Каролина Шторм
Старший брат. Книга третья

За моим окном зеленеющий сад,

Где на руки падают искорки света.

Позволь мне хотя бы ещё один раз

Увидеть в глазах твоих лето!..

«Небо»,

И. Брестер

https://vk.com/irina_brester

Пролог

Золотая осень в этом году, похоже, решила продлить себе срок. То ли с успехом прошли переговоры с ноябрьскими холодами и туманами, что они решили отступить, то ли сама царица-природа решила дать осени шанс проявить себя во всей красе, чтобы окончательно завоевать сердца людей.

Так или иначе октябрь оказался на удивление тёплым, и ощущения, что скоро придёт зима, не было совсем. Даже первые дни ноября порадовали теплом и солнечным светом. Ах, как это было здорово!..

Даша любила теперь, просыпаясь рано утром, выходить в сад и, стоя на влажной от росы земле, вдыхать этот ни с чем не сравнимый запах осени.

Нередко рядом оказывался Андрей, каждый раз напоминающий о том, что она может простудиться и привычным движением набрасывающий ей на плечи тёплый плед. Она не спорила и с благодарностью принимала эти знаки внимания. За этот месяц многое в нём открылось ей по-новому. Она увидела его в работе – решительного, смелого, находчивого – такого же, как и в жизни. Он успевал делать многое и иногда казалось, что одному человеку это не под силу. Он с упорством брался за любые, даже самые сложные дела, и не останавливался, пока не достигал желаемого результата. Выглядело это так, словно он ничего не боится. Но, закрывшись от всех в своём кабинете, он делился с ней своими сокровенными мыслями. Так она узнавала его истинные страхи, волнение, которому поначалу не верила, ведь это шло вразрез с личностью Андрея, которого она привыкла знать. Но он, поделившись с ней однажды, теперь продолжал своё откровение, и за это она также была ему благодарна.

С самого первого дня её появления в компании Андрей загрузил её работой. Да, он предупреждал, что жалеть её не станет. Но Даша и не думала жаловаться. Напротив, окунувшись в дела с головой, она неожиданно для себя обнаружила это занятие крайне увлекательным. Сдав отчёт по практике в магистратуру, она решила, всё-таки, сесть за диссертацию. Немалую роль в этом сыграл и Андрей, который настаивал на том, что начатое дело нужно доводить до конца. И Даша, у которой свободного времени не было совсем, к ноябрю успела сделать половину своего проекта.

В университете ей не задавали никаких вопросов. И она сама перестала спрашивать. Защита должна была состояться в начале февраля, а прежде – выпускные экзамены. Так что в запасе у неё было ещё два с половиной месяца. И коль скоро работу она себе нашла, то и необходимости оставаться на кафедре уже не было. Директор института, кажется, был совсем не против такого расклада. Магистров культурологии у них и так хватало.

Вначале Даша переживала, как сотрудники компании отнесутся к её появлению там. Не станут ли говорить за её спиной, что, вот, мол, директор привёл свою жену на очень хорошее место, хотя она даже соответствующего образования не имеет. Но переживания её оказались напрасными. С первого дня Андрей чётко обозначил для всех цели и задачи их деятельности в компании и обосновал необходимость введения в штат специалиста по связям с общественностью. Тут же и случай представился продемонстрировать Даше свои навыки. Едва она переступила порог своего нового кабинета, как Андрей вызвал её к себе для переговоров с одним из представителей иностранной делегации, с которой собирался заключить договор. Даша вспомнила его обещание не делать ей никаких поблажек и поспешила в его кабинет. Увидев её, иностранцы заулыбались, а когда она на совершенно свободном английском приветствовала их, то улыбки стали ещё шире. Сам Андрей признавался потом, что его английский оставляет желать лучшего, хотя он и обучался на специальных курсах. «Недостаток практики», – заметила Даша. На что Андрей возразил, сказав, что дело, скорее, в его неусидчивости и полном отсутствии терпения.

– Как же ты тогда учился в школе? – поинтересовалась Даша. – Там требуют прилежания.

– Только не от меня, – ответил Андрей. – Учителя сразу поняли, что бороться со мной бесполезно. Хотя я и довольно прилично учился, а мог бы и лучше. Только оценки меня мало интересовали. Знания куда важнее.

– Зато от меня ты требуешь быть прилежной в учёбе, – напомнила Даша.

– Это совсем другое. Ты уже вышла в финал. Глупо было бы сейчас всё бросать. К тому же лишний диплом никому ещё не помешал.

И Даша продолжала писать диссертацию поздними вечерами, а днём она вся принадлежала работе. Но усталости, как ни странно, не ощущалось. Она объясняла это тем, что, наконец, впервые за долгое время увидела свою полезность.

Андрею и самому нравилось с ней работать. Он горячо поблагодарил Евгения за то, что он посоветовал ему взять именно Дашу. Не забыл он поощрить и Ирину, которая упомянула о вакансии в их компании как раз в тот момент, когда Евгению пришла в голову идея взять Дашу. Сама Даша, кстати, до сих пор не могла проникнуться к этой девушке полностью. Её непосредственная близость к Андрею, пусть даже по долгу службы, вызывала у неё неизвестные доселе чувства. Даша не сразу распознала, что это не более, чем ревность. Андрей же заметил это сразу и всякий раз, наблюдая, как девушки общаются между собой, не мог скрыть улыбки. Однажды он высказал это Даше. Та моментально вспыхнула и настойчиво стала всё отрицать.

– Тебе показалось! – говорила она. – Какая может быть ревность? У нас деловые отношения.

Андрей кивал в ответ и продолжал улыбаться, в душе понимая, как хотелось бы ему поверить в то, что он не ошибся. Но Даша продолжала стоять на своём, и он вновь отпустил её. Это уже вошло в привычку.

Домой они возвращались вдвоём, вместе поднимались в свою комнату, а там – расходились каждый по своим углам, пожелав друг другу доброй ночи. Лёжа в кровати, Даша то и дело замирала, прислушиваясь к его шагам. Но они были направлены, увы, не в её сторону. И так было каждый раз. А всё, о чём она собиралась ему сказать, так и осталось внутри, приглушённое её собственными сомнениями. Они заключили сделку, напоминала она себе всякий раз, и в этом «договоре» не было ничего сказано об изменении условий. Всё остаётся на своих местах.

Однажды она неосторожно спросила его о том, сколько, по его мнению, может продлиться их брак. На что он, пожав плечами, довольно равнодушно, как ей показалось, ответил: «Сколько пожелаешь. Можем хоть завтра подать на развод».

Такой ответ поверг её в состояние сильного смятения. Едва собравшись с духом, она произнесла в ответ: «Но ты же сам говорил, что нужно выждать какое-то время, чтобы Марк окончательно оставил нас в покое».

Больше к этому разговору они не возвращались. Но Даша чувствовала: Андрея сильно расстроил её вопрос.

Что касается Марка Зайверта, то Андрей продолжал держать его в поле зрения. Дашу тот оставил, но было ли это его окончательным решением, никто не знал. В любом случае Андрею давно запала в голову идея познакомиться с ним лично. И случай уже готов был представиться. К концу года строители обещали закончить новый торговый комплекс, который расположился как раз на месте, где Марк некогда держал ночной клуб. Андрею хотелось устроить большое торжество по поводу открытия и, разумеется, пригласить туда Марка Зайверта. Даша об этой идее ничего не знала. Ей Андрей собирался сообщить в последнюю очередь. Зато знал Евгений, который относился к этому весьма скептически.

– Зачем тебе это нужно, Андрей? – спросил он. – Хочешь добить своего врага? Увидеть его поверженным?

– А почему нет? Думаю, я имею на это право.

– Может и так, – согласился Евгений. – Только сдаётся мне, Марк Зайверт ещё не сказал своего последнего слова. Не будь слишком опрометчивым.

– Что-то в последнее время ты слишком откровенен со мной, – заметил Андрей. – Это любовь так на тебя действует?

– Да, любовь хороша, когда она взаимна, – подтвердил Евгений.

– Когда ты уже, наконец, женишься? – поинтересовался Андрей. – Сколько можно томить нас всех ожиданием!..

– Скоро, Андрей, скоро, – терпеливо отвечал Евгений. – Думаю, к лету свадьба состоится.

– Почему не зимой?

– Слишком холодно, – пошутил он, и оба друга весело рассмеялись.

Сама будущая невеста такой радости не разделяла. При встречах с Дашей, которые стали теперь нечастыми, она сетовала на то, что снова попала впросак.

– Лёшка кормил меня завтраками все пять лет, что мы были вместе, – припоминала она, – теперь и Евгений туда же! Определённо, мужчинам верить нельзя!

– Не торопи события, Ленка, – Даша пыталась успокоить подругу. – Это же очевидно: он тебя обожает! Дай ему время закончить строительство, и тогда вы сможете переехать в новый уютный дом!

– У него и квартира неплохая, – ворчала Лена, в душе понимая, что Даша права.

Когда же речь заходила о её браке, подруга всегда старалась отмалчиваться. А Лену любопытство распирало неимоверно. Но Даша была непреклонна: свои отношения с Андреем она обсуждать не намерена.

– А раньше ты мне рассказывала обо всём, – Лена надула губы.

– Сейчас многое изменилось, – сказала Даша. – И я, всё-таки, в официальном браке, не забывай.

– В отличие от меня! – восклицала Лена, и всё опять начиналось заново.

Глава первая

Алексей, вернувшись из Москвы, с новыми силами приступил к работе. Даша не могла видеть его так часто, как раньше, и поначалу очень беспокоилась за него, зная неустойчивый характер своего брата. Теперь он активно поддерживал связь с Аркадием Непоседовым, советовался с ним в некоторых аспектах своего дела. Недавно Даша узнала, что и Аркадий был бы не против пригласить Алексея в свою фирму. Но тот уже дал слово своему директору и нарушать его не стал. Поэтому с Аркадием они продолжали сотрудничать в рамках делового партнёрства.

Пару раз Даше приходилось видеть Оксану. Однажды они ужинали в ресторане вчетвером: она с Андреем и Игорь с женой, которая очень нравилась Даше, как вдруг появилась Оксана. Выглядела она, как всегда, вызывающе, вела себя демонстративно. Обняв и расцеловав обоих мужчин, она сообщила радостную новость, что на днях улетает на Кипр вместе с Виталием. Не успела Даша порадоваться этому, как Оксана, обратившись к ней, поинтересовалась, когда они с Андреем, наконец, отправятся в отпуск.

– У вас так и не было медового месяца, что для меня стало большой загадкой, – сладко пропела она, оскалившись, как отметила про себя Даша. – Или это связано с чем-то, что мне знать не следует? – и она довольно откровенно указала на Дашин живот. Вспыхнув от такой наглости и бесцеремонности, Даша уже собралась довольно грубо осадить её, как вдруг Андрей, спокойно взяв жену за руку, сказал: «У нас всё ещё впереди. Завершится год, и тогда можно позволить себе взять каникулы».

Игорь смотрел на сестру с явным осуждением. И она, поняв вскоре, что ей не удастся добиться того, на что она рассчитывала, оставила их.

– У Оксаны всегда был непростой характер, – пояснил Игорь, как бы извиняясь за поведение сестры.

– Однако Виталию это совсем не мешает, – заметила Татьяна. – Кажется, он сильно влюблён.

Даше не представлялось, как можно влюбиться в такую женщину. Но ведь и у Андрея с ней когда-то были отношения. Значит, что-то в ней его привлекало.

Второй раз они встретились в «Инвесте». Оксана, по-видимому, уже вернулась из отпуска, так как загар на ней был ещё свежим. Она прошла мимо Ирины, едва удостоив её взглядом, и сразу направилась в кабинет Андрея, где на тот момент находилась и Даша. Андрей, увидев её, как будто не удивился. Это напрягло Дашу. Неужели он сам пригласил её? Ещё больше её напрягло то, что Андрей попросил оставить их с Оксаной наедине. Проглотив обиду, Даша вышла, а вслед ей неслись сверкающие победоносным сиянием голубые глаза её соперницы. Даша просидела в своём кабинете до самого вечера, мучаясь сомнениями, о чём они могли говорить. И, когда после работы Андрей зашёл к ней, чтобы отвезти домой, она, подняв на него взволнованные глаза, прямо спросила, что делала у него сегодня Оксана.

– Мне надо было обсудить с ней очень важное дело, – пояснил Андрей, не вдаваясь в подробности. И Даша вновь стала сомневаться в его искренности. Но Андрей не мог сказать ей всей правды о том, что узнал от Оксаны. Оказывается, Марк Зайверт недавно приобрёл строительную компанию, которой ранее владел один известный Андрею человек. Его внезапная кончина стала поводом к тому, чтобы наследники, не имеющие никакого отношения к делу бывшего владельца, решили продать его бизнес. Марк подвернулся как нельзя кстати и предложил довольно крупную сумму денег. Оксана, рассказав об этом, напомнила Андрею, что когда-то отец Марка сам владел строительным бизнесом, так что Зайверт в этом деле не новичок.

Когда позже Андрей обсуждал эту новость с Евгением, тот напомнил, что всегда говорил о том, что этого человека не стоит недооценивать.

– Ты думаешь, однажды он попробует покуситься на мою компанию? – сказав это, Андрей усмехнулся. – Такой возможности я ему не предоставлю.

– Мне хочется верить в это, Андрей, – сказал Евгений, но выглядел при этом весьма задумчиво.

А пока дела в компании шли своим чередом, в семье события развивались по другим законам.

Прошёл уже месяц с тех пор, как Андрей выгнал Романа из дома. Всё это время Наташа глубоко переживала их нечаянное расставание и, несмотря на все уговоры матери, почти не выходила из комнаты. Здесь всё ещё напоминало ей о нём. Все вещи, которые он оставил словно бы нарочно, она аккуратно сложила в две большие коробки и отнесла в библиотеку, оставив себе на память лишь несколько фотографий. Она положила их рядом с туалетным столиком и каждое утро подолгу рассматривала. Однажды за этим занятием её застала Марина, после чего Наташа спрятала фотографии в ящик стола и более не доставала. Кольцо она так и не сняла. Они по-прежнему были женаты, и делать самой первый шаг к разводу Наташа не решалась.

За это время Роман ни разу не позвонил и не написал. Он исчез столь внезапно, что она вскоре начала задаваться вопросом: а был ли он на самом деле? Может, ей всё это привиделось – и замужество и брак длиною в несколько лет? Но по ночам постель её казалась слишком пустой и холодной, согреться она не могла.

Впрочем, через несколько дней она взялась за кисть, но изображения, ложившиеся на холст, её не впечатляли – они были серыми и унылыми. Мать, наблюдавшая терзания дочери, сама места себе не находила. Что бы она ни говорила ей, Наташа упорно не желала выходить из своей меланхолии, зарывшись в неё с головой. И Марина в отчаянии опускала руки.

А потом пришло успокоение самым неожиданным образом. Проснувшись однажды утром, Наташа вдруг поняла, как сильно она устала страдать. Она встала с кровати и ощутила внезапную слабость во всём теле. Закружилась голова и, чтобы не упасть, она тут же села. Когда ей стало легче, она всерьёз задумалась. «Нет, – сказала она себе самой, – так дальше нельзя. Нужно срочно брать себя в руки, иначе…».

С этими мыслями она поднялась вновь и сразу направилась к окну. Широко распахнув его, она вдохнула холодный осенний воздух, и вдруг увидела, как солнце своими яркими лучами пытается пробиться прямо к ней. Подождав, пока тучи, скрывавшие его, наконец, расступятся, она подставила ему навстречу своё бледное лицо и прикрыла глаза. Ей казалось, оно обжигает её, но то было совершенно удивительное ощущение. Словно это тепло, проникнув ей под кожу, приятно разлилось по венам, заструилось по всему телу, запуская каждую его клеточку в движение. Она распахнула глаза ему навстречу, и на лице её впервые за долгое время появилась улыбка. Да, подумала она, солнце светит даже зимой. И даже в самое холодное время года оно способно согревать. Как она раньше этого не видела? Разве можно не заметить солнце?

Когда Марина заглянула к ней справиться о её самочувствии, Наташа уже была одета и готова к выходу. На вопрос матери, куда она собралась, Наташа ответила просто: «Хочу прогуляться». А потом, взглянув на явно обеспокоенную мать, улыбнувшись, добавила: «Не волнуйся, мама, со мной всё хорошо. Я, кажется, решила начать жизнь заново».

В тот день она позволила себе отрешиться от всего, что было причиной её страданий. Приехав в город, она отпустила такси, и, выйдя на площади, неспешным шагом пошла вдоль круговых аллей. Тучи то набегали, сгущаясь так, что сразу начинало темнеть, то растворялись, очищая небо, и, по всему видать, должен был пойти дождь. Но Наташу это не смущало. Она спокойно бродила по улицам города, разглядывая прохожих, витрины, места, знакомые и незнакомые ей, и сознавая, как много она, оказывается, пропустила, улыбалась самой себе.

Во второй половине дня дождь, всё-таки, пошёл, и Наташа решила переждать его, забежав в рядом расположенное небольшое помещение. Когда она огляделась, то увидела, что находится, в ателье. Тут же к ней подошла улыбающаяся молодая женщина, которая поинтересовалась, что она ищет. Пока Наташа соображала, что ей ответить, сзади подошла другая женщина, по-видимому, покупательница, и спросила, привезли ли уже новые ткани. Пока они переговаривались между собой, Наташа ушла вглубь помещения. Здесь было много тканей разных фасонов, цветов. А рядом висели платья. Взглянув на них, а после потрогав, она сразу догадалась, что это не фабричная, а ручная работа.

– Вы что-то выбрали?

К ней вновь подошла продавщица. Наташа, указав ей на одно из платьев, спросила:

– Кто изготавливает это? Похоже на ручную работу.

– Так и есть, – улыбаясь, подтвердила продавщица. – У нас одно предприятие. Мы изготавливаем одежду по заказу наших клиентов. Если хотите, можете взглянуть на эскизы, – и она протянула журнал.

Наташа взяла его и стала листать. Эскизы показались ей похожи один на другой. Дойдя до середины, она вернула журнал, а потом спросила:

– Вы готовите эскизы только на заказ?

– Да, мы работаем по запросам наших клиентов.

– А как же собственное творчество? Неужели оно совсем не ценится?

Улыбка сползла с лица продавщицы. Она начала сбивчиво объяснять.

– Всё дело в том, что наш… дизайнер (если его можно так назвать) сам ничего не придумывает. Он может перерисовать картинку или сделать набросок со слов, но на собственные рисунки у него фантазии не хватает.

– Какой же он художник в таком случае? – удивилась Наташа. – Без фантазии, без вдохновения работать невозможно.

– Кто здесь говорит о вдохновении?

Женщины обернулись. К ним довольно вальяжной походкой шла высокая полная женщина с ярко накрашенными губами. Наташа определила её как хозяйку ателье.

– Я слышала ваш разговор, – сообщила женщина. – Позвольте спросить, кто вы и почему так нелестно отзываетесь о наших сотрудниках?

– Простите, если я вас обидела, – сказала Наташа. – Дело в том, что я… художник и знаю толк в рисунках.

Хозяйка магазина, явно, заинтересовалась услышанным. Приблизившись к Наташе, она заглянула ей прямо в глаза своими большими зелёными, и громко произнесла:

– Вот как? А можете вы прямо сейчас сделать для меня набросок?

– Почему нет?

Ей тут же принесли бумагу и карандаш. Наташа присела на табурет, стоявший здесь же неподалёку, и принялась рисовать. Наблюдая за её смелыми движениями, две женщины переглядывались. Когда она окончила и протянула старшей рисунок, та, едва взглянув на него, тут же расплылась в улыбке.

– Девушка, да у вас талант!

– Вообще-то я окончила художественную школу, – скромно заметила Наташа.

Дальше всё происходило столь стремительно, что, когда Наташе, наконец, удалось выйти наружу, дождь уже перестал, и только мокрые лужи под ногами напоминали о том, что он был. Домой она возвращалась на общественном транспорте. Когда она вошла в гостиную, то увидела там мать, разговаривавшую с младшей дочерью.

– Наташа! – они обе кинулись к ней. – Тебя так долго не было!

– Всё в порядке, – успокоила их Наташа. – Я была в городе.

– Ты с кем-то встречалась? – Арина лукаво прищурила глаза.

– Нет. Просто решила прогуляться. Но, по правде сказать, у меня состоялось одно знакомство.

– С кем? – сразу ухватилась за это Арина.

Наташа, сев рядом с ней на диван, принялась рассказывать.

– Я совершенно случайно оказалась в одном ателье. Там я познакомилась с хозяйкой, её зовут Виктория. И она предложила мне работу.

– Какую работу? – удивилась Марина.

– Дизайнера. Я буду делать эскизы платьев для пошива.

На лицах матери и сестры было написано удивление.

– Но… зачем ты согласилась? – осторожно спросила Марина. – Разве тебе нужны деньги?

– Дело не в деньгах, мама, – серьёзно сказала Наташа. – Понимаешь, я всю свою жизнь привыкла жить за чужой счёт, никогда ни в чём не нуждаясь. А сегодня… я проснулась утром и поняла, что так больше не хочу. Пора мне найти своё место в жизни, хотя бы к двадцати пяти годам.

– Раньше тебе ничего не было нужно, – заметила Арина.

– Да, – согласилась Наташа. – И это печальнее всего. Когда человеку ничего не нужно, он перестаёт… быть человеком. Забывает о своей природе! Разве так можно?

– Но… ты сказала этой… Виктории, кто ты такая? – Марина, конечно, имела в виду её социальное положение.

– Нет, – Наташа покачала головой. – К чему это? Я пришла туда как обычный человек. Да и какая разница, из какой я семьи? Фамилию я ношу по мужу, а его уж точно никто в городе не знает.

– Значит, ты теперь будешь работать в ателье? – уточнила ещё раз Арина.

– Попробую, по крайней мере. Это лучше, чем лежать целыми днями на кровати и предаваться воспоминаниям.

Наташа взглянула на мать, пытаясь отыскать на её лице следы одобрения. Та молча кивнула.

– Хорошо, дочка, пусть будет по-твоему, – ей не хотелось перечить ей, особенно сейчас, в это такое непростое для Наташи время перелома.

– Только у меня будет к вам одна просьба, – попросила Наташа. – Не говорите ничего Андрею. Мне не хотелось бы, чтобы он знал…

Все они понимали, что, узнав об этом, Андрей, вряд ли, будет в восторге.

… Когда Наташа поздно ночью вернулась в свою комнату, то поневоле задумалась. Завтра – её первый рабочий день. Первый в жизни! Как это удивительно и как неожиданно! И, что очень важно, это решение она приняла сама! Неужели сама судьба решила указать ей путь, по которому ей предстоит пройти? Если так, то она… готова!.. Во всяком случае, хочется в это верить.

* * *

Непростым выдался этот месяц и для Антона. Но если Наталия, неизменно поддерживаемая матерью, спустя время всё же воспрянула духом и решила попробовать изменить свою жизнь, то в состоянии Антона никаких улучшений не наблюдалось. День ото дня он терзал себя сам изнутри, прогрызая свою душу до дыр. И не было во всём свете человека, который мог бы ему помочь. Матери он не мог открыться, тем более, видя, как сильно в ней нуждается сестра. Он вдруг решил, что может справиться со своей болью в одиночку, тем самым отгородившись от всего окружения. И сколько бы мать ни стучалась в эти двери, они неизменно были заперты. Только однажды Антон приоткрыл ей завесу тайны, мучавшей его. Это случилось как раз в ту ночь, когда ушла Карина. Прочтя её письмо, он поначалу сам себе казался каким-то оглушённым, потерявшим связь с реальностью. А потом, взглянув на эти клочки бумаги на столе, он понял, что всё ещё здесь. И сразу захотелось поговорить с кем-нибудь, вручив ему своё откровение. Первой, кого он увидел, была мать. Наверное, так и должно было быть, рассуждал он после. Кто, как не мать, способна истинно понять своего ребёнка, почувствовать его переживания?

Он открылся ей тогда, поведал о своей боли, о разочаровании, которое постигло его так внезапно. Конечно, мать никогда не одобряла его выбора в пользу Карины, но даже её потряс такой внезапный уход без объяснения причин. Антон не стал рассказывать подробностей их разговора, произошедшего накануне, и о своём предложении руки и сердца тоже умолчал. Но его самого такое решение потрясло не меньше. Почему она это сделала? Ответ явственно читался в письме: потому что все её слова – ложь. Значит, она лгала и о любви к нему. Конечно, её никогда не было. Тогда зачем всё это было? Она хотела с его помощью поменять свой образ жизни?

Антон ломал себе голову в догадках. Сотни раз задавал себе один и тот же вопрос, но единого ответа так и не нашёл. Только в сознании всё более утверждалась мысль о собственной бесполезности и бессмысленности нахождения в этом мире. Чего он, в сущности, достиг к своим годам? Чему научился? От одной зависимости к другой? Любовь – та же зависимость, и он узнал это сполна. Сначала была Кристина, потом Карина, теперь – Даша, но все они – мимо него!..

Про Дашу он обмолвился неосторожно, но мать сразу уловила грусть в его голосе. Вот, значит, почему он не поехал на свадьбу. И дело даже не в Карине. Что ж, она о многом догадывалась. Боялась только произнести это вслух. Но раз Антон сам решил признаться…

– Нет-нет, мама! – тут же запротестовал он, поняв, что сказал лишнее. – Пожалуйста, не надо об этом! Между нами никогда ничего не было.

Но могло бы быть, и Марина так же, как и он, понимала это. Могло, если бы не вмешался Андрей… С тяжёлым сердцем мать оставляла своего младшего сына одного в его комнате, понимая, как непросто будет ему залечить свои раны. Ах, если б она знала, как ему помочь!.. Но рядом был другой сын, который тоже имел право на счастье. Жаль, что счастье это нельзя разделить на двоих!.. Оно может принадлежать лишь одному. Второму, увы, не достаётся ничего!..

В ту ночь Антону нестерпимо захотелось увидеть Дашу. И он, забыв обо всём на свете, направился в комнату брата. Она была там одна, красивая, как никогда, в ослепительно белом свадебном платье. Он заглянул в её глаза и, к своему удивлению, не нашёл там ни радости, ни восторга, которые по определению должны были быть. Напротив, в её бархатных карих читалась грусть, которая с его появлением стала проступать всё отчётливее. Он хотел бы спросить её об этом, но не посмел. А в сердце с тех пор закралось подозрение. И, всякий раз, проходя мимо той самой комнаты, он поневоле сбавлял шаг, прислушиваясь к тому, что происходило за дверью. А потом, заливаясь краской стыда, спешил скорее уйти куда-нибудь подальше, чтобы только не вспоминать об этом глупом, безнадёжном порыве. Там, за стенами этого дома, его неизменно ждала Юля, которая давно научилась не задавать лишних вопросов. Но его это по-прежнему не вдохновляло. Она была в шаговой доступности, а значит, полностью лишала его воображения. Про Дашу она не знала, но о Карине он всё же рассказал. Удивительная девушка! Она и это восприняла стойко, как будто это было чем-то повседневным. В другое время Антон мог бы восхититься ею, но сейчас душа его жаждала совсем иного.

Он сдал свои последние экзамены и вышел на производственную практику. Давно было решено, что проходить её он будет в «Инвесте». Но меньше всего сейчас Антону хотелось бы там появляться. С братом они виделись настолько редко, что создавалось впечатление, что они живут отдельно друг от друга. А теперь и Даша стала недоступна. Антон пытался сочинять музыку, но у него ничего не выходило. Получались лишь отдельные строки, которые никак не желали ложиться на мелодию. Музыка жила отдельно от них. Тогда он забросил и гитару. С беспокойством Марина взирала на сына, но каждый раз он уверял, что всё в порядке.

Однажды вечером было особенно тоскливо. Юля уехала к родителям, и Антон вынужден был большую часть времени сидеть дома. К нему по очереди заглядывали и мать и сёстры, но диалога между ними не получалось. На все вопросы он отвечал вяло, неохотно, а в конце попросил оставить его в покое. Когда в комнате воцарилась тишина, Антон сел на кровати, обхватив голову руками и задумался.

Что происходит с его жизнью? Разве он был таким раньше? Нет, он не помнит такого. В чём же дело? Что так сильно могло его подкосить, что он теперь не может встать на ноги? Неужели в нём совсем не осталось воли? Что сказал бы Андрей, взглянув на него? Антон горько усмехнулся. Вряд ли для него это представляет интерес. Пути их разошлись столь давно, что вряд ли теперь когда-нибудь сойдутся. А ведь когда-то они были родными братьями…

Внезапный звонок прорезал тишину. Антон вздрогнул. Кто бы это мог быть? Достав телефон, он увидел, что номер ему не знаком. В сердце отчего-то прокрался страх, сжимая его своей холодной рукой. Но вместе с ним появилось и робкое чувство надежды.

– Алло! – прокричал он, поднеся телефон к уху. – Алло!

На другом конце провода он услышал своё имя, произнесённое женским голосом. Он показался ему знакомым и в то же время каким-то чужим. Антон пытался вспомнить, где он мог раньше его слышать, как вдруг помимо его воли губы произнесли имя, которое он давно считал забытым.

– Кристина, это ты? – и тут же в ответ раздались гудки.

Почему Кристина, думал он после. Разве она когда-нибудь звонила ему? Нет. Так с чего бы ей делать это сейчас?

Перебирая вновь и вновь в памяти этот эпизод он пришёл к выводу, что звонить ему могла только одна женщина – та, что так беспощадно решила оставить его здесь в одиночестве. «Ты даже имени моего не знаешь», – писала она в своём прощальном письме. Вот почему он не назвал его.

А ведь звонила, наверняка, она, и что-то от него хотела. Что может быть на этот раз? Очередная ложь с её стороны?

Антон порывисто поднялся. Сидеть здесь и ждать нет никакого смысла. Тем более, если неизвестен результат ожидания. Он быстро собрался и спустился вниз. Там был только Жорж, забравшийся с ногами на диван и прикрывший лицо развёрнутым журналом. Очевидно, он спал. Антон прошёл мимо него и распахнул входную дверь. В лицо ударил запах ноября. Порывистый ветер обдал его каплями холодного дождя. Лучше взять машину, решил Антон, и направился к гаражу.

Город встретил его разноцветными огнями. Он успел подумать о том, как хорошо, что он не живёт здесь постоянно, как внезапно ворвавшийся в его сознание громкий шум электронной музыки оглушил начисто. Антон никогда не любил эти ритмы, но здесь они были к месту. «В конце концов и к этому привыкаешь, – думал он. – А однажды просто перестаёшь замечать».

Внутри мало что изменилось. «Лагуна» по-прежнему пестрела яркими цветами. И, как всегда, когда он оказывался здесь, чувство неловкости, возникающее с первых шагов в направлении к этому заведению, не покидало до самого ухода. Он не был здесь «своим», да он и не стремился к этому. Не для того он сюда приходил.

Но когда Антон переступил порог и оказался внутри, его сразу заметили. Конечно, это был вездесущий Артур. Не долго думая, он направился к нему.

– Добро пожаловать! – он распахнул руки, приветствуя своего гостя. Антон резко отстранился, не желая оказаться в его объятиях. Но Артура это нисколько не смутило. Он продолжил разговор в своей манере. – Чем я могу быть полезен?

– Я ищу женщину по имени Карина, – промолвил Антон.

– Вот как? – Артур живо отреагировал на это. – Обернись и посмотри вокруг! Как думаешь, сколько здесь женщин с таким именем?

Антон даже оборачиваться не стал.

– Вы меня не поняли. Я ищу другую Карину. Ту, что работала здесь…

Артур изобразил удивление.

– Работала? – он задумался. – Очень может быть… Но сейчас женщины с таким именем у нас точно нет.

– Может, она назвалась по-другому? – предположил Антон. – Она – такая… высокая, стройная, волосы у неё рыжие…

– Мой милый друг! – Артур не дал ему договорить. – Я сожалею о твоей потере, но такой женщины у нас нет, – и он взглянул на Антона со всем сочувствием, на которое был способен.

Антон молча кивнул в ответ. Глупо было на что-то надеяться. Она просила не искать с ней встреч. Очень может быть, что она покинула и этот город так же внезапно, как его. Если так, то… вряд ли он когда-нибудь сможет её найти.

Антон повернулся и направился к выходу. Но не успел сделать и двух шагов, как его шею тут же обвили чьи-то мягкие тёплые руки. Незнакомая девушка, явно в весёлом расположении духа, бросилась к нему, преградив путь. Она что-то прошептала. Антон не расслышал слов. Его обдало горячим спиртовым дыханием, от которого сразу стало неприятно. Он мягко отстранил её и ушёл в сторону. К счастью для Антона, девушка быстро потеряла интерес к его персоне. Но от траектории обратного пути он отклонился и теперь приближался к барной стойке. Раздумывал Антон недолго.

Пока бармен готовил ему коктейль, Антон скользил взглядом по залу. «Всё, как и в прошлый раз, – думал он. – Музыка почти та же, и люди, наверное, те же, во всяком случае по своей сути. Вон там когда-то танцевала Кристина… Если бы не она, я бы вряд ли здесь оказался…»

Несколько грубоватый голос, показавшийся ему знакомым, привлёк внимание. Антон повернул голову.

– О, и ты здесь! – услышал он насмешливый голос.

От толпы отделился и направился в его сторону человек, которого он, пожалуй, мог встретить только здесь. Те же всклокоченные светлые волосы, прядями падающие на лицо (кажется, он отрастил их). Глаза светло-зелёные, по-прежнему сохранившие оттенок мути. Смотрел он дерзко, но был и некий интерес, читавшийся во взгляде. Он-то и привёл Матвея (а это был именно он) за барную стойку, где он увидел Антона.

– Давно не виделись! – Матвей, кажется, был навеселе. Во всяком случае раньше он не выказывал подобной радости при виде Антона.

– Как поживаешь? – спросил тот, пытаясь при этом отыскать в толпе за спиной Матвея знакомый силуэт.

– Нормально! – Матвей с шумом опустился на соседний стул. – Решил расслабиться сегодня. Да и ты, я смотрю, тоже.

Антон промолчал. В это время бармен протянул ему большой стакан с жидкостью зелёного цвета. Матвей, увидев это, разочарованно спросил:

– А что так слабо? Коктейль – развлечение для подростков!..

– Не люблю алкоголь, – ответил Антон.

– Тогда зачем ты здесь?

– Я искал одного человека, – помедлив, сообщил Антон.

– Только не говори, что Кристину! Столько воды утекло с тех пор…

Антон ближе придвинулся к нему.

– А ты давно её видел? – спросил он.

Увидев явную заинтересованность в его глазах, Матвей поначалу рассмеялся. Но длилось это недолго.

– Давно, – сказал он. – Уже несколько месяцев прошло.

– Так вы расстались?

Матвей хмыкнул.

– Она сбежала! При чём, не сказав ни слова! Куда она делась, ума не приложу.

– А ты искал её?

Матвей пожал плечами.

– Зачем мне её искать? Ушла, так ушла. Не особенно и хотелось.

Такое равнодушие задело Антона. Ему казалось, Кристина заслужила большего внимания со стороны того, кого она, по собственному утверждению, любила. Матвей же, сделав знак бармену, вскоре получил от него небольшую рюмку с желаемым напитком. Осушив её залпом, он продолжил:

– Я разговаривал с её начальником. Он говорит: её увёл какой-то темноволосый мужчина крепкого сложения, – тут он хмыкнул. – Настолько крепкого, что кое-кто получил по зубам, пытаясь удержать её. Не тут-то было! Девчонку посадили в машину и увезли! Позже мне сказали, что это была за машина, и я понял, что соваться в это дело не стоит.

– Почему? – спросил Антон, хотя в душе уже знал ответ.

– Потому что таким, как я, нечего иметь дело с такими, как ты! – он ткнул пальцем в Антона. – Я ещё не сошёл с ума, чтобы вставать на пути у какого-нибудь миллионера! Чего доброго, он меня сравняет с землёй и даже не заметит этого! – он выпил очередную порцию заказанного напитка.

Так, значит, Кристина уехала с каким-то темноволосым мужчиной на дорогой машине. Бросила своего горячо любимого Матвея ради другого. Антон быстро соображал. Сомнений быть не могло. Это Андрей. Ведь именно с ним она находилась в квартире, куда он, Антон, пришёл по приглашению своего брата. Значит, между ними уже давно что-то было!.. Но как такое возможно? Андрей никогда не одобрял его выбора в пользу Кристины и всячески настаивал на том, что ему, Антону, лучше как можно скорее забыть об этой девушке. Получается, что ему он говорил одно, а сам в это время выстраивал свои с ней взаимоотношения? Тогда почему он женился на Даше? И где сейчас может быть Кристина? Антона внезапно осенило: Андрей знал о том, что Даша ему нравится. И это не остановило его. Он забрал себе эту девушку, так же, как когда-то забрал себе Кристину. Чего он хотел добиться таким образом? Показать своему младшему брату, кто на самом деле является хозяином положения?.. Нет, это было бы слишком чудовищно!

От таких мыслей у Антона голова пошла кругом. Машинально он глотнул коктейль, но вкуса не почувствовал совсем. Тогда он отодвинул стакан.

– Может, чего-нибудь покрепче? – предложил бармен.

Антон лишь кивнул в ответ, всё ещё находясь во власти собственных мыслей, не желавших отпускать его даже, когда он, поддерживаемый под руки Матвеем и его приятелем, имени которого он даже не знал, выходил из «Лагуны».

– Я за рулём, – пролепетал Антон и попытался встать на ноги. В ответ раздался хохот.

– Не сомневаюсь! – сказал Матвей. – Только сегодня тебе до дома самому не добраться. Поедешь на такси. А завтра пришлёшь кого-нибудь за своей машиной. Надеюсь, её не успеют разобрать на части. Хотя тебе, наверное, от этого ни тепло, ни холодно. Сегодня одна машина, завтра – другая. Братик всё оплатит!

Антона резанули эти последние слова. Он собрался с силами и вырвался, но тут же, не удержавшись, упал на землю лицом вниз. На то, чтобы подняться, сил уже не хватало. Он почувствовал, как чьи-то грубые руки, подхватив его за плечи, потащили куда-то в неизвестном ему направлении. Ноги волочились по земле, взбивая грязь. Ему было всё равно. Хотелось закрыть глаза и просто… уснуть.

Водитель такси отказался брать его в таком состоянии.

– Он мне всю кабину измажет! – воскликнул он и хлопнул дверью.

Тогда Матвей посмотрел на своего приятеля.

– Возьми его к себе, – попросил он. – Не бросать же здесь вот так!

– Тебе надо, ты и возьми! – отрезал тот. – А я возиться с ним не хочу! Завтра его брат меня в полицию сдаст за то, что довёл парня до такого состояния! Меня и слушать никто не станет!

Посовещавшись, парни потащили Антона к его машине. Достав из кармана его куртки ключи, они открыли дверь и положили его на заднее сиденье.

– А дальше пусть, как хочет! – решил приятель Матвея. – Мы своё дело сделали.

Антон почти не шевелился. Голова нещадно кружилась, и изображение вокруг плыло. Он устало прикрыл глаза и предался забытью.

Глава вторая

Андрей с явным удовольствием рассматривал свою жену. На ней было классическое чёрное платье допустимой длины, удачно подчёркивавшее все изгибы её стройной фигуры. Плечи были обнажены, а волосы убраны в красивую причёску. Даша выглядела потрясающе, и он не уставал напоминать ей об этом, неизменно вызывая улыбку на её лице. Большой зал ресторана, в котором они находились, был заказан ровно за месяц до события, которое собрало здесь многочисленных гостей и заинтересованных лиц. Сегодня Андрей Воронов праздновал победу. Сделка с крупной международной компанией, которую он планировал уже давно, наконец, осуществилась. И не последнюю роль в этом сыграла его жена – специалист по связям с общественностью. Теперь их позиции укрепились ещё больше. «Инвест» получил очередную поддержку в лице крупной инвестиционной компании. А это значило, что Андрей Воронов по-прежнему был на плаву, находясь в числе лидеров рынка на федеральном уровне.

По этому случаю был организован фуршет, куда были приглашены самые значимые персоны в мире бизнеса. И Андрей, наблюдая за своей женой, отметил, что она легко и без особых усилий вошла в этот мир, словно он не был для неё чем-то новым, мало изученным. Она свободно чувствовала себя здесь под прицелом чужих глаз, могла позволить себе улыбаться, шутить и за короткое время успела приковать к себе внимание многих. Да, она знала цену своему обаянию и была достаточно умна, чтобы пустить его в ход в самый нужный момент. Здесь на этом вечере Андрей впервые отметил её сходство с матерью, не внешнее (об этом говорить не приходилось), но внутреннее. То, как она держалась, как умела себя подать – в этом они были схожи.

Даша знала, что он за ней наблюдает. Но ей это, вопреки обыкновению, было приятно. Она поймала себя на том, что успела привыкнуть к нему и воспринимала его теперь как некий элемент своей жизни, без которого она уже не смогла бы быть прежней. В памяти то и дело всплывал эпизод, когда она застала Андрея в его кабинете в поникшем состоянии, с опущенной вниз головой, бессильно заламывающим руки. Тогда она впервые узнала о том, что и он способен ощутить боль. И это открытие смешало всё в её мире.

Ну, а сейчас она просто позволяла себе наслаждаться окружающей обстановкой и, почувствовав себя легко и непринуждённо, вести светские беседы в компании очарованных ею людей.

Домой они возвращались на такси. Оба позволили себе в этот вечер алкоголь, и даже Даша, ярая противница такого способа времяпрепровождения, решила вдруг изменить своим принципам. Когда ворота за ними закрылись, и они ступили на дорожку, ведущую к дому, она, слегка пошатнувшись, едва не упала. И тут же почувствовала, как сильные руки крепко обвили её и прижали к груди. Она вдохнула его запах, показавшийся ей особенно острым в эту минуту, и прижалась к нему ещё ближе. Андрей нашёл её глаза своими и с удивлением заглянул в них.

– Всё в порядке? – спросил он.

– Да, конечно, – сказала Даша. – Спасибо, что поддержал.

– Это моя прямая обязанность, – заметил он.

В гостиной царил полумрак. Они старались не шуметь, но всё же, когда наткнулись на спящего на диване мирным сном Жоржа, не могли сдержать возгласа удивления.

– Интересно, как он здесь оказался? – спросила Даша.

– Наверное, перебрал, как обычно, – Андрей быстро направился к бару, открыл дверцы одного из шкафов, заглянул внутрь. – Так и есть. Коньяк на исходе. А ведь кроме него сюда никто не заглядывает.

– Человеческая слабость, – Даша попыталась хоть как-то оправдать его, но Андрей, покачав головой, воскликнул: «Человеческая глупость!»

Она не стала развивать эту тему. Спорить с Андреем не хотелось. К тому же в душе она считала, что он прав. Даша сняла туфли и, присев на табурет, вытянула ноги.

– Какой насыщенный день!.. – сказала она.

– Разве он уже закончился? – Андрей обернулся к ней, держа в руке два пустых бокала. – Предлагаю продолжить торжество, только не здесь.

В этот момент ею овладело смутное чувство. С одной стороны она испытывала вполне резонную усталость, но с другой – возможность побыть с Андреем манила её как никогда. И Даша согласилась.

Они вместе поднялись на второй этаж, прошли в кабинет. Андрей почему-то долго искал выключатель, а потом, выругавшись, нащупал на столе ночник и включил его. Приятный матовый свет осветил его лицо, разгорячённое вином и прошедшими событиями дня. Он придвинул Даше стул, а сам сел на диван.

– Извини, здесь не так уютно, как хотелось бы, – сказал он, наливая ей в бокал жидкость тёмно-красного цвета. – Кабинет, вообще, не предназначен для того, чтобы в нём жили. Это – место для работы. Так, по крайней мере, я планировал изначально. Но потом планы пришлось несколько изменить.

– В этом есть моя вина, – Даша приняла бокал из его рук. – Знаешь, я уже начала привыкать и к этой комнате, и к этому дому… и к тебе!..

Он посмотрел на неё так пристально–внимательно, что ей вдруг стало не по себе. И, чтобы скрыть неловкость, она поднесла бокал к губам. Андрей же рывком вытянул вперёд руку, державшую бокал, предлагая ей схлестнуться. Лёгкий звон, родившийся от соприкосновения двух бокалов, показался на удивление приятным.

– Ты знаешь толк в алкоголе, – заметила Даша. – Вино приятное.

На что Андрей сказал:

– Я очень редко его употребляю. Предпочитаю оставаться трезвым.

– Я тоже, – она слегка кивнула головой. – Но сегодня, видимо, не получится.

Они оба рассмеялись неизвестно чему. Но это было и не важно. Сама обстановка позволяла им делать то, чего раньше, возможно, они бы делать не стали. Андрей вдруг завёл разговор об их компании и о том, как приятно испытывать это чувство – наслаждение результатом своего труда. Даша согласилась с ним.

– Раньше я не могла понять, как это возможно – отдавать всю себя какому-то делу, – призналась она. – Трудоголики казались мне людьми зависимыми, не способными думать ни о чём, кроме работы. А сейчас я сама увлеклась. Мне нравится то, чем я занимаюсь, и, если бы мне предложили что-то иное, вряд ли я бы согласилась. Андрей, – она протянула ему руку, – спасибо тебе за эту возможность. Теперь я могу почувствовать себя полезной, нужной. Ты даже не представляешь, как это важно для меня!

Она накрыла его руку своей. А он раскрыл ладонь, чтобы затем переплести её пальцы со своими. Глазами он искал её взгляд, а когда нашёл, то долго смотрел, не отрываясь. И она уже не отводила свой. Тогда, повинуясь зову сердца, он с силой притянул её к себе. И вот уже Даша оказалась у него на коленях, и руки её сами обвились вокруг его шеи. Андрей поставил на пол пустой бокал и крепко обнял её. Изо рта вырвалось горячее дыхание. Оно обожгло её лицо, и в тот же миг их губы слились в поцелуе.

* * *

Антон не мог бы точно сказать, сколько сейчас времени. Когда он очнулся, то не сразу сообразил, кто он и где находится. Сознание возвращалось постепенно через сильную головную боль, разламывающую его изнутри. Он захотел встать, но ему это плохо удавалось. Только ощущение тесноты помогло ему вернуться в реальность. Он обнаружил себя лежащим на заднем сиденье собственного автомобиля в очень неудобной позе. С трудом припомнились события, предшествовавшие этому. Кажется, сюда его положил Матвей вместе со своим приятелем. Сам он дойти бы не смог. Последние две – три рюмки были лишними. Нет, весь этот вечер был лишним! Не следовало ему сюда приезжать. Он с трудом сел, опустив ноги, и тут только заметил, какой грязной стала одежда на нём. Хорошенькая история, ничего не скажешь! Снова он был в «Лагуне» и снова в нетрезвом, мягко говоря, состоянии. Хорошо, что дальше этого дело не зашло.

Настроение было мрачным и тоскливым одновременно. Он припомнил свой разговор «по душам» с недавним ещё противником и с новой силой ощутил остроту пронзившей его изнутри боли. «Так не может больше продолжаться!» – решил он и распахнул дверцу, чтобы выйти из кабины.

Снаружи было очень холодно и неуютно. Он хотел застегнуть молнию на куртке, но тут обнаружил, что молния сорвана. Тогда он полез в карман брюк в поисках телефона. Достав его, он поднёс к лицу, пытаясь сфокусироваться на изображении. Когда ему это удалось, он увидел время: 2:45. Не так уж и долго он спал.

«Лагуна» светилась по-прежнему. Музыка всё так же оглушала своими раскатами. У Антона вначале возникла мысль войти внутрь, но он быстро передумал. Не самый лучший у него сейчас вид. Вдруг опять вызовут полицию? Лучше ехать домой. Только за руль он сесть не сможет. Надо вызывать такси или…

Заприметив у входа охранника, Антон направился к нему. Тот сразу преградил ему путь:

– Тебе сюда нельзя. В таком виде мы не пускаем.

– Я и не собираюсь входить, – пояснил Антон. Язык ворочался с трудом. – Мне нужно, чтобы меня кто-нибудь отвёз домой. Сам я не смогу управлять машиной. Попросите кого-нибудь из своих сотрудников. Я хорошо заплачу.

Охранник недолго колебался. На какое-то время он скрылся внутри здания, но уже через несколько минут вышел в сопровождении незнакомого Антону крепкого, небольшого роста парня.

– Илья, отвези его, куда скажет.

Вместо ответа Илья направился к машине Антона. Тому даже в голову не пришло, откуда он может знать, какой у него автомобиль. Хотелось убраться отсюда как можно скорее. Илья сел на место водителя, Антон – рядом.

– Всегда мечтал владеть такой роскошью! – не удержался Илья.

Антон ничего не сказал в ответ. Назвав адрес, он сразу отвернулся к окну. Илья, впрочем, особого удивления по этому поводу не выразил. Болтать он не любил, зато наблюдать умел. Недаром Марк пользовался его услугами – при хорошей осведомлённости Илье удавалось оставаться незамеченным.

Подъезжая к воротам, за которыми располагался большой трехэтажный дом, Илья сразу узнал это место. Марк не раз отправлял его именно в этот район. А дом, возвышавшийся над всеми остальными, располагавшимися неподалёку, поражал своим великолепием и роскошью. Не трудно было догадаться, кто является его хозяином.

– Ты родственник Андрея Воронова? – спросил Илья, хотя сам прекрасно знал ответ.

– Дальний, – подтвердил Антон, намереваясь вылезти из машины. Но тут он вспомнил о своём обещании. – Сколько я тебе должен? – обратился он к Илье.

Тот, слегка растянув губы в улыбке, протянул ему ключи от машины со словами:

– Спасибо, что разрешил покататься. Больше ничего не нужно.

– А деньги? – опешил Антон.

– Сочтёмся как-нибудь. Вдруг тебе ещё понадобятся мои услуги.

– Какие услуги? – не понял Антон.

– Любые. Звони, если что, – Илья протянул ему визитку с номером телефона и, выйдя из машины, зашагал прочь. Антон машинально убрал визитку в карман куртки, а потом обернулся к воротам дома. Фонари освещали улицу, но сам дом был темен. И только на втором этаже в одном из окон он угадал слабый отблеск мерцающего света. Комната эта принадлежала Андрею.

– Значит, он ещё не спит, – Антон произнёс это вслух. – Что ж, это к лучшему…

Он ещё не вполне пришёл в себя, и ноги его плохо слушались. Зато голова работала неплохо, хотя в ней и раздавался звон при каждом шаге, который к тому же давался Антону с трудом. Он поднялся на второй этаж и, как был, в грязной потёртой одежде постучал в комнату старшего брата.

Вначале ему никто не открывал. Но Антон был твёрдо уверен, что брат там, и он его слышит. Поэтому он постучал снова, и также не получил никакого ответа. Когда ему это надоело, он просто забарабанил по двери и стал кричать: «Андрей, открой! Мне надо с тобой поговорить! Я знаю, что ты здесь!»

Когда он услышал за дверью шаги, то сразу напрягся. Как-то встретит его брат в столь поздний час? Дверь резко распахнулась, и на пороге предстал Андрей. Он был в одних брюках, глаза его грели недобрым огнём, и весь его облик выражал явное недовольство. Антон почувствовал себя сконфуженным.

– Извини, что побеспокоил, – сказал он.

Андрей на это довольно грубо ответил:

– Надеюсь, у тебя, действительно, что-то важное.

– Я, кажется, отвлёк тебя… – Антон уже жалел, что так бесцеремонно ворвался к нему, но Андрей, схватив его за рукав куртки, потянул на себя, призывая тем самым переступить порог комнаты. Антон вошёл и закрыл за собой дверь. Тут только Андрей заметил, что брат его выглядит далеко не самым лучшим образом.

– Ты где был? – спросил он. – Что с тобой случилось? – потом, потянув воздух носом, гневно воскликнул. – От тебя разит спиртом! Ты, что, пил?!

– Я был в «Лагуне», – не очень уверенно начал Антон. – И – да, там я выпил…

– Зачем? Что привело тебя туда на этот раз? – гневно вопрошал Андрей.

– У меня были свои причины, – Антон попытался говорить более твёрдо. – Я не собираюсь их с тобой обсуждать.

– Тогда зачем ты здесь?

– Я хотел поговорить с тобой об одном… деле.

– Что же это за дело такое, раз ты врываешься ко мне в комнату посреди ночи?!

Андрей был возмущён. Он говорил громко, властно – так, как всегда делал это, если кто-то нарушал его планы.

– Но ты всё равно не спал, – заметил Антон.

– Не спал. Но был занят другим важным делом!

Антон повернул голову в сторону кабинета и увидел, как кто-то притворил дверь. Конечно, как он мог забыть!

– Ты не один… – прошептал он.

– Разумеется! – воскликнул Андрей. – Если ты ещё не забыл, то я, по-прежнему, женат! Или тебе доставляет удовольствие врываться в мою комнату в самый неподходящий момент?

Антон почувствовал неловкость. Пожалуй, Андрей прав, и с его стороны это просто невежливо. Но ведь он был с Дашей, а она…

– Мне нужно задать тебе один вопрос, Андрей, – с новыми силами Антон посмотрел ему в глаза, выдержав этот тяжёлый взгляд, и спросил. – Почему?

– Что – почему? – не понял Андрей.

– Почему ты всегда и во всём ставишь мне преграды?

Андрей посмотрел на него, как показалось Антону, насмешливо и даже презрительно.

– Ты в своём уме? Где я ставлю тебе преграды?

– Везде, где только можно. В учёбе, в работе…

– О какой работе ты говоришь? – перебил Андрей. – Тебе учиться ещё целый год прежде, чем ты получишь образование и станешь работать.

– Об этом я и говорю, – Антон продолжал, не обращая внимания на грубый тон, каким с ним разговаривал брат. – Я учусь – да, но совсем не там, где бы мне хотелось, и уж точно не на той специальности, какая мне нужна.

– Так, хорошо, – Андрей чувствовал, что скоро выйдет из себя. – Допустим, это так. Но почему ты заговорил об этом именно сейчас? Почему ты молчал все четыре года, пока учился?

– Потому что у меня не хватало духу об этом заговорить! Потому что я знал, что ты никогда не одобришь мой выбор и не позволишь мне сделать так, как я хочу!

– Вот как, значит? – Андрей сложил руки на груди. – А ты пробовал поговорить со мной на эту тему? Пробовал убедить меня в своей правоте?

– А что толку? Разве тебя можно в чём-то переубедить? Ты же абсолютно уверен в том, что знаешь, кому и что нужно на самом деле! – совершенно неожиданно парировал Антон. – Ты привык всё решать сам! А на мнение других людей тебе попросту наплевать!

– И давно ты пришёл к такому выводу? – глухим голосом спросил Андрей. Он, кажется, немного успокоился. Зато Антон распалялся всё больше и больше.

– С того дня, как ты выгнал Карину из нашего дома!

– Я её не выгонял, – напомнил Андрей. – Она ушла сама.

– Только не надо меня в этом убеждать! – в сердцах воскликнул Антон. – Она призналась мне во всём перед тем, как… Перед своим уходом.

– И что же она тебе сказала? Что безумно любит тебя, но старший брат – тиран не позволяет вам быть вместе?

Антон не ответил.

– Думаю, именно так всё и было, – сказал Андрей. – Только вряд ли она призналась тебе в том, что всё то время, пока вы были вместе, она шпионила за нашей семьёй, а потом доносила своему шефу, который, кстати, и нанял её для того, чтобы она окрутила тебя!

Он произнёс это довольно спокойно, но Антону эти слова резали слух. И, словно защищаясь, он яростно замотал головой:

– Нет, ты всё это придумал! Я не верю!

– Это твоё право. Только это всё не имеет никакого значения. Эта… женщина ушла, и так будет лучше для всех, – заключил Андрей, собираясь, видимо, закончить разговор. Но Антона это не устраивало. Ещё не всё было сказано между ними.

– А Кристина? – внезапно выпалил он.

– При чём здесь Кристина? – удивился Андрей.

– Её ты тоже решил убрать с моей дороги, чтобы она не мешала мне жить так, как ты хочешь?

– Антон, тебе не кажется, что ты преувеличиваешь?

– Нет, мне не кажется! – он готов был сорваться на крик. Андрей, заметив это, попытался смягчить тон.

– Я думал, что у тебя к этой девушке всё давно прошло.

– Я тоже так думал, – кивнул Антон. – Пока не увидел её… в твоей квартире, – губы его задрожали. Андрею даже показалось, что он вот-вот расплачется. Смотреть на это было выше его сил. Но Антон сдержался. – Я никогда бы не подумал, что вы… Ты и она… Скажи, почему ты выбрал именно её? – он посмотрел на него в упор. И столько боли было в этом взгляде, что Андрей внезапно ощутил себя безоружным перед этим наивным, по-детски невинным мальчишкой, который смотрел на него с такой обидой, что сразу становилось жаль его. И тогда он как можно мягче произнёс:

– Я не выбирал её. Так сложились обстоятельства.

Однако на Антона эти слова подействовали иначе. Он снова перешёл на крик.

– Обстоятельства?! Ты ещё скажи, что между вами ничего не было!

– Нет. Этого говорить я не стану, – Андрей был неумолимо правдив.

– Значит, всё-таки, было!.. – Антон горестно покачал головой, словно отказываясь принимать это на веру. – Но… зачем тогда ты женился на другой?

– Тебе этого не понять.

Антон горько усмехнулся.

– Так я и думал!.. Ты всюду преградил мне путь. Перекрыл кислород везде, где только можно!.. Ну, что, брат, приятно тебе сознавать своё превосходство рядом со мной, а?

Как остро отточенным лезвием впились эти слова в сердце старшего брата. Он ощутил укол, сначала один, а потом – ещё и ещё. Они впивались в него всё чаще, проникали всё глубже. Стало вдруг очень больно, да так, что он едва не согнулся пополам.

Но Антон ничего этого не видел. Его мир рухнул в одночасье вместе с ним у ног того, кого он всегда считал кумиром. Пусть он перешагнёт через него, как делал это много раз. Но, пробираясь сквозь осколки своего мира, Антону ещё хватило сил, чтобы прокричать напоследок:

– Ты никогда не сможешь быть счастлив с ней! Потому что ты не знаешь, что значит любить!..

Он ушёл стремительно, даже не закрыв за собой дверь. Но отправился не в свою комнату. Путь его лежал в гостиную. Пройдя несколько ступеней лестницы, он споткнулся и едва не упал, успев вовремя ухватиться за перила. Но ногу всё же подвернул и вынужден был присесть. Таким и нашла его мать, которая вышла из своей комнаты, потревоженная криками.

– Антон, что случилось? Почему ты здесь?

Он не хотел ничего отвечать. Уткнувшись лицом в перила, Антон упорно молчал. Марина присела рядом и протянула руку, чтобы коснуться его. Но Антон вдруг вскочил и снова бросился вниз.

– Сынок! – Марина поспешила за ним. – Антон!

Он не останавливался. Добежав до входной двери, он широко распахнул её и выбежал вон. Марина уже хотела было бежать за ним, но тут её остановила крепкая рука старшего сына, спустившегося следом за ней.

– Стой, мама, – твёрдо сказал он. – Ты никуда не пойдёшь.

– Но там же Антон!

– Я знаю. Я пойду за ним сам, – и Андрей ушёл.

Поражённая произошедшим, Марина находилась в состоянии оцепенения. Что могло случиться? Она хорошо слышала, что её сыновья ругались. Значит, должна быть какая-то причина. Но разве кто-то из них признается?

Тихой поступью в гостиную спускалась Даша. Марина сразу бросилась к ней.

– Даша, ради Бога, что случилось? Я ничего не понимаю. Они так кричали!..

– Где они сейчас? – Даша была обеспокоена не меньше.

– Антон ушёл, и Андрей отправился за ним. Но что же, всё-таки, произошло? – заметив виноватый взгляд девушки, Марина быстро сообразила, что в этой истории не обошлось без её участия. – Даша, – снова обратилась она к ней, – неужели это связано с тобой?

– Почему вы так решили? – Даша вскинула на Марину несколько испуганные глаза.

– Потому что… потому что я знаю, как они оба к тебе относятся! Андрей – твой муж, это понятно, но Антон… он ведь тоже питал к тебе особые чувства, – ей было непросто это произносить.

– Откуда вы знаете? Разве Антон вам говорил?

– Нет, он мне ничего не говорил. Но этого и не нужно. Порой достаточно случайно брошенного взгляда или вздоха, чтобы понять… Мой младший сын – он… очень ранимый мальчик и долго переживает любую неудачу. А если касается любви…

Она умолкла, потому что вернулся Андрей.

– Где Антон? – спросила Марина.

– Я вызвал ему такси. Он сказал, что не желает оставаться в этом доме вместе со мной, – быстро пояснил Андрей, не глядя в лицо матери.

– А куда же он поехал?

– Не знаю. Он сказал: у него есть друзья в городе.

– Боже мой!.. – Марина закрыла рукой рот, чтобы унять невольно вырвавшийся крик. Андрей подошёл к ней.

– Только не надо волноваться, – попросил он. – Антон уже взрослый. Пусть решает сам.

– Сынок, неужели тебе всё равно? – ахнула Марина.

– Нет, мне не всё равно. Но сейчас говорить с ним бесполезно. Когда он придёт в себя, то вернётся.

– А почему вы поссорились? – Марина метнула взгляд в сторону Даши, а потом снова – на Андрея. – Это связано с… твоей женой?

– Нет. Это из-за другой женщины.

Марина не нашла, что сказать в ответ. Тогда Андрей, взяв молчавшую всё это время Дашу за руку, предложил ей вернуться в их комнату. Она последовала за ним. А Марина, оставшись одна, села на диван и в изнеможении откинула голову на его спинку.

Когда Даша и Андрей пришли в свою комнату, он скинул наспех надетую и едва застёгнутую рубашку на кровать, а потом направился в кабинет.

– Андрей! – Даша окликнула его. – Зачем ты ему это сказал?

– Что именно? – голос прозвучал резко.

– Что у тебя были близкие отношения с Кристиной. Зачем ты это сказал? Ты же сделал ему больно!

Он обернулся и взглянул на неё. Большие карие глаза были полны слёз. Она плакала – да, но плакала не о нём! Эти слёзы готовы были пролиться по его младшему брату.

– Ты так и не выкинула его из головы!.. – почему ей показалось, что он произнёс это надтреснутым голосом?

– Андрей… – она замотала головой, не в силах что-либо сказать. Слишком много уже было сказано.

– Можно подумать, что только один Антон способен испытывать боль, – это была усмешка, но прозвучала она слишком фальшиво. Андрей уже повернулся спиной, намереваясь уйти, как вдруг Даша ответила ему:

– Мне иногда кажется, что ты на это не способен. Слишком много жестокости в твоих словах!..

– По-другому, увы, никак, – заметил он.

Но Даша знала, что это неправда.

– Ты мог бы по-другому, – возразила она. – Но не хочешь. А почему?

Он всё же обернулся.

– Тебе, действительно, это интересно?

– Знаешь, Андрей, я… не могу понять, как к тебе относиться, – призналась девушка. – Ты совершаешь добрые дела, но при этом используешь такие методы… Порой мне кажется, что лучше бы ты не делал ничего, чтобы никому не вредить!

Он усмехнулся вновь. На этот раз вышло более правдоподобно.

– Возможно, ты и права. Только вряд ли я стану что-то менять, – и это были его заключительные слова. Он ушёл в свой кабинет, закрыв за собой дверь.

Даша чувствовала себя растерянной и вместе с тем опустошённой. То, что произошло за последние несколько часов, совершенно выбило её из колеи. А ведь всё так прекрасно начиналось! Он обнимал её и целовал с такой нежностью и любовью, что она уже была готова отдать ему всю себя. Но этого не случилось. В тот момент, когда её платье уже сползало с плеч, открывая нежную белизну кожи, раздался глухой стук в дверь. Андрей не обращал на это внимания, но стук повторился снова. А потом они оба услышали голос Антона, звавшего брата. И тогда Даша сказала: «Надо открыть. Вдруг что-то случилось?». И Андрей, нехотя, последовал её совету. А дальше всё происходило, как в страшном сне. Обвинения, перепалки, жестокие слова, брошенные друг другу… Она и не думала раньше, что может стать свидетелем подобного конфликта между двумя братьями. А он назревал уже давно. И причина не только в ней, даже не столько в ней, сколько во всём том, что было до того, как она переступила порог этой комнаты. Антон упомянул имя Кристины – вот, кто был настоящим камнем преткновения. Он любил её, возможно, любит и сейчас. А Андрей – он желал совсем другого. И того, чего желал, он и получил. Впрочем, как всегда.

Со вздохом она опустилась на кровать. С её стороны было полным безумием довериться ему. Он ясно сказал, что ничего менять в своей жизни не будет. Тогда почему ей так упорно хочется верить в обратное?

Даша обвила колени руками и прижала их к телу. Лицо её, шея и плечи всё ещё горели от его поцелуев, таких страстных, таких желанных. Стоит ли лгать самой себе? Он думает, она всё ещё влюблена в Антона. Смешно до слёз!.. Любовь внезапно настигает, не спросив разрешения. А потом испытывает на прочность, медленно, но верно действуя своими, только ей подвластными средствами, на вкус чем-то напоминающими яд. Вряд ли существует противоядие. А если оно и известно кому, те никогда не раскроют этот секрет. Кто страдал сам, тот знает, каково это. Тот не способен испытывать жалости к другим…

* * *

Антон вернулся лишь спустя два дня. На все вопросы Марины о том, где он был, Антон предпочитал отмалчиваться. Выглядел он ещё хуже, чем когда уходил, но матери было достаточно того, что он уже дома. Здесь, по крайней мере, с ним ничего плохого не может случиться. И всё же, глядя на своего младшего сына, она не могла не испытывать боль. Ну, почему так всё произошло? Только старшая дочь пришла в себя после разрыва с мужем, как проблемы начались у Антона. Впрочем, начались они, конечно, намного раньше, но сейчас острота переживаний их усилилась. И хуже всего было то, что Андрей не желал принимать никакого участия в судьбе Антона. «Он попросил, чтобы я оставил его в покое, – говорил он. – А ты просишь меня об обратном, мама. Пойми, я не хочу причинять Антону ещё больший вред. Пусть он сам решает, как ему поступить».

Но Антон, по-видимому, сам так и не разобрался, чего он хочет. Два дня, проведённые вдали от дома, не помогли ему привести свои мысли в порядок, а наоборот, создали ещё большую путаницу. Об одном он твёрдо заявил: в «Инвест» больше не вернётся. Брат прекрасно обходился без него всё это время, значит, ему там делать нечего. Кроме того, он совершенно не разбирается в бизнесе, а просто занимать чьё-то место в компании нет резона. Пора взглянуть правде в глаза: он никогда не станет продолжателем их семейного дела.

Когда Марина поинтересовалась, где, в таком случае он собирается проходить практику, Антон и вовсе её огорошил своим высказыванием, что он намерен вовсе бросить учёбу.

– Сынок, тебе остался последний год! – взмолилась Марина. – Неужели ты не можешь потерпеть?

– Я устал терпеть, мама! – воскликнул он. – Всю свою жизнь мне приходится терпеть и делать то, чего от меня ждут другие! Я хорошо учился в школе, был отличником в институте! Теперь вы ждёте, что я закончу его с «красным» дипломом и пойду работать к Андрею!

– Но у тебя и профессия подходящая, – напомнила ему Марина.

– Не нужна мне эта профессия! Я не выбирал её! За меня всё решил отец и старший брат! – Антон уже почти сорвался на крик. Марина испугалась, увидев его таким. Такая внезапная перемена произошла в её всегда спокойном, мягком и послушном сыне, что она попросту не знала, как ей реагировать на это. И тогда Марина поняла, что ей крайне необходим совет хорошего друга. Ближе, чем Виктор, у неё не было никого. Она позвонила ему, но абонент оказался недоступен. Тогда она набрала номер его клиники. Секретарь сообщил, что у Виктора Сергеевича сейчас сложная операция, и он не может подойти к телефону. Марина решила ждать.

Уже вечером он, наконец, перезвонил. Голос его был уставшим, и Марина решила, что напрасно она его побеспокоила. Но Виктор настаивал, и тогда ей пришлось открыть ему правду. Он пообещал приехать в течение часа. Время было позднее, и Марина сомневалась, стоит ли это делать. Но он был твёрд в своём решении, и она сдалась.

Последний раз они виделись на свадьбе Андрея и Даши. Но и там им не удалось пообщаться как следует. Марина была расстроена поведением Антона, поэтому рано покинула торжество, так и не успев поговорить с Виктором. А он, в свою очередь, решил не беспокоить её своим вниманием. Но сейчас, увидев её в этом мягком, приглушённом свете гостиной, он понял, как глупо ошибался. Эту женщину нельзя оставлять без внимания! Марина улыбнулась ему навстречу и вначале предложила поужинать.

– Ты, наверное, сразу из клиники поехал сюда, – предположила она, хорошо зная его привычки. Он не любил откладывать на потом важные дела.

Они вместе поужинали, а потом поднялись в библиотеку – их любимое место для бесед наедине. Марина стала спрашивать о нём, но Виктор тут же напомнил, что они встретились не для этого. Тогда она рассказала ему обо всём, что хотела: вновь беспокоили сыновья. Антон, потому что наотрез отказался продолжать учёбу и грозился даже бросить институт, будучи на пятом курсе, и Андрей, который отказался принимать в этом участие.

– Они сильно поссорились. Ругались так, что я проснулась среди ночи и пошла к ним. Антон потом исчез на два дня. А когда вернулся, был сам не свой. Знаешь, Виктор, мне кажется, тут не обошлось без участия девушки.

– Какой девушки? Ты про Карину?

– Нет, с Кариной у него всё закончилось. Она ушла в день свадьбы Андрея, оставив Антону прощальное письмо, в котором призналась, что обманывала его по поводу беременности, да и во всём остальном тоже…

– Он сильно переживал по этому поводу? – взгляд Виктора стал обеспокоенным..

– Он и сейчас переживает, – со вздохом заметила Марина. – Не так-то легко это забыть. Антон, вообще, склонен к меланхолии. А сейчас его состояние усугубилось тем, что Андрей женился.

– Какая здесь связь, не пойму? – недоумённо спросил Виктор.

– Дело в том, что ему… Антону нравилась эта девушка.

– Даша? – уточнил Виктор. Марина кивнула. – А Андрею было это известно?

– Боюсь, что да.

– Но тогда… – Виктор задумался. – Почему он принял такое решение? Раз он знал, что тем самым может ранить своего брата?

– Не знаю, – Марина покачала головой. – Я не могу понять мотивы его поступков. Он женился внезапно. Просто поставил нас в известность, и всё. Я никогда раньше не думала, что между ним и Дашей что-то есть.

– В любом случае, это их общее решение. Теперь они – одна семья, и нам не стоит к ним лезть со своими догадками, – заключил Виктор.

– Я согласна. Но меня беспокоит Антон. Он буквально тает на глазах!.. Два дня его не было дома. Где он был, с кем? Пришёл домой весь грязный, в порванной одежде!.. Я никогда его таким не видела! И от него явно несло спиртным! – Марина всплеснула руками. – Что происходит с моим мальчиком? Я не узнаю его!

– Да, ситуация непростая, – согласился Виктор. – Похоже, мне придётся самому с ним поговорить. Может, мне он охотнее всё объяснит?

– Поговори с ним, Виктор, пожалуйста! – сразу обрадовалась Марина. – Они оба знают тебя с самого детства. Ты для них как второй отец!

Виктор улыбнулся.

– Приятно это слышать. Хотя по закону это место занято другим человеком.

– Ты про Жору? – Марина усмехнулась. – Нет, ему никогда не стать им вторым отцом. Он живёт своей жизнью отдельно от всей нашей семьи.

– А какое место ты отводишь ему в своей жизни? – этот вопрос всегда волновал Виктора.

Марина недолго думала над ответом.

– Знаешь, я ловлю себя на мысли, что он для меня – не больше, чем очередной предмет мебели в этом доме. И если его не станет, я могу ничего не заметить.

Виктор смотрел на неё, не скрывая удивления. Марина, прекрасно знавшая недостатки своего мужа, тем не менее, никогда не позволяла открыто выражать своё негативное отношение к нему кому-либо, тем более, себе самой. Что же произошло с ней такого, что она резко изменила своё мнение?

– Мне не нужно было выходить замуж второй раз, – продолжала она. – Я искала любовь, чтобы заполнить пустоту одиночества.

– Разве ты не полюбила его?

– Нет, – твёрдо сказала она. – Ни тогда, ни теперь.

– Что ж, ты, пожалуй, права, – поддержал Виктор. – Если бы это, действительно, была любовь, она бы не закончилась. Любовь не знает границ ни пространства, ни времени. Она существует сама по себе. И, появившись однажды, уже не способна исчезнуть. Мне это хорошо известно.

– Я любила Александра, – сказала Марина. – И сейчас люблю. Ты прав, чувства забыть невозможно. Только его теперь нет, и любить некого.

– Ты можешь любить память о нём. Воспоминания – это то, чего у тебя никто никогда не отнимет.

– Да, это так, – согласилась она. – И, всё-таки, мне кажется, чего-то не хватает…

Она посмотрела куда-то в сторону, вдаль – быть может, туда, где остались её воспоминания об ушедшем времени, проведённом рядом с тем, кого она любила всю свою жизнь, и будет продолжать любить вечность.

А он любил её и, верный своему сердцу, всегда был рядом – неслышно, незримо, но так, чтобы она знала – он придёт к ней по первому зову и сделает всё, от него зависящее, чтобы она была счастлива.

Глава третья

Виктор поговорил с Антоном на следующий же день. Он позвонил ему и попросил приехать в клинику, рассудив, что будет лучше, если их встреча состоится на нейтральной территории. Антон приехал вскоре, но был явно не в лучшем расположении духа. Виктор, едва увидев его, сразу отметил болезненные круги в области глаз, казавшихся теперь ещё больше. На лице появилась непривычная щетина. Взгляд его блуждал, не останавливаясь подолгу на собеседнике. Он то и дело теребил руками лежавшие на столе предметы, словно не зная, чем себя занять. Виктор начал разговор первым.

– Рад видеть тебя, Антон, – поприветствовал он молодого человека. – Как поживаешь? Я вижу, настроение у тебя не очень. Может быть, что-то случилось?

– Да нет, всё в порядке, – Антон постарался произнести это равнодушно, но в голосе всё равно прозвучала дрожь.

– Я вижу совсем другое, – заметил Виктор. – И признаюсь, то, что я вижу, меня не радует.

Антон поднял на него глаза, а потом быстро отвёл их, слегка усмехнувшись:

– И что я могу сделать? Изобразить то, чего нет? Прости, Виктор, но я не клоун, чтобы разыгрывать представление.

– Я и не прошу тебя этого делать, – терпеливо ответил Виктор. – От тебя мне нужно лишь одно – чтобы ты был откровенным со мной.

– Откровенным? – Антон снова усмехнулся. – И что ты хочешь от меня услышать?

– Правду. Что с тобой происходит, Антон? Ты сам на себя не похож. Я знал совсем другого человека.

– Я тоже… – на этот раз в голосе прозвучала печаль. Антон уставился в стену напротив и умолк. Виктор подождал немного, потом заговорил опять.

– Послушай, Антон, что я тебе скажу. Лукавить не стану. Меня попросила поговорить с тобой твоя мать. Она очень беспокоится за тебя. И теперь её беспокойство передалось мне. Как только ты вошёл сюда, я сразу понял, что с тобой творится что-то неладное. Поэтому я и спрашиваю: что произошло?

– А разве мама не сказала? – Антон всё ещё смотрел в стену.

– Она сказала мне, что ты решил бросить учёбу, потому что тебе не нравится твоя будущая профессия.

– Действительно, так, – словно машинально кивнул Антон.

– Но ведь это, по меньшей мере, неразумно. Ты проучился четыре с половиной года и теперь, когда тебе осталось всего лишь защитить диплом, вдруг собираешься всё бросить, – рассудил Виктор.

– Я понял, что не хочу быть архитектором.

– Тебе необязательно им быть. Ты можешь окончить университет, получить диплом, а дальше – выбирать то, что придётся тебе по душе.

– Зачем тогда мне этот диплом, если я всё равно не воспользуюсь им? – пожал плечами Антон.

Виктор подумал, что в его словах есть доля истины, но, поскольку он дал обещание Марине, отступать от намеченного не стал. И вновь он обратился к Антону:

– Диплом подтверждает наличие высшего образования и профессиональных знаний и умений. Куда бы ты ни пошёл работать, тебе это всегда пригодится.

– Хорошо, – Антон, наконец, повернулся к нему. – Вот ты, например, кто по профессии?

– Врач – хирург.

– Тебя кто-нибудь заставил пойти учиться на врача?

– Нет, это был мой выбор.

– Вот! – глаза Антона сверкнули. – Ты сам выбрал профессию, выучился и теперь работаешь по специальности. Почему я не могу позволить себе то же самое?

– Но ведь ты для чего-то пошёл учиться, – напомнил ему Виктор.

– Да, пошёл, – подтвердил Антон. – Только профессию я не выбирал. Это сделал за меня старший брат. Он просто решил, что так будет лучше.

– Но ты, насколько я понимаю, и не возражал.

– Нет, я не возражал. Хотя в душе думал иначе. Но кто бы стал меня слушать тогда?! – Антон произнёс это с отчаянием. Виктор, глядя на него, почувствовал, как ему становится жаль этого молодого человека, совсем ещё мальчика, который, хотя и несколько запоздало, но всё же решил проявить некое упрямство и настойчивость, свойственное, скорее, подростку, чем юноше. Может, он и был прав в своём желании утвердиться. Но Виктор видел, с какими усилиями, с каким надрывом ему приходится это делать.

– Антон, я понимаю тебя, – сказал он. – Ты хочешь сам сделать выбор, пойти своим путём. Ты прав в этом, конечно. Но почему ради этого нужно жертвовать своим семейным благополучием и отношениями со своими близкими?

– Потому что они не понимают меня и никогда не пытались понять!.. – голос задрожал, на глаза навернулись слёзы. «Он всегда был слишком восприимчивым», – подумал Виктор.

– Почему ты решил, что они не хотят тебя понять? Они все тебя очень любят, – попытался он успокоить Антона.

– Если это любовь, – вздохнул парень, – то мне её не понять.

Виктор смотрел на него и видел, что Антон, действительно, страдает. Его переживания лежали далеко не на поверхности и родились не внезапно. Он долго и мучительно, как и свойственно его характеру, собирал их, перерабатывал, пытаясь найти выход. Но, куда бы он ни шёл, упирался в тупик. И тогда, отчаявшись и обессилев, он просто опустил руки. Зачем к чему-то стремиться, если всё уже решено? Так рассуждал Антон и потому принял это навязанное ему решение, как привык делать это сотни раз. Но теперь, пережив одну потерю за другой, он понял, что больше не может так жить. Сил терпеть уже не осталось.

– Он всё решил за меня, – говорил Антон Виктору, и тот понимал, кого он имеет в виду. – Кем быть, кого любить. Вернее, кого любить не нужно… Знаешь, я никогда бы не подумал, что мой брат способен на такие поступки. Он знал, какие чувства я испытываю к этой девушке, и это не помешало ему вступить с ней в… близкие отношения! А потом он просто вычеркнул её из своей жизни, как эпизод, не имеющий никакого значения!

– О ком ты, Антон? Это ведь не может быть Даша? Она – жена твоего брата, – Виктора поставила в тупик эта откровенность.

– Даша? – переспросил Антон, и впервые за весь разговор на его лице появилась улыбка. – Даша – она замечательная. Я был бы счастлив, если бы она… К сожалению, и её он сумел очаровать.

– Но ты говорил не о ней? – допытывался Виктор.

– Нет, я имел в виду другую девушку. Она была мне очень дорога, да и сейчас, наверное, что-то к ней осталось… Однажды я приехал на квартиру к Андрею и встретил там её. А потом он сам признался, что они живут вместе.

Для Виктора это было неожиданностью.

– Андрей знал, что ты влюблён в эту девушку? – спросил он.

– Более того, он убеждал меня, что она мне не пара, настаивал, чтобы я забыл о ней, перестал встречаться, даже разговаривать! – Антон припомнил всё. – И после этого сам забрал её себе!

– Но человек – не вещь, – возразил Виктор. – Его нельзя вот так взять и забрать.

– Она сама за ним пошла, – убитым голосом сказал Антон. – Влюбилась, наверное.

– Может быть, и он тоже? – предположил Виктор, хотя сам не был в том уверен.

– Нет! – Антон замотал головой. Волосы упали на глаза, он отвёл их рукой. – Он не способен полюбить по-настоящему. Увлечься – может быть. Но не полюбить.

– А как же его жена? Или ты считаешь, что этот брак совершился не по любви?

– Не знаю, – сказал Антон. – Я видел её глаза, как она смотрела на меня в день их свадьбы. Там были боль и мольба.

– Она обращалась к тебе? – Виктора всё больше озадачивал этот разговор.

– Не знаю… Может быть… Андрей – не тот, кто ей нужен. Она совсем другая! Он погубит её жизнь!..

– Думаю, ты преувеличиваешь, – засомневался Виктор. – Андрей совсем не похож на злодея.

– Он хотел заполучить её, – продолжал Антон. – Видимо, другого способа, кроме, как жениться, не нашлось.

– Тебе не кажется, что это звучит слишком цинично?

– Знаешь, Виктор, я перестал доверять ему…

После ухода Антона Виктор, прокручивая этот разговор в своей памяти, укрепился во мнении, что между братьями произошёл серьёзный разлад, и главная причина была не столько в том, что Антону не подходила выбранная профессия, а всё же в том, что брат предал его чувства. И этого Виктор не мог понять. Зачем Андрею понадобилась эта девушка? Антон не назвал её имени, но это было и не важно. Если бы она была так сильно дорога Андрею, что ради неё он предал собственного брата, то он бы никогда не женился на другой. Но жена его – Даша, и она, как оказалось, Антону также не безразлична. Получается снова треугольник. Есть ли в этом какая-то закономерность? Неужели Антон прав, и брат по каким-то одному ему известным причинам крадёт все его желания? Зачем ему это нужно? Воспитательное воздействие? Нет, это похоже на бред!

Виктор понял, что одного разговора с Антоном недостаточно, чтобы создать полную картину происходящего, и решился на разговор с Андреем. Он позвонил ему и предложил встретиться в тот же вечер. Андрей согласился и после работы пообещал заехать в клинику.

К этому разговору Виктор готовился ещё более основательно. Зная крутой нрав Андрея Воронова, он и не рассчитывал, что тот станет с ним откровенничать. Однако, к его удивлению, Андрей совершенно спокойно отреагировал на его слова о том, что недавно у него состоялся разговор с Антоном, который очень обеспокоил его. Оказывается, между ним и его старшим братом появилось отчуждение, вызванное, по мнению Антона, его не совсем правильными поступками и тем, как он к нему (Антону) относится. Андрей, выслушав Виктора, заметил, что это, как тот выразился, «отчуждение», во многом обусловлено тем, как Антон воспринимает происходящее. Он же со своей стороны никогда не желал младшему брату зла, напротив, старался оградить его от возможных проблем и всячески помочь ему.

– Антону видится всё в мрачном свете, – сказал Андрей, задумчиво перебирая лежащие на столе две шариковые ручки. – Не знаю, чем вызвана его неприязнь ко мне.

– Как мне показалось, причина в том, что ты увёл у него девушку, – сообщил Виктор, наблюдая за реакцией Андрея.

– Какую девушку? – Андрей сощурил глаза, словно бы не понимая, о чём говорит Виктор.

– Он не назвал мне её имени. Сказал лишь, что эта девушка была ему особенно дорога, и что ты всячески настаивал на разрыве его отношений с ней. А потом, по словам Антона, эта девушка оказалась в твоей квартире.

Андрею стало ясно.

– Я понял тебя, – сказал он Виктору. – Только это не совсем правда. У нас не было никаких особых отношений. Я просто помог ей в трудную минуту, когда она в этом нуждалась. Мы встретились случайно, и я, увидев, в каком она состоянии, решил… как бы это сказать?.. Взять её под опеку.

– Антон знает об этом? – Виктор внимательно посмотрел ему в глаза.

– Кое-что знает, но в целом я не распространялся об этом. Там была сложная ситуация. Сейчас, к счастью, всё разрешилось.

– И ты утверждаешь, что между вами ничего не было? – ещё раз уточнил Виктор. Что-то заставляло его сомневаться.

– Ты допрашиваешь меня? – поинтересовался Андрей.

– Нет, просто хочу знать правду. Извини, если вмешиваюсь не в своё дело. Но меня, действительно, беспокоит то, что происходит между тобой и Антоном. А ещё больше я беспокоюсь за вашу мать, которая от всех этих переживаний сама не своя.

Андрей молча кивнул. О том, как сильно Виктор любит их мать, он знал давно.

– Что мне сказать тебе, Виктор? Антон уже не ребёнок, и оказать на него воздействие не так просто. Он решил для себя, что я – помеха ему во всём, и разубеждать его в этом бессмысленно. Возможно, здесь есть доля истины. Но так уж я устроен. Переделать себя не могу.

– И всё-таки, Андрей, прошу тебя: поговори с ним ещё раз, – настаивал Виктор. – Нехорошо, когда двум братьям приходится враждовать.

Возвращаясь домой после этого разговора, Андрей в который раз поймал себя на мысли, как сильно он устал от всего этого. Хотелось просто приехать в свой дом, увидеть знакомые лица, прочесть в них любовь и радость от встречи с ним. Но в лицах родных ему людей он видел лишь напряжение и затаённое молчание.

Вконец устав от этого, Андрей решил набрать номер Евгения и предложить ему провести вечер вместе, отдохнув где-нибудь за пределами города. Евгения не пришлось уговаривать, он с готовностью откликнулся на предложение друга. И вот уже они сидели вместе в уютном загородном ресторане с приятной живой музыкой, ласкающей слух, и потягивали лёгкое безалкогольное пиво. Официантка принесла им заказ и удалилась, то и дело оборачиваясь и приятно улыбаясь им вслед.

– Ты ей понравился, – высказал предположение Евгений.

– Да ну? – Андрей притворно удивился. – Я думал, она без ума от тебя.

Какое-то время беседа их велась самым непринуждённым образом. Но Андрей был бы не Андреем, если бы вдруг не завёл разговор о работе.

– Строительство идёт полным ходом, – сказал он, имея в виду новый гостиничный комплекс. – Осталась внутренняя отделка. Думаю, к концу декабря завершить.

– Ты торопишься, – заметил на это Евгений. – Этот проект так важен для тебя?

– Так же, как и все предыдущие.

Евгений повертел вилкой в руке, а потом, положив её обратно на тарелку, сказал:

– Мне кажется, ты немного лукавишь, Андрей. Всё дело, наверное, в том, что здесь замешан твой личный интерес.

Они оба это понимали. Земля, на которой возводился комплекс некогда была взята в аренду Марком Зайвертом. На ней он построил собственное развлекательное заведение. Дело оказалось прибыльным, оно приносило ему немалый доход. Но Андрей, вложив большую сумму денег, просто выкупил эту землю у владельца, тем самым лишив Марка возможности её использовать. Все постройки были снесены, а на их месте появилось новое современное здание гостиничного комплекса.

Андрей допил до дна содержимое бокала и поставил его на стол.

– Я намерен устроить торжество по случаю открытия комплекса, – заявил он. Евгений кивнул, соглашаясь. Это было вполне предсказуемо. Необходимо привлекать клиентов. – Пригласим самых именитых гостей. В том числе, и Зайверта.

Это было полной неожиданностью. Евгений в недоумении посмотрел на своего собеседника.

– Зачем тебе это нужно?

– Хочу познакомиться, – сообщил Андрей, ослепительно улыбаясь. Подошедшая официантка подумала, наверное, что улыбка предназначалась именно ей, и просто застыла с подносом в руках возле их столика.

Когда девушка ушла, Андрей возобновил разговор:

– Своих врагов надо знать в лицо. Как давно началась эта война? А я до сих пор ни разу с ним не встретился лично.

– Но ты уверен, что он захочет прийти? – сомневался Евгений. На что Андрей железным голосом сказал:

– Захочет. Я знаю, как его убедить.

* * *

Марк Зайверт вертел в руках только что вскрытый конверт. Письмо, лежавшее в нём ранее, теперь было на столе. В дверь постучали.

– Войдите, – негромко распорядился он.

Это был Илья. Быстрыми шагами он вошёл в кабинет своего шефа. Тот указал на стул напротив. Во взгляде читался вопрос. Илья хорошо знал этого человека. Медлить нельзя. И он стал быстро выкладывать информацию.

– Дела идут полным ходом. Совсем скоро он увязнет по самые уши.

– Мне нужны более чёткие сроки, – сказал Марк, как всегда, обманчиво – спокойно.

Илья задумался.

– Совсем конкретно сказать не могу. Это всё очень индивидуально. Но в его случае, пожалуй, примерно через месяц…

– Это долго! – возразил Марк. – Я не могу столько ждать. В чём проблема? Ты плохо играешь свою роль?

– Вовсе нет, – Илье не улыбалось, если шеф так о нём подумает. – Я делаю всё в точности, как вы, шеф, приказали. Но он всё ещё сомневается…

– Так сделай так, чтобы не сомневался.

– Я даже не знаю, что ещё можно сделать, – признался Илья. – Он всё время вспоминает о своей семье, родственниках, и это его сильно тормозит. Он боится навредить им.

– Слишком совестливый, – снисходительно сказал Марк. – В таком случае надо сыграть на его чувстве вины.

– По-моему, это чувство у него развито необычайно сильно!

– Вот и прекрасно, – улыбнулся Марк. – А чтобы оно ещё сильнее обострилось, нужна психотравмирующая ситуация, в которой он был бы замешан. Парень будет искать утешения, вот ты и подвернёшься кстати. Ты же теперь его лучший друг.

– Похоже на то, – согласился Илья.

– Ну, а раз ты – лучший друг, значит, вхож в его личное пространство. Устрой вечеринку, найди повод. Главное – чтобы он ничего не помнил после. Думаю, ты знаешь, как это сделать. В изменённом состоянии сознания человек способен на всё.

Илья чувствовал, что ему предлагают ввязаться в очень грязное дело. До сих пор его услугами пользовались исключительно в целях просвещения и снабжения информацией. И та перспектива, которая явно вырисовывалась со слов Марка, его смущала.

– Вы предлагаете мне избавиться от человека? – оказывается, это было страшно произнести вслух. Но Марк в своей привычной манере холодного равнодушия тут же поправил его.

– Тебе? Нет, ни в коем случае. Твоё дело – организовать «праздник» и быть неотлучно при нашем парне. До определённого момента, – видя, что Илья сомневается, Марк предложил ему в таком случае выйти из игры.

– Нет-нет, я согласен! – поспешил заверить Илья. Он хорошо знал, что из игры, начатой его шефом, никто не выходит добровольно.

– Значит, договорились, – заключил Марк. – О дате я тебе сообщу позже. Ступай.

Когда Илья покинул кабинет, Марк взял в руки письмо и развернул. Это было приглашение на торжественное мероприятие по случаю открытия нового гостиничного комплекса. Его ждали в числе гостей. Внизу страницы подпись: «С уважением, Андрей и Дарья Вороновы». Марк распечатал новую пачку сигарет и закурил. Запрокинув голову, он медленно выпускал дым вверх. Так, значит, они ждут его на этом празднике жизни. Что ж, он доставит им это удовольствие. Заодно любопытно будет понаблюдать за ней в этом новом статусе. Счастлива ли она в браке? Помнит ли всё ещё о нём? Марк внезапно рассмеялся. Если и помнит, то как о самом неприятном эпизоде своей жизни. Глупышка!.. Она думает, что всё уже кончено. Нет, у него для них припасено ещё много сюрпризов и подарков.

* * *

Андрей вернулся с работы непривычно рано. И даже несмотря на то, что это была суббота, Марина всё равно удивилась его возвращению. Она была в гостиной одна, когда он вошёл, и сразу поднялась ему навстречу.

– Сынок! – они расцеловались. Андрей был возбуждён и всем своим видом выказывал нетерпение. Но ей крайне важно было поговорить с ним.

– Ты не знаешь, как там Антон? – волнуясь, спросила она. – Я уже несколько дней его не видела, и на звонки он не отвечает.

– По-моему, такое поведение для него в последнее время очень характерно, – заметил Андрей, намереваясь сразу закончить этот разговор.

Но Марина преградила ему путь на лестницу и вновь обратилась к нему со словами:      «Андрей, я понимаю, что тебе недосуг, но, может, ты всё же найдёшь время и встретишься с братом?»

Андрей в ответ поморщился. Говорить на эту тему ему явно не хотелось.

– Когда вы последний раз виделись? – продолжала Марина. – После той ссоры вы разошлись по своим углам и больше не сходились. Может, с твоей стороны, стоило бы проявить больше участия в его судьбе?

Андрей, не выдержав, вспылил:

– Мама, тебе не кажется, что моего участия и без того достаточно? Я снял ему квартиру, чтобы он мог пожить отдельно и собраться, как он сам говорил, со своими мыслями. Деньги я высылаю ему на счёт и точно знаю, что он не бедствует. А что касается его учёбы, то в это дело я вмешиваться не хочу. Однажды уже вмешался, и что в итоге? Теперь я же во всём виноват! – он распалялся всё больше и больше. – Знаешь, мама, я устал от этих обвинений в свой адрес!

– Тебя никто не обвиняет, – Марина попыталась успокоить его. Но Андрей лишь махнул рукой в ответ:

– Ладно, я знаю, о чём говорю! Пусть Антон сам разберётся, наконец, с тем, что ему нужно, а я с вашего позволения займусь своими делами! Сегодня у меня важное мероприятие и я не хотел бы его пропустить! – с этими словами он, обойдя мать, стремительно взбежал по ступеням наверх. Марине ничего не оставалось как беспомощно воздеть руки к небу. Как можно переубедить этого упрямца!..

А Андрей уже стоял в своей комнате напротив Даши, критично оглядывая её. Девушка примеряла платья одно за другим, выслушивая его порою не самые приятные комментарии.

– Не понимаю, что тебя не устраивает, – Даша со вздохом отложила очередное забракованное им платье в сторону. – Мне это всё не идёт?

– Дело не в этом, – сказал Андрей. – Платья хороши и все они тебе к лицу. Но сегодня особый день, и ты должна быть сверх неотразимой, я бы даже сказал «вызывающе»!

– Зачем мне это нужно? – поинтересовалась Даша.

Он приблизился к ней.

– Сегодня у нас будут особые гости. И среди них – известный нам обоим человек.

Даша как-то сразу догадалась, о ком речь.

– Ты пригласил Марка Зайверта, – тихо произнесла она. – Но для чего?

Он приобнял её за плечи, заглянул в глаза.

– Пора выполнить одно из условий нашего договора, если ты ещё помнишь о нём.

– Прекрасно помню, – Даша слегка отстранилась от него. Напоминание об этом договоре её всегда злило.

– Я не сомневался в тебе, – приятным бархатным голосом произнёс Андрей. – Так вот, сегодня ты будешь прекрасна как никогда. И наш общий «друг» должен это увидеть, чтобы понять, наконец, что для него партия давно проиграна.

Она не стала ничего говорить в ответ. Да, изначально их общим условием было заставить Марка поверить в то, что теперь она для него недосягаема. Но Даша знала, что не только ради её безопасности затеял Андрей это всё. Гораздо больше его волновало собственное тщеславие. Он хотел насладиться своим триумфом победителя во всём – в бизнесе, в материальном обеспечении и даже в любви. А для этих целей ему нужна она.

– Что будет потом? – внезапно спросила Даша. – Когда твой враг признает себя побеждённым?

– Когда я увижу страх поражения в его глазах, – медленно начал Андрей, и Даша заметила, как сверкнул его взгляд, – тогда я смогу сполна насладиться победой.

«Самовлюблённый эгоист», – подумала она. А вслух спросила:

– Что будет со мной?

– С тобой? – он посмотрел на неё так, словно примериваясь, что бы ответить. – Ты будешь свободна и станешь вольна в своём выборе. Держать тебя дальше я не стану. Ведь это именно то, чего ты хотела?

Она резко отвела взгляд, чтобы скрыть мелькнувшее в глазах чувство… разочарования. Потом глубоко вдохнула и произнесла:

– Дай мне полчаса, и я буду готова.

Андрей, расплывшись в улыбке, показавшейся ей на этот раз отвратительной, отправился в свой кабинет, притворив за собой дверь. Даша осталась стоять возле зеркала. Взглянув на своё отражение, она увидела непривычную ей бледность лица. Придётся воспользоваться пудрой или румянами, поняла она. Главное – это не думать сейчас ни о чём другом. Пусть будет так, как будет.

* * *

Вечер выдался на удивление приятным. Погода стояла мягкая, безветренная. Снежный покров, едва застелив землю, тут же растаял. Декабрь был не похож сам на себя. Под Новый год, правда, ожидалось похолодание, синоптики даже предсказывали снежные вихри, но лишь на короткое время. В начале января вновь предстояла оттепель. Всё это говорило в пользу того, что весна в этом году будет затяжной.

Но до неё ещё было долго, а пока зима только – только начинала вступать в свои права. Андрей, ведя машину, сообщил Даше, что это первый раз на его памяти, когда собственный День Рождения он празднует без снега.

– Мать рассказывала, что когда я родился, была жуткая вьюга, – поведал он своей собеседнице.

Услышав это, Даша невольно улыбнулась.

– Как это похоже на тебя, – заметила она.

Андрей тоже улыбнулся в ответ.

– Да, я и сам порой как эта вьюга – укротить не так-то просто.

– Опять хвастаешься?

Андрей полуобернулся к ней.

– Почему ты так решила?

– Ты очень любишь говорить о своих недостатках, всячески превознося их. А потом наслаждаешься произведенным эффектом.

Андрей был искренне удивлён таким высказыванием.

– А ты, оказывается, неплохо изучила меня.

– У меня было на это достаточно времени.

– Да? – Андрей заинтересовался ещё больше. – И что же ты теперь обо мне думаешь? Я каким-то образом поменялся в твоих глазах?

– Поменялся, – Даша посмотрела в его сторону, обдумывая, сказать ли ему всю правду. Но до места назначения оставалось совсем чуть-чуть, и она решила не отвлекать его лишними разговорами, тем более, что они обещали стать долгими.

Когда они подъехали к шикарному гостиничному комплексу, там уже собрались гости. И они продолжали прибывать. Андрей, первым выйдя из машины, подал руку жене. И они тут же попали под прицелы фотокамер. Оба не любили этого, но по-другому редко выходило. Публика требовала зрелищ.

Даша была одета в длинное красное платье с открытой спиной, плотно прилегающее к телу. Андрей одобрил её выбор, сочтя этот наряд вполне провокационным, как ему и хотелось. Она не стала спорить. Всё-таки, это его вечер и его триумф, на котором она – не более чем элемент декорации. Красивая, дорогая, но всё-таки, декорация… Такую роль она сама себе отвела на этот раз и собралась с успехом её сыграть.

Внутри было шумно. Андрея приветствовали, ему рукоплескали, восторгались его умением вести дела. Он, ослепительно улыбаясь, принимал все расточаемые ему комплименты. Да, он тщеславен, в который раз подумала Даша. Возможно, это издержки его профессии. А может, всё дело в том, что такова его натура. Не каждый способен так успешно вести свой бизнес. А Андрей вот уже много лет как возглавляет компанию, и всё это время она держится на плаву. Даша вдруг вспомнила о своём родном брате. Ему всегда хотелось того же – быть признанным лидером, авторитетом, иметь много денег и обладать властью. К сожалению, так и не получилось. Да, он, действительно, профессионал, мастер своего дела, но власть – это совсем не то, чем он может управлять. Кому-то надо быть в подмастерьях…

Правда, за последние несколько месяцев Алексей явно добился успехов в работе. Его повысили до заместителя директора, он прошёл стажировку, работает в своей организации и, похоже, руководитель им доволен. Каждый раз при встрече Даша внимательно всматривалась в его лицо, пытаясь отыскать там следы прежней его жизни. Но брат со смехом заверял её, что с пьянством отныне покончено. Он многое переосмыслил, находясь в состоянии тревоги и страха, пока вопрос с Зайвертом, наконец, не был решён. И теперь ему уже не хотелось возвращаться к своему прежнему состоянию. Потерять свой облик очень легко. Гораздо сложнее его потом отыскать. И Алексей, как никто, познал это на собственном опыте.

Андрей в этот вечер к вину не притрагивался. Он не любил алкоголь и принимал его, по собственному утверждению, только в редких случаях. К тому же действовал он на него особым образом. Вспомнив их последнее рандеву, Даша вспыхнула. Многое могло произойти в ту ночь, если бы не вмешался Антон. Может быть, это и к лучшему?

Среди гостей она скучала, но не показывала этого. Здесь всё было красиво, но эта красота была не той, что она искала. Гораздо приятнее было бы сорваться куда-нибудь вдвоём, подальше от всей этой суеты, снять, наконец, это платье и просто вдохнуть сырой декабрьский воздух, впустить его в лёгкие и замереть на несколько минут (а может, и часов), наслаждаясь присутствием тишины. Волшебная сказка!..

Появление антигероя она пропустила. Тот вошёл бесшумно, не торопясь, идя вдоль рядов, собранных из человеческой массы. Кто-то обратил на него внимание, а кому-то было недосуг. Он не любил быть замеченным, предпочитая находиться в тени и там, из-за угла ловко плести свои тонкие сети.

Когда он приблизился к Андрею, тот разговаривал с кем-то из гостей. Но тут же обернулся, всей кожей ощутив его присутствие. Умный взгляд карих глаз из-под прозрачных стёкол очков, слишком коротко остриженные волосы, говорящие о том, что он страдает облысением, со вкусом выбранный костюм, вполне приличное телосложение. Всё это Андрей успел зацепить одним взглядом. Он догадался сразу, кто стоит перед ним, хотя до этого его не видел. Именно таким его и описывали все те, кто был с ним знаком.

– Добрый вечер, – поздоровался гость.

Голос был мягким, вкрадчивым, жесты плавными. Он держался безупречно и, казалось, нет такой силы, которая могла бы возмутить его чувства. Андрей оценил это.

– Добрый вечер, – поздоровался и он. – С кем имею честь разговаривать?

– Я – тот, кому Вы передали приглашение на этот вечер. Марк Зайверт.

– Прекрасно, – улыбнулся Андрей. – Очень рад знакомству.

Он не протянул ему руки, и Марк ответил тем же, понимающе кивнув головой.

– Ваше приглашение стало для меня неожиданностью, – сказал он. – Чем обязан такому вниманию?

– Я достаточно наслышан о Вас, – подчёркнуто вежливо ответил Андрей. – Настало время познакомиться лично.

– Что ж, я готов откликнуться на Вашу просьбу, – Марк слегка наклонил голову.

Андрей подумал, что эта его манерность способна вывести из себя гораздо быстрее, чем хотелось бы. Похоже, и Марк знал это.

– Прекрасный вечер, Вы не находите? – спросил Андрей.

– Безусловно. И, пользуясь случаем, хотел бы поблагодарить Вас за это приглашение. Мне нечасто приходится бывать на подобных мероприятиях.

– Почему же? Разве вы не светский человек? – с притворным удивлением спросил Андрей.

– О, нет, что вы! Предпочитаю вести уединённый образ жизни.

– Как странно! – заметил Андрей. – Это совсем не идёт к вашему роду деятельности.

– Возможно, – согласился Марк. – Но ведь совсем не обязательно, чтобы профессиональные интересы заполнили все сферы жизни. Есть много других вариантов.

– Согласен. Каждый ищет то, что ему ближе. Кстати, – вдруг вспомнил Андрей, – хотите вина? Здесь тоже есть варианты.

– Благодарю Вас, – Марк вновь склонил голову, – но я не употребляю алкоголь. Предпочитаю кофе.

– Его, к сожалению, здесь нет. Но если необходимо, можно доставить, – с готовностью предложил Андрей.

– Прошу Вас не беспокоиться по этому поводу. Мне достаточно просто находиться здесь, в этом приятном окружении. Об остальном не стоит думать.

Андрей смотрел на него и чувствовал, как кровь начинает закипать. Не в его манере вести подобного рода беседы, особенно с таким, как он. Евгений был прав: Марк Зайверт – человек сложный. А теперь он и сам воочию убедился. Прощупать его в разговоре будет крайне непросто. Похоже, у него необычайно развит самоконтроль. Андрею же этого всегда недоставало.

Поняв, что из этого собеседника придётся всё вытягивать, Андрей решил переменить тему разговора.

– Я почти ничего о Вас не знаю, – сказал он. – Чем Вы занимаетесь помимо… основной деятельности?

Он специально сделал паузу в этом вопросе. Но Марк не отреагировал вовсе. В своей спокойной безмятежной манере он ответил:

– Мои увлечения просты и доступны каждому. Путешествия, чтение книг, общение с интересными людьми.

– Вы очень скромны, – заметил Андрей.

– Я привык быть честен перед самим собой.

«Ещё немного, и я его ударю», – подумал Андрей. Руки уже начали чесаться. Марк, видимо, чувствовал его состояние, и его это забавляло. Ему был известен характер Андрея Воронова, и сейчас, глядя на него, Марк понимал, что он еле сдерживается.

Неизвестно, сколько бы времени продолжался этот поединок, если бы Андрей вдруг не отыскал глазами Дашу.

Она видела, с кем он разговаривает, но приближаться к ним не торопилась. И только, когда Андрей сделал ей знак глазами, она направилась к ним.

Это было самое настоящее преодоление. Впрочем, Даше было не привыкать к этому. С той самой минуты, когда она сказала Андрею «да», преодоление стало неотъемлемой частью её жизни. Сквозь страх, сквозь собственные сомнения и неуверенность она шла и шла вперёд. А впереди неизменно был он, звавший её за собой. И она шла ему навстречу, даже не пытаясь остановиться, чтобы передохнуть.

Они оба смотрели на неё. Даша ощущала это всей кожей. Но голова её держалась прямо, взгляд был устремлён вперёд, и во всём облике читалось столько достоинства, что никто не осмелился бы заподозрить её во лжи. Она приблизилась к своему мужу, и он протянул руку ей навстречу. А потом крепко обнял за талию и прижал к себе. Он мог это позволить по праву супруга. Даша улыбнулась ему в ответ. И тогда Андрей, повернувшись к Марку, торжествующим голосом произнёс:

– Позвольте представить вам мою жену, Дарью.

И Даша впервые за долгое время заглянула в эти тёмные глаза, умело спрятанные за стёкла очков. И, как и прежде, с трудом смогла прочесть то, что было в них сокрыто. Самообладание этого человека было настолько велико, что могло расцениваться как форма таланта. Ни одним движением он не выдал своих эмоций, которые вызвало у него появление этой девушки. А ведь она сыграла далеко не последнюю роль в его жизни. Даша знала это и предполагала, что Марк поведёт себя именно таким образом. Удивительный, необыкновенный человек!.. Жаль только, что свои таланты он растратил попусту.

Дашу он приветствовал наклоном головы. Церемонии были ему к лицу.

– Рад видеть Вас вновь, Дарья, – вежливо произнес он. – Вы выглядите великолепно, впрочем, как и всегда.

– Спасибо, – сдержанно поблагодарила Даша. А в памяти резко всплыл их последний разговор и обрывки фраз, которые он бросал ей в лицо. «По пятьсот тысяч за ночь…». Этого ей уже не забыть. Как может он так искусно притворяться?

– Даша – мой компаньон в делах, – продолжил Андрей, которому явно стало легче вести разговор в присутствии жены. – Мы работаем вместе, и благодаря жене дела мои процветают.

– Позвольте выразить радость по этому поводу, – сказал на это Марк. – Приятно знать, что супруги достигают единения во всех сферах жизнедеятельности.

Даша молчала, стиснув зубы. Вдруг захотелось плотнее прижаться к Андрею, зарыться лицом в его рубашку и больше не видеть этого лица, не слышать его обманчиво-вкрадчивого голоса. Но она продолжала стоять рядом и смотреть на него. Так было нужно.

О чём думал Марк, глядя на них двоих? Увидел ли он счастливую супружескую пару, которую они так старательно изображали для всех, или, по своему наитию, заподозрил обман? Что-то похожее на сомнение мелькнуло в его глазах и тут же исчезло, уступив место другому чувству. Он поверил, поняла Даша. Он давно это знал. Ещё до того, как узнала она сама.

Кажется, Андрей оказался прав. Эта встреча была нужна им. Марк признал его победителем в этой битве. Но готов ли он признать себя побеждённым? На этот вопрос Даша пока не решалась ответить.

А Андрей ликовал. Всё шло так, как он задумал. И, когда его позвали к телефону, он покинул их с довольной улыбкой. Даша осталась с Марком один на один, и уже было повернулась, чтобы уйти, но он обратился к ней.

– Даша, – позвал он, – останься, прошу тебя. Мне бы хотелось тебе что-то сказать.

– Я слушаю, – девушка смело посмотрела ему в глаза.

– С момента нашей последней встречи прошло немало времени, – начал он. – У меня была возможность обдумать свои действия и слова. Я пришёл к выводу, что ошибался. При чём ошибка эта стоила мне самого дорогого – я потерял тебя, – он говорил это искренне, глядя в её глаза такими чистыми и ясными своими, что любая возможность лжи просто исключалась. Дашу на миг посетило сомнение: а вдруг он, действительно, говорит правду? Но тут же уступило место чувству негодования. Нет, он лжёт всё равно, что дышит! И она решила ему об этом сказать.

– Ты говоришь красиво, убедительно. И если бы на моём месте оказался другой человек, думаю, он бы поверил тебе. Меня же, Марк, тебе обмануть не удастся. Я помню совсем другое – то, как ты выносил мне свой приговор, думая, что загнал меня в угол.

– И к счастью, я ошибался, – вставил он. – Ты даже не представляешь, чего мне стоило это признать. Но я сделал это, тем не менее. И теперь, осознав свои ошибки, молю лишь об одном – простить мне эту слабость. Увы, я так же, как и все оказался подвержен страстям, хотя до этого мне казалось, что я человек огромной воли, – он усмехнулся. – Ты показала мне, что это не так, и Я тоже могу быть слабым. В какой-то момент я потерял контроль над собой. Теперь жалею о том, – он понурил голову. – Жаль, что нельзя повернуть время вспять. Я поступил бы иначе.

– Ты простил бы нам долг?

– Именно это я и хотел сделать изначально, – сказал Марк, глядя на неё печальными глазами. – Я ведь для того и оплатил все долги Алексея, чтобы избавить его от необходимости самому это делать. Да, мне это шло в убыток, но ведь тогда бы я мог помочь тебе! А это для меня было гораздо дороже денег!

– Почему же ты этого не сделал? – Даша усмехнулась. – Тебе что-то помешало?

– Да, – закивал Марк. – Моя любовь к тебе, – Даша напряглась при этих словах. – Я говорил тебе о ней, но ты не пожелала слушать. Что ж, жизнь полна несовпадений. Вот только я не смог с этим смириться и потому решил действовать так, как подсказывал мне мой ослепший рассудок. К счастью, мне не удалось довести это дело до конца. И знаешь, я счастлив, что всё обернулось именно так, – внезапно признался он. – Я не причинил тебе зла, и совесть моя понемногу успокоится. Зато теперь, когда я вижу, как ты счастлива со своим мужем, мне самому становится радостно!

О, сколько яда в его словах!.. Даше показалось, он произнёс их нарочно. Конечно, именно так всё и было. Она внезапно поняла, что он знает правду об их с Андреем браке, потому так и сказал. Но как он мог догадаться? Нет, этого быть не может, она сама себя накручивает. Просто всё, что связано с их отношениями, она воспринимает чересчур болезненно. Вот ей и мерещится скрытый смысл в его словах. Конечно, вряд ли он на самом деле радуется тому, что она вышла замуж за другого. Но истинных мотивов вступления её в брак он знать не может.

– Хорошо, Марк, – вздохнула Даша. – Я принимаю твои слова, но… это не значит, что я смогу относиться к тебе, как прежде. Этого уже не вернуть.

– Я и не прошу об этом! – воскликнул он. – Мне достаточно того, что ты выслушала меня и приняла мои извинения. Поверь, для меня это важнее всего!

Поверить? Как просто было бы это сделать, если бы вычеркнуть из памяти то, что она так заботливо хранит. Нет, поверить ему снова Даша отказывалась. Хватит того, что уже было.

Андрей подошёл так быстро, что она вздрогнула, ощутив его прикосновение к своей руке. Он был возбуждён, движения его были порывисты, он бросил ей короткое «идём» и, увлекая за собой, потянул к выходу. Напоследок Даша обернулась. Марк всё ещё стоял на том самом месте, где они его оставили. По его лицу невозможно было понять, о чём он сейчас думает. Но если бы ей, всё-таки, удалось заглянуть в самую глубь его тёмных глаз, она бы увидела там самодовольную усмешку. Он получил, что хотел. И это было только началом.

Глава четвёртая

Андрей был взбудоражен как никогда. Едва увидев его, Даша поняла, что что-то случилось. Но в зале ресторана, где они праздновали открытие гостиничного комплекса, она не стала его спрашивать ни о чём, просто последовав за ним, как он и просил. Но когда они сели в машину и тронулись с места, она решила заговорить.

– Андрей, что-нибудь случилось?

– Да, случилось! – нервно ответил он. – С Антоном.

Она почувствовала испуг. Только бы не самое страшное, подумала Даша.

– Что с ним, Андрей? – подавленным голосом спросила она.

Он не смотрел в её сторону, усиленно вглядываясь в проезжую дорогу. Но интонации её голоса были ему понятны. Конечно, она беспокоится, другого и быть не могло.

Даша ждала ответа. И Андрей сообщил, что его брат попал в очередную историю, на этот раз – с трагическим финалом.

– Мне позвонил мой знакомый капитан полиции. Их вызвали в квартиру, где живёт Антон. Кажется, там произошло убийство.

– Убийство?! – Даша не верила своим ушам. – Что ты говоришь, Андрей?

– Я сам не поверил. Переспросил несколько раз. И мне подтвердили, что это так. Поэтому сейчас мы едем туда. Не хотел брать тебя с собой, но и оставлять одну не стал. А если везти тебя домой, а потом возвращаться обратно, я потеряю много времени.

У Даши не укладывалось в голове, что Антон каким-то образом мог быть связан с убийством человека. Она не видела его уже больше месяца и не знала толком, что происходило в его жизни. Спрашивать у кого-либо из родственников она не решалась. Достаточно было того, что её и так считали причастной к скандалу, разразившемуся между братьями, хотя она-то знала, что это не так. Но Андрей сразу предупредил её, чтобы она ни с кем об этом не разговаривала (особенно, с его матерью), и Даша выполнила его наказ.

Что могло случиться за это время? Зачем вообще Андрей выслал Антона подальше от семьи? Она не раз задавалась этими вопросами и приходила к одному выводу: он это сделал ради себя самого. Антон стал ему мешать.

Они подъехали к элитному микрорайону с красивыми новостройками. Когда они вылезли из машины, Даша сразу заметила, что возле одного из домов стояла целая толпа людей, шумно переговаривающихся между собой. Вдруг от толпы отделился одетый в полицейскую форму человек и направился к ним. Представившись капитаном Зелениным, мужчина обратился к Андрею.

– Два часа назад это произошло, – начал он рассказывать. – Нам позвонили и сообщили, что из окна восьмого этажа выпал мужчина.

– Кто вам сообщил? – резко вставил Андрей.

– Это был человек, проживающий в этом доме, – терпеливо пояснил Зеленин. – Он прогуливался на улице, как вдруг услышал шум с задней стороны дома. Он кинулся туда и первым обнаружил лежащего на земле парня. Вызвал скорую и полицию. Когда мы приехали, он уже был мёртв.

– Как вы узнали, что он выпал из квартиры моего брата? – продолжал спрашивать Андрей.

– Мы поднялись наверх, стали обзванивать все квартиры, спрашивать жильцов. Когда оказались в той самой квартире, то сразу всё и поняли.

– Каким образом? – Андрей нахмурил брови.

– Сейчас мы вместе поднимемся туда, и ты, Андрей, всё увидишь, – Зеленин понизил голос, чтобы его не мог расслышать никто другой. – Думаю, тебе это вряд ли понравится.

– Уже не нравится, – мрачно заключил Андрей. – А кто этот парень, что выпал из окна? Могу я на него взглянуть?

– Пойдём, – согласился Зеленин.

Даша осталась стоять в стороне. Поёжившись, она плотнее закуталась в пальто. Не то, чтобы было холодно, просто во всём теле вдруг появился озноб. Впервые она находилась в подобной ситуации. Только бы увидеть Антона и понять, что с ним всё хорошо!..

Андрей вернулся довольно скоро. Лицо по-прежнему оставалось мрачным. На её немой вопрос он отрицательно помотал головой: «Нет, я его не знаю». Вскоре они в сопровождении капитана Зеленина вошли в подъезд и поднялись на восьмой этаж. Дверь в квартиру была распахнута. Свет горел ярко. Первое, что бросилось им в глаза, это целая груда пустых бутылок из-под пива. Андрей то ли случайно, то ли нарочно задел их ногой, когда проходил мимо, и они со звоном рассыпались по полу. На звук обернулись сидящие в креслах люди, так же одетые в полицейскую форму. Они поприветствовали Зеленина кивком головы, а затем скользнули глазами по вошедшим. Андрея здесь знали, поняла Даша. Никто не удивился его появлению, никто не препятствовал ему. Они свободно прошли в гостиную, где на полу, скорчившись, словно от боли, сидел, обхватив колени руками, Антон. Он поднял свои глаза, и Даша поразилась, увидев их. Сколько же могло пройти времени, чтобы человек так сильно изменился? Он был мертвенно-бледен, некогда красивые светлые волосы были спутаны и напоминали, скорее, свалявшийся, грязный валик. Глаза будто бы стали прозрачными, исчезла их нежная голубизна, только чёрные зрачки, непривычно расширенные, блуждали вокруг в поисках чего-то одного им известного. С первого взгляда Даше показалось, что Антон чем-то серьёзно болен. Таким она его увидела впервые. А он, взглянув на неё, слегка прищурил глаза, будто бы силясь вспомнить, где они могли раньше видеться. Потом, устав от неудачных попыток, он снова отвёл взгляд и уставился на этот раз в пол.

Андрей поднял его рывком, несмотря на протесты сотрудников полиции. Но ему было всё равно. Он хотел знать правду.

– Что здесь произошло?! – встряхнув Антона за отворот его почти полностью расстёгнутой рубашки, гневно вопросил он. Но Антон лишь слабо кивнул головой и тут же закрыл глаза. – Я тебя спрашиваю, что произошло?! – настаивал Андрей. Тут к нему подошёл Зеленин.

– Андрей, оставь его, – попросил он. – Парень не в себе.

Андрей чуть отстранился и вновь посмотрел на брата. Действительно, Антон выглядел очень плохо. И тогда Андрей, всё ещё поддерживая его рукой, обратился к Зеленину:

– Что с ним? – спросил он, имея в виду Антона.

– У него шок, вызванный тем, что случилось, – пояснил Зеленин. – Сейчас он ничего тебе не скажет. Надо подождать, пока придёт в себя.

– Сколько нужно ждать?

Зеленин пожал плечами.

– Не могу тебе точно сказать. Всё очень индивидуально.

– А кто-нибудь ещё здесь был?

– Когда мы приехали, – вмешался один из сотрудников, – здесь был настоящий хаос. Куча народу, молодые парни и девушки в самом непотребном состоянии. Похоже, они что-то отмечали. Во всяком случае, трезвым мы никого не обнаружили.

– И где они все теперь? – Андрей повернулся к говорившему. – Почему их отпустили?

– Их никто не отпускал, – возразил всё тот же сотрудник полиции. – Сейчас они все находятся под следствием и временно отправлены в вытрезвитель дабы мы могли их, наконец, допросить.

– Антон тоже должен был быть там, – произнёс Зеленин, сочувственно глядя на Андрея. – Но я решил подождать тебя.

– Правильно, – кивнул Андрей.

Он задумчиво окинул взглядом комнату, в которой они находились. Когда месяц назад он заходил в эту квартиру, она была совсем новой, после косметического ремонта. Сейчас же создавалось впечатление, что здесь содержали хлев. Рваные обои со следами копоти свисали со стен. Полы были настолько грязные, что не мылись, наверное, ни разу. Штор на окнах не было вовсе. Он прошёл на кухню. Здесь картина была не лучше. На столе в большой прозрачной вазе, заполненной наполовину водой, плавали окурки. Под столом лежал какой-то предмет. Андрей нагнулся и поднял его.

– Шприц?!

– Да, Андрей, – Зеленин следовал за ним. – Потому я и решил сразу позвонить тебе. Здесь принимали наркотики.

– Мой брат?! – верить в это не представлялось возможным.

– Пока не знаю наверняка. Мы выясняем это.

Андрей внезапно вспылил.

– Вы должны были сразу осмотреть его! – гневно сверкая глазами, напустился он на Зеленина. Тот, впрочем, стойко выдержал его взгляд, за годы службы привыкший к разным проявлениям эмоционального состояния. Он и Андрея неплохо знал, а потому другой реакции от него не ожидал. И всё же не следовало забывать, где они находятся и по какому поводу собрались.

– Послушай, Андрей, – обратился к нему Зеленин, – я понимаю твоё состояние. И тем не менее прошу тебя контролировать свои эмоции. Сейчас это особенно важно.

– Речь о моём брате, – чуть более тихо произнёс Андрей. В голосе появилась свойственная ему в минуты особого волнения хрипотца.

– Я помню. Именно поэтому и вызвал тебя. Хотя на самом деле посторонних лиц здесь быть не должно.

– По договору найма квартира принадлежит мне, – вспомнил Андрей.

– Хорошо, – Зеленину надоело спорить. – В таком случае ты также можешь быть допрошен. Как возможный свидетель.

Андрей задумался. Такая перспектива вовсе не радовала. Ему ещё не хватало очередных чернильных пятен на репутации.

– Что вы намерены делать дальше? – спросил он. Рассудок понемногу обретал свойственное ему хладнокровие.

– А что делают в таких случаях? Будет проведено расследование.

Андрей и сам это понимал. Подойдя к раскрытому окну, он выглянул наружу. Внизу зияла чернота. Толпа, кажется, уже разошлась.

– А кем был этот парень? – поинтересовался Андрей. – Тот, кого выбросили.

– Обычный участник обычной компании молодых людей. Общий знакомый тех, кто был здесь.

– И много их здесь было?

– Человек десять, не меньше, – тех, кого мы застали. Остальные, вероятно, успели разбежаться.

– Когда вы приехали, Антон уже был таким?

– В общем, да. И, судя по всему, до этого он употреблял алкоголь, возможно, вперемешку с чем-то ещё. На руках нет никаких следов.

– Значит, шприц принадлежал не ему, – для Андрея это было крайне важно.

Но Зеленину было важно другое.

– Твой брат уже не первый раз ловится на употреблении наркотиков, – напомнил он. – В прошлый раз нам удалось замять дело, но теперь…

– Ему подсунули наркотики! – возразил Андрей.

– Тогда – да, возможно. Но, когда это повторяется снова, стоит всерьёз задуматься.

– О чём ты предлагаешь мне задуматься? О том, что мой брат – потенциальный наркоман?

– Этого я не говорил, – Зеленин чувствовал, что Андрей вновь готов взорваться, и попытался смягчить его. – Однако тебе стоит задуматься о его состоянии. И поговорить с ним начистоту.

– Я сделаю это, как только он придёт в себя, – пообещал Андрей не столько Зеленину, сколько самому себе.

Он заглянул в комнату, где был его брат. Он так и остался сидеть на полу, прислонившись к стене. Взгляд был устремлён в одну точку. Он выглядел таким жалким и беспомощным, что у Андрея невольно сжалось сердце. «Как ты мог, Антон? – с горечью подумал он. – Как я мог?!..»

Рядом на колени опустилась Даша, протянула руку и слегка коснулась безвольно опущенной руки Антона. Медленно он повернул к ней голову, долго пытался сфокусировать взгляд. Когда изображение перед его глазами перестало плыть, он вдруг широко раскрыл их, а потом издал какой-то звук, похожий на приглушённый крик.

– Антон, – тихо позвала его девушка. – Ты меня слышишь?

Глаза наполнились слезами. Он смотрел на неё и, кажется, начинал узнавать.

– Даша… – это было его первое слово. Он произнёс его с трудом. Язык во рту пересох, губы потрескались. Глаза болели от напряжения, словно придавленные тяжёлым свинцом. Хотелось закрыть их, но он пересилил себя. Даша смотрела на него, молча, не говоря больше ничего. Антон медленно обвёл взглядом комнату и вновь посмотрел на неё. Это было спасением. Ничего другого не нужно. Пусть только она будет рядом! Он легко сжал её руку, и она ответила ему. «Всё хорошо, я рядом!»

– Похоже, он пришёл в себя, – заметил Зеленин.

Андрей же не сказал ничего в ответ, продолжая наблюдать за ними. И увидел, как его брат, всхлипнув носом, внезапно потянулся к его жене. Она не оттолкнула его, а напротив, прижала к себе, позволив обнять себя и уткнуться лицом в плечо. «Какое красивое на ней платье», – успел подумать Андрей, прежде чем ощутил толчок где-то в области груди. Странно… кругом сквозняки, а дышать отчего-то всё труднее…

* * *

Андрей отправил Дашу домой на такси, а сам поехал в полицейский участок вместе с Антоном. За всё это время младший брат не проронил ни слова. Ему рассказали, что произошло, стали задавать вопросы, но он никак не реагировал на них. В конце концов, Андрею удалось уговорить Зеленина отпустить его.

– Будет лучше, если он побудет дома. Там, возможно, я смогу от него чего-то добиться.

– Это было бы как нельзя лучше, – сказал Зеленин. – Сейчас нам важно узнать правду. Возможно, твой брат и не причастен к убийству…

– В этом я уверен! – перебил его Андрей. – Антон не способен на такое.

– Может, и не способен. Только психотропы способны творить с человеком чудеса. Если бы ты видел, что происходит с наркоманом в состоянии «ломки», ты бы так не утверждал, Андрей.

«Я видел это собственными глазами!» – хотелось сказать ему. Вновь в памяти всплыли события давно минувших дней. Обезумевшая от боли девушка, готовая на всё, лишь бы заполучить желаемую порцию «радости». Она едва не выбросилась из окна, когда её заперли в квартире. Внезапно Андрея осенило.

– А не могло ли это быть самоубийством? – обратился он к Зеленину. – На почве приёма алкоголя или наркотиков.

– Это нам и предстоит выяснить.

– И как долго может продлиться следствие?

Зеленин замялся.

– Не могу тебе сказать. Очень многое будет зависеть от показаний свидетелей.

– Ты называешь свидетелями тех, кто был в этой квартире? Они же были пьяны и вряд ли что-то помнят.

– Однако допросить их я должен, – Зеленину начинало надоедать активное вмешательство Андрея в это дело. Он уже жалел, что вызвал его.

А Андрей думал о том, что могут сказать эти люди на допросе. Вполне возможно, то, что они расскажут, и внесёт ясность в происходящее. Вот только как это отразится на Антоне? В том, что он не виноват, Андрей ни минуты не сомневался. Была в нём какая-то слепая уверенность, что Антон, даже будучи в состоянии алкогольного или наркотического опьянения, всё равно бы не сделал этого. Но что скажут те, кто был с ним рядом? И что скажет он сам? Пока брат упорно не желал идти на контакт. Но время не могло ждать, и надо было срочно что-то решать. Сейчас ему разрешили забрать брата домой, но кто знает, не окажется ли он завтра под арестом? И что тогда будет с матерью? Ей, вообще, об этом знать не следует. А если дело предать гласности? Тогда повсюду будет звучать их фамилия, а это уже прямой удар по его, Андрея, репутации. Нет, он не может этого допустить! Он способен защитить свою семью от этого удара. И тогда Андрей, не колеблясь ни секунды, обратился к Зеленину.

* * *

Даша чувствовала себя опустошённой. Вернувшись домой на рассвете, она поднялась в свою комнату и там, плотно закрыв дверь, застыла возле неё. Сил не было никаких. Она не могла даже раздеться. В ушах стоял шум, в голове гудело, глаза закрывались сами собой. Она добрела до кровати и, как была, в длинном вечернем платье, легла. Но сон к ней не пришёл. Тогда она перевернулась на спину и стала смотреть в потолок.

«Какой невозможный день!.. – думала она. – День длиною в жизнь…»

Она вспоминала Антона, каким он был, когда они вошли в эту квартиру. Разве таким она его должна помнить? Нет, в её памяти жил совсем другой образ светловолосого юноши с глазами чистыми, как небо в тихую безветренную погоду. И душа его была чистой. Такой человек просто не способен на все те ужасные вещи, о которых говорилось там.

Настал черёд других воспоминаний. Тёплым летним вечером они стояли вдвоём в саду их большого дома и разговаривали так, словно не были никем замечены. Он сказал ей тогда: «Вы все считаете меня очень хорошим, положительным героем. Но это не совсем так».

Герой был, герой растаял. Растворился в зелёной мути воды, именуемой жизнью. «Антон не мог этого сделать! – упрямо твердила она. – Он не такой!»

Ей было больно, прежде всего, за него. Он же совсем не умеет противостоять таким ударам судьбы. Зачем только он ввязался в это дело, зачем связался с людьми, которых никогда не должно было быть в его жизни?! Какой же он глупый, какой доверчивый!.. Ох, Антон, Антон…

Сегодняшняя встреча с Марком теперь ничего для неё не стоила. Какая разница, что было между ними, если сейчас она страдает совсем о другом? Да пропади он пропадом со всеми своими деньгами и договорами!

Андрей уговорил её вернуться домой, вернее, настоял. Да она и сама понимала, что пользы от её присутствия не будет никому. Антону было больно вдвойне видеть её в такую минуту рядом с собой. Он предпочёл бы, чтобы она ничего не знала, как и все остальные. Она могла и не узнать, но от Андрея ничто не укроется. И вот он снова с ним, его старший брат, защитник и советчик. Только советами сейчас вряд ли поможешь. Зеленин говорил об убийстве на почве приёма алкоголя и наркотиков. Это мог сделать кто угодно. Все, кто были там в тот вечер, попадут под подозрение. И Антон тоже. Если с ним что-нибудь случится, то она себе этого не простит. Может, вина её и не столь очевидна, но всё же она есть. И от этого Даше становилось всё тяжелее. Она предала его! Они все его предали, каждый в отдельности. Никто не желал ему зла и все ему зло причинили. Оправдываться бессмысленно. Сделанного назад не вернёшь.

«Прости меня, прости!..» – молила Даша, но он её не слышал.

Она почему-то совсем забыла об Андрее. Что думает он об этом? Какие шаги предпримет? Андрей ни за что не будет сидеть, сложа руки. Он обязательно что-нибудь придумает. Может быть, ему удастся помочь Антону?

…Когда раздался звонок, она уже спала. Но услышав его, рывком поднялась с кровати. Звонил Андрей.

– Приезжай в полицию. Срочно.

Он назвал адрес. Даша протёрла глаза. Сна как не бывало. Она мельком взглянула на себя в зеркало и ужаснулась. Надо привести себя в порядок. Только побыстрее. Андрей сказал, медлить нельзя.

День был уже давно в разгаре. Спустившись в гостиную, Даша столкнулась с Ариной, которая радостно кинулась к ней. Оказывается, она давно ждала её, чтобы поговорить, но не решалась заглянуть к ней в комнату.

– Мне нужно тебе многое рассказать! – в волнении произнесла Арина. Но Даша неожиданно пресекла её словами: «Не сейчас. Мне надо срочно уйти». Арина проводила её удивлённым взглядом, а потом, поразмыслив, отправилась к себе. Может, она права, и у неё, действительно, что-то срочное.

А Даша, сев в такси, наспех поправляла волосы. Не было времени на сборы. Она умылась и переоделась, и тут же убежала. Если Андрей её позвал, значит, она, действительно, нужна.

Они встретились в длинном, но узком коридоре здания полицейского участка. Даше никогда прежде не приходилось здесь бывать. Но и теперь, оказавшись здесь, она даже не осмотрелась. Андрей стоял впереди, и он ждал её, а значит, остальное неважно.

Антона с ним не было. Она хотела было спросить его о нём, как Андрей потянул её за руку, ведя за собой. Они вошли в маленький неуютный кабинет. Андрей, поискав глазами, нашёл стул и подвинул его Даше. Сам присел на краешек стола. Она почувствовала, что сейчас им предстоит не самый приятный разговор, и приготовилась слушать.

– Я говорил с Зелениным, – начал Андрей, глядя на неё ставшим вдруг тяжёлым взглядом и оттого потемневшим ещё больше. – Долго говорил. Вначале он не хотел меня слушать. Но я должен был убедить его. Любым способом.

«Каким же ещё? – подумала Даша. – Власть против власти?»

– Он согласился, – продолжал Андрей. – Свидетелей отправили по домам, взяв с них подписи.

– А что расследование? – спросила Даша.

– Его не будет, – глухим, но твёрдым голосом сказал Андрей. – Погибший совершил самоубийство. Виновных нет.

– Как им это удалось выяснить? – поразилась Даша. – Ведь они говорили, что…

– Какая разница, что они говорили? – перебил Андрей. – Сейчас это уже не имеет значения. Важно другое. Мне нужно забрать отсюда Антона и как можно скорее. Он сопротивляется. Не хочет подписывать свои показания.

– Почему? – недоумевала Даша.

– Потому что считает себя виновным в том, что произошло, – Андрей покачал головой.

– Но ведь это не так? – с надеждой спросила Даша. – Он не виноват?

– Надеюсь, что так, – сказал Андрей. А потом, подумав, воскликнул. – Конечно, не виноват! Как можно в этом сомневаться?

Даша внутренне была согласна с ним, но какая-то доля сомнений ещё оставалась. Как всё внезапно произошло!.. Она вгляделась в это лицо, казавшееся почти застывшим, и вдруг её осенило.

– Скажи мне, Андрей, идею с самоубийством ты предложил? – и тут же, поняв всю бессмысленность вопроса, добавила. – Можешь не отвечать. Мне всё ясно.

– Это осуждение с твоей стороны?

– Нет. Ты сделал то, что должен был сделать.

– Хорошо, что ты это понимаешь, – Андрей встал и зашагал по кабинету. – В конечном счёте, неважно, кто это сделал. Все, кто там был, – наркоманы или алкоголики. Любой из них мог совершить это. Расследование могло тянуться бесконечно долго. И всё это время в нём бы фигурировала наша фамилия.

«Так вот что тебя беспокоит!» – Дашу снова пронзила догадка. Она тоже встала, выпрямилась и подошла к нему. Поняв, что не может держать это в себе, она решилась спросить его прямо. – Андрей, скажи мне, только честно: ты это сделал ради Антона или ради спасения собственной репутации?

Он остановился, как громом поражённый. В глазах, устремлённых на неё, Даша увидела холодный блеск. «Он думает, сказать ли мне правду?»

– Я это сделал по многим причинам, – медленно, делая акцент на каждом слове, произнёс Андрей, глядя ей в глаза. – Ты можешь осудить меня, если хочешь.

Даша отвела взгляд.

– Нет, я не стану этого делать. Ты принял решение и, возможно, оно и есть верное.

– Хорошо, – кажется, Андрей был удивлён таким ответом. – Есть только одна проблема, – заметил он. – Антон не желает соглашаться с таким решением и настаивает на проведении расследования. Безумный! – не выдержав, Андрей стукнул кулаком по столу. – Он даже не понимает, что тем самым делает хуже самому себе!

– Он хочет наказать себя, – тихо произнесла Даша. Она вдруг отчётливо представила себе его – измученного собственными переживаниями, терзаниями, готового самого себя изгрызть за то, что произошло. И тогда ей всё стало ясно. – Да, он хочет самого себя наказать. За всё, что он сделал и за всё, чего сделать не смог… За этого парня, за все ошибки, что он совершил, за то, что он жил не так, как хотелось бы… За все грехи… которых у него нет…

Такая печаль была в её голосе, что Андрею стало не по себе. Она всегда могла почувствовать Антона лучше, чем он, родной брат. Может, потому что у них и впрямь много общего. Не зря их так тянуло друг к другу.

Промелькнула шальная мысль: что, если бы он тогда не вмешался, и сейчас Даша и Антон были бы вместе? Наверняка, им не пришлось бы вот так сидеть уже вторые сутки в этом полицейском участке. Антон был бы счастлив, а счастливые люди никогда не совершают таких глупостей. И ни за что бы он не потянулся к наркотикам. Когда тебя питает любовь, зачем искать другие источники тепла?

Вдруг стало очень тесно в этом совсем не уютном кабинете. Андрею захотелось сесть. В груди появился какой-то ком, мешающий дышать. Кажется, отец в последние годы жаловался именно на ощущения сдавленности в груди. Неужели и ему суждено испытать подобное? Любовь отравляет, теперь он знает это. Она способна даже убить. Отца убила именно любовь, хотя она и была ответная. Вместе было нельзя и порознь тоже. Ему никогда не надо было подпускать её так близко.

– Андрей, всё в порядке? – Даша забеспокоилась, увидев, как изменилось его лицо. Зрачки сузились, взгляд потемнел ещё больше, губы раскрылись, словно хотели что-то сказать. Но, когда она обратилась к нему, всё резко встало на свои места. Он кивнул ей в ответ: да, всё в порядке. – Ты устал, – продолжала Даша. – Тебе надо отдохнуть, поспать.

– После, – решительно отрезал он. – Сначала нужно довести дело до конца. Я позвал тебя сюда с конкретной целью. Поговори с Антоном. Убеди его в необходимости такого решения. Мне нужно, чтобы он поставил свою подпись в листке показаний. Тогда его освободят, и мы сможем отсюда уйти.

– Почему ты просишь об этом меня? – Раньше Андрей ни за что бы на это не пошёл.

– Потому что меня он слушать не хочет. А тебя послушает.

Даша поймала себя на том, что хотела бы возразить ему. Но, заглянув в его так редко и непривычно печальные глаза, она поняла, что не станет этого делать. Он, действительно, надеялся на её помощь. Он просил её об этом.

– Хорошо, – согласилась она. – Я поговорю с твоим братом.

* * *

Антон чувствовал себя плохо. Всё время хотелось пить, глаза резал яркий свет, а руки не находили себе места. То он запускал их в потемневшие от грязи пряди и теребил, пытаясь распутать, то перебирал пальцами пуговицы на рубашке, то просто стучал костяшками по столу. Зеленину, сидевшему напротив, вконец надоело на это смотреть, и он, достав из ящика стола какие-то бумаги, стал внимательно их просматривать. Ничего нового он в них не нашёл, но всё было лучше, чем смотреть на этого безмолвствующего парня.

Когда в дверь постучали, Зеленин поднял голову и, увидев входящую в кабинет Дашу, очень обрадовался. Это означало конец его положению надзирателя и избавление от этих молчаливых мук. Он вышел, закрыв за собой дверь. Даша взяла его стул и поставила рядом со стулом, на котором сидел Антон.

– Я не помешаю? – спросила она.

Он робко взглянул на неё.

– Нет, что ты! Хотя… мне бы не хотелось, чтобы ты видела меня в таком … состоянии, – признался он.

– Я понимаю, – кивнула, соглашаясь, Даша. – Все мы в разные моменты жизни испытываем чувства подавленности, безысходности. Нам кажется, что мир рушится на глазах. Всё восстаёт против нас и даже внутри, – она показала рукой на грудь, – мы не находим спасения.

Антон внимал ей, она видела это.

– Не нужно стыдиться своего состояния, – продолжила Даша. – Человек слаб по натуре, даже если хочет казаться сильным. Это игра, не более того.

– Но сильным всегда быть приятнее, чем слабым, – заметил Антон.

– Да, – согласилась Даша. – Хорошо, когда рядом есть кто-то, кто помогает стать сильнее. Человеку важно знать, что он не один, и может разделить с кем-то свою боль. А если нет никого, то переживать её приходится в одиночестве. Тогда она становится ещё острее.

– Иногда бывает так, что человек окружён людьми, но в то же время чувствует себя одиноким, – сказал Антон. – И где тогда искать спасения? Если в нём достаточно силы, он найдёт спасение в себе самом. А если он слаб, что тогда?

Хотел ли он получить от неё ответ или это было его откровение, не претендующее ни на что, кроме права быть услышанным? Даша всмотрелась в его лицо. Оно похудело, стало более вытянутым. Тёмные следы бессонных ночей пролегли под его глазами. Он выглядел очень уставшим.

– Антон, ты не должен так себя терзать, – это была просьба. – Нельзя чувствовать себя виноватым во всех бедах, что происходят в твоей жизни.

– Но ведь моя жизнь – в моих руках, – возразил он. – Значит, мне и держать ответ.

– Перед кем ты хочешь держать ответ? Перед самим собой?

– Да. Именно так.

О, это чувство ответственности! Каким коварным оно, всё-таки, может быть!.. Умело прячется, скрывая свою истинную личину под маской добродетели. Выдаёт слишком много «долгов» и оставляет слишком мало прав. Ты должен, и всё тут!

А ведь они с братом похожи гораздо больше, чем кажется на первый взгляд, подумалось вдруг Даше. Андрей ведь тоже поставил вокруг себя слишком жёсткие рамки, перешагнуть через которые практически невозможно. Только у него достаточно внутренней силы, чтобы с этим жить, а Антону этого как раз и не хватает.

Они говорили долго, касаясь разных тем. Антон умел слушать. Всегда умел, сколько знала его Даша. Сам он был не столь многословен в этот раз. Тихая грусть, поселившаяся в уголках его губ и затаённом взгляде бездонных глаз, не покинула его даже к концу разговора. Даше хотелось бы и от этого его избавить, но, увы, перешагнуть этот порог она не смогла. Антон был не из тех, кто с легкостью расставался со своей внутренней болью. Она была необходима ему сейчас, как неизбежная часть его души. Он примирился с ней давно, всерьёз.

Когда они вдвоём вышли из кабинета, в потемневшем коридоре им встретился Андрей. Он уже давно был здесь и время от времени мерил шагами расстояние от одного конца до другого. Внутри всё клокотало, и он изо всех сил старался не давать волю чувствам. Что происходило там, за закрытой дверью? Этот вопрос его мучил, и в поисках ответа он позволял себе зайти слишком далеко. А когда он увидел их двоих, то просто застыл на месте. На миг и они прекратили движение, но потом Даша всё же приблизилась к нему. В его глазах был немой вопрос, а говорить ему вовсе не хотелось. Даша всё поняла и на этот раз.

– Всё в порядке, – ответила она, и ему показалось, что голос её звучит устало. – Мы можем идти. Все вместе, – добавила она.

Когда они вышли на улицу, их сразу обдало порывом холодного ветра. Андрей заметил, что ночь продолжается, словно и не было этого безумного дня, который они провели в стенах здания полиции, что осталось позади. Вчера, когда они приехали сюда, тоже была ночь. Может, они здесь пробыли гораздо больше? Может даже целую неделю, а он этого не заметил? Теперь ему казалось многое возможным.

Антон держался поодаль. С Андреем они не обмолвились и словом. Посредником выступала Даша. Когда они сели в машину, Андрей включил обогрев, и тепло быстро стало заполнять кабину. Он обернулся к Антону, сидевшему сзади, и спросил:

– Ты готов ехать?

Тот, не глядя на брата, тихо сказал:

– Раз я здесь, значит, на всё согласен.

– Я не могу отвезти тебя домой, – неожиданно высказался Андрей. – Если мать увидит, в каком ты состоянии, у неё появятся вопросы. И что тогда мы ей скажем?

– Не знаю. Ты же мастер находить нужные слова.

Андрей нахмурился, не зная, воспринимать ли это в качестве насмешки. Но потом решил смягчиться.

– Будет лучше, если ты какое-то время не будешь попадаться ей на глаза, – решил он. – Пока окончательно не придешь в себя.

– Хорошо, – безвольно согласился Антон. – Я готов поехать куда угодно.

Андрей быстро прикинул в уме что-то и обратился к Даше:

– Твоя квартира свободна?

– Там живёт брат, – она была очень удивлена такому вопросу.

– Предупреди его, что мы приедем, – не дожидаясь ответа, Андрей взялся за руль.

Дашу поразила такая бесцеремонность. Что, если Лёшка сейчас занят? Можно ли вот так без приглашения вторгаться в чью-то жизнь? Впрочем, для Андрея Воронова это было привычным делом. Она достала телефон и позвонила брату.

Алексей был один в квартире и как раз собирался ложиться спать. Звонок сестры его и обрадовал и удивил. Но когда они все трое вошли, улыбка разом сползла с лица Алексея. Он увидел напряжённые, уставшие лица и сразу понял: что-то случилось.

– Ты не против, если мой брат какое-то время поживёт здесь? – Андрей быстро перешёл к делу, не тратя время на разговор.

Алексей поначалу опешил от такого вопроса, но, взглянув на свою сестру, которая медленно ему кивала, сказал:

– Хорошо. Нет проблем.

– В таком случае, ты остаёшься, – это уже было адресовано Антону. – Завтра привезу твои вещи и всё необходимое. Алексей, можно тебя на пару слов?

Андрей вывел его в коридор. А Даша предложила Антону пройти в комнату, которую ещё совсем недавно занимала сама.

– Ты можешь располагаться здесь, – сказала она.

– Так же, как и в прошлый раз, – заметил он. – Только тебя не будет рядом.

– Я буду рядом. Мысленно – я с тобой.

Он взглянул на неё с благодарностью.

– Спасибо, Даша! Ты очень добра ко мне.

– Так же, как и ты…

Антон оглядел комнату, в которой ему предстояло провести, по меньшей мере, несколько дней.

– Интересно, почему Андрей решил привезти меня именно сюда?

– Он не хочет оставлять тебя одного.

– Да, ведь я способен на любое безрассудство, – невесело усмехнулся Антон. – Что ж, он мне не доверяет и, наверное, правильно делает. Я сам не уверен, что могу доверять себе.

– Ты сможешь, – уверенно заявила Даша. – Пройдёт немного времени – и ты сможешь. Обязательно! Я верю в это.

Как ему хотелось в эту минуту обнять её! Крепко-крепко, так, как никогда прежде! Но он сдержался, памятуя о том, что за дверью находится его брат. А девушка эта принадлежит ему. Так распорядилась судьба…

Андрей вернулся. Теперь Алексей выглядел ещё более озадаченным. Его попросили присмотреть за Антоном и в случае, если он вздумает куда-нибудь уйти, сразу звонить Андрею. Алексей, конечно, понял, что дело не такое простое, как кажется на первый взгляд и надеялся в будущем прояснить ситуацию. Быть в неведении относительно происходящего ему не хотелось. Всё-таки, он тоже принимает в этом участие. Но Андрей ему ничего конкретного не сообщил, и Алексей надеялся позже расспросить обо всём Дашу.

– Поехали, – коротко бросил Андрей. Это предназначалось его жене. – До скорого!

Они попрощались и ушли. А Алексей обратился к Антону, предложив ему что-нибудь перекусить. Тот поблагодарил и отказался, сказав, что больше всего ему сейчас хочется спать. Тогда Алексей приготовил ему постель и ушёл, притворив за собой дверь. Но Антон долго не ложился. Подойдя к окну, он отодвинул шторы и уставился в ночную тьму. В доме напротив горели огни. По тротуару куда-то спешили люди. Было тихо, так непривычно, что он потерял счёт времени, вглядываясь в то, что происходило за окном. Там мало что менялось. Он целый месяц прожил в квартире, которую снял для него Андрей. И там всё было по-другому. Шумные компании, застолья, алкоголь… Кажется, он за всю жизнь столько не пил, сколько в этот месяц. И «порошок», который ему предлагали… Нет, он отказывался всякий раз, словно что-то внутри его удерживало. Но курил вместе со всеми. И разум постепенно начинал отказывать ему. Он понимал, что теряет самообладание, но сопротивляться этому хотелось всё меньше. Сбежать бы от всего этого, но куда? Один уже убежал через окно прямиком на тот свет. Антон так и не узнал, было ли это на самом деле самоубийством или кто-то помог тому парню, имени которого он даже не знает, покончить с собственной жизнью. Теперь разницы нет никакой. Брат постарался: скоро дело закроют. Даша сказала: так лучше для всех. Наверное, это правда. Только на душе пока легче не становится. И тяжесть собственной вины придавливает книзу. Антон прилёг на кровать и почти сразу уснул.

* * *

Когда Даша с Андреем вернулись домой, в гостиной их встретила Марина. Едва они переступили порог, как она бросилась к ним. Оба сразу заметили, что она чем-то взволнована.

– Андрей! – первым делом Марина бросилась к сыну. – Что происходит? Ты можешь мне объяснить?

– А что случилось? – как ни в чём не бывало, поинтересовался Андрей.

– Ты уехал вчера днём, а вернулся только сегодня ночью. Тебя так дела задержали?

– Да, – спокойно ответил он. – Не стоило так волноваться. Разве это в первый раз?

– Нет, но меня беспокоит и другое, – призналась Марина. – Где Антон? Я звонила, но он не отвечает.

– С Антоном всё в порядке. Он у себя на квартире.

– Где эта квартира? Я хочу повидать его! – Марина тут же ухватилась за это.

Андрей положил матери руки на плечи и, постаравшись придать своему голосу больше мягкости, сказал:

– Сейчас уже ночь. Давай отложим визит до завтра.

– Ты сам его видел?

– Конечно. Мы расстались буквально час назад.

– То есть – как? – не поверила Марина.

– Сегодня я провёл ночь у него, – объяснил Андрей. – В городе у меня были дела, и я решил не заезжать домой, чтобы не тратить время. Даша ночевала здесь, а потом присоединилась ко мне.

– И как… Антон? – Марина всё ещё не могла успокоиться.

– С ним всё в порядке. Он… занимается своим творчеством, – нашёлся Андрей.

– А учёба? – продолжала расспрашивать Марина. – Он в институте появляется?

– С этим всё сложнее, – вздохнул Андрей. – Но мы решим этот вопрос, не беспокойся, мам.

Про себя он подумал, что завтра же займётся этим делом. А Марина, немного успокоившись, решила, наконец, объяснить сыну причину своего волнения.

– Понимаешь, со вчерашнего дня у меня нехорошее предчувствие, – призналась она. – Какое-то волнение в душе, и на сердце неспокойно. Я подумала, что с Антоном что-то случилось.

– Всё в порядке, мама, – ещё раз повторил Андрей. – Беспокоиться не о чем.

– Но вы с ним… нормально поговорили? – осторожно поинтересовалась она, памятуя о недавнем конфликте, разыгравшимся между братьями.

– Да, всё нормально, – подтвердил Андрей.

– Хорошо, сынок, – Марина поверила его словам и, пожелав ему и Даше спокойной ночи, поднялась к себе.

– Твоя мама очень беспокоится за вас за всех, – сказала Андрею Даша, когда они поднялись в свою комнату вслед за Мариной.

– Сердце матери полно предчувствий, – заметил он.

Даша подумала, что в её жизни всё было иначе, но вслух говорить этого не стала. Ей было неприятно вспоминать о матери в присутствии Андрея, хотя перед отъездом они попытались наладить отношения. Но впускать в их хрупкий мир Снежану она не хотела, опасаясь, что та может заполнить собой слишком много пространства. Да, Даша ревновала его к матери, и ей было стыдно признаться в этом даже себе самой. Была бы её воля, она бы вовсе запретила себе думать об этом. Но здесь, увы, её власть над собственным разумом кончалась. И она вынуждена была терпеть эти неприятные моменты ревностных переживаний.

Даша задумалась и не заметила, как Андрей стал раздеваться, готовясь ко сну. Когда он сел на кровати, отдёрнув покрывало, застилающее его, она резко очнулась и пришла в себя.

– Андрей, что ты делаешь?

– Ах, да… – он спохватился. – Прости, я, кажется, немного устал и забылся, – он потёр глаза. – Так лень куда-то вставать и идти!..

– Если хочешь, я сегодня посплю у тебя в кабинете, – Даше стало жаль его. Андрей и впрямь выглядел сильно уставшим. Ещё бы! Ведь он почти двое суток провёл на ногах.

Он усмехнулся, а потом, видимо, хотел что-то сказать, но передумал, и только устало прикрыл глаза. Даша уже собралась идти, чтобы не мешать ему отдыхать, как Андрей снова открыл глаза и позвал её:

– Подожди, не уходи. Мне надо поговорить с тобой. Присядь.

Даша села на край кровати и внимательно посмотрела на него.

– Твоему брату можно доверять? – услышала она вопрос.

Первым её желанием было сказать «да». Но Даша удержалась, вдруг вспомнив о том, что успел натворить её брат за последние несколько месяцев. И тогда она честно сказала Андрею: «Не знаю. Раньше мне казалось, что да. Но сейчас… я ещё не вполне в нём уверена».

Андрей согласно кивнул. Он и сам думал так же.

– Антон остаётся с ним. Сегодня тебе удалось его уговорить, но кто знает, что будет завтра. Зеленин сказал: вся их компания принимает наркотики и алкоголь. Колоться он ещё не начал, но насчёт всего остального я не уверен. Тебе он ничего не говорил об этом?

Нет, ей он не говорил ничего. Подумать о том, что такой человек, как Антон, способен употреблять наркотики, было страшно. Хотя… её брат тоже позволял себе это, а она, Даша, ничего не знала и даже не догадывалась. Люди порой способны на самые невероятные поступки и именно тогда, когда от них этого не ожидаешь.

– Я видел человека, который употребляет «тяжёлые» наркотики, – признался ей Андрей. – Видел, что происходит с ним в момент «ломки». Это очень страшно. Где гарантии, что с моим братом в ближайшее время не произойдёт нечто подобное?

– Этого не может быть, Андрей, – возразила Даша. – Я отказываюсь в это верить.

– Я тоже, – его глаза закрывались сами собой. – Хочу попросить тебя об одном одолжении. Побудь с ним какое-то время. Если ты будешь рядом, ему будет легче всё это пережить.

– О чём ты меня просишь? – Даша опешила.

– Чтобы ты завтра поехала на свою квартиру и провела с ним день, пока твой брат не вернётся с работы.

– А как же моя работа?

– Я дам тебе отпуск на несколько дней, – голос его становился всё слабее. Он с трудом боролся с желанием уснуть. А Даша в полном замешательстве не знала, что сказать. Андрей просит её помочь.

– Но почему именно я? – выпалила вдруг она.

Он резко открыл глаза.

– Потому что больше мне некого просить, – сказал Андрей. – Антон доверяет тебе, и… я тоже, – с этими словами он заснул. Усталость, всё-таки, одержала над ним верх. Даша, поняв это, не стала его будить, а молча поднялась и ушла в кабинет.

Долго она пребывала в состоянии смятения, не позволявшем ей заснуть. Сама просьба Андрея была настолько неожиданной, что вызывала у неё беспокойство. Он всегда был против их дружбы, видимо, чувствуя, что за этим скрывается нечто большее, или зная, наверняка. Он сделал всё, чтобы отдалить их друг от друга. И вот теперь он сам просит её быть рядом с тем, кого раньше ни за что бы не подпустил близко. Слишком неожиданно для неё!.. Да так, что сложно поверить. Но он говорил ей правду. Антон в опасности, и оставлять его одного или даже наедине с Лёшкой – нельзя! А ей он доверяет. Быть может, она и сумеет хоть чем-то ему помочь. Вот только… Есть одно «но». Пока она будет там, Андрей будет здесь. С какой лёгкостью он её отпускает! Но она-то будет уходить с тяжёлым сердцем… Антон ей дорог по-прежнему, но это уже не то, что ей казалось раньше… Всё изменилось в её жизни. Всё перевернулось с ног на голову. Где искать оправдания? И как теперь быть дальше?

«Как, всё-таки, неудобно спать на этом диване!..» – подумала Даша. Кровать такая мягкая и просторная. Но ей туда нельзя. Это супружеское ложе не рассчитано на двоих. И ведь никто в этом доме об этом ничего не знает. Да и вообще – никто. Это их тайна, их договор, который нельзя нарушить. Но что делать, если обстоятельства изменились?

Глава пятая

Утром Андрей проснулся и почувствовал себя гораздо лучше, чем накануне. Широкая кровать с удобным мягким матрасом приятно расслабила его. Сон был долгим и глубоким. Когда он открыл глаза, то ещё какое-то время позволил себе полежать в постели. Раньше он не замечал, как здесь хорошо и уютно. Привычное глазу и телу быстро становится частью повседневности, на это перестаёшь обращать внимание и вспоминаешь, лишь, когда лишаешься этого.

Он встал и первым делом заглянул в кабинет. Там на неразобранном диване спала Даша. Волосы её разметались по подушке, часть их закрывала лицо. Одеяло было наполовину спущено на пол, открывая ноги до колен. Андрей остановился, словно пригвождённый к месту. Смотреть на неё спящую было особенно приятно. Эти украденные моменты счастья доставались Андрею нечасто. Вернее, он не позволял себе этого сам. Она, потревоженная его взглядом, могла проснуться в любой момент, нарушив это нечаянное уединение, за которое он так дорого желал бы отдать. Но тревожить себя напрасными желаниями Андрей не любил. А потому вернулся обратно в комнату. Но Даша, то ли услышав его шаги, то ли интуитивно ощутив его пристальное к ней внимание, проснулась тут же. Подтянув к себе одеяло, она завернулась в него, а потом легко поднялась и направилась вслед за Андреем в комнату.

– Доброе утро, – поздоровалась она.

Андрей обернулся. Он только что вышел из душа и уже одевался.

– Я разбудил тебя?

– Нет. Хотя… не знаю, – засомневалась Даша. – Ты заходил ко мне?

– Только что. Извини, если потревожил, – он говорил с ней, по её мнению, довольно сухо. Впрочем, по утрам он всегда любил напускать на себя излишнюю сдержанность. Застёгивая ворот рубашки, он поинтересовался, помнит ли она о его вчерашней просьбе.

– Да, конечно.

– В таком случае могу отвезти тебя, если ты быстро соберёшься. А я пока подожду в гостиной, – он говорил быстро, не тратя лишних слов и стараясь даже не глядеть на неё. Даша ощутила укол в самолюбие. Мог бы быть и повнимательнее к ней! А потом подумала: это же Андрей Воронов, что с него взять!..

Собралась она быстро. Когда Даша спустилась в гостиную, Андрей уже допивал свой чай.

– Тебе предлагать не стану, – сказал он. – Времени на это нет. Идём.

Утро было холодным. Воздух сырым. Шёл снег, и неприятно дул ветер. Они сели в машину, и Андрей, как всегда, резко ударил по газам.

– Сколько времени ты предлагаешь мне пробыть на квартире? – решила уточнить Даша.

– Пока не знаю. Я дам тебе отпуск на неделю, а там – посмотрим.

– Я буду скучать без работы, – пожаловалась она.

– Если срочно понадобишься, я тебя вызову. Но, думаю, сейчас ты нужнее там, – он не сказал, где именно, но Даше и так было ясно. Он решил сделать её щитом между ним и братом. Что ж, если ему так хочется, он получит желаемое.

Она больше ни слова не сказала до самого конца пути. А когда они подъехали к подъезду дома, в котором она жила раньше, Андрей взглянул на неё и сказал то, что уже говорил накануне:

– Если возникнут какие-то проблемы – сразу звони мне.

– Как скажешь, – согласилась Даша и вышла из кабины.

Дверь она открыла своим ключом. В квартире было тихо, и создавалось ощущение, что она пуста. Но когда она, на цыпочках ступая, приблизилась к своей комнате и заглянула внутрь, то увидела там Антона. Он спал на её кровати и выглядел так безмятежно, словно не было за его плечами никаких тревог и волнений прошедших дней. Даша вышла и заглянула в другую комнату. Алексей уже уехал. Тогда она отправилась на кухню.

Там всё было по-прежнему. Но, заглянув в холодильник, Даша не обнаружила там того изобилия продуктов, которые могли бы быть в то время, когда она ещё жила здесь. Брат готовить почти не умел и питался, вероятно, в каких-нибудь заведениях общепита. Личная жизнь у него тоже пока не наладилась, так что квартира, а в особенности, кухня полностью оправдывала себя в качестве статуса холостяцкой. Но Даше, тем не менее, удалось, приготовить завтрак. Она уже успела проголодаться и теперь ждала только пробуждения Антона.

Он спал очень долго. Видимо, это был реванш за два последних дня. К тому же, Даша понимала это, Антон не был связан ни какими обязательствами ни с кем. У него не было нужды просыпаться рано утром, его не ждали служебные дела. Он привык жить именно так. Конечно, когда в университете были занятия, ему приходилось посещать их вовремя. Но жизнь студента это совсем не то, что жизнь человека, занятого службой. Хотя такой, как Антон, вряд ли сможет привыкнуть к служебным обязательствам в будущем. Ему нужна свобода, творческое пространство, без этого он просто не сможет нормально жить. «Вольный художник», – вспомнила Даша, как ещё совсем недавно называла свою мать. Возможно, они бы поняли друг друга – она и Антон. Удивительно, что раньше ей приходило в голову совсем другое сравнение. Она считала Антона схожим с собой. Но нет, теперь очевидно, что это совсем не так. Она далеко ушла вперёд, а он… Он всё там же, где и был. Там он, скорее всего, и останется. Наверное, в этом есть и своя прелесть. Но ей отчего-то уже не так весело, как раньше при мысли о том, что он здесь, рядом с ней. И сердце не бьётся так пылко, пытаясь вырваться из груди, и волнение практически не беспокоит. Только тревога за его судьбу и желание помочь, как старому доброму другу, как человеку, связанному с ней общим прошлым, как близкому и в то же время такому далёкому существу…

Еда давно остыла, когда Антон, потирая глаза, вошёл на кухню. Он очень удивился, увидев Дашу, сидящую за столом.

– Доброе утро, – она приветливо улыбнулась. – Как ты?

– Спасибо, хорошо, – несколько смущённо ответил Антон. – Не ожидал тебя здесь увидеть.

– Но это ведь моя квартира, – мягко напомнила Даша.

– Да, конечно, – согласился он.

Заметив, что Антон переминается с ноги на ногу, Даша предложила ему сесть.

– Присоединяйся. Этот завтрак я готовила для тебя, – она пододвинула ему тарелку. – Правда, всё уже остыло…

– Спасибо. Мне подойдёт, – Антон всегда был неприхотлив. И всегда умел быть благодарным. Даша всё время улыбалась, глядя на него. Первоначальное его смущение постепенно таяло, в движениях стала проглядывать раскованность, во взгляде – неподдельная радость, особенно, когда он устремлялся в её сторону. Ему было хорошо с ней, и Даша это знала. Наверное, Андрей, всё-таки, был прав, когда решил отправить её к нему.

После завтрака Антон предложил свою помощь в наведении порядка, и Даша согласилась. Надо было чем-то его занять. Так они вместе занялись уборкой квартиры.

– Лёшке всегда недосуг, – пожаловалась Даша, вытирая пыль. – Особенно теперь, когда его повысили в должности, работы сразу прибавилось и ответственности, разумеется, тоже. Честно говоря, не представляю, как он справляется, – призналась она. – Мой брат, он… Мне всегда казалось, что административные и руководящие должности – это не его стихия.

– Однако, он выбрал именно это, – осторожно вставил Антон. – Давай я протру пыль на шкафу, а то тебе не достать.

Даша протянула ему тряпку.

– Дома ты сам убираешься? – поинтересовалась она.

– Очень редко. В основном, это делала мама или Наташа.

– А Арина?

– Арина – лентяйка, такая же, как и я. Зато очень добрая и честная.

– И ты такой же, – добавила Даша.

– Я? – переспросил Антон. – Я – нет, не совсем такой. Добрый – может быть, но насчёт честного… Знаешь, сложнее всего быть честным перед самим собой, это я уже понял.

– Знаю, – согласилась и Даша, думая в этот момент о своём.

Когда они закончили, Даша удовлетворённо оглядела квартиру, довольная проделанной работой. Время шло к обеду. Ещё раз открыв холодильник и убедившись, что там почти ничего нет, она предложила Антону сходить вместе за продуктами.

– Так мне в этой ссылке разрешается выходить на улицу? – пошутил он.

– Ссылка? Ты так это называешь?

– А как же иначе? – развёл руками Антон. – Старший брат сослал меня сюда, чтобы я мог подумать о своём неправильном поведении и сделать выводы, угодные ему. Когда я исправлюсь, тогда, скорее всего, он разрешит мне вернуться домой.

Невесёлыми были его слова, хотя и звучали вполне иронично. Даша увидела, как непросто ему даётся всё это – держать себя в руках, поддерживать разговор, быть весёлым, шутить и делать вид, что ничего особенного не произошло. Нет, Антон не может так быстро забыть обо всём, что травмировало его душу. И Даша, несмотря на то, что хотела оттянуть этот неприятный разговор, сама же решила его начать.

– Антон, я понимаю твоё состояние. Вернее, думаю, что могу понять, – поправилась она. – То, что случилось, так просто нельзя забыть и делать вид, что ничего не было, тоже невозможно. Но это не значит, что надо самого себя загонять в жёсткие рамки существования. Жизнь продолжается…

– Да, для кого-то она, действительно, продолжается, – согласился он. – Но есть те, кто уже никогда не сможет узнать её продолжение…

– Ты опять думаешь о том погибшем парне?

– А как мне о нём не думать! – воскликнул Антон. – Он был со мной в одной квартире, в одной комнате! Мы вместе сидели за одним столом, были в одной компании, пили алкоголь, и вдруг… Я даже не знаю, как это произошло! Не помню, понимаешь?!

Даша попыталась его успокоить.

– У тебя был шок. Поэтому ты и забыл это травмирующее событие. Это защитная реакция организма!

– Да, нас учили этому в институте. Травма, шок и всё такое – я помню, хотя и не очень хорошо. Но в каком нужно быть состоянии, чтобы забыть о том, как человек выбросился из окна?!

Даша отметила, что вместо «выбросили» он произнёс «выбросился». А это было хорошим знаком. Значит, он готов поверить в то, что это было самоубийством. Однако надо было возвращаться к теме разговора.

– Что именно тебя беспокоит, Антон? Сам факт самоубийства или то, что именно этого парня уже нет в живых?

– Да я его толком даже не знаю! Я не помню ни лица его, ни имени! И ни лиц, ни имён половины тех, кто был там со мной! – выпалил Антон. – Кто эти люди? Откуда они взялись? Я не помню, чтобы я приглашал их. Но ведь они каким-то образом очутились в той квартире.

– Может, их пригласил кто-то из твоих друзей или знакомых, – высказала предположение Даша.

– Может быть. Но знаешь, это не так уж и важно. За этот месяц в той квартире перебывало столько людей, что я потерял им счёт. Они приходили и уходили. Некоторые оставались. Мне было почти всё равно. Какая разница, с кем пить?

Эта откровенность шокировала Дашу.

– Ты хочешь сказать, что всё это время пил? – она даже вслух не хотела этого произносить. – Но это невозможно!

– Да, пил, – он был беспощаден к ним обоим. – И не только пил…

Дальше спрашивать ей уже совсем не хотелось. Но раз уж они завязали этот разговор, отступать было нельзя.

– Ты принимал наркотики? – прямо спросила она.

– Принимал, – твёрдо сказал Антон. – И на этот раз – по собственному желанию.

– Но зачем? – она смотрела на него молящими глазами. Пожалуйста, скажи, что ты этого не делал, просили её глаза. Пусть это будет ошибкой, дурной шуткой, да чем угодно, только не правдой! Но он был честен перед ней, не намереваясь скрывать ничего. И она поняла, что это провал!..

– Я очень зависимый человек, – объяснил он. – В детстве моей зависимостью было общение с матерью, постоянный контакт с ней. Потом, когда отец решил прервать это дело, я переключился на учёбу. Потом я ушёл в творчество. А когда повзрослел, то узнал, что такое любовная зависимость. Вот и всё, Даша. Таков мой путь, – он посмотрел на неё печальными глазами. – Теперь, когда я лишился источника любви, пришлось искать другую зависимость. И я нашёл.

– Неужели ты не мог выбрать что-нибудь другое? Почему сразу наркотики?

– А это проще всего. Не нужно никаких особенных усилий. Пару затяжек – и мир вокруг тебя начинает преображаться. А если пофантазировать, то можно раскрасить его любыми красками.

– Но так не может продолжаться бесконечно, – холодно заметила Даша.

– Не может. После эйфории приходит состояние опустошённости, полного отсутствия жизненных сил и желания действовать и принимать какие-либо решения. Кроме одного, – он судорожно глотнул воздух и продолжил. – Это желание найти снова источник радости и восторга. Чтобы забыться и не думать больше ни о чём. Чтобы не испытывать страдания. Чтобы вообще ничего не чувствовать, – голос его звучал всё более удручённо. – Потому что всё, что ты чувствуешь – это боль. Огромная, бессловесная, невыразимая боль! Она заполняет всё пространство собой. От неё хочется сбежать!

– Может, тот парень так и решил, – высказала неожиданное предположение Даша, – сбежать от своей боли, выпрыгнув в окно. Спасение бегством.

– Может и так, – Антон, взглянув на неё, быстро отвёл взгляд. – На его месте мог быть и я.

– Нет, только не ты! – Даша неожиданно для себя самой кинулась к нему, схватила за руки. – Ты не можешь так говорить!

Она, действительно, испугалась его слов. Антон, обнаружив это, почувствовал, как тяжёлое чувство, именуемое виной, вдруг стало давить на грудь. Оно, оказавшись сильнее собственной боли, на миг закрыло её от него. И тут же Антон, увидев неподдельный страх в глазах девушки, бросился к ней.

– Даша, прости меня, пожалуйста! – просил он. – Я не должен был говорить тебе всего этого! Я… очень глупо поступил, прости, прости! – Он повторял это до тех пор, пока она его не остановила.

– Антон, прошу, успокойся. Я… – она не сразу сумела подобрать нужные слова. – Мне не за что тебя прощать. Ты испугал меня своими словами – да. Но это лишь потому, что я искренне к тебе отношусь.

Она не думала, что он так сможет отреагировать. Схватив её за плечи, он заключил в свои объятия, прижал к себе так крепко, что у неё дыхание перехватило от неожиданности. Она и вырваться не могла, боясь оттолкнуть его, такого ранимого, но и близости этой не желала. А он не отпускал. Держал её так, словно боялся потерять.

– Антон, – позвала его Даша. Он чуть отвёл голову назад, чтобы лучше её видеть. – Я не могу вот так…

Она сказала это еле слышно, но он сразу всё понял и тогда отпустил её.

– Прости, – снова извинился он. – Я всё время забываю, что ты теперь жена моего брата, и такие вольности непозволительны.

– Забываешь? – переспросила она, просто для того, чтобы не молчать.

– Вернее, хочу забыть, – поправил он. – Будет честно, если я скажу именно так.

Она тяжело вздохнула и отвернулась. Ей вдруг подумалось, что смотреть ему в глаза будет некорректно с её стороны. Взгляд формирует ожидания и провоцирует откровения.

– Знаешь, – продолжал Антон, – я ведь так до сих пор и не понял, как это произошло. Я имею в виду ваш брак. Мне казалось, ты не можешь его любить.

– Мне тоже так казалось, – Даша задумчиво кивнула головой.

– И теперь он попросил тебя побыть со мной. Так странно…

– Что же тут странного? – оживилась Даша.

– Ты не можешь не понимать этого…

Она почувствовала, что больше не может продолжать этот разговор, открывающий самые болезненные тайники её души, так тщательно запрятанные в своё время. Было бы здорово совсем забыть о них, потерять ключи, отпирающие эти дверцы. Но вот стоит перед ней этот молодой человек и держит в руках один из ключей.

– Даша, я всё хотел тебя спросить и не решался. Помнишь нашу последнюю встречу в сентябре на набережной? – Даша кивнула. Она прекрасно помнила всё. – Тогда ты позвала меня, и я очень обрадовался… А потом ты исчезла и… Когда появилась снова, то уже вместе с Андреем, – он немного замялся. – Скажи, женщины призваны для того, чтобы морочить головы мужчинам?

Она внезапно рассмеялась. Но смех этот был нервным, не свойственным ей ни в коей мере. Она и сама удивилась его внезапному проявлению. Но, кажется, её собеседник понял истинную причину такого поведения. Не меняясь в лице, он только заглянул в её вновь обратившиеся к нему глаза так безропотно, печально и произнёс: «Мне кажется, за всю жизнь так и не удастся познать истинную природу женского начала и то, какой властью обладаете вы над мужчинами».

Она смолчала в этот раз. Не было сил противоречить, а соглашаться не получалось. Она поняла, что ей достаточно на сегодня этих разговоров «по душам». И, взяв себя в руки, она, выдохнув, обратилась к Антону, как ни в чём не бывало:

– Мне нужно пройтись по магазинам. Ты со мной?

* * *

Перед тем, как ехать на работу, Андрей отправился в университет, где учился Антон. Время шло, а решение по поводу дальнейшего обучения младший брат так и не принял. Значит, пора было решать самому. Андрей, хотя и обещал больше не вмешиваться в дела Антона, всё же рассудил, что в нынешней ситуации придётся изменить тактику поведения. А потому отправился напрямую в кабинет ректора.

Его встретили приветливо. Они были знакомы давно, и, выслушав Андрея, ректор, понятливо кивая головой, согласился пойти ему навстречу. Таким образом, Антону был оформлен академический отпуск сроком на один год. Андрей надеялся, что за это время брату удастся прийти в себя.

Потом он поехал в «Инвест». Ирина, едва увидев его, тут же достала кипу бумаг, с которыми намеревалась идти за ним следом в кабинет. Но Андрей выразил знак протеста по этому поводу и попросил её зайти после обеда.

В кабинете он достал телефон и набрал номер Ивана Зеленина. Убедившись, что дело идёт, как надо, он поблагодарил его и отключил телефон. Потом он задумался. Надо было что-то делать дальше. Оставлять это вот так недопустимо. Стоило поговорить с Евгением, но останавливало одно: в этом деле о «самоубийстве» фигурировал его родной брат. Кроме того (Андрей был почти убеждён в этом), найденный в квартире Антона шприц также говорил о многом. В частности, Антон мог быть с этим связан. В памяти всплыли события столетней давности, когда Антона, находящегося в состоянии наркотического опьянения, забрала полиция из этой злополучной «Лагуны». Тогда всё и началось. И теперь (он может отрицать это) наркотики присутствуют в его жизни. Осталось выяснить, в какой мере они успели им завладеть. Он послал к нему Дашу. Быть может, это решение он принял поспешно.

Андрей вновь достал телефон и позвонил на этот раз ей. Голос её звучал, на удивление, спокойно. Она коротко сообщила, что всё в порядке, они заняты приготовлением обеда, и поинтересовалась, как дела на работе. Андрей ответил, что дела идут в своём режиме, и что она может не беспокоиться: в ближайшее время она сможет вернуться в компанию.

Закончив разговор, Андрей снова погрузился в раздумья. Её слова не успокоили его, а, напротив, взволновали ещё больше. Да, возможно, что с Антоном всё, действительно, уже лучше. Но что происходит сейчас с ней? Как она чувствует себя в этой новой роли, которую он ей предложил? Быть может, её радует внезапно подаренная возможность остаться с Антоном наедине? И если да, то как он, Андрей, сможет принять её обратно?

Волнение в душе его росло. Он понял, что не может не думать об этом. Слепая ревность снова попыталась одержать над ним верх, горяча его разум. Зачем он сам её отпустил? Она могла бы быть здесь, с ним рядом, но нет! Он добровольно отдал её во власть прошлого. Может, он тоже обезумел? Но, вспомнив, каким потухшим взглядом смотрел на него младший брат, Андрей усилием воли призвал себя успокоиться. Всё правильно, и он рассудил по совести. Антону сейчас будет лучше с ней. Оставлять его одного недопустимо. Надо просто верить и… ждать. Но как же трудно, как трудно!

Евгений появился сам. Не задавая никаких вопросов, он, тем не менее, заметил тщательно скрываемое беспокойство, мелькавшее периодически в напряжённом взгляде Андрея. Тогда он понял, что что-то случилось, но друг пока не готов ему довериться. Узнав от Ирины, что Даше предоставлен отпуск на неделю, Евгений мысленно связал это с беспокойным состоянием Андрея. И тогда решился спросить:

– С твоей женой всё в порядке? Я узнал, что она ушла в отпуск.

– Да, всё нормально, – подтвердил Андрей. – Есть некоторые дела, требующие решения.

– Я могу чем-то помочь? – поинтересовался Евгений.

– Ты же знаешь: если что, я обращусь к тебе сам, – напомнил Андрей.

– Хорошо, – настаивать Евгений не стал.

Дальше события развивались как обычно. Остаток дня был заполнен деловыми встречами, телефонными разговорами и изучением документов. К вечеру Андрей снова позвонил Даше. Она сказала, что уже едет домой.

– А что Антон? – спросил Андрей.

– Он с моим братом. Не беспокойся.

Но беспокоился он вовсе не за Антона. По дороге домой Андрей долго обдумывал, что сказать ей при встрече. Была даже мысль попросить её вернуться назад. Но, когда они столкнулись в дверях, оба только что с дороги, он сразу заметил, как она печальна. Уведя Дашу в их комнату, чтобы никто не мог им помешать, там он, наконец, смог с ней поговорить.

Она рассказала ему многое. И в то же время Андрей понимал, что рассказала она не всё. Мог ли он надеяться услышать от неё всю правду о том, что происходило сегодня в её квартире? Этого он не знал, но сомнения начали одолевать почти сразу, с первых её слов. Она уводила от него взгляд, теребя рукав своего платья. А он смотрел, не отрываясь, пытаясь проникнуть в самую суть той части её души, что была сокрыта от него.

Антон болен, заключила она, и болезнь его произрастает изнутри. Пока он отдаёт себе в этом отчёт, но кто знает, что может произойти с ним дальше. Он целый месяц провёл, как в тумане, – не жил вовсе, а так, существовал, рассогласованно с самим собой. Виной всему – алкоголь, что он употреблял почти без меры, и…

– Наркотики, – подсказал Андрей, видя её замешательство.

Да, подтвердила Даша, и они нашли себе место в его жизни. Антон сказал, что только курил, на большее не хватило смелости.

– Хотелось бы в это верить, – мрачно высказался Андрей.

– Я думаю, что это правда, – сказала Даша. – Сегодня он был со мной откровенен, как никогда.

Сказала это – и сама испугалась, увидев, как потемнело лицо Андрея. Он всегда слишком буквально воспринимал её слова. Как она могла об этом забыть?

Но он уже успел овладеть собой, и вновь лицо стало непроницаемым, надёжно закрытое его вечной маской холодности и деланной небрежности. Нет, никогда ей не пробиться сквозь этот заслон!..

– Ещё он упоминал про какого-то друга, который, якобы, всё время находился с ним рядом, – вспомнила Даша.

Андрей оживился.

– Что за друг? Он назвал имя?

– Его зовут Илья. Они познакомились буквально месяц назад в «Лагуне».

Опять эта чёртова «Лагуна»! Он же чувствовал, что всё не так просто! Андрей соображал быстро. Если речь идёт о «Лагуне», значит, здесь замешен Зайверт. Иначе быть не может. В таком случае…

Андрей направился к двери.

– Ты уходишь? – удивилась Даша.

– Да. Мне надо кое-что проверить, – бросил Андрей, на ходу надевая куртку.

Она не стала его останавливать. Пусть идёт, куда считает нужным. Ей уже достаточно разговоров и впечатлений. Закрыв за ним дверь, Даша разделась и почти сразу легла. Только бы сон пришёл поскорее, забрав остатки этого тяжёлого дня!.. Антон больше не заговаривал с ней об их несложившихся отношениях, но она весь день ощущала на себе его взгляд, который был красноречивее всяких слов. Он обрадовался её появлению. Новые надежды с прежней силой родились в его измотанной душе. Но что она могла дать ему в ответ? Чувства прошли, словно и не было их вовсе. Осталась лишь тихая грусть да безмерное сострадание этому прекрасному человеку, который так и не стал для неё по-настоящему близким. Её это не печалило. Жизнь умеет расставлять всё по местам. И она приняла этот вызов, позволив себе отдаться течению, которое уже давно несло её в неведомую доселе даль.

* * *

Андрей вёл машину быстро. Дорога, размытая снегом с дождём, вовсе не была идеальной, но он почти не обращал на это внимание. Пару раз автомобиль грозило занести на поворотах, куда Андрей входил слишком резко. Но он был достаточно опытным водителем, чтобы справиться с управлением.

Внутри всё клокотало. Он предвкушал будущую встречу и готов был разорвать своего врага на куски. Хватит! Довольно они сидели в тени своих противодействий друг к другу. Пора им обоим выйти на свет. С этими мыслями он припарковал машину недалеко от входа и, выйдя из неё, быстрыми решительными шагами направился ко входу в «Лагуну».

Его здесь знали, он не сомневался. Любой, кто работал на Зайверта, должен был его знать. И этот парень из охраны, что проводил его внимательным взглядом, и этот бойкий администратор в расписной рубашке. Андрею пришло на ум, что, если «расписать» ему лицо, то выглядеть он будет гораздо более гармонично. Жаль, времени на это нет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.