Наталия Шлыгина
Кощеи тоже плачут

-Укралиииии… кровиночку мою укралиии… -выла на весь терем старая нянька боярыни Брусникиной Глафиры Филимоновны, в исступлении заламывая руки…

С утра челядь с ног сбилась, разыскивая ненаглядную Глашеньку, но все тщетно. Юная княжеская племянница как в воду канула. К обеду город стоял на ушах, а на каждом втором столбе красовалась объявление о пропаже ненаглядной кровиночке и приличном вознаграждении за неё. С объявления на горожан смотрело кругленькое да румяненькое личико девицы явно высокого происхождения, то, что высокого, было видно сразу, потому как царский художник явно не поленился, малюя от души пять рядов бус, массивные серьги и целый ворох тонких кружев на платье похищенной.

Горожане подходили и отходили, возмущаясь бандитскому разгулу, кто-то говорил, что Глаша сбежала с царским воеводой, другие-что её царь сам тайно выдал замуж за иностранного посла в парике, самые творческие умы предполагали, что её чародей какой-нить в жабу превратил за её скандальный характер. Как-бы то ни было, но «ягодка» не находилась, а время все шло. Всех благородных и не только девиц бдительные родители держали под замком…

Царь, после безуспешных поисков, к обеду третьего дня, на правах ближайшего и единственного родственника «ягодки» издал указ, который вскоре красовался на всех столбах рядом с предыдущими, и звучал примерно так:

«Мы, царь Гвидон третий, повелеваем: тому, кто отыщет и доставит в целости и сохранности племянницу и кровиночку нашу, Брусникину Глафиру Филимоновну, отдадим её в жены со всем причитающихся приданым-10000 золотых, 5 деревень и самоходную карету-коль будет холостой спаситель её, всем остальным пожалуем-1000 золотых и терем в столице!»

Город опустел … добрая половина населения мужского пола пустилась на поиски царской «кровиночки»…

…

А тем временем в другом не менее роскошном тереме на соседней улице летели клочки по закоулочкам.

–Я все равно пойду её искать! -кричал на всю улицу картинно красивый молодой человек с капризно изогнутыми пухлыми губками под светлыми пшеничными усиками,– и не остановите вы меня, маменька!

–Сыночка! Да на кой тебе эта девка сдалась! Мы тебе ещё лучше найдём, и искать не надо, сама прибежит любая, только свиснии, золотенький мооой! На кого же ты свою маменьку покидаешь?!!!

Из терема высокого молодец вылетел так быстро, что аж шапку соболью потерял, сел на коня богатырского, тряхнул кудрями золотистыми, подпоясал потуже синь кафтан под цвет васильковых глаз, да и был таков, – только пыль столбом.

– Да вы там переколотите друг друга, за ней все мужики ринулись, от мала до велика, весь лес истоптали, только курям на смех! -из окна показалась румяная боярыня в жемчужной кике и тут же облегченно выдохнула, удаляющемуся всаднику,– фуууух, уехал, наконец …

– Как же так, матушка-боярыня, вы же сами по нему убивались?! -недоумевала ключница Марфуша, выглянув из-за спины хозяйки, -а сейчас, стало быть, рады?!

Боярыня хитро улыбнулась, от чего на ее не по годам свежем лице появились ямочки.

–А то я своего Митеньку не знаю, – он же все наперекор чинит, из чистого упрямства, а так хоть как-то его расшевелить, хватит ему за мамкиной юбкой отсиживаться, пора своим умом жить начинать – семнадцать лет парню, а все «маменька», тьфу! –тут боярыня пригорюнилась и тяжело вздохнула.

–Я виновата, избаловала…пусть хоть что-то сам сделает, или невесту или опыт какой-никакой жизненный получит…

–Ну ты, матушка, ума палатааа, -восхищенно промолвила Марфуша, – эк припустил, только пятки сверкают…

–Пусть-пусть… а мы с тобой, девонька, пойдем дела делать, их у нас непочатый край, да и после обеда на чаек с пирожками царский воевода Степан Семенович пожалует…

Под восхищенным взглядом ключницы Катерина Матвеевна продолжила, любуясь на себя в зеркало, приподнимая то одну, то другую точеную бровь;

–А что? Человек он серьёзный, обходительный, да и хватит мне вдовий век вековать, оболтуса своего воспитала, пора и о себе подумать-годы-то идут… Кстати, у нас ягод для пирогов хватит…?

…

А предмет всеобщего шуму тем временем сидела в роскошных бархатных креслах перед лакированные столом и самозабвенно уплетала за обе щёки аппетитный окорок, запивая из серебряного кубка вином двадцатилетней выдержки.

– Конда свадьба? – поинтересовалась сытая невеста у морщинистого старикашки, сидящего напротив, и не менее самозабвенно пускавшего слюну, только уже на саму девицу.

– И даже протестовать не будешь?! -удивился он и даже почесал лысую, как колено, голову.

–Неа!-, красавица принялась за стройные шеренги кремовых пирожных.

–Почемуууу?

–А чего мне… жених ты богатый, денег куры не клюют, замок у тебя что надо, нарядов мне заграничных понакупишь, ремонт тут сделаем по последние моде, отдыхать поедем… заграницу посмотрим… -глаза старичка стали округляться.

– Имидж тебе сменим… -закатила она глаза, размахивая очередным пирожным прямо перед носом несчастного..

–Ккккого?-

–Ну… переоденем, парик нацепим, процедуры всякие для красоты сделаем…. В идеале молодильных яблок достанем, только дорого стоить будет, ну ничего, у тебя злата хватит…– боярынька с аппетитом принялась за фруктовую корзиночку.

У Кощея(а это был именно он), задергался левый глаз.

–Ничего мы делать не будем! Я здесь хозяин, а ты всего лишь пленница! Твоё дело сидеть и бояться! -рявкнул он и для убедительности стукнул по столу суховатым кулаком, так что каменья самоцветные на его узловатых пальцах глухо звякнули.

–Тише вы, дедуля, а то прям здесь рассыпитесь, и пожениться не успеем, а то, что я тут не хозяйка -это вопрос времени-нахально заявила эта девица и принялась за эклер.

Кощей начал выходить из себя, его тонкие губы задрожали, а острый кадык заходил ходуном. Он с кряхтеньем встал и грозно (как ему казалось), навис над грубиянкой.

– Я бессмертен, слышишь?!

–Нет такого мужчины, которого женщина при желании не могла бы свести в могилу -философски заметила Глашенька, запивая кексик чаем.

–Брачный контракт составим на всякий случай, а то мало ли, удар еще хватит от счастья…

Кощей от такой наглости обалдел.

– Совсем молодежь распустилась! Никакого уважения к старшим! Да я старше тебя в 30 раз!

– Старость не признак мудрости, -девица стала чавкать яблоком, развалившись в кресле.

Престарелый жених, откровенно говоря, был не готов к такому развитию событий. За пять с лишним веков он перетаскал кучу девиц со всех концов света и всегда встречал одинаковую реакцию -истерика-слезы-покорность, которая неизбежно настигала пленниц спустя время… нет, жён он не обижал, но они ему то надоедали, то старели… надоевших и постаревших он по-тихому отправлял домой с щедрыми подарками, так что те были, в принципе, довольны… но на сей раз, ловелас допустил непростительную ошибку, притащив эту девицу к себе…

–С тебя ещё супружеский долг -напомнила ему Глаша, щелкая орешки… Кошей про себя отметил, что она запросто раскалывает скорлупу лесных орехов двумя пальчиками, ничуть не напрягаясь, и сглотнул-не хотел бы он попасться ей под горячую руку.

–Ккккакой долг? -уточнил он.

– Не обязательно -успокоить она, вставая с кресла и отряхивая сарафан.

–Покажи мне мою светелку, чтобы я могла там спокойно порыдать о своей незавидной участи…

Кощей подумал, что рыдать здесь все-таки над своей участью будет он, но спорить не стал и покорно потащил блюдо с остатками сладостей вслед за невестой…

…

Спустя неделю…

–Избушка-избушка, встань к лесу хвостом, а ко мне носом! – бодренько так заявил новоиспеченный богатырь Дмитрий.

Избушка по всем приметам походила на Бабы-Ягину. Во-первых, она стояла в непролазной лесной чаще, во-вторых, была обнесена частоколом, на колья были насажены отполированные черепа с пустыми глазницами -при виде этого устрашающего зрелища впечатлительный Митенька невольно сглотнул, ну и в третьих, у избушки были мохнатые куриные ноги с острыми когтями, которым давно никто не делал педикюр.

– Я сейчас кого-то сожру!

Из избушки выскочила сгорбленная старушка с бородавкой на носу, мочалкой седых сосулек на голове, в непонятной одежде, и зло уставилась на «богатыря» угольками чёрных глаз. Следом за ней вальяжно вышел здоровенный чёрный кот размером с хорошую собаку, сверкая изумрудными глазищами. Котик сел на ступеньку и принялся неторопливо вылизывать смоляную шерсть.

– Бабушка, здравствуй, ты уж прости меня, дурака, что потревожил, – поклонился до земли Митя, аж позвонки хрустнули – уж что-что, а грубияном он отродясь не был и старших уважать был с детства приучен, -да только поселений рядом нет, ты бы меня накормила, напоила, в баньке попарила, – не за так, конечно, да и поеду я.

Богатырь присел на пенек и уставился на Ягу самым ангельским взором, на какой только был способен-с детства срабатывал безотказно, но не в этот раз.

Услышав кодовую фразу, и увидев перед собой добра молодца с ликом прекрасным, старушка немного подобрела.

– Здесь тебе не постоялый двор! И что я с тебя взять-то могу?

– Я один из самых богатых бояр, так что в средствах не стеснен, – Дмитрий игриво подбросил увесистый кошель.

– Хорошо заплачу.

– И с кем я твои серебром расплачиваться буду в лесу? -очаровательно улыбнулась бабуся, сверкая единственным золотым зубом , -с медведем? Ты милок, сейчас очень должен будешь меня убедить, чтобы я тобою не поужинала.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.