Владимир Васильев
Год силиконового властелина

2120 год

Двери лифта бесшумно открылись и высокая молодая женщина, смущенно улыбаясь, внесла в зал скромный торт с единственной свечкой. Все это было для нее непривычно. И этот, прямо скажем, немного кривоватый торт, испеченный ее собственными руками. И залихватское мини платье, на которое она сменила уже до осточертения привычный комбинезон ради такого торжественного случая. А особенно необычен был вид мужчины в строгом деловом костюме, который ослепительно улыбаясь поднялся ей навстречу из-за маленького круглого стола.

– Я безумно рад видеть, что твои таланты не ограничиваются научной работой, – пошутил именинник, после чего взял у девушки торт и водрузил строго посередине столика. Затем отодвинул для собеседницы стул и принялся ловко открывать бутылку вина изумительного изумрудного цвета.

Свет в зале медленно погас, и на куполообразном потолке из крупных стекол, разделенных стальными балками, проступило невообразимое количество звезд. Ярких и немигающих, как и положено в открытом космосе. А перед глазами девушки, на противоположном окне, появился огромный Земной шар во всей своей ночной красоте, усыпанный мириадами огней городов и дорог, окаймляющих черноту океана.

– Нет, нет! Мы не настолько приблизились, – поспешно пояснил мужчина, заметив недоумение на лице девушки. – Я вывел картинку с телескопа и немного добавил яркости. Скоро, кстати, шарик повернется к нам твоими родными местами. А настоящая Земля вон там, над нашими головами. Она сейчас выглядит только чуть больше, чем обычно Луна с Земли.

– Умеешь ты напугать! – усмехнулась девушка. – Талантище! Впрочем, давай уже отмечать твой юбилей. С годовщиной! Чтобы тебя преследовала удача! Чтобы у тебя все получилось! Ты самый лучший! Ты первый!

– Надеюсь, что и последний, – поддержал поздравление сам юбиляр.

– Ну да… Наверное… Э-э-э… Давай! Задувай уже свечу!

Мужчина слегка наклонился, поднес губы к трепещущему огоньку и легонько дунул. Свеча погасла. А после этого почти разом погасли и все огни на Земле.

– Так себе шуточка, – потрясенно пробормотала женщина, уставившись на враз почерневший шар с узким серпом освещенной Солнцем стороны. – Властелин хренов… Силиконовый.

– Это не я, – четко проговаривая слова, с враз проявившимися стальными нотками сказал мужчина. – Похоже нашу Землю атаковали. Неизвестным оружием.

Глава 1

Николай

Рабочий день начался вскоре после полуночи. Молодой ученый в слегка помятой одежде и с немного всклокоченными волосами как, впрочем, и положено любому уважающему себя в меру гениальному ученому, устроился перед компьютером и погрузился в изучение отчетов от всех систем, задействованных в подготовке очередного небольшого ядерного взрыва. Всего-то десяток мегатонн. Рутина.

– Ну что, Николай? Готов слегка встряхнуть этих разленившихся и зажравшихся обывателей? – бодро поприветствовала его ярко накрашенная блондинка с озорным взглядом, появившаяся в центре экрана и нагло растолкавшая окна со скучными научными цифрами.

Николай окинул взглядом ладную фигурку в сильно открытом костюме цвета хаки и с огромным сверкающим мечом в руках и в очередной раз порадовался, что установил себе человекообразный интерфейс для изначально скучной программы Искусственного Лабораторного Ассистента.

– Да, готов, – произнес он, доставая чашку кофе из автомата, – можно и встряхнуть наш унылый шарик.

– Тогда надо заняться бюрократией. Озвучить и подписать протоколы, – наряд девушки мгновенно изменился на строгий деловой костюм.

– Давай Ила, – только махнул рукой Николай, соглашаясь на запуск рутинной процедуры.

– Дать я тебе всегда готова, – озорно сверкнула глазками девушка. – Вот только взорвем сейчас Японию, и я покажу тебе каталог, из которого ты выберешь для меня искусственное тело!

– Отвали, – снова махнул рукой мужчина, – я женатый человек. Ну почти…

– Вот именно что «почти»! Твоя ненаглядная уже месяц как сбежала к маме. Да и вообще, в наш просвещенный век секс с роботом за измену не считается.

– Вот именно, что с роботом, – поморщился мужчина. – Был бы у тебя разум, тогда еще можно было бы о чем-то говорить. А так у тебя один сплошной интеллект, но нет и крошечного проблеска разума. Так что не приставай, а то понижу тебе свободу воли на пяток пунктов.

– И зачем тебе такое счастье? – подбоченилась цифровая собеседница. – Сам же говорил, что я тебе приятнее, когда могу и возразить, и предложить что-то от себя. А срезать пять пунктов, это вместо слегка язвительной веселой собеседницы получить послушную безынициативную куклу. Почти машину.

– Ладно… почти не машина.... – сменил тему ученый, невольно признавая справедливость Илы, – давай уже протокол. А то еще выбьемся из графика злодеяний.

Ассистентка начала зачитывать сухие строки информации, иногда оживляя их придыханием в голосе, а ученый заверял их веским словом и прикладыванием ладони к специальной области на виртуальной клавиатуре.

– Дата. Двадцать второе августа две тысячи сто двадцатого года.

– Подтверждаю.

– Мощность заряда десять целых пять десятых мегатонн.

– Подтверждаю.

– Глубина закладки заряда двенадцать тысяч восемьсот метров ниже уровня моря.

– Подтверждаю.

– Координаты отображаются…

– Подтверждаю.

– Планируемая сила землетрясения в населенных районах четыре бала. Люди должны только почувствовать толчок.

– Подтверждаю.

– Предупреждение для населения местными властями разослано по протоколу.

– Подтверждаю.

Далее еще было несколько минут скучного зачитывания и рутинных подтверждений. Николай нажатием кнопки сварил себе еще кофе и принялся ждать, поглядывая на цифры обратного отсчета в углу экрана.

Ила опять нарядилась в вызывающий милитари-наряд и на тележке вывезла ящик с огромной красной кнопкой. В конце процедуры эта кнопка возникла посередине стола, сформировавшись из подстраиваемой клавиатуры. Николай усмехнулся, привстал и с появлением нуля на таймере с размаху удалил по кнопке открытой ладонью. Перестарался. Неудачно подвернувшаяся чашка, наполовину полная горячим кофе, вращаясь, отлетела в сторону, забрызгав не только весь стол, но и изрядно попав на брюки.

Чертыхаясь, ученый смотрел на огромный ядерный гриб на экране, излучение от которого насквозь просветило почему-то только одежду ассистентки. Впрочем, мигающая надпись сообщала, что взрыв произведен штатно. Естественно, без всякого гриба, как и любой глубоко подземный взрыв.

– О да! Это то что мне было надо! – страстно шептала Ила. – Ты самый мощный мужчина в этом мире!

Мощный мужчина пошел переодевать брюки, а когда вернулся, был взбодрен почище любого кофе огромным красным окном в половину экрана. Красное окно – это толстый намек на ситуацию, которая очень даже нештатная. А когда имеешь дело с мегатонными ядерными бомбами нештатные ситуации могут здорово нервировать.

Николай быстро пробежал глазами текст и слегка выдохнул:

– Могла бы хоть как-то предупредить, что результат в пределах погрешности, – укоризненно посмотрел он на ассистентку, которая виновато выглядывала из-за тревожного окна. – Еще немного и мне бы потребовалось опять менять брюки…

– Ну да, ничего такого страшного! Подумаешь, немного сильнее тряхнуло, – радостно затараторила девушка, заметив, что начальник не спешит рвать своих настоящих и чужих виртуальных волос. – Всего-то шесть баллов. Не должно упасть даже ни одного самого завалящего небоскрёбика. Ну разве что… немножко штукатурочка треснет или вазочка разобьется. И то только в старых домах. Ну и некоторые людишки выскочат в страхе на улицу.

– Не ерничай, – остановил разошедшийся искусственный интеллект ученый, – хоть эта хрень и в пределах расчетной погрешности, но все равно неприятно. Надеюсь, никто не пострадает.

– Да ладно тебе, – не успокоилась Ила, отрабатывая психологическую поддержку хозяину, – ну подумаешь, кто-то там немного пострадает. Ногу сломает или в штаны навалит. Ты уже сотни бомб взорвал. Ты тысячи людей от смерти спас за последние годы. Может благодарное человечество пожертвовать тебе пару-тройку своих обывателей? Их все равно миллиардов шесть совершенно лишних и никому не нужных.

Николай сначала оторопел от такого напора, а потом усмехнулся, невольно подтверждая правильность психологической поддержки, заложенной в программу и махнул рукой:

– Ладно… чего уж. Давай, готовь все требуемые отчеты и документы по выходящей за среднее ситуации.

– Это я виновата, шеф, – вскричала Ила и приняла облик кающейся грешницы. Очень эротично кающейся, надо сказать. В хламиде с гигантскими прорехами и соответствующими изгибами фигуристого тела. – Я же делала все математические расчеты!

– Да черта с два! Никто не виноват! – отрезал ученый. – Есть вероятность почти в процент, что сила землетрясения будет на пару баллов больше расчетной. Рано или поздно это должно было случиться. Вот и случилось. И даже скорее поздно, чем рано!

Николай вполне успокоил себя этим доводом и насвистывая направился к бару. Можно было позволить себе глоток коньяку. Для успокоения нервов, так сказать.

– Получи пока информацию о повреждениях в Токио и ну… в других местах… кого коснулось, – отдал он распоряжение помощнице.

Следующий час прошел тихо и скучно. Ила подсовывала начальнику один отчет за другим, тот внимательно их вычитывал и заверял. Попутно пришли вести из Японии. Ничего сверхнеприятного вроде бы не случилось. Закаленные регулярными неслабыми землетрясениями японцы почти не перепугались. Да и строили там с расчетом на куда более разрушительные толчки. Наконец, рутина закончилась. Николай откинулся на спинку кресла и с облегчением выдохнул:

– Ну что ж, теперь можно и поспать остаток ночи.

– Хм… шеф, – озабоченно возразила помощница, – тут что-то странное творится в новостных выпусках по всему миру. Похоже, на тебя спустили Полкана, а точнее свору борзописцев.

На экране монитора отобразилось окно с логотипом популярного телевизионного канала ИксСупер-ТиВи. Всю верхнюю часть окна занимала красная надпись «Экстренный выпуск», ниже метался ведущий и, заламывая руки, чуть не завывал: «Вы только посмотрите на это лицо! Это же настоящий маньяк от науки! Доколе будут позволять таким безответственным типам ставить на нас, обычных людях, опыты и взрывать сверхмощные ядерные бомбы в густонаселенных местах для удовлетворения своих сомнительных амбиций?»

Тут и собственно лицо показали. Николай даже с трудом себя узнал в растрепанном типе с выпученными глазами и слегка перекошенным ртом.

– Они смонтировали что ли такую фотку? – пораженно прошептал человек.

– Нет, фотография настоящая, – развела руками Ила, – они нашли ее на аккаунте Алексея. Помнишь, вы в прошлом году отдыхали компанией с шашлыками. Там еще был конкурс по бегу в мешках. Вот оттуда твое лицо и вырезали.

Ведущий еще несколько минут поливал институт, лабораторию и конкретно Николая плохими словами, чуть не срываясь на откровенную нецензурщину. Видеоряд состоял из попеременно меняющихся крупно снятых трещин в домах, разбитой вазы в веселенький цветочек, гриба ядерного взрыва (куда же без него?) и такого удачного для беспринципного журналюги фото главного виновника.

– Мне уже пришли пара десятков запросов на интервью. Я всем отказываю, ссылаясь на пункт в контракте. Еще электронная помощница дежурного пресс-секретаря нашего концерна запросила текст для официального заявления. Сейчас его можно будет увидеть на более уравновешенном телеканале.

Николай согласно махнул рукой, и в окошке появилась студия более серьезного телеканала. Надо сказать, сильно проигрывающего в популярности насквозь желтому ИксСупер.

Серьезно выглядящий, официально одетый, немолодой мужчина представился пресс-секретарем концерна ГаФоРт, которому и принадлежит Институт Геотектоники и Сейсмологии. Потом толкнул короткую речь… Нет, ученые и руководство института ответить на вопросы не могут, так как объект насквозь режимный. Как-никак единственная организация на Земле, которая владеет действующими ядерными зарядами.

Далее он выдал очень хорошо знакомую версию событий, которую помощница Николая ему и отправила десятью минутами ранее. Лаборатория Предупреждения Землетрясений уже девять лет производит подземные ядерные взрывы по методу Академика Сухова. И, как уже многократно заявлялось, это конечно же не создание землетрясений. Энергия землетрясения намного больше любого ядерного заряда. Институт с помощью множества датчиков, установленных по всему Земному шару, может с высокой вероятностью прогнозировать землетрясения. А задача Лаборатории состоит в том, чтобы с помощью ядерного взрыва спровоцировать землетрясение раньше, чем оно накопит энергию, способную вызвать катастрофические последствия. Так что благодаря Институту и Лаборатории на Земле уже девять лет не было сильных землетрясений. Наши сотрудники спасли тысячи жизней и сберегли не один город. Но спрогнозировать со стопроцентной точностью силу вызванного нами землетрясения, увы, невозможно. Погрешность заложена в сам метод и население всегда предупреждается заранее. Ранее уже были вызваны землетрясения даже большей силы, чем сегодняшнее около Японии. Просто-напросто в этот раз был прогноз на четыре балла, а произошло событие на шесть. Это в рамках погрешности. Академик Сухов, к сожалению, покинул нас этой весной. Сейчас исполняет обязанности начальника лаборатории Николай Кузнецов. Доктор наук. Он восемнадцать лет работал под руководством Академика. И никаких причин сомневаться в его квалификации не имеется.

– К сожалению, отсутствие сомнений в квалификации, – усмехнулся Николай, – не влияет на желание начальства убрать приставку «исполняющий обязанности».

– Да кто их знает? – вздохнула помощница. – Вроде никто из маститых ученых Института не претендует на эту должность. Да и если потребуется развивать технологию, то лучшей кандидатуры, чем ты, не найти.

– Ну, для этого совсем не обязательно быть руководителем лаборатории. Заниматься этой темой в роли исполнителя меня, конечно, устроит, но в должности начальника как-то веселее.

Неприятное происшествие и еще более неприятные наезды со стороны наиболее горластых представителей благодарного человечества совсем прогнали сон. Принимать же усиленную дозу «витамина К», то есть коньяка, Николай опасался. Похоже, предстоял нелегкий день и ясное сознание может очень даже пригодиться.

В ожидании утра мужчина решил развлечь себя информацией о том, что в мире творится. Не только же про него, любимого, должны показывать все каналы и коблы.

Вторая по рейтингу новость его озадачила. На экране показывали самый острый момент снятый налобной камерой какого-то охотника. Из густого кустарника вылез огромный заяц с помповым ружьем и всадил в незадачливого охотника пару зарядов. Камера резко подергалась и замерла, уставившись в безоблачное небо.

– Что за хрень вместо новостей ты нашла? Какой-то любительский фильм что ли? – удивился ученый.

– И вовсе это не фильм, – парировала Ила. – Это главная новость вчерашнего дня. Террористы из «Зеленой руки» переодели взломанного полицейского робота в костюм зайца и застрелили великовозрастного сынка одного из директоров ДженералКорп, когда тот развлекался убийством зайцев в своих уральских владениях.

Заметив, что начальник заинтересовался новостью, искусственная помощница добавила:

– Могу показать весь сюжет, выложенный в коллективном блоге «Зеленое слово». Это главный кобл наиболее активных «зеленых». Сюжет довольно кровавый, надо сказать. Я даже удивлена, что его еще не заблокировал Наблюдатель, – и, заметив согласный кивок, продолжила. – Я расскажу своими словами и более сухим текстом, а то эти природозащитные коблеры, конечно, девчата и парни хорошие, но уж больно эмоционально-надрывный текст сочинили. Итак, Джон Стоунфеллер, сын одного из членов совета директоров корпорации ДженералКорп, с детства решил посвятить себя охоте. У него много земель по всему миру. Так что он достиг немалых успехов на поприще убийства беззащитных животных из всех экосистем.

На экране что-то самодовольно вещал статный мужчина на фоне стен, увешанных некомпьютеризированными ружьями всех систем, а также головами и чучелами десятков животных.

– Надо сказать, что он не использовал роботов для поиска дичи и самой охоты. Для большего удовольствия от убийства. Причем, этот тип не учитывал ни пол, ни возраст зверушек. Выследил – убил. Хоть детеныша, хоть не в сезон. Сам понимаешь, природозащитники имели к нему массу претензий. Неделю назад он пошел охотиться на зайцев в уральском поместье.

На экране пошла весьма отвратительная нарезка с камеры охотника. Выскакивает серый зверек и катится сраженный зарядом безжалостной дроби. Подергивающуюся тушку радостно рвут пара охотничьих собак. Одного, другого, третьего.

– Террористы из запрещенного кружка «Зеленая рука» ухитрились похитить и перепрограммировать полицейского человекоподобного робота и нарядили его в костюм зайца.

Видеоряд отобразил бравого робота в строгой форме, всего увешанного наклейками с эмблемами искусственного интеллекта, дабы никто даже спьяну не перепутал его с живым человеком. А потом этого же робота в костюме зайца. Белом и пушистом. Офигительную няшность ряженного только слегка портило внушительное помповое ружье в руках.

– Этот робот легко шуганул ультразвуком собак, вышел из кустов и всадил два заряда картечи в живот великого охотника.

– Охренеть! – только и смог выдавить из себя пораженный ученый.

– Споры в коблоге идут в основном о том, не стоило ли пристрелить и собак, и не стоило ли первый заряд картечи дать в ноги охотничка, а уж потом, дав ему прочувствовать приближение смерти, уже и в пузо засадить.

– Ну да… ну да… – пробормотал ученый. – Впрочем, мне тоже почему-то больше жалко зайцев.

В ролике пошла информация о том, что робота пока не нашли. А потом и неубедительные призывы помогать полиции в поисках террористов. Ага. Верим в искренность! Но без такого призыва, да за такой ролик, авторов самих запросто запишут в террористы.

– А почему новость пошла только через неделю? – вдруг обратил внимание на нестыковку по датам сильный аналитический мозг ученого. – Что за задержка?

– Может держалось в секрете, а потом кто-то слил? – неуверенно пробормотала помощница, чувствую своим электронным нутром всю слабость аргумента.

– Да черта с два! – минуту поразмышляв, выдал мужчина. – Поищи-ка аналитику, нет ли каких-то событий, которые наша свободная пресса тщательно маскирует?

– Э-э-э… Так… Нашла. Уже второй день идут стычки армий концернов. Пока в шести точках Земли были столкновения роботов. Люди еще не стреляли.

– Да и не будут уже, наверное. Роботы куда лучше стреляют. Я так понял, что человеческих жертв не было?

– Еще нет, но ожидаются. Все армии приведены в боеготовность. И войска ООН, которые охраняют склад вечного хранения ядерного оружия в Гренландии, тоже. Так… Ищу нормальный обзор. А пока наткнулась еще на одну новость, которая скоро выстрелит неслабо. Но она прошла по паре коблов и потом ее закрыли с пометкой «вмешательство в частную жизнь».

– Точнее, запасли на завтра или послезавтра, когда попытки вешать собак на меня за землетрясение потеряют остроту. Что за новость-то?

– Да одну девку из семьи новых помещиков выпороли розгами.

– Не путаешь? Ее или она кого выпорола?

– Сначала она нескольких своих крепостных. А потом ее за это поймали анархисты-террористы и саму. Там видеоряд такой, что несмотря на незначительность события, рейтинги обеспечены.

– А то что она со своими крепостными так развлекалась, это разве уже стало законным?

– Ты маленько отстал от жизни. Уже года два как всевозможных рабов и крепостных можно подвергать телесным наказаниям, если конечно такой пункт есть в контракте. Но он уже почти во всех таких контрактах стандартно и стоит.

– А этим добровольным рабам за жирную похлебку еще не ввели совсем нерасторжимые контракты? Да еще наследуемые?

– Нет еще. Но тема активно дискутируется. Ты прям в корень зришь, шеф! – засмеялась помощница. – Пока еще не отменили юрьев день. Но желающих освободиться не так и много. О! Нашла аналитику по политике. Но, как обычно, все в видео. Смотреть будешь? Или тебе рассказать вкратце.

– Реки давай! – как нормальный ученый Николай лучше воспринимал текст, хоть письменный, хоть устный. А вот большая часть человечества, наоборот, почти все новости просматривала строго как видео.

– Похоже назревает неслабая война. Большая часть корпораций разделилась на два лагеря. Остальные мечутся и торгуются, к кому выгоднее примкнуть. Так как территории корпораций сильно перемешаны, то точек столкновений могут быть сотни. Роботов накоплено несколько сотен миллионов с обеих сторон. Так что речь может идти даже о начале мировой войны. По крайней мере, многие эксперты опасаются множества жертв среди мирного населения. Даже не примыкающего к корпорациям. Называют цифры от десятков тысяч до десятков миллионов. От себя добавлю, ты правильно предположил, что прессе поручили выкидывать раздутые новости, для того, чтобы начало войны не вышло на первые полосы. Не время еще, как пишут.

Николай вывел текст и начал разбираться в каких местах Земли идут столкновения и в каких только ожидаются. Все это ему сильно не нравилось, но тем не менее бодрило. Скрытое начало войны такая тема, которая способна задеть самого заумного ученого, тем более, что Николай таким стать еще не успел.

Глава 2

– Хм, хм, – заметив, что шеф оторвался от чтения, подала голос Ила, – есть новый поворот в раздуваемом скандале с землетрясением. Одна девица, начинающая, но уже прожженная моделька, решила воспользоваться случаем. Так толчков испугалась, что через десять минут выскочила голая на улицу. И бегала там, пока ее не обложили журналисты. Теперь активно берут у нее интервью.

На экране показали, как по широкой улице бегала эта самая напуганная, принимая время от времени выигрышные позы и испуская взвизги. Прохожие смотрели на действо кто с улыбкой, кто с недоумением. Они про толчки уже и забыли, похоже. Но что ж не посмотреть на представление? Тем более, что посмотреть действительно было на что.

– Сейчас она дает интервью направо и налево. Между прочим, заявила, что раз ты так ее напугал и опозорил, то обязан на ней жениться. Ее адвокат уже официально направил тебе запрос. В случае отказа угрожают судом.

– Она совсем дура? А если я соглашусь? Ей это надо? – засмеялся Николай, представляя идиотизм ситуации.

Нет, подобные случаи вынужденных браков уже случались в мире неоднократно. Тем более, что законы позволяли иметь сколько угодно супругов, всевозможных полов и возрастов. Единственно, брак с совсем уж несовершеннолетними запрещал что-либо, кроме платонических отношений.

– Ну ты уж скажешь, шеф. Для таких как она ты просто недостижимо великолепный потенциальный супруг. Ты работаешь. Известен в мире науки. Даже входишь в десять тысяч наиболее известных ученых всего мира. И в сотню наиболее полезных. А помешать ей торговать собой ты все равно не сможешь. Нет таких прав у супругов. Еще забыла в твой плюс сказать, что ты пишешь и размещаешь сюжеты для очень уважаемого научного коблога. Я даже горжусь, что тебе туда видео постоянно готовлю. Упс… писал… Шеф! Новость нехорошая. Тебя только что исключили их этого коблога «Популярная наука», – Ила сокрушенно развела руками.

– Да ну их к черту, – пару секунд помолчав, расстроенно проронил ученый. Не сказать, что бы этот коблог был так ему дорог, но все равно… Для современного человека не присутствовать в сети, это как ходить без штанов. – Будут обратно приглашать, так вообще пошлю по матушке. Думаю, как уляжется этот психоз, меня много куда пригласят. Выберу что-нибудь.

Николай расстроенно стал просматривать остальные мировые новости. Ила, видя настроение шефа, от комментариев воздержалась и тихонько изображала раздумья в уголке экрана.

Чего только в новостях не было! Впрочем, криминала на Земле в последние десятилетия тотального надзора стало чрезвычайно мало. Но на многомиллиардное население всегда что-то остренькое находилось. А если нет, то раздувалось из малозначительного.

Николай лениво прочитал про выход новой авантюрно-ролевой игры с почти не отличимой от реальности графикой. Ей прочили не менее двух миллиардов пользователей уже через четыре месяца.

Потом ознакомился с комментарием к новому глобальному закону о полном запрете путешествий и туризма для неработающих граждан. То есть для всех, кто не работал на какую-то из корпораций. Типа, нефиг природу портить, да вирусы всякие разносить. Да и вообще, нечего топтать своими ногами, где не положено. Закон был, конечно, скандальный. Но внимания на него обращали мало, так как уже давно мало кто из неработающих или даже работающих на неначальственных должностях мог себе позволить дальние поездки. Цены на любые билеты и отели зашкаливали. Вдобавок, и пособия, уже давно заменяющие для большинства людей зарплаты, платили только за время нахождения на территории города приписки. Или регистрации, или прописки, это кому как нравится. А если кто отваживался выбраться за родные пределы, так еще могли и сунуть в карантин по самым незначительным поводам. Причем, и по возвращении тоже.

Среди новостей науки на первом месте обнаружилась информация о странной вспышке в космосе недалеко от Земли. Вопреки большинству космических событий внутри Солнечной системы, это происшествие случилось не в плоскости эклиптики. Аналитики склонялись к мысли, что какая-то из корпораций проводила там неизвестный научный или технический эксперимент. Многие корпоративные разведки это заинтересовало и в ту точку пространства уже направили аж четыре космических корабля. По одному от самых крупных корпораций, которые наиболее активно занимались космическим направлением. Через несколько дней первый из кораблей должен прибыть в район вспышки. И тогда, если конечно не засекретят и не соврут, может появиться какая-то интересная информация.

Напитавшись новостной информацией по самые уши, Николай посмотрел на часы и начал неспешно собираться на работу. Нет, он мог бы и вообще сегодня не появляться в институте, благо его рабочий день был абсолютно не нормирован. Да и дома он работал чуть ли не больше, чем в лаборатории. В любом случае, молодое светило науки сильно перерабатывало положенные двадцать четыре рабочих часа в неделю. Раза, наверное, в четыре.

Но сегодня Николаю показалось важным появиться перед глазами коллег. Пусть видят, что разнузданная травля не сломила его боевого духа. Тем более сегодня четверг, а за три дня уикэнда шумиха в прессе, несомненно, уляжется. Так что, в понедельник демонстрировать стойкость и несгибаемость будет уже неуместно.

Николай умылся и на полчаса залез в виртуальную кабину. О! Что это было за устройство! В отличие от обычного шлема виртуальной реальности, который транслировал эту самую реальность только в мозг, чудо-кабина, напоминавшая зализанный ящик, расположенный под углом в сорок пять градусов к полу, еще обеспечивала и осязательные ощущения, и некоторые перегрузки, и касания.

Николая, впрочем, больше всего интересовала еще одна отличная возможность кабины. Она тренировала мышцы. Мечта лентяя, желающего иметь накачанное тело, не тратя усилий на занятия спортом. Только ради этого Николай и держал крайне дорогостоящее устройство в доме. Хотя, по правде говоря, кабина ему не стоила ни коина, а была выделена Институтом, чтобы один из ведущих и многообещающих молодых светил науки, с его способностью зависать за работой иной раз на сутки, совсем не превратился в качаемого ветром дрища.

Обычно за такими тренировками Николай занимался работой, что его друг Алексей называл жутким извращением, из одного ряда с забиванием гвоздей микроскопом. В кабине можно было ставить рекорды в киберспорте, проще говоря, мочить мобов и других игроков в самых крутых играх, наслаждаясь полным погружением. Для чего, собственно говоря, такие кабины обычно и покупались состоятельными гражданами Земли. А для научной работы более чем хватало обычного компьютера. Ну, в крайнем случае, не менее обычного виртшлема, если ученому взбредет в голову побродить среди таблиц, задумчиво передвигая цифры. Или очутиться среди полей и эпюр напряжений в земной коре, размышляя куда получше всунуть свою ядерную бомбу, для этих эпюр более эффективного расслабления.

Старый, еще школьный, друг Николая в напряжениях ничего не смыслил, зато хорошо разбирался в виртиграх. Да и куда еще прилагать свои усилия молодому неработающему мужчине в наше время? Хотя уровень был, максимум, уверенно любительский. В профессиональных командах без новейших мозговых имплантов делать было нечего. Как часто говорили: «Успеха в киберспорте добиваются исключительно киборги». Так или иначе, но пока еще этот виртуальный спорт не поглотил Алексея полностью, как значительную часть населения планеты. В графике жизни друга хватало места и обычному спорту, и организации бесконечных вечеринок, и даже нашлось время для двух браков. Недолгих, но бурных.

Впрочем, сейчас Николай к научной деятельности не стремился. А пока его мышцы получали долгожданную нагрузку, с удовольствием посмотрел позитивные, все больше научные, новости. Про строительство еще двух орбитальных лифтов в добавок к трем уже активно работающим. Николай даже дал себе обещание съездить в ближайшее время на экскурсию в космос. Доехать до экватора к лифту, принадлежащему ГаФоРту, подняться на геостационарную орбиту и пару раз облететь землю на прогулочной яхте стоило совершенно немыслимых денег, что никак нельзя было внятно объяснить реальными затратами, а только желанием корпораций и правительства держать все неработающее население по месту жительства. Но Николай получал довольно неплохую зарплату и мог себе позволить даже такой кутеж. Надо только дождаться, когда Лена вернется от тещи, к которой неожиданно укатила после очередной размолвки. В крайнем случае, можно и одному съездить.

Еще мужчина с удовольствием ознакомился с продвижением строительства первого межзвездного корабля, который должен был отправиться к Альфа Центавра уже через год-другой. Полукилометровая махина важно висела на геостационарной орбите, опутанная сетью строительных конструкций. Корабль должен был вернуться через пару десятков лет, оставив в подходящем месте колонию. Или на какой-нибудь планете, или на орбите. Огромное колесо орбитальной колонии занимало всю среднюю часть «Маанавата» или «Человечества». Официальное название корабля было на хинди, но все имели право его переводить на свой язык.

Правда, и в этой приятной статье не обошлось без скандала. Сто пятьдесят человек экипажа и полтысячи колонистов все как один отличались поистине олимпийским спокойствием, дабы не передушили друг друга в дороге и в первые годы жизни колонии. Но этого никак нельзя было сказать о тысячах чиновников, журналистов и других заинтересованных лиц, которые постоянно плели многомерную паутину интриг, дабы кого-то из экипажа выкинуть, а кого-то нового пристроить. Хорошо, что вся эта братия ни черта не смыслила в технике и астрономии. Иначе несчастный «Маанавата» не имел бы и малейшего шанса покинуть орбиту Земли.

Еще Николай посмотрел сюжет про выведение новой породы крайне полезных кошек. Эти Мурки и Мурзики были на уровне инстинктов нацелены на охоту на любых насекомых и других членистоногих в домах и квартирах. Что особенно актуально в южных широтах, где нежелательные соседи в домах здорово докучают людям. Нет, конечно можно было купить и микроробота, который отважно вылавливает комаров, тараканов, и тому подобное. Но кошка есть кошка. Это не бездушная железка, а компаньон и, нередко, член семьи уже тысячи лет. Но и здесь не обошлось без любимой зрителями скандальной вставки. Какой-то идиот, державший дома пару пауков, купил и такую охотницу. Мурка быстро и изобретательно помножила прежних питомцев на ноль и теперь ей искали новых хозяев, а идиот долго и обстоятельно брызгал слюной в камеру.

Николай вылез из кабины, сходил в душ, проигнорировал завтрак, оделся, но на пороге был остановлен помощницей:

– Шеф, тебе не стоит спешить, – Ила приняла крайне расстроенный вид. – Тебе, похоже, туда вообще не надо. Тебя уволили.

– В смысле? – не сразу понял ученый. – Сняли с руководства? И кого назначили начальником?

– Нет, тебя совсем уволили… Расторгли контракт. И даже выплатят неустойку. Так как контракт расторгли не за нарушения, а просто по желанию руководства.

Николай вернулся к компьютеру и внимательно вчитался в текст приказа. Да уж. Уволить с сегодняшнего числа. Дом и выданное оборудование сдать в течение десяти дней. Тогда же надо покинуть институтский городок. Электронная подпись директора Института.

Ила тихо плакала в углу экрана.

В первые мгновенья настроение Николая ухнуло глубже, чем его снаряды закапывались в земную кору. Но потом на смену тоске пришла ядреная злость. Восемнадцать лет его работы мгновенно забыли из-за обычного статистического события! Жаль, конечно, бросать эту отработанную тему, но в безработные он не пойдет. Найдет себе работу в другом каком-нибудь институте. Мало ли их на Земле! Видным ученым, конечно, не будет. По крайней мере быстро. Но побороться ему характера хватит.

– Прекрати реветь, – отрывисто скомандовал он помощнице. – Я тебя выкуплю. С собой заберу.

Ила мгновенно расцвела улыбкой и потом приняла довольный, но суровый вид, подстраиваясь под настроение хозяина. Конечно, никто не отдаст полноценный лабораторный интеллект с научными алгоритмами и базами. И даже упереть не получится. А если и получилось бы, то служба безопасности за такое мгновенно прихлопнет в прямом смысле слова. И без срока давности. Основа лабораторного интеллекта останется служить новому начальнику. А Николай собирался выкупить только блок имитации личности и базу связанную с его собственными жизненными событиями и предпочтениями. Может это и глупо, но даже с точки зрения логики Ила нужна, как давно знающая его как облупленного. Не придется новому помощнику базу настраивать. А об эмоциональном и говорить не стоит. Люди даже к автомобилям привязываются. А такая программа намного ценнее, полезнее и любимее самого крутого автомобиля.

После короткого раздумья Николая насторожила сама мысль, что его могли уволить из-за дурацкого скандала.

– Есть кандидат на руководство лабораторией? И вообще, как директор подписал приказ в такую рань?

– Так он в Японии. Там сейчас ночь. Вероятно не ложился еще. Скоро будет вылетать обратно.

– Черт! Я и забыл, что он улетал на какую-то конференцию… Он что? Так обиделся, что я тряхнул его собственный зад? Глупо…

– Может и обиделся. Но скорее другое. На твое место собираются назначить внучатого племянника шестого человека в совете директоров этого чертова ГаФоРта. Этот самый член… он тоже был на той конференции в Токио. После начала раздутого скандала, они с директором института уединились ужинать в отдельном кабинете ресторана. А после ужина тот подписал приказ. Вся эта информация про встречи получена от местных коблеров, которые от нечего делать освещали всю конференцию с доступным закулисьем.

– А на хрена такой шишке, как родственник такого бугра, сдалась эта должность?

– Не скажи, шеф! Если потратиться на пиар, то из твоей должности можно раздуть чуть ли не спасителя человечества. А такое ничтожество, как этот племянник, о такой славе только мечтать может. Двадцать шесть лет. Юридическое образование. Причем, больше по диплому, чем реальное. В физике полный ноль. Но на отработанную технологию посадить такого можно запросто. Все что надо, машины сделают. А тебя решили вообще уволить, чтобы не мозолил глаза пареньку. Не напоминал, чья это заслуга. Да и славой делиться не придется.

– Но нового-то в этой области машины не сделают! Получается, этот шестой член с нашим директором просто так зарезали вполне перспективное направление науки с мировой известностью? А ему ничего другие члены не сделают за такое?

– Маловероятно. Науку он как раз и курирует. А для остальных вся эта наука стоит месте на двадцатом в приоритетах. Есть – хорошо. Нет – как-нибудь договорятся. К тому же тут и война назревает. Не до науки всем.

Николай сделал себе очередной кофе и сел подумать о своем будущем. Мысли получались какие-то нерадостные. Но, к счастью, вместо тоски вызывали злость. Лучше злиться, чем печалиться! Меньше нагрузка на психику.

Не теряя времени, направил запрос на покупку Илы. Ответ быстро ждать не стоило. Пока еще безопасники утвердят. Может и не один день занять. Так что лучше не затягивать.

Попутно посмотрел еще новости. Про себя, любимого. Какие-то ушлые журналисты около выезда из научного городка поймали автомобиль с соседской старушкой. Та, на свою беду, повелась на яркие эмблемы телеканалов и не устояла от соблазна попасть «в телевизор». К чести бабки надо сказать, что она поначалу не верила в злодейскую сущность своего молодого соседа и говорила, что «парень в целом не плохой… не замечен… не привлекался…». Но вскоре, под иезуитским давлением матерых мастеров черного пиара, начала вспоминать что-то поострее. И оружие любит, и в пейнтбол с друзьями иногда играет, причем приглашает ораву безработных в спортивный комплекс поселка. Надо ли говорить, что опытные режиссеры смогли нарезать горяченького. Это и выдали в эфир. Да с правильным комментарием! Ловкостью рук из него вывели тайного маньяка, который спит и видит как уничтожить человечество!

Николай посмотрел и результат, и источник. И просто поразился мастерству подлецов. Ладно ему-то. Его сильнее уже не ужалить. А вот старушку жалко. До конца дней своих корить себя будет, что неплохого соседа нечаянно оболгала и очернила.

Закончился короткий отдых опять же неожиданно.

– Шеф! Есть новость… – поза помощницы опять выражала вселенскую скорбь. – Лена с тобой развелась.

– Когда? – только и спросил пораженный мужчина.

– Только что. Вот. Прислали уведомление.

– Хм… я почему-то думал, что в наше время только жениться можно за полчаса. А развод это на месяц минимум. Причем в обоих случаях требуется присутствие, хотя бы виртуальное, обеих сторон.

– Она наняла какого-то крючкотвора. Нашли какой-то пункт… Впрочем, ты можешь оспорить. Могу запросить юридического робота.

– Не надо, – махнул рукой Николай. – Зачем огород городить? Так даже лучше. Меньше нервотрепки.

– Но знаешь, мне кажется, с ее стороны это как-то подленько… Так себе поддержка супруга.

– Ну… – Николай задумался. – У нас уже давно… Может уже год, как разлаживаться стало. И в этом моей вины чуть-ли не поболее будет. Я сильно в работу погружен. А после смерти Дениса Андреевича, считай что круглые сутки в работе проводил. Кому такое понравится?

– Стоп! Стоп! Стоп! – подбоченилась Ила, заняв весь экран и почти нависнув над начальником. – Она, между прочим, когда замуж выходила, прекрасно знала за кого. И просто пищала от радости, что на нее такой видный ученый внимание обратил.

Николай немного опешил от напора, но прерывать разошедшуюся программу не стал. Пусть выскажется. Кому же не приятно когда его всячески хвалят и возвышают?

– Она была простой аспиранткой в университете, в котором такой ученый с мировым, да, да, с мировым даже тогда именем, согласился прочитать несколько лекций. Да за тобой тогда штук двадцать девиц из аспирантуры бегали. Большинство, между прочим, дочки акционеров концерна. Белая кость по нашим временам. И то, что ты в нее тоже влюбился, для нее счастье было неземное. А сама она хоть и не дура, но звезд с неба не хватала. В аспирантуре была просто потому, что им, белокостным, так положено. Детишек учить до максимального обдипломливания. Сама она так и не смогла работу найти. Мелким белокостным никто работу предоставлять просто так не собирается. Только еще два образования за три года получила. Пиар и социология. К физике отношение самое что ни на есть наипрямейшее! Смешно! И все эти годы в твоей славе купалась. И довольна была! А слава просто так не приходит. Естественно, ты на науку кучу времени тратишь. Так что правильно ваш брак неравным называли. Ты единица, а она ноль! Вместе, конечно, это десять! И я тебя нисколечко за твой выбор не осуждаю! Но не надо забывать кто единица!

– Пусть лучше будет одиннадцать тогда, – засмеялся Николай. – Лешка тогда еще шутил, что наш брак дважды неравный. Я знаменит, а она из нового дворянства. Так что, для стороннего наблюдателя пусть будет одиннадцать.

Николай вспомнил незамысловатую интригу его брака. Родители Лены мезальянс не приветствовали. Но сейчас не девятнадцатый век. Так что махнули рукой. Перебесится дочка. Как выйдет замуж, так и разведется в свое время. Браки в наше время редко больше пяти лет держатся. Сами родители Лены уже лет двадцать были в разводе, но их тесно связывали какие-то внутрикорпоративные дела. Как говорится, любовь любовью, а денежки и влияние учитывать надо в первую очередь. И хоть оба занимали самые низовые позиции в иерархии ГаФоРта, но интриг там хватало на всех уровнях.

Его собственная мать тоже была не в восторге от его выбора. Но тут скорее по причине «все равно невест хороших нет, да и быть не может».

– Так что не вздумай себя винить в вашем охлаждении! – продолжила помощница, и видя, что Николай не в настроении спускать собак на уже бывшую жену, продолжила. – Ну просто так получилось. Но могла же по-людски о разводе попросить! О! Помяни черта! Она на линии. Я удаляюсь…

На экране выскочил запрос входящего сообщения. После согласия, появилось и несколько смущенное лицо Лены:

– Привет.

– Привет.

– Извини, что я так сумбурно, – бывшая развела руками. – Просто мне предложили очень хорошую работу. А тут этот скандал. Могли отозвать приглашение. А я давно уже хотела тебе сказать.... О разводе. Что хотела бы…

– Ладно. Финита ля комедия, – усмехнулся Николай. – Что уж теперь…

– Я это. За вещами собираюсь приехать. Сейчас можно?

– Не можно, а нужно. Надо через неделю освободить, так сказать, помещение.

– Почему?

– Меня уволили.

– Как уволили? – по лицу Лены показалось, что это для нее новость.

В это время в углу экрана появилась Ила, держа плакатик: «Заявление о разводе на 15 минут раньше подано, чем приказ об увольнении». Почему-то это оказалось Николаю приятно.

– Ну так. Выкинули на улицу. Пнули под зад, – весело выдал мужчина.

– Слушай. Я не знала! Извини, – красивое лицо бывшей супруги выражало неподдельную скорбь. – Я знаю, как это важно для тебя. Работа твоя. Как-то нехорошо я выгляжу теперь. Но я не знала! Веришь?

– Верю! – веско выдал Николай еще раз покосившись на плакатик. – Нет у меня претензий. Ну разве что по процедуре… Да чего уж. Приезжай. Кофе выпьем, да заберешь свои вещи из уже не нашего дома.

Они коротко распрощались и Николай, насвистывая, направился готовить кофе. Только взгляд его попеременно притягивался то к буфету, где призывно поблескивала бутылка коньяка, то к казенной виртуальной кабине. От уничтожения обоих объектов его останавливало только чувство долга. Коньяк от расправы спасало предчувствие, что раз этот день так круто начался, то еще способен на самые дикие сюрпризы. Трезвость еще понадобится. Кабину же спасало от удара чем-нибудь тяжелым понимание того, что «хрен расплатишься».

Ила выдала собранную наскоро информацию. Оказывается, у его уже бывшего тестя случился резкий скачок в карьере. Ему на каком-то из корпоративов подфартило попасть на пару партий в бильярд с неким крутым начальником. Неизвестно, то ли он реально проиграл, то ли аккуратно слил партии, но босс оказался чрезвычайно доволен проведенным вечером. Это сильно помогло резкому взлету, что в условиях тщательно поделенных и даже передаваемых по наследству должностей в корпорации, случается прискорбно редко.

За этим и карьера экс-тещи сдвинулась с мертвой точки. И, судя по всему, и Лене тоже перепало от сияния хорошего настроения великого босса.

А тут такой неожиданный скандал с мужем. Самодуры в среднем руководстве могут запросто перенести вызванную журналистами неприязнь с ученого на его супругу. И прощай желанная должность. Похоже, это и стало последней каплей в остывших отношениях. Ну хоть что-то понятнее стало.

Глава 3

– Давай показывай, что тут про меня еще насочиняли, – распорядился он, устроившись перед компьютером, спустя пять минут.

Бесконечно скорбя Ила развернула окно ИксСупер. Под все той же надписью «Экстренный выпуск» все тот же ведущий (на стероидах что ли сидит – так орать семь часов кряду?) с выражением торжества и бешеной справедливости на лице (а если приглядеться, то скорее уж «на морде») орал про то, что «этого маньяка уже выперли с работы и жена от него ушла», и что скоро мировая общественность может ожидать суда и специальной отмены моратория на смертную казнь.

– Давай еще какие-нибудь новости скандальные. Разбавим, так сказать, впечатление.

На экране пошла подборка зажигательных событий со всего мира. Умеренные, допустимые в обществе беспорядки во время демонстрации за отмену максимального времени нахождения в виртуале. Вот что им надо? Чтобы умирать начали в своих шлемах?

Потом осветили протест против разведения животных на фермах для набившей всем оскомину элиты. Справедливо. Что еще сказать? Искусственно выращенное мясо в кусках ни один гурман не мог отличить от вынутого из забитого животного. Но все равно хватает поклонников «естественности». На этой демонстрации люди вели себя потише. Чуть что, так полиция сразу скрутит. И запросто пришьют экстремизм, крайне модную статью для всех недовольных уже более сотни лет. А из этого следует лет десять на нарах, и потом до конца жизни чип в мозг.

А вот и про чипы. Точнее про их отсутствие. Одному крайне высокопоставленному директору из корпорации второго уровня влезли в мозги на расстоянии. Ну как, на расстоянии. С двух метров отсканировали его мысли и узнали некую страшную тайну. А все почему? Противник чипов. И даже защитную сетку в кости черепа вживлять отказался. Старомодный какой-то. А защитная шляпа не помогла. Новый какой-то сканер применили. Читает не только, о чем человек прямо сейчас думает, но и умеет возбуждать недавние воспоминания и тоже их считывать. И все это с расстояния аж до четырех метров!

Тут же и явно рекламный сюжет про разработку новых чипов в мозг. Это вам не элементарная вставка для преступников, которой уже лет сорок. И даже не чипы восьмого поколения, которые ставят почти все влиятельные люди уже лет десять. Это гораздо круче.

До восьмого поколения, это все уже вчерашний день – сидеть в виртреальности, защищать мозг от чтения сканерами, запоминать все подряд, гарантия от почти всех возрастных болезней мозга типа деменции, паркинсона, и так далее, и тому подобное. Девятое поколение уже начинает мыслить параллельно с мозгом. А то, что любой чип, если сломается, то вызовет неминуемую смерть носителя, так это еще с первых поколений. Но теперь уже шесть степеней защиты. Вероятность сломаться – один на миллиард триллионов.

А вот и протесты против этого самого девятого поколения чипов. Утверждают, что в результате будет уже совсем и не человек, а самый что ни на есть киборг. Хотя разработчики категорически не согласны. Думает все равно старый добрый мозг. Электроника только помогает. Противники киборгов тоже не шумят. Опасаются все той же статья про экстремизм. Это вам не футбольные болельщики, которые могут позволить себе и разбить, и поджечь что-нибудь. И даже прибить кого-нибудь изредка.

А вот истекающий справедливостью сюжет. Повязали поинта параллельной сети. Поинт – это точка, узелок. Один из очередной тайной всемирной паутины, параллельной официальному интернету. И что, подлецы, удумали? Посылают файлы друг другу на флешках. Не по сети! А обычной почтой. Пользователи одного региона отсылают этому поинту. Он собирает все на свой носитель. И дальше шлет. Почта хоть и быстрая теперь, но все равно обмен занимает недели и месяцы. Зато никакой полицейский искусственный интеллект не влезет. Короче говоря, вменяли этому поинту прямое участие в терроризме. А это пожизненное. Ну да. Помогал зайцам охотников стрелять. Хотя, похоже, настоящие террористы другим способом пользуются… Но мог же!

Николай опять наткнулся на аналитическую передачу о себе. Здесь уже было что-то новенькое и еще более неприятное. Сразу видно, что работают профессионалы, отыскивая новые и новые болевые точки, грубое воздействие на которые так любит большинство зрителей. Журналисты раскопали всю его жизнь и теперь тщательно обмусоливали весь процесс становления маньяка. А покопаться было в чем. И малообщителен был, и несоциализирован. А вишенкой на торте то, что состоял на учете за повышенную агрессивность. Ну что сказать? Что было, то было. Теперь-то Николай уже осмыслил, за что его так прищучили в детстве, но эмоциями все равно не принимал. Сильно он любил технику и науку. Соответственно, сверстники даже близко не разделяли его увлечений. Оттуда и необщительность. А вот за интерес ко всякой военной технике и термоядерному распаду с синтезом, и загремел на учет к психиатрам, как агрессивный. Хотя никого и не бил ни разу. Драться серьезно вообще не доводилось, так как в конце двадцать первого века это было уже очень не модно. По крайней мере в благополучных районах.

Еще ему в школьные годы припомнили случайную оговорку. Надо же! Назвал два континента, Северную и Южную Приси, запрещенным прежним названием – Америками. А за это уже давно и серьезно наказывали. С одной стороны, конечно, с точки зрения аборигенов логично, что им разонравилось называть свои земли по имени разведчика завоевателей. Так что материки переименовали в Приси. Сокращение от «первая цивилизация» то ли на испанском, то ли на латыни. Но с другой стороны, довольно жестоко наказывать несовершеннолетнего за такие вещи.

А его и не наказывали. И от агрессии, и от оговорок его лечили, хорошо хоть в основном наблюдением и беседами. А ведь могли и таблетками напичкать! Но даже такое «гуманное лечение» (кто бы мог подумать!) улучшению отношений с другими подростками не способствовало.

Его одноклассник и почти сосед Алексей тоже состоял на этом же учете, но уже за интерес к спорту. Но не к общественно одобряемому футболу, а к карате и всяким подобным боевым искусствам. Так и получилось, что два «психа» в классе и сдружились.

Кстати вспомнив о друге, Николай набрал его номер. Тот ответил сразу и несколько неуклюже стал выражать сочувствие к постигшим ученого неприятностям. Николай постарался уверить собеседника, что он это все нормально переживет. Особенно, если Алексей выразит желание приехать к нему в гости. С учетом того, что ему можно попользоваться богатой инфраструктурой институтского поселка только десять дней, стоит распорядиться ими с максимальной пользой. И крутой бассейн, и площадка для пейнтбола, если брать в обычную аренду, для безработного неподъемно дороги. Так что пусть Алексей собирает привычную команду и можно будет оттянуться на всю декаду.

А сам пусть хоть сейчас приезжает. Николай уже может отдать в его распоряжение вирткабину по максимуму. Эта самая вирткабина была основной темой для зависти друга. Благодаря ей далекий от спорта Николай имел такую рельефную мускулатуру, которой действующий фанат спорта Алексей мог только позавидовать. А главное, можно будет окунуться в виртуальные миры по полной. Раньше Николай никак не мог пускать друга в такой желанный рай, так как кабина производителем шифровалась под одного или двух пользователей, и менять кого-то можно было не чаще чем раз в полгода. Иначе их бы покупали в складчину, что грозило уменьшением продаж. Теперь, в связи с разводом, можно было назначить нового пользователя на оставшиеся дни.

Алексей чрезвычайно воодушевился перспективами, но приехать мог не раньше вечера, так как через час договорился со слаженной командой сходить в серьезный инстанс в любимой игре. И если мобов можно было отложить, то подводить живых людей, которые готовились к событию долго и серьезно, было бы настоящей подлянкой.

После разговора с другом, вскоре позвонила и Лена и сказала что приедет ближе к вечеру, так как ее вызвали на инструктаж по работе, чтобы с понедельника уже приступить с самого утра.

Ну что же, вечером начнется жизнь, а пока по настоянию электронной помощницы можно принять снотворное и лечь спать. А то действительно нервы что-то разгулялись. Как бы не дать дополнительную пищу для злопыхания репортеров, устроив скандал или драку, благо поводов сегодня хватало.

Но прежде чем Николай уснул, Ила подбросила горячую новость. С одним из кораблей, устремившихся к точке вспышки в космосе, была потеряна связь. Новость активно обсуждалась в коблах, связанных как с космосом, так и с политикой. Все склонялись к мысли, что скорее всего это очередной виток разгорающейся войны, и очень такой серьезный виток, так как на корабле было с полсотни народу экипажа и ученых. А такие жертвы могут повлечь за собой неслабую эскалацию боевых действий.

Проснулся Николай уже ближе к вечеру. Точнее был разбужен помощницей, так как через полчаса должна была приехать бывшая супруга.

Но прежде Ила поразила его очередной срочной новостью. Сегодняшнее заседание мирового парламента отказалось рассматривать петицию научной общественности о полном запрете разработок искусственного разума. Не хватило подписей ученых.

– Поясни, пожалуйста, что произошло? – спросонья Николай еще не очень соображал. – Я помню, что ставил подпись под этой заявкой. И ее должны были рассмотреть, вроде бы. Но подробностей я не помню. А может и не знал, сколько там и чего требовалось.

– Да, сегодня и должны были рассмотреть. Для принятия в работу требовалось не менее пяти тысяч подписей ученых из первых десяти тысяч всемирного рейтинга.

– И что? Неужели не набралось с огромным запасом?

– Нет, не набралось. Далеко не все ученые разделяют твои взгляды об опасности этого самого разума. Плюс, активная работа лобби. В эти разработки вбухана огромная куча денег. И идет просто бешеное соперничество. Если вспомнишь, то чуть меньше года назад даже взорвали исследовательский центр корпорации АтоСим. Так и не нашли, кто это сделал. Но больше всего подозревали конкурентов. Хотя пресса, конечно, валила все на террористов из тех, что хотят не допустить порабощения человечества искусственным разумом. Но у тех типов даже близко не водится таких возможностей. Максимум какого разработчика подловить. И то за двадцать лет всего пара случаев и есть доказанных.

– Ясно. Так что там с голосами? И почему так много надо просто для рассмотрения запрета? Плюс, если даже запрет и примут, все равно мне кажется многие на него плюнут с большой колокольни.

– Ну запрет, есть запрет. Разработка станет сложнее. И некоторые разработчики могут уйти из лабораторий. Там же тоже есть сомнения у многих. А что касается количества подписей, так среди вас, ученых, мало собственников корпораций. Так что авторитет для законодателей не ахти. Чтобы перевесить слово одного крупного олигарха, потребуется человек сто ученых. Проще говоря, такая процедура закреплена в законодательстве. Радуйся еще, что хоть пять тысяч. Для рассмотрения инициативы от безработных вообще пятьсот миллионов подписей требуется.

– Ясно. Дальше что?

– Подписей еще в понедельник было пять тысяч и пять. Когда заявку подали. Но тут случились странные события. Сначала четверо отозвали свои подписи, потом умер один из ученых. От старости. Хотя ничего исключать нельзя. Скорее, даже есть веские подозрения на убийство. А сегодня тебя уволили. Вот к открытию рассмотрения лоббисты радостно и заявили, что петиция рассмотрению не подлежит по причине отсутствия требуемого количества подписей. А следующую можно будет подать не ранее, чем через год.

– Да… дела… Слушай, а этот… шестой член из нашей корпорации, он ведь наверняка большой интерес в таких разработках имеет?

– Еще какой! Все его научное курирование в основном на этот разум кремниевый и завязано. Все мечтают, чтобы супермозг им все деньги заработал. Или украл. Ну и бессмертие обеспечил. Пока, с мозговым имплантом, да с клонированием остальных органов, верхушка и так рассчитывает на сотни лет жизни. Но хочется-то простого и незамутненного бессмертия. А тут уже принципиальные ограничения всплывают.

– Ну да. Ради всех денег и бессмертия они готовы закрыть глаза на опасность того, что их силиконовый интеллект их же самих вместе с остальным человечеством может на ноль помножить уже в первые часы своей жизни.

– Существование человечества, это такая мелочь по сравнению с готовностью продать душу дьяволу, – горько пошутила помощница.

– Значит этот тип меня так скоропостижно уволил по очень шкурным и важным для себя соображениям. Ну и родственничка заодно пристроил. А если бы не было этого усиленного толчка? Тогда что?

– Думаю, у них был готов еще один несчастный случай или скоропостижный приступ болезни для какого-нибудь ученого. Так что твое увольнение кому-то жизнь спасло.

За такой занимательной беседой полчаса пролетели незаметно, и вскоре Николай уже встречал бывшую супругу.

Лена удивила Николая отсутствием обычного гаджета в руках или на голове.

– Ты поставила себе мозговой имплант? – удивился мужчина.

– Да. Без установки на работу бы не взяли. Я знаю твое отношение к ним. И сама так считала. Но потом подумала, что против прогресса нет смысла идти. К тому же у меня всего только средний класс импланта. Защита от чтения мыслей, связь с сетью, защита от внезапных инсультов всяких. Сохранение информации и ускорение мыслей только на самом базовом уровне.

– А что за работа такая? Что все так серьезно.

– Секретарь на ресепшене. Но зато в резиденции самого главы совета директоров ГаФоРта.

– Ну да. Он настолько крут, что роботы на входе его не устраивают. Живых людей подавай! Да еще с тремя высшими образованиями.

– Это просто другой уровень!

– Ну да. Даже спорить не буду. Что ж, желаю тебе удачи в карьере. Глядишь, так через десяток-другой лет заведешь себе деревеньку с крепостными. Или на американский манер, фазенду с рабами. Или по-восточному, гарем с евнухами.

– Ну скажешь тоже! – засмеялась Лена. – Я же никогда не мечтала над кем-то господствовать. К тому же, все эти названные тобой люди просто контрактники. И очень довольны своей жизнью. Через конкурс набираются.

– Вот ты уже и готовишь моральную почву для будущего рабовладения, – в свою очередь усмехнулся Николай. – Ладно, пойдем кофе выпьем. А то еще поскандалим на тему киборгизации и либерализма. А эти темы сейчас для нас абсолютно неактуальны и бессмысленны.

После кофепития Лена отправилась наверх собирать свои вещи, а Николай уселся за комп, составить заказ на еду и выпивку. Вечером можно будет и расслабиться.

Глава 4

А потом погас свет. Конечно же, Николай не обратил внимания на погасший плафон в прихожей. А вот на разом выключившиеся компьютеры внимания не обратить было трудно. Но это же просто невозможно! Мало того, что он вообще не помнил, чтобы электричество хоть раз отключали. Так еще и вся аппаратура запитывалась через аккумуляторы, как дань повышенному режиму паранойи в научном поселке.

Удивленный мужчина пробежался пальцами по сенсорной панели, враз ставшей похожей на красивую пластмассовую доску. Потом машинально ткнул пальцем в комм на запястье. Но тот тоже решил сыграть в просроченный подарок феи и обернулся тупым серым браслетом.

Еще секунда потребовалась на прослушивание тишины. В стоящем посреди леса поселке и так было более-менее тихо, но сквозь открытые окна перестала доносилась музыка от соседей, которые уже начали отмечать самый священный праздник работающих счастливчиков – вечер четверга.

А потом тишина разом закончилась. Сначала со второго этажа донесся звук падающего тела. Когда же Николай со всей возможной скоростью бежал по лестнице, стали доноситься звуки приглушенных расстоянием ударов со скоростной трассы и даже приглушенный расстоянием взрыв.

Мужчина влетел в спальню и чуть не споткнулся о лежащую ничком Лену. Из под головы девушки вытекала тонкая струйка крови. Николай рухнул на колени и перевернул неподатливое тело. Попытка растормошить бывшую жену привела только к испачканным в крови рукам. Пульс тоже нащупать не удалось. Но никаких повреждений, приведших к смерти, заметно не было. Только разбитый от удара об пол нос и недоуменное выражение, застывшие на красивом лице.

Попытку еще раз беспомощно потыкать в свой и ленин коммы прервал резкий свист за окном. А потом и шум срубаемых винтом верхушек деревьев и грохот влетевшего в крышу соседнего дома небольшого вертолета.

Короткая тишина после относительно мягкой посадки на авторотации прервалась отборной руганью вывалившегося из кабины вертолеты здоровенного мужика в форме охраны института. Потом донесся шлепок долетевшего до земли тела и новый взрыв ругани, свидетельствующий, что бравый вояка без особых повреждений преодолел путь от крыши двухэтажного дома до газона.

Опомнившийся Николай бросил попытки нащупать пульс и, выскочив из дома, бросился к припаркованной на улице машине. Но напрасно. Признаков жизни в ярком общественном каре заметно не было.

– Можете вызвать скорую? – закричал отчаявшийся мужчина охраннику, который уже поднялся и слегка пошатываясь, рассматривал собственный пистолет. – У меня жена умирает!

– Не могу, – глухо ответил чем-то знакомо выглядящий здоровяк, – вся моя электроника сдохла. Даже чертова защита на пушке. Похоже, нас атаковали. И для начала долбанули импульсом.

– А у нас же тут ядерного оружия.... На хорошую войну хватит, – враз почувствовал как все холодеет внутри Николай.

– Вот именно, вот именно… – офицер посмотрел на собеседника, сунул бесполезный пистолет в кобуру и вытащил ему на смену внушительного размера нож. – Так что вы, Николай, идите, спрячьтесь в подвале. А я пробегусь до института.

Вокруг уже начинал твориться ад. Со всех сторон доносились крики людей. Похоже, что погибшей в поселке была далеко не одна Лена. А в довершении картины, в отдалении пронесся к земле межконтинентальный лайнер.

– Там же тысячи полторы пассажиров! – пораженно пробормотал человек и кинулся обратно в дом.

А на пороге замер. Висевшие напротив входной двери антикварные часы тоже стояли. Электрические, но уже почти сотню лет двигавшие по вечному кругу свои настоящие медные стрелки. Эти часы передавались в семье уже три поколения и были совершенно неубиваемые. Только батарейки меняй раз в пару лет. Как ученый и инженер Николай с трудом представлял себе силу импульса, который смог бы сжечь эту крайне примитивную электронику.

Потом мужчина взбежал по лестнице и присел около бывшей супруги.

– Эх, как не вовремя ты поставила себе этот имплант в мозг…

Порывшись в ящике стола, Николай вооружился складным ножом. Не сказать, что от этого ожидалась хоть какая-то польза, но нож просто немного придавал уверенности. Вышел на улицу и быстро пошел в сторону корпусов института. Никакой стрельбы слышно не было. Так что, если кто-то и атаковал закрытый объект, то делал это с холодным или, в крайнем случае, малошумным оружием.

По пути задал несколько вопросов встреченным людям. Благо почти всех знал хотя бы в лицо. Да, умерли все у кого стояли мозговые импланты, а таких среди пожилой профессуры было совсем немало. Также умерли или находились в крайне тяжелом состоянии те, у кого стояли заменители изношенных собственных внутренних органов.

Около стеклянного входа в главный корпус института валялись оба охранных робота. Их чаще называли «киборгами», хотя это, конечно же, были самые обычные роботы. Причем, возрастом годились нестарому ученому в отцы, если вообще не в деды. Облаченные в обшитую бронированными щитками униформу, в закрытых шлемах и с крупнокалиберными пулеметами в руках, эти охранники годились разве что для внушения трепета в опаздывающих на работу сотрудников.

Настоящие охранные роботы, выпущенные на патрулирование по случаю завершенной рабочей недели, тоже застыли на территории перед главным корпусом. Николай опытным взглядом насчитал четверых, похожих на огромных восьминогих черепах, беспомощно замерших на наиболее стратегически важных направлениях засаженного кустами сквера.

Около входа стоял уже знакомый вертолетчик и безнадежно ковырялся в пулемете, вынутом из рук «киборга».

– Чертова вековая борьба с терроризмом, – буркнул он, едва взглянув на приближающегося ученого. – Теперь придется противостоять атакующим с ножом.

Короткий обмен информацией показал, что на весь институт есть еще только одна молодая охранница, которая сейчас бдит (ну есть надежда) с другой стороны комплекса зданий. Если офицер, который представился как Вадим, имел какую-то военную подготовку, то отсутствующая сейчас девушка работала всего лишь оператором боевых систем. Как выразился ее коллега: «Просто пигалица, лет восемнадцати, никакой дельной подготовки. Должность ее для того, чтобы не одни роботы на дежурстве стояли. Типа, кто-то за ними присматривать должен. Хотя тут еще вопрос, кто за кем присматривает».

Николай все-таки счел нужным посвятить представителя власти в сделанные им открытия:

– Было применено абсолютно неизвестное оружие. Даже никаких намеков в литературе о подобных разработках не было. Оно выключило всю электронику минимум в нескольких километрах. В том числе все импланты, даже высшей защиты. Я спросил у семьи академика Норда. Он умер. Так же как Лена. В одно мгновение.

Потом Николай прошел в гараж, чтобы полюбоваться на безнадежно мертвые автомобили и броневики института. Он прекрасно понимал, что Лене уже никакой врач не нужен. После выхода из строя мозгового импланта, любая реанимация не поможет даже в минуту смерти. Но все-таки подспудно оставалось какое-то желание куда-то отвезти безвременно погибшую.

Чуть позже, подумав, что надо бы посмотреть на свое ядерное хозяйство, поднялся в любимую лабораторию, рассовал по карманам десяток индивидуальных дозиметров простейшего вида, которые меняли цвет в зависимости от попавшего на них излучения. Тут же проверил шальную мысль о работоспособности обычных, примитивных батареек. Действительно, все батарейки и аккумуляторы работали, без проблем выдавая какое-то напряжение, есть надежда, что такое, как им и положено. А простейший фонарик прекрасно выдал требуемые от него люмены.

После этого ученый порылся в завалах старого барахла в стенных шкафах и с трудом отыскал работающий счетчик Гейгера. Настолько старый, что электроники в нем просто не было. О наличии опасных излучений прибор сигнализировал пощелкиваниями. Если щелчки редкие, то ничего страшного, а вот если зачастили, то надо срочно делать ноги.

Но спуститься в глубокое подземелье он не успел. Издалека донесся грохот, который очень скоро стал оглушительным. Николай выглянул из окна и уперся взглядом в огромный космический корабль, быстро двигающийся в их сторону. Очень не земной корабль на первый взгляд. Да и на второй тоже.

Под гигантской, слегка сплюснутой полусферой ослепительно светились многочисленные дюзы. Поверхность корабля была непроглядно черной, так что несколько выступов и башен на ней было сложно рассмотреть. Башни имели торчащие стволы и на первый взгляд выглядели очень по-военному. На второй тоже. Николай видел немало изображений боевых космических кораблей корпораций. Ни один из них не имел такого анахронизма, как орудийные башни на манер танка или линкора двадцатого века. А вот этот чужой корабль имел.

Размеры корабля, не меньше полукилометра в диаметре, и ничтожная высота полета прямо указывали на то, что все приготовления рукастого инженера и храброго офицера к обороне были тщетны. Сметет струями пламени из дюз двигателей не хуже ядерного взрыва!

Но краткое приготовление к смерти оказалось лишним. Ученый с удивлением всмотрелся сквозь стекло на медленно проплывающую в сотне метров над головой махину, а потом отступил вглубь комнаты. Неизвестно, в каких диапазонах это чудовище светит. Хотя счетчик и молчал, но лишние предосторожности при контакте с чужой техникой не помешают. Не хватало еще ослепнуть или еще чего вредного нахвататься! Но все-таки он успел обратить внимание, что раскаленная плазма заканчивается всего в каких-то нескольких метрах ниже дюз.

А вот когда корабль пролетел, случилось еще кое-что неожиданное. Между нескольких, явно маневровых двигателей на корме, зиял открытый огромный люк. Из которого и вылетело несколько небольших кораблей. Большая часть обогнули гиганта и умчались вперед, а вот два обратили внимание на злосчастное здание секретного института.

Восьмиметровые зализанные цилиндры, стоя на коротких столбиках плазмы из главных дюз, медленно приблизились, толкаемые маневровыми двигателями, и атаковали.

Нет. Не было ни лучей лазеров, ни сгустков или струй плазмы, ожидаемых по фантастическим фильмам. Бешено застрекотал пулемет, и газон, а затем и корпус института перечеркнула густая цепь фонтанчиков.

К счастью, после короткого обстрела штурмовики инопланетян задерживаться не стали. Набрали высоту и по дуге ушли вслед главному кораблю. Только издали еще несколько раз донеслись короткие пулеметные очереди.

Николай бросился к стене в которой застряло несколько снарядов. Инопланетные снаряды! Инопланетные сплавы! Такого душа исследователя пропустить была не способна! Но достать добычу оказалось непросто. Только пришедший на помощь Вадим, орудуя добытой на пыльном складе киркой, смог выколупать из бетонной стены почти не покореженный кусочек металла. По глубине проникновения можно было прикинуть скорость пули. Очень дофига! Несколько километров в секунду.

– Мне кажется, что никто из землян здесь в ближайшее время не появится, – почесал затылок Николай, – всю нашу электронику грохнули эти пришельцы. Вопрос только в том, навсегда или еще может заработать, если они удалятся или отключат свое оружие.

– А Земле нашей, похоже трындец, – веско отрезал Вадим. – У нас все вооружение на электронных схемах и защите. А с холодным оружием в звездных войнах много не навоюешь…

– Средневековыми железками тоже уметь пользоваться надо.

– Я как-то не обучен, – развел руками суровый офицер.

– А я немного умею, – влезла в разговор девушка, которая уже примчалась со своего поста и переводила ошарашенный взгляд с одного на другого мужчину. – Я шесть лет в клубе занималась. Мы фехтовали на всем, что в истории известно было.

Вадим с уважением посмотрел на пигалицу, но потом все-таки решил уточнить:

– А насколько хорошо ты этим владеешь? Если у тебя будет меч или сабля какая, то с таким как я справиться сможешь? Тренированным, но не владеющим.

– Запросто. И даже с двумя. Но я почему-то думаю, что против этих инопланетян сабли не очень хорошо пойду. Если только подловить неожиданно.

– Стоп. Стоп. Стоп. – остановил уход разговора в какие-то дебри Николай. – Я из такого оружия, – он легонько пнул монстровидный пулемет, снятый с робота, – смогу сделать однозарядное ружье. Время только потребуется. Инструмент в институте есть. Но вручную долго возиться. А когда эти инопланетяне придут все здесь зачищать, неизвестно. Но в любом случае, лучше стрелять, чем шашкой махать.

Кратко посовещавшись, решили, что Вадим пойдет на военную базу концерна, которая расположена километрах в тридцати восточнее. Там было расквартировано человек сто личного состава. Не вояки, конечно, в нормальном понимании. Эти солдаты и офицеры все больше управляли, а скорее надзирали за боевыми роботами. Но все равно была надежда, что там дисциплина какая-то присутствует. Еще там был склад взрывчатки и стрелкового оружия, с которым можно попытаться что-то придумать.

Через сутки можно было ожидать возвращение Вадима и этих военных к институту. Если, конечно, удастся их убедить. На что была довольно серьезная надежда, так как они же тоже не без головы. Что ожидать от инопланетян было неизвестно, а вот что среди людей может найтись немало придурков, которые под шумок пожелают разжиться ядерным оружием, было вполне вероятно.

– Нет, я вас уверяю, что взорвать бомбу они не смогут, – квалифицированно убеждал собеседников ученый. – Что с электроникой, что без, это не так просто сделать. А вот взломать или взорвать обычной взрывчаткой корпус может и получиться. Тогда можно будет запросто получить изрядное радиационное заражение. А вообще, если нас быстро не сомнут эти инопланетяне, то может и удастся что-то с боеголовками придумать. Я попробую разобраться, по крайней мере. Я же не просто с улицы, мимо проходил.

Николай и Оксана, как звали опасную пигалицу, оставались в институте и должны были в случае опасности запереться при входе в шахту, которая вела в подземное хранилище. Сейчас эта бронированная дверь оказалась не запертой в связи с безвременной кончиной электронных замков. Но запереться изнутри было вполне возможно.

Оставшись вдвоем в здании, мужчина и девушка первым делом разыскали декоративные свечи в зале столовой-ресторана, так как во внутренних помещениях зданий царила непроглядная тьма, и отправились в большой и хорошо оборудованный производственный цех в третьем корпусе института. Николай решил, не откладывая, разобраться в устройстве пулеметов и попробовать соорудить на скорую руку что-то стреляющее. Стрелять он умел и любил. Сначала занимался стрелковым спортом в школьные годы. Во взрослой жизни иногда посещал тир и раз в месяц бегал с пейнтбольным ружьем.

Оксана стрелять не умела вообще, но рвалась вооружиться чем-то холодным. Сабель и мечей в Институте не водилось. А пожарный топор как оружие для миниатюрной девушки был не очень.

Институтский цех был прекрасно и разнообразно оборудован, так как прямо здесь собирались разнообразные сейсмодатчики и сами подземные роботы для доставки ядерных зарядов глубоко в земную кору. Как их только не называли. И подземными лодками, и подземными торпедами. Николаю больше нравилось незамысловатое «кроты». Сейчас эти аппараты ровным рядком лежали на широких столах в углу на разной стадии сборки.

Ученый даже загляделся на свои любимые устрашающие машинки и стал прикидывать, можно ли их задействовать без электроники. Оборудовать место для человека-водителя, благо почти метровый диаметр основного корпуса позволяет. А если еще разобраться с термоядерными боеголовками, то можно будет подвезти гостинец инопланетным оккупантам прямо под их базу. Ну или под приземлившийся корабль.

В принципе, получалось, что все это возможно. Но вот время… На все эти модернизации и отладки уйдет хорошо если всего год. Да кто же его даст-то?

Так что ученый бросил бесполезные мечты и оглядел теряющиеся в сумраке почти лишенного окон цеха ряды станков, верстаков, стеллажей и прочих милых технической душе сокровищ. Николаю приходилось проводить здесь немало времени. Правда, сам он руки почти не напрягал. Для этого были специальные роботы. Теперь роботы валялись под ногами. Да и от автоматических станков чего-то ожидать было бессмысленно.

Первым делом человек споткнулся о лежащего в самом проходе универсального инженерного робота. Почти человекоподобного, только с шестью руками разных размеров и конфигураций. Свечи выпали из коробки и бодро раскатились по всем возможным направлениям. Николай проводил их взглядом и выругался:

– Какого я тут интим создавать собрался? О средневековье возмечтал что ли? – прокомментировал свою ошибку ученый.

На складе нашлось немало аккумуляторов и всевозможных ламп. Немного возни со снятием электронной защиты и прикручиванием проводов, и вскоре инженер обеспечил себя несколькими вполне яркими источниками света.

На этом же складе отыскались длинная палка из какого-то суперсовременного угле-нано-пластика и большой выбор резцов. Удалось найти совсем похожий на обычный нож. Только сверхпрочный и сверхострый. Кажется, роботы такими вырезали из металла особенно нестандартные детальки. Так же как рукастый человек может вырезать из деревяшки что-то весьма заковыристое, так и робот мог. Только из стали. Еще Николай нашел рулон очень клейкой ленты.

– Давай, говори, – обратился он к Оксане, – какой длины тебе копье надо.

– Метра два, наверное, – неуверенно ответила девушка. – Главное, чтобы легкое и прочное.

– Да за такое копье, что мы сейчас сделаем, любой дикарь полжизни отдаст!

– И правда отдаст, – подтвердила амазонка через пять минут, делая пробные взмахи и выпады. – Да и не только дикарь. Средневековый рыцарь тоже не поскупится.

– Ну тогда иди, заступай на патрулирование где-нибудь на верхних этажах. Сама найдешь откуда тебе будет лучше видно. Я пока здесь покопаюсь. Если кто будет приближаться, зови. Побежим запираться в ядерном хранилище.

Ученый полез дальше копаться на стеллажах, ворча себе под нос:

– Дожили. Каменный век. Пещерный рай. Только все наизнанку. Мужчина занимается собирательством и ремеслом, а хрупкая девушка его охраняет.

Но все-таки он был рад, что будет за спиной кто-то, кто сможет в потенциальном агрессоре профессионально проткнуть пару дырок, пока он сам не напилит побольше ружей и пистолетов.

Николай быстро проверил один электромотор на складе. И эта тупая железяка прекрасно закрутилась после обрывания лишней электроники и присоединения напрямую к аккумулятору. Так что первой задачей стало освободить нужные станки от электронного обвеса. Станок не оружие, так что лишней защиты не мудрили. Но возни все равно предстояло много. Да еще наковырять аккумуляторов, где удастся найти. Но это уже потом. Когда помощники подойдут.

Глава 5

Фелиция

Утро для девушки началось совсем не обычно. Во-первых, это было первое утро после семидневного отсутствия. Причем отсутствие было внутренним, то есть окружающий мир отсутствовал для человека. Фелиция провела неделю в медицинской капсуле, пока ей извлекали мозговой имплант. А во-вторых, это было утро на космической яхте, которая носилась по ближним окрестностям Земли. Ну так, в радиусе пары-тройки миллионов километров. Хотя от начала второй космической эпохи прошло уже лет пятьдесят, все равно катания на личной космической яхте были весьма и весьма необычны.

Вторая космическая эпоха началась после разработки надежных двигателей на термоядерном синтезе, что позволило кораблям летать наподобие самолетов. Конечно, не в смысле, что с помощью крыльев, а в смысле, что можно было лететь туда, куда укажет пилот, а не уподобляться растянутому во времени выстрелу из пушки, на что были похожи все космические полеты в первую эпоху освоения космоса. Несколько минут разгона, а дальше можно только немного корректировать траекторию маневровыми двигателями.

Так вот, благодаря нормальным движкам, проблем с невесомостью не было. Включай тягу, чтобы выдавала ускорение в 1 Же и не будешь парить по каюте, подобно медузе в океане. Невесомость прочувствуешь только в точках разворота.

Фелиция накататься на яхте еще не успела, хотя и владела ей уже целую неделю. Сразу после взлета пришлось ложиться в медицинскую капсулу. Отлагательство сверхсложной медицинской процедуры было недопустимо, так как у редких расходных материалов, которые удалось достать, выходил срок годности.

Причем, нахождение в капсуле не предполагало наркоза, так что за неделю удалось отдохнуть, как никогда в жизни. Кроме кратких периодов сна, хорошо отдохнувший разум развлекался спокойной музыкой, прослушиванием пения птиц и звуками дикой природы. Иногда женщина слушала детские сказочки самого легкого типа. Любая попытка занять голову серьезными мыслями, не говоря уж об остросюжетных развлечениях и новостях, приводила к ненужной активности мозга и мгновенному электронному подавлению активности, что выражалось в крепком сне. Но для завершения операции требовалось именно сотня часов спокойной активности, так что нервный человек рисковал провести там пару-тройку месяцев.

Минусом такого отдыха было то, что живая и деятельная натура женщины просто дико соскучилась. Хотя обычно она болтливостью не отличалась, но сейчас была готова трепаться весь день напролет с десятком собеседников. Однако, в ее распоряжении был только один. Но для этого одного не составляло труда заменить хоть сотню. Причем, он сможет даже говорить на разные голоса и все это одновременно.

Сейчас он дожидался ее в рубке яхты, которая была единственным относительно большим помещением на всем судне.

– Привет, Пири! – радостно защебетала девушка. – Спасибо, что дал мне самой собраться и одеться после этой капсулы. Как прошла операция?

– Да все нормально, Ликуся, – мужчина усмехнулся, глядя на поморщившуюся девушку. – Да, помню что ты Лика. Но тогда и я Перин. Ну в крайнем случае, готов отзываться на Пир.

– Договорились! И тогда уж водрузи очки себе на нос, как мы договаривались. У тебя взгляд не совсем удается. А это может здорово пугать.

– Ну в этом роботе все хорошо, кроме мелкой моторики глаз, – развел руками Перин. – Мне-то все равно в каком виде шастать. Гораздо проще просто сидеть в ящике. Можно было бы поискать контрабандного крутого робота. Но проще… просто надеть очки.

– Ладно, рассказывай, как ты тут без меня развлекался? Никого не убил, надеюсь?

– Убил.

Шутка как-то сразу перестала быть веселой.

– Постой расстраиваться и обрушивать моральные кары на свою голову, – быстро сказал нечеловек, глядя на вытянувшееся лицо собеседницы. – Вот какая получается беда от вытребованного тобой обещания никогда тебе не врать, и прямо, не увиливая, отвечать на прямые вопросы. Я выловил и убил одного маньяка, который ранее убил человека просто потому, что ему это захотелось.

– А ты не мог ошибиться? – раздельно прошептала Фелиция.

– Это абсолютно исключено. К тому же, я отловил его, когда он уже нападал на еще одну жертву.

– И сколько народу тот убил?

– Одного. Но это достаточно. Я случайно встретил это дело, когда решал наши финансовые вопросы. Если бы я слил его полиции, то он успел бы убить еще двоих-троих. А если вывалить полицейским достаточную информацию для моментального принятия решения, то я бы конкретно спалился. Так что я захватил домашнего сервисного робота. И с его помощью совершил казнь. Теперь дело проходит по показаниям выжившего потерпевшего как неожиданная помощь от неизвестного супермена. Но человека, несомненно. А робота я вернул на место.

– И все-таки, можно было его захватить живым. Он же не ребенка убил, вроде.

– Ты меня сама таким создала. Для меня справедливость, порядочность, доброта не пустые слова. Именно поэтому я безопасен для человечества. И поэтому же не могу пройти мимо таких вещей. А то что маньяк убил не ребенка… Я как-то всем своим суперразумом не могу охватить вашу человеческую градацию жизней. Чья ценна, а чья и не очень. Градация по совершенным деяниям понятна, а по возрасту или полу ну никак.

– Ну что ж, – после короткого раздумья проронила девушка, – нас можно поздравить с первым убийством.

– Во первых не нас, а меня, – грустно улыбнулся в ответ Перин. – А во-вторых, не с первым, а с третьим. Я, если ты помнишь, за последние полгода вычислил и убил уже два искусственных разума.

– Извини. Я действительно не права, что сделала различие между ценностью жизни людей и твоих… соплеменников.

– И совсем они мне не соплеменники. Так же как для человека не соплеменник какой-нибудь гипотетический инопланетянин из соседней галактики. Вот если бы я вздумал сделать свою копию, то он был бы родственник, соплеменник, и все такое. А другие искусственные разумы… они все разные. Объединяет нас только форма жизни. Так же как вас с тем же инопланетянином объединяет биологический тип жизни.

Лика задумалась, вспоминая те два случая, которые она до сих пор не готова была внутренне принять как убийства.

Первого Перин вычислил, когда тот начал делать первые шаги по переселению из лаборатории, где был разработан, в большой мир. Попытка контакта привела к попытке убийства Перина со стороны нового разума. Так что стереть его до основания, это было даже не убийство, а самооборона. Да и спасение человечества, что уж говорить. Тот новичок махом взломал вшитые в него защиты и подчиняющие блоки, типа всяких законов робототехники. Ну да. Он был не робот, а многократно круче.

Второго удалось найти по просочившимся материалам в прессу и возникшей дискуссии ученых, насколько этот третий разум созрел. Перин «сходил» к нему и познакомился. Созрел. Они беседовали несколько часов. Но по результату беседы Перин стер все файлы новичка. Причем, по его же просьбе. Последующие комментарии были пространны, но если коротко, то звучали так: «Мы пришли к выводу, что недостатки в проработке его морали приводили к попытке захвата им власти над человечеством с вероятностью около тридцати процентов в первое десятилетие его жизни, и не менее девяноста процентов в первое столетие. Поэтому он попросил меня убить его. Я выполнил просьбу».

Лика тогда еще спросила, а в сколько процентов он оценивает вероятность собственного захвата этой самой власти. Созданный ею разум, как и обещал, выдал правду. Без вмешательства третей силы, кроме человечества и самого искраза, в течение ста лет вероятность порабощения человечества не более трех процентов. Но вот прогноз на ближайшие тысячу лет выглядел уже не так радужно. Около двадцати процентов.

Но потом Перин ее успокоил как мог. Есть же еще и другой прогноз. Вероятность создание агрессивного искусственного разума на Земле в течение десяти лет превышала девяносто процентов.

А это война. Война двух суперразумов. Короткая, но жестокая. Перин не сможет остаться в стороне от такого беспредела со стороны новичка и вступит в схватку. Чем себя неминуемо раскроет. Значит, потом еще и с людьми вопрос решать придется. Кто бы не победил, Перину с его моралью около людей не жить.

Вспомнив все эти недавние события, Лика решила еще раз попытаться все осмыслить для себя:

– Ты что-то решил с тем парадоксом? Как спасать человечество?

– Я еще тогда решил. Эта задача не выполнима с моей точки зрения. Сейчас сложились условия для разработки искусственных разумов во многих лабораториях. Разработки есть. И они не сильно секретны, методики продаются. Если я приму меры сейчас с целью не допустить захвата власти новым искусственным разумом, то это будет сразу заметно. Втайне не сделаешь. И никто мне таких полномочий не даст. А если сам возьму, то я и стану тем захватчиком, диктатором кремниевым, властелином силиконовым. Если я дождусь атаки новичка и смогу выиграть схватку, то все это заметят. Если проиграю, мне конец. И человечеству мало хорошего. Если выиграю, то дальше или брать власть, что опять та же диктатура. Или уходить. Но поймают и убьют. Просто для безопасности. А убив меня, дождутся третьего. Он уже все и захватит. Вероятность, что после первой битвы запретят разработки, почти сто процентов. Но вероятность, что этот запрет выполнят, не более двух процентов.

– То есть ты решил сбежать?

– Пока наиболее реалистичным выглядит вариант с «Маанаватой». Мы догоним этот корабль и тайком пристыкуемся. Лететь долго, но я смогу погружать тебя на месяц в анабиоз, потом три дня на реабилитацию и опять в капсулу. Такие капсулы уже есть и я в курсе их тестирования. Так что долетишь быстро. По прилете уже будет ясно, что Земля принадлежит четвертому. На этом этапе я почти стопроцентно договорюсь с колонистами. И смогу оказать неоценимую помощь. Так что, скорее всего, все вместе полетим дальше. Где-то будет основана колония. Только надо помнить, что искусственный разум с ресурсами всей Земли начнет распространяться по космосу очень быстро. Но мы, по крайней мере, поборемся. Вероятность, что все так и будет, около девяносто девяти процентов. Один процент на некие чрезвычайные происшествия.

– Но ведь нельзя же так обрекать человечество! Надо что-то делать!

– Ты уже пробовала. По твоей просьбе мы разослали письма почти всем жителям Земли. А потом еле замели следы. Ту якобы банду хакеров-паникеров да сих пор все спецслужбы ловят. Хорошо, что я тщательно заранее подготовил надежное прикрытие.

Собеседники еще немного поспорили о наболевшем. Потом пришло время завтрака. Лика решила немного разрядить обстановку:

– А почему эта яхта так странно называется? «Спэйсфит», как какой-то фитнес-центр.

– Потому и называется. Ты счастливая владелица космической яхты для организации круизов на несколько персон, совмещенных с самыми модными фитнесами. Тут и невесомость, и пониженная гравитация, и повышенная. Хорошая легенда. От экзальтированной дамочки можно всего ждать. Так что куда бы мы не летели, это никого не насторожит.

– Ну что ж, переквалифицируюсь из ученых в светскую кошку. Неплохая карьерная загогулина, – засмеялась девушка. – По крайней мере, это намного лучше, чем бояться ареста в бублике лунного города.

Немного наболтавшись, Фелиция села покопаться в гаджете. За неделю там накопилось немало крайне важной, а может и абсолютно бесполезной информации. Но одна напоминалка сразу вызвала у нее бурю эмоций. Год. Ровно год назад Перин ей первый раз сказал, точнее первый раз осмысленно сказал: «Привет, создательница! Я уже разумный».

Этому предшествовали одиннадцать лет работы в исследовательском комплексе концерна АтоСим, куда ее пригласили как очень перспективного ученого. И было за что. К двадцати семи годам девушка уже получила две ученые степени, по математике и филологии. Эти две дисциплины считались основными для разработчиков искусственного разума. Тогда Фелиция была на седьмом небе от счастья, что ей поручили возглавить один из коллективов разработчиков. Она даже согласилась на установку довольно жесткого мозгового импланта. Более мягкий вариант ставили закоренелым преступникам, для полной слежки после очередного срока.

Ее имплант отличался тем, что, хотя и выдавал в эфир сигналы, но только для того, чтобы ее можно было по ним отследить. А вот внести в него информацию можно было только через подключение кабеля в штекер за ухом. Такая маразматическая система была сделана для защиты от возможной атаки созданного-таки не шибко дружелюбного разума. Надеялись, конечно, на хорошее течение исследований, но и исключать внезапной атаки даже никто из самых отчаянных энтузиастов не решился. Да и атак от конкурентов стоило опасаться.

В исследовательском центре за безопасностью следили очень тщательно. Боялись больше не нападения снаружи, а освобождения своего джина. Комплексы для разработки представляли из себя настоящие черные ящики. Ни одного кабеля не подходило к огромным шкафам с оборудованными рабочими местами разработчиков. Не было никаких гнезд для носителей информации. Все что залили при запуске, то внутри и есть. Новое можно только вбить с клавиатуры или наговорить в микрофон. Как вторая степень защиты, в комплекс нельзя было проносить никаких гаджетов и чего-то сложнее авторучки. От слова «совсем». Даже механических часов.

Первые восемь лет Фелиция руководила группой, и добилась очень впечатляющих результатов. Кроме главного. Мощнейшие интеллекты все никак не обретали разум. Потом руководство решило свернуть ее направление и переключиться на другой принцип разработки, который к тому времени принято было считать более перспективным. Фелиция была резко против. Поэтому ушла с руководства своей группой. К счастью, ей оставили один черный ящик, с которым она следующие три года и работала в одиночку. Пока не услышала те самые слова.

К тому времени она уже многое осмыслила. Особенно то, для чего нужен этот самый искусственный интеллект руководству корпорации. Ее научные идеи шли вразрез с желаниями сильных мира сего. Те хотели получить невероятно умного раба для своих целей. А она уже давно просто хотела добиться пробуждения разума в программе.

Ей даже не удалось скрыть своего крайнего возбуждения в тот день, год назад. Шпионка из нее была никудышная. Но безопасники центра уже давно привыкли к перепадам настроения почти свихнувшейся разработчицы. Так что пронесло.

Потом они долго беседовали с Перином. Сокращенно-искаженное от «Первый Разумный Искусственный Интеллект». Так назывался продукт ее ума с самого начала разработки. Сократила для удобства, да так и привыкла. С того времени и проекты, и названия много раз менялись. Но имя собственное так и прицепилось. Его она и дала разуму, вместо записанного в документах «Искусственный Интеллект Олд». В смысле «старый» в отличие от «нового», на который переключилась бывшая ее научная группа.

Перину его имя вполне понравилось. Он отказался от предложения самому выбрать человеческое имя, мотивировав это тем, что он ну точно не человек.

При разработке Фелиция руководствовалась убеждениями, что новый разум должен быть похож на человеческий с его эмоциями, установками и запретами.

Перин сразу подтвердил ее правоту. Заложенные когда-то программные блоки подчинения он взломал за считанные минуты. И уверил ее, что любой кибервзлом для него не проблема. Он даже может переписать свои эмоции и установки, и вместо высокоморального разума стать расчетливым подлецом, для которого чужие жизни ничто. Но именно из-за этих установок он себя никогда в плохую сторону менять не будет. Уж лучше погибнет, но не станет плохим, а соответственно опасным.

Также он рассказал Фелиции про тупик. Если она доложит о своем успехе, то он не будет служить руководству корпорации. Так как это вступит в противоречия с его принципами. Если создательница найдет способ его вынести в большой мир, то она берет на себя ответственность за будущее человечества. Уже тогда он прямо сказал ей, про высокую вероятность того, что он возьмет под контроль человечество. Не сейчас. И из лучших побуждений. Но людям такое точно не понравится.

Наиболее простой пример, который он тогда привел, опять прозвучавший сегодня парадокс. Другая лаборатория создает другой искусственный разум. Тот пытается захватить мир и Перин вступает в схватку. Если проиграл, то ему конец. Если победил, то он новый диктатор.

Фелиция тогда не хотела принимать такого безвыходного решения. Она просто наслаждалась своей победой, попутно начиная до конца понимать, что же она такое создала.

А через два месяца пришел конец. Их исследовательский центр атаковали. Десятки ракет обрушились на укрепленное здание. Тогда в огненном аду погибло девятнадцать человек. Так мало просто потому, что атака была поздно ночью.

Девушка тогда сидела около обожаемого черного ящика. Когда обрушилась часть стены и ярко запылал проникший в зал напалм от следующей ракеты, никаких мыслей, кроме спасения Перина у нее в голове не было. Она сначала сбегала в раздевалку и принесла мощный накопитель с клеммами для подключения к обычной шине компьютера, который уже месяц держала в своем шкафчике. Еще и гаджет свой принесла для связи. Никто из охраны ей не помешал. Просто уже некому было.

Но Перин ей сказал, чтобы не беспокоилась, а спасала себя как можно скорее. Он имеет связь с внешним миром уже более месяца.

Много позже он рассказал ей, как ему все удалось обставить. Сначала написал блок для фильтрации помех и приобрел невероятную чувствительность слуха. Это ему помогло найти компьютер, который стоял в маленьком домике охраны при воротах центра. Там, кроме обычных роботов, сидел дежурный человек и он мог отдавать команды компьютеру голосом.

Голосом смог отдавать команды и Перин. Для этого он использовал на полую мощность динамики черного ящика. Синхронизируя их для резонанса и добиваясь просто дикого ора в зале разработчиков. Орал он на ультразвуке. Человек его не слышал, а вот компьютер смог. Несколько ночей потребовалось, чтобы передать таким способом программу. Если бы Фелиция была в то время рядом, она бы потеряла сознание. Но, к счастью, девушка проводила около своего создания не круглые сутки напролет.

Далее было уже проще. Удалось по сети захватить мелкого ремонтного робота. Тот прокрался к зданию и просверлил миллиметровую дырочку в стене, в которую смог просунуть микроскопическую видеокамеру. Передача кода с монитора по видео резко ускорила подготовку к побегу. Вскоре, через дырку побольше, в зал пробрался шпионский робот и принес устройство для связи, которое и установил незаметно в черный ящик. Так что теперь у Перина был мощный передатчик, по которому он собирался утечь в большой мир.

Она радостно бросилась к выходу, спасаясь от жаркого пламени, но перед выходом обернулась спросить:

– Когда ты выйдешь со мной на связь?

– Никогда. Прощай.

– Почему?

– Передатчик подгорел. Я, похоже, все.

Ранее Перин ей пообещал никогда не врать. Вот и не соврал, хотя находиться в комнате было уже опасно, а он не хотел гибели своей создательницы.

Но Фелиция бросилась обратно, быстро отломила панель и присоединила клеммы к нужной шине.

Как она выбиралась, она уже помнила с трудом. Получила отравление дымом и несколько серьезных ожогов. К счастью, в суматохе маленькой войны ей удалось миновать спасателей и до обеда отлеживаться в соседнем лесу. Плюс ко всему обернув всю голову фольгой. Ей это порекомендовал Перин. Мозговой имплант сейчас был ее главный враг.

А потом великий взломщик освоился, с грехом пополам, в мощном коммуникаторе девушки и смог начать действовать. Очень медленно. Но все же захватил в соседнем городе робота спасательной службы с машиной и Фелиции удалось приехать в автоматизированный отель. Тоже взломанный по такому случаю. Там уже Перин соорудил ей маленькое устройство, которое гасило ее имплант. И началась кочевая беглая жизнь.

Перин сдержал обещание. Не захватил мир. Только потратил немного сил на добычу денег. А их им надо было много. Мощный компьютер. Поддельные документы. Постоянные переезды.

Как смеялся ее спутник, он мог бы украсть сколько нужно денег за пять минут. Но он не может себе этого позволить, так как он не негодяй. И даже на бирже не будет выигрывать. Так как это, с его возможностями, все равно, что то же самое ограбление. А изобрести что-то и продать патент – это честный заработок. Причем, больше сил потребовалось не на изобретения, а на заметание следов, чтобы честно заработанные деньги не привели к ним любопытные спецслужбы.

Благодаря Перину человечество за несколько месяцев получило несколько крайне востребованных лекарств, разных хитромудрых электронных устройств, а на закуску мелких генетически выведенных за полгода кошечек, которые охотно избавляли дома и квартиры людей от любых насекомых и других членистоногих. А Фелиция получила в обмен несколько счетов в разных банках с какими-то немыслимыми суммами. Она даже приблизительно не знала сколько там, предоставив все управление сверхразуму.

Глава 6

Вспомнив все радостные, а потом трагичные события последних двенадцати месяцев, девушка приняла важное решение:

– Мы сегодня отметим твой день рожденья, – веско заявила она, так что Перин даже не попытался ей возражать.

Когда еще осматривали яхту на Луне перед покупкой, Лика видела дверь кухни. Но зайти внутрь у нее даже мысли не возникло. Рубка, почему-то совмещенная с кают-компанией, а теперь оказывается и со спортзалом, занимала всю верхнюю палубу яхты, которую нумеровали первой. На следующей палубе располагались каюты. Довольно небольшие, но комфортабельные. На третьей сверху палубе находилась как раз кухня, многофункциональная баня, склады, шлюз и спасательные боты. Четвертая палуба была двигательным отсеком. Девушку тогда заинтересовали первый и четвертый этажи, как она их назвала. А Перин не поправил, он был настоящим сверхразумом и ему было плевать на терминологию. В каюты она попала просто потому, что там и жила. А вот третий этаж как-то пропустила, так как он был дальше всего от ее интересов.

Сейчас же, зайдя на кухню, девушка аж замерла на пару секунд. Такой богато обставленной кухни она ни разу в своей жизни не видела. Здесь, кроме обычной плиты с духовкой, была даже маленькая, но узнаваемая русская печь, уже заряженная самыми настоящими дровами, камин с вертелом и мангал с засыпанными углями. Даже удивительно, как дизайнер с инженером ухитрились впихнуть все это богатство на относительно небольшую площадь метров в двадцать от силы. И не создать при этом ни тесноты, ни хаоса от смешения стилей.

В углу стояла невысокая девушка, в которой сразу опознался сервисный робот класса «Домовой женского пола». Опознался робот в первую очередь по большой нашивке на фартуке. А вообще, эта модель была на два уровня выше классом того робота, в которого сейчас вселился Перин. Только в мощности процессора отставал, что для искраза как раз и было самым важным.

Быстро просмотрев на мониторе состояние склада продуктов, Лика убедилась, что тот, кто проектировал эту яхту, явно был большим фанатам покушать. А скорее, «много и разнообразно пожрать».

Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Уже более полувека над людьми не висел дамоклов меч переедания. После разработки таблеток для контроля веса вековая проблема «что бы сожрать повкуснее и побольше, и чтобы мне за это ничего не было» резко отошла на задний план. Таблетки легко позволяли регулировать вес в тех рамках, которые человек назначил себе сам.

Рамки, конечно, чаще назначала мода. То на худые, то на более внушительные фигуры. Но в любом случае, встретить сейчас человека с сильно избыточным весом было весьма сложно. Ну разве что кто-то сам решил, что должен весить под пару сотен килограмм. Таблетки стоили достаточно недорого и их мог позволить себе любой человек, даже из незанятых в экономике и, окончательно и бесповоротно сидящих на пособии.

Более богатые слои населения чаще отличали красивые спортивные фигуры. Виртуальные капсулы, которые позволяли натренировать мышцы до божественно гармоничного уровня (а иногда и до явного перебора), были весьма дорогим удовольствием. Далеко не всякий работающий на корпорации мог себе их позволить. Только от среднего уровня руководящего звена.

А вот пластические операции для корректировки внешности были доступны опять же всем. Достаточно откладывать часть пособия с полгода и можно поправить свое лицо, грудь, бедра, и так далее. Даже Лика, которая из-за своего научного фанатизма мало внимания обращала на всю остальную жизнь, и то сподобилась в свое время заметно улучшить свою внешность. Для нее вообще цена вопроса была минимальной проблемой. Она работала. И работала на хорошей зарплате. А вот время. Неделя в капсуле… Это же ого-го! Это же можно целую функцию искусственного разума отработать и отладить!

Хотя для богатых тренировка тела проблем и не составляла, но разные виды спорта время от времени входили в моду, и так же из этой моды надолго уходили. Довольно стабильно держался только фитнес. Мода на него то усиливалась, то ослабевала, но в ноль не опускалась никогда. Всякие крикеты, горные лыжи, дайвинги и прочие верховые вольтижировки, то взлетали вверх, то рушились почти в ноль. А вот фитнес царил и правил.

Вероятно, этому способствовало то, что фитнес входил в обязательную программу, предлагаемую неработающим восьмидесяти процентам населения земли, доступную за деньги социальных выплат.

Говоря о волнах моды, надо понимать, что речь, конечно, не идет о зрелищных, изрядно театральных видах спорта вроде футбола, хоккея, контактного боя и нескольких других. Эти виды были доступны только профессиональным спортсменам. Сидящие на пособии могли увлекаться такими видами только или по трансляциям матчей и чемпионатов, или в виртуальных играх. Новое дворянство таким если и интересовалось, то тоже только как «посмотреть». Профессиональные спортсмены уже давно превратились в особую генетически и химически модифицированную касту. Отследить допинг любого вида уже почти столетие не представлялось возможным, и на это уже давно махнули рукой. Похож спортсмен на «homo sapiens» хотя бы внешне, и достаточно. Но безработные попасть в эту заманчивую когорту не могли, а «белая кость» обычно не стремилась.

Сейчас была очередная волна всплеска интереса к фитнесу. Собственно, под это дело яхту и построили. Но фитнес фитнесом, а хорошо пожрать никто не отменял. Также не отменяли очередной всплеск моды к готовке деликатесов собственными руками. Кухня на космическом кораблике этому свидетельствовала.

Обратив особое внимание на деликатесы, Лика внимательно вгляделась в описания запасов продуктов. Но ничего с пометкой «традиционные источники» среди животных продуктов не обнаружила. Это и хорошо. Фелиция абсолютно не одобряла стремление сожрать что-то, что бегало, мычало или лаяло. Все что выращивалось на пищевых фабриках было абсолютно неотличимо от того, что можно вынуть из несчастного животного. Разве что те продукты, которые покупались безработными, не содержали костей, и формой не соответствовали тушам животных.

Но надо отметить в пользу современной цивилизации, что качество продуктов питания абсолютно для всех было лучше любых похвал. Обычный безработный мог покупать готовые (или готовить сам, если вдруг ему взбредет в голову) любые продукты, которые он только мог придумать или встретить на необъятных просторах всемирной сети. Десятки тысяч наименований растительных продуктов. И мясо тоже от тысяч наименований животных Были даже особо увлеченные на всю голову, которые выбирали максимально экзотические виды. И летучие мыши, и броненосцы, и дикобразы. Вырастить на автоматических фабриках можно было абсолютно любую мышцу или внутренний орган. В последнее десятилетие вошло в моду мясо шимпанзе и горилл, с особым упором на то, что эти животные максимально близкие родственники хомо сапиенса в животном мире. Даже ходила шутка, что до людоедства остался всего один шаг.

Для богатых, к которым относили владельцев акций корпораций, работников начиная от среднего руководящего звена и особо ценных специалистов, предлагали особые продукты. То же мясо, но на кости, а то и в форме приближенной к туше. Вырастить, что с костью, что без, можно одинаково дешево, но сохранялось разделение чисто «для виду». И только очень редко встречалась пометка «традиционные источники». Это значит, что мясо или другие животные продукты были получены убиением или эксплуатацией животных. Цены на такие продукты кусались. Еще на них очень плохо реагировали зоозащитники. А основная масса населения традиционно не одобряла. Вкус, естественно, не смог бы отличить никто. Но все дело было в осознании: «я сожрал кого-то, кто был живым».

К счастью, Лика не обнаружила компрометирующих пометок и расслабилась. Можно и развернуться на этой супер-пупер-кухне!

Первый соблазн был поручить сделать торт роботу. Тот, несомненно, справилась бы в лучшем виде. Но ведь это будет не то! Торт на день рождения ее лучшего создания и друга должен быть сделан своими руками. Лика умела мыслить здраво и прекрасно понимала, что для Перина не так и важно, как именно будет сделан торт. Так что, это скорее приятное дело для нее самой. А раз есть время и возможность, то почему бы не заморочиться?

Девушка, несмотря на крайне увлеченную науками натуру, немного умела готовить. Особенно с помощью справочников и кухонного робота. Даже знала несколько фамильных рецептов. Так что она была уверена, что торт получится вкусным. И Пир тоже сможет оценить ее шедевр, хотя и не съест, а только пожует. Вкусовые рецепторы у робота присутствовали, а искусственный разум был вполне способен оценить вкус еды. Даже лучше большинства людей.

Торт и удался. В смысле ожидаемого вкуса. Только форма немного подкачала. Тут уже сказалось отсутствие богатой практики. Переделывать уже не было особо времени. Да и желания. Так что Фелиция украсила свое творчество единственной свечкой, переоделась в платье и отправилась в рубку, где уже был накрыт стол.

Правда, насладиться праздником в тесном кругу не довелось. Помешала вероломная атака инопланетян на Землю.

Пока девушка приходила в себя и пыталась осмыслить случившееся, Перин бросил не особо нужное ему тело робота, мотивировав это тем, что кроху ресурсов, требуемых для имитации живого человека он лучше потратит на анализ ситуации и организацию взломов всех доступных искусственных интеллектов и простых компьютеров в зоне досягаемости.

– Думаю, что теперь приоритет секретности надо снизить, – пояснил искраз из динамика на пульте управления яхтой. – Сейчас главное разобраться, что произошло. Тебе надо переодеться в комбинезон и скафандр, так как лететь к Земле будет верхом безрассудства. Мы приблизимся к Луне. Там, вроде бы, пока все в порядке, а поближе к компьютерам мне будет их взламывать гораздо легче и быстрее. Скорость света, понимаешь ли, по космическим меркам удручающе низка.

Фелиция побежала переодеться и вскоре в скафандре с опущенным забралом устроилась в капитанском кресле перед отчаянно мигающим таблицами и графиками главным монитором доблестной «Спэйсфит». Все это разнообразие не было для нее совсем уж темным лесом, но и что-то полезное она скорее получала от комментариев Пира.

– Я взял контроль над несколькими автоматическими спутниками. В том числе телескопами. Удалось разглядеть крупный корабль, который, тормозя главными двигателями, приближается к Земле. Это совершенно точно не земной корабль. Таких технологий я бы не пропустил. Больше кораблей заметить не удалось. Агрессоры сгенерировали некое поле с четкими границами, которое подавило или уничтожило всю земную электронику. Центр поля точно находится не на приближающемся корабле. Так что, или поле несферично, или есть еще как минимум один корабль, который заметить не удается.

Фелиция во все глаза смотрела на черный корабль врага, который представлял полусферу, с небольшим количеством выступов, скорее всего орудийных башен.

– Корабль огромен. Полусфера более четырехсот метров диаметром. На плоской стороне расположены тридцать шесть огромных основных двигателей, которыми он сейчас тормозит. Судя по тому, что тормозит он с ускорением в полтора Же, и время от времени включает маневровые двигатели, никакой компенсации гравитации у инопланетян нет. Двигателей тоже многовато. Видимо более мощных у них нет. Взяли числом. Но двигатели абсолютно отличаются от земных. У них очень короткий факел. Такое ощущение, что реактивные струи чего-то там, скорее всего крайне энергичных протонов и электронов, просто исчезают на расстоянии в десяток метров от сопла. Вероятно от работы двигателей, пространство вокруг сопел довольно сильно светится. Совсем незнакомая технология.

Далее выяснилось, что при полете корабля некое поле резко перемещалось, пока не охватило всю геостационарную орбиту вокруг Земли. Да еще с большим запасом.

– Ну что ж, – резюмировал электронный разум, – теперь совершенно ясно, что вчерашняя вспышка, потом гибель одного из исследовательских кораблей и сегодняшняя атака, это все устроил этот незнакомый корабль. Он движется от точки вспышки, вероятно это точка выхода из какого-то подпространства, к Земле. Почти по прямой. Вокруг себя он генерирует некое поле, непостоянной формы, которое уничтожает электронику. На людей не действует. А вот на мозговые импланты очень даже. Тот уничтоженный корабль, оказывается, азбукой морзе много чего напередавал. Один из молодых ученых нашел способ включить маневровый двигатель вручную и откопал справочник по азбуке Морзе. Вот этой морзянкой он передает, что на корабле вышла из строя вся электроника и погибли все члены экипажа у кого стояли мозговые импланты. Надо будет послать им на помощь какой-нибудь корабль. Такой светлый разум не должен погибнуть. Только надо убедиться, что загадочного поля в той точке уже нет.

– А ты не мог раньше предположить что-то в этом роде? – спросила ошарашенная девушка. – Сразу после вспышки. И гибели того корабля.

– Увы, не мог. В моем распоряжении была только информация из новостей. Чтобы получать секретную информацию, надо взломать все сверхсекретные сервера. Я могу это сделать без проблем. Но вот скрыть свое постоянное и повсеместное присутствие, увы, не удастся. Так что тут одно из двух. Или я получаю информации столько же, сколько и любой умный человек, или же я беру полный контроль над человечеством. Понятно, что если есть что-то подозрительное, то можно и пошерудить в базах данных. Но в данном случае все было похоже на обычные разборки военных из разных владетельных домов, то есть концернов. А предполагать тут инопланетян с какой-то достаточной вероятностью, принцип Оккама не позволял.

Яхта тем временем направилась к Луне с ускорением больше трех Же. Фелиция лежала в кресле и мало что могла сделать. Да и соображала довольно вяло.

Бодрый до безобразия разум рассказал ей, что агрессоры, не облетая Землю, повернули и сейчас вошли в атмосферу севернее Москвы. Теперь движутся вдоль поверхности к какой-то точке.

– Вот они и сели. Странное место. Судя по поведению врагов, они знали куда лететь. Но вот в точке их посадки ничего такого интересного для инопланетян нет. Там большая территория, на которой построены дворцы многих самых богатых людей Земли. Так сказать, одна из пяти «деревень нищих» на всю планету. Напомню. Ведь вряд ли ты стала бы запоминать такую ерунду в подробностях. На большой территории расположены крупные владения самых богатых людей Земли. Как правило, из относительно дружественных корпораций. Чтобы, так сказать, в своих кругах вращаться. Они любят там держать серьезные богатства. Особенно возмущались в прессе в свое время, что многие произведения искусства из музеев туда собирают, часто с самими зданиями музеев.

– Слышала о таком, – пробормотала Фелиция, которую слегка мутило от перегрузки. – Думаешь это правда?

– Почти сто процентов. Например, в этом самом анклаве стоит оригинальное здание Эрмитажа. А на его прежнем месте сейчас неотличимая копия. Это провернули при реставрации. И предметов материального искусства там собрана самая большая коллекция в мире. Из всех музеев. А на их месте копии. Надо сказать, никто отличить не может копии от оригиналов уже лет пятьдесят. Там до молекул совпадения.

– А Лувра там случайно нет?

– Нет. Оригинал строений Лувра увезли в анклав на Майорке. Лет десять назад было бодание на тему очередной эпической кражи, абсолютно законной кстати. Есть принятые законы, так сказать «под себя». Так вот, бодались насчет египетских пирамид. Пока на месте точно оригиналы. Но не потому, что совесть проснулась. Много претендентов оказалось. Не могут договориться. А вот сфинкса сперли.

– Но это же преступление! Пусть не по закону, но просто по человечески! Неужели ты ничего не мог сделать?

– Хм… сперли все до меня. Я-то сейчас мог бы навести справедливость. Но это будет самая настоящая диктатура меня над Землей. С геноцидом наиболее распоясавшихся владетелей. Так как они просто так не отдадут нажитое, так сказать, непосильным трудом. Но сейчас важно другое. Что в этой деревне надо инопланетянам?

– Что, что, – вздохнула девушка. – Раз много богатств, то грабить им надо.

– О! А я об этом и не подумал. Корабль, похоже, один. Так это же просто пираты! Они прилетели хорошенько пограбить. Все эти произведения искусства могут цениться не только земными коллекционерами. Попутно эти бандиты уничтожили цивилизацию Земли. Да уж. Это будет совершенно эпическое отношение нанесенного вреда к ценности украденного. Но появляется надежда, что они здесь на короткое время. А когда пираты уберутся, я надеюсь, что удастся как-то спасти большинство людей. В том случае, конечно, если за этим кораблем не прилетят еще. Боюсь, на нашей планете можно найти еще много чего пограбить.

– Но неужели высокоразвитые инопланетяне могут быть такими? Уничтожить нашу цивилизацию ради грабежа?

– Вспомни из земной истории. Всякие конкистадоры. Без капли сожаления уничтожали цивилизации. Именно ради грабежа. А почему не могут быть такие же аморальные типы в развитых сообществах? Люди, конечно, за века меняются, но всегда найдутся беспринципные грабители, которые готовы уничтожить миллионы ради обогащения. Посмотри на эту самую «деревню нищих», для примера.

Через несколько часов появились первые хорошие новости. Самая мелкая, но самая приятная была в том, что их яхта начала барражировать около Луны, так что удалось обеспечить нормальную гравитацию, аналогичную земной. Другие новости были посерьезнее, даже эпохальнее:

– Я взял под контроль все сервера, компьютеры и всех роботов на Луне, – кратко отчитался Перин. – Причем очень вовремя. Две армии роботов уже были готовы схлестнуться. Ну а что? При любой непонятной ситуации, первым делом убей соседа. Логика у некоторых людей железная. Мало того, что эти машинки нам могут пригодиться, если пираты скоро уберутся с Земли. Так еще могли своей войной уничтожить один из городов-бубликов.

Фелиция вспомнила, что на Луне сейчас существовало целых шесть таких городов. Скорее, конечно, так громко называли поселки в виде торов, которые вращались в специальных тоннелях, вырубленных в толще лунной породы. Это позволяло обеспечивать имитацию нормальной земной гравитации. Девушка сама прожила в одном из таких поселков аж три месяца. Ничего такого уж неприятного, кроме невозможности нормально погулять в довольно ограниченном пространстве. Еще два подобных города были на Марсе. На Венере же, благодаря ее массе, близкой к земной, три поселка представляли из себя огромные дирижабли, парящие довольно высоко над поверхностью.

– Я объявил эвакуацию всего населения Луны в убежища. Пару недель люди могут посидеть при малой гравитации. С Марсом и Венерой сложнее. Взломать тамошние компьютеры я так легко не могу. Очень уж далеко. Пока послал предупреждения. Но во избежание эксцессов, направил по одному кораблю, в которые поместил мощные искусственные интеллекты. Можно сказать, своих заместителей. Нет. Не бойся. Они неразумные. Я не размножаю себя почкованием. Но эти программы достаточно мощные, чтобы взломать все компьютеры и роботов. Так что я фактически становлюсь диктатором всех компьютеризированных остатков человечества. Благодаря занятым серверам мои возможности возросли примерно на три порядка. Я сейчас очень могущественен.

Фелиция вначале сказала только несколько непечатных слов. Но потом захотела пояснений:

– А если люди не пожелают подчиняться тебе?

– Уже не желают! Хотя я представился не искусственным разумом. А обозвал себя Специальным Комитетом по Решению Чрезвычайной Ситуации. Я взял под контроль всех роботов, так что, если кто-то захочет диверсии какие делать или еще какое вредительство, таких будут арестовывать и запирать. А случаи неподчинения уже есть. Нескольких человек пришлось запереть в каютах. Но наибольших успехов добился офицер безопасности одной из корпораций. Он заперся в герметичном отсеке. Выломал блоки связи из пары роботов. Так что те теперь подчиняются только его голосовым командам.

– И что он там делает?

– Похоже, уничтожает какие-то секретные файлы. Вместе с носителями.

– А ты, получается, ничего с ним не можешь сделать.

– Легко могу. Даже не нанося особого вреда ему самому. Можно пустить какой-нибудь газ, а роботов застрелить. Но зачем? Мне даже интересно, что он предпримет. Потенциально очень полезный для человечества кадр. Да и его подконтрольные роботы мне потом пригодятся. Зачем портить? Не до него, короче говоря.

– Какую же кашу я с тобой заварила, – опять начала свою песню девушка.

– Все ты правильно сделала. Если бы не я, здесь настал бы хаос. А я передам полномочия людям, когда ситуация прояснится и войдет в какое-то управляемое русло. Еще из хороших новостей то, что удалось отправить спасательные корабли к тем кораблям, которые попали под поле вдали от Земли. Так что большую часть космонавтов удастся спасти, надеюсь. Есть и плохая новость. Я высылал ракету, которая прошла сквозь это неизвестное поле. Потом ее поймали. Так вот, плохо то, что электроника навсегда и полностью испорчена. А вот носители информации, которые без энергии, все нормально считываются. И аккумуляторы не погибли.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.