Дарья Гущина
Тропой тумана

Осенью Заповедный лес красив невероятно.

Был.

Пока я не поняла, что заблудилась. И пока по земле не потянулись, удлиняясь, вечерние тени. Но первое тревожило больше второго. Потому что я знала Заповедный как свои пять пальцев. Я облазила его вдоль, поперёк и вверх ещё ребёнком. Я знала каждый пенёк, каждую неприметную тропку, каждый кустик. Я тут дневала и ночевала, провожала закаты и встречала рассветы. Всё детство.

Это же мой лес.

Был?..

Замерев на поляне, я озабоченно озиралась по сторонам. Низко клонились узловатые ветви старых шагунов. Мощные корни выпирали из-под палой листвы и убегали в сумрак мшистыми змеями. Деревья росли так близко друг к другу, что казались сплошной стеной. Пёстрые, золотые в багряную крапинку листья замерли в безветрии.

Вот только шагунов здесь, в сердце леса, быть не должно. Они растут лишь на границе – их «шагающим» корням слишком тесно среди остальных деревьев, им нужен простор. Или они откуда-то взялись, или я чего-то о Заповедном не знаю, или…

Нет!

Я сердито тряхнула головой. Не могу я тут заблудиться! Подумаешь, лет десять не заглядывала, пока училась… Как перешагнула границу – сразу всё вспомнила, от пенька до кустика. И гуляла безбоязненно, хотя истории о Заповедном разные рассказывали. Всё чаще жутковатые – о нежити, призраках, чёрном колдовстве и прочей древней гадости. Но я же здесь выросла! И в жуть не верю. И заблудиться не могла.

Не-мог-ла!

Но заблудилась.

Не помню шагунов. И эту поляну. И не понимаю, как сюда попала. Я. Или всё же поляна.

И вон то изваяние под деревом я тоже не помню. Совсем.

Говорят, до Заповедного здесь стоял город – маленький, уютный, полный леса. И деревьев в нём росло больше, чем жило людей, и породы встречались редкие, необычные. Но однажды что-то случилось (ясно дело, не обошлось без магии), и городок внезапно опустел, как и ближайшие деревеньки. Зато лес мгновенно захватил обезлюдевшие земли. И все, кто ступал под сень Заповедного, пропадали бесследно.

На пару сотен лет о лесе забыли – попытались забыть. Дурных на голову смельчаков, само собой, меньше не стало, но колдуны оградили лес чарами, и очень долго никто даже близко к волшебной стене не подходил. Не мог приблизиться. Но со временем чары стёрлись, а людям стало так не хватать земли в Озёрной долине, что они рискнули поселиться рядом с Заповедным. И ещё ближе. И ещё.

Сейчас две деревеньки подобрались к лесу вплотную, и в одной из них живёт моя бабушка. И уже давно ходят люди в лес по грибы да ягоды, за целебными травами. И детишки прибегают в прятки поиграть. И никто не пропадает. Хоть и говорят, да, – и о сгинувших, и о мёртвом городе.

А ещё о городе говорят его останки. Щербатые чаши фонтанов, полные мха и мелких цветов. Обломки стен, увитые ядовитым красным змеевиком. И изваяния – потрескавшиеся каменные фигуры: людей, животных, птиц; маленькие, средние, огромные. Я их все знала наперечёт. Каждое облазила. Каждому своё имя дала.

И вот это изваяние, повторюсь, не помню.

В десяти шагах от меня из-под жёлто-багряной листвы выглядывала девушка. Я хмуро прищурилась. Очень странная, кстати, девушка. Никогда прежде не видела здесь таких фигур – таких… настоящих. Обычно же все изваяния или красоте служат, или делу – или с нежной улыбкой и в чудесной одежде (или без оной), или на что-либо властно указывают. Но эта…

Эта словно пряталась. Сутулая, пригнувшаяся. Настороженное лицо, наискось прорезанное безобразной трещиной. Ладони комкают, подбирая, длинную рваную юбку. Волосы убраны под обычный рабочий платок. На ногах – обычные же рабочие башмаки, дешёвые и грубые. И рубаха тоже простая, и передник. Какая же тут красота? Какое же указание?

Разве что… намёк?

Один внутренний голос советовал не приближаться. Напротив, развернуться – и бегом туда, откуда пришла. Глядишь, выберусь. А вот второй льстиво шептал, что я же сильная, я же колдунья, я же давным-давно мечтаю об интересном приключении. Не надо никуда бежать. Лучше изваяние поближе изучить. И понять, откуда оно взялось. Как и шагуны. Как и незнакомая поляна.

Как и я здесь.

Пока я нерешительно мялась на месте, сгустился сумрак. Закатное солнце прощально вспыхнуло за стеной леса заревом пожара и скрылось. Поляну захватили уродливые тени. Из-под корней поползли первые ручейки тумана. А золотая в крапинку листва почудилась тёмно-красной. Лес будто чужой кровью истекал.

Или – не будто. И совсем не чужой.

А изваяние вдруг повернуло голову в мою сторону, и в мёртвых каменных глазах сверкнула зелёная искра.

Я рванула с поляны быстрее, чем первый внутренний голос крикнул спасительное: «Призрак! Нежить! Беги!» Развернулась и побежала туда, откуда пришла – по бёдра задрав длинную юбку, проклиная платья, корни, ветки, взрослую малоподвижность и всё, что мешало лёгкому бегу. Летела, не разбирая дороги. Чтобы споткнуться, рухнуть носом в листву и с проклятьями обнаружить себя на всё той же поляне.

И на всё том же месте.

Туман скрыл палую листву и мягко серебрился. Тени расползались по поляне, презирая законы природы. Зеленоглазое изваяние откровенно ухмылялось. И такая стояла тишь…

Я села, нервно поправила растрёпанные волосы, одёрнула юбку и вытерла о передник грязные ладони. И строго напомнила себе главное: мне не пристало бояться. Я молодая и неопытная, но всё же колдунья. И не красть пришла, и даже не за грибами, а просто прогуляться. И это мой лес. Заповедный всегда был моим.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.