Игорь Клюев
Былое и Настоящее

Убийство под Новый год

Испорченный вечер

Мои пальцы боролись с застёжкой бюстгальтера Лены. Руками я плотно обхватывал её за плечи, а взгляд упирался в годовой календарь на стене. Картинка на нём изображала Красную площадь с реющим над Кремлёвской стеной флагом СССР. Дата на календаре была 30 декабря 1991 года. Наконец застёжкана её бюстгальтере поддалась, и гипюровый интимный предмет женского туалета соскользнул вниз. Лена откинулась назад и легла голой спиной на диван. В ответ последний дружелюбно скрипнул.

Этот вечер я, Виктор Холмов – опер – проводил в гостях у Лены. Она была небольшого роста, со светлыми волосами и немного похожа на дворовую девушку Фимку в исполнении актрисы Александры Захаровой из популярного фильма «Формула любви». Она приехала «покорять» Москву откуда-то из-под Перми. Лена меня «заводила», но я не собирался на ней жениться. Для меня это был третий год после моего дембеля из армии. Страна заканчивала первую пятилетку перемен, начавшихся в 1985-м с нового слова – «перестройка». Люди стали публично горячо спорить, обсуждать, что происходит в стране, и появилось другоеслово – «гласность». Заработали кооперативы, и родилось ещё одно – «откаты». Всё вместе это было как новое звучание старого слова «свобода».

Я потянулся губамик набухшему от возбуждения соску Лены, и тут зазвонил телефон. Положив трубку, я повернулся к ней:

– Я просил дежурного набрать мне на твой номер, если что-то серьёзное. Убийство на Краснохолмской набережной. Рядом с магазином «Берёзка». Сейчас за мной придёт машина.

Она выпрямилась на диване и, покачивая в руке бюстгальтером, как маятником часов, рассмеялась.

– Фантомасик! Мне нужно зайти в эту «Березку» к подруге. Подвези меня, пожалуйста!

– Лена, это служебная машина.

Меня раздражало, когда она меня звала Фантомасик, в честь лысого злодея из сверхпопулярного фильма «Фантомас». В 1986-м, на втором году службы в армии, я попал в охрану зоны вокруг Припяти во время аварии на Чернобыльской АЭС. Вскорости у меня стали редеть волосы, и мне пришлась стричься под ноль, как будто я снова солдат-первогодок.

– Витя, ну please! – сказала Лена и плотно ко мне прижалась.

Она работала в гостинице «Интурист» и любила повторять несколько английских слов и выражений, которые знала.

– Тогда тебе 40 секунд на одевание как при тревоге! Аты-баты, шли солдаты!

– А при чём здесь это?

– Один шутник из моего взвода сочинил строевую песню на слова из детской считалки. Я маршировал под неё все два года в армии.

Следственные действия

Когда мы сели в милицейскую машину, чтобы ехать к месту происшествия, водитель удивлённопосмотрел на Лену. Опережая его вопрос, я соврал, что она важный свидетель. По тускло освещённой улице мы подъехали к Таганской площади, где ярким пятном выделялся залитый светом подъезд Театра на Таганке. Толпа народа радостно суетилась у входа.

– Как у нас любят духовную пищу! Но и поесть вкусно не забывают. За столом будут финским салями из продуктового заказа закусывать, – заметил я.

– И ещё со шпротами и сайрой, если набор хороший достался, – поддержала Лена.

«Все беспечны и веселы, а ведь случилось немыслимое – несколько дней назад, 25 Декабря, Михаил Горбачёв объявил о своей отставке с поста президента СССР, и Союз братских республик стал историей», – промелькнула мысль.

Когда подъехали к месту происшествия и вышли из машины, Лена сделала несколько шагов в направлении, где лежало неподвижное тело, возле которого работала оперативная бригада. Она подошла совсем близко. Казалось, что её притягивает этот ужас. Лена резко остановилась, повернулась ко мне и натянуто улыбнулась. Но в её лице был страх.

– Ну, я пошла, – сказала она.

Она сделала несколько шагов от, затем повернулась и взглянула на меня своим обычным насмешливым взглядом.

– Витя, давай заходи в «Берёзку», когда здесь закончишь, – сказала Лена.

– Хорошо, зайду.

Убитый лежал на грязном снегу лицом вверх. Его дублёнка песочного цвета была распахнута так, что хорошо было видно то место живота, куда был нанесён удар ножом, который был, вероятно, смертельный. Жертву случайно обнаружила пожилая женщина, которая вечером, перед тем как засесть у телевизора для просмотра предновогодних программ, решила пойти погулять. Чтобы выйти на оживлённую улицу из двора, ей нужно было миновать неосвещённую подворотню. Там она увидела неподвижно лежащего мужчину. У неё хватило смелости подойти ближе и громко позвать его, но ответа не было. На улице она безуспешно пыталась найти работающий телефон-автомат, чтобы позвонить в милицию. Решив довести дело до конца, женщина дошла до ближайшего постового и заявила о случившемся.

У погибшего не обнаружили ни документов, ни денег, но дорогие часы остались на месте, как и ондатровая шапка. Этим головным убором прикрыли лицо убитого после того, как сделали снимок. В одном из карманов дублёнки я обнаружил небольшой лист бумаги, обильно залитый кровью. Можно было прочитать: «каша», «ик», «будет», «дня», «трах», «аринку», «в три у её дома». Наверняка в записке речь шла о какой-то женщине. Но имело ли это отношение к убийству?

Лист бумаги был бледно-розового цвета, как фруктовое мороженое за одиннадцать копеек. Я отметил для себя, что таких пёстрых книжек в обычном магазине канцелярских товаров не продавали.

Наконец на место происшествия приехал следователь районной прокуратуры. На этот раз это был Александр Петрович Горелов. Как всегда, он был аккуратно одет. Он был старше меня по званию и возрасту. При виде меня его губы растянулись в покровительственную улыбку.

– С наступающим тебя, Холмов. Что тут? Рассказывай!

Я коротко доложил.

– Странно, что преступник не взял ондатровую шапку. Большой дефицит, и хороших денег стоит, – заметил Горелов.

– Александр Петрович, ты прав. Если это был подготовленный грабёж, то обязательно забрали бы ондатровую шапку, часы, и дублёнку тоже бы сняли, – ответил я.

– Холмов, думаю, что это какой-то алкаш в пьяном угаре убил и ограбил, чтобы купить ещё спиртного.

Горелов ещё раз обошёл вокруг тела.

– Сейчас серьёзные люди ножами не пользуются. Из пистолетов стреляют. Навезли из Афгана левого оружия. Принимаем с тобой, Холмов, за рабочую версию, что это случайное убийство, – после минутного раздумья уверенно сказал Горелов.

– Согласен. Пока ничего другого не получается. Завтра я попробую встретиться с моим осведомителем. Может появиться какая-нибудь зацепка.

– Это хорошо, Холмов. Нужно ещё обойти квартиры домов, из окон которых видна подворотня, где произошло убийство. Если что, то я в прокуратуре, – добавил Горелов и удалился.

Следственные действия на месте преступления были закончены. Труп был увезён в судебный морг машиной скорой помощи с включённой мигалкой и сиреной. Медицинская бригада явно торопилась вернуться на свою подстанцию к праздничному столу.

После того как я обошёл несколько квартир, из окон которых была видна подворотня, стало ясно, что это совершенно пустое занятие. Этот понедельник из-за переноса выходных был нерабочим днём. Народ ещё с субботы начал провожать старый год. В ответ на мой вопрос, «что вы два часа назад видели на улице», на меня глядели как на идиота. Они были правы. Кто же будет смотреть на улицу, когда все уселись за стол провожать старый год, а по телевизору показывают «Иронию судьбы, или С лёгким паром!»? Я пошёл в «Берёзку».

В магазине я увидел Лену оживлённо разговаривающей через прилавок с маленькой остроносой продавщицей.

– Марина, это Виктор, он таксист, – представила меня своей подруге Лена, когда я подошёл к ним.

Девушка повернулась ко мне и улыбнулась. Я увидел на её щеках и остром носике едва заметные мелкие веснушки. От этого она выглядела совсем молоденькой и была похожа на немного подросшую Дюймовочку. В глазах было что-то странное. Присмотревшись, я понял, что они разного цвета.

– Рада знакомству! Как дела в таксопарке? Много работы перед праздником?

– Трудимся, – ответил я бодро.

«Это не очень удивительно, что Лена не хочет афишировать знакомство с ментом», – подумал я.

Подруги продолжили прерванный моим появлением разговор. Они обсуждали, как организовать завтра здесь, в «Берёзке», вечеринку, чтобы лучше встретить Новый год. Оказалось, что я пришёл очень кстати, так как нужно было переносить столы из бухгалтерии в другое служебное помещение, где планировалось веселье. Через несколько минут к нам подошёл знакомый Марины. Это был высокий худощавый парень. На нём была дублёнка песочного цвета, а в руках он держал ондатровую шапку. Вещи были точно такие же, как на убитом. Я вздрогнул и перевёл взгляд на его ботинки. Нет, они были другие. Я вздохнул с облегчением.

– Это Алик, – представила пришедшего Марина, крепко поцеловав в губы.

Когда мы вошли в бухгалтерию, из-за стола нам навстречу поднялась девушка европейской внешности. Я бы не удивился, если бы сказали, что её привезли с Запада вместе с товаром для «Берёзки», а потом так здесь и оставили.

– Знакомьтесь, наш бухгалтер Дина, – представила её Лена.

После того как столы были перенесены, мы с Аликом получили приглашение прийти на следующий день на встречу Нового года. На выходе из «Берёзки» я соврал, что забыл перчатки в бухгалтерии. Мне нужно было вернуться, чтобы узнать подробности об ондатровой шапке и дублёнке. Менее подозрительно было спросить об этом Дину. Она ответила, что эти вещи очень дефицитные и их продают только своим.

Я подарки вам принёс

Утром следующего дня я пошёл к моему осведомителю по кличке Хрипатый. Ему было чуть больше пятидесяти лет. Семьи у него никогда не было, зато он имел две трудовые книжки, с множесвом записей о приёмах на работу и увольнениях. Его профессия была сторож, и в этом качестве всю свою трудовую жизнь он кочевал между магазинами в районе. Хрипатый торговал водкой по ночам в своей квартире и поэтому хорошо знал всё, что происходило на соседних улицах. Я показал ему фотографию убитого.

– Ты знаешь его? – спросил я.

Хрипатый долго рассматривал снимок.

– Да, Это Аркаша.

– Выкладывай всё о нём!

– Такие ко мне за водкой не ходят, но я часто его видел на Таганской площади и много про него слышал.

– Давай все подробности!

– Аркаша был старшим в группе «ломщиков». Они промышляли возле «Берёзки» на Краснохолмской набережной. До восемьдесят восьмого года в том магазине торговали не за валюту, как сейчас, а за чеки.

Хрипатый сделал паузу и потом неторопливо продолжил:

– Нашим работягам, например, как тем, кто работал на строительстве АЭС на Кубе, часть зарплаты выдавали в чеках. «Ломщики» подкарауливали некоторых из них у «Берёзки». Уговаривали продать их за рубли по цене один к двум, а вместо денег подсовывали «куклу».

– Да, я слышал о «ломщиках».

– Так вот, когда чеки отменили, то Аркаша, остался на мели. Но парень он вёрткий, со своими ребятами стал ходить с поборами по птичьему рынку. Ну, это тот, что близко к метро «Таганская». Там пол-Москвы волнистых попугайчиков покупает.

– Да, знаю такой.

– Но недавно местная братва сильно поднялась, и начали всех вокруг данью облагать. Хотели у Аркашиной шайки птичий рынок отобрать. Аркаша парень был резкий. С ним живым договориться трудно. Как говорится, нет человека – и нет проблемы.

Когда я вернулся в отделение, то там меня ждал участковый, на территории которого произошло убийство. Он вместе с другими милиционерами прочесал улицы рядом с местом убийства, и в одной из урн нашли пистолет Макарова. Вскоре подъехал следователь Горелов.

– Всё-таки без огнестрельного оружия не обошлось, – сказал он, когда я доложил ему о находке Макарова.

После того как я рассказал ему о посещении моего осведомителя, Горелов выдвинул новую версию:

– Холмов, это похоже на бандитскую разборку. Теперь понятно, почему взяли только деньги. Хотели нас пустить по ложному следу, что это просто ограбление. По результатам дактилоскопии погибший – Аркадий Бернов, трижды судимый за незаконные операции с валютой.

Я понял, что нужно рассказать о моём вчерашнем посещении «Берёзки», но как это сделать, не упомянув о Лене? Нужно было врать.

– Александр Петрович, представляешь, вчера я обходил дома около места происшествия и вышел к набережной, где валютная «Берёзка». Возле магазина случайно встретил одноклассницу. Оказалось, что она там работает продавщицей. Сказала, что может небольшой сувенирчик за рубли организовать. Пригласила зайти. Внутри я увидел парня в дублёнке и шапке, точно как на убитом. Потом я узнал, что такие вещи – только для своих.

– Холмов, и что ты предлагаешь?

– У них в «Берёзке» новогодняя вечеринка. Одноклассница меня пригласила. Нужно пойти. Послушаю разговоры. Может, кто по пьяни что-нибудь сболтнёт.

– Хорошая идея, Холмов. Да уж больно ты приметный со своей лысой головой. Там наверняка будет «пехота» из таганской ОПГ. Вдруг тебя раньше видели?!

– Александр Петрович, я об этом подумал. В нашем обезьяннике (камера с решёткой во всю переднюю стену для задержанных) сидит две пары Дедов Морозов и Снегурочек. Оба новогодних волшебника с разбитыми носами спят в пьяном забытьи, а их внучки ругаются. Это молодые актёры. Накануне в театре, где они служат, у них между собой произошёл конфликт. А час назад эти пары случайно встретились на улице, когда были уже сильно навеселе от рюмочных подношений в квартирах, куда приносили подарки. Подрались. Теперь у нас отдыхают. Я позаимствую костюм у одного из Дедов Морозов.

– Хорошо, Холмов, давай попробуем. На всякий случай недалеко от «Берёзки» будет патрульная машина. Если что не так, подай какой-нибудь знак. Там шторы на окнах есть?

– Да, есть.

– Ну вот, отдёрни край, как сигнал, и мы подъедем.

Моё появление в «Берёзке» в костюме Деда Морозавызвало большое оживление у всей компании. Я эффектно достал из сумки для противогаза две бутылки водки и одну – шампанского.

– Я Дед Мороз, я подарки вам принёс! – был мой ответ на взрыв восторга.

Получилось как у настоящего артиста.

«Может, снова попробовать во ВГИК?» – промелькнула мысль.

Первую попытку я сделал сразу после окончания школы. Учительница литературы посоветовала мне пойти в актеры, когда в очередной раз застала меня с новой девчонкой в одном из тёмных закоулков школы в десятом классе.

– Дед Мороз творит чудеса! – воскликнула Марина.

Волшебство объяснялось просто. Я взял водку и шампанское из моего отдела, где они были припрятаны для празднования старого Нового года, а сумка из-под противогаза была единственным, что мне удалось найти у себя в кабинете. Благодаря недавним учениям по гражданской обороне противогазы были у каждого сотрудника на рабочем месте.

К моему приходу стол был уже накрыт. Салат оливье на большом блюде расположился в центре. За ним краснела селёдка под шубой. А чуть дальше в ряд, как на параде, желтел салат «Мимоза». Я сел возле Лены. Справа от нас расположились Марина и Алик. Слева – Дина со своим парнем, которого она представила как Валеру. Через стол перед собой я увидел девушку с длинными волосами, заплетёнными в косу, которая почти касалась её пояса. В чертах её лица была какая-то особенная мягкость. Её звали Маша, и она была продавщицей из отдела игрушек. Она была очень грустна.

Начали пить за старый год, кричать «ура» и рассказывать анекдоты соседям по столу. Я выступил с байкой про Горбачёва. Алик, мешая слова со своим гоготом, насмешил шуткой про Ельцина. Это сделало его ещё больше похожим на матроса Лома из популярнейшего мультфильма «Приключения капитана Врунгеля». Дина поведала о сексе на люстре. Коренастый Валера был чем-то озабочен, и ей пришлось уговаривать его не портить компанию и рассказать что-нибудь. Наконец Валера выдавил из себя историю про Чапаева с Петькой.

– Дина, я, пожалуй, прибавлю этот анекдот про люстру к моей коллекции, мне понравилось, – сказала Марина и достала из сумочки записную книжку с розовыми листами.

– Ты лучше запоминай! Тренируй память! – откликнулась Дина.

– Марина, откуда такая роскошь? – как можно небрежнее спросил я.

– Да наше начальство раскошелилось, и нам подарили эти книжки, как сувенир к Новому году. Могли бы хоть разные дать, а то всем одинаковые.

У меня заколотилось сердце в предчувствии удачи. Листок, на котором была написана записка, найденная у жертвы, был точно из такой же книжки. И, конечно, «аринка» – это часть слова «Маринка»! Наверняка в записке шла речь о Марине, которая сейчас сидела рядом со мной за столом!

После того как смеяться уже больше физически было невозможно, наступила пауза. Но молчание оказалось коротким.

– Почему у нас Дед Мороз есть, а его внучки нет?! Объявляю конкурс «Мисс Снегурочка»! – громко сказала Лена.

«Что она так усердствует?» – подумал я.

– Я участвую, – громко заявила Марина.

Все девушки, кроме Маши, поддержали подруг. После первого конкурса красоты на звание «МиссСССР» в 1989 году участвовать в любом подобном соревновании было мечтой каждой симпатичной девушки. В том, что Маша не захотела, была какая-то нелогичность. Именно она больше всего подходила под образ Снегурочки.

Парни одобрительно загудели и заулыбались. Конкурс красоты среди продавщицвалютной «Берёзки»! Быстро организовали нечто вроде подиума. Всем руководил Алик. Чувствовалось, что он очень хочет угодить Марине. Столы сдвинули ближе к стене, чтобы получить проход от двери к окну. Вдоль узкой полоски свободного пространства с одной стороны поставили стулья, на которых расселись присутствующие парни. С другой стороны в кожаное кресло директора с почётом усадили меня. Решили, что девушки будут наряжаться в те вещи, которые были выставлены в магазине на продажу.

Кроме Алика и Валеры, напротив меня сели ещё несколько парней. Мускулистые, коротко стриженные. Таких было много по качалкам по всей Москве. Но в этих залах они готовились не побивать спортивные рекорды, а выбивать деньги из кооперативщиков, как рэкетиры. Хорошо, что я был в костюме Деда Мороза и в малиновой шапочке. Возможно, кто-то из этих парней меня раньше видел и мог узнать по моей лысой голове.

Чтобы соответствовать сезону, девушки решили демонстрировать себя в шубках. В отделе мехов «Берёзки» им было из чего выбрать. Советские держатели валюты и иностранцы любили тратить свои доллары на изящные изделия из русского меха.

Праздничное застолье всё больше начинало походить на оргию. Девушки стали появляться на импровизированным подиуме вовсе более откровенных нарядах. «Пехота» ОПГ, разогретая алкоголем, каждый новый выход встречала взрывом восторга. Чем больше становилось общего веселья, тем меньше оставалось радости в лице Алика. Его можно было понять. Марина слишком увлеклась ролью манекенщицы, раздавая направо и налево соблазнительные взгляды.

Когда она вышла на очередной проход, все в изумлении замолчали. На ней была короткая шубка, надетая прямо на голое тело. Дойдя до середины зала, Марина остановилась и спустила шубку с одного плеча. Это было похоже на стриптиз! Кто-тоиз парней рванулся к ней с очевидной целью сорвать шубку. Алик подбежал к нему и ударом в челюсть свалил на пол. Завязалась общая потасовка. Валера, который был мрачен весь вечер, бросился Алику на помощь. Похоже, что дракой он пытался отбиться от каких-то своих мрачных мыслей, мучивших его весь вечер. Столы были перевёрнуты, в помещении залетали стулья. Один из них угодил в окно, с дребезгом разбив стекло. Мне тоже пришлось принять участие в потасовке. После одного пропущенного удара в челюсть шапка Деда Мороза свалилась у меня с головы. «Так это легавый! Я видел его в Таганском отделении!» – крикнул кто-то из дерущихся. Драка сразу остановилась, и все посмотрели в мою сторону.

Нужно было спасаться! Я схватил Лену за руку и выбежал с ней в коридор. У входных дверей я увидел милицейскую машину с включённым голубым проблесковым маячком, двух милиционеров и следователя Горелова. Я бросился к двери магазина и широко распахнул её.

– Александр Петрович! Ты как раз вовремя! – выпалил я.

– Холмов! Как ты?! Когда стул вылетел из разбитого окна, я подумал, что живым тебя больше не увижу.

– Все нормально. Нужно сейчас всей этой компании предъявить фотографию убитого Аркадия Беркова. Она у тебя с собой?

– Холмов, а почему такая спешка? Давай всех вызовем повесткой, а там показания под протокол.

– Александр Петрович, я уверен, что записка, которая была в кармане жертвы, имеет отношение к убийству. И её подбросила убитому одна из продавщиц этой «Берёзки». Сейчас они напуганы появлением милиции. Возможно, автор записки ещё не знает об убийстве и от неожиданности может себя выдать.

Мы с Леной вернулись в зал. Нас сопровождал Александр Петрович и наряд милиции.

– Ленка, сука, ментов привела! – выкрикнул кто-то.

– Кто может опознать этого человека?! – спросил Горелов и достал из папки фотографию убитого.

Все парни, мельком взглянув на снимок, сказали, что видят его в первый раз. Девушки смотрели на фотографию с испугом и отрицательно качали головами. Когда очередь дошла до Маши, то последняя выронила фотографию из рук.

– Это Аркадий, – почти простонала она.

Потом бросилась к Дине.

– Твои дела, я всё знаю! Ты подбросила записку вот этому уроду, что Марина ему изменяет с Аркашей, и он его убил! – прокричала девушка.

Все посмотрели в направлении, куда указывала рука Маши. Её пальцы дрожали, и было непонятно на кого она показывает. Вдруг Алик сорвался с места и бросился к выходу, но у наружной двери его остановило направленное на него дуло пистолета, и через минуту на его запястьях щёлкнули наручники.

Я подошёл к Дине и попросил открыть сумочку. Там я увидел записную книжку, такую же, как у Марины. По оттиску слов на следующем за вырванным листом бумаги можно было прочитать содержание записки: «Аркаша-бабник будет сегодня трахать Маринку в три у неё дома».

– Я здесь ни при чём! Это не моя рука! – воскликнула Дина.

Действительно, факты давали повод к сомнениям. Текст был написан печатными буквами. Имелась реальная вероятность, что кто-то ещё мог воспользоваться её записной книжкой. Послышался бой курантов на Спасской башне. Впервые в честь Нового года прозвучал салют и был исполнен гимн России. Под грохот пушек и торжественное звучание «Патриотической песни» Глинки Алика в наручниках вывели из «Берёзки».

Старый Новый год

Прошло несколько дней. В отделении все меня поздравляли с молниеносным раскрытием убийства. Стали называть Холмсом, потому что было созвучно моей фамилии Холмов.

Алик не признавал свою вину. Говорил, что побежал, просто испугавшись милиционеров. Это было неубедительно. У него не было алиби, и на его дублёнке нашли следы крови такой же группы, как и у жертвы. После того как его адвокат объяснил ему, что за убийство из ревности можно пойти по более «лёгкой» 110 статье, Алик начал давать признательные показания. Он сообщил, что у него действительно было свидание с Мариной в три часа у неё дома. Выйдя от Марины, он пошел к «Берёзке», но в подворотне недалеко от магазина его остановил Аркадий. Произошёл крупный разговор. Алик думал, что всё кончится мордобоем, но Аркадий вытащил пистолет. Воспользоваться он им не успел. Удар ножа Алика опередил выстрел. После того как Алик понял, что убил Аркадия, он забрал деньги и выбросил пистолет в урну, чтобы дать ложный след на случайное ограбление.

Я понял, что версия убийства из ревности стала главной. Но Алик явно что-то недоговаривал. Нужно было узнать, кем была написана записка и почему, по смыслу адресованная Алику, оказалась в кармане Аркаши. Я позвонил Горелову.

– Александр Петрович, есть убийца и мотив, но закрывать дело рано. Нужно разбираться с запиской, – сказал я настойчиво.

– Ты прав, действуй, Шерлок!

Я поехал в «Берёзку» поговорить с Машей. Она рассказала, что Аркадий часто заходил к ним в магазин. Он был симпатичный мужчина, и ей хотелось, чтобы он обратил на неё внимание. Но всякий раз появлялась Марина. Она начинала напропалую кокетничать с Аркашей, и Маше не удавалось откровенно поговорить с ним. Её это очень огорчало.

– Почему ты решила, что у Аркаши с Мариной дело дошло до секса? – спросил я.

– Мне рассказала твоя знакомая Лена. Она часто здесь бывает. Марина – её лучшая подруга.

– Отчего ты подумала, что Дина написала Алику о связи Марины и Аркадия?

– Нам всем, как сувенир к празднику, раздали одинаковые записные книжки. В конце года всегда запарка. По нескольку раз в день приходилось бегать в бухгалтерию. Однажды, когда я вернулась к своему прилавку, обнаружила, что держу в руках не свою записную книжку. Случайно обменялась с Диной, когда была в её кабинете. У неё на одном из листков печатными буквами было написано о Марине и Аркаше.

– Такая запись? – спросил я и показал ей восстановленный текст.

– Нет, не точно такая. Там было написано: «Аркаша, Алик будет сегодня трахать Маринку в три у неё дома».

«Неожиданный поворот! Записка предназначалась Аркаше! Это объясняло, почему она оказалась в его кармане», – подумал я.

– Марина, чтобыло дальше?

– Я отошла в подсобное помещение рядом с прилавком. Записная книжка осталась рядом с сумочкой. Лена подошла, взяла книжку, а взамен положила ту, что была оставленамною в бухгалтерии. Я подумала, что Дина попросила Лену поменять книжки назад.

– И от всего этого ты была так грустна на встрече Нового года в «Берёзке»?

– Да, я поняла, что Аркаша для меня окончательно потерян.

Я вышел из «Берёзки» ошарашенный. Было очевидно, что ссора, закончившаяся убийством Аркадия, подстроена Леной.

Двенадцатого января я сидел в своём кабинете. Раздался звонок. Это была Лена.

– Фантомасик! Я давно тебя не видела. Я соскучилась.

– Я тоже. Приглашаю тебя в ресторан!

– В какой?

– «Макдоналдс».

– Здорово!

– Лена, жду тебя в два часа в центре зала метро «Пушкинская».

Я решил для разговора пригласить Лену в первый открывшийся ресторан «Макдоналдс» в Москве. В этом был особый шик. В день открытия, 31 января 1990 года, у входа в заведение собралась очередь в пять тысяч человек. Вкусить прославленного американского фастфуда стало мечтой почти каждого советского человека.

На заднем входе в ресторан я предъявил служебное удостоверение, и нам разрешили пройти внутрь. Я заказал БигМаки, жареной картошки и кока-колы с кубиками льда в фирменных пластиковых стаканчиках. В зале была теснота и постоянное движение. Все говорили одновременно, поэтому можно было общаться, не опасаясь быть услышанными. Лена была совершенно счастлива. Я достал записку, которую я нашёл в кармане убитого, и показал ей.

– Лена, я нашёл эту записку в кармане дублёнке Аркаши. Ты написала её на листе из книжки Дины, а затем подбросила ему!

Бесспорных доказательств у меня не было. Можно было только надеяться, что в разговоре она сама выдаст себя. Лена отложила недоеденный БигМак, отставила стаканчик с кока-колой и посмотрела на меня серьёзным взглядом. Сердце моё упало, я понял, что это правда.

– Да, это сделала я.

Её слова прозвучали совершенно буднично. Я растерялся. Мои хитроумные вопросы, которые я приготовил, чтобы вывести её на чистую воду, оказались не нужны.

«Может быть, она себя просто оговаривает», – подумал я.

Я всё-таки стал расспрашивать о подробностях, чтобы самому убедиться ещё раз, что я не ошибаюсь. Нет, я был прав…

– Лена, ты понимаешь, что твои действия – это подстрекательство к убийству?!

– Витя, для меня стало шоком, что произошло убийство. Я хотела, только, чтобы эти два ублюдка хорошенько набили друг другу физиономии.

– Лена, я не понимаю твой мотив! Зачем тебе это было нужно? Сначала стравливать этих парней, а потом давать наводку на убийцу, устроив весь этот балаган с конкурсом на звание «Мисс Снегурочка»!

– Витя, ты не до конца понял записку!

– Что здесь понимать?! По смыслу ясно, что Марина изменяет Аркаше с Аликом.

– Нет, дорогой, там написано, что Алик будет трахать Марину.

– Лена, смысл тот же самый!

– Нет, другой! Дело в том, что Алик изменял Аркаше с Мариной!

– Так Аркаша и Алик были геями!

– Да, вот так получается. Аркаша три раза отбывал срок. На зоне и приобщился. Алик же свой путь в любви ищет. Даже хвастался, что ему всё равно с кем.

– Лена, но как тебя это касалось?!

– Виктор, ты же знаешь, я приехала в Москву около года назад из маленького городка из-под Пензы. Рядом у нас был небольшой воинский гарнизон. В начале 90-го года одна воинская часть прибыла туда на размещение из Дрездена по соглашению между Колем и Горбачёвым о выводе всех войск из Германии. В наш городишко и из Пензы ездили редко, а тут люди из Европы. С этой частью один лейтенант приехал. Молодой, красивый, немецкий знает. Понравился мне сильно. Что я только ни делала, чтобы его внимания добиться. Намучилась. А он никак. Потом оказалось, что он гей. Возненавидела я их всех. Приехала в Москву, а здесь наглые Аркаша и Алик. Потом эта Маша, дурочка, влюблённая в Аркашу, как я тогда в этого лейтенанта. А тут ещё девчонкам книжки записные одинаковые выдали. Я поняла, что записку можно так написать, что не будет понятно от кого.

Минут десять сидели молча.

– Я БигМак доем? – спросила Лена.

– Да чего уж там, доедай!

На следующий день я докладывал следователю Горелову подробности моего последнего разговора с Леной. Кроме этого, я рассказал о моих отношениях с ней, с самого начала.

– Всё-таки мотивом для убийства была ревность, правда, не совсем обычная, – заметил в ответ на мой рассказ Горелов.

– Александр Петрович, убийство было непреднамеренное. Потом у Лены есть смягчающие обстоятельства!

– Ох уж эта периферия! Весь народ снялся с насиженных мест. Все куда-то едут. А с Леной и этим Аликом будет дальше разбираться суд. А тебя, Холмов, поздравляю со Старым Новым годом.

– Александр Петрович, и тебя тоже.

Праздник 8 марта 1977 года

Вий

«Приведите Вия! Ступайте за Вием! – раздались слова мертвеца».

После того, как была признесена знаменитая фраза из прославленного гоголевского произведения, голос рассказчицы оборвался.

Секунду в сумерках спортивного зала не было слышно ни звука. Как спасение, вдруг зажглись фонари, расставленные по периметру школы. Свет бросился к окнам, но лучи терялись в лабиринте металлических сеток и грязи, налипшей на стёкла. Из этого хитросплетения в зала удавалось выбраться только затухающим бликам. Они смогли лишь неясно очертить четыре фигуры, сидящие на мате. В очертаниях трёх угадывались школьные костюмы, а на шеях затухающими угольками едва краснели пионерские галстуки. В четвёртой плавность линий указывало на школьное платье. У девочки поблескивал комсомольский значок, приколотый к уже заметно округлившейся груди.

Как ни слаб был пробившийся в помещение свет фонарей, но оцепинение страха прошло. Ребята быстро поднялись с мата. Вслед за ними встала и девочка. В это время трубчатые лампочки дневного освещения, укреплённые над окнами прямо под потолком, начали включаться. Послышался гул и потрескивание. Лампочки загорелись вразнобой. Одни испускали ярко-белый радостный свет, другие лишь грустно желтели, как на небосводе луна. Были и такие, что натужно мигали, но никак не могли полностью включиться. Несколько так и остались потухшими.

– Ребята, а что вы здесь делали в темноте? – послышался резкий голос от дверей зала.

У входа стояла уборщица Валентина. Это она включила свет. У её ног виднелось ведро с водой, и рядом к стене была прислонена швабра. Женщина подозрительно посмотрела на компанию из трёх ребят и одной девочки.

– Идите домой, мне убираться нужно, – добавила уже более миролюбиво.

От резких замечаний она воздержалась, когда увидела, что девочка в компании – это отличница и комсомолка Соня.

«Значит, так нужно», – подумала Валентина.

Все дружно попрощались с ней и пошли к выходу из школы.

От прохладного ветра на улице оцепенение от страшной истории, рассказанной в гулкой темноте спортивного зала, окончательно прошло.

– Испугались рассказа? – напористо, как на сборе дружины, начала Соня.

– У меня от Светланы Андреевны было задание в вас, троечниках, пробудить интерес к литературе. Видела, как вам было страшно! Ну что, захотелось читать?

– Ну, вот ещё! – Валерка буркнул.

Колька, как всегда улыбаясь, быстро рассказал, как прошлым летом ночью ходил на деревенское кладбище с ребятами, когда жил на даче.

– Я ни капельки не испугался! – закончил он с гордостью.

Саша молчал. Соня посмотрела на него внимательно. Её открытые в полуулыбке губы раздвинулись ещё шире с глубоким вдохом.

– Что молчишь?! – она произнесла громко.

Саша посмотрел на неё и спокойно ответил немного свысока:

– Нет, не испугался.

Все замолчали. Идти было недолго. Школьники жили в пяти минутах от школы. Вся компания подошла к дому Сони. Девочка пошла чуть быстрее, чтобы скорее завершить разговор, пока инициатива была на её стороне. Ребята старались не отставать. Дойдя до короткой дорожки, ведущей к подъезду, Соня резко повернулась к ребятам.

– До свиданья, завтра увидимся в школе!

Не дожидаясь ответа, Соня махнула рукой и пошла к подъезду. Ребята только успели посмотреть ей вслед, как тяжёлая дверь, пропустив её внутрь, с грохотом захлопнулась.

Резкий громкий звук, не встречая препятствий со стороны тонких безлистных веток деревьев, унёсся к дому напротив. Как бы в ответ, оттуда раздался скрежет ржавой дверной пружины и похожий громкий хлопок. Оба звука встретились над заснеженной спортивной площадкой. Затем они разлетались в разные стороны и стали слышны всем, кто был на улице. Прислушивались к ним и жильцы домов, которые стояли у окон, вглядываясь в уже посеревшую белизну начала марта, надеясь высмотреть на улице признаки близкой весны.

После ухода Сони ребята ещё минуту постояли в молчании. Первым, как всегда, заговорил Колька:

– Опять из нас идиотов сделала, надо с ней разобраться!

Серьёзные приготовления

На следующий день во время большой перемены Валерка, Колька и Сашка ходили вместе со всеми по кругу в огромном холле на втором этаже школы. Это была обязательная физическая активность для всех классов с первого по десятый. Ребята из старших, разбившись на группки по два-три человека, что-то серьёзно обсуждали. Девчонки, весело улыбаясь, сплетничали. Младшие школьники затевали игры со смехом и беготнёй.

Любимая называлась «Брось, комиссар», которая была результатом просмотра многочисленных фильмов о революции 1917 года и Гражданской войне. Из толпы медленно движущихся ребят выбирался маленький и тщедушный. На него сзади наваливался самый рослый.

– Брось, комиссар! – вопил на весь холл последний.

Хлипкий школьник делал вперёд по инерции несколько шагов, шатаясь от непосильной тяжести. Действительно, это действие напоминало сцены из революционных фильмов, когда героический политработник выносил с поля боя тяжелораненого бойца. В награду оба «актёра» получали взрыв хохота остальных школьников.

После завершения очередного круга три приятеля заметили Соню, которая оживлённо разговаривала со своей подругой Мариной, посматривая с усмешкой в сторону ребят.

– Смотрите, сочиняет, что нас напугала! Через два дня в школе будет праздничный вечер к 8 Марта. Нужно что-нибудь придумать, чтобы её напугать! Ещё я предлагаю позвать Диму! – первым, как всегда, заговорил Колька.

Ребята переглянулись. Пригласить этого чудаковатого парня принять участие в страшилке была хорошая идея. Уже с начальной школы за ним начали замечать странности в поведении. Он мог во время урока вдруг резко встать из-за парты, без разрешения учителя пойти к раковине, установленной в классе, и долго, старательно мыть руки. После молча возвращался на своё место. Со временем к этому привыкли и перестали обращать внимание. В пятом классе, когда начались уроки труда и биологии, из школьной мастерской стали пропадать инструменты. Кто-то заметил, что это Димины проделки. За ним проследили, и оказалось, что он устроил на чердаке своего дома живодёрню. Была вызвана милиция, и оттуда вынесли ящик, полный напильников и ножниц по металлу. И кроме этого, нашли несколько дохлых кошек и голубей, которые были вскрыты при помощи слесарных инструментов. После этого случая Дима пропал на какое-то время из школы. Потом появился снова. Его поведение было совершенно нормально. Только он никогда не улыбался, и всегда смотрел куда-то вниз, себе под ноги.

Дима молча выслушал предложение ребят напугать Соньку и заодно и Светлану Андреевну, которая была их классным руководителем. Выслушав предложение, он ничего не ответил. Сашке пришлось повториться и для убедительности напомнить, что классная вкатила ему двойку за последнее сочинение по комедии Фонвизина «Недоросль». От напоминания о низкой оценке глаза Димы зло блеснули, и школьник сказал, что для поддержки общего дела принесёт несколько сушёных тараканов, череп собаки и найденную вчера дохлую кошку.

Получив подкрепление в лице Димы, ребята стали обсуждать план действий. Решили, что нужно что-нибудь такое необычное, как в рассказе Гоголя «Вий», которым их Сонька пыталась напугать. Как всегда, первым выступил Колька:

– У меня идея есть о бюсте Ленина у раздевалки. Над Ильичом ещё плакат висит.

– Конечно, видели, не слепые, – ребята дружно закивали в ответ.

– Там написано: «Ленин живее всех живых», – быстро сказал Саша, перебивая всех.

– Так вот, я вчера слышал, как отец на кухне анекдот рассказывал про Ильича. Учитель в школе говорит классу: «Мы идём в театр! Будем смотреть “Живой труп”». Ему отвечают: «Надоело уже, всё про Ленина да про Ленина!»

– Ты предлагаешь напугать Соньку и классную, устроив воскрешение вождя? – Сашка весело рассмеялся.

– Ох и влетит нам, но я – как все, – сказал Валерка, тяжело вздохнув.

Дима молча кивнул. Пугать Соньку решили 4 числа в физкультурном зале, во время праздничного вечера, посвящённого 8 Марта, который будет проходить в актовом. Прозвенел звонок, и ребята поспешили в класс.

Заговор

Перед торжеством в конце уроков Сашка и Колька подошли к Светлане Андреевне. Школьники сказали, что они и ещё Валера и Дима хотят помочь в организации вечера. Например, потаскать в актовый зал дополнительные стулья из столовой на первом этаже. Под этим предлогом они могли принести в спортивный зал всё, что им было нужно для организации сцены воскрешения Ильича.

Светлана Андреевна была удивлена, услышав такое предложение от четвёрки малоактивных школьников. Учительница согласилась, но решила наблюдать за ними во время праздничного вечера. Она не догадалась, что заставить её быть подозрительной тоже является частью плана.

Под прикрытием суеты, которая сопровождала перетаскивание стульев, ребятам удалось принести в спортивный зал скелет, заспиртованных страшных моллюсков, кусочки лития и запасной бюст Ленина из кладовки завхоза. Дима принёс в целлофановом чёрном пакете свои мерзкие сокровища.

Неожиданно вспомнили, что забыли принести второй электрический фонарик. Валерка побежал домой с напутствием, что если найдётся ещё один, то на всякий случай нужно принести и его.

Пока Валерки не было, подумали, что забыли проверить фонарики заранее. Вдруг в том, что он принесёт, будут старые батарейки. Наконец розовощёкий от быстрой ходьбы Валерка вернулся. Ко всеобщему облегчению, фонарик при включении ярко засветился.

В дальнем углу полутёмного спортивного зала разместили тяжёлого гимнастического коня. На его плоский верх поставили бюст Ленина. Сзади спортивного снаряда поместили скелет, так, чтобы череп полностью скрывался за головой Ильича. На полу перед «конём» налили воды. В образовавшуюся небольшую лужицу положили дохлую кошку, череп собаки и мерзких заспиртованных моллюсков в банках. Потом обсудили действия.

Согласно плану в зал нужно было заманить Соньку. Предполагалось, что они своим поведением возбудили достаточно подозрений в классной и она обязательно зайдёт следом за школьницей. К этому моменту Валерка и Колька должны будут уже притаиться за матами у боковых стен, а Сашка и Димка – скрыться за «конём». Когда Сонька, а следом за ней и классная приблизятся, Сашка потянет за привязанную к скелету верёвочку так, чтобы рука поднялась, и осветит бюст фонариком. Со стороны это будет выглядеть так, будто Ленин ожил и приветствует подошедших. В этот момент Валерка и Колька прокричат как можно более страшными голосами:

– Приведите Вия! Ступайте за Вием!

Потом Дима зажжёт второй фонарик, чтобы осветить лужицу перед «конём», и бросит туда кусочки лития. Вода забурлит. Это будет выглядеть, как если бы тёмные силы откликнулись и Вий вот-вот покажется. Сонька и классная, конечно, перепугаются и бросятся из зала. После этого Сашка и Димка должны будут быстро занести скелет и Ильича в маленькую кладовку спортивного инвентаря, а Валерка и Колька сложат туда же череп собаки и заспиртованных моллюсков. Дохлую кошку было решено просто выбросить на улицу.

Потом они быстро выйдут в холл перед залом, где смешаются с толпой остальных участников праздничного вечера. Когда классная опомнится и вернётся искать виноватых, то они будут далеко и вне подозрения.

После обсуждения плана в целом осталось решить главное – как заманить Соньку в спортивный зал. Колька предложил подкинуть ей записку с печатными буквами. Светлана Андреевна, которая всегда на страже морали, как увидит, что Сонька пошла в тёмный зал, сразу пойдёт за ней.

– Не верится, что наша отличница и комсомолка Сонька пойдёт встречаться в тёмный зал с неизвестным, – заметил Валерка.

– Пойдёт! Она обязательно подумает, что этот незнакомец – Сашка, – уверенно сказал Колька, хитро посмотрев в сторону последнего.

Праздничный вечер

Вечер начался с поздравления директора школы с Международным женским днём. Первым делом Алексей Аркадьевич зачитал приветствие генерального секретаря КПСС – Леонида Ильича Брежнева. Затем уже от себя, учителя труда и двух физкультурников поздравил всех работниц школы. Школьниц он не упомянул, зато каждая после его выступления получила какой-нибудь подарок.

Накануне вся четвёрка заговорщиков с остальными ребятами из класса штурмовали магазины в поисках чего-нибудь совершенно красивого и дешёвого.

Удалось купить деревянные подставки под чайники. Плоские поверхности были инкрустированы мелкими цветными стекляшками и выглядели симпатично.

При вручении подарков вышла небольшая заминка – одной подставки не хватило. И как раз для Сони. Сашке пришлось достать из портфеля небольшой эстамп, который он собирался 8 Марта подарить матери, и преподнести Соне. Беря эстамп из рук Сашки, девушка раскраснелась и заулыбалась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.