стул у входа, зевнула, сощурилась и пошла на мат, то ли для того, чтобы сделать растяжку, то ли просто полежать. Руда забилась в уголок и сосредоточенно разминала шею. Айрис уже спустя пару минут сидела в идеальном шпагате, а Шанья прыгала через скакалку, опасно перемещаясь по всему залу.

Вир остался стоять у входа, скрестив руки на груди, «чрезвычайно поражаясь» происходящему.

– Ладно, стелим маты! Все в круг! – еще через несколько минут дала команду Айрис, красиво выходя уже из мостика, через стойку на руках.

Девушки с готовностью остановились, чтобы тут же собраться вместе в центре зала. Жнец тоже не смог проигнорировать такое событие главным образом потому, что маты сами себя не притащат, а сердце у Вира чуткое, да и терпение не железное – девушки проверяли, чуть не сбив его с ног, разворачиваясь с габаритной ношей.

– Сегодня поработаем над реакцией и захватами. Мьяра, иди сюда, – Айрис вышла в круг. – Нападай!

Силачка не колебалась ни мгновения. Скользящий, почти не видимый глазу шаг, усиленный харум и резкий удар кулаком. Девушка целилась в грудь, но не попала. Айрис развернулась всем корпусом, уходя от удара. У Мьяры не было и шанса угадать траекторию, ведь подруга начала двигаться лишь в тот момент, когда рука силачки уже почти коснулась ее груди. Тело не сделало ни одного лишнего движения. Немного сместить центр равновесия и сразу же подать назад плечо.

Вир оценил. Действительно неплохо.

Не дожидаясь, пока Мьяра среагирует на ее уход, Айрис продолжила разворот, схватила подругу за кисть и, используя инерцию ее удара, резко дернула ту вперед. Мьяра потеряла контроль над телом. Ее сила сыграла против нее самой, лишь увеличив урон. Когда девушка почти упала и по всем законам физики не смогла бы восстановить равновесие, Айрис вывернула ее руку в противоход, взяв в захват. Захотела бы, могла запросто и сломать.

Через секунду Мьяра уже бодро разминала пострадавшую конечность, а Айрис продолжила командовать:

– Разбились на пары. Делиль с Рудой, Вир с Мьярой. А мы с Шаньей за вами приглядим. Напоминаю, если вы не знаете противника и не уверены в его способностях, в первый раз бьем вполсилы. Ясно? – Жнец даже не ожидал такого строгого тона от обычно приветливой девушки. – Особенно это касается вас. – Айрис выразительно посмотрела в сторону Вира и Мьяры.

Те кивнули.

– Тогда что стоим? Начали! – раздав указания, девушка повернулась к Руде и Делиль.

– Мьяра, давай, твой удар первый, – встала на место инструктора Шанья.

Жнец почесал переносицу, стараясь скрыть улыбку. Похоже, девушки заигрались в охотниц, но кто он такой, чтобы их в этом разубеждать.

Вир повернулся лицом к своей сопернице, и слегка склонил голову в знак приветствия. Силачка ответила тем же.

Первой ударила Мьяра. На этот раз силачка не использовала харум. Ее движения были быстрыми, но вполне различимыми. Вир без труда ушел с траектории и провел прием, показанный Айрис. Хотя в настоящем бою он вряд ли использовал бы его. Куда проще блокировать удар и контратаковать противника.

– Хорошо, – похвалила Шанья. – Теперь Вир. Бей сильно и быстро, в Мьяре я уверена.

Жнец ударил. Девушка пропустила руку противника за спину, но сделать ничего не смогла. Парень неожиданно даже для себя, подчиняясь инстинктам, шагнул назад, и резко дернул руку. Мьяра потеряла равновесие и была скручена болевым приемом.

Девушки застыли, кто где стоял, осуждающе глядя на Вира. Жнец смутился, отпустил Мьяру и отступил на пару шагов.

– Ты что творишь? – не на шутку завелась Шанья. – Тебе что сказали? Отработать в паре прием. Самый умный, да? Ясно, что против любой атаки есть уйма вариантов защиты, тем более, что ты знал ее действия наперед. Ты нас учить вздумал? Хочешь настоящей драки, да?

Такого напора Вир не ожидал, и уже хотел извиниться, свести все к шутке, но не успел.

– Начали, – сказала Шанья, глядя только на своего противника.

Айрис и Мьяра попытались было уладить конфликт, но Колючка не дала им ни шанса.

Вир пожал плечами, делая шаг вперед.

Шанья также шагнула навстречу и чуть в диагональ. Мьяра к этому моменту уже успела ретироваться к подругам, не желая попадать под горячую руку.

Противники сошлись в поединке. Белый Жнец не собирался биться всерьез, но проучить девчонку руки так и чесались. В одно мгновение он преодолел разделяющее их расстояние и попытался свалить Шанью с ног подсечкой. Девушка подпрыгнула, и при приземлении успела пнуть парня по опорной ноге, лишая равновесия. Но воспользоваться удачным моментом ей не удалось – Вир быстро перекатился, уходя от удара. Шанья контратаковала. Быстро сократив расстояние, девушка, особо не мудря, пнула парня в грудь. Вир смог перехватить Колючку за щиколотку, тем самым немного смягчив удар.

Смягчить-то он его смягчил, но все же не остановил полностью: резко выдохнув, Вир согнулся и зашипел. Шанье тоже не повезло – ее ногу парень так и не выпустил.

Вир с трудом протолкнул воздух в легкие, поднял глаза на соперницу и улыбнулся. Рано. Девушка не стала освобождать ногу из захвата, она прыгнула на Белого Жнеца, оттолкнулась руками от его плеч и через мгновение уже сидела у парня на шее, проводя удушающий прием. Но из-за того, что щиколотка Шаньи так и осталась в тисках, сидела она на Вире кривовато, боясь вывернуть ногу.

Жнец тут же воспользовался неустойчивостью ее положения и сдернул девушку с себя. Она вцепилась в противника, словно клещ, поэтому на пол упали оба. Здесь преимущество явно было за парнем. При падении Вир оказался сверху, воспользовавшись ситуацией, он придавил Шанью, обхватив коленями, а руки прижал к полу у нее над головой.

Девушка зарычала и дернулась, больно ударив Белого Жнеца в подбородок, заставляя ослабить захват. Вырвав из клещей одну руку, Шанья обвила парня за шею, и потянулась к уху, с явным намерением укусить, но грохот разбитого стекла и синхронный вопль подруг заставил дерущихся расцепиться.

– Берегись!

– Твою ж…!

– Сверху!

Шанья и Вир увидели летящий на них осколок одновременно и одновременно вскинули руки. Белая вспышка ослепила всех, кто был в зале. Белое пламя расплавило стекло, превращая его в пар и редкие капли, раскалило воздух в комнате.

Нависнув над девушкой, Вир закрыл ее от горячих капель.

– Ты же сказал, что не можешь пользоваться харум! – потрясенно сказала Шанья, даже не пытаясь скинуть парня с себя.

– Я был в этом уверен, – Жнец выглядел удивленным ничуть не меньше Колючки. – Блин, – вдруг зашипел он, подскочив, – жжет!

Вир стянул футболку, потушил тлеющие участки на спине и надел ее снова.

Это действие вызвало среди девушек заметное волнение. Айрис тихонько свистнула, прищурившись, Мьяра одобрительно кивнула, Делиль смущенно покраснела, не подумав при этом отвести взгляд. Только Руда не оценила момент – она стояла под образовавшейся на потолке дырой и глядела вверх.

– Вы в порядке? – опомнилась Делиль, когда Вир был уже одет и интерес к нему слегка поугас.

– Я в полном, – ответил парень, не скрывая свою радость от кратковременного и необъяснимого возвращения харум.

Шанья все еще лежала на полу, чуть приподнявшись на локтях. Она просто кивнула.

– А я говорила, что столько окон в зале – это опасно, – прокомментировала ситуацию Руда.

– У нас весь дом – сплошная теплица, – хмыкнула Мьяра, разминая шею. – Все стены стеклянные. Когда-нибудь это должно было случиться.

Взгляды вновь устремились вверх.

– Нет, стекла сделаны с добавлением алмазной воды. Они не могут разбиться просто так, – возразила Шанья, нахмурив лоб.

– Тогда их кто-то разбил, – сделала вывод Айрис, переглянувшись с подругой.

Вир протянул руку Колючке, предлагая подняться с пола:

– Это как-то связано с вашими вчерашними гостями?

– Может, да, а может, и нет, – девушка встала и отряхнула комбинезон.

– На крышу? – предложила Айрис.

– На крышу, – согласилась Шанья.

– Мы на чердак. Может быть, что-то удастся найти, – пояснила Айрис всем остальным, но с собой не позвала.

Руда, Мьяра и Делиль отнеслись к этому факту вполне равнодушно, и принялись за уборку несгоревших в белом пламени осколков и испорченных матов.

Вир посмотрел вслед удаляющимся девушкам, перевел взгляд на зону бедствия, здраво оценил свои желания и возможности и без колебаний выбрал единственно верный путь. На крышу.

Шанья и Айрис попутчику почему-то не обрадовались, но промолчали.

Все трое поднялись на второй этаж, прошли в конец коридора до еще одной лестницы, узкой и крутой. Чердак оказался неожиданно светлым, сухим и странно извилистым. В одном углу высились ряды картонных коробок, заполненные неизвестно чем, а на крючках, прибитых прямо к деревянным балкам, висели старые куртки и брезентовые плащи.

Дом-оранжерея отличался не только своими огромными окнами, которые в некоторых комнатах заменяли всю стену, но и оригинальной планировкой. Так, например, над холлом и над тренировочным залом потолок был полностью стеклянным, а вот в столовой, в гостиной и в комнате Вира, вполне себе обычным. Сейчас новому жильцу представилась возможность увидеть устройство крыши воочию. Девушки прошли чуть вперед и повернули за угол, где обнаружилась еще одна дверь. Шанья потянула за ручку.

– Эй, – окликнул Вир.

Колючка повернулась на голос и еле успела поймать летящую в нее куртку, которую Жнец снял походя с вешалки. Вторую он всучил Айрис. Пока подруги безропотно натягивали предложенные вещи, он открыл дверь. Прихватить куртку для себя бывший охотник, конечно же, не догадался.

Делать первый шаг было страшно, тонкое и хрупкое стекло не внушало доверия. Но Вир думал не долго, через мгновение уже прогуливаясь по крыше. Как оказалось, дом был с вычурной формы мезонином, окруженным ледяным озером стекла. Жнец быстро сориентировался и направился чуть влево от выхода из пристройки. Парень смотрел под ноги, соображая, куда идти. Вот холл с балюстрадой на втором этаже и «цветочными» дверями на первом, получается, что зал для тренировок должен быть правее.

А это что? Похоже на лабораторию. Колбы, пробирки, мензурки и другие склянки ровными рядами стояли на кипенно-белом столе, рядом парил аппарат, в котором бурлила какая-то зеленая жидкость. В вентиляционном шкафу тлел скелет – вороний, судя по всему, – постепенно превращаясь в костную золу. На стеллажах у стены были развешаны чьи-то лапки, пучки трав, расставлены емкости с заспиртованными змеями и высушенными насекомыми. Вир с такой высоты мог только примерно узнать часть ингредиентов, но точно мог сказать, что больше они подходили для хижины знахарки безнорных времен, чем для лаборатории современного зельевара.

– Ты была права, – услышал Вир голос Колючки.

Девушки остановились чуть в стороне, прямо перед дырой в полу, а точнее в потолке зала для тренировок. Шанья бесстрашно присела на корточки, изучая стекло. Вир поморщился и поспешил подойти ближе, чтобы придержать девушку за капюшон.

Колючка не обратила внимания на Жнеца, повернувшись к Айрис.

– Края стекла оплавлены, сюда скинули склянку со «Слюной гадюки».

Девушка нахмурилась, но не удивилась.

– Ясно. Вызову стекольщика и попрошу Мьяру растянуть сигнальную сеть над участком.

Шанья в ответ промолчала, покосившись на Вира.

– Хорошо. Спускаемся, надо заняться делами. Сегодня еще кактусы пересаживать.

– Смотрю, вы нескучно живете, – прокомментировал Белый Жнец, понимая, что девушки не хотят обсуждать при нем причины происшествия.

– Ты лучше займись своей харум, все больше пользы, – съязвила Шанья.

***

Весь остаток дня Вир провел, следуя совету Колючки – пытаясь призвать харум. Толку вышло ноль. Так же, как и последние два месяца, энергия не проявила не малейшего желания возвращаться. Случай в зале был уникальным, и Жнец так и не смог повторить то состояние. Угроза жизни – не то обстоятельство, которое можно воссоздать искусственно. Хотя парень все же попытался, свалив на себя дубовый комод и ящик с инструментами. Но проколов насквозь палец колючкой от кактуса, Вир решил завязывать с реконструкцией опасных ситуаций, и как был, в одежде, рухнул на кровать и заснул.

Разбудил его снова стук в дверь и раздражающе бодрое Мьярино приветствие.

Как добрел до двери, парень помнил плохо, но утренний холод улицы привел его в чувства и заставил двигаться бодрее.

Когда они подошли к теплице, Вир оживился еще больше, отметив про себя, что вчера они с Мьярой вскопали больше двух третей всей площади.

– Что же ты делал всю ночь, раз такой сонный? – спросила силачка, подавая Жнецу лопату.

– Думал, – почти не соврал парень, приступая к работе.

– О вчерашнем случае? – поддержала разговор девушка.

Хоть Вир не рассчитывал, что Мьяра ответит на его вопросы, он все же осторожно спросил:

– Да, а что об этом думаешь ты?

– Не знаю, – пожала плечами девушка, из-за чего одна лямка ее рабочего комбинезона сползла, но она не стала ее поправлять, а сдернула еще и вторую. – Но если ты обижен из-за того, что тебя ни во что не посвящают, можешь расслабиться – не тебя одного.

Вир усмехнулся, ожидая чего-то подобного.

– Этот особняк принадлежит Шанье и Айрис, его купил для них Альдер, когда все трое вернулись в Союз из Сектора Изъятия, – сказала силачка, крутанув в руке лопату, точно копье. – А я пришла сюда лет пять назад.

Вир пораженно уставился на девушку, будто огретый этой самой лопатой.

– Сектор Изъятия?! И ты так спокойно об этом говоришь?

Мьяра улыбнулась.

– А что в этом такого? У каждого своя судьба, и она любит забрасывать людей в странные места, а потом смотреть, как они будут оттуда выбираться.

– Странные места? Ты хоть знаешь, что такое Сектор Изъятия?

– Слышала когда-то, – силачка перекинула толстую косу за плечо. – Это место, где нарушена энергетическая оболочка Герры. Фон харум там повышен, из-за чего жить в Секторе очень сложно.

Вир покачал головой и задумчиво взъерошил волосы.

– Сектор Изъятия – тюрьма для тех, кто не может быть прощен. Самое страшное место для Воплощающего. Эта территория подконтрольна гильдии Силы. Харум там постоянно атакует клетки, заставляя раз за разом применять способность. Не важно, какой у тебя потенциал в обычной жизни, в Секторе Изъятия он будет не ограничен. Воплощающий вынужден использовать харум до тех пор, пока не выгорит полностью. А лишившись возможности преобразовывать энергию, он мучительно умирает от ее воздействия за пару лет. Гильдия Силы охраняет периметр, обнесенный Стеной Отчаянья. В такое место по своей воле не приходят, и просто так оттуда не выйти, – тихо сказал парень. – А как долго они находились там?

Силачка отставила лопату и оперлась на нее рукой.

– Не знаю, они не рассказывают о прошлом. – Мьяра притихла. – Думаешь, поэтому Айрис не может призывать?

Жнец неопределенно повел плечами. Девушка с силой воткнула лопату в землю и пошла к деревянной скамейке у входа в теплицу.

– У нас вообще не принято расспрашивать о прошлом, – Мьяра даже не посмотрела, идет ли за ней ее собеседник. – Когда пять лет назад я пришла в этот дом, никто не спросил меня ни кто я, ни чего хочу. Жить тогда приходилось в столовой, потому что это была единственная комната с целыми окнами и запирающейся дверью. Хотя сад и теплицы Шанья к тому времени уже обустроила. На квиты с продажи трав, цветов и простых снадобий мы и начали восстанавливать сам дом.

Мьяра присела на скамейку. Вир молча сел рядом, боясь перебить.

– Мне тогда было восемнадцать. Сирота, живущая в приюте гильдии Библиотекарей, одинокая и дикая. Но у меня всегда была цель, мечта. Я страстно желала стать охотником. Десять лет назад гильдия Развлечений только начала развиваться, мы знали об охотниках лишь понаслышке, иногда о них писали в гильдейских новостных листках. Порой до нас доходили слухи о битвах, которые передавались из уст в уста, обрастая фееричными подробностями. Уже ближе к моему выпуску приют приобрел звукоматрицу, если помнишь, был у развлеченцев недолгий период звуковых передач. Я тогда абсолютно точно решила для себя, что стану охотником, несмотря на свой невысокий потенциал и отсутствие способности.

– Отсутствие? – удивился Вир.

– Да, – Мьяра потянулась, играя мышцами. – Моя «сила» проснулась гораздо позже, когда я уже жила здесь, в этом доме. По правилам гильдии, если к совершеннолетию воспитанника не пригласят на работу, ему дают подъемные и отправляют на все четыре стороны, – продолжила девушка свой рассказ. – Отбор на профессии проходил раз в год. В основном гильдии были нужны архивариусы, собиратели книг и уборщики пыли, а меня такая работа совсем не прельщала. Я готовилась к отбору в охотники, – силачка невесело вздохнула, вновь натягивая лямки комбинезона. – Даже отсутствие способности меня не останавливало. Я усердно тренировалась, самостоятельно придумывая технику боя. Конечно, это не помогло. Я провалилась, – губы девушки горько искривились. – Мне дали подъемные и выгнали. Я не знала, куда идти, поэтому пошла…

– На станцию пути, – подхватил Жнец.

Мьяра отвлеклась от своих мыслей и посмотрела на него.

– Я тоже туда пошел, – Вир пожал плечами в ответ. – Когда вышел из приюта гильдии Искусств. Меня приглашали в команду, но мне хотелось непременно попасть в Великую гильдию. Поэтому из приюта я вышел так же, как и ты – никому не нужный, не зная, куда идти.

Мьяра понимающе кивнула.

– Да, я пошла на станцию пути в надежде, что куда-нибудь этот путь меня выведет. Шанья и Айрис стояли рядом со мной, они громко обсуждали, что им не хватает рук для ухода за садом и оранжереями. Я решила, что это мой шанс, и заговорила с ними. Они приняли меня, не раздумывая. И уже здесь проявилась моя способность. Очень полезная, кстати, – девушка гордо обвела взглядом вскопанный участок. – Делиль пришла через год после меня. Мы тогда удачно продали партию пряных трав в один дорогой ресторан в районе площади Пионов, и решили отметить сделку там же. Только нам принесли заказ, как из двери кухни вылетает разгневанная фурия в очках, бросает на пол фартук и кричит, что она повар, а не химик, и готовить будет только из качественных продуктов или не будет вообще. Шанья в тот момент как раз попробовала сырники с земляничным вареньем и орехами. «Кто это приготовил?» – спросила она у официанта. Видимо, нельзя было не спросить. Ну, да ты уже это понял, – Мьяра хихикнула, оперлась на скамейку ладонями и вытянула ноги. – Официант молча показал на фурию, которая уже покидала ресторан. Шанья выбежала за ней. О чем они говорили на улице, не знаю, но с тех пор Делиль живет с нами. Ну и с рестораном тем, как ты понимаешь, мы больше никогда не работали, – силачка расслабила плечи, и лямки снова поползли вниз.

– А Руда? – Вир пытался узнать как можно больше, раз уж Мьяра решилась на такой разговор.

– Руда появилась недавно, чуть меньше года назад. Вышла из леса, вся грязная, с отсутствующим взглядом. Упала перед нашими воротами и больше не ушла. Сначала мы думали, что она одна из тех, кого лекари прячут в Центрах для энергетически нестабильных. Решили, что она беглая пациентка, но позволили остаться в доме. Кто из нас без греха? Полгода она не говорила совсем, затем стала по чуть-чуть общаться. Но что с ней случилось, и как она оказалась в лесу, она не сказала до сих пор.

Вир вздохнул. Даже после рассказа Мьяры мир дома-оранжереи не стал ему понятней. Хотя, стоило признать, откровенность силачки подкупала. Имела ли она какой-то умысел, раскрывая перед Жнецом сердце, или же просто по жизни была прямодушна, парень не знал, но чувствовал, что стал немного ближе и к ней, и к остальным девушкам. В конце концов, он тоже прибился к этому дому и ему не стоит так уж глубоко копаться в чужих тайнах. Но этот Альдер! Его личность не давала парню покоя.

– А что Альдер? – Вир не мог не спросить, хотя догадывался, что Мьяра вряд ли много знает.

– Они знакомы очень давно. Вместе были в Секторе Изъятия. То ли прятались от кого-то, то ли что-то искали… Я не знаю. Где он живет и чем занимается, тоже не скажу. Он часто заходит к нам, иногда на пару часов, иногда на несколько недель.

Вир хмыкнул. Интересные взаимоотношения. Кто же такой этот Альдер? Жнец так и не определил для себя, как же относиться к своему нанимателю, хотя одно он знал точно – с ним нужно держать ухо востро.

– Знаешь, – бывший охотник взял свою лопату и воткнул в землю перед собой, – в тот день, когда я пришел в этот дом, у вас были и другие гости, двое мужчин.

– Да, – Мьяра кивнула. – Понятия не имею, кто они, знаю только, что Альдер хотел привлечь их к финансированию команды, но, видимо, передумал. А что?

– Они очень удивились тому, что Альдер осмелился вернуться в Союз. И, похоже, они думали, что вернулся он совсем недавно.

– Слушай, я без понятия, что Альдер им наговорил, но совершенно не удивлена, что он мог скрывать свое здесь появление так долго. Он очень умен и хитер.

– Я заметил, – Вир взлохматил волосы на затылке.

Похоже, этот жест становится его новой дурной привычкой. В гильдии Силы все стриглись очень коротко, даже девушки. Это не было правилом, скорее, данью моде. Когда Белый Жнец покинул Силу, он отказался стричься наотрез и сколько Перо его не уговаривал, все было напрасно. Раз гильдия презирает его, он презирает условности гильдии. Сейчас его волосы заметно отрасли и даже стали мешаться, но упрямство не позволяло бывшему охотнику отказаться от своего слова.

– А Шанья? – осторожно спросил парень.

– Что Шанья? – не поняла силачка.

– Что ты о ней знаешь? Раньше, до прихода в этот дом, ты слышала прозвище Колючий Чертополох? – Вир понимал, что в тот вечер, когда Шанья угрожала инвесторам, они испугались не ее саму, они испугались ее имени.

– Нет, – Мьяра так резко мотнула головой, что Жнец поежился, почти «услышав» хруст позвонков.

– Не густо, – хмыкнул Вир, перекидывая черенок лопаты из руки в руку.

– Я все это тебе рассказала, чтобы показать: не обязательно знать о людях всю подноготную, чтобы им доверять. Можно просто делать одно дело, позволив каждому хранить свои секреты, – силачка пристально взглянула на парня.

Смуглое лицо, острые скулы, прямой нос, глаза, цвета грозового неба, Жнец впервые видел Мьяру так близко. Он улыбнулся и встал, выдернув лопату из земли.

– Так давай, наконец, его доделаем, чтобы я мог начать готовить команду.

***

Участок они докопали в то же утро, но начать работу по формированию команды Вир не смог ни в этот день, ни на следующий. А все потому, что Альдер так и не появился.

Все свободное время Белый Жнец проводил в зале для тренировок, пытаясь разобраться с энергией харум. Получалось плохо. А вернее – никак. После многих часов ментальных тренировок, медитаций и применения секретных техник гильдии Силы, Вир был готов прибегнуть к шаманским заговорам, аромамаслам и астрологии, лишь бы хоть немного приблизиться к цели.

Да что же это происходит! Одно дело, когда два месяца назад, после проведенного ритуала он понимал, что потерял связь с харум навсегда, и надо учиться жить без энергии – он мог это понять и даже сумел пережить. Но совсем другое, когда харум появляется и исчезает, когда ей вздумается. Жнец сходил с ума и выплескивал раздражение на груши с песком.

– Помочь? – подала голос Шанья от дверей зала для тренировок.

Вир в этот момент наслаждался чувством превосходства над второй по счету грушей. Первую он успел порвать. Услышав вопрос девушки, Жнец прекратил злодейское избиение.

– Как? Воссоздав события того дня? Начнем с расположения наших тел в пространстве? – усмехнулся Вир, придерживая грушу.

Шанья смутилась, вспомнив.

– Не хочешь, не надо, – фыркнула она и отвернулась.

– Подожди, – остановил ее Жнец, который еще минут пятнадцать назад был готов воспользоваться услугами шамана. – Что ты хотела предложить?

Шанья крутанулась на одной ноге и с энтузиазмом размяла пальцы.

– Вообще-то, я отличный учитель, – похвасталась она. – Можешь у Мьяры спросить, если не веришь.

– Я уже спросил, – кивнул Вир, но развивать эту тему не спешил, собираясь помучить девушку в неведении.

– Правда? – протянула Шанья, не придав словам парня особого значения, деловито оглядывая зал.

Белый Жнец тяжело вздохнул.

Девушка поправила один из матов у окна, сняла, перекинутую через плечо холщовую сумку и положила на пол рядом. Затем она щелкнула пальцами, выпуская немного харум, чтобы погасить янтарные светильники. Вир, к слову, до сих пор пользовался пузырьком с росой болот, которым обзавелся в промышленных кварталах. Зал погрузился в сумрак. На улице весь день лил дождь, создавая дома уютную и сонную атмосферу.

Девушка села на мат, кивком пригласив Вира сесть напротив. Тот не заставил себя уговаривать, с любопытством глядя, как Шанья достает из сумки трехрогий подсвечник с простыми восковыми свечками, тарелку и яблоко.

«Правда что ли шаманить собралась?» Жнецу стало не по себе, когда он увидел, как сосредоточенно девушка размещает между ними подсвечник, установив его на блюдце.

– В общем, так, – потерла руки девушка, закончив приготовления. Яблоко она подбросила на ладони, подумала и закинула обратно в сумку. – У меня есть идея. Твоя способность – белое пламя, так?

– Угу, – кивнул Вир, осторожно выпрямляя новенький фитиль на свечке.

– Если ты не можешь это пламя вызвать, есть вероятность, что ты сможешь его преобразить? Это ведь гораздо легче. Не создать, а переделать. Понимаешь?

– Не очень, – покачал головой Белый Жнец.

Шанья недовольно фыркнула и достала из сумки длинные спички.

Вир видел такие лишь однажды, когда дежурил в дозоре у Стены Отчаяния. Тогда он только вступил в гильдию Силы и еще не вошел в основной состав команды, поэтому был вынужден, как все силовики, один месяц в году служить на границе Сектора Изъятия. Делать было особо нечего, и солдаты развлекались, как могли. Например, на спор пробирались на заповедную территорию отшельников. Земли этой немногочисленной гильдии вплотную примыкали к Стене с севера, но заходить туда строго запрещалось. Добровольные изгнанники, покинувшие Союз столь давно, что уже никто не припомнил бы причин, отказались от использования харум и жили в уединении здесь, на границе с Сектором. Несмотря на то, что они не призывали энергию, харум не оставила их, приходя во снах. Порой, она выбиралась из грез в реальный мир, забирая у своего носителя волю, но одаривая необъяснимой силой видеть души. Таких людей называли шаманами. И Виру даже довелось увидеть, как один из них заставил дух почти умершего новорожденного вернуться в тело. Именно тогда Жнец впервые увидел в действии длинные палочки с серой, которыми шаман зажег семь свечей над изголовьем маленькой кроватки.

Для девушки же спички, видимо, и вовсе были в новинку. Она повертела их в руках, внимательно изучила коробочку, но, так и не придумав, как ее использовать, просто зажгла свечи искрой харум. Пламя взметнулось и тут же опало. На секунду Виру показалось, что оно было белым, но иллюзия быстро исчезла – огонек свечи плавно изгибался, отсвечивая оранжевым.

Шанья сидела на коленках, опираюсь руками о пол. Она нависла почти над самой свечой, завороженно глядя на пламя.

Белый Жнец сидел напротив и смотрел на нее. Просто девчонка, а одним именем взрослых мужиков довела до паники. Интересно, что их связывает с Альдером, и что они делали в Секторе Изъятия?

Пока Вир крутил в голове эти мысли, девушка тихо чего-то ждала, широко распахнув глаза, затем она стала немножко хмуриться и проявлять нетерпение, наконец, цыкнула недовольно и подняла взгляд.

– Ты чего? – удивилась Шанья, – Чего на меня-то уставился? Ты должен смотреть на пламя и представлять, как оно меняет цвет!

– Кхм, – Жнец встряхнулся, отгоняя лишние мысли, и резко наклонился над свечой. – Тогда давай сначала.

– Эй! – возмутилась девушка, глядя на Вира через колышущийся от жара воздух. – А ты думал, я тебя пригласила посидеть у огня и подумать о вечном, что ли?

– Ну, что-то вроде этого, – преувеличенно серьезно поддакнул Жнец.

Девушка рассердилась и хотела было встать, но Вир ее остановил.

– Постой, – поймал он Шанью за руку. – Еще разок.

Колючка недовольно поджала губы, но кивнула. Теперь уже наоборот, Белый Жнец сосредоточенно пялился на пламя, стараясь проникнуть в его тайны, а девушка придирчиво вглядывалась в лицо парня, пытаясь отыскать в его выражении насмешку или скуку. Но ни того, ни другого не наблюдалось, и Шанья, вскоре поймала себя на мысли, что просто бессовестно разглядывает охотника. Волосы подали ему на лоб, закрывая тонкий шрам над бровью, в карих глазах отражался огонь свечи, а бледные губы были плотно сжаты. Спохватившись, девушка тут же перевела взгляд на свечу. Секунда. Другая. И пламя вспыхивает белым, высвечивая в сумерках удивленные лица, наблюдавших за ним.

– Ты видела? – подскочил Вир, чуть не уронив подсвечник.

– Сработало! – взвизгнула Шанья, тоже не усидев на месте. – Я гений!

– Давай еще раз, – парень нетерпеливо потянул девушку за руку, заставляя сесть обратно на пол.

– Прошу прощения, я помешала? – раздался ехидный голос от двери, и все янтарные светильники вспыхнули разом. Айрис стояла в проеме, скрестив руки на груди. – Что вы здесь делаете в темноте и при свечах?

– Заговор готовим, против лучших гильдейских охотников, – Шанья сощурилась от яркого света и задула свечу. – Ужинать?

– Ужинать, – кивнула подруга, с усмешкой поглядывая на недовольного Вира. – Соперники вас дождутся, а вот Делиль ждать не любит.

Глава 4

Шла уже вторая неделя пребывания Вира в доме-оранжерее. Может быть, благодаря привычке, а может, из-за недавнего удачного эксперимента со свечой, но стук в дверь Белого Жнеца не расстроил. Он уже встал, умылся, оделся и был готов покорять новые вершины растениеводства. Но грандиозные планы пришлось отложить, потому что вслед за Мьярой в комнату к парню вбежала Делиль.

– Быстрее, там охота начинается! – задыхаясь, воскликнула она и снова исчезла за дверью.

– Пошли, посмотрим! – радостно подпрыгнула силачка и последовала примеру подруги. Вир равнодушно пожал плечами и пошел следом.

Девушки расселись на диване в столовой, прямо перед стеной, на которой был растянут энергохолст.

– Девочки, вы только гляньте! – восхищенно охнула Айрис, не отрывая глаз от холста. – Сразу три гильдии!

– Ага, ничего еще не началось, а стрекозы уже на месте, – заметила Руда.

– Развлеченцы действуют все более оперативно, – хмыкнула Шанья. – Знаешь, Руда, если не попадешь в команду к Белому Жнецу, советую попытать счастья в гильдии Развлечений. У них целый штат ищеек и сундуки, набитые Изумрудами потока. Сделаешь там неплохую карьеру.

Руда в ответ лишь нахмурила бесцветные брови.

– Вир, – Мьяра дернула парня за рукав. – Твоя бывшая команда тоже здесь.

Не дожидаясь его реакции, под недовольное ворчание подруг силачка втиснулась на диван между Делиль и Айрис

Белый Жнец остался стоять, опираясь о спинку дивана.

Охота началась стремительно. Бойцы оказались на месте практически одновременно, посыпавшись из нор, словно горох из рваного мешка. Силовики выпрыгнули из портала к западу от ресурса, дорожники и лекари – с юга. Норы двух последних команд оказались так близко, что охотники просто перемешались между собой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.