Сочи. Невыдуманные истории – 5
Сергей Швец

© Сергей Швец, 2021

ISBN 978-5-0055-4094-2 (т. 5)

ISBN 978-5-0051-8420-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

О том, как направлявшийся на отдых в Сочи на своей машине Игорь из Рязани подвёз пьяного таксиста из Адлера до дома и остался ему ещё и должен!

О том как далеко в своих играх может зайти в море отдыхающий Федор?

О том, почему отправляясь каждый раз на свидание Гоги покупает ровно 6 роз, ведь его всегда ждут и Ленка и Нелька.

О том как в летний теплый вечер Люся из Воронежа закатила от удовольствия глаза и прозевала закат Солнца, после чего закатила истерику.

О том что с приходом лета на сочинских пляжах вместе с игрой на раздевание начинается игра на нервах.

Почему никто не объяснил Жорику что в услугу «всё включено» секс с отдыхающей не входит!

Как мгновенно перевести все деньги с вашей кредитной карты в веселое застолье.

О том что летом с приездом в Сочи модных москвичей учащаются однополые драки.

О том что настоящий сочинский мужчина после того, как переспит с женщиной поворачивается обычно не к стенке, а к Ленке!

О том что если долго-долго сидеть на берегу моря, то можно встретить старость, которая появляется на пляже рано утром чтобы делать зарядку.

О том как жена ушла от мужа, потому что этой ночью в Сочи караочил он не очень.

О том что не каждая девушка в Сочи дожидается своего парня из душа.

О том почему в Сочи повышение тарифов на услуги ЖКХ никак не сказываются на тарифах интим-услуг.

О том как Жорик после того, как Сочи принял зимнюю олимпиаду и чемпионат мира по футболу, стал принимать на полбутылки водки больше.

О том как новая власть города по традиции пообещала новые эксперименты над сочинцами.

О том как с наступлением летнего сезона сочинцы и их гости дружно выходят из подполья и устраивают всех.

О том как летом из-за сильного наплыва российских туристов в Сочи участились заплывы в сторону Турции.

О том как скрасить свой отпуск красным полусладким.

О том как длительное пение пары из Смоленска в караоке привело к нежелательным изменениям текста песен Лепса и Михайлова.

О том как Алик из Молдовки вступился за отдыхающую, на которую не обращал внимания ни один мужчина.

О том как отдыхающий из Кургана засмотрелся на море и забыл искупаться.

О том что сочинцы, которые плохо ведут себя в этой жизни в другой становятся отдыхающими.

О том как Вазген сделал такое предложение отдыхающей, от которого сам не смог отказаться.

О том где в Сочи подают вкусный шашлык, а где машлык.

О том как адлерские учёные жизнью мужики запатентовали секс с отдыхающими.

О том что 100% сочинских мужей верят чужим женам.

О том что у сочинских мужчин летом из легкомысленных отдыхающих исчезают деньги.

О том как в Сочи в том году Бабье лето подвело нас с бабами.

О том как 40-летний домашний коньяк, выпитый Таней на экскурсии в Сочи, успел трижды разочаровать её до прибытия в номер.

О том что Сочи – негласный центр омоложения жен для мужей.

О том что если Россия прирастает Сибирью, то Сочи просто прирастает из года в год.

О том что в деле отдыха и сопутствующих излишеств город Сочи ещё не сказал своего последнего слова.

И ещё, многое, многое другое в пятом сборнике рассказов о Сочи, сочинцах и гостях курорта.

Здравствуй, Сочи 4.0

Говорят, что преобладание серого цвета вокруг приводит к унынию, красного к агрессии, а присутствие зеленых и голубых тонов к умиротворению.

Конечно, море у нас не такое голубое как небо, но в сочетании с зеленью смотрится очень даже ничего.

Скажем честно, Сочи заметно отличается от многих городов бескрайних российских просторов. Прежде всего, поражает своим необыкновенным зеленым субтропическим нарядом. Редко тут встретишь место, украшенное родными русскими березками, сплошь экзотика, импортное ботаническое одеяние. Тут тебе и элегантные зеленые веера пальм, ровненькие кружева лавровишни, чуть ли не зеркальный глянец магнолий, редкие, но приметные эвкалипты, сливающийся с травкой вечно летний кустарник, и как брошь на этом зеленом платье, цветущая огромным ландышем юкка.

Даже ёлки здесь просят себя погладить, потому как пушистые и не колючие, и называется сей натуральный зеленый вельвет туями.

Сочи также обвораживает своей теплотой душевной и теплом природным, что для многих является одним из важнейших факторов. Он всегда тебя может согреть и приласкать лучиком нежного Солнца. Для многих приезжих в Сочи круглый год только одно время года, без всяких там лет, зим, осени, весны. И это время года называется «Тепло»!

А ещё, здесь есть приятная морезависимость. Причем взаимная зависимость, повязанная невидимыми нитями волн. Но порой, смотря на набегающий прибой, думаешь, то ли море должно благодарить город за то, что он огораживает его от наступающих, сверху покрытых лесистым пухом гор, то ли город должен благодарить море за то, что оно согревает его своим теплом. А ещё Сочи должен быть благодарен прибрежным водам за то, что дают ему жить тянущимися сюда людьми и деньгами.

Да, море и горы в большей степени влекут народ. Анатомия Сочи, не может похвастаться историческим архитектурным обликом, но его необычность городского пейзажа, вся эта верхвнизквартальность и трассоизвилистость, а также красота моря и гор, после серых кирпичных коробок и прямоугольных кварталов многочисленных российских городов, сразу захватывает тебя с ног до головы. Плюс ко всему ещё эта необычная атмосфера праздника жизни, пусть даже чужого, но лицезреть его рядом в сторонке мы тоже не против.

Всё это однажды пленило меня, и я волнующим, дребезжащим, тихим голоском, произнес:

– Ну, вот и всё, я влюбился в тебя Сочи!

Я продолжаю публиковать сборники из 500 рассказов о Сочи. Часть 5. Курортная жизнь доолимпийских времён. Это будут сочинцы и гости нашего города такие, какие они есть.

Тётя Соня.

Колька был дрыщ, а его друг Витька тот, кого даже из дрыщей разжаловали в дистрофики. Хорошо, что в Сочи сегодня безветрие, так бы они наверно на пляж и не пошли, но сегодня они с утра до вечера, ведь они не на экскурсии приехали, а на море, потому у них здесь и обед и ужин.

Есть им можно было всё что хошь, и в любое время суток, всё равно не в коня корм. Потому и налегали смело на горячие пирожки, которые продавали, не отходя от моря предприимчивые сочинские люди. Да чего только они не продавали. Длинная цепочка малогабаритных ларьков из 90-х как предтеча многочисленных торговых центров собирала массу народа, глазеющего и потребляющего. На борьбу с деньгами отдыхающих курорт бросал лучшие силы, самых талантливых, не только продающих, но талантливо делающих то, что можно было продать. К таким относилась знаменитая тётя Соня, с 17-лет воплощавшая пирожки в искусство. Она так уходила с головой в работу, что летом, ей некогда было нырнуть с головой в пучину морскую. И не она одна такая.

Говорят, сочинцы не купаются в море чтобы не занимать места для приезжих, места для отдыха в море и на пляже. Они тут, на берегу, стоят рядом за прилавками, чтобы приезжие не заняли места для работы.

Тётя Соня занимала собою ларёк с пирожками. Но, конечно, не весь объём ларька, просто весь обзор внутренностей торгового павильона. Она была модели «Крупская стайл», и потому что на Надежду Константиновну была похожа, и потому что была очень крупная, вот прям за 100 кг. Но она по этому поводу не комплексовала, шутила.

Заметив улыбки двух худосочных покупателей, Коли и Вити, не выяснив у них причины веселья, она радостно их поправила:

– Нет, я не жирная. Это пирожок жирный, а я толстая.

– Мы так не думали. Мы вообще о своём, – оправдался за улыбку Колька.

– Ладно, знаю я вас молодёжь, – не сдавалась тётя Соня. – Признайся честно, я не обижаюсь.

– Вы совсем не толстая, – подтвердил Витя.

– Конечно нет. Я большая! … А знаешь почему? А? … Потому что как говорил дед моего деда, хорошего человека должно быть много. …Ладно, говори, тебе какие пирожки? Мои фирменные?

Тётя Соня уставилась на парней добрыми глазами, такими, с какими раздают пирожки бесплатно. Но это был не её случай. У неё тут даже родственники покупали.

– И не надо обижаться, – говорила тётя Соня братьям, – Вот домой ко мне придёшь, будешь есть бесплатно, сколько хочешь, ещё с собой в дорогу положу. А сейчас, извини дорогой, ничего личного, порядок в торговле надо соблюдать!

Ай, какие вкусные у неё были пирожки, особенно фирменные – с мясным фаршем и измельченными варенными яйцами. А вот эти, так вообще пальчики оближешь! Она их начала делать ещё задолго до Макдональдса в Сочи. Пирожки с джемом из вишни, клубники, инжира, фейхоа. Сама жарила, сама продавала. Пирожки у неё готовились в казане, на масле, а те, которые были из печи, она называла булками с начинкой. Говорила, что делать пирожки в духовке, это тоже самое что запекать там же шашлык. Настоящие, они всегда с румяной, хрустящей корочкой, также, как и шашлык, за что мы его и любим.

Её пирожки очень любили, особенно отдыхающие. И если бы она открыла свои филиалы по большой стране, то они бы тоже пользовались популярностью. Но всё уже много-много лет ограничивалось единственным ларьком на сочинском пляже.

Злые языки завистливых и необъективных, по её мнению, местных жителей, утверждали, что популярностью пирожки пользуются исключительно навязчивому общению с покупателями. Дескать люди иногда просто подходят к ней чтобы послушать весёлый трёп, которым она награждала голодную паству, терпеливо ждущую горячих пирожков, жарящуюся для них в большом казане.

Сама же тётя Соня, считала, что самое лучшее время в жизни – это разговоры, и потому общаться с людьми вселенское благо, а в её случае благотворительность.

С этим можно согласиться. Но! Если использовать футбольные термины, то процент владения языком в процессе общения у тёти Сони составлял 95% против 5% у людей по ту сторону ларька.

Иногда покупателям не надо было ничего говорить, она сама вступала с ними в разговор, задавала по ходу вопросы, и сама же за них отвечала. А бывало, что ни она, ни покупатели не знали, что ответить, и тогда вопрос превращался в риторический.

– Эх, молодёжь, – произнесла тётя Соня в адрес Кольки и Витьки, – Опять пирожки с картошкой? Мясо вам надо есть, чтобы девочек любить.

– Нам что подешевле, – виновато ответили студенты, а они были студентами, и перевели глаза поближе к босым ногам.

– Чем занимаетесь? – спросила тётя Соня и сама же ответила вопросом. – Шахматисты наверно?

– Айтишники?

– А-а, хулиганы значит…

– Айтишники хулиганы – это хакеры. Ну, те, которые из компьютеров информацию воруют.

– Воровать всегда плохо, – недовольно окинула взглядом парней тетя Соня.

– Почему так говорите? А Джулиан Ассандж?

– Это тот что ли чепушила, который с Макаренко?

– Нет, он иностранец. Раскрывает конспирацию. Ворует информацию про плохих людей и рассказывает людям правду, – ответил Колька.

– Он знает все секреты всех людей мира, – добавил Витя.

– Серьёзно? – заинтересованно спросила она.

– Да, – почти хором ответили они.

– А ну, подожди, сейчас пирожки переверну, расскажешь, – произнесла тетя Соня и отвлеклась к казану.

Покатав в масле четыре пирожка, он отложила в сторону шумовку и приложилась телом на прилавок, поближе к худосочным парням.

– Вот прям всё-всё он знает? – спросила она после небольшой паузы.

– Всё! – опять хором ответили они.

– Ладно. Помочь можешь?

– Ну, мы ещё три дня будем в Сочи, – откликнулись на призыв парни.

– Что знает твой Ассандж?

– Ну, например всё о состоянии богатейших людей мира.

– Хорошо, мог бы он мне сообщить о состоянии Жорика, вчерашней ночью после третей выпитой бутылки водки, и где он сволочь конспировался целое утро, когда мне надо было на закуп ехать. Если ответит, то пусть сразу скажет, сможет ли он сбросить мне переписку моего мужа с какой-то козой из Саратова в Одноклассниках?

Друзья студенты, то ли улыбаться, то ли попытаться объяснить пирожочнице масштабы информации.

– Ладно, если не скажет, я пойму, мужская солидарность, своих не выдаст. Просто передай, волнуюсь за мужа и брата.

– Ему не до этого, он шпионам занимается, вредителями…

– Самые главные шпионы работают в сочинском ЖКХ, они не только поднимают планку выплат, но и вообще почти развалили эту необходимую жителям структуру. … А эти чиновники из милиции, совсем про математику забыли? Чтобы мне им что-то с пирожков отдать, мне надо цену на них поднять, а чем выше цены на пирожки, тем больше в мире нестабильности.

– Вы думаете все мировые беды из-за пирожков.

– Не только. Но об этом я в следующий раз расскажу, когда за пирожками с мясом придёте, – сказала тётя Соня, после чего быстро вытащила четыре вкусняшки из кипящего масла и вручила их несказанным гостям.

Никто не знает кем по национальности была тётя Соня. Еврейка, грузинка, гречанка, русская? Никто, собственно, не интересовался. Всем был известен брат Георгий и её муж, просто муж, подвозивший её и продукты к ларьку на пляже. Чем он занимался пока его жена готовила на весь Сочи свои знаменитые пирожки история умалчивает.

Тетю Соню знали все, и всех знала тётя Соня. Точнее сказать обо всех. Её общение с сочинцами и отдыхающими составляло мощный поток информации о людях и о происходящем в Сочи. Не было таких тем и людей которых она не обсуждала. И что важно, не осуждала, а обсуждала.

Откуда она это всё знает? – думал порой её брат Георгий. – Такое ощущение, что в Сочи, издается газета, где печатают все мыслимые и не мыслимые проблемы знакомых тебе сочинцев.

Да что там проблемы, ни одно знаковое событие для Сочи не оставалось в стороне от внимания хозяйки самой популярной пирожковой на всём Побережье.

Подошла как-то к её ларьку выпить кофейку партнер по оперативной торговле всяким вкусным на пляжной гальке тётя Роза и сразу так сходу:

– Ай Соня дорогуша, я тут недавно краем ухом слышала, у нас ещё в Сочи футбол будет, да, целый чемпионат мира. Откуда вообще столько спорта в нашем тихом райском уголочке? У нас в Дагомысе, кроме как бег за маршруткой в час пик других видов спорта и не было.

– А у нас в Сочи самые популярные соревнования по любви вдали от дома.

– Это которые жим лёжа?

– Почему лёжа? И сидя, и стоя под деревом. Э-э, лучше бы провели чемпионат по пирожкам и чебурекам…

– Зачем? Неинтересно, сразу понятно кто победит…

– Да, верно, чемпион известен…

Внештатная чемпионка мира по пирожкам заварила в турке ароматный кофе и разлила по чашке себе и тёте Розе. Хотя какая она тётя, ей всего-то в области 30-ти. Просто так её называл сын тёти Сони, с которым она была дружна за счет постоянного презента в виде, не реализованного на пляжной полосе мороженного. Для самой тёти Сони Роза была не только пирожочным дилером, но и свободными ушами в свободное время.

– Зачем нам летом этот футбол? Для кого наше солнце прогревает морскую воду? Кто купаться будет, если все пойдут на стадион? Для кого я заказала за неполных 3000 рублей вывеску «Недорого»? Кому нужны самые вкусные в Сочи пирожки? … Раньше все маленькие дети мечтали вырасти и стать отдыхающими, а сейчас все стали мечтать стать футболистами. Хотя если все потом станут футболистами, где мы им найдём место в составе команды «Жемчужина» (была такая перед Олимпиадой), а? А вот место за столиком в сочинском кафе всегда всем найдётся. Слушайте, кстати о кафе, что будет делать мой племянник, который поет в Адлер музыкантом? Приедут всякие нерусские туристы со всего мира, кто песню будет заказывать? Разве Английским мужчинам нужны «Черные Глаза»? Как он объяснит Итальянским болельщикам что «Адлер-Сочи для тебя – это райская земля»? Разве африканец закажет медленную песню «для отдыхающей Светы из Саратова»?

Кстати, о неграх… Чем будут заниматься Миклуха и Маклай, африканские студенты из Воронежа, на наших пляжах? И кому вообще нужны будут негры на фотографиях, если таких в Сочи на каждом шагу?! Как тогда пацанам на следующий учебный год денег заработать?

Из-за таких вот никчёмных гостей постоянный отдыхающий Ленчик с женой из Барнаула, билет до Сочи достать не сможет. Не приедет наверно. А ему так пирожки с фейхуа нравятся.

– Ой, не говори, – всё что успела вставить тётя Роза. – И почему всё Адлер? Олимпиада – Адлер, Формула 1 – Адлер, Футбол тоже Адлер. Зачем вражду делать между моим мужем и моим братом Жориком, он и так говорит у нас есть Дельфинарий, а у Вас нет, у нас в Адлере есть Аэропорт, а у Вас нет. Хорошо, что у них машины вместе тонированные, и с дисками одинаковые, а то бы подрались наверно.

Тётя Соня допила кофе и по традиции перевернула выпитую чашку на блюдце чтобы погадать на гуще. Результаты гадания всегда были разными и непредсказуемые, но она им всем верила.

– Я, честно говоря, – продолжила она, – Сама тоже футбол не люблю, не нравиться, потому что соседский мальчишка футболист, когда с тренировки домой идёт, постоянно нашу собаку дразнит.

Роза решила закончить одностороннюю беседу и подвести черту:

– Что поделать, все эти чемпионаты чьи-то амбиции.

– Да, лучше бы о другом подумали, – тоже решила зафиналить тётя Соня. – Спортивные амбиции Сочи удовлетворены, а сексуальные нет!

Всем всегда казалось, что тётя Соня не удовлетворена, практически всем на свете, а также всем, и конкретно мужчинами. Да, у неё был муж, но он не задерживался у ларька. Привёз продукты, забрал мусор, прихватил пару упрёков в сторону своей семейной жизни, и был таков.

В разговорах она на него не жаловалась, она просто его игнорировала, не рассуждала о нём и даже не вспоминала. Что тут ходит законный муж, а не сезонный закупщик, знали только близкие ей люди, ведь когда-то, давно, у них была пышная свадьба. Какая это была пара 20 лет назад!

Тётя Соня и сейчас на лицо была красивой, а если представить её в молодости и без лишнего веса, то можно представить какой популярностью она пользовалась у противоположного пола.

Да и сегодня бывает в ожидании порции пирожков с ней нет-нет пококетничают добрые покупатели. Вне ларька, к тёте Соне мужчины не приставали, они просто не знали как она без своего ларька выглядит.

Многие, глядя на её лишние килограммы похожие на скрытые запасы сдобного теста, логично предполагали что не каждый мужик залезет, а тем более подлезет на неё, забывая о том, что есть на свете такие мужики, которым иногда хочется просто поговорить. А в этом плане тётя Соня была уникальным ток-шоу с ароматом ароматных пирожков.

Наверно из-за сексуальной неудовлетворённости мужикам от неё доставалось. Особенно известным.

– Вот этот Киркоров, зачем он красится? Куда его жена смотрит?

– У него нет жены. Вернее, была раньше, Алла Пугачёва.

– Что, уже умерла? Когда?

– Жива, здорова, просто развелись.

– Я бы тоже развелась, он ведь красится. И вообще, что он себе думает, песни не понятно, о чем поёт. Толи дело Макаревич. Он молодец, каждая песня прям в точку о Сочи.

– Что-то я не слышала таких…

– Вот, например про сочинские дороги: «мы себе давали слово не свернём с пути прямого, но, так уж суждено – новый поворот». Весь Сочи состоит из поворотов. Постоянно, новый поворот, что он нам несет, пропасть или взлёт, и не разберешь, пока не повернёшь», такое ощущение, что, когда Вы в Сочи бывает, сам за рулём из Адлерского Аэропорта до Лоо добирается.

Тётя Соня сосредоточила внимание своим кругозором не только коллегу, но и проходящих мимо отдыхающих.

– Песни не только про Сочи, но и про сочинцев, жизненны. Как говорит сосед Юрик: «Не стоит прогибаться под изменчивый мир, пусть лучше он прогнётся под нас!», и каждый год за проживание на 50 рублей за койко-место поднимает. И ничего, отдыхающие едут, и мир прогибается под Юрика.

Ну, а самая главная песня для меня и моего бизнеса это: «Я пью до дна за тех, кто в море, за тех, кого любит волна, ла-ла-лай, за тех, кому повезёт отдыхать на пляже рядом с точкой тёти Сони». Какой драгоценный тост подарил, я ведь всегда пью за тех, кто в море купается, потому что это отдыхающие, и они по любому придут и пирожки закажут.

– Ты такая молодец, Макаревича слушаешь, – похвалила Роза.

– Жалко, что не все отдыхающего его слушают, особенно песню «Скворец», там правильно звучит, «зачем зимой куда-то лететь, и кто сказал, что песне зимой не конец, в кафе не конец!». Точно про Сочи спел, у нас и зимой не плохо.

Но не только про эстраду любила поговорить тётя Соня, её словарный запас распространялся и на политику, и на науку, и всё это благодаря маленькому телевизору, беспрерывно работавшему в углу ларька на крыше большого холодильника. Волей-не волей, она была в курсе всех событий и открытий, смотрела также ток-шоу, периодически не в ущерб торговле матерясь в сторону телевизионного ящика.

– И зачем это Медведеву надо, мою любимую милицию обозвать обидным словом полиция? Мой дедушка Ашот (ему без трёх дней 104 года) под старость совсем запутался. Лично у нас это переименование возникает в другую в ассоциацию – «Лежачий полицейский», чего наш родственник в ГАИ считает обидным, сестра Ася очень эротичным, а брат Жорик иногда называет так своего верного друга неподнимающегося выше пояса!

Хочется отдельно заострить по поводу новой формы для полиции, которую для них специально Киркоров с Юдашкиным придумали. Говорят, теперь они летом в шортах ходить будут. Я, правда, даже в страшном танце представить не могу как мой племянник с его агрессивной волосатостью на ногах, смотреться в форме будет. Но это полбеды. Теперь надо в милицию набирать стройных мужиков чтоб в новой форме смотрелись. И красивых девушек с большим размером груди, чтобы если они подошли к вам и вежливо попросили, то чтоб у вас уже не было возможности им отказать.

Есть ещё одно дельное предложение от Жорика такое… Надо чтобы, когда в Сочи в очередной спецпроезд будет, то, чтоб милиция вдоль дороги с яркими красивыми воздушными шариками стояла, и городу украшение хорошее, детям приятно, и весело становится. Ну, а когда главный хоровод по дороге уже пронесется, шарики в небо выпускать, чтобы жители Сочи глядя вверх сами могли понимать, где уже дорога свободна, – доработала идею тётя Соня.

Услышав новость и увидев краем глаза на экране высокого чиновника, она не стесняясь могла обратится к нему прямо в экран:

– Слушайте министр, я тут краем уха слышала, что скоро не ладное с выпивкой должно произойти, особенно вечером. Какой-то запретительный закон на напитки введут в ночное время. Непонятно, как можно, скажите, уважаемый, отменить в самое ходовое время продажу алкоголя, да ещё в Сочи. Отмените лучше сразу лето! Лето без водки – отпуск на смарку!

Зачем подвергать Сочи таким санкциям, а отель моей заловки Сусанны экономической блокаде. Что делать Сусанне с её частной гостиницей «У Ручья», в которой по трезвому ночевать невозможно. А что делать бармену Вовчику на пляже в Лоо если его пиво пили вёдрами только с утра, с глубокого похмелья. Кого теперь волнует это похмелье. Да, и вообще кого теперь волнуют красивые девушки с Алтая, ведь в отличии от Золушки красивыми они становились только после 12-ти ночи. И что скажите делать Люсе, ей давно уже за 40, а мужикам она нравилась, тем которые употребляли много и часто то что за 40.

Что вы там надумали, не знаю. Вот есть магазин «24 часа»? И что? Что теперь переименовывать «24 часа» в магазин «Только до 22.00»? Кто там без водки будет покупать колёсики чесночной колбасы по-сочински? Как скажите смотреть Сусанне на торговлю, если вся выручка начинается с вечера, а днём только кефир, минералка и До Ширак? А что подскажите делать Семёну Васильевичу водителю автобуса №6, большому любителю шансона? Люди перестанут ходить на шансон, они перестанут узнавать нашего земляка Стаса Михайлова, очень приятного человека, я знала его папу. А ведь только они собирали полный зал. Думаете Юрик-Джан ваш Башмет соберёт полный «Фестивальный»?

Ну, а если артисты перестанут ездить, Фестивальный опустеет, то что делать моей заловке, которая там цветы продает? Куда нести ей свои букеты эконом-класса, разве что на кладбище, а там летом тоже не сезон.

Ладно, там «Фестивальный», кто теперь будет собираться на площадях во время городских праздников? А есть ли дальше смысл проводить Фестиваль Кинотавр, если всё самое интересное, там поздним вечером начинается, а выпить уже негде.

Да и какая выгода отдыхающим после десяти вечера из номера выходить?

Я вам так скажу немного, местным тоже никакого интереса нет в кафе шашлык заказывать. Песня «Кайфуем» потеряет свой смысл.

Как не скучать женщинам лёгкого поведения, если клиент по трезвому начнёт экономить, к жене прижмётся и ни к какой другой тёте не поедет. Куда идти девушкам по вызову, если вызывать перестанут?

Кстати, уважаемый Первый министр, и о детях тоже. У моего родственника, родной сын Андрей Александрович Иванов в ГАИ работает, вы о нём не подумали. Что ему делать? Где искать пьяных водителей? Как теперь на жизнь в коттедже зарабатывать? Как отбить вложенные его папой деньги на профессию?

Да и отдыхающим, этим не местным жителям как быть, как им из Сочи в гостиницу обратно по трезвому добираться? Наши же таксисты сами понимаете отсутствие знания правил дорожного движения всегда стараются высокой скоростью езды компенсировать, и тут без выпивки поездка в комнату страха превращается! … Э-э, что тут говорить, выпить надо, – закончила в сердцах тётя Соня.

Но даже и у скромного пляжного бизнесмена Сочи бывают свои звездные минуты. Не всё же время к телевизору обращаться, довелось й как-то увидеть городское начальство в живую. Наш мэр делал традиционный обход вверенной ему территории, в данном случае городского пляжа. А тут, как назло, давеча приняли закон, ограничивающий курение.

Тётя Соня, во-первых, не поленилась, а во-вторых, не постеснялась подойти высказаться.

– Слушайте товарищ Мэр, что твориться? В Сочи началась война. Гражданская, брат на брата, сын на отца. Война некурящих с курящими. Кто первый начал уже не разобрать. На пляжах и в парках появились «зоны свободные от курения». Предлагаю, чего уж там, сразу сделать в санаториях «номера без секса», в кафе и в ресторанах о «столики без алкоголя», в кафе «Хинкали без мяса».

Задумайтесь что будет с городом Сочи если не будет сигарет?

Исчезнет самый верный способ познакомиться с девушками из Саратова у мужиков, и с мужиками из Тюмени у девушек из Вологды. Фраза «А у Вас прикурить не найдётся?» можно будет услышать только от водителей с посаженным аккумулятором. Если нет повода для знакомства – станет меньше любовных приключений в Сочи, и как следствие упадёт рождаемость весной в регионах. А мы ведь только обрадовались с Президентом России улучшением демографии.

Многие кафе понесут убытки, так как посетителям, ожидающим официанта с заказом (если блюда не приготовлены предусмотрительно три дня назад), не чем будет занять себя за столом. Да, и как выпить две бутылки водки на двоих, если между рюмками не выкуривать по сигаретке, посиделки вообще лишаются смысла. Мы же не какие-нибудь там англичане, которые могут за ужином проводить деловые встречи, решать глобальные или локальные проблемы, у нас в Сочи за накрытый стол садятся, чтобы отдохнуть!!!

Признаться, пачка сигарет в кармане – это удобно! Можно в неё деньги засунуть, можно на одной стороне телефончик чей-то записать, можно на столе на банкете оставить, самому выйти, а место уже считай, застолбил.

Все прилавки и витрины ларьков и магазинов станут сирыми и убогими без красиво выложенных цветных пачек сигарет.

Повыситься безработица в Сочи. Уволят всех дворников с перронов, вокзалов, тротуаров, так как там кроме бычков ничего больше не падает. Всё, зачем дворники нужны? Уволить тетю Зину, а у ней муж пьяница безработный и четыре кошки во дворе голодные.

Как будут взрослеть наши дети? Как теперь показать одноклассницам что ты уже взрослая, уже не достанешь на перемене пачку сигарет?! Как они узнают, что ты взрослая без сигареты во рту? Ведь то, что ты уже год спишь со своим соседским мальчишкой с параллельного «Б» класса, об этом не расскажешь.

Пропасть между бедными и богатыми станет пропастью. Сигареты – это единственный способ социального равенства среди населения. Ведь наш шашлычник Оник курил те же сигареты что и Олег известный олигарх московский. У Жорика всегда хватало денег на «Ротманс».

С запретом курения мы потеряем знаменитую сочинскую стрипизершу Джулию, потому как единственный приличный танцевальный номер у её был с сигаретой в мундштуке, только тогда, когда она делала глубокие затяжки в танце, мужики хоть как-то могли отвлечься от её задницы, и полюбоваться каким-никаким костюмом. Её же только из-за этого номера приглашают выступать. Что ей делать, если потеряет работу, куда идти, чем платить за комнату на Вишнёвой?

Вот ещё Вам, мы потеряем активную молодежь города! Если все бросят курить, с кем будут бороться активисты молодежного движения «Молодая Гвардия», других-то проблем в городе вроде как нет! А бороться за доступ к сочинским пляжам в летний период, не их дело. Всё! Молодёжь сразу станет не активной и пойдет пить, – закончила отповедь передовик сочинского общепита.

Уважаемый Мэр сам любил поговорить, поэтому, как только выпала пауза он произнес:

– Бросить курить никогда не поздно!

Тётя Соня не дала ему устно разойтись и резюмировала чтобы не устраивать ток-шоу на пляже:

– Я думаю, значит у людей еще есть время! Надо всё делать постепенно, не торопясь, как и всё у нас делается в России, и не пороть горячку! … Ладно, не обижайтесь, приезжайте, когда у Вас вдруг желание возникнет, заходите ко мне в гости, я вам пирожков бесплатно сделаю.

После всего высказанного она быстрым шагом направилась к своему ларьку, так как бизнес не терпит пустоты.

Вот такая она тётя Соня, звезда пляжной жизни, талантливый во всём человек, каких в Сочи пруд пруди. Но почему если в Сочи живет очень талантливый народ, так мало известных личностей? Потому что чтобы стать известной личностью, надо поехать в Москву. А зачем? У нас здесь так хорошо и благодатно, что мы никуда не дергаемся. А грандиозных событий в Сочи хватает. Взять хотя бы ту же Олимпиаду. Для кого-то она длилась две недели, а для сочинцев долгих семь лет, с момента объявления Сочи столицей зимних олимпийских игр. Сделать из Сочи Центр Спорта та ещё идея, которая долгое время не давала покоя местным жителям. Не осталась в стороне и наша героиня.

– Этот Олимпстрой, что вообще задумал? Столько спортивных объектов, у нас столько спортсменов нет.

– Как нет? У нас каждый второй ходит в трениках и в кроссовках.

– Они только в душе спортсмены, а так, все силы на застолье тратят, ну там ещё на всякие приключения. Все эти Дворцы Спорта надо строить рядом с нашими кафе, чтобы сразу на месте медали обмывать. Да и нормальное питание спортсменам наладить. Кто контролирует что они едят? Наверняка некачественную и не сытную пищу, а потом им бедненьким приходиться допинг принимать, чтобы силы были. Всех спортсменов после тренировок надо отправлять в местный общепит!

– Ага, к тебе на пирожки…

– Не только! Шашлык, хачапури, хаш, чебуреки и много другой питательной пищи. Вон возьми моего брата, как только из-за стола выйдет, может три часа танцевать пока музыкант ноутбук не закроет, а потом ещё до обеда супружеский долг за кого-то исполнять.

– Э-э, наши всё равно проиграют…

– Надо сделать наоборот, не то, чтобы выиграть это выгодно и премия, а наоборот, проигрывать не выгодно. Надо спортсменам не гонорары за победу выплачивать, а наоборот с них за выступления деньги брать. Перед Олимпиадой договор с ним обсудить: «Какое место займёте, столько тысяч долларов должны будете! Пятое место – пять тысяч баксов, десятое – десять тысяч отдадите! Семидесятое, я в биатлоне такое видела, сразу семьдесят тысяч УЕ!» И не только спортсмен, но и тренера надо тоже на счётчик поставить! Пусть стараются.

– А тренер причем?

– Все беды от тренеров. Надо уволить всех тренеров сборной, а заниматься спортсменами поставить их родителей, тогда дети вырастут послушные, здоровые и сильные. Разве может нормальный ребенок подвести своих родителей, или опозорить их, проиграв каким-нибудь канадским пусть даже хоккеистам? Папа никогда в убыток сыну работать не будет. У нас ведь как на Кавказе, когда ребенок вырастает красивым и известным, с гордостью спрашивают: – Кто твой отец? Правда, когда наоборот плохо случается почему-то всё время маму, вспоминают! Но по любому, родитель лучше своего чемпиона знает…

– А если и это не поможет?

– Надо исключить не понятные простым сочинцам виды спорта из олимпийской программы, кёрлинг, шорт-трек и включить наши традиционные виды спорта, не побоюсь сказать: напёрстки, короткие нарды, шишбеш, подкидного дурака, косынка на компьютере тоже наш вид спорта, у меня соседка запросто четыре масти укладывает! … А ещё как говорит Жорик, надо чтобы костюмы лыжниц, хоккеисток и тех, кто играет в керлинг – стали более откровенными, чтобы там можно было что поглядеть. И больше замедленных повторов показывать, это реально прививает любовь не только к спорту, но и к конкретной спортсменке.

– Вот придёт Олимпиада и будет всем нам праздник.

– Пока она придёт, будут всем нам нервы. Смотри сколько всего разворотили с этой стройкой, весь город в пыли и ходуном ходит. Кто сможет всё это прекратить?

– Это может сделать только Гудвин, волшебник страны Оз.

– Согласно, хоть сейчас бери и к нему обращайся.

– И что ты ему скажешь?

– Как что? Дорогой Волшебник страны ОЗ, у нас, с недавних пор поселился некий Железный Дровосек, который рубит и щепки летят. У меня вопрос, когда Вы сможете, наконец, дать ему доброе сердце, чтобы он не погубил наши красивые и редкие деревья, окончательно. Сжальтесь хотя бы не над ним, а над нами, дайте скорее ему доброе сердце!

И накажите, эту злую Волшебницу, которая строит свои каменные замки по всему нашему городу, создавая новые темницы, для наших жителей. Говорят, её поддерживают, как мы помним из сказки могущественные летающие обезьяны. Злая волшебница превращает всё прекрасное в ужасное, доступное в неприступное. Можете ли Вы, уважаемый Гудвин освободить наш город от её бетонно-высотной магии?

А ещё, дорогой Волшебник страны ОЗ, дайте, пожалуйста, храбрости нашему местному Льву, который призван защищать нас и наш маленький город от злых ведьм и коварных обманщиков. Дайте ему смелости и решительности отстоять красоту курорта. И последнее на сегодня… Дайте мозгов моему Страшиле, моему мужу. Когда же он, наконец поумнеет и поймёт, что эти молодые бабы дают этому Страшиле не потому, что он такой красивый и сексуальный, а потому что тратит на них много денег, которые, кстати, зарабатываю я, в своём ларьке на берегу Черного моря.

– Я смотрю ты прям хорошо эту сказку знаешь?

А что её не знать? Тётя Соня, как и все девочки советских времен зачитывалась сказками, а не сидела в смартфоне. Она тоже в детстве мечтала стать Принцессой, но Принца своего она не нашла, а того, что стал её мужем, нашли ей родители, и как выяснилось не о ком мечтала. Да Принцессой не стала, зато была признана Королевой, Королевой пирожков в Сочи.

Вот так, её сказка оборвалась на последней прочитанной ей странице детской книжке.

Но своими душевными монологами она порой рассказывала такие вещи, которые можно смело отнести современным городским сказкам для взрослых. Вот например:

Как-то давным-давно в далекие времена, на территории современного Сочи, один сочинец случайно пустил к себе на порог отдыхающего, а тот задержался на месяц. С тех пор чтобы этого больше не случалось, сочинцы сами приглашают отдыхающих в свои дома, а чтобы те не задерживались, придумали посуточную оплату.

Ещё:

Как-то давным-давно в далекие времена, на территории современного Сочи, один Гаишник случайно вместо прав забрал деньги, и зайдя вечером в кабак, обнаружил ошибку, и расстроился на две бутылки коньяка. С тех пор, чтоб Гаишники больше не ошибались и не расстраивались, сочинские водители сразу вместо прав предъявляют деньги.

Ещё:

Как-то давным-давно в далекие времена, на территории современного Сочи, один официант случайно обсчитал отдыхающего и построил на эти деньги себе дом. Но добрые сочинские рестораторы, решили бороться с обманом, и чтоб никто никого не обсчитывал, а официанты могли строиться, блюда стали стоить в два раза дороже.

Про политику:

Как-то давным-давно в далекие времена, на территории современного Сочи, одна сочинская бабушка обозвала случайно сочинского градоначальника «выходцем с Кубани». С тех пор чтобы люди больше не обзывались, а градоначальники не обижались, их стали присылать к нам с Кубани.

Про Олимпиаду:

Как-то давным-давно в далекие времена, на территории современного Сочи, на даче одного высокопоставленного сочинца во время просмотра Зимней Олимпиады случайно погас свет, и он пропустил старт биатлона. С тех пор чтобы даже самые высокопоставленные сочинцы не смогли пропустить олимпийские игры, а биатлон можно было посмотреть в живую, Олимпийские игры решено было провести в Сочи.

Про скульптуры из труб:

Как-то давным-давно в далекие времена, на территории современного Сочи, один сочинец понес сдавать металлолом, а у него его не приняли. Тогда он со злости, бросил его там, где стоял. И кто-то случайно заметил в груде металла черепаху. С тех пор, чтобы люди не злились, и не бросали металлические отходы, где попало, им стали выделять лучшие места в парках, а собранные в кучу обрезки металла называть скульптурами.

Про армян в Сочи:

Как-то давным-давно в далекие времена, на территории современного Сочи, весь город встречал одного сочинца с кругосветного путешествия на воздушном шаре. Он рассказывал, что, пролетая над Южным полушарием, видел армян. И что все они сплошь курносые голубоглазые блондины. Народ восторженно хлопал. С тех пор чтобы народ не обманывали, а городской бюджет не тратил деньги на этнографические экспедиции, в Сочи решено было поселить армян.

Про музыкантов в кафе:

Как-то давным-давно в далекие времена, на территории современного Сочи, когда во всех ресторанах Сочи пели только песни знаменитостей таких как Элтон Джон, Стинг и Мадонна, один очень веселый сочинец решил заказать песню, про чёрные глаза. Но никто не согласился, даже за сто рублей. С тех пор чтобы не обижать сочинцев и дать им возможность тоже танцевать, рядом с Сочи построили Адлер и Лоо, а в них много кафешек с музыкантами на лёгких принципах.

До всего было дело тёте Соне. Мир крутился вокруг неё своими красками, хотя самого мира она не видела, никогда никуда из Сочи до 45 лет не выезжала, но страстно этого хотела. Например, побывать в Китае и выяснить, правда ли китайцев полтора миллиарда? Если да, то почему они никак не представлены в Сочи? Вот бы она их угостила недорого…

Впрочем в 45, она наконец-то выбралась заграницу, но об этом будет отдельный рассказ.

Кинотавр.

До того, как в Сочи появилась Олимпиада, Формула 1, Чемпионат мира по футболу, тоже что-то проходило. Не в таких масштабах, но гремело знатно, например ежегодный фестиваль Кинотавр.

Многие специально планировали свои поездки в Сочи именно в даты проведения этого мероприятия. Все, кто первый раз попадал к нам в эти заветные дни, грезил о тусовках, встречами со звездами. Но вскоре успокаивался и довольствовался лицезрением Звёздной дорожки. Ну, а люди искусства творили событие, которое раньше широко освещалось центральными СМИ.

Славному кинофоруму уже больше 30-ти лет. Его история тесно связана с тысячами историй сочинцев и гостей курорта. У всех она своя, в том числе и у меня, и даже не одна.

Эх, было время, захватили веселье, отметились на пляжных вечеринках фотографиями и не только. Попасть туда мне помогала моя работа, занимался подбором промоутеров, артистов и музыкантов, танцоров на шумные презентации новых фильмов. Это были то Щелкунчик, то Джуманджи, то Яйца Судьбы. На последний из фильмов кстати заказывали не только стриптизеров в красных семейных труселях, но и повара с большим казаном приготовить плов для всей вечеринки.

А также мне довелось провести пару вечеринок для участников Кинорынка в той славной Жемчужине, у того самого бассейна.

Кинотавр всегда был одним из главных событий. Майские праздники не доставляли нам столько радости, как то, что случалось сразу после ежегодной выставки пива, устраивавшей кстати мощные трехдневные заплывы музыки и пива на площади перед Зимнем театром.

Кинофестиваль делал нас на несколько дней центром Вселенной. К нам приезжали звезды мирового кинематографа. На брудершафт мы с ними не пили, но каждый сочинец знал, что они где-то здесь, где-то рядом.

Кинотавр как показатель всего города Сочи, со временем, он стал респектабельнее, как и сам наш курорт. Бесшабашность и романтичность, не исчезла, её просто стало меньше и её оградили от посторонних добротным забором морали. Что там сейчас происходит, я не ведаю, в памяти остались несколько приключений начало 2000-х. Об одном из них я напишу.

С момента приезда в город Сочи, с 2000 по 2011 год я не пропускал ни одного Кинотавра. Ходил на открытие-закрытие, концерты. Какое там показывали кино, какой фильм победил мы порой не знали. Но звезд мы видели, не только на звездной дорожке, не только на концертах на сцене у главного входа в Зимний театр, но и в городе, и за городом. Тогда известные люди не стеснялись отдыхать. Кругом царило духовное панибратство: – О, смотри Космос пошёл, – кричали мы, завидев Дмитрия Дюжева. – Здорово Брат-2, – почему-то с цифрой приветствовали Виктора Сухорукова. – Лёня, дайте автограф! – кричали девушки навстречу, но Ярмольник не давал и проходил мимо, наверно, потому что обратились не по отчеству.

Для нас кинофестиваль был всероссийской тусовкой, а по рассказам моих знакомых ребят, официантов и консьержей, была ещё и всероссийской пьянкой, и это понятно, потому как артисты тоже россияне, и на алкоголь в свободном доступе реагируют тоже по-нашему.

Прикоснуться к прекрасному каждый понимает по-своему. Кто-то в буквальном смысле слова, кто-то хотя бы косвенно. Да и само понятие Прекрасное относительно.

Жадные до гламура россияне из провинции курсировали по набережной в поисках заблудившихся звёзд. Не находили, возвращались домой, и рассказывали увлекательные истории. И им верили, потому как особо не проверишь. Это было романтичное время, можно смело представиться звездой, и никто бы не полез искать твою страничку в инстаграме. Да, вполне.

Но мы на звезд мы не претендовали, а вот к киноискусству, грешным делом, в личных целях однажды себя причислили.

Мы познакомились с Михой в 2002 году в модном по тем временам ночном клубе «Восьмое небо», я в то время вместе с Павлом Фадеевым делал там вечеринки. Миха приехал из Москвы в составе танцевальной команды, показывающей мощный акробатический брейк-дэнс в юмористической постановке. Денег они тут особых не зарабатывали, но на потусоваться и погреться в теплом месте хватало. Своим спортивным телом они могли бы зарабатывать больше, практикуй они работу стриптизерами, но они были старой уличной закалки 90-х, и поэтому считали это, мягко говоря, не искусством.

Михе было уже давно за 30. Вне танцпола он носил классическую одежду и очки в строгой оправе с линзами минус 2, со стороны он был больше ботаником, чем модным танцором. Но девушки даже и в таком прикиде разглядывали в нём мачо. Его скрытому обаянию мог бы позавидовать даже я, и завидовал если честно. Он легко знакомился с девушками, и добивался не только внимания. Девушек красивых в Сочи хватало, а у него тем более, и зачем ему это было надо, я не знаю, но однажды он подписал меня на одну авантюру.

– Ты в курсе, через два дня открытие Кинотавра? – спросил меня Миха.

– Да, но в этом году вряд ли попаду на Звездную дорожку, – ответил я сославшись на занятость.

– Я не про то, мне эти звёзды по барабану. Меня больше интересуют те, кто так или иначе хочет прикоснутся к Прекрасному, то бишь киноискусству или шоу-бизнесу. Кинотавр этой такой шанс замутить с классными тёлками. Переспать с принцессами.

– Думаешь им это надо?

– Каждая принцесса мечтает стать королевой, а каждая из девчонок мечтает стать кинозвездой.

– Для многих переспать слишком большая цена.

– Не факт. Понимаешь, этим тёлкам со всех экранов и страниц постоянно твердят, что попасть в кино или в шоу-бизнес можно только через постель, они уже знают, что это на уровне закона РФ.

– Ну и каким Макаром ты собираешься затаскивать их в постель?

– Мы на время Кинотавра станем его участниками, – уверенно произнес Миха.

– Ты снялся в фильме?

– Нет

– Ты родственник Марка Рудинштейна?

– Нет

– Но если бы ты был любовником знаменитой актрисы, то такое бы точно не предлагал. А может ты любовник знаменитого артиста? – предположил я.

– Бог с тобой, я хоть и хороший танцор, но без амбиций. Просто подумал, а почему бы не затусить на Кинотавре с девчонками раз со звёздами не светит.

– Максимум, где ты можешь тусить, это за оградкой Звёздной дорожки, на всё остальное нужен специальный пропуск, – подпалил я пыл Михаила.

– Повторяю, меня не интересуют ни звёзды, ни кино, ни халявные вечеринки! Только дамы, крутящиеся вокруг Кинотавра. Мы представимся нужными людьми и девки рекой поплывут в наши объятия.

– А если раскусят? – резонно спросил я.

– Продюсерами мы точно называться не будем, их уже многие пофамильно знают. Режиссерами тоже представляться не будем, можно помрежами. Ну или кем-нибудь значимыми из съёмочной группы.

– Чур я буду директором по персоналу, – забил я на должность.

– А я автором сценарий, их вообще никто не знает.

– Хорошо, а дальше? – поинтересовался я.

– Снимем номер в Жемчужине.

– Это не реально, – ответил я.

Снять номер вовремя Кинотавра в эпицентре событий в гостинице Жемчужина было слишком дорого, а значит не для нас. Удивительно, но совсем недалеко от Зимнего театра находилась старая и по документам, и по своей внутренней отделке гостиница Приморская, номер в которой стоил всего 2000 рублей в сутки, что мы уже могли потянуть, что мы и сделали.

Чтобы сильно не тратиться, мы решили приглашать девчат в ближайшие от Жемчужины кафе, в дневное время, ссылаясь на разгар рабочего дня, а значит и на отсутствие времени на расслабон, так что беседы должны ограничиваться чаем, кофе, иногда ещё и недорогим десертом если девушки уж очень хороши. Знакомство должно проходить в кафе, а кастинг уже в номере, ведь в Сочи нет своей киностудии, а значит и павильонов. Для солидности и пущей убедительности пришлось раскошелиться на целых два номера в отеле. А ещё и на шампанское и фрукты с конфетами.

Осталось только обсудить алгоритм развода на славу и почёт в кино-шоу-бизнесе.

– Главное, претенденток на наше внимание должно быть обязательно двое, мы объявим, что вакансия на роль одна, тогда они будут конкурировать за место, и отдаваться по одной, – давал вводные Миха.

– А если одна будет красивая, а другая страшная?

– Бросим монетку кому какая, или для красивой устроим кастинг в два этапа, ну или спросим про других подруг, – рассыпался вариантами сообщник.

– Ладно, в чем суть кастинга?

– Приглашаем в номера, а там при помощи тонкого мушкетерского намёка предлагаем…, предлагаем. – закончил Миха.

– Что?

– Ну как что? Лечь в постель.

– Нет, это как-то низко, я бы даже сказал не серьёзно, – возмутился я. – Не, я не могу так откровенно, пусть хоть для приличия песни почитают, стихи попоют. Давай я какой-нибудь сценарий на нескольких листах распечатаю.

– А это правильно. Давай, что-нибудь из известного, скажем снимаем ремейк.

– Надо также продумать как мы будем проверять актёрские данные? – продолжил я.

– Это ложиться целиком на тебя, ты же у нас в институте культуры учился, – отмазался коллега по мифической съёмочной группе.

– Хорошо, но для этих целей нужна камера, на которую мы будем записывать пробы, – не отставал я.

– У меня есть, «Сони хэнди кам», только без штатива, можем держать её в руках.

– Сойдёт! Ладно, тогда я займусь сценарием, а ты протри камеру, чтоб была как новенькая.

Вот, вроде всё обсудили, осталась только одна маленькая деталь.

– Где мы их будем искать? – спросил я Миху.

– Зачем? Они сами будут нас находить, – ответил тот.

Но за первый день нашего назойливого шатания по набережной и многочасового сидения в кафе, к нам никто кроме официантов не подходил.

– Заметь, – заметил я Михаилу, – К нам даже проститутки ни разу не подошли, чего уж там говорить о порядочных девушках, мечтающих о кинокарьере.

– Нам сойдут даже те, кто просто хочет познакомиться с интересными людьми из мира киноискусства.

– Но даже и таких нет на горизонте.

Нет, но на горизонте то конечно были, Сочи тут и там пестрил красивыми особами, только как говориться мимо кассы, нашей кассы, из которой мы за первые сутки потратили 4000 руб. на номера, и около 2000 на кафешки.

– Так дело не пойдёт! – объявил организатор мутных кинопроб. – Надо действовать, брать инициативу в свои руки.

– А я тебе сразу говорил об этом, – подметил я. – Под лежачий камень баба не бежит.

– Верно! Нужно как-то проявить себя, чтобы нас заметили. Пойдём, пройдемся по холлу Жемчужины, – сказал Миха, и мы пошли.

Но это была плохая идея. Во-первых, там бродило много настоящих продюсеров и режиссеров. Во-вторых, среди молодых дам там присутствовал только персонал и проститутки, которых тоже можно смело причислить к персоналу отеля. В общем снова пару часов выброшены из жизни.

– Пойдём на бассейн, – предложил я.

– Точно! Пошли! – поддержал Миха, мы пошли, но не прошли, на время Кинотавра, охрана пускала только постояльцев отеля.

Мы прогулялись туда-сюда по набережной, улыбались проходящим девушкам, но так как наши улыбки не монетизировались предложениями на нас никто не клюнул.

– Так дело не пойдёт, нужно как-то обозначить себя, блеснуть лучами звезды, тогда и народ подтянется, – сказал я на исходе дня.

– Логично. Есть план? – спросил меня напарник.

– Есть. Кафе «Утёс», прямо на спуске с гостиницы Жемчужина на пляж. Там мы разыграем свой сюжет на две премии Оскар.

– Это уже интересно. Как?

– Помнишь таксиста, который довозил нас несколько раз со скидкой, ты говорил, что он твой друг, – продолжил я. – Он местный, и выглядит как армянин, он нам может помочь.

– Поподробнее пожалуйста, – заинтриговался Миха.

Я рассказал ему свой заманчивый план, который требовал дополнительных финансовых затрат, так как Жорик таксист, хоть мне и друг, но совсем за бесплатно ничего делать не будет.

Вскоре мы шли в кафе, а вместе с нами шёл второй день после открытия Кинотавра, которое мы естественно смотреть не пошли, так как, во-первых, не пристало нам кинодеятелям наблюдать из толпы за другими, более успешными соратниками. А во-вторых, чтобы не отвечать на резонный вопрос: «а чё вы не в Зимнем?».

В этот раз мы подобрались поближе, в этом кафе нет-нет да кто-нибудь из известностей присаживался на пару чашек кофе или пива. А главное, там работало пару знакомых официантов.

Мы уверенно зашли во внутрь открытой зоны кафе, раскинувшейся на пригорке, и присели за столик рядом с тремя молодыми дамами.

Полчаса у нас ушло на анализ их семейного положения. За это время к ним никто не подсел, никто не позвонил, этого хватило чтобы понять, что это судьба, правда с побочными эффектом в виде третьей подруги, а может и сестры.

Можно было бы, конечно, взвалить её на Жорика, но он пылу страсти мог наговорить много лишнего и нас спалить. Пошли по заранее подготовленному плану.

Звонок другу, и вот уже через пять минут в кафе вальяжно входит лучший таксист черноморского побережья Жорик из Лоо.

Он остановился, оглянулся и завидев нужный объект распластался в улыбке. Затем он, вальяжной походкой, демонстративно пройдя мимо дам, подошёл к нашему столику и произнёс:

– Здравствуйте! Вы меня не помните? Я вас довозил с аэропорта в Жемчужину, на фестиваль.

– Да, да, припоминаем. Спасибо! – ответил ему Миха.

– Вы вчера приглашали меня на открытие, но я не смог, работал.

– Ничего страшного, вы ещё можете побывать на закрытии, там будут награды и победители, – без тени сомнения сказал мой компаньон.

– Спасибо! Спасибо! – продолжил Жорик. – А вы не могли бы мне дать автограф?

На этих словах двое из трёх девчат устремили взгляды в нашу сторону.

Наш друг достал из кармана припасенный по этому случаю маленький блокнот и протянул его чуть ли не под нос Михаилу.

Миха взял блокнот, достал не весть откуда взявшуюся ручку и расписался, после чего важно вручил блокнот мне.

– Ваша очередь Сергей Николаевич, – сказал он.

Я тоже оставил автограф и пожелания «Сняться в фильме и получить Оскар».

Счастливый Жорик, отработавший скромный гонорар искоса поглядывая на девчат, попятился задом к выходу произнося на ходу:

– Будете на Кинотавре, передавайте Абдулову и Харатьяну большой привет! Пусть за персиками заезжают.

Это уже было импровизация находчивого таксиста.

На знакомых фамилиях на нас уставилась и третья участница женского междусобойчика.

Она-то первой и завела разговор с нашей творческой группой.

– Извините, а вы вправду знаете Александра Абдулова и Дмитрия Харатьяна?

– Не то, чтобы в гости друг к другу ходим, но по работе приходиться встречаться, – с удивительным спокойствием ответил Миха.

– А где вы работаете? – последовал следующий вопрос.

– Я автор сценария на Мосфильме, а Сергей Николаевич – директор по подбору актеров и актрис, – зачем-то добавил актрис Михаил Римович.

Мы было как-то неуютно, последний раз по отчеству меня называли год назад, на тот момент ещё милиционеры, когда забирали в отделение за отсутствие регистрации. Но это ещё ничего, вот у собрата моего отчество – Римович. Понятно, что папу звали Рим, но звучала как будто это мамы Риммы прилетело. Ну, да, хрен с ним. Вроде как завертелось.

Мы перекинулись несколькими фразами, и предложили прогуляться по набережной, чтобы не дай Бог не нарваться на случайно зашедшего в кафе Абдулова, говорили он здесь как-то ел. Или встретить тут Ермольника, который вряд ли обнимет нас, даже в кафе Утёс.

Девушки единогласно согласились на прогулку. Все дружно рассчитались сами за себя, и мы выдвинулись в сторону морского порта Сочи.

Набережная Маяк ничем не выдавала Кинотавр, ни афишами, ни украшениями, ни россыпью артистов, которые могли являться украшением променада. Дым от мангалов, воинственный хит-парад шансона, у каждой перпекусочной он был свой, люди в плавках и с пластиковыми бутылками пива, тиры-бросалки в пустые банки, ничего здесь не выдавало праздник селебрети. На всех этих сочинских реалиях 2002 года, наша компания смотрелась очень даже прилично.

И всё бы хорошо, только вот лишняя особа в нашем коллективе рушила намеченные планы.

Конечно, мы смогли всех троих погнать на кастинг, но что делать с финальной стадией задумки, ведь пятеро, это уже совсем другая история. Я ума не мог приложить как выпутаться с этой ситуации.

Но это я, а Миха… Либо он так сильно хотел, либо в этом танцоре спал великий режиссер-сценарист.

Где-то на подходе к знаменитому ночному клубу Малибу, он достал свой телефон, набрал какие-то цифры и выждав паузу произнес:

– Алло, Никита Сергеич, добрый вечер! Ну что, можете поздравить, актерский состав практически набран, осталось только найти на роль Лидочки. Завтра как раз двоих просматриваем. … Да, естественно. … Куда же без этого. … Да, я вас понимаю.

Девушки переглянулись.

– Это он Михалкову? – спросила меня одна из девушек.

– Ему, – ответил я небрежно. – Новый фильм, нам доверена подготовка.

– Ух, ты! – восторженно произнесли девчонки. – А про что фильм?

– Жизненный, – ответил я, также, как всегда, характеризовала все увиденные фильмы моя бабушка.

– Как интересно, – восхитилась эта же красавица. – А меня кстати Лидия зовут, также, как и вашу героиню фильма, на которую вы ищите актрису.

– Какое совпадение, – восхитился теперь Миха. – А не хотите, кстати, попробоваться на роль?

– Что вы?! – ответила Лидия. – У меня никакого опыта, ни одной серьёзной роли, только школьный театральный кружок, и танцевальная студия при районном Доме Культуре.

– Уже не плохо. Я советую пройти вам кастинг, – объявил самозванный кинодеятель.

– Ой, не знаю… Это надо, наверное, ехать в Москву, на Мосфильм?

– Необязательно в Москву, можно начать прямо здесь…

– Здесь???

– А чего откладывать, сроки горят, Лидочка не найдена, а тут такие девчата красавицы, наверняка с большими талантами.

– Что прямо здесь? – ещё раз спросила Лидия.

– Да! – уверенно ответил Миха, – И начнём сразу с песен, так как наша героиня в фильме поёт. Пройдёмте в караоке!

В 2002 году караоке в Сочи состояло из телевизора, приставки, пластикового стола и парня в шортах. Располагались эти караоке-центры по всем набережным на расстоянии в 20-ти метрах друг от друга, так что можно было слышать поющих соседей. Каждая песня заканчивалась цифрами на экране от 90 до 100 баллов, меньше я не видел, наверно, потому что у нас в стране каждый талантливый певец, если не в трезвом, то в пьяном состоянии точно. Если вдруг набирал 100, то тебе выпадала в руки бутылка шампанского, либо пиво Красный восток.

– Какую песню будете заказывать? – спросил нас грузный хозяин песенного фестиваля.

– Так, какие у нас там персонажи? – обратился вдруг ко мне Миха.

– Ну, … там… это… врачи, проститутки, военные, – выкрутился я.

– Давай что-нибудь про военных, – скомандовал Миха.

– Младший лейтенант пойдёт? – спросил караокщик.

– Это песня не про военного, а про молодого мента, – поправила Ольга, подруга Лидии.

– Слушайте, если фильме есть проститутки, то менты и бандиты полюбому будут где-то рядом. Так что пойдёт.

– А Лидочка в фильме случайно не проститутка? – поинтересовалась Лидия.

– Нет. Врач-гинеколог, – ответил я. – Проститутка залетела от военного, который обещал на ней жениться, но погиб. Она пришла к гинекологу и узнала в ней свою одноклассницу, которую когда-то чморила в школе. И конечно, доктор…

– Э, э, э! Стоп Сергей Николаевич ты сейчас весь сюжет перескажешь, людям потом фильм неинтересно смотреть будет, – возмутился так называемый автор всех сценариев.

Действительно, что-то я разошёлся, я ведь для кинопроб приготовил отрывок из Чехова «Три сестры». Теперь придётся срочно что-то сочинять самому. А если вдруг сегодня кастинг плавно перейдёт в номера, то не успею…

Лидия не слышала моих мыслей, она ушла в песню, и спела довольно-таки неплохо.

Увидев, что кастинг на роль в фильме не такое уж трудное дело, спеть захотела подруга Ольга.

– А можно я тоже попробую, – сказала она и попросила поставить песню Олега Газманова «Путана».

На эту песню Лидия ответила хитом тех лет «Опера» группы «Любэ».

Но Ольга не сдавалась, песенный батл продолжился.

– А там в кино, у вашей героини есть собственный автомобиль? – спросила она меня.

– Нет, – быстро ответил я, чтобы не объяснять какой марки, и откуда у неё деньги на авто.

– Тогда Алёну Апину, «Электричку»! Она значит по-любому на электричке ездит, – воскликнула Ольга.

Слава Богу, третья стояла спокойно, не участвуя в кастинге, ведь каждая песня обходилась нам в 200 рублей. За всё время они не выиграли ни одной 100-бальной бутылки шампанского. Нужно было срочно переключаться на актерское мастерство, пока у нас ещё оставались деньги.

– А пойдёмте куда-нибудь более безлюдное место, чтобы продолжить кастинг.

– Давайте к нам, на квартиру, мы тут рядом снимаем, – предложила Лидия.

– У вас там есть что выпить? – спросил Миха.

– Нет.

– А у нас есть. Тогда идём к нам, мы тоже недалеко сняли номер, – резонно предложил мой компаньон.

И все двинулись в гостиницу Приморская.

Конечно же в номерах никто никого не читал, ни Чехова, ни Коклюшкина. Зато, было выпито много вина, это тоже входило в условия кастинга, так как в нашем сценарии главным героиням приходилось часто пить, и надо было проверить, как будут справляться с этим в кадре наши претендентки на роль Лидочки, и не только её, ведь мы после пятого тоста уже обещали примерить на девчат и других киногероинь. С каждым бокалом вина, мы всё дальше отходили от сценария фильма, и от сценария кастинга.

Застолье плавно перетекло в вечеринку и в танцы под телевизор. И музыка, и наши голоса звучали всё громче, также, как и стуки в дверь от не в меру вредных соседей.

Всё было весело и классно, пока Миха не предложил пройти в свой соседний номер красотке Ольге, как объяснил он, чтобы обсудить нюансы.

Оказавшись наедине, он, долго не думая, предложил ей раздеться.

– Зачем? – спросила она его.

– У нас роль драматическая, серьёзная. А вдруг у тебя шрам на заднице или не приличная татуировка на лобке?

– Ага, ты мне ещё предложи постельные сцены порепетировать, – ответила Ольга.

– Кстати, было бы не плохо проверить эмоциональную составляющую этой сложной роли, – парировал Миха.

– Так, если потрахаться это не ко мне, – объявила дама. – Всё, до свидания!

Ольга демонстративна вышла из номера, зашла обратно к нам, забрала подружек и захлопнула за собой дверь.

– Миха, что случилось? Так классно сидели…, – спросил я вернувшегося собрата.

– Не дала, – коротко ответил он.

– Да, ну и хрен с ним, поехали в клуб, там без всякого кастинга найдём себе девчонок.

Но у него уже не было желания продолжать тусу, со словами утро вечера мудреней, он отправился спать.

В нашем распоряжении было ещё целых, три проплаченных дня в гостинице. Как ими распорядится мы не знали, но очень хотели отбить вложенные в Кинотавр инвестиции. Фестиваль не оправдывал ожидания. Сдаваться раньше времени никто не собирался, и мне следующим же вечером снова посетили кафе Утёс. Был снова кофе, после него был чай, салат, был вкусный хачапури. Не было только свободных девчонок, если кто и заходил, то либо парами, либо бальзаковского возраста.

Ситуация требовала хоть каких-нибудь действий, так как праздник не терпит пустоты.

И нам подвернулась удача.

К нам подошёл известный актёр одного из известного сериала про ментов. Он поздоровался и поблагодарил за наш презент в виде бутылки дорогого коньяка.

– Друзья, спасибо конечно! Но я бы всё-таки хотел поднять рюмочку за прекрасных людей вместе с вами! – произнес не самый трезвый на тот момент гость заведения.

Какая-никакая, но всё же кинозвезда, попросил принести три бокала и присел к нам за стол.

Нам фартануло по полной. За пять минут до этого явления, его за заслуги перед киноотечеством угостили не хилым французским коньяком. Не сосредотачиваясь на бутылке, подвыпивший артист пробежал взглядом по всем гостям заведения, и почему-то сфокусировал своё внимание на нас. В общем, он перепутал столики и подошёл к нам с благодарностью. Ну, а гости из Тюмени передавшие звезде тот коньяк, то ли не поняли его действий, то ли, решили, что он имеет полное право распоряжаться подарком по своему усмотрению, тем более распить его с коллегами из киноиндустрии за которых они нас приняли, отказались от всяких претензий. Сибирякам хватило «большого спасибо!» которое успел передать через официанта этот актер перед тем, как принять решение подойти к нашему столу.

Это было круто! Мы сидели в кафе со звездой и пили дорогой коньяк, да ещё за чей-то счет. Многие в кафе с завистью поглядывали в нашу сторону. О каких-то там кастингах речи уже не шло.

Мы опустошили приличный пузырь и проводив до входа в Жемчужину своего нового друга, отправились догуливать в Арт-клуб, стриптиз-бар, находившийся над казино Цезарь Палас. Там мы и зажгли, сначала коктейль Б-52, а потом, собственно, и сами. Где при этом закончилась память, а где гулянка, не понятно. Хотелось бы чтобы одновременно.

Как попали обратно в номера гостиницы Приморская, мы не помнили, на утро у нас не оказалось не только денег, и воспоминаний примерно последнего часа, но и новеньких дорогих часов Михаила, которые ему дарила любимая подруга на день рождения.

– Всё, надо завязывать с Кинотавром, – с обидой в голосе произнес он.

– У нас же ещё один день. Номер-то всё равно проплачен, – заметил я.

– Не важная вышла затея, ни денег, ни баб, ни часов, ни настроения.

– А мы в казино не заходили? – спросил я.

– Не помню, – ответил Миха. – Со мной такое впервые.

Мы ещё немного посокрушались по прошедшему, и морально, и физически, и к вечеру, когда уже пришли в устойчивое вертикальное положение, решили сходить напоследок в кафе. Так как денег после вчерашнего уже не было, я съездил к себе на квартиру за заначкой, гулять так гулять.

Мы пошли в Утес, но не дошли. По дороге нас встретил тот самый знакомый актер. Он был не один, а ещё с двумя участниками Кинотавра, которых мы где-то видели, но не помнили, где, скорее всего по телику или в Экспресс-газете.

– Знакомьтесь, – представил нас наш герой сериала. – Очень хорошие люди. Меценаты. Любят угощать нашего брата артиста.

– Очень приятно! Рады знакомству! – неожиданно обрадовались нам деятели киноискусства.

– Давеча, мы с ними знатно покутили по ресторанам.

– Что отмечали? Почему нас не пригласили? – тут же оживилась творческая братия.

– Ничего особенного, пили, веселились, с барышнями танцевали, – ответил наш звездный собутыльник. – Кстати, вы молодой человек очень даже неплохо танцуете. Не желаете сегодня удивить всех на вечеринки?

На этих словах мы поняли, что вслед за красавицей Фортуной, к нам заглянул старик Попадос, и нас явно тянут в ресторан на спонсорских началах. А со своими 5 тысячами в кармане я плохо гожусь на роль олигарха, а Михины танцы в чистом виде без денег, не особо кого интересуют.

– Взаимно, – улыбаясь натужно произнес я, – Мы как-нибудь с вами обязательно встретимся за широко накрытыми столами. А сегодня, извините, мы торопимся на деловую встречу.

– Это правильно, – подхватил наш знакомый актёр. – Деньги любят труд!

– Всё верно, – добавил Михаил и мы, попрощавшись, развернулись и быстро пошли в обратную сторону, откуда мы и приходили, даже не подумав, что выглядело это как-то не логично.

Так, особо не останавливаясь мы, сверкая пятками добежали до Морвокзала, где и присели отдышаться на лавочку.

Подумать только, мы простые сочинские пацаны совсем недавно и мечтать не могли о знакомстве с артистами, а тут такой шанс и мы берём и сваливаем, даже не сфотографировавшись с ними.

– Ну его на фиг весь этот Кинотавр! Я всё вспомнил. Я вчера свои часы подарил какому-то молодому продюсеру из Москвы, когда пили в Арт-клубе.

– Помнишь кто это?

– Не знаю. Или знаю, но не помню кто это.

– Может быть такой же продюсер-прохиндей, как и мы? – озвучил я вслух свои мысли.

– Да нет, вроде как он с нашим артистом был на короткой ноге, они с ним вместе появились. … Эх, бля, ни денег, ни часов.

– Зато стал спонсором Кинотавра, – успокоил его я.

– Ага, теперь на баннерах в Арт-клубе вывесят – спонсор халявы лох Миша!

– Ну, хоть какое-то отношение к Кинотавру, – добавил я позитиву. – А много-то хоть денег вчера пропил?

– У меня где-то тысяч двадцать пять было, отложил на следующий месяц за квартиру.

– У меня меньше, примерно пятёрка, – менее грустно произнес я.

– Всё! Пойдём, сдавать номера в гостиницы.

Я не хотел на такой отчаянной ноте заканчивать фестиваль Кинотавр. Ну закутили, потратились, с кем не бывает, это Россия, к тому же Сочи.

– Не торопись, – сказал я. – Пойдем, зайдём в Шайбу, накатим по полтиннику.

Убитый горем Миха не споря согласился, ведь надо было поставить финальную точку в нашем неудавшимся вояже, и мы побрели в то самое кафе Шайба что напротив ЗАГСа.

Моих денег хватило на две бутылки водки Флагман и на шашлык с овощами. Вот эта гремучая смесь и толкает в Сочи людей на необдуманные поступки. Мы противоречили себе, обещали завязать с Кинотавром, и противоречили здравому рассудку пойдя с 200 рублями снова в кафе Утёс. А что, возьмём чай, а вдруг снова к нам кто-нибудь с коньяком подсядет. Было же такое? Было.

О бабах мы уже не думали, хотелось уже просто догнаться, и прокутить до конца наши фестивальные каникулы, ведь завтра пятница, снова на работу в ночной клуб.

Мы зашли в кафе, и с нами радостно поздоровался не только мой знакомый официант, но и весь присутствующий персонал и даже одна из кампаний за одним из столов.

Нам стало даже немножечко стыдно, мало ли какая Слава о нас после последних посиделок. Хотя, будь Слава хорошая, или плохая, это по любому зер гуд, я понял это только сейчас, узнав сколько зарабатывают на ней блогеры в интернете.

А тогда, Слава побежала не то, чтобы впереди паровоза, но и впереди нас.

В Сочи приехали две молодые девушки, актрисы из Екатеринбурга, и сами нашли нас.

Через десять минут после того, как мы заказали чаю, они зашли в то самое кафе Утёс, находящееся в самой непосредственной близости от Кинотавра, логично полагая что именно там-то тусуются нужные им личности. Ещё логичнее вышло что они поинтересовались у официанта кафе вопросом, – А не заходят ли сюда продюсеры?

Ну естественно официант вспомнил наши посиделки с девчонками, подход Жорика к нам за автографом и конечно коньячное рандеву с кинозвездой.

– Вон, те двое продюсеры, постоянно здесь кастинг устраивают, – указал он на нас с нескрываемой обидой в голосе.

Но, его можно было понять, мы обычно занимали столик на 2—3 часа, а оставляли всего полторы-две тысячи, и понятно, что не чаевых.

Они не мешкая, подошли к нам познакомиться.

– Здравствуйте! Простите, а можно с вами сфотографироваться?

– Нет что вы, у меня нормальная ориентация, я женат, – отбрыкнулся Миха.

Но девчонки пришли не сдаваться. Вернее, может и сдаваться, но на милость.

– У вас тут свободно? – спросила одна.

– В принципе да, – ответил я.

– Извините, мы ненадолго, не будем отнимать вашего драгоценного времени. Вот наши фотографии, – сказала вторая и протянула небольшой фотоальбом.

– Что это? Спросил я, глядя на фото девчонок в различных образах.

– Мы артистки, из Екатеринбурга. Это наше так сказать портфолио, – ответила та, что была посветлее прической.

Давайте дальше для удобства называть их Светленькая и Тёмненькая.

– Я думал вы к нам свататься, – пошутил Миха.

– Нет. Мы хотели бы попробовать себя в кино. Пусть даже в эпизодах, – добавила Тёмненькая.

– Девушки, для этого нужно иметь не только красивые фотографии, но и особые таланты, – не мешкая объявил Миха.

– Мы готовы! – ответила они почти в унисон.

– На что готовы, – поинтересовался я.

– На всё готовы! – также хором произнесли светло-тёмные красотки.

– Вы же знаете, надо пройти кастинг, и…, ну и определенные процедуры, – повторил Миха мантру последних дней.

– Нас ничто не держит, у нас нет ни мужей, ни парней, ни предрассудков, мы свободны, абсолютно от всего, – объявила Тёмненькая.

А вот нас как раз-таки держало в узде отсутствие денег. Н/З конечно же был, но нужно было срочно бежать в банк снять денег пока он не закрылся, карточек тогда, по крайней мере у нас ещё не водилось.

Но мир не без добрых людей! Девчонки сказали, что приготовили нам презент уральскую самогоночку настоянную на ягодах, и что-то деликатесное в виде закуски. И всё это лежит в холодильнике их номера в гостинице Магнолия.

– Мы можем сбегать и принести! – сказала Светленькая.

– Зачем заставлять бегать туда-сюда таких талантливых артисток? – тут же вступил я. – Мы готовы пройтись до места, и, если вам не составит труда, послушать ваши творческие монологи, а может и диалоги.

– Тогда что мы сидим? Чего ждём? – поднялась Тёмненькая, после чего все вскоре поднялись из-за стола, так как действительно, чего сидеть, кого ждать? Вперёд!

Вот так, то, чего мы желали, пришло к нам, когда мы уже плотно обосновались на верхних строчках списка лузеров Сочи.

И провели мы, лёжа с удачей всю ночь, и ещё целый день, который мы проспали.

Нет, конечно, кроме любовных утех был ещё так называемый кастинг, мы же всё-таки ответственные люди, выслушали девушек, похвалили. Они уже разбирали себе роли, примеряли образы, строили планы на премьерный показ. У них и у нас было волшебное настроение.

– Удача так и прёт! Блин, ну почему завтра последний день Кинотавра, – подумал я.

– Завтра закрытие фестиваля, у вас случайно не будет для нас пригласительных? – спросила Светленькая.

– Бл… дь, завтра же закрытие Кинотавра, – снова подумал я.

Не роняя ниже плинтуса статус всероссийского продюсера, я по-деловому произнес:

– Девочки, с превеликим удовольствием, но где вы были раньше, все 10 выделенных нам пригласительных билетов мы уже раздали нужным людям. Понимаете кинобизнес это такая вещь…

– Последние две контрамарки мне пришлось отдать своему брату, который прилетел на фестиваль в Сочи из Абердина, – тут же подхватил мой коллега.

Надо же, Михаил ещё знает про город Абердин?! Знают ли они? Соврал бы уже что из Парижа или из Питера. Ну, ладно не в этом суть, он пошёл за чем-то дальше.

– Хотя, – неожиданно продолжил Миха, – Я могу спросить у Ярмольника, он здесь всем рулит. Позвоните-ка нам через пару часиков.

– Вообще-то рулил здесь всем Рудинштейн, но зачем чего-то обещать? – возмутился я про себя, но не стал встревать.

Дальше продолжать только палиться, так как по логике вещей мы должны были в знак благодарности за постельную принадлежность сводить их на кинотавровскую вечеринку, проходившую каждый вечер на пляже гостиницы Жемчужины, или на завтрашнее закрытие.

Мы пообещали им билеты на закрытие Кинотавра, но предусмотрительно не стали обмениваться телефонами, договорились встретиться с утра в холле Жемчужины. Сами, естественно, не пришли.

После того как цель была достигнута, а обещания розданы, то сказали им что нам надо срочно выехать на пробы, и исчезли.

На дорожку, они нам передали подарок в виде бутылки самогонки и банки настоящей черной икры. Наверное, чтобы наверняка получить одну из главных ролей.

Через пару дней после Кинотавра Миха позвонил мне и сказал:

– Слушай, так классно, мне понравилось, давай повторим через год?!

Я был не против, но Миха на следующее лето в Сочи не приехал. Он женился, на той самой чьи подаренные часы он кому-то подарил. С танцами он завязал, и больше мы с ним лично не виделись. Впрочем, как и с другими героями той истории.

Лет через пять одна из девушек-артисток нашла меня в соцсетях и написала кратко: Привет продюсер!

Но я не ответил, совесть ещё присутствует, и за тот момент конечно же мне немножко стыдно.

Иветта с интернета.
(часть 1)

Шёл 2005. Шло лето полным ходом. Шел непрерывный поток машин и людей, спешивших застать лето. А двое парней стояли на Платоновой Аллее, и никуда не двигались. Они стояли в черных кепках с логотипом пивной компании, доставшийся им на какой-то пивной акции, и усиленно рассматривали карту-схемы Сочи. Один из них отмечал карандашом, ставя галочки, выстраивая каракулями предполагаемый маршрут. Другой, возмущался и предлагал поехать сразу на Красную Поляну, так как в Сочи, кроме как на ларьки и шашлычные лицезреть больше не на что.

– А Дендрарий? Есть же знаменитый сочинский Дендрарий? – с оптимизмом произнес тот, что вчера не догонялся пивом.

– Посмотри, тут кругом Дендрарий, пальмы, магнолии, фикусы…, – ответил больше потеющий парень.

– Пусть так, но я и не знал, чтто оказывается в Сочи, судя по карте, есть множество музеев…

– Какие? Музей Шашлыка и Хачапури? Или музей истории сочинских таксистов?

– Что ты прям сразу. Вот, смотри, у них вполне полноценные музеи, художественный, исторический, одного известного писателя.

– И ты это предлагаешь человеку, посещавшему Лувр, Прадо?

– Хорошо, башня Ахун тебя заинтересует? Давай поднимемся на гору и посмотрим на мир с башни Ахун, говорят в хорошую погоду Турцию видно.

– Собор Святой Софии или вид на Босфор?

– Что ты сразу? Сама башня уже достопримечательность и находится над городом.

– Тогда уж лучше поехали на Красную Поляну, там и горы выше и туристы посолиднее.

– В смысле посолиднее?

– На Башню Ахун билет стоит 50 рублей, а на подъемник 1000, там меньше толкучки, меньше пота и перегара на один квадратный метр.

– Какой ты прям, незнаю вредный. Всё тебе не так, – расстроилась одна из пивных кепок, – Не хочу далеко ехать, давай что ли в парк Ривьера…

– Ты ожидаешь увидеть что-то лучшее чем Парк Горького? Там тоже самое, только со своим курортным нахламлением. Баночки, шарики, удочки…, твою мать. И цены… Вот главная достопримечательность летом в Сочи – цены.

– Ну, не скажи, в Москве они повыше, в некоторых магазинах и в ресторанах.

– Окстись, там есть за что платить, а здесь на набережной? Ты видел, это забытое Богом мясо, выдающее себя за шашлык, по ценам лобстера Средиземноморья. А такси? А номер в гостинице? Да, что тут говорить, тут даже платные туалеты не хотят дружить с совестью…

– Не, ну, я не согласен без культурной программы, прилететь в Сочи и пропить неделю. Надо наполнить отдых событиями, водка она и в Москве водка и даже не дешевле.

– Давай, спросим совета у сочинцев, может чего подскажут, – сказал неуёмный и побежал глазами по прохожим.

Я стоял в пару метрах от них, и никого не трогал, даже взглядом, потому что ждал маршрутку или автобус, хотя и не на самой остановке, а в одиночестве и чуть поодаль. Молодые красивые парни, такие же каким был я на тот момент, конечно, не должны были стоять на остановках. Они должны либо сидеть в машине, либо стоять отдельно от толпы и деловито ждать красивую машину с грудастыми девчонками на заднем сиденье. Но из всего этого у меня были только ноги для того, чтобы сидеть или стоять и ждать, автомир премиум класса объехал меня стороной, машина с названием «Счастье» не подъехала. Ну, да ладно, ещё разбогатею.

Я стоял один одинешенек, и естественно взгляд общающихся москвичей в буквальном смысле слова остановился на мне.

– Молодой человек, – располагающе произнес он в мою сторону, но я сразу не повелся.

– Молодой человек, – продолжил он, и дальше так, настойчиво. – Можно Вас?

Не вдаваясь в подробности, можно меня или нет, я ответил:

– Да-а!

– Скажите, вы местный.

Слово «местный» для меня в тот момент проживания в Сочи, было самым приятным, ласкающим душу эпитетом. Даже если меня назвали красивым, талантливым, умным, невероятным и т.д., я бы променял бы все эти комплименты, на один невероятно желанный «местный».

– Да, – ответил я без приветствий, соврав про себя также легко, как я это делал, когда меня останавливал на улице наряд милиции проверяя регистрацию. Не, регистрация, конечно, на всякий случай была, но я страховался, становился сочинцем. И вот сейчас это гордое звание мне пришлось оправдывать уже после первого вопроса.

– Тогда здравствуйте уважаемый! – как-то по-милицейски произнес незнакомец.

– Доброго дня, – ответил я, и протянул на встречу свою руку, так как считал, что если я сочинец, то должен обязательно пожать руку и немного приобнять приветствующего тебя. Но оппонент был не местным, то обниматься я был не намерен, мало ли что подумают. Впрочем, они как раз, наверное, мало ли что подумали и не протянули свои ладони в ответ.

Я развернулся, и сделал два шага к поребрику, как бы подгоняя своими действиями идущую за несколько километров от меня нужную маршрутку.

Парни поняли в чем их косяк, и подойдя ко мне поближе сами протянули руки.

– Добрый день!

Теперь я задумался, а стоит ли отвечать? Обломали по самую душу. Ну, я же сочинец, толерантность по неволе. Ладно, держите лапу, московские зазнайки.

– Вы не подскажите, куда у вас в Сочи можно сходить? Где находятся главные достопримечательности города?

Ну, что я мог посоветовать двум здоровым, красивым парням, приехавшим на отдых в Сочи.

– Если честно ребят, как по мне, так главная достопримечательность Сочи находится на пляже, и она в бикини.

– Оригинально… Вы даже можете нам подсказать как её зовут? – включился в игру незнакомец.

– Да, действительно, тут очень важно, как её зовут. Если зовут сначала в ресторан, или покататься на яхте, потанцевать в клубе, то тогда вам будет уже не до Дендрария, Ривьеры и Музея Островского. А если её сразу зовут в постель, то не факт, что что-то получится.

– А если девушки нас особо не интересуют?

– Тогда вы можете сходить в библиотеку имени Пушкина, на верхней набережной.

– Ну мы серьёзно молодой человек… не подумайте, – произнес немного с обидой один из парней.

Я не стал испытывать их терпения и своей радости от общения, и сделав равнодушный умный вид ответил:

– Можно съездить, например, на Красную Поляну…

– Во-оот!!! – завелся припрятанной на время эмоцией один из них. – Я тебе говорил надо ехать на Красную Поляну. Возьмем вина, поднимемся на канатке…

Не знаю, послушали ли они моего совета и поехали ли они в горы, но как сочинцу мне было обидно, что о девушках они, вообщем-то и не думали.

Быть в Сочи и не заняться любовью, это нонсенс. Я понимаю «не успеть», я понимаю «не иметь возможности», или переоценить свои возможности прежде всего в спиртном, но вот когда даже не «думать» об этом, то это уже внутренние проблемы либо тела, либо души.

Сочи – это большая кровать на просторах огромных апартаментов под названием Россия. Да, не удивляйтесь, как сказала мне одна знакомая: – А что делать, секс неравномерно распределен по карте России.

Здесь у нас всё располагает к мыслям категории 18+, даже тех, кому ещё 18-. У нас всё располагает к сближению, море, воздух, пальмы, наверное, ещё навязчивые мужчины, и навязчивые мысли у женщин. И всё это не обязательно пошло и мимолетно. Не все конечно едут в Сочи загулять, иногда просто по-новому открываешь для себя семейные примочки. И стало уже притчей во языцех, что дома хорошо, а в Сочи чаще!

– Ты не поверишь, у меня с женой здесь кульбит за кульбитом, у ней и желание возникает, наверное, лечебный воздух, или море?! – восторженно поделился со мной мнением родственник, приехавший в Сочи в отпуск.

– Не думаю, – ответил я, на сексуальном желании которого никак не сказывается местожительство в Сочи.

– А может это от питания зависит? – не унимая свои мысли снова спросил он, и тут же сам себе ответил. – Хотя навряд ли, «Магнит» он и в Саратове «Магнит», едим тоже самое.

– Нет, Паша, не поэтому, просто жена на отдыхе больше женщина, чем дома. Дома работа, дети, быт, не до утех, и у этих, и у тех, то есть и у жен, и у свободных женщин. А тут они живут только поглядывая на кровать в своем номере, продумано лишенном кухни, стиральной машины, половой тряпки и суетливых детишек. В таком расположении, каждая из женщин достает отложенные на дальние верхние полочки души свои желания и в режиме свободного времени пользуется плодами сотворения мира, и нет-нет пересчитывает Адамовы ребра.

Каждая одинокая женщина преследует в Сочи свои цели. Одни чтобы выспаться, другие чтобы наконец-то по-человечески и от души, с криками и стонами. А третьи, не важно с чем, со стонами или без, главное найти с кем, здесь и надолго. Они едут за ним, также, как и некоторые едут за ней, за своей второй половинкой, которая как им кажется, случайно встретится им нужный момент, в нужном месте.

Один мой знакомый говорил так: Иваново – город невест, Москва – город возможностей, а Сочи – город возможности найти невесту. Дамы бы подправили и сказали, что это город возможности для невест.

На самом деле у нас, шансов найти свою судьбу, примерно столько же, сколько в любом другом среднестатистическом городе России. Мне лично кажется, что всё это стереотипы. Наоборот, многие, те что особо смелы с противоположным полом, тут недостаточно честны, чтобы признать наличие у них начальника тыла, а некоторые недостаточно смелы, чтобы решится на первый шаг к знакомству.

Мало потенциальных женихов среди местных, они в большинстве своём женаты, а иметь двух жен, они бы с радостью, но закон не позволяет.

Мало хороших женихов и среди приезжих, потому как домашняя работа «Как дожить до лета?», у них сильно отличается от вольного сочинения на тему «Как я провел этим летом», уж очень большой разброс действий, желаний и возможностей.

И всё же, не всё так грустно в интимном королевстве, как поется в песне «люди встречаются, люди влюбляются, женятся», и это про Сочи.

Чтобы выйти замуж, надо для начала, просто приехать в Сочи. Но приехать надо, во-первых, в Сочи летом. Во-вторых, приехать в центр Сочи. В-третьих, надо напрочь забыть про лечебные процедуры и познавательные экскурсии. Ну, а главное, чтобы засияла перспектива, нужно чтоб глаза загорелись, без желания, скажу я вам, даже в ЗАГСе, на последней стадии этой цепочки, ничего не фиксируется…

Так получилось, что я развелся с женой, по приезду в город Сочи. Но не расстроился, так как курортная жизнь, помогла мне мягко приземлиться с облака семейного благополучия на мягкую зелёную лужайку, грешной веселой неустойчивости. Первым делом, я как все, загулял.

Но сказать, чтобы я сразу после развода, не пытался снова жениться, это значит согрешить перед своей личностью и перед теми, кому я предлагал руку и сердце. Да, было такое, чего уж тут кичиться. Первая мысль мужика после развода, самоутвердиться. Почему-то из тысячи способов сделать это – снова жениться. И я пытался набиваться в женихи, но не везло, видать не к тем. Описывать всё, не хватит свободного времени. Остановлюсь на моментах.

Например, присматриваешься порой к даме, примеряешь её на роль своей супруги, но получается порой просто переспать без обязательств, как в гостинице, снимаешь на время с завтраком включительно.

Присматривался я как-то к одной прелестной отдыхающей моего возраста, отдыхающей, как показалось мне не только от быта и рабочей суеты, но и от мужчин в целом. На первый взгляд ей было не больше 30-ти, самый возраст одеть кольцо на палец. Её красивая фигура была элегантно обтянута скромным, закрытым, но фарисейским купальником, четко подчеркивающий округлые формы. Всё что интересовало даму на пляже, были море и книга, какая точно не скажу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.