Стихи
Алексей Погудин

Не покидал твои я сны,

не заходил туда случайно

Сгорев, не светят фонари…

Нас манят тёмной своей тайной

© Алексей Погудин, 2021

ISBN 978-5-0055-4829-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пройдёшь вдоль берега крутого

Пройдёшь вдоль берега крутого,
И вот мой сквер, скамейка, осень.
На землю много золотого,
Пасьянсом жёлтый лист набросил.
Под ноги многим одиноким,
Где чувства с веток облетели.
Ковёр тебе, как жест – широкий,
От осени к её постели.
Где, умирая она ляжет,
Протянет только к тебе ветки,
Но не попросит помощь даже,
Где одинокие скамейки.
И я такой же одинокий,
И одинокие аллейки.
И души наши – босоноги
Томятся в теле, словно в клетке.
И где её все сёстры, братья?
По одиночке в карусели —
Одели платья, умирая,
И по углам ещё расселись:
На циферблате все по кругу,
Раскачиваясь вправо – влево,
И даже если тянут руку,
То ради собственного чрева.

Плащи

…В гардеробе плащи без людей,
Как и души бывают без них…
И с безлюдной луны лицедей,
На кровать бросил тень и притих.
И приливы морей всё сильней,
Разбиваются в дым у окна
Досчитаю до ста не дыша.
И смеётся мне тенью луна…
Я хватаюсь рукою за шар,
Обжигаюсь – она холодна.
Знаю я, что сейчас не усну,
И сжимаю сильнее уста,
Лицедей подаёт простыню,
И сжимается грудь у меня.
Одиночеством светят углы,
Сине-мёртвая вкруг тишина
Ох, луна, как лучи твои злы.
И затих лицедей у окна.
В гардеробе – из стёкол души,
В мёртвом свете безумства притих,
Выдаёт одиноким плащи,
…Не забыв вынуть душу из них.

Не покидал твои я сны

Не покидал твои я сны,
Не заходил туда – случайно,
Сгорев, не светят фонари,
Нас манят темной своей тайной.
Как не зажгут вдруг маяки,
Корабль встретит берег скальный,
И мы с тобою в две руки,
Пойдём по площади печальной.
И сквер, где встретились в любви,
Ты помнишь – снег и кони, сани.
И я кричал – благослови,
Сейчас там дождь злой барабанит.
И белый ветер, помню, пел,
И ты смеялась звонче ветра.
И пряталась в мою шинель.
А я читал, конечно, Фета:
…«Хочу нестись к тебе, лететь,
Как волны по равнине водной,»…
И бьют меня две строчки – плеть:
…«Поцеловать гранит холодный,
Поцеловать – и умереть.»
…Туман и камень благородный,
Цветы, венки и твой портрет:
А из стихов – «гранит холодный»…
Второй же строчки – рока – нет,
И в сквере дождь – вчера – сегодня.

Золотая трава и шипы белых роз

Золотая трава и шипы белых роз —
Пожелтеют и время увянет твоё,
Растекается дым по ветру папирос,
Только вечность – жёлтых глаз – вороньё.
Обнимаю твою статуэтку рукой,
И глазурную нежность целую я миг,
Но томит меня вечности рока тоской,
Что исчезнет в пространство земное твой лик.

И цветами покроется, глиной седой,
Да и память о нас – разольётся вокруг.
Но закружится диск гончара золотой,
И искусные пальцы божественных рук —
В нашу глину вольют смесь души молодой,
И глазурью цветной – под сияние лун —
Обольют твоё тело – отдадут красотой.
Как мне хочется верить во всю эту муть.
И тебя обнимаю я нежно рукой.
Из фарфора все плечи – боюсь я вздохнуть.
Вдруг рассыпятся в миг – по земле голубой,
…А гончарные боги забудут вернуть.

Пробежав, не взирая пути

Пробежав, не взирая пути,
Я засну на мгновение века.
Ты меня, если сплю – разбуди,
Пусть поднимут закрытые веки.
Звёзды вновь освещают кресты,
На погосте они и на церкви.
Видишь, ангел скульптурой застыл,
В мрамор белый он бледен и мертвен.
Разбуди, чтобы в небо он взмыл,
Не молись за него, он – бессмертен.
Претворяется он, что без крыл,
И поник головой, клювом чертит.
У него отбери крест – костыль,
Пусть он душу мою перекрестит.

Звёзды смотрят интересно

Звёзды смотрят интересно!
Или просто так горят!
Во вселенной, видно, тесно,
Нежный мрак заполнил взгляд.
И под звёздами гуляя,
Можно долго размышлять,
Звёзды смотрят воспаляя,
Под луною вечность клятв.

И она даёт влюблённым,
Всем надежду на века,
Если солнцем раскалённым —
Сжечь сгоревшие сердца,
То луною осуждённым —
От любви – горят всегда.
Сколько клятв под нею – белой —
Подписал всем звёздный хор,
Сколько в жизни закипело
И задёрнуто в миг штор,
Чтоб луна не подсмотрела,
Распоясанный задор.

Вот она и в месяц метит,
Искривив в усмешке взор,
Если серп нам в небе светит,
И поёт здесь звёздный хор,
Значит где-то будет вечер,
Занавесочек узор.

На столе зажгутся свечи,
А луна прищурив взор,
Скажет им до новой встречи,
И растает средь озёр.

Часто вижу ее слёзы
И дрожание в воде,
Там она купает грёзы,
Может принц её на дне.
Оттого и льются грозы —
На влюблённых – в тишине.
Оттого и вянут розы,
Что стояли на окне.

****************************************

Танго

Рука взметнула вверх – безумный поворот.

Красивый фейерверк: из страстных – па – полёт.

Казалось, что в любви, то сходятся, то нет.

На танго смотрим мы и видим жизнь и смерть.

Летит её звезда, закована в браслет.

Осколками из льда, замрёт на небе след.

Всю страсть её презрев. безумный в миг дуэт —

На чувственном одре – сломает силуэ

У рояля – две руки, свет от свечи

У рояля – две руки, свет от свечи льёт тихонько.

И ресницы так тонки, что дрожат под звуки тонко.

Чуть прикрытые глаза, заласкаю нежно взглядом.

А с балкона вдруг луна от смущенья сядет рядом.

Выйду к ней – тоской томим, не подсматривай, не надо.

Белый свет её – был грим, а заглянешь – он – прохладный.

И покатится луна – в небе сине-сине-лунным —
По рояли рук волна – лебедь – красотой безумной.

Грудь от звуков так нежна, лепестки в цвет – синий,
Как вскружилась голова от ресниц богини.

На рояли, у окна – занавески с ветром,
Как играли два крыла, виделось поэту.

Любовь и смерть, и смерть – любовь

И дух и кто хранит меня,
Кто так воссел на троне,
Что в небе царство торжества
Закат огнём не тронет.
Любовь и смерть, и смерть, любовь.
Даруют с неба боги.
И призраки, сошедши вновь,
Идут в одеждах строгих.
Им подавай трагично кровь.
Всех славь! Но бей тревогу:
Весь мир давно уже готов
На пир «трагедий» к богу.
Ромео и Антоний Марк
За ними дамы строго в ряд:
Джульетта, Клеопатра.
Отшельник Ланселот,
Монахиня Гиневра,
И гробовщик им всем поёт:
(С линейкой своей мерной)
Любовь и смерть, и смерть, любовь,
Орфей и Эвридика!
Всем долго будет сниться кровь:
Предсмертной болью в криках,
B Эпиграфе с трагичных строф —
Вам на могильных плитах:
«Любовь и смерть, и смерть – любовь.»
Заранее отлитых.

Над багряным клёном

Над багряным клёном
И в осенних сказках.
Где стоит над склоном
Время в жёлтых красках.

Сердце вдруг застыло
в золотых туманах.
И спрошу у милой,
И спрошу, – мне странно:

Ты жила со мною,
или всё ж любила?
Видишь – клён рекою,
лист теряет с силой.

Он с весны зелёный
и костром пылая,
В осень так влюблённый,
словно вечно в мае.

Горько, листья красны,
слёзы до предела:
Ты любила страстно
Или всё терпела?

Стоят дома из жёлтых окон

Стоят дома. Из жёлтых окон
На ветер льётся грустный свет.
Под небом, для меня высоком,
Где звёзды трудно рассмотреть.
Туман. И не смотри с упрёком,
Дай друг мне пару сигарет.
Я закурю, мне одиноко,
Когда вокруг всё в жёлтый цвет.

Нет облаков на синем небе,
Туманы разлеглись вокруг.
Под серый дым от сигареты,
Растает грустный мой недуг.
И ты пойдёшь своей дорогой,
А я достану свой мундштук.
В туманах жёлтых нас так много,
Я одинок и ты, мой друг.

«В старый дом забрёл случайно…»

В старый дом забрёл случайно,
С жёлтых окон, стен и с тайной.
На меня смотрело время,
Да на тень, глазами теми,
Кто здесь был до нашей эры.
И кресты от старой веры,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.