Владимир Гринак
Левая рука Бога. Христианская концепция успеха

Посвящается отцу и маме, которые любили меня больше, чем я того заслуживал.

Вступление.

Предметом данной книги будут рассуждения над Премудростью Божьей, о которой в Книге Притч Соломоновых сказано: «Долголетие в правой руке ее, а в левой у нее богатство и слава ( Пр.3,16).

Скажем откровенно: долгие годы жизни, богатство и слава – это то, к чему стремится большинство людей. Существует множество книг, курсов, тренингов, которые обещают научить нас этому. Библия, на первый взгляд, не имеет с этим интеллектуальным потоком, иногда довольно мутным, ничего общего. Однако, стоит ли утверждать, что религиозный взгляд не может иметь никакого практического применения в жизни? В первом псалме сказано: «И во всем, что он ни делает, успеет». А «успеет» и «успех» одного корня.

Что такое премудрость в человеческом понимании? Инструкция, следуя которой мы достигаем успеха. Слово «инструкция» не слишком благозвучно и может испугать потенциального читателя. Особенно если он когда-то пытался собрать или подключить прибор, следуя указаниям приложенной к нему инструкции. Если же кто-то пытается научить нас жизни, это вызывает еще большее раздражение. Постараюсь этого избегать. Лев Толстой говорил, чтоб написать хорошую книгу, надо любить ее главную мысль. Работая над «Анной Карениной» он любил «мысль семейную». Подражая великому писателю, я признаю свою любовь к Премудрости и надеюсь, что это убережет меня от бесполезных и навязчивых рекомендаций. Но начать надо с правильных вопросов.

Некто, встретив мудреца, начал рассказывать ему свежую новость. Тот остановил его. «Сначала,– сказал он,– задай себе три вопроса. Первый: правда ли это? Второй: какая тебе польза, что ты это знаешь? И третий: какая мне польза, что я это буду знать?

Попробуем дать ответы на эти три вопроса. Первый – своего рода фильтр, который регулирует влияние книги на сознание читателя. Если последний соглашается с моими мыслями и системой их аргументации, можно надеяться, что она будет иметь на него определенное влияние. В противном случае, он отложит (хорошо, если не отшвырнет) ее в сторону. Таким образом, задача убедить читателя лежит на писателе.

А что значит «убедить»? Читатель художественной литературы убеждается образами, содержащимися в произведении. Можно только позавидовать великому писателю, который силой своей фантазии создает целый мир и мы переживаем его как настоящий. В этом волшебная сила искусства.

Другой тип литературы—научная. Ее автор основывается на фактах, ссылается на первоисточники, данные эксперимента, статистический анализ, излагает свои мысли в определенной логической последовательности.

Талантом художника или эрудицией маститого ученого я не обладаю. Но как и Лев Толстой, «не могу молчать». А высказывать свои мысли, не будучи уверенным в их правильности, извините за тавтологию, неправильно. Если я так написал, значит я так думаю.

Однако между «я так думаю» и «это истина» большая разница. Человеческий мозг, имея вес 1400 грамм, постоянно производит мысли. Они нас увлекают, воспринимаются как бесспорная истина, а потом оказывается , что все не совсем так или совсем не так. С детства помню такой стишок:

Один известный кое-кто

нам всем глаза открыл на то,

что то, что мы считали тем,

оно меж тем, не то совсем

В известном эксперименте Павлова собаку обучили лаять на круг и молчать на изображение линии. Когда круг стали сжимать, превращая ее в линию, собака сошла с ума. А. И. Солженицин говорил в нобелевской лекции, что мы для оценки событий пользуемся разными шкалами, которые во многом не совпадают друг с другом. И это опасно: « При шести, четырех, даже при двух шкалах не может быть единого мира, единого человечества: нас разорвет эта разница ритма, разница колебаний. Мы не уживемся на одной Земле, как не жилец человек с двумя сердцами.»

Поэтому библейского «что есть истина?» нам не избежать. Для себя лично я выбрал такой критерий: если данное суждение основывается на том, что сказано в Библии, значит оно правильно. Кому такой критерий не подходит, дальше не читайте. Чтоб не повредить психике.

На первый вопрос, как сумел, ответил. Перехожу ко второму (какая мне от этого польза). Я пытаюсь осмыслить духовные аспекты богатства и славы. И если я стану утверждать, что полностью к ним равнодушен, читатель небезосновательно обвинит меня в лицемерии. Из библейского стиха, который я выбрал названием своей книги, следует, что богатство и слава – дар Божий, а если это так, их однозначно отрицать, как часто делают люди с демонстративной духовностью, не следует. Нас же часто убеждают в том, что мы должны быть равнодушны к житейским делам, жить исключительно духовными интересами, ссылаются на притчу о богаче и Лазаре или напоминают, что богатому труднее попасть в Царство Божье, чем верблюду пройти сквозь иголочное ушко, а стремление к славе – это вообще гордыня, самый большой христианский грех.

Светская культура утверждает нечто похожее. В безбожном советском обществе всячески поощрялось тимуровское движение, пионеры, которые бескорыстно помогали бабушкам и дедушкам, ставились в пример. В наше время пропагандируется волонтерство. Скажу откровенно: я в детстве тимуровцем не был и сейчас не волонтер. Это не мое. Я считаю, что любая профессиональная деятельность (а именно она приносит наилучшие результаты) должна быть оплаченной.

Соответствует ли данное утверждение Библии? В полной мере. Там сказано: «Не заграждай рта у вола молотящего».(1 Кор.9,8). На Востоке мололи при помощи волов. Их водили по снопам и своими копытами они выбивали зерно. И чтоб эти полезные и работящие животные не могли им полакомиться, некоторые хозяева, хитрые и жадные, завязывали им рот. Закон Моисея запрещал это делать. Святые Отцы считают, что эта заповедь касается прежде всего учителей. Учитель не может претендовать на открытие истины, но своим трудом он делает ее доступной для других. И за это он заслуживает награды.

Однако хотелось бы думать, что моя активность имеет и другой источник. Как говорил известный персонаж Ильфа и Петрова, «не токмо корысти ради». В притче о талантах раб, который закопал деньги в землю, был наказан. Это может показаться жестоким, он же ничего плохого никому не сделал! Относительно себя могу сказать, что вместо такой «вольтерьянской» интерпретации ее лучше принять как инструкцию к исполнению. Если я утаю свои мысли, меня накажут, как ленивого и лукавого раба, а если я пущу их в оборот и познакомлю с ними других, то, возможно, получу награду, которая превысит все мыслимые гонорары.

P.S. Перечитав написанное , я с удивлением обнаружил, что высказанные мной мысли и на меня имеют положительный эффект, улучшают настроение, помогают преодолевать жизненные трудности или примириться с ними. А если бы я додумался до этого раньше, моя жизнь сложилась бы совсем по-другому.

А для чего мы вообще читаем книги, предварительно купив их в магазине, взяв в библиотеке или скачав из Интернета? Самый простой ответ – для развлечения. Желудок требует пищи, а мозг информации. А потом чаще всего забываем прочитанное. Я же хочу, чтоб моя книга не попала в категорию «читал-забыл».

Полученная информация влияет на наше поведение. Это в конечном итоге ведет к успеху или неудаче. Те сведения, которые на первый взгляд казались нейтральными или даже привлекательными, на самом деле могут оказаться не таковыми. Поэтому любая информация требует осмысления и анализа. Мы же в сложных жизненных ситуациях отключаем мышление и задаем вопрос, особенно популярный на Украине: «А нас за шо?» Чтоб было понятно «за шо?» я и пишу эту книгу.

Проще всего было бы наобещать читателю всех благ от чтения моей книги. Это было бы выгодным во всех отношениях, включая финансовое. И потому «многообещающей» литературы – целый Эверест. И все же, как говорил классик, «пойдем другим путем». Сначала поговорим, что нам мешает достичь успеха, а потом, вероятно, в других книгах – как его достичь.

Определить целевую аудиторию своей книги является для меня довольно сложной задачей. Воспользоваться популярной формулировкой « для широкого круга читателей» вряд ли будет уместно. Скорее можно сослаться на Тютчева: «Нам не дано предугадать, как наше слово отзовется».Вероятно, для многих моя книга может показаться слишком отвлеченной, настолько, что они сошлются на Остапа Бендера с его незабываемым «Ксендз, перестаньте трепаться». Их бы скорее заинтересовала «пошаговая инструкция» по достижению своей мечты: заработать побольше денежек или стать лучшими любовником из всех, топчущих эту землю..

Тот ответ, который я предлагаю в книге, возможно несовершенен и упрощен, но и он , думаю, имеет право на существование. Если мы осознаем те мысли , убеждения и вызванные ими действия, что мешают нам в жизни, то остановим свой путь по лестнице, идущей вниз и начнем движение в обратном направлении. Сразу же скажу, что это не «заниженная самооценка», любимый конструкт авторов популярной психологической литературы. Надеюсь, что моя книга не станет очередным глубоким рерайтингом, или, в переводе с интернетного на человеческий, пересказыванием идей, истинность которых не доказана, а полезность сомнительна.

Глава 1. О себе и своих мыслях.

Помните, как Шура Балаганов и Паниковский ругались, спрашивая друг у друга: «А ты кто такой?» Если бы мне пришлось отвечать на подобный вопрос, сказал бы, что я полная противоположность Петру Первому, о котором Пушкин писал:

И академик, и герой, и мореплаватель, и плотник.

Я не академик, не герой, не мореплаватель и даже не плотник, потому что у меня руки не тем концом вставлены. И тем не менее, своей писаниной имею наглость претендовать на внимание читателя. Оправдаться я могу только словами Лермонтова:

История души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее и полезнее истории целого народа, особенно… когда она написана без тщеславного желания возбудить участие или удивление.

То, что представлено в этой книге, не моя биография, а мои мысли. Это и есть настоящая история моей души. В моей жизни не было ничего , способного вызвать у читателя сочувствие и удивление. Кто считает, что такие невзрачные особи , как я, не имеют права претендовать на излишнее внимание, претензии – к Лермонтову. Но анедотов в ней было предостаточно.

«Но дней минувших анекдоты от Ромула до наших дней хранил он в памяти своей». – пишет Пушкин о своем герое. В наше время анекдот—это смешная история, которую мы рассказываем в компаниях, чтоб повеселить друг друга. Те вопросы, о которых я пишу, слишком серьезны, чтоб допустить ошибку. А все ошибки, как говорил барон Мюнхгаузен в известном фильме, делаются с серьезным выражением лица. Чтоб избежать этого, я выбрал для своей книги стиль, который можно назвать анекдотическим.

Буквально «анекдот» означает «неопубликованный». То есть это рассказ, за достоверность которого мы поручиться не можем. Для размышлений над важными жизненными вопросами (думать над мелочными не имеет смысла) анекдотический подход может оказаться весьма целесообразным. В известном романе Достоевского «Идиот» князь Мышкин на вопрос Рогожина «Есть ли Бог?» рассказывает четыре случая из собственной жизни, по сути – анекдоты в старом смысле этого слова.

Вспомним другого выдающегося мыслителя. Сократ в одном из диалогов Платона говорит слова, которые вызывают большое уважение к его интеллектуальной скромности:

А так как я сам от себя ничего такого придумать не мог – я в этом уверен, осознавая свое невежество,– то остается, по-моему, утверждать, что я из каких-то чужих источников, из слуха, наполнился как сосуд, но через свою тупость забыл, как и от кого что я слышал.

Я, как и мудрый Сократ, уверен, что представленное в этой книге—не мои мысли. А как они попали в мою голову – вопрос темный. В серьезной научной литературе принято ссылаться на источники, но кто сказал, что я человек серьезный? В том случае, когда я не могу точно сослаться на источник информации, прошу поверить мне на слово.

А сейчас, вдохновившись словами классика, позволю себе рассказать несколько анекдотов, которые хотя и существуют не со времен основания Рима, но достаточно бородаты. Когда я думаю над каким-либо вопросом, мне часто вспоминается анекдот, в современном значении этого слова, в котором я усматриваю ключ к его решению. Надеюсь, что благодаря нижеизложеннному читатель лучше поймет основные идеи этой книги. А может и согласится с ними.

Анекдот первый. Заходит в учительскую преподаватель математики и жалуется коллегам: «Какие же тупые наши дети! Объясняю им теорему Пифагора. Раз объяснил – не понимают, второй раз тоже не понимают; на третий раз я уже и сам все понял, а они и дальше не понимают!

Общеизвестно, что лучший способ что-то понять – объяснить это другому. И поэтому для меня эта книга прежде всего способ упорядочить свои мысли.

Анекдот второй. Гуляет пан Валенса по Варшаве. На встречу ему – дамочка с коляской. Он подходит к ребенку улыбается, наклоняется над ним, люлюкает и вдруг всплескивает руками: «Как, ты такой маленький и учишь меня, что я должен делать?». Голос из коляски: «А ты такой большой и не знаешь!»

Иногда создается впечатление, что авторы умных книжек и сами не знают ничего такого, что было бы полезным в реальной жизни. А в некоторых случаях они и сами признают это. «Все умные советы даны уже задолго до нашей эры. Со времен Сенеки к ним ничего существенного не прибавилось, но эта мудрость мало кому помогала»,– писал Владимир Леви в известной книге, которую я в свое время прочитал с большим удовольствием и даже пробовал заниматься по ней аутотренингом. А сейчас спросил бы его: «А для чего вы,уважаемый, писали ее, если все давно известно и никому не помогает? Для гонорара?»

В свое время книги, в которых учат, как владеть собой, избегать стрессовых ситуаций, завоевать друзей, осуществить свою мечту меня не просто захватывали, а прямо-таки пьянили. «Как жалко,– думал я,– что эта книжка не попалась мне раньше. Но и сейчас, думал, не поздно. Вот прочитаю ее, исполню все предписания, сделаю все упражнения, какие там написаны, и моя жизнь изменится!»

Моя мама тоже любила читать мои книги. Бывало, купил книгу, хочу ее просмотреть и не могу найти. Смотрю – мама читает. И с карандашом! А как то она сказала: «Они там все друг у друга списывают». И во многом была права. Все, о чем говорится в этих книгах, можно свести к нескольким сентенциям. А об их практической пользе я лучше промолчу, чтоб не подорвать авторитет популярных авторов у широкой читательской публики. Я предлагаю другую жизненную концепцию. Но не слишком ли много я беру на себя? По этому поводу – следующий анекдот.

Анекдот третий. В одном южном городке жили отец и сын. И работали они, скажем так, ассенизаторами. Канализации там не существовало и туалеты были устроены самым простым образом, в виде выгребных ям. Папа, как более опытный специалист, опускался на самое дно, набирал ведро отходов, а сын вытаскивал его за веревку наверх. И вот как-то сынок задумался-замечтался, выпустил ведро и прямо папаше на голову. Вылез отец из ямы, дал сыну по шее и говорит: «Ничего, сынок из тебя не выйдет! Так и будешь всю жизнь на верху торчать».

Я не из тех, кто наверху торчит. И никогда там не был. А кто у нас на вершине интеллектуальной пирамиды? «Товарищи ученые, доценты с кандидатами», как пел Высоцкий, а еще поэты, писатели, политики, ломы (лидеры общественного мнения), философы и богословы. И про многих из них можно сказать словами Ленина: «Страшно далеки они от народа». Поэтому надеюсь, что мой взгляд «снизу» будет полезным. Но чувствую ли я в себе силы сказать что-то новое?

Анекдот четвертый. Встретились двое пятидесятилетних мужчин. Вспомнили молодость, службу в армии. «А помнишь,– говорит один, как нам в компот что-то подливали, чтоб мы о девчонках не думали? И знаешь, подействовало!»

Вот так и на меня подействовало, но в интеллектуальном плане, а не в отношении к женщинам. Раньше я мыслил очень банально. По поводу себя, молодого, я могу сказать словами любимого мной Гумилева:

Но совсем не нравится мне этот…

А теперь, мне кажется, мои мысли имеют большую ценность. И известное выражение: «Сова Минервы вылетает в сумерках» в определенной мере применимо и ко мне. Но не является ли это субъективным мнением? Мало что там мне кажется…

Анекдот пятый. Из советских времен. Приехала в детский садик комиссия с проверкой идеологической работы. Показывают детям портрет на стене. «Дети, кто это?» «Дедушка Ленин»,– пропищали малыши. «А это кто?» «Брежнев,– отвечает Маринка (она у нас самая умная). «А это кто, дети?»– показывает инспектор на портрет Карла Маркса . И тут все дети хором: «Дядя Вася! Дядя Вася!». Проверяющая покраснела, ругается. «Позор! Как вы могли такое допустить! Что еще за дядя Вася!?» «Ой, вы знаете,– оправдывается директор,– дядя Вася это наш дворник. А борода у него как у Карла Маркса. Хотите позову?» Заходит дядя Вася. Вылитый Карл Маркс, только с метлой и в фартуке. Инспектор слегка успокоилась и говорит: «Товарищ Василий, я вам ,естественно, приказывать не могу, но вы хотя бы бороду сбрейте, чтоб детей не путать».А дядя Вася ей отвечает: «Да бороду сбрить недолго, а вот умище куда девать?»

Так и у меня: не знаю, куда умище девать, вот и написал эту книгу. А вас, уважаемые читатели, прошу объективно оценить мой интеллектуальный труд. А мое отношение к ней выражено в следующем анекдоте.

Анекдот шестой. Приходит сын из школы и хвалится:

-– Папа, у нас была викторина по биологии и я победил!

-– А какие были вопросы?

-– Сколько ног у страуса? Я сказал, что три.

-– Но это же неправильно?

-– А все остальные сказали, что четыре.

Моя книга, это, образно говоря, три ноги у страуса. Я не расцениваю ее как абсолютную истину, в лучшем случае – как приближение к истине. По моему мнению, в определенных моментах она предлагает более эффективный способ существования, чем традиционная система образования и воспитания. Однако нигилистически отрицать их моральное влияние я не собираюсь и утверждать, что у страуса вообще нет ног, не буду.

Этот анекдот рассказала наша университетская преподаватель физики и он мне очень понравился. Когда студент на семинаре, развязывая задачу, написал формулу, она сказала: «Это гвоздь не от той стены». В ответ на наше удивление (при чем тут гвоздь?) рассказала следующее:

Стоит физик-теоретик на стуле и пытается забить гвоздь. Приложил его шляпкой к стене, а по острию бьет молотком. Заходит в комнату физик экспериментатор:

-– Коллега, что вы делаете? Это гвоздь не от той стены!

Хочется надеяться, что моя книга окажется для читателя гвоздем, готовым к применению, или же он «перевернет» его, приспособив написанное к своей собственной жизни.

А еще меня, как и налюбого человека, огромное влияние оказали родители. Раньше я упоминал о своей высокоинтеллектуальной маме, которая читала книги с карандашом, а сейчас – об отце. Отмечу также, что мне повезло с родителями. Может поэтому в отношении к детству я антифрейдист. По учению Фрейда, на котором стоит вся современная психиатрия, детские травмы являются причиной наших взрослых «комплексов». Я же считаю, что не став детьми, мы не войдем в Царство Божие.

Самые счастливые моменты своего детства я переживал, сидя на плечах у отца. В таком виде я даже попал в газету. Представьте себе: идет первомайская демонстрация, я, мелочь, сверху, над толпой, а надо мной плакат: «Руки прочь от Вьетнама». Великолепный кадр!

Но не будем о политике. Я на плечах у отца – образ моей творческой активности. Кто-то из гениев сказал: я видел дальше других, потому что стоял на плечах у гигантов. Я не гений и не то, что стою, а даже сижу. Но и это дает мне определенную интеллектуальную перспективу. А чтобы никто не обвинил меня в гордыне, самом большом христианском грехе, воспринимайте меня как дите малое, которому не следует приписывать особых заслуг или способностей, а если ему удается (удалось) что-то разглядеть, то только потому, что оно сидит на плечах у отца.

Что является основой моего мировоззрения? На чем я, так сказать, стою (или сижу – запутался) ? Это христианская догматика и учение Святых Отцов. Второй источник моей активности – литературные и драматические произведения. А мои собственные мысли только как майонез в салате оливье.

Мой жизненный опыт, при чем с самого раннего детства, тоже оказал большое влияние на строй моих мыслей. Мальчики отличаются от девочек тем, что у них есть карманы, а у девочек нет. И увидев на улице какой-то интересный предмет, юное лицо мужского пола сразу же сует его в карман. Я это хорошо помню, потому что делал так же. Это и есть прообраз мужской интеллектуальной активности: интересоваться всеми вещами, особенно необычными, не задумываясь над их практическим использованием. А потом каким-то чудом оказывается, что то, что ты подобрал, можно к чему-то приспособить. Если мама этот хлам не выбросила. Всю свою жизнь я собирал знания, главным образом из книг. А сейчас появилось желание написать свою. Большое (возможно, слишком большое) количество и объем цитат в этой книге является особенностью моего интеллектуального развития, как типичного книжника (надеюсь, не фарисея).

Но есть определенная опасность. Специалисты по гражданской обороне советуют: если вы увидели подозрительный предмет, не трогайте его. Существует вероятность, что это взрывчатка, заложенная террористом. У нас в школе был учитель, кисти рук которого были обезображены взрывом.      В детстве, которое пришлось на послевоенное время, он нашел гранату, которая взорвалась у него в руках. Он был замечательным человеком, хорошим специалистом, писал на доске каллиграфическим почерком, зажав мел в изуродованной руке, и тем не менее инвалидность была для него трагедией, следствием безрассудного детского поступка.

Отсюда можно сделать вывод: то, что с чем мы сталкиваемся, и то, что нам предлагают, следует оценивать относительно его пользы и безопасности. И моя книга – результат такой оценки. Я на собственном опыте убедился , что детская установка совать все в карман или в рот, как и внушенное взрослыми «ешь, что дают» могут оказаться опасными.

Второе отличие между девочками и мальчиками состоит в том, что последних с раннего детства учат застегивать рубашку, начиная с верхней пуговки. Иначе одна или больше пуговиц окажутся лишними. Эта книга написана с аналогичных позиций. О «верхней пуговице» я скажу несколько позже.

Подводя итоги, могу сказать, что мой детский опыт таким образом повлиял на мое мышление, что отразилось в этой книге:

Все использовать;

Все оценивать;

Идти от общего к частному.

А потом была школа. Я не то, что «учился по- немногу», как герой Пушкина, а много внимания уделял учебе. Какими были мои учителя? Есть такая восточная мудрость: увидишь Будду, убей его. Она говорит вовсе не о жестокости тех, кто ее употребляет, а об особенностях их мировосприятия. Отождествим Будду с учителем.Самый простой способ проверить, что человек знает нечто полезное, попробовать убить его. Если он настоящий учитель, ты не сможешь причинить ему зла. А если самозванец, то так ему и надо. Чтоб людей не дурил.

Мы не на Востоке, но и среди нас есть множество личностей, которые называют себя психологами, экстрасенсами или коучами и обещают передать нам свою мудрость. Интернет и книжный рынок переполнены такими предложениями. И чтоб не погибнуть, они всеми способами подчеркивают свою значимость. На их жизнь никто, естественно покушаться не собирается, но без этого их образовательные услуги никто не купит, они умрут с голоду или им по словам Остапа Бендера придется «переквалифицироваться в управдомы».

Я не хочу играть роль того, кем я себя не считаю. А считаю я себя малограмотным естественно—гуманитарным специалистом, который опирается на здравый смысл. Как специалист я признаю, что существуют законы, правила и инструкции, которых следует придерживаться, если хочешь хорошо делать свое дело. Моя специальность подтверждена дипломами биолога, что ведет меня к познанию общих жизненных закономерностей, и психолога, который понимает всю сложность души человека и неоднозначность его поступков.

Почему я называю себя малограмотным? Потому, что есть люди, которые знают гораздо больше меня. Выскажусь конкретнее: я дилетант и не стыжусь этого. Слово происходит от латинского delecto – наслаждаться. То, чего нас учат в классе и аудитории, нередко вызывает у нас скуку, но уж никак не удовольствие. Предлагая свои мысли читателю, я очень надеюсь, что ему со мной скучно не будет, однако это не значит, что я готов развлекать его любой ценой.

Здравый смысл, в моем понимании, имеет две особенности. Это, во-первых, обоснованность. Он опирается на реальные факты, а не на авторитеты. А, во-вторых, полезность. Интересное, но ненужное, а тем более вредное не входит в сферу здравого смысла. Надеюсь, что написанная мной книга отвечает этим принципам.

Говорят, что стиль это человек, а человек это профессия. Я большую часть жизни проработал в школе и моя книга учительская. Я пишу ее в расчете на умного старшеклассника, но надеюсь, что не только ему она будет интересна и полезна. Когда одну даму на Привозе обозвали старой дурой, она резонно заметила: «А при чем здесь возраст?». C ней стоит согласиться в том смысле, что писать надо так, чтобы было интересно для лиц любого возраста.

Учитель воспринимает ученика прежде всего как объект приложения своих педагогических усилий, однако общаясь с ним, он не может заметить в нем ряд черт, заслуживающих уважения. Это и открытость для восприятия нового, отсутствие стереотипов, искренность, креативность. Хорошо бы сохранить эти черты на протяжении всей жизни. Но попытки ученика высказать свое мнение «не по учебнику», изобретения вечного двигателя , задавания «каверзных» вопросов нередко вызывает отрицательную реакцию учителя и ученик под ее влиянием превращается в обычного взрослого, который говорит тогда, когда надо и то, что нужно, а думают за него ответственные товарищи. Такую трансформацию личности вряд ли можно считать желательной . И потому небесполезно посмотреть на привычные для нас истины глазами любознательного подростка, чья голова еще не забита устоявшимися предрассудками.

Есть такая известная книга : «О подражании Христу» Фомы Кемпийского. Там говорится:

Величайшая мудрость – искать Царства Небесного, удаляясь от мира…. Суета прилепляться к желаниям плоти и того желать, от чего после придется понести тяжкое наказание…Более же всего старайся отвлечь свое сердце от любви к видимому и прибегнуть к невидимому, ибо тот, кто следует своим чувственным желаниям, тот оскверняет совесть и теряет благодать Божию.

Боюсь, что если бы я что-то подобное сказал ученику, он бы меня просто не понял. «А мне Танька из паралельного нравится. А вы говорите –суета…», ответил бы он. Так что же нам делать: поговорить с ним о «духовности», но не слишком усердствовать, пусть мальчик пока погуляет? Или вообще не касаться этих тем. В третьем же тысячелетии живем! И опять же: при чем здесь возраст? Думаю, что если бы человеку, вышедшему из пубертата, рассказать о презрении к миру, он иронически вспомнил бы киношного Арамиса, который, обмахиваясь надушенным платочком, говорит, что мир это склеп.

Должен быть другой выход. И чтобы предложить его, я буду стараться следовать определенным особенностям личности ученика и специфике работы школьного учителя.

В обязанности учителя входит не только возвестить непреложные истины, но и доказать их. Пользоваться аргументом юного ученика грузинской школы он не имеет права:

-– Гоги, докажи теорему Пифагора.

-– Мамай клянус!

Шутки шутками, но в романе Достоевского «Братья Карамазовы» описана более трагическая ситуация связанная с недостаточностью доказательства. Благочестивый Григорий рассказывал Смердякову о сотворении мира. Мальчик его спросил: «А откуда взялся свет в первый день творения, если Солнце, Луну и звезды Бог создал только на четвертый?» И вместо ответа получил подзатыльник. Нельзя , разумеется, упрекать воспитателя, человека ревностно верующего, но ограниченного и лишенного педагогического такта в последующем преступлении Смердякова, но если рассматривать эту сцену символически, то ситуация, когда нас наказывают за наше непонимание или выставляют нас дураком вместо того, чтобы объяснить то, чего мы не понимаем, крайне неприятна. И многие с этим сталкивались.

В этой книге я ставлю задачу более амбициозную, чем доказательство теоремы Пифагора: показать целесообразность выполнения моральных норм, которые многими считаются устаревшими и утомительными. Об актуальности этой задачи будет сказано несколько позже.

Другой случай, когда у учителя отсутствует взаимопонимание с учеником – когда он излагает учебный материал слишком витиевато, многословно, усложнено. «Вы говорите очень по-научному,– сказал мне как-то ученик на коонсультациии и я пррищнал его правоту и попытался объяснить свою мысль по-проще. Я буду стремиться к простоте четкости и конкретности и уж во всяком случае не стану включать капитана Кольцова, чекиста-разведчика из фильма «Адъютант его превосходительства», который на вопрос своего юного друга: «Павел Андреевич, вы шпион?» сказал, задумавшись: «Видешь ли Юра…».

Надеюсь, что эта учительская привычка убережет меня от лишнего пафоса и ложной многозначительности, свойственной многим книгам по эзотерике или духовности, что иногда даже у меня создается впечатление, что их авторы, как тот «музык» в известной интермедии одного юмориста, сами не поняли, че сказали.

В умных книжках часто говорится, что мир устроен очень сложно и не у кого нет монополии на истину. В этой книге я скорее буду руководствоваться логикой мужика Спиридона из романа Солженицина «В круге первом», который говорил: «Волкодав прав, людоед – нет». Я так привык, общаясь с учениками. Когда им говоришь одно, а потом, проявляя широту мысли, другое, они просто отказываются тебя слушать. А тех, кто считает, что истина относительна, пошлем … в магазин, пусть купят селедку и морочат ей голову.

Нам часто в детстве говорили, как хорошо быть хорошим и как плохо быть плохим. Так было и в советское время, которое многие объявляют бездуховным, и намного раньше. В дореволюционном гимне скаутов есть слова:

Тем позор, кто в низкой безучастности

Равнодушно слышит брата стон.

Не страшись работы и опасности,

Твердо верь, что с Богом ты силен.

Помогай больному и несчастному,

К погибающим спеши на зов.

Ко всему большому и прекрасному

Будь готов, разведчик, будь готов!

Красиво сказано, но если бы эта титаническая воспитательная работа давала бы эффект, жизнь была бы прекрасна. Но чаще выходит как в анекдоте:

Брачное объявление. «Приятной внешности, образована, много читаю, люблю музыку, детей, хорошо готовлю. Задолбало! Звонить круглосуточно, спросить Машу.

Я много раз наблюдал, как «чтение морали» по своей результативности сопоставимо с монологом, обращенным к коту Ваське из известной басни Крылова. И это привело меня к к убеждениям, которые мой коллега Роман назвал бы «разумным цинизмом».

Я уверен, что человек , как бы его не грузили морализаторы и прочие «учителя духовности» не может избавиться от своей эгоистической сущности. Он делает только то, что приносит ему вознаграждение или избавляет от наказания. Не согласны? Вы лично делаете добро из внутреннего побуждения к добру , не ожидая за это награды? Примите мое уважение и признайте великодушно, что не все такие хорошие, как вы. Большинство людей поступает так, как выгодно лично им, некоторые живут для других, но потом устают от этого. Значит, единственное разумное решение, которое я пытаюсь обосновать в этой книге – исполнять моральные нормы или, как говорят верующие люди, жить по божески, выгодно и полезно.

Как-то раз я готовился к уроку биологии в шестом классе. Достал из шкафа макет цветка картофеля и тут ко мне подбегает ученик, баламут редкостный, но мальчик хороший и кричит: «Так это она вот это вот тут вот носила?!». Я понял, что он имел в виду. «Она»– это маркиза де Помпадур, которая носила букет из цветов картофеля на бальном платье, о чем я рассказывал на предыдущем уроке. Мне было приятно, что ученик хоть что-то усвоил из моих объяснений, но про себя я подумал: «Вот паразит, формулу цветка пасленовых запомнить не можешь, а это запомнил!»

То, что мы всеми силами стараемся вложить в голову ученика, как правило, входит туда с трудом. И наоборот, многие веши легко привлекают его внимание и запоминаются сами собой. Человек так создан: ему иногда тяжело понять то, что выражено в четких терминах и формулах. Тем более воспринять это как руководство к действию. Потому часто приходится применять непрямые, метафорические и образные высказывания.

В детстве мне очень нравились книги, в названии которых было слово «занимательная». В школе математика отнюдь не была моим любимым предметом, но легенду об изобретателе шахмат из «Занимательной математики» Я. Перельмана, который попросил в награду одно зернышко пшеницы за первую клетку, а за каждую последующую – в два раза больше, я помню гораздо лучше, чем формулу геометрической прогрессии. А «Занимательную психологию» К.К. Платонова я считаю для себя образцовой. По структуре и содержанию это учебник общей психологии, в по стилю – гораздо лучше. Удивляюсь, что никто не написал книги с названием «Занимательная теология». Прочитал бы с удовольствием. Но, думаю, прежде ее самому следует написать. Кстати, хорошая идея: написать то, что было бы интересно прочитать самому.

Один известный апологет христианства (кажется, Честертон) писал, что всегда были люди, которые не понимали христианства или относились к нему враждебно, но сделать его скучным удалось только в наше время. Так как в этой книге я планирую поднять духовные вопросы и изложить их с христианских позиций , хотелось бы, чтоб то, что я пишу, соответствовало мысли Вольтера: «Все жанры хороши, кроме скучного».

Однако чрезмерное увлечение «интересными историями» нередко усложняет понимание материала. «Много воды»,– так характеризуют такой стиль преподавания. Мой коллега Роман вполне здраво иронизирует над учителями, которые вместо того, чтоб научить грамотно писать, предлагают ученикам «путешествие в замечательную страну орфографии».

Чтобы достичь баланса между четкостью и образностью, я, с одной стороны, попытаюсь изложить свои мысли понятно и аргументировано, а с другой, буду использовать анекдот, аналогии, выдержки из художественной литературы или случаи из собственной жизни.

В фильме «Карнавальная ночь» есть смешная сцена, когда лектор долго рассуждает на тему «Есть ли жизнь на Марсе?», а потом машет рукой : «А какая разница?» Учитель не лектор. Ученик не будет его слушать ( в лучшем случае – сделать вид, что слушает), если ему «без разницы» и он не понимает, зачем ему это.

Моя мама тоже была учителем, при чем на порядок лучше , чем я. Она преподавала в швейном училище, где ученический контингент составляли в основном деревенские девушки. Однажды она заходит в кабинет, а ее коллега плачет. Ученица, которую ругали за слабые знания, сказала ей: «Тамара Евгеньевна, я вас очень уважаю как человека, но ваша история мне в…» и назвала место, в котором никогда не светит солнце. Со стороны ученицы это было, разумеется, хамством, которому нет оправдания, но само по себе намерение ученика учить то, что нужно, осуждать нельзя.

А это произошло уже непосредственно со мной, когда я из учителя биологии и химии переквалифицировался в школьного психолога. Я проводил профориентационный тест Голланда, а один ученик (неглупый парень) во время тестирования напевал популярную тогда песенку «Убили негра». Вместо того, чтоб применять к нему «санкции» (психологу не положено!), я решил с ним поговорить. А он откровенно мне заявляет: «А кому надо то, что вы нам рассказываете? Кто там дояркой будет работать, а кто слесарем… А у меня друг от наркотиков умер. И я не знаю, как жить дальше» А потом он спросил у меня: «А скажите, вы счастливы?» Я, подумав, ответил, что скорее да, чем нет. Услышав это, он заскрипел зубами и, казалось, с кулаками на меня набросится Но обошлось.

В свое время я не смог убедительно объяснить ученику, что такое счастье. А это в первую очередь интересует каждого! А все потому, что сам не понимал. Сейчас, в более зрелом возрасте определенные мысли по этому поводу у меня появляются. Лучше поздно, чем никогда.

Тогда я был частью системы, поставляющей ребенку совершенно не нужную ему информацию. Но этого я не осознавал. Спросил я как-то ученика: «Кем ты хочешь стать?» Отвечает: «Кодом да Винчи». Я «решил «блеснуть эрудицией» и объясняю: «Код да Винчи» это книга, а художника, которого ты имел в виду, звали Леонардо». «Знаю, это который ухо себе отрезал»,– отвечает ученик.

Мы живем не только хлебом единым. Мы также нуждаемся в информации. И в этом отношении мы похожи на птенцов, которые пищат и широко раскрывают клюв, требуя пищи. Однако их родители, безошибочно руководимые инстинктом, точно знают, что им следует вкладывать в клювик. Мы же, относительно информации, поступающей к нам, таких сведений не имеем. Правильно ли то, что нам говорят? Неизвестно. Например, поучая школьника, мне не следовало быть столь уверенным. Есть сведения, что Ван Гог себе ухо не отрезал. Его отрезал Гоген, подравшись с ним из-за проститутки. После этого Гоген от греха подальше умотал на Таити, где стал великим художником, а Ван Гог ,чтоб добру не пропадать, подарил ставший ненужным орган девушке, бывшей причиной их конфликта. Что она с ним сделала – история умалчивает.

Однако гораздо важнее , чем установить достоверность сообщаемых нам сведений, решить вопрос: а надо ли нам знать это? Учитель, постоянно получающий обратную связь от учеников, не может об этом не задумываться. И люди уважаемые и компетентные говорят в принципе то же самое. «Нельзя читать глупые книги, слушать плохую музыку и и общатося с придурками, все остается в мозгу»,– утверждает известный нейрофизиолог Татьяна Черниговская.

Влияние полученной информации на наше поведение – проблема чрезвычайной сложности и важности. Никто из нас не может «выпилить» себя из информационных потоков. Однако учителю поневоле приходится соответствовать своей высокой роли сеятеля разумного, доброго, вечного. Это звучит не совсем прилично, но поговорка некоторых представителей современности, не слишком отягощенных культурой, «фильтруй базар» в принципе применима и к нему. Качество сообщаемой им информации имеет ключевое значение. Если продолжить аналогию с едой, то пища может выглядеть привлекательно, иметь хороший вкус и запах, но тем не менее ей можно отравиться. Точно так же «некачественная» информация может вызвать нежелательные последствия.Следовательно, ему необходимо работать «информационным фильтром», отбрасывая все ненужное и вредное , пропуская только полезное.

Задумываются ои об этом всевозможные ЛОМы (лидеры общественного мнения)? Не знаю, я к ним не отношусь. Но думая как учитель, я буду стараться говорить о том, что считаю нужным и важным.

Другая проблема, связанная с потреблением и усвоением информации связана с тем, что она может поступать в недостаточном или избыточном количестве. Для нашего времени скорее характерно второе. И так же, когда много покушав, мы не можем смотреть даже на самую изысканную еду, а слишком хорошо питаясь, становимся толстыми, излишняя информация ведет или к интеллектуальному отврашению или к интеллектуальному ожирению. В последнем случае человек стает малоинициативным и не способен реализовать полученные знания в прктической деятельности.

И потому я безапелляционно не осуждаю детей, которые не хотят учиться. Так они оберегают свою психику от перегрузок. Встретил я как-то по дороге в школу девочку-отличницу. Поздоровались, разговорились. Она, оказывается, в воскресенье была на олимпиаде с какого-то там предмета. Я не сдержался и говорю (для психолога такие вольности допустимы): «Лучше бы ты на свежем воздухе погуляла, а то у тебя вообще детства может не быть». А она в ответ: «У меня уже давно детства нет».

Однако,чтобы быть правильно понятым, я скажу, что являюсь противником излишне упрошенного обучения, и тенденции превращать его в игру или развлечение. Или призывов учить только тому, что может пригодиться в жизни. Это сейчас красиво называется «воспитанием квалифицированного потребителя» или «образовательными компетенциями». Многие книги, востребованные на книжном рынке, начинаются со слова «как»: «Как оказывать влияние на людей», «Как стать здоровым, счастливым и богатым», «Как выйти замуж за миллионера» и прочее. Я постараюсь не «какать» , а предложить совершенно иную жизненную концепцию.

Известный психолог А. Н. Леонтьев описал такой эксперимент. Дети, которые занимались в авиамодельном кружке, с большим увлечением мастерили планеры, но очень мало уделяли внимания теории воздухоплавания. Но стоило им поставить задачу по-другому: не как можно лучше построить модель, а как можно быстрее налетать определенное расстояние, как они стали гораздо больше интересоваться теорией. Основной посыл моей книги можно сформулировать похоже. Хотелось бы, чтоб высказанные в ней мысли помогли , образно говоря, летать быстрее и дальше. Это моя теория, а теория происходит от слова «тео» – Бог.

Как то приходит ко мне выпускник, один из самых умный моих учеников, и говорит: « А я со священником поругался!» Мне стало интересно и я начал расспрашивать его, как он дошел до жизни такой. А он продолжает: «Я сказал ему, что ваше «Верую»– глупость, но я уважаю Пасху как древний обычай украинского народа».

Юноша, и мной в том числе, воспитывался в совершенно иных условиях, чем я. В нашей благословенной Галиции курс «Основы христианской этики» преподают в каждой школе, но кем его считать, в отличие от меня, стопроцентного атеиста в его возрасте? В церковь ходит, потому что обычай, но в Бога не верит. Может, и верит, но не в Христа. Может и в Христа, но не так, как этому учит Церковь. Я на основании своего личного опыта понял, что символ веры, который начинается со слова «верую», не глупость, а величайшее достижение нашей цивилизации. По сути, это и есть та «верхняя пуговица, о которой я писал раньше. Если мы признаем, что Бог существует, то будем исполнять установленные Им заповеди. Если мы считаем Его милосердным, то признаем, что эти заповеди существуют для нашей пользы. Если мы считаем Его Премудрым, то приложим все усилия, чтобы понять Его волю.

Ранее упоминалось, что книги, обещающие быстрый и легкий успех, высоко котируются на книжном рынке. Так, книга Наполеона Хилла «Думай и богатей» входит в десятку самых популярных бестселлеров второй половины ХХ столетия. Ее было продано тиражом в 13 млн. экземпляров. Однако наиболее читаемой книгой оказалась Библия—3,9 млрд., что превышает тираж книги Наполеона Хилла в 130 раз ! Такой результат вряд ли можно объяснить простым влиянием традиции.

Первая первая леди советского государства, имеющая педагогическое образование, Надежда Константиновна Крупская внесла Библию в список книг, вредных для советского общества. История рассудила по-своему. И через семьдесят лет советская власть накрылась одним распространенным в быту предметом, сделанным из меди. Не показывает ли это, что в Библии содержатся ответы на те, вопросы, которые волнуют каждого человека и для общества в целом игнорировать ее опасно? Но чтобы их найти, следует провести серьезную интеллектуальную работу, Так сказать, посмотреть на вещи под иным углом зрения. Для нас же, продуктов советской системы воспитания, это является непростой задачей.

            Мы, как правило, отождествляем христианство с безобидностью , милосердием и помощью людям.. На самом деле, христианство это Премудрость Божья, в которой голубиная кротость соединена со змеиной мудростью, что является предпосылкой его высокой эффективности.

Мама часто упрекала меня, что я все понимаю буквально. Что выросло, то выросло. И когда мне говорят, или по крайней мере сомневаются в том, что христианство не применимо в нашей жизни, я вспоминаю Леню Голубкова из рекламы МММ, который с гордостью говорил о себе: «Я не халявщик, я партнер». А я и партнер, и халявщик. Я осознаю, что выполнение моральных принципов является для меня выгодным , но придерживаться их я могу только с Божьей помощью. Говоря другими словами, моя писанина это вариации на тему евтушенковского «быть богатым, но не красть». Считаете, что так не бывает? Но ведь для Бога нет ничего невозможного.

Существует такой детский стишок: « Мы просим вас, учителей, не мучить маленьких детей». Иногда по отношению к христианству мы ведем себя как дети малые, которые пытаются разжалобить учителя. Нам кажется, что то, что от нас требуют, исполнить невозможно. Мы согласны с тем, что убивать нельзя но как возможно вообще не испытывать гнева, к чему призывает нас Христос: «Кто гневается на брата своего напрасно, подлежит суду». Изменять жене тоже в общем-то нехорошо, но не чувствовать влечения к красивым женщинам, как сказано в Евангелии: «кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал в сердце своем», это уж слишком!

Так что же нам делать? Некоторые ученики подбегают к учителю перед уроком не перемене и «отпрашиваются»: «Не вызывайте меня, пожалуйста, я не выучил, бабушка приехала…». Так может и нам поступать аналогично? Если моральные требования все равно выполнить невозможно, будем вести себя как получается, а потом покаемся на исповеди, со слезами на глазах и разрыванием рубашки на груди. Бог добрый, Он простит. Игумен Петр Мещеринов так характеризует подобный тип религиозного мировоззрения: « Гораздо проще отдать Богу дань, сходив в храм, а дальше жить как придется, хотя Священное Писание ни в коем случае не дает для этого повода».

Опытный учитель никогда не даст ученику задания, который тот не может выполнить. И упрекать Христа за то, что Он слишком много от нас хочет, значит считать, что Он плохо знает природу человека и, следовательно, возводить хулу на Бога. В соответствующем месте книги будет показано, что такое ужесточение требований – единственная возможность их исполнить. Надеюсь, что для христиан, смущающихся определенными положениями христианства, мои аргументы окажутся убедительными и избавят их от когнитивного диссонанса

Чарльз Дарвин вспоминал, что в одно время он так увлекся наблюдением за жизнью птиц, что удивлялся, как это каждый джентельмен не стал орнитологом. Такое же чувство: почему все люди, по крайней мере те, кто принадлежит к нашей культуре, не стали настоящими , а не только номинальными христианами, присутствует и во мне. Хотя в реальности, как говорил один известный украинский политический деятель, «маемо те, шо маемо»

Наша духовная жизнь, даже лишенная диктата коммунистической идеологии, не лишена определенных противоречий. Так, из сфер, близких к Церкви, часто слышится критика психологии. Попытки решить душевные проблемы при помощи безбожного, секуляризированного мировозрения решительно осуждаются. «Вам не нужен психолог, вам нужен Бог»,– говорит Диана Файдыщ. И предлагает такую схему их решения: читать Священное Писание и Святых Отцов ( там все написано!), участвовать в церковных таинствах, возложить всю надежду на Бога. То, что Господь, если Он существует, гораздо могущественнее любого психолога, сомнений не вызывает. Однако воцерковленные люди в массе своей отнюдь не являют образец психического здоровья. У них отмечают большое количество невротических симптомов, инфантильность, магическую надежду на чудо, их суету в поездках по святым местам и поисках духоносных старцев, а с моральной точки зрения – тоталитаризм в отношении с прихожанами, нетерпимость, несдержанность и прочее, чему христианская вера должна была бы воспрепятствовать. Короче, как у Высоцкого: «Да и в церкви все не так, все не так, как надо».

Перепалка «священников» с «психологами» выглядит немного по-детски. Сразу же скажу, что выбранные мной термины я не считаю удачными и употребляю их за неимением лучших. Большинство священников, с которыми я общался лично, люди деликатные и не склонные к излишне категоричным общим суждениям. А психологи – мои коллеги и говорить о них плохо я не буду из профессиональной солидарности. Я имею в в виду людей, которые взяли на себя соответствующую роль. Одни говорят: «Не нужна нам ваша сатанинская психология, у нас есть Бог!». А другие отвечают: «Мракобесы вы несчастные! Постыдились бы своего невежества!» И кто из них прав? Все смешалось. Профессиональный психолог, да к тому же жещина, которая в принципе не можен быть священником , настаивает на религиозной точке зрения, а известный богослов, лицо духовное диакон Андрей Кураев пишет: «Психологи, психиатры, психотерапевты составили серьезную и профессионально успешную конкуренцию клиру».

Я же в этой дискуссии чувствую себя как булгаковский Шариков, который был не согласен ни с Энгельсом, ни с Каутским. Суть своих возражений я изложу ниже.

Воцерковившись, я прочитал множество духовной литературы и она была, честно говоря, разного качества. Некоторые книги произвели на меня такое же впечатление как на князя Мышкина картина Гольбейха «Снятие с креста»: «От такой картины вера может пропасть». Но мои сомнения относятся не к христианской догматике, а к некоторым аспектам христианской субкультуры. Надеюсь, Господь меня за них не осудит.

Нередко в вероучительной литературе можно встретить примерно такую мысль: «Путь борьбы со страстями нелёгок и тернист, мы часто изнемогаем, падаем, терпим поражение, иногда кажется, что сил больше нет, но снова встаём и начинаем бороться. Потому что путь этот единственный для православного христианина». (Павел Гумеров). Сомнительно, чтобы это вызвало у обычного человека желание бороться со страстями, раз это так трудно. Лучше уж как в том анекдоте: «Расслабиться и…».

Задумаемся, почему у Христа наибольшее осуждение вызывали не женщины с низкой социальной ответственностью (блудницы), не мытари-кровопийцы (коррупционеры), и даже не оккупанты ( Римская Империя), а фарисеи, люди внешне благочестивые. О них Он говорил: «связывают бремена тяжелые и неудобоносимые и возлагают на плечи людям» (Мф 23,4).

Принцип христианства относительно духовности – сделать ее доступной для всех людей, ибо Бог не хочет смерти грешника. Об этом Христос сказал: «Иго Мое благо, а бремя Мое легко».(Мф 11,30). Принцип фарисейства – осложнить путь к ней. Если вы примем, что евангельские заповеди доступны только особым людям, то вынуждены будем признать правоту Великого Инквизитора, созданного фантазией Достоевского, который упрекает Христа за то, что Он хотел сделать людей свободными. А свобода – слишком тяжелое бремя для обычного человека и с людьми – созданиями подлыми, слабыми и склонными к бунту надо вести себя по-другому.

А с другой стороны, иногда складывается такое впечатление, что ревностно верующие личности не спят, не едят, не отправляют естественных потребностей, а только ищут путь к Богу. После перестроечного фильма «Покаяние» популярной стала фраза : «Зачем улица, если она не ведет к храму?» Я же считаю, что улица, которая ведет в магазин или, извините, в уборную иногда не менее важна. И, перефразировав, скажу: «Зачем теория, если она не имеет практического применения?» То, что написано в этой книге – попытка предложить модель духовности, которая бы не усложняла жизнь, а делала бы ее более приятной и менее болезненной.

Так может, если в церкви не всегда могут предложить то, что соответствует инреллектуальному уровню и потребностям современного человека, больше внимания следует уделить научно обоснованным методам воздействия? Однако вопрос об эффективности психотерапии относится к таким , о которых люди, не обремененные верхним образованием, говорят: «Без пол-литры не разберешь». Исследования классика психологии Г.Айзенка показали, что больные неврозом, которые получали помощь психотерапевта, выздоравливали не чаще, чем в результате спонтанной ремиссии. Это данные середины прошлого века. С того времени психотерапевтические методы расплодились как тараканы, у каждого из них есть свои специалисты, которые им кормятся, и поклонники, уверенные в их эффективности.

Более поздние исследования показали, что не все так мрачно и психотерапия оказывается эффективной в двух третях случаев. Были бы деньги на психотерапевта. Охотно верю, что многие из психологов кому-то помогли (они так говорят). И кое-кто из клиентов, обратившись к ним, решили свои личные проблемы. Я таких не встречал, но их существование не отрицаю. Зато я часто встречал других: они «интересовались психологией», наряду с этим – «интересовались эзотерикой», покупали психологические книжки, посещали курсы и тренинги. В сравнении с затратами времени и денег результат был минимальный, вопреки рекламным обещаниям их авторов и ведущих. Да и оглянувшись вокруг, мы почему-то не замечаем вокруг множество психически здоровых и счастливых людей, несмотря на большую доступность психологических знаний.

Еще учась на третьем курсе биологического факультета я заболел психологией . Тогда она казалась мне волшебной наукой, сочетающей в себе интерес и пользу. На данный момент отношение к ней у меня гораздо критичнее. По легенде у дельфийского оракула как-то спросили: «Кто самый умный человек в Афинах?» Он ответил: « Сократ». Когда Сократу стало известно об этом, он решил, что оракул ошибся. Он себя самым большим умником не считает, есть люди , гораздо умнее его и к одному из них он сейчас пойдет в гости, чтоб набраться мудрости. Вернувшись домой, Сократ сказал: «А все-таки оракул был прав. Я-то хоть знаю, что ничего не знаю, а этот мудрец не знает даже этого!». Если бы я имел возможность задать вопрос оракулу, то спросил бы его: «Действительно ли психологи так уверены в своих знаниях?»и у мене була можливість поставити питання оракулу, я бы спросил его: «Действительно ли психологи так увереныв своих знаниях?» А может они тайные поклонники известного дипломата Талейрана, котрый говорил, что язык дан человеку для того, чтобы скрывать свои мысли?

Был бы я модным и успешным психологом, озабоченным психологическим самочувствием жен олигархов, я ,возможно, и дальше остался бы поклонником психологии. А так, оценивая ее современное состояние, я иногда вспоминаю Ипполита из «Иронии судьбы: «Какая гадость, эта ваша заливная рыба». Так же и психология: смотрится красиво, но… не буду повторяться.

Но главная моя претензия к психотерапии не в том, что ее эффективность недостаточно доказана или преувеличена, в конце концов, и таблетка от головной боли не всегда помогает, а в том, что в ней принцип «не навреди» практически не действует. Как пример, приведу выдержку из одного сайта:

Рассказ пойдет о периоде в моей жизни, страшнее которого я ничего не переживала. Ни смерть отца, ни любые другие житейские невзгоды не оборачивались для меня таким кошмаром, каким стал тренинг с невинным названием "Повышение личной эффективности"… Казалось бы – и это то, чем заманивают в данные тренинги! – с каждым днем, переходя со ступени на ступень, я должна становиться все успешней и все счастливей. На самом же деле поначалу у меня развилась страшная слезливость, которую никакими силами я сдержать не могла. Ни о чем сколько-нибудь значимом я не могла говорить без слез. Оставаясь одна дома, я просто включала воду в ванной и подолгу выла в голос от непонятного горя. Стал пропадать аппетит. Через какое-то время я уже не могла ничего делать, а только сидеть, уставясь в одну точку, и курить. Позднее меня стали охватывать приступы паники и ужаса, абсолютно немотивированные и никак не оправданные ситуацией, в которой я находилась. Эти приступы стали повторяться ежедневно и начинались они с того, что в область солнечного сплетения как будто бы заливали кипяток или вонзали иголки. После этого хотелось куда-то бежать, непонятно от чего спасаться, орать от непонятного страха… С каждым днем все сильнее становилась мысль, что жить я не хочу, потому что этот ужас не в силах больше выдерживать. Более всего мое состояние напоминало то, как описывают наркоманские ломки.https://k-istine.ru/psychocults/psychocults_trainings-61.htm

Исходя из здравого смысла и учитывая хрупкую сложность нашей психики, мы должны избегать всего, что может нанести ей вред и пользоваться только наиболее провеверенными методами. Именно таким и является христианство.

Линкольн говорил, что можно обманывать одного человека все время, можно обманывать всех людей некоторое время, но нельзя обманывать всех людей все время. Если бы христианство было враждебно жизни, как считал Ницше,, мы бы от него за две тысячи лет отказались. Но оно существует , несмотря на совершенно другие жизненные условия и сомнения многих людей, выдающихся и обыкновенных в его истинности. А если это так, то велики дела Твои, Господи! Даже наше маловерие убеждает в Твоем сушествовании.

В Евангелии говорится: «Блаженны алчущие и жаждущие истины, ибо они насытятся». То есть голод и жажду мы можем испытывать не только из-за отсутствия еды или воды , но и по истине. Для чего нам нужна истина? Разумеется, не для удовлетворения праздного любопытства, а чтобы сделать нас свободными. И об этом тоже сказано в Евангелии (Ин. 8,32). Но если истина нас освобождает, то небезосновательно предположить, что ложь и заблуждение порабощают. По-этому Церковь всю историю своего существования вела упорную борьбу с ересями. Для либерального мировозрения это выглядит как жестокое и неоправданное преследование инакомыслящих, передовых людей своего времени. Человек, более образованный, чем я, мог бы легко показать, что победа над манихейством, арианством, несторианством или иконоборчеством и прочими ересями имела огромное значение для нашей цивилизации.

Однако в наше время даже среди людей, номинально причисляющих себя к традиционной Церкви, существует большое количество лиц, исповедующих то, что можно назвать «ересью обыденности». Ее суть можно сформулировать так : я это прямо не отрицаю (себе дороже!) , но поступать так не намерен. По словам уже упоминавшегося А. Кураева:

Каждый подгоняет евангельский этико-аскетический стандарт под себя.

Не будет двух одежд? Всякому просящему дай? Примирись до захода солнца?

Ну не надо так буквально…

Что-то неудобное просто игнорируется.

Что-то интерпретируется до противоположности.

О чем-то смиренно говорится: «Ну, это не для меня, грещного»

Еще об ином исторгается из груди клятва: «С завтрашнего дня, Господи!».

Или «Как только вот они начнут это делать, то и я не замедлю!»

И было бы не совсем верно считать, что это признак нашего времени, а некоторые считают —и конца света. Блаженный Августин вспоминал, как он в юности просил у Бога дать ему целомудрия, но попозже.

Прошли те времена, когда пионеры поучали своих темных бабушек, что Бога нет, потому что им так учительница в школе сказала.Но и повзрослев, многие чувствуют недостаточность духовной поддержки со стороны Церкви. Игумен Петр Мещеринов пишет:

У нас церковная педагогика заканчивается на начальном этапе, а педагогики для взрослеющих христиан нет, поэтому кризис дальнейшего движения рано или поздно испытывает каждый… Вся эта дидактика: поститься, ходить на всенощные, исповедоваться, причащаться – перестает питать современного человека. Невозможно же все время ходить по кругу… человек пытается понять, что с ним творится. И слышит в ответ: "Как что? Вы гордые, не смиренные, плохо поститесь, плохо молитесь, вам надо еще чаще ходить в церковь, еще больше поститься и молиться". Он уже вырос из детской одежды, там туго, здесь жмет, а в ответ ни помощи, ни утешения.

Такие мысли, о которых откровенно говорит священник, тоже вызывают сомнения в возможности применения христианства в реальной жизни. Но в целом они результат нашего недомыслия или умственной лени. В первом случае мы неправильно применяем требования христианства, уподобляясь дураку, который расшиб лоб на молитве, а во втором не даем себе труда задуматься над ними. Иначе мы пришли бы к выводу, который Гилберт Честертон выразил таким образом: «В этом вопросе, как и в тысяче других, Церковь права, а остальные нет».

Однако тот же Кураев пишет: «Религия вообще существует, чтобы помогать людям решать уже имеющиеся у них проблемы или чтобы создавать для них новые трудности (с едой, сном, сексом, досугом,здоровьем, общением, политикой)?» И как следует из контекста, второе он считает более вероятным, чем первое. Я же наоборот, уверен в том, что религия существует для того, чтобы решать реальные проблемы, даже связанные с тем явлением на букву «с», которого лица с рафинированной духовностью стараются избегать.

То, что представлено в этой книге – результат моего жизненного опыта. Священное Писание говорит, что именно он является ориентиром в нашей духовной жизни: «до чего мы достигли, так должны и мыслить и по тому правилу жить» (Фил. 4:16). То, что он ограничен, не вызывает сомнения, однако Бог может компенсировать эту ограниченность: «Если же вы о чем иначе мыслите, то и это Бог вам откроет».(Фил.4:15). Исходя из этого, думаю, что не предосудительно будет представить на суд читателя свои размышления.

В этой книге я постараюсь предложить проэкт здравомыслящего христианства, который бы исключал изнурительную борьбу между «низзя» и «очень хочется». Удастся ли мне во всем убедить читателя? Не уверен. Для одного человека это достаточно сложная задача. В таком случае считайте мои размышления чем-то вроде самолета братьев Райт, который смог пролететь только двести метров. Но без него современных авиалайнеров, летающих через Атлантику, не было бы.

В моем детстве была веселая песенка: «Даром преподаватели время со мною тратили». Звезда эстрады Алла Пугачева (кстати, круглая отличница в школе!) пела ее в образе нерадивого ученика, который не слушал учителей, не делал домашние задания и теперь об этом жалеет. Проработав значительную часть жизни в школе, я убедился, что и с учителей , а в широком смысле – с воспитателей, нельзя снимать ответственности за жизненные неудачи их учеников. Часто они учат не тому, что нужно, не учат тому, что нужно и делают это в такой форме, что не отвечает интересам и психологическим особенностям учеников. Пытаясь частично исправить ситуацию (надежда на полное исправление ее была бы неадекватной гордыней) я и пишу эту книгу.

В ней я буду придерживаться ВИП – принципа: важно, интересно, понятно. То есть:

Пишу о том, что я считаю важным.

Пытаюсь вызвать интерес к написанному.

Хочу быть понятным для каждого, но не за счет упрощения изложенного.

Глава 2. Гипотетическая.

До возникновения современной психологии человеческая душа была предметом изучения религии. Мы должны признать, то религиозное понимание человека гораздо глубже научного, иначе уподобимся подростку, который считает себя умнее взрослого и опытного человека. Но для нас, людей третьего тысячелетия, научная или наукоподобная терминология воспринимается лучше и легче, чем религиозная. И это наводит на мысль, воспользовавшись известным советом одной парижской модницы, что новое это хорошо забытое старое выразить некоторые вероучительные истины более приемлемым для нас способом, так сказать, по-научному.

В отношении христианства такая попытка, без сомнения, должна увенчаться успехом. Культурологи утверждают, что научный способ мышления мог зародиться только в недрах христианской религии. Цивилизации с другой религиозной парадигмой – античной, буддистской, мусульманской и т.д. создали богатую мифологию, философию, искусство, но науки у них не было. Раньше наука отождествлялась с передовым мировоззрением, а религия с мракобесием. Вести на таком уровне дискуссию о противоречиях между наукой и религией малопродуктивно, лучше направим свои интеллектуальные усилия на то, чтобы показать, что религиозный подход может оказаться полезным для современного человека.

Рассказывают, что Наполеон, познакомившись с теорией происхождения Солнечной системы, спросил у ее автора, Лапласа: «А как же Бог?» и услышал в ответ: «Я, сир , в этой гипотезе не нуждаюсь». Пьер Лаплас считал, что верой в Бога можно все объяснить, но нельзя ничего предсказать. Однако мы, люди обычные, в этом споре великих людей ощущаем себя скорее на стороне Наполеона. Для нас большее значение имеет не предсказание событий, а возможность влиять на них и направлять в нужном для себя русле.

Лаплас известен в истории науки таким мысленным экспериментом: он предположил, что существует нечто, которому известны положение и скорость всех частиц во вселенной. Тогда оно могло бы с абсолютной точностью предсказать, что случится в будущем. Мнение, что все заранее известно и прошлое однозначно определяет будущее, воспринимается нами тяжело. Это лишает нас свободы. Такое всезнающее существо мы бы скорее стали считать демоном, а не Богом. Позже его так и назвали: демон Лапласа.

Научная психология определенным образом придерживается концепции Лапласа. Проблемы человека, как правило, объясняются двумя факторами. Во первых, психотравмирующим событием, которое случилось с ним в раннем детстве (по Фрейду), при рождении (по Грофу) или задолго до рождения с кем-то из его родственников (по Хелингеру). И во-вторых тем, что стереотипы поведения, которые навязывает нам социальное окружение, делают нас негибкими , «закомплексовывают» нас и усложняют возможность адекватного и целесообразного ответа. Единственное спасение – психолог, который обещает нам объяснить настоящую причину наших неудач и «стереть» присутствующие в нашем подсознании деструктивные программы поведения.

Этнографы до сегодняшнего времени не обнаружили ни одного племени, в котором бы не существовало наипростейших религиозных представлений . В отличие от высоких умов, человечество без гипотезы Бога обойтись не может. Каким образом можно ее сформулировать? Бог существует, Он всесильный и добрый и к Нему мы всегда можем обратиться за помощью. Можно ли ее доказать? Тут вспоминается упоминаемый Булгаковым Кант, который показал логическую несостоятельность пяти доказательств бытия Бога и предложил шестое, такое же неубедительное. Если нам трудно доказать существование Бога, то противоположная мысль (Бога нет) вводит нас в отчаяние. Мы хорошо понимаем ограниченность наших возможностей и ненадежность людей, нас окружающих. Следовательно, можно надеяться только на Бога. Об этом исчерпывающе сказано в послании апостола Иакова: «Всякое даяние доброе и всякий дар совершенный нисходят свыше, от Отца светов, у Которого нет изменения и ни тени перемены».(Иак.1:17).

Мы считаем Бога не только Творцом, но и Вседержителем мира. Он установил законы существования вселенной, точно знает, что есть добро, а что зло и сообщил об этом людям в Своих заповедях. Их соблюдение дает человеку счастье, а нарушение – портит жизнь. Релиозные, а точнее говоря, христианские нормы поведения – это своего рода инструкция для выживания и пренебрежение ими ведет к личным и общественным проблемам.

В подтверждение своих мыслей приведу слова игумена Петра Мещеринова, который пишет, что слова Христа «Без Меня не можете делать ничего» (Ин. 5,15) не метафора, а абсолютнейшая реальность:

Любое человеческое действие, всякое его усилие – пыль, прах, суета; только внося Христа в сердцевину нашей жизни, во все без исключения наши дела и движения души, человек обретает смысл, прочность, вечное измерение своего существования. Без Христа всё абсолютно бессмысленно: и брак, и родительские отношения, и всё, что составляет жизнь на земле, да и сама она. Со Христом всё встаёт на свои места; Христос дарит человеку во всём этом радость и счастье; без Него это совершенно невозможно».

Однако люди Нового времени так обнаглели, что считают, что мир и жизнь появились сами по себе, человек не творенье Божье, а результат биологической эволюции, мораль возникла вследствие социального договора и бояться надо не Бога, а полицейского. Не имею намерения разоблачать эти измышления, просто отмечу, что данная книга написана с противоположных позиций, а в наше толерантное время каждый имеет право на свое мнение.

Следует уточнить. Психологам хорошо знаком феномен доминанты, когда чему-то одному придается особенно важное значение, а остальное отходит на второй план. Иногда приходится встречаться с тем, что религиозная доминанта (как говорят в таких случаях– ударился в религию) приводит к тому, что субъект утрачивает связь с реальностью да еще становится невыносимым для окружающих. Такое положение дел вряд ли отвечает Божьему замыслу о человеке. Если бы Господь желал, чтобы мы только славили Его, Он бы сделал нас ангелами. Если же мы не-ангелы, то можем надеяться на Его всеблагую помощь в нашей жизни.

«Если Бог такой добрый, почему мне так плохо?» – спросит скептик. «Скажете, это наказание за мои грехи? Но я за собой особенных грехов не вижу». Прежде, чем описать свою концепцию греха, я отвечу на этот вопрос таким образом: потому, что существует дьявол.

В сложных жизненных ситуациях, когда жизнь бьет ключом и все по голове, нам трудно воздержаться от возгласа: за что, Господи? Вопрос поставлен неправильно. Бог не сотворил зла. Об этом сказано в первой главе книги Бытия: «И увидел Бог, что все хорошо весьма» (Быт. 1,31). И не наказывает нас злом. Так думать—возводить хулу на Бога. В послании апостола Иакова сказано : «В искушении никто не говори: «Бог меня искушает; потому что Бог не искушается злом и Сам не искушает никого» Иак.1,13).

Если зло присутствует в нашей жизни, то оно не от Бога, а от дьявола. Библейская легенда о том, как Ева, послушав змея, съела плод с Дерева познания добра и зла, угостила им Адама и за это Бог выгнал их из рая, звучит как сказка. И без претензий к Богу тут как правило не обходится. За несчастное яблоко ( в детских библиях запретный плод изображается как яблоко) так карать? И почему я лично должен отвечать за косяк своих прародителей? Но так думать—прикладывать рану к ране. Воспримем сказанное в Библии как символическое описание катастрофы, которую христианство называет грехопадением, в результате которой человек утратил связь с Богом. Но не полностью. И это дает нам шанс на возвращение в рай и облегчение трудностей нашего земного существования.

В отличие от человека, дьявол, который, как утверждает Библия, был сотворен прекрасным ангелом, в из-за своего бунта полностью отпал от Бога. Тогда он взялся за человека, подбил его на грех, после чего тот стал доступным его влиянию. Следовательно,

Дьявол завидует человеку и вредит ему;

Дьявол питается энергией человека, паразитирует на нем, так как энергии от Бога он получить не может.

Как аргумент в пользу вышеизложенного, приведу слова Иоанна Кронштадского:

На человека постоянно действуют две силы: добрая и злая; сила Божья, сила благодати и сила дьявола, сила лукавая и погибельная. Человек поставлен в этом мире будто между двух огней: огня Божьего, живительного и огня дьявольского, испепеляющего и мучительного.

Кто-то будет недоволен таким положением вещей и даже упрекать Бога , что Он создал мир неправильно, в котором нам приходится страдать слишком много. Поступая так, мы ведем себя как дикари из басни Крылова, которые обидевшись на небо, стали швырять в него камни, а они попадали им на голову. Потому полезнее принять ситуацию такой, какая она есть и приготовиться к борьбе с неслабым и неглупым противником.

В психологических исследованиях было обнаружено, что для человека характерна т.н. «вера в справедливый мир», которая состоит в убеждении, что люди в жизни получают то, что заслуживают в соответствии со своими личными качествами и поступками: хорошие люди награждаются, а плохие – наказываются. В экспериментах Мелвила Лернера испытуемым показывали фото людей, о котрых сообщали, что они выиграли в лоторею и им приписывали положительные черты. Когда же испытуемые наблюдали, как ученика за ошибки наказывали ударами тока (его роль, естественно, играл актер), то они давали ему негативные характеристики. Нетрудно заметить, что это во многом напоминает рассуждения о плохой карме, котрыми можно объяснить практически любые наши неприятности или утверждения об однозначной связи негативных эмоций с физическими заболеваниями, будто бы других причин для их возникновения не существует.

Предположив, что между человеком и дьяволом существует постоянная вражда, мы приходим к совершенно иному объяснению. Почему страдают невинные? Вовсе не из-за их скрытых недостатков, а потому что идет война , а на войне самым беззащитным является мирное население. Точно так же те, кто попал в сложную жизненную ситуацию, ничем не хуже, а может быть даже лучше нас. Снайпер вражеской армии скорее будет целиться в офицера, чем простого солдата, так и дьявол хорошему человеку пытается причинить больше вреда. А плохим людям он до поры до времени дает или обещает разные блага. Ничего странного. Предателям тоже платят. До поры, до времени.

Боевые действия ведутся не против отдельных индивидов, а против человечества в целом. По мысли Александра Дворкина в этой борьбе наиболее важную роль играют монахи, которых некоторые упрекают в оторванности от нужд мира:

Мир спит, в темноте господствуют силы тьмы, и монахи – воины Христовы—выходят на бой, защищая и охраняя всех нас. Один американский профессор антропологии сделал весьма интересное сравнение, проведя сравнение мыжду известными ему типами монашества и армейскими подразделениями. «Если французских бенекдетинцев можно сравнить с пехотой, а итальянских францисканцев, недисциплинированных и бесшабашных, – с ВВС, то афонские монахи – это морская пехота с ее жесткой дисциплиной и тяжелейшими испытаниями при подготвке»

В общем, каждый из нас, а не только монах, может сказать о себе, что он воин Христов. Следовательно, он должен мужественно переносить тяготы и лишения воинской службы, сдаваться в плен – малодушно, дезертировать – преступление. Однако подставляться под пули не следует, а в том, чтобы отдохнуть после боя, хорошо покушать из полевой кухни или получить орден за выполнение боевого задания ничего плохого нет.

Борьба с дьяволом требует бескомпромиссности. А по поводу великого поэта Гете складывается впечатление, что он никогда не дрался на улице. В «Фаусте» он пишет о Мефистофеле: «Я часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо». О Булгакове, который избрал эти слова эпиграфом к «Мастеру и Маргарите» можно сказать то же самое. Любой уличный мальчишка понимает, что драка – дело серьезное и тешить себя надеждой, что «они просто так, шутят» нельзя. Это звучит не в духе нашего толерантного времени, но договариваться с дьяволом нельзя ни в коем случае. Нам следует быть на стороне Бога, потому что Создатель сильнее своего создания и вооружиться против дьявола. И тогда, по словам известного политического деятеля, «враг будет разбит, победа будет за нами».

В современных условиях ведения войны и международной политике значительные средства выделяются на содержание «пятой колонны», т. е. граждан, действующих в интересах противника. Так же и в нашем мире успех часто сопутствует лицам, особо ценными душевными качествами не обладающими, а как раз наоборот. В популяции количество психопатов составляет около 1%. А среди владельцев успешных бизнесов их около 21%, а среди известных писателей – почти половина (46%).

Почему психопаты так часто добиваются успеха, хотя еще чаще оказываются в тюрьме или на скамье подсудимых? Может, наряду с отрицательными, у них есть и положительные черты, например, независимость от мнения окружающих, умение влиять на людей или способность преодолевать любые препятствия на пути к своей цели? Или же они , как в средневековой легенде, продали душу дьяволу ? Был такой мультик, в готором опытный черт-учитель настойчиво объянял ученикам-чертенятам осноное праило, которому они должны следовать: «Люби себя, чихай на всех и в жизни ждет тебя успех»

В наше просвещенное время все обходится без расписок кровью. Просто человек приходит к выводу, что негодяем быть выгоднее и удобнее и становится таковым. Умный человек не станет продавать бриллиантовое колье за сто рублей, даже если ему очень нужны деньги. Точно так же рисковать вечностью ради переходящих земных благ глупо ни нецелесообразно. Это аргумент для верующего. Но, с другой стороны, что еще может органичить наш эгоизм? У Бальзака читаем: « Видимо, в недалеком булущем общество окончательно распадется, и причиной тому – всеобщая тяга к высрким постам и отвращение к положению скромному. Религия – единственное надежное средство против этого разврата» («Вотрен»).

Сравнение духовной жизни с войной может показаться надуманным и нецелесообразным. Например, Елисей Платонов пишет, что в опусах «защитников веры» « приводятся цитаты на тему того, что духовная жизнь – это война, на которой есть убитые, раненые и искалеченные. И вот это уже интересно. Важен не человек сам по себе, а именно брань, война и, очевидно, какая-то иллюзорная победа, в жертву которой критики критиков православия готовы принести кого угодно».

Уточним, что не только духовная жизнь, а вообще жизнь человека является войной. И мы вынуждены ее вести ее не из-за повышенной агрессивности , не для получения орденов и медалей и не в захватнических целях, а потому, что такова жизнь. Наш путь – путь воина. И чтобы избежать опасностей, мы должны быть хорошо вооружены. Наше оружие это наша вера, которая должна быть сознательной, разумной, а не инфантильной и механической. Можно согласиться с Козьмой Прутковым, что «без надобности носимый набрюшник вреден». Однако беспристрастный логический анализ ситуации показывает, что христианские заповеди отнюдь не являются «ненужным набрюшником» и отступление от них делает нас уязвимыми, что я и попытаюсь доказать в этой книге.

Но не сделает нас такое мышление илишне воинственными и нетерпимыми? Скорее наоборот, если вспомним что «наша брань не против крови и плоти, но против … духов злобы поднебесной» (Еф 6,12). Следовательно, к людям, причинившим нам вред, мы можем отнестись снисходительно, как к марионеткам в руках дьявола. Хотя это вовсе не означает, что мы не должны оказывать им адекватное сопротивление.

Но не приведут ли нас подобные предположения к унынию и суевериям? Ведь невидимый противник опаснее всего. Отсюда недолго до того, чтобы все неудачи в нашей жизни свести к сглазам, порчам и прочим дьявольским козням. На это можно возразить, что дьявол действует гораздо изощереннее, так, что мы оказываемся сами виновными в своих несчастьях. Каким образом, об этом будет рассказано ниже.

Известный психолог Антонио Мененгетти утверждал, что в психике человека существует программа, которая доводит до его сознания ошибочную информацию. Следовательно, мы воспринимаем мир не таким, какой он есть на самом деле. Он назвал ее монитором отклонения. Как, кем, когда и зачем она была инсталлирована? Тут сеньор Антонио с ученого превращается в научного фантаста и утверждает, что это было сделано инопланетной цивилизацией, чтобы манипулировать человечеством в своих интересах.      Но не будем цепляться к мелочам. Так же не станем считать Мененгетти первооткрывателем этого явления. Многим религиям оно хорошо известно, просто он выразил его в научных терминах.

То, что Мененгетти назвал монитором отклонения, в общем совпадает с христианским пониманием греха . В древнегреческом языке грех называли «амартия», что означало «плохой выстрел, непопадание в цель». Действие монитора отклонения похоже на сюжет известной повести Жюля Верна «Пятнадцатилетний капитан». Вся команда включительно с капитаном погибла и управление кораблем взял на себя юнга. Преступник, воспользовавшись его неопытностью, подложил под компас топор. Он стал показывать неверное направление и юноша вместо Южной Америки привел корабль в Африку.

Когда человека с незаконченным духовным образованием, которого за революционную деятельность исключили из семинарии, а по совместительству – руководителя Советского Союза Иосифа Сталина спросили: какой уклон хуже, правый или левый, ответ был гениальный: оба хуже. И действительно, какая разница, как и почему мы сбились с дороги, если попали не туда? Главное – выйти на правильный путь. Потому будем считать Премудрость Божью антивирусом, способным уничтожить вредоносную программу монитора отклонения.

Таким образом, чтобы уберечь себя от жизненных ошибок, следует обрести Премудрость. А как? В Библии однозначно сказано: « Начало премудрости – страх Господень». (Пр.1:17). Легко ли нам с этим согласиться? Не совсем, потому что мы считаем, что Бог есть любовь (1Ин 4:16) а боящийся несовершенен в любви. (1Ин. 4:18). Страх—мучительное и неприятное чувство, в отличие от любви, к которой мы все стремимся. Апостол Иоанн пишет : «В любви нет страха, но совершенная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение». (1Ин. 4:18). Многие люди отказызваются считать Бога самым крутым начальником, с которым не следует ссориться, а то сделает бо-бо или всевидящим судьей, от которого свои проступки не скроешь.

Но какое отношение имеет страх к премудрости ? Если рассмаиривать его только как страх наказания, то никакого. Хотя если человек боится соверщать некоторые поступки из-за страха перед их последствиями (злоупотреблять алкоголем, нарушать закон и т.д.) это вполне разумно и целесообразно. Но кроме того человек, делающий грех, удаляется от Бога. «Если мы говорим о богообщении, то главный страх – его потерять. От смертных грехов: жестокости, гордыни, блуда – оно просто пресекается. От повседневных прегрешений умаляется, истончается. Страх Божий – это жить так, чтобы не потерять эту двустороннюю связь»,– говорит игумен Петр Мещеринов.

Когда наша связь с Богом прервана, то рассчитывать на Его Премудрость не приходится. И мы непременно попадем в сети дьявола со всеми вытекающими отсюда последствиями. Даже если нам удалось избежать немедленного наказания за свои грехи (а атеист надеется избежать их совсем), на уровне эмоций мы чувствуем дискомфорт. Самое большое удовольствие от праведной жизни это общение с Богом. «Умному человеку жить с Богом очень приятно, а без Бога пакостно», – писал Владимир Соловьев в «Трех разговорах». Но часто чтобы понять это, нашего ума не хватает. Тогда приходится учиться на своих ошибках. А, по словам Конфуция, это самый трудный путь обучения.

Проиллюстрирую свою концепцию при помощи двух культовых фильмов: «Экзорциста» и «Матрицы». Каждый художественный фильм – выдумка, но их популярность свидетельствует о том, что в них есть лишь доля выдумки. В чем—попытаемся установить. В первом из вышеупомянутых хорошая девочка, дочь известной актрисы, вдруг начинает вести себя абсолютно неподобающим образом: ругается, проявляет агрессию к окружающим, говорит мужским голосом и т.д. Медицинское исследование не выявляет никаких аномалий. Священник, к которому мать обратилась за помощью, делает вывод, что в ребенка вселился дьявол. Проводя обряд экзорцизма, он требует у демона переселиться в его тело, а после этого бросается в окно и кончает жизнь самоубийством.

С чем я здесь согласен, а с чем – нет? То, что дьявол существует, выглядит вполне правдоподобно, как и то, что именно он является причиной наших несчастий и они не всегда обусловлены медицинскими факторами, социальными причинами или условиями воспитания. Однако случаи его прямого воздействия достаточно редки, хотя в богословской литературе они и описаны. Его влияние распространяется на всех и каждого и тут мы должны согласиться с создателями «Матрицы»: оно настолько всеобъемлюще, что мы его не замечаем.

По сюжету фильма главному герою дают две таблетки: синюю и красную. Если он выберет синюю, то проснется и будет жить дальше своей обыденной жизнью. Но он выбирает красную и видит настоящую реальность: люди, подсоединенные к кабелям, содержатся в капсулах и вырабатывают энергию, необходимую для работы компьютеров, а компьютеры создают в их сознании иллюзорный мир, который они воспринимают как настоящий.

То, что мы живем в иллюзорном мире и можем силой мысли, как герой фильма, останавливать выпущенные в нас пули, это фантазия. Но то, что мы питаем своей энергией дьявола, похоже на правду.       Вернее – он питается энергией наших страстей. Он вызывает у нас страсти, страсти склоняют нас к греху, а совершенный грех страсти усиливает. Человеку грешить не выгодно, он это делает под влиянием дьявола. Чтобы принудить человека действовать в его интересах, дьявол внушает ему искаженное восприятие реальности. Для действий, которые человек производит во вред себе и на пользу дьяволу, предлагаю название : деструктивная модель поведения (ДМП). По-сути, это другое название греха.

Но не собираю ли я на свою голову обвинения в средневековом мракобесии, упоминая дьявола? В моем детстве в журнале «Перец» чертей рисовали с рогами, хвостами и копытами и это было весело. А самым смешным фильмом моего детства была «Ночь перед Рождеством». Кузнец Вахула, получив от черта предложение продать душу, вместо этого взгромоздился к нему на спину, прилетел в Петербург, выпросил у царицы черевички (настоящий украинец!) и подарил их любимой. Повесть Гоголя, по которой поставлен фильм, заканчиватся тем, что Вахула нарисовал в церкви черта, к которому мамочки подводят своих детей со словами : «Ич, яка кака намальована!»

Самый страшный фильм моего детства тоже был поставлен по повести Гоголя. Это «Вий». Без применения компьютерной графики (ее тогда и в помине не было) авторам фильма удалось создать по-настоящему волнующее зрелище, пострашней, чем большинство голливудских ужастиков. Герой фильма погибает в борьбе с нечистой силой и ни христианские молитвы, ни духовное образование, которое он получил в бурсе, не спасают его от гибели.

Имея определенный, хотя и не такой уж большой опыт уличных драк, знаю, что недооценивать соперника или бояться его – значит проиграть и быть битым. Потому детско-наивное понимание дьявола как «каки намалеванной» или страх перед ним следует отбросить.

В послании апостола Петра сказано, что « противник ваш диавол ходит, как рыкающий лев, ища, кого позлотить»(1 Петр. 5,8). А апостол Павел увещевает : «Блюдите, яко опасно ходите»(Еф.5:15). Светская культура говорит другое: донт вори, би хепи. Не волнуйся, будь счастлив. Признаем, что христианство адекватнее отражает реальность: жизнь полна опасностей, но если Бог с нами, то кто против нас?

Однако жизнь полна неожиданностей.Попадали ли вы когда либо в такую ситуацию: сначала все было хорошо, мы расслабились, потом возникла проблема, мы ее попытались решать и в результате наших необдуманных действий стало еще хуже? И мы оказываемся в положении инженера Щукина из «Золотого теленка»: голыми, в мыле и перед закрытыми дверьми. Почему бы не предположить, что за этим стоит инфернальное существо – дьявол? Он заставляет нас делать ошибки, терять вещи, подталкивает к необдуманным поступкам, ставит в неловкое положение. Вся ситуация им мастерски срежиссирована , а мы, как марионетки, исполняем чужую волю, а некто то ли смеется , то ли издевается над нами.

Среди писателей в осмыслении сношений человека с дьяволом пальму первенства следует отдать Федору Михайловичу Достоевскому. В своем последнем романе «Братья Карамазовы» он называет его духом зла и разрушения, страшным и мудрым. Однако наличие существа, враждебного человеку, он ощущал и раньше. В его юношеских воспоминаниях читаем:

Подойдя к Неве, я остановился на минутку и бросил пронзительный взгляд вдоль реки, в дымно-мутную даль… И вдруг стал я разглядывать и увидел какие-то странные лица. Все это были странные, чудные фигуры… Кто-то гримасничал предо мною, спрятавшись за всю эту фантастическую толпу, и передергивал какие-то нитки, пружинки, и куколки эти двигались, а он хохотал, и все хохотал.

В более позднем своем романе Достоевского «Подросток» есть такой эпизод. Его герой, Андрей Версилов, человек в целом неплохой, говорит:

«Знаете, мне кажется, что я весь точно раздваиваюсь,– оглядел он нас всех с ужасно серьезным лицом и с самою искреннею сообщительностью.—Право, мысленно раздваиваюсь и ужасно этого боюсь. Точно подле вас стоит ваш двойник; вы сами умны и разумны, а тот непременно хочет сделать подле вас какую-нибудь бессмыслицу, и иногда превеселую вещь, и вдруг вы замечаете, что вы сами хотите сделать эту веселую вещь, и бог знает зачем, то есть как-то нехотя хотите, сопротивляясь изо всех сил хотите.

Сказав это, Версилов признается, что ему сейчас хочется больше всего: разбить икону, что он и делает.

Вдруг он с последним словом своим, стремительно вскочил, мгновенно выхватил образ из рук Татьяны и , свирепо размахнувшись, изо всех сил ударил его об угол изразцовой печки. Образ раскололся на два куска… Он вдруг обернулся к нам, и его бледное лицо вдруг все покраснело, почти побагровело, и каждая черточка в лице его задрожала и заходила.

Зигмунд Фрейд увидел бы в этом эпизоде пример влечения смерти, хотя, думаю, убедительнее расценивать это как действие силы, враждебной человеку. Таким образом, дьявол способен не только на пакости, осложняющие нам жизнь; его цель—погубить нашу душу.

Дьявольское влияние мы можем увидеть и в абсолютно обыденных событиях. Возьмем роман Эда Макбейна «Двойное убийство»

Шестеро ребят, возбужденных тем, что сегодня Хэллоуин – а в Хэллоуин разрешено все… затянули двенадцатилетнюю девочку в переулок и все по очереди изнасиловали ее … Ребята были в возрасте от шестнадцати до восемнадцати лет, и любой из них не посмотрел бы в сторону этой не очень привлекательной девочки, если бы сегодня не был день, предназначенный, как считается, для того, чтоб повеселиться и хорошенько погулять.

Замечательный праздник этот Хэллоуин, помереть со смеху. Полицейские просто обожали его.

В буквальном переводе Хэллоуин это день Всех Святых. Православная церковь отмечает его во второе воскресенье после Троицы. Когда папа Григорий ІІІ освятил в базилике святого Петра часовню в честь Всех Святых 1 ноября, на Западе его стали отмечать именно в этот день. Особенностью этого праздника является его связь с языческими культами и народными верованиями. Однозначно это осуждать нельзя, народные традиции бывают очень красивыми и вполне безобидными, но определенная опасность в этом есть.

Древние кельты делили год на темную и светлую пору, и когда светлая сменяла темную, что происходило в конце октября ( сейчас в этот период мы переходим на зимнее время), это влияет на наше настроение. Не будет ничего плохого, если мы, чтоб поднять его, устроим веселый праздник и даже немного пошалим. В этот день это разрешается, особенно детям и подросткам. Но когда шалости переходят черту, они стают опасными. И без темной дьявольской силы тут не обходится.

В средние века крестьяне, чтоб облегчить участь душ в аду и дать им знак, что о них помнят, устраивали в этот день шум и гам, стучали в сковородки, кастрюли и т.д. Древние верили, в эту пору грань между реальным и потусторонним миром уменьшается и чтоб защитить себя от темных сил (или договориться с ними?) использовали устрашающие маски, переодевались в ведьм или вампиров. В наше время дьявол окончательно «обнаглел» и маскарады на Хэллоуин претворились на парад нечисти, к которым добавились фильмы ужасов, приуроченные к этому дню, что не так уж безобидно. Практика показывает, что любой контакт с нечистой силой опасен. А нам оно надо?

Дьявол – опасный соперник. Он мастер камуфляжа и пиара. Первое проявляется в том, что люди, особенно с верхним образованием, перестали в него верить. Как в фильме «ДМБ»: «Видишь суслика? А он есть». Дьявол тот же «суслик». А невидимый враг наиболее опасен.

Другой дьявольский прием это рекламная кампания греха. Его представляют как искушение, от которого невозможно удержаться. В таких случаях говорят: «Ничего не могу с собой поделать». А может и не надо? Оскар Уайльд в свое время писал: «Лучший способ победить искушение – поддаться ему». Далее будет показано, что вся болтовня про «сладкий грех» является свидетельством слабого мышления и грех вредит не Богу, а нам самим.

Все это мистика, скажет скептически настроенный читатель. А чем вы можете доказать свои предположения помимо вашего личного мнения? В принципе, ничем, кроме того факта, что человеческая психика – открытая система и подвержена посторонним влияниям. А раз так, то дьявол может легко воспользоваться этим и внушить нам совершенно невозможные вещи. В доказательство этого можно привести:

Эксперимент Аша.

Испытуемого под благовидным предлогом удаляли из аудитории. За это время психолог договаривался с присутствующими, чтоб они говорили, что две линии, одна из которых заметно короче другой, являются одинаковыми. Когда испытуемый возвращался в аудиторию, он под влиянием группы говорил то же самое, а иногда менял свое первоначальное, совершенно правильное, мнение. Таким образом, социальное окружение может модифицировать наше восприятие.

Эксперимент Милдгдрейва.

Испытуемому давали инструкцию наказывать другого участника эксперимента за допущенные им ошибки ( его роль исполнял подставной актер) ударами электрического тока, сила которых должна была постоянно увеличиваться, если последний снова совершал ошибку. Большинство так и делало, несмотря бурные реакции и просьбы актера о милосердии. Тех, кто отказывался, убеждали, что так нужно «для науки». И, как правило, сила ударов тока превышала смертельно допустимые значения. Таким образом, под влиянием авторитетных лиц человек может нарушать нормы морали. Дьяволу это только и нужно.

Эксперимент Зимбардо.

Участников случайным образом поделили на две группы. Одни должны были исполнять роль надзирателей, другие – заключенных. Через некоторое время эксперимент пришлось прекратить, так как «надзиратели» стали проявлять настоящую жестокость к «заключенным», а последние – так же, по-настоящему, бунтовать. Зимбардо утверждает, что такие случаи имеют место и в реальной жизни и, как пример, приводит издевательства американских военных над иракскими заключенными в тюрьме Абу Грейв. Книга с описанием подобных случаев имеет название «Эффект Люцифера», однако, однозначного предположения о существовании инфернальной силы, которая принуждает людей ко злу, Зимбардо не делает.

Мы так же не можем исключить, что существуют малоизученные механизмы заражения подобно тем, о которых пишет Достоевский в сне Раскольникова:

Появились какие-то новые трихины,(трихины это кольчастые черви, личинки котрых паразитируют в теле человека), существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей. Но эти существа были духи, одаренные умом и волей. Люди, принявшие их в себя, становились тотчас же бесноватыми и сумасшедшими. . Но никогда, никогда люди не считали себя так умными и непоколебимыми в истине, как считали зараженные… Люди убивали друг друга в какой-то бессмысленной злобе. Собирались друг на друга целыми армиями, но армии, уже в походе, вдруг начинали сами терзать себя, ряды расстраивались, воины бросались друг на друга, кололись и резались, кусали и ели друг друга … . Оставили самые обыкновенные ремесла, потому что всякий предлагал свои мысли, свои поправки, и не могли согласиться; остановилось земледелие. Кое-где люди сбегались в кучи, соглашались вместе на что-нибудь, клялись не расставаться, – но тотчас же начинали что-нибудь совершенно другое, чем сейчас же сами предполагали, начинали обвинять друг друга, дрались и резались. Начались пожары, начался голод. Все и всё погибало.

Ф.М. Достоевский говорит об изменении в поведении людей, что привело к увеличению самонадеянности ( «никогда люди не считали себя такими умными») и агрессивности ( «убивали друг друга в какой-то бессмысленной злобе»). Могло бы это быть вызвано какими-то микроскопическими существами? Можно ли привести научные данные, подтверждающие это? Таки да. Крысы, зараженные микоплазмами , которые содержатся в помете кошек, покорно идут на их запах. Во многих случаях человек, несмотря на свой высокоразвитый интеллект, действует похожим образом: делает то, что ему не выгодно.

Выскажу мысль, которая для многих может показаться неприемлимой. Мощнейшим источником инфицирования деструктивными моделями поведения является искусство. Мы привыкли относится к нему с величайшим пиететом, всячески восхваляя творения человеческого гения, но именно через произведения исскуства передаются стереотипы, которые существенно вредят человеку. В конце XVIII столетия Европой прокатилась волна самоубийств среди молодых людей. Они решились на этот шаг в подражание герою поэмы Гете «Страдания молодого Вертера». Интернета еще не существовало, но «сине киты» водились уже тогда!

В средневековом Китае существовал ужасный обычай. Девочкам из аристократических семей в раннем возрасте туго перебинтовывали ножки, так что они совсем переставали расти. Такая ступня, похожая на нераскрывшийся бутон лотоса, считалась верхом изящества, но самостоятельно, повзрослев, ходить такие женщины не могли. Часто культурное влияние действует на нас похожим образом: нам навязывают такие установки, жить с которыми практически невозможно.

Может я преувеличиваю, но иногда мне кажется, что средства массовой информации, эра которых началась изобретением книгопечатания, как крысолов дудочкой увлекают нас к гибели. Это страшная сила, и в сравнении с ней я чувствую себя как теленок, который решил пободаться с дубом, если воспользоваться образом Солженицина. И не расшибить себе лоб от этого недостойного для здравомыслящих людей занятия, я могу только заручившись помощью Высшей силы, которую верующие люди называют Богом. Потому набравшись наглости и не страшась возможных обвинений в недоразвитости эстетических чувств, в соответствующем месте попробую выразить свое несогласие с определенными культурными установками, что распространяются через стихи, романы, фильмы, песни и воспринимаются общественным сознанием без должной критики.

Но почему же мы, даже поняв свою ошибку, продолжаем вести себя как мыши из анекдота, которые кололись, пищали, плакали, но продолжали жрать кактус? Вероятно потому, что греховный способ поведения дает нам определенное количество энергии, однако его общий энергетический баланс не в нашу пользу. Это все равно, что сжигать деньги, пытаясь согреться. Или жить в доме, построенном на песке, если вспомнить евангельский образ. В конечном счете, наша жизненная энергия достается дьяволу. Рыболов насаживает на крючок червяка, чтоб рыбка клюнула, а дьявол, вводя нас в грех, предлагает нам определенного рода удовольствия. Давайте назовем их их ДЭП –добавочная (или дьявольская?) энергетическая подпитка. Она нам очень дорого обходится, но понимаем мы это не сразу, а только научившись на собственных ошибках.

Откуда же берется энергия в этом случае? Как правило, от других людей. Индивидов, котрые сознательно или бессознательно «вытягивают» у нас псхическую энергию, мы называем энергетическими вампирами. И это редко идет им на пользу. Большую часть энергии, которую они получили от нас, они вынуждены отдать дьяволу. А он, как говорит известная пословица, платит за службу разбитыми черепками. Но на первых порах процесс «несанкционированного отбора» может показаться даже очень приятным.

В сто пятнадцатом псалме сказано: «Всяк человек есть ложь» И не просто так сказано, а « исступлении» или на языке оригинала—«в экстазе». Значит, здесь мы имеем дело с принципиально иным утверждением, чем банальное «все врут» или «Марина Сергеевна одинокая женщина и никому не верит», как некогда говорилось в рекламе МММ. Мы привычно считаем, что Библия учит нас любви к людям, но здесь содержится призыв не доверять им

А можем ли мы сказать жестче: всяк человек есть вор? По отношению к большинству людей это было бы несправедливо. Хотя все мы знаем, что как пелось в песенке о советских милиционерах, «где-то, кто-то кое-где у нас порой честно жить не хочет»

Окружающие часто вредят нам. Иногда действительно складывается такое впечатление, что мы хорошие, а кругом одни негодяи и если бы Боженька нас от них избавил, как было бы хорошо! Или же появляется искушение переложить на других ответственность за свои неудачи, как в известной фразе из советского фильма: «Не виноватая я, он сам пришел».

Моя мама родилась в Иркутской области возле Бодайбо. Советская власть выслала ее отца, моего деда, в Сибирь, чтоб не мешал коллективизации, к которой у него были определенные претензии. Ее детство прошло на берегах Угрюм-реки (Витима). Жили они в бараке. Мама рассказывала, как маленькой девочкой она садилась возле дверей и внимательно следила, чтоб кто-то чего-то не украл. А если видела что-то подозрительное, то кричала: «Воровка, воровка, красная головка». Позже взрослые, заметив это, стали дразниться: возьмут тайком какую-то мелочь и развлекаются ее детским криком.

Я в детстве жил в совершенно иных условиях, в относительном достатке и с любящими родителями. И только в зрелом возрасте, «набив шишек», понял, как важно быть внимательным и недоверчивым. Это правило выживания и необходимое условие «змеиной мудрости», к которой призывает нас Христос. Дьявол любит «загребать жар чужими руками». Для этого он вводит в нашу жизнь людей, которые портят ее, и , будем откровенны, часто мы сами портим жизнь другим людям. Следовательно, мы должны защитить себя от воздействия тех, кто исполняет дьявольскую волю.

Таким образом, если мы скажем, что каждый человек может оказаться вором, это будет правильно и с духовной, и с житейской точки зрения. Он может украсть у нас психическую энергию. Такие действия не подпадают под соответствующую статью уголовного кодекса и их можно совершать безнаказанно. А можем ли мы предположить, что каждый живет за счет других? Иван Сергеевич Тургенев примерно об этом и пишет:

Счастье каждого человека основано на несчастии другого, его выгода и удобство требуют, как статуя – пьедестала, выгоды и неудобства других. ( «Накануне»)

Жить за счет других нехорошо. Такие мысли вызывают чувство вины.

Каждый из нас виноват уже тем, что живет, и нет такого великого мыслителя, нет такого благодетеля человечества, который в силу пользы, им приносимой, мог бы надеяться на то, что имеет право жить.

Согласен ли я с этим? При всем уважении к Ивану Сергеевичу – нет. Стыдиться, что ты живешь, а тем более счастливых моментов своей жизни не стоит. Счастье от Бога и допустить, что ему для нас чего-то жалко, это хула на Господа. И если мы попадаем в неприятные жизненные ситуации, то это наша «заслуга». Об этом исчерпывающе сказано у апостола Иакова: «Каждый искушается, увлекаясь собственной похотью; похоть же, зачавши, рождает грех, а сделанный грех рождает смерть» (Иак. 1, 14-15).

Добросердечные психологи утверждают, что тех, которых желают нами манипулировать в своих интересах следует пожалеть. Они не испытывали безусловной любви от своих родителей или сами подверглись психологическому насилию. Возможно, доля истины в этом есть. По легенде укушенный вампиром сам становится вампиром. Но это отнюдь не снимает с «энергетического вампира» ответственности за его вампиризм. Выражу эту мысль по-проще. Есть такой неприличный украинский анекдот.

«Дурной ты, Мыкола». «Дурной не дурной, а вашу Галю тю-тю».

По моему мнению, ни Галя, ни ее мама не должны страдать от «дурного Мыколы» даже если у него было тяжелое детство. И для того, чтоб обезопасить себя от энергетических вампиров и тем более не допускать этого со своей стороны, мы должны определить способы греховной и , следовательно, недопустимой энергетической подпитки.

Продолжим нашу милитаристскую аналогию. Как было сказано выше, мы ведем войну с дьяволом. И первое, что нам следует сделать, изучить свойства своего противника. По словам Иоанна Златоуста, «делаем это не потому, что нам приятно говорить о льяволе, а потому,что учение о нем дает нам безопасность: он враг, а хорошо знать врага очень нужно для нашей безопасности». У Бориса Пастернака, человека гениального, но не святого, есть такие строки:

О, если бы я только мог Хотя отчасти, Я написал бы восемь строк О свойствах страсти.

В романтике греха нет ничего хорошего. «В стихах это звучит очень пикантно»,– говорил поручик Ржевский в одном неприличном анекдоте, но в реальной жизни это вызывает боль и слезы.

Страсть это по-гречески патос. В буквальном значении это слово означает «болезнь». Пока мы будем пребывать в плену страстей на нормальную счастливую жизнь нечего и надеяться. Потому я ощущаю себя как разведчик, который вернулся из-за линии фронта и пишет донесение в штаб. Описать ситуацию я могу только, как сказал поэт, отчасти. Но ,надеюсь, что и мой субъективный взгляд будет полезен для победы над врагом.

Чтоб не впадать в мистику, отмечу, что основное внимание я планирую уделить не нашей посмертной ответственности за грехи (оставим это богословам), а тому, как они портят нашу земную жизнь. В фильме «Время встречи изменить нельзя» профессора Груздева обвиняют с убийстве, которого он не совершал. Когда настоящий преступник был пойман, добрый Шарапов говорит, что перед Груздевым следует извиниться. А опытный Жеглов ему отвечает: «Невиноватых не бывает, а ему следовало бы со своими женщинами вовремя разобраться». Иногда нам кажется, что жизнь наказывает нас слишком сурово, но и в этом случае, лучше не роптать на судьбу или Бога, а признать по словам преподобного Никона Оптинского: «Достойное по делам моим приемлю». Ведь даже, исходя из здравого смысла , осознание своих ошибок является необходимым условием для того, чтобы их исправить или, по крайней мере, не совершать в дальнейшем.

Ниже, не претендуя на полноту и систематичность, я опишу восемь деструктивных моделей поведения (ДМП). Это, как в стихотворении Пастернака, «восемь строк о свойствах страсти».

Подводя итог вышесказанномув данной главе, отметим:

Наша жизнь это путь к Богу и борьба с дьяволом. Из этого следует:

Бог желает нам добра.

Дьявол вредит нам и хочет нашей смерти, физической и духовной. Это не карикатурный персонаж, но и не всесильное существо.

Дьявол извращает наше восприятие реальности и подталкивает нас к поступкам, которые приносят нам вред.

Своих целей дьявол предпочитает достигать, действуя чужими руками, используя других людей или произведения искусства.

И в заключение анекдот. Явился бизнесмену черт и предложил продать ему душу за миллион долларов. А тот отказался. «Что, мало?» – спросил черт. «Да не в том дело. Не понимаю, где ты меня кинуть хочешь». Выражаю уважение бизнесмену за его правильное решение. «Шибко умный» доктор Фауст и романтическая Маргарита из известного романа Булгакова пошли на сделку с сатаной, а это нельзя делать ни за какие блага и ни при каких обстоятельствах. Следующая часть книги будет посвящена тому, как он «нас кинуть хочет»

Глава 3. Деструктивные модели поведения.

ДМП № 1. Прелюбодеяние.

      Все мы жаждем любви. Поэт писал:

Соловьи монастырского сада,

Как и все на земле соловьи,

Говорят, что одна есть отрада.

И что эта отрада в любви.

(Игорь Северянин)

Фрейд иными словами утверждал фактически то же самое: «Как самое сильное переживание удовольствия половая любовь дает человеку прообраз всякого счастья». Так как канон священных книг был составлен без консультации с нашими современными святошами, то и в Библии есть слова о радости физической любви:

Утешайся женою юности твоей.

Любезною ланею и прекрасною серною; груди ее да уповают тебя во всякое время; любовью ее услаждайся постоянно (Пр.5:18-19).

Но мы знаем, что в реальной жизни любовь нередко сопровождается нежелательными явлениями. Некто спросил у мудреца: «Жениться мне или нет?». Тот ответил: «Женись в любом случае. Удачно – будешь счастлив. Неудачно – станешь философом». Давайте пофилософствуем.

Иоанн Златоуст в одной из своих проповедей ,противопоставляя плотскую любовь духовной , говорил:

Та любовь – вина, а эта – похвала; та есть ненавистная страсть души, а эта – радость, веселие и лучшее украшение души; та производит вражду в уме любящих, а эта уничтожает и существующую вражду и водворяет в любящих великий мир; от той не бывает никакой пользы, но еще великая трата денег и какие-то неразумные издержки, извращение жизни, всецелое расстройство домов, а от этой – великое богатство правых дел, великое изобилие добродетелей.

Оптимист-романтик скажет, что это слишком мрачный взгляд на вещи. Физическая любовь дает человеку большую радость. Не будем спорить. Однако согласимся со святителем, что любовь бывает правильной и неправильной. А то, что мы в обыденной жизни называем любовью часто ведет к драмам и трагедиям. Также попытаемся доказать, что это не является ценой за несравненное удовольствие от любви, а следствием наших ошибок.

Самую распространенную ошиьку влюбленных модно проиллюстрировать при помощи анекдота:

Учительница спрашивает: «Дети, кто прочитал «Войну и мир?» В классе – тишина. А с первой парты печальный голос отличника: «Так это только прочитать надо было? А я переписал…»

Влюбленные часто ведут себя как тот отличник: полностью и без остатка отдаются любви. Существует заповедь: «Люби Бога всем сердцем и люби ближнего как самого себя». А влюбленные любят всем сердцем ближнего, а не Бога. И гордятся силой своих чувств. А потом вздыхают: «Не почему мне, такому хорошему, так не везет?». Будет вполне справедливо назвать такой способ действия прелюбодеянием , ведь «пре» означает в первую очередь преувеличение.

Могут спросить: « А что плохого в таких высоких чувствах?» Для влюбленного они приятны, для возлюбленного полезны. Они действительно заслуживали бы восхищения, если бы не один нюанс. Как влюбленные говорят друг другу? «Я тебя обожаю». Герой «Гранатового браслета», вкладывая свои чувства в слова христианской молитвы, фактически отождествляет любимую с Богом.

Уходя, я в восторге говорю: „Да святится имя Твое“.

Могут сказать, что я цепляюсь к словам, но не является ли это нарушением заповеди «Не сотвори себе кумира»? Богу , разумеется, не будет вреда от того, что мы «сгораем в пламени любви». И представлять Его как некое ревнивое существо, Которое хочет, чтоб любили только Его одного, тоже неправильно. Это опасно для нас самих тем, что упрощает дьяволу доступ в нашу душу. И тогда «гранатовый браслет» превращается в наручники.

Маловеры иногда предстваляют Бога этаким ревнивым существом, который разрешает любить только Самого Себя, а не других богов или других людей. Дело в другом. Романтическая любовь делает нас чрещмерно зависимыми от другого человека. «В раба мужчину превпащает красота», была когда-то такая популярная песенка. В Священном Писании говорится другое: «Не делайтесь рабами человеков» (1 Кор. 7:23). Почему? Потому, что мы куплены дорогой ценой, сказано там же.

На одном из сайтов я прочитал такое:

«Наши отношения были как в сказке, мы не могли налюбоваться друг на друга, я не отпускал ее руки, писал стихи, наслаждался близостью и готов был кричать на весь мир как сильно я ее люблю».

Но и такие идеальные отношения нередко заканчиваются крахом, как это случилось с автором  вышеприведенных строк. В любви по умолчанию предполагается, что возлюбленный дает влюбленному неимоверное наслаждение, ради которого последний готов на что угодно. В диалоге Платона «Федр» говорится :

 В тоске бежит она (душа) туда, где думает увидеть обладателя красоты… ее красавец для нее дороже всех; тут забывают и о матерях, и о братьях, и о всех приятелях, и потеря – по нерадению – состояния ей также нипочем. Презрев все обычаи и приличия, соблюдением которых щеголяла прежде, она готова рабски служить своему желанному и валяться где попало, лишь бы поближе к нему.

Если же не углубляться в мистику и философию, то отметим, что чрезмерная любовь, как правило, приводит к созависимости. Когда люди не могут быть ни вместе, ни отдельно. Одновременно и любят и усложняют жизнь друг другу. Светские рекомендации человеку, оказавшемуся в любовной зависимости, поражают своей наивностью и неисполнимостью. На одном сайте написано: «Никто не скажет и не подскажет, что надо делать, если чувства «накрыли» с головой. «Путешествуй!», «Займись делом», «Держи себя в руках!» Это всего лишь абстрактные возгласы, бесполезные советы, которые приносят не меньше страданий,чем несчастная любовь». http://www.leport.com.ua/strazhdannya-yunogo-vertera-jogo-chas-i-my/.

. Психологи , будто сговорившись, утверждают, что причина наших неудач в любовных отношениях лежит в детстве и семейном воспитании. Родители недостаточно любили ребенка (в попку не целовали, или как?) и во взрослом возрасте он страдает от низкого уровня самопринятия. Нам, лузерам, это как медом по заднице: хорошо, когда есть кого обвинить в своих неудачах! Но есть и хорошая новость: если работать над собой, пойти на курсы к соответствующему специалисту и оплатить их по прейскуранту (тем, кто записался во время он-лайн семинара, скидка) – все как рукой снимет. А чтоб не сомневались, психолог обещает вам «второе рождение»: вы отправитесь в свои ранние годы жизни и, обладая психикой взрослого человека, разрешите свои детские проблемы, с которыми вы, по-малолетству, тогда не могли справиться.

Мы живем в демократическом обществе и каждый может говорить, что считает нужным и обещать все, что угодно, хоть материализацию духов, хоть раздачу слонов. Но не являются ли такие рекомендации нарушением четвертой заповеди? Нет, конечно, вас убеждают, что следует принять-простить своих родителей, но все-таки их объявляют виновными в ваших бедах. А чтоб не обвинять родителей, следует признать, что мы сами живем неправильно, и вовсе не потому, что перестали лазить в окна к любимым женщинам, как говорил пьяненький Ипполит в известном фильме. Наше понимание любви нуждается в более глубоком осмыслении.

Мы существа несамодостаточные и потому зависим от других. Иногда они идут нам навстречу и даже дают больше, чем мы ожидаем. Но это не отменяет библейской истины: «Не надейтеся на князи и сыны человеческия, в них же несть спасения».(Пс.145,3). Надеяться можно только на Бога . Почему мы страдаем от нещасной любви? Потому что свое счастье связываем исключительно с возлюбленным. А прошла любовь – печалька. Верующий человек всегда может быть уверен в любви Бога к себе, потому «Блажен тот, кому помощник Бог Иаковлев, у кого надежда на Господа Бога его» (Пс:145:5).

Следуя принципу учительской однозначности, заявляю: только любовь к Богу позволяет избежать любовных трагедий. Неверующий человек может любить только другого человека. А верующий любит и другого человека и Бога и это создает баланс в его психике и уберегает от созависимости. При чем Бога он любит больше—всем сердцем. Но это не отдаляет его от людей. Святые Отцы писали, что люди подобны точкам на окружности, а Бог – это центр этого круга. Приближаясь к Богу, мы становимся ближе к другим людям. В то же время наши попытки соблазнить, покорить, завоевать, привлечь нередко оканчиваются совсем не так, как нам бы того хотелось. Но это аргумент для верующего. А атеистам пожелаем успехов в прохождении психологических курсов и денег, чтобы можно было их оплатить.

И опять вернемся к дьяволу, отношения с которым я , в меру своих очень скромных интеллектуальных возможностей попробовал описать в предыдущей главе. Вспомним, как приятные молодые люди из популярного когда-то мюзикла «Нотр Дам» пели: «Я душу дьяволу отдам за ночь с тобой». Подумаем по-трезвому: какое удовольствие в этой жизни соизмеримо с вечными муками в будущем? Романтики, которые считают дьявола художественным образом, этим не заморачиваются. Потому специально ради них будем говорить исключительно о земных вещах.

В предыдущей главе было высказано предположение, что основным фактором, который заставляет нас делать глупости, является монитор отклонения. Попробуем описать его действие относительно «большого и светлого чувства». У Стендаля есть замечательный образ , который он назвал «кристаллизацией любви». Обыкновенная ветка, положенная в насыщенный раствор соли, покрывается блестящими кристалликами и приобретает волшебный вид. Влюбленность действует похожим образом. Объект своей любви мы идеализируем и придаем ему необычайные свойства. В книгах это выглядит осень красиво, а в реальной жизни кристаллики блекнут или растворяются, и мы оказываемся наедине с суровой действительностью.

Наглядно покажем действие любовного монитора отклонения на примере известного романа Б. Пруса «Кукла». Разберем сначала мужской вариант.

Пани Вонсовская улыбнулась:

-– Говорят, когда мужчина смотрит на женщину, сатана надевает ему розовые очки.

Сатана, думаю, тут упомянут вполне уместно и не только как художественный образ. Мужчина, а тем более влюбленный мужчина, не может адекватно оценить женщину и приписывает ей те качества, которых у нее нет. На это обращает внимание другая героиня повести, пани Заславская. « Больше всего меня удивляет то,– говорит она,– что мужчины никак не могут понять этих кукол», Их сущность (не проснулись еще ни ум, ни сердце) понятна не только женщинам их круга, но даже горничным, а мужчина поклоняется им как божеству.

У женщин монитор отклонения действует несколько иным способом. Снова дадим слово пани Заславской.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.