Наталья Олеск
Босс, Портос и компания

В нашей семье всегда были какие-нибудь домашние питомцы: кошки, собаки, хомяки, птицы, рыбки. Однажды я чуть было не принесла домой обезьянку – только на лето, но все же… И все эти животные становились полноправными членами нашей семьи. Все понимали, только говорить не умели. Еще с детства я любила наблюдать за нашими меньшими братьями. Но по-настоящему животный мир открылся мне, когда у нас в доме неожиданно появился маленький щенок…

Босс

Как-то Андрей вышел за ворота и едва не наступил на маленький черный комок. Он шевелился и попискивал. Им оказался крохотный щенок. Конечно, он тут же поселился у нас: как можно было пройти мимо такого чуда природы!

Собак не любила с юности, хотя в детстве, когда каждое лето ездила в деревню к бабушкам и дедушкам, я много времени проводила с дворовыми псами. Потом собаки меня несколько раз сильно напугали, и я стала бояться их. Страх полностью обволакивал и сковывал меня. А здесь – щенок… Он был совершенно беззащитным, и, конечно, я стала о нем заботиться.

Андрей хотел назвать его Саидом, но постепенно я убедила его, что Босс – более удачная кличка для нашей собаки. Почти сразу я обнаружила, что у щенка стригущий лишай. Стала каждый день мазать его специальной жидкостью. Из-за нее он стал смешной расцветки – черный с розовыми пятнами. Шерсть на месте лишаев вылезла полностью. Но за месяц я его вылечила, и к зиме он полностью оброс.

Щенок рос добрым и жизнерадостным. Я души не чаяла в этом существе. Из-за легкого нрава мы его ласково называли Бося-веселунчик. После его появления я постепенно перестала бояться собак, даже глупых и злобных. С ним было интересно и не страшно ходить в лес. Он охранял дом, делал это ответственно и очень усердно. Постепенно, по мере взросления, он перезнакомился в округе со всеми собаками. При этом он проявлял недюжинные дипломатические способности: знал, как к кому подойти, а от кого лучше держаться подальше.

Частенько во дворе появлялись кастрюли и большие чашки. Сначала мы недоумевали, каким образом они попадали на нашу территорию. А однажды увидели, как наш шкодный пес протащил под забором очередную кастрюлю, полную собачьего корма. От своих соседей мы не слышали жалоб, что у их собак пропадает еда вместе с посудой. Видимо, носил откуда-то издалека.

Гуляя с Боссом по округе, мы узнали, что у него были еще две клички: Черныш и Шарик. И он охотно на них отзывался! Несмотря на то, что его во многих дворах знали и подкармливали, жил он у нас. Постепенно мы поняли, что наш пес нигде не пропадет и всегда найдет себе друзей.

После того как у нас появился Босс, к нашему дому периодически стали прибиваться разные животные: собаки, кошки, птицы. Как они все могли чувствовать, что здесь им окажут посильную помощь и досыта накормят, не знаю. Будто что-то служило для них маяком. И со всеми происходило столько историй, что некоторые даже не вместились в эту книгу.

Миша

На соседнем островке с романтичным названием Елена жил огромный пес Миша, похожий на большущую лайку. Он мнил себя царской особой: умел подчинять всех собак в округе, а тех, кто шел против него, считал своими врагами и постоянно с ними конфликтовал.

Малыш Босс был меньше Миши раза в два, и ему приходилось уступать первенство. Но наш пес вырос очень хитрым и изворотливым. Однажды он придумал, как можно снести царскую корону: необходимо просто удвоить силы. И в один из дней он привел к нам своего друга (это был Портос), и теперь уже вдвоем не давали Мише спокойно существовать, буквально сживая его со свету.

Миша был местной достопримечательностью. Многие приезжали в наш поселок только для того, чтобы лишний раз посмотреть на него и покормить. Он переплывал со своего маленького, размером с пуговицу, островка через канал, разделяющий его с Русским островом. Собаке все было нипочем: и сильное течение, и немалое – около тридцати метров – расстояние, при этом по каналу постоянно сновали в разные стороны катера, лодки и катамараны. Когда Миша выходил из воды, он тщательно отряхивался и… вновь становился сухим! У него была такая густая и жесткая шерсть, что вода просто не успевала ее намочить.

Водные процедуры продолжались до самого становления льда – почти до конца декабря. И воздух был уже морозным, и вода не больше плюс пяти градусов, а Миша все продолжал плавать! Ему было жизненно необходимо верховодить всеми окрестными собаками, а как бы он это делал, если бы постоянно сидел на своей малой родине…

Миша был очень предан своему хозяину, смотрителю маяка. Подолгу ждал его на автобусной остановке, затем они вместе перебирались на островок: человек – на резиновой лодке, а пес плыл рядом, то ли сопровождая, то ли охраняя его.

Портос

Как-то на даче, открыв входную дверь, я обнаружила на крыльце здоровенного пса. Он был весь в крови, в глубоких порезах и очень истощен. И у него была огромная – в сравнении с худым телом – голова. Еще меня удивило, что пес глядел тусклым, как будто невидящим взглядом, но все же было понятно, что смотрел именно на меня.

Было первое декабря, на улице – настоящая пурга. Поскольку я продолжала еще немного побаиваться собак, тем более таких громадных, я сразу захлопнула дверь. Но что делать? Выходить из дома как-то надо. Снова открыла дверь. На крыльце вместе с пришельцем уже сидел наш пес Босс. И теперь на меня смотрели две пары собачьих глаз.

Я стала разговаривать с Босиком, спрашивать его, кого это он привел. Тут он согнул передние лапы, присел, если можно так сказать, на колени, и его глаза стали влажными. Он меня просил! Эта сцена продолжалась, как мне тогда показалось, целую вечность.

– Ладно, – сказала я тогда, – пусть у нас живет. Только кормить я его не буду, такого теленка попробуй прокормить!

После моих слов Босс встал на все четыре лапы, радостно запрыгал и завилял хвостом. Потом увлек нового друга в свой довольно обширный собачий домик, а я спокойно вышла во двор.

Съездила по делам в город, вернулась, а Босс с незваным гостем меня уже встречают. Я-то думала, что этот товарищ уйдет, откуда явился. Но не тут-то было!

Сначала у меня периодически были приступы паники при одном только взгляде на этого пса, но постепенно я стала успокаиваться. Еще и одна знакомая сказала: если большая собака ходит за человеком по пятам, значит, признала в нем хозяина и вожака. А Портос (так я его назвала) именно так и делал. Молча. Представляете, идете вы по заснеженной тропинке, слева и справа глубокие сугробы, а за вами идет не очень знакомое огромное существо, дышит в спину, но останавливается, если сам встанешь. Поначалу было страшно… И, конечно, я его кормила. Помню, кину ему половину буханки хлеба – он просто открывал свою пасть и глотал, почти не жуя. Вот таких размеров был Портос!

Босс был намного меньше своего подопечного. Но это не мешало ему нежно и трогательно заботиться о старшем друге: он лежал около его ран, грел его своим тельцем – от этой картины на глаза наворачивались слезы.

В первое время у нас были большие сомнения, что Портос выживет, такой он был ослабленный и, главное, почти ко всему равнодушный. Но надежды мы не теряли. И постепенно раны его затянулись, кровь с шерсти он вылизал, от валяния на снегу стал чистым. Затем понемногу начал набирать вес. Все знакомые сначала подсмеивались над именем, которое я ему дала: «Какой же он Портос? Одна башка!»

Но месяца через три, к весне, из очень старой, потрепанной жизнью собаки он превратился в настоящего красавца – совсем как гадкий утенок превратился в настоящего лебедя: блестящая шерсть красивой бело-рыже-черной раскраски, как у сенбернара, чистый взгляд. И, как все собаки, стал понимать человеческую речь. Почему стал? Да потому что поначалу он был каким-то инопланетянином: с удивлением рассматривал деревья, снег, небо, людей, будто видел все это впервые. Босс его знакомил с местными собаками, объяснял своим собачьим языком, как с кем себя надо вести.

Как-то мы с Андреем отправились гулять по бухте (зимой она замерзала, и лед был довольно-таки толстый). Тут увидели невероятную картину. Наши собаки подбегали к рыбакам, что сидели тут и там с удочками возле своих лунок, Портос садился перед кем-нибудь из них, и человек сразу замирал: все-таки собака была немаленькая, поди узнай, что у нее на уме. И пока Портос таким образом гипнотизировал хозяина улова, Босс нахально таскал свежевыловленную корюшку, которую все рыбаки по обыкновению складывают сзади или сбоку от себя. И, сколько вместилось рыбы в пасть, со стольким количеством тот и убегал подальше. Потом к нему присоединялся Портос, и уже вместе они съедали всю добычу. Так эти хитрецы промышляли всю зиму.

Потом Босс научил Портоса охотиться за мышами. Конечно, у Портоса это плохо получалось из-за его размеров – надо быть очень ловким и проворным, чтобы схватить грызуна! Зато он отлично рыл норы в снегу, там, где ему показывал это делать Босс.

Помимо рыбного и мышиного промысла Босс научил Портоса попрошайничать. Делали они это вполне профессионально (мы и сами не раз были свидетелями, да и соседи рассказывали). Замечу, кстати, что оба вовсе не голодали: ели дома утром и вечером, еще и внушительными порциями.

Так вот, днем они прибегали к поселковому магазину и садились у дверей. Босс делал голодную морду (иначе и не скажешь!), при этом поднимал переднюю лапу – она у него сильно дрожала. Потом он мог пройтись, доказывая свою «инвалидность», при этом сильно хромал на какую-нибудь из конечностей, каждый раз на новую. Портос во время этого спектакля просто смирно сидел, пошатываясь из стороны в сторону и понурив голову, иногда поднимал ее, при этом взгляд его был печальным, глаза приобретали голубоватый оттенок, как будто он был слепой. И оба пса были такими убедительными, что в магазине стали специально продавать пирожки – для кормления «голодных собачек»!

Нужно еще сказать, когда наши собаки выходили на «нищенский» промысел, они, чтобы быть похожими на беспризорников, зубами снимали друг у друга ошейники: дергали-дергали их, пока те не расстегивались. Конечно, их домашний вид выдавали блестящая шерсть и откормленные бока, но люди, в большинстве своем не знающие повадок животных, всегда их подкармливали, приговаривая при этом: «Бедные песики!» В общем, наш Босс на деле оказался весьма меркантильным существом: он дал Портосу кров, еду и любящих хозяев, а тот поддерживал его во всех проделках. В шутку мы называли наших собак «канальи», от названия нашего поселка – Канал.

Портос исправно выполнял свои обязанности охранника. Два раза он даже набрасывался на людей, приходивших к нам. Не кусал, просто молча прыгал на них и держал лапами, прижав к земле. Потом, разговаривая с ними, мы поняли, почему он так делал. Они были охотниками, и от них пахло порохом. Видимо, в его прошлой жизни был печальный опыт общения с вооруженными людьми…

Как только Портос окреп и освоился, вместе с Боссом они стали главенствовать во всей нашей округе. Победили даже грозу местных собак Мишу. Бои с ним были серьезные, впрочем, никто в итоге не пострадал, однако первенство всем собачьим сообществом было признано за нашими друзьями. А когда к нашим питомцам присоединился соседский песик Бублик, победа безоговорочно осталась за нами! Тот был переросшим пекинесом. Несмотря на свои совсем небольшие размеры (рост его был примерно по колено Мише), Бублик обладал исключительным боевым духом и решительным настроем, к дому его хозяев пробраться незамеченным было просто невозможно. Он чувствовал чужих каким-то «третьим» глазом, всегда выскакивал с громким лаем и не поддавался никаким вкусным косточкам. Переставал гомонить только тогда, когда уходили за границу его территории. А она была довольно-таки обширной.

Периодически Босс с Портосом убегали и могли гулять до двух недель. Сначала мы недоумевали, где столько времени могут находиться наши собаки. Ездили, искали их везде. А потом узнали: как только где-то рядом появляется новая собака-девочка, к тому же не привязанная, вокруг нее начинает сколачиваться целая собачья стая, до десяти-двенадцати собак. При этом все собаки в этой стае всегда были домашними! Многие боятся таких больших собачьих компаний, но если внимательно приглядеться к каждому ее члену, можно увидеть, что у животных в такой стае интерес только друг к другу.

Вот так и бегали повсюду наши бродяги и даже на очень большие расстояния. Избавлялись от ошейников, что ели – непонятно (видимо, помогали уроки нищенства возле магазина). Потом возвращались из своего загула уставшие, но довольные. Два-три дня отсыпались-отъедались и снова с удовольствием принимались за свои проказы.

Как-то привели с собой подружку. Очень хотели, чтобы она осталась у нас. Собака была белой, с большими черными пятнами и длинными стоячими ушами. Я ее прозвала Никитишной: ее уши напоминали кончики платка, и это придавало ей схожесть со сценическим образом бабушки Никитишны. Андрей все время гнал ее – зачем нужен лишний рот! Босс с Портосом на это сильно обижались и часто вместе с подружкой куда-то убегали. Конечно, я ее подкармливала – незаметно от своих домашних.

Как-то Никитишна пришла к нам одна, друзей ее в это время дома не было. В пасти она держала какую-то траву. Собака поспешно подбежала и поднесла свое приношение возле моих ног, при этом не отводя своего пристального взгляда. Я взяла растение, оно оказалось с корнем, и я тут же его посадила. Так у нас на участке появилась очень эффектная декоративная травка под названием шелковица – бледно-зеленой расцветки, с белыми и розовыми полосками. Спасибо тебе, Никитишна!

Потом Босс с Портосом пропали. Сколько мы их ни искали, сколько ни звали – их нигде не было. Но я точно знала, что вместе они никогда не пропадут.

Примерно через полгода встретила Никитишну. Она стояла на обочине и неотрывно смотрела на мою машину. А мне даже остановиться было некогда – торопилась по своим бесконечным делам… Затем долго думала, что бы она мне могла тогда сказать? Наверное, окинула бы грустным взглядом и засеменила по своим собачьим делам…

Бяша

В середине осени к нам на участок пришла собака. Пролезла в дыру под забором и мгновенно захватила нас своим представлением. Оно заключалось в следующем: собака ходила вокруг нас по кругу мелкими шажками на задних лапах, при этом искоса, очень игриво поглядывала на нас и строила уморительные морды. Мы долго смеялись. Видя, что мы довольны, она начала приближаться к каждому из нас все так же на задних лапах, одновременно наклоняя голову набок и немного скашивая глаза. Конечно, нашему восторгу не было предела! Главное, собака не просто показывала, на что способна, она еще и ждала от нас признательности!

К тому времени мы почти остались без охраны – Босс с Портосом постоянно где-то гуляли. Вот мы и решили оставить эту веселую и умную собачку. Тем более она сразу стала бегать по периметру двора, обнюхивая и облаивая под забором все щели, тем самым демонстрируя нам свои дополнительные таланты.

Она была грязно-белого цвета, со свалявшейся шерстью, уши темные, а глаза как будто обведены черным карандашом. Назвали Белкой – ей понравилось. Постепенно из Белки она превратилась в Бяшу – Андрей не раз говорил, что расцветка у нее, как у овечки. На новое имя она откликалась с таким же удовольствием. Со временем мы ее вычесали, колтуны обстригли, она отъелась, и наша собака превратилась в весьма привлекательную блондинку!

Бяша оказалась исключительной охранной собакой, хотя и обычной "дворянской" породы. И с ней было тоже много интересных случаев.

Один раз наш кот Нельсон, породистый и капризный шотландец, выбежал из дома. Как выскочил, неизвестно, но, когда я приехала домой, кот сидел на крыльце, а Бяша его охраняла, не подпуская к нему соседских собак, Дину с Бароном, которые сразу прискакали к нам, как только учуяли кота. Так вот, Бяша охраняла кота от собак, а они, в свою очередь, сторожили стол во дворе, на котором Андрей забыл кепку.

Летом любимым развлечением Бяши были бесконечные водные процедуры, поскольку наш дом находится рядом с морем. Плавала Бяша до сорока минут и на большие расстояния. Раньше, когда на соседнем островке жил огромный грозный пес Миша, Бяша добиралась и до него, а он, в свою очередь, приплывал к ней и соседской собаке Дине. В канале между двумя островами сильное течение, но Бяша всегда очень быстро преодолевала это препятствие, и вот – она уже или на другом берегу, или опять на нашем. С возвращением! Такая вот морская собака… Наша Бяша не просто наслаждалась плаванием, если была возможность, она пыталась ловить птиц, сидевших на воде: чаек, уток, маленьких журавликов. Мы никогда не видели, чтобы кто-то ей попался в лапы или на зубок, но охотничий азарт у нее никогда не иссякал.

Один раз я решила понырять с маской и трубкой. Море полностью захватило меня своими красотами, и я подолгу не поднимала головы над водой. И… чуть не столкнулась с Бяшей! Оказывается, она кругами плавала вокруг меня, видимо, беспокоясь и одновременно составляя мне компанию.

Наша любимица обожала бегать в лес и ловить бурундуков и мышей. Позже она научила этому Босю, свою дочку, и та мнила себя настоящей охотничьей собакой.

За пределами двора у Бяши было много друзей: все-таки восемь лет своей жизни (этот возраст определила ветеринар, которая время от времени лечила наших питомцев) она была бездомной, еду добывала, где придется, вот и выработала характер – нравиться всем, кто ее может чем-нибудь угостить. А угождать, в хорошем смысле этого слова, она умела прямо-таки профессионально. Одно представление, чтобы остаться у нас, чего стоило! В друзьях у нее был даже водитель колбасного фургона. Он всегда привозил ей что-нибудь вкусное. Конечно, ему приходилось угощать заодно и всех остальных наших собак. Бяша в благодарность вставала перед ним на задние лапы, передние клала ему на грудь, при этом наклоняла голову и старалась облизнуть его губы. Но когда кто-нибудь из ее друзей заходил к нам во двор, шерсть на ее холке вставала дыбом, и собака не пускала его, скалясь и рыча. Вот так, колбаска колбаскою, а служба службою: двор Бяша продолжала исправно охранять: бегала по периметру участка, все обнюхивала, лаяла на чужих, могла иногда и кинуться, если чуяла неладное. Короче, порядок и дисциплину наш сторож соблюдала неукоснительно.

Еще Бяша оказалась великой драчуньей. Дралась она со всеми собаками-девочками, что жили в округе. Однажды летом даже пришлось два раза вызывать ветеринара, чтобы зашить ее: один раз ей почти полностью оторвали нижнюю губу, второй раз сильно прокусили заднюю лапу. Но, несмотря на боевые ранения, полученные в собачьих схватках, Бяша неоспоримо главенствовала над всеми окрестными собаками-девочками.

Иногда к нам во двор под забором просачивались соседские собаки, и, если Бяша по какой-то причине не хотела открыто конфликтовать с ними, она использовала особую тактику: принимала озадаченный вид, потом начинала сосредоточенно нюхать воздух, при этом водила носом из стороны в сторону, после чего проползала через брешь под забором и убегала. И незваные гости с большим интересом тут же устремлялись за ней. Вот таким образом Бяша выманивала со своей территории сородичей, чье нахождение в нашем дворе она находила неуместным.

Накануне каждого Нового года, ближе к вечеру, наша собака куда-то уходила. Возвращалась только утром. И в течение почти всех зимних праздничных дней незаметно от всех продолжала исчезать. За эти дни она заметно толстела. Наверное, кто-то приезжал на новогодние каникулы на свою дачу – тот, кто ее раньше кормил, и Бяша по старой памяти обитала там все выходные дни.

Щенков Бяша приносила нам два раза: первый раз их было шестеро, второй – уже семеро. Первых кутят я пристроила очень легко, по объявлениям, так как это было в начале лета. А вот второй раз было намного сложнее: время раздачи детенышей выпало на середину зимы. И все же я всем нашла дом – кроме одной девочки, его она выбрала сама. Она была самая смышленая в помете, черно-белой раскраски и хитренькими, стреляющими по сторонам глазками. Про нее будет отдельный рассказ.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.