Евгения Широкая-Ляшко
Поезд отправляется

Глава 1

В этот долгожданный типичный для кубанской весенней погоды майский день с ярким солнцем сквозь мелкий моросящий дождик мы ранним утром стояли на перроне у блестящего электропоезда между родителями, друзьями, наставниками. Скоростная электричка должна была доставить нас из Краснодара в Ростов-на-Дону за каких-то четыре часа. В конечную же точку пути Новочеркасск, планировалось прибытие вечером.

Настроение было подпрыгивающее. То и дело я поправлял камуфляжную форму и прилаживал кубанку, выхаживая пружинящей походкой мимо витрин магазинчиков. Я с нетерпением ждал этого путешествия и сейчас еле сдерживался. Ведь в свои четырнадцать, я побывал только на берегу Чёрного моря, да и то с роднёй. Мне так хотелось, испытать, что такое настоящая самостоятельная поездка без родителей. Понятно, что с нами будет неустанное око Валерия Семёныча. Но наставник из казачьего клуба это не то же самое, когда мамка с папкой суетятся вездесущей гиперопекой, словно я новорождённый.

– Виталик, ты главное от наставника ни ногой, хорошо? – продолжает наставления мама.

Я киваю и вижу, двери открыли на посадку: «Ура! Поезд скоро отправляется!».

И вот расцелованные мамочками и получившие слова напутствия с пожеланиями от мужчин мы сидим в вагоне. Смотрю, мама даже слезу пустила. Платочком вытирает. Мне её как-то жалко стало и в то же время перед пацанами неудобно. Я помахал ей и уселся в кресло подальше от окна. Нам повезло, успели занять место, где между четырьмя сиденьями с высокими спинками установлен стол. Будет где расположиться с завтраком.

Поезд тронулся. За окном с нарастающей скоростью понеслись знакомые картины родного города.

– Ну что хлопцы, доставайте продукты. Надо всё съесть, чтоб не испортилось, – командовал Валерий Семёныч.

В походном рюкзаке мамой были приготовлены бутерброды с колбасой, варёные яйца, крекеры и яблоки, а также термос с компотом из сухофруктов. Юрка и Сашка тоже вывалили припасы на стол. Запахло мясным осетинским пирогом и сладкими маковыми булочками.

– Налетай! Мне одному не справиться! – пригласил Сашка.

Он как самый упитанный из нас всегда имел еды на порядок больше. Но Сашка никогда не жадничал. Угощал всех. Его заботливая мама, повар в пиццерии, готовила вкусно и для друзей не забывала накладывать порции.

Наставник достал фляжку с водой и свои любимые хрустящие гречневые хлебцы. Его привычка есть различные сухарики, всем давно была известна, поэтому уже ни кто не обижался, если он отказывался попробовать очередной шедевр домашней кухни одного из воспитанников военно-патриотического клуба.

Ребята взяли с собой пакетики чая и кипяток в термосе.

– Фу, что за выбор! – возмутился Юрка, когда прочитал название на этикетке Сашкиного чая.

– «Липовый», мне нравится, – жуя, улыбнулся тот.

– А у тебя какой? – вступился я за друга, с которым был знаком ещё с детского сада.

– «Имперский»! – гордо вскинул голову Юрка.

– Можно подумать тебе корону и скипетр к этому чаю принесут, – рассмеялся я.

– Ничего вы не понимаете! – нахохлился мальчишка.

– Валерий Семёныч чего Юрка задается? «Липовый» нормальный же чай не хуже его «Имперского»? – обратился к Валерию Семёнычу Сашка.

– Я вам конечно не знаток по чаю, но могу сказать, что на вкус и цвет друзей нет. Кому что ближе по душе, то для него и лучшее. Бывает что название громкое, а по ощущениям так себе пшик, а не вкус. А бывает и простенькое название, а после такого ароматного чая никакой другой напиток не хочется. Так что не о чем спорить, – махнул рукой наставник.

– Я не согласен, – Юрка выпятил нижнюю губу. – «Имперский» не может быть ни вкусным. Это же от слова «империя». Папа говорил, что имперский дух сильнее любого другого. Чтобы создать что-то великое, надо иметь имперское мышление. Вот я теперь всё только имперское, ну, или про империю выбираю, – уставился Юрка на нас троих исподлобья.

– А вот ты о чём. Тогда я с твоим папой согласен. Спасибо, что растолковал. Ты же, как один древний царь такое себе напоминание сделал. Куда ни глянь и будешь помнить, что рождён для чего-то великого, так? – улыбался сквозь усы Валерий Семёныч.

– Да! А что за царь? – заинтересовался Юрка.

– Да был такой. Царь Соломон звали. Чтобы не возгордиться и помнить, что даже цари это всего лишь люди написал себе на кольце напоминание. Надпись гласила «Всё пройдёт, пройдёт и это». Похвалит его какой-то льстивый прислужник или же народ радуется за дело доброе, а он глядь на кольцо и тут же не о своей славе сиюминутной думает. Понимает, что всё временно в этом мире. На будущее ещё хочет дела великие сотворить, не зацикливается на уже достигнутом, – пояснил наставник.

– Это как и в соревнованиях! – вдруг осенило меня.

– Точно подметил Виталик. Что нас ждёт в Новочеркасске? Кто ответит? – озадачил нас Валерий Семёныч.

– Ну, это, соревнование в троеборье, – удивлённо пожал плечами Сашка.

– А ещё что? – продолжал буравить нас взглядом наставник.

– Я знаю! Вызов! Вызов самому себе! – подпрыгнул Юрка.

– Молодец! Кто-то говорит, что важно участие, а не победа. Но это не для нас. На войне сражаются, чтобы победить. Каждое соревнование это, прежде всего, победа над самим собой. Над вчерашним самим собой. Обязательно разберём всё, что получится достигнуть, и на что надо будет обратить внимание, тоже рассмотрим подробно. Физическая боеготовность это залог не только здоровья, но и выносливости. Тело закалять нужно постоянно. Оно тогда само вас в тонусе держать будет. Встал утром, а уже на пробежку тянет, чистым воздухом подышать, лёгкие расправить. Так и весь день потом спорится.

Мы дружно закивали. Хотя если честно и я думаю, что ребята со мной согласятся, пока особой радости от марафонских забегов мы не испытывали. Разве что когда подводили итоги и объявляли победителей. Всегда приятно если слышишь свою фамилию среди первых. Другое дело стрельба. Вот тут-то постоянно руки чешутся, к винтовке тянутся. Как дедушка говаривал – «У мужчины дух воина в крови».

Глава 2

Дорога пролетела незаметно. Успели, и поболтать, и кино в планшете посмотреть, благо Wi-Fi работал отлично, и розеток для гаджетов было предостаточно. Я даже вздремнул немного. Около донской столицы поезд сбавил ход, а мы прилипли к окнам, вглядываясь в панораму города, растянувшегося по правому возвышенному берегу реки Дон. Куда хватало взгляда, виднелись суровые очертания из стекла и бетона.

Наставник указал нам, где на въезде по автотрассе стоит огромный памятник, тачанка запряженная тройкой лошадей. Конечно, с расстояния сложно было разглядеть грандиозный замысел скульптора, но уже то, что её видно на несколько километров говорило об исполинских размерах. Колёса застучали по мосту. Среди железных арок на нас смотрела, загруженная баржами и пароходами судоходная река. Не успели мы всем этим налюбоваться, как оказались на железнодорожном вокзале.

Следуя коротким установкам, и указаниям бывалого наставника мы перекусили в привокзальном кафе, быстро сменили электричку и помчались в Новочеркасск. Теперь нас всё больше интересовало то, что было снаружи. Железнодорожное полотно пролегало вдоль реки. Там и тут справа по ходу движения виднелись рыбачьи катера и лодки, а по левой стороне пробегали мимо сначала пригород Ростова-на-Дону, а затем один за другим посёлки.

– Валерий Семёныч, правда, что станицы только у казаков бывают? – вспомнил я, старый спор с Юркой.

– Правда. Это же станы были воинские. Объединяли в себе посёлки и хутора, где казаки в куренях жили, – отозвался наставник.

– А что вы такой задумчивый, может печенье, будете, оно хрустящее? – спросил Сашка, вскрыв пачку овсяных круглейшей.

– Спасибо, – кивнул наставник, взяв предложенную галету. – Молодость вспомнилась. Учился я в этих краях. Порой студентами набьёмся в вагон «электрички-деревяшки» и давай под гитару песни петь, – как-то по-особому трогательно улыбнулся Валерий Семёныч.

– Во даёте, а что магнитол и плееров не было? – хмыкнул Юрка.

– А почему «деревяшки?» – изумился я, представив деревянные вагоны, в виде телег.

– Были у нас магнитолы. Но это другое. Это когда интересно вместе общаться. Вместе что-то делать. Заходишь в вагон, в котором только деревянные скамейки стоят, поэтому их в народе так ласково и окрестили «деревяшки» и время в пути незаметно пролетает. Вот как мы, когда в походе. Просто хорошо от того с кем рядом находишься и ни каких неудобств, словно не существует, – мягко проговорил седовласый казак.

Мы замолчали и даже отвлеклись от нового внешнего мира. Мне вспомнился наш последний выход в предгорье. Ребята из клуба. Запах костра. Запах приключений.

«Надо же, мы не успели далеко уехать, а я уже скучаю по дому» – с удивлением, где-то глубоко в груди, я почувствовал нотки грусти.

Столица донского казачества встретила нас пронизывающим ветром.

Подняв воротники камуфляжей, и втянув шеи, мы начали своё восхождение по крутому подъёму. Наставник обещал невероятное зрелище.

Прошагав вверх около километра, я воскликнул от восторга. Как из арабской сказки на меня огромными куполами в византийском стиле смотрел собор.

– Ого! А мы пойдём внутрь? – задёргался Сашка.

– Мы должны! Это Войсковой собор Донских казаков. Он третий по размеру храм в России. Выше только Московский Храм Христа Спасителя и Исаакиевский собор в Санкт-Петербурге, – как всегда демонстрировал начитанность Юрка.

– Пойдём, но не сегодня. Нам обещали экскурсию в день отъезда, – усмехнулся Валерий Семёныч, понимая по восторженным возгласам, что должный эффект нас накрыл с головой.

Мы наспех обошли все памятники на просторной площади, не забывая делать фотографии на телефон, затем сели в маршрутку, которая шустро домчала нас до высокого здания гостиницы «Новочеркасск».

Как оказалось здесь уже расселились другие участники соревнований. Я стоял на стойке регистрации вместе с яицкими казаками, по крайней мере, так гласила надпись на их куртках.

– Привет! Я Виталик. Мы из Краснодара, а Яицк это где? – полюбопытствовал я.

Мальчишка примерно одного со мной роста обернулся.

Он смерил меня через очки строгим взглядом и угрюмо поприветствовал: – Привет. Я Дима. Я из команды Екатеринбурга.

– А почему тогда вы Яицкие, а не Уральские? – недоумевал я.

– Переименовала Екатерина Вторая Яицкое войско в Уральское, чтобы предать забвению крестьянский бунт и затерять в истории восстание Емельяна Пугачёва. Городок Яицк называть Уральском стали, река Яик тоже имя поменяла на Урал, – сухо отчеканил Дима.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.