Золотая карета для Золушки
Роман о любви
Светлана Миррай

Корректор Оксана Сизова

© Светлана Миррай, 2024

ISBN 978-5-0055-5097-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Об авторе

Творчество для меня – это некое волшебство, это тот мир, который создаётся с помощью мысли и воображения. Например, если ты хочешь летать или иметь сверхспособности, а в жизни у тебя это не получается, тогда ты откроешь книгу и вместе с ней совершишь полёт или станешь невидимым.

Любовь – это сильное чувство, и человек с самого рождения стремится к нему, ещё с молоком матери оно передаётся от матери к ребёнку. Конечно, бывает так, что нет любви именно сейчас, а ты вопреки всему хочешь пережить и прочувствовать эти эмоции, пусть даже не свои, а чужие. И тогда ты снова откроешь книгу и окажешься в мире эмоций и переживаний вместе с персонажами романа о любви.

В своей жизни я много времени уделяла знаниям, окончила медицинское училище, юридический институт, освоила несколько профессий, но больше всего на свете я любила создавать волшебство, любила писать.

Во время работы над романом «Золотая карета для Золушки» у меня стали появляться почитатели моего творчества, среди них была Верочка из Тамбова, которой я всегда с радостью присылала читать всё новые и новые странички. Верочка, я хочу тебе выразить свою признательность за теплоту слов и веру в успех моей книги.

А также я хочу поблагодарить мою маму за теплоту и заботу, которую она мне дарила с самых первых дней жизни.

Надеюсь, что и вам, уважаемые читатели, эта книга будет интересна, ведь всё волшебство сейчас я оставляю здесь, и оно только ваше.

С уважением, Светлана Миррай.

От автора

Когда-то давным-давно в одной маленькой стране правил великий король. В этом прекрасном королевстве жила девушка вместе с отцом, мачехой и неродными сёстрами. Названные родственницы прозвали её Золушка, потому что она часто делала по дому грязную и пыльную работу. Минуточку, скажет уважаемый читатель, а где же роман по реальным событиям? Наверное, читая название книги, ты подумаешь, что автор, возможно, начнёт рассказывать старую добрую сказку Шарля Перро «Золушка», только переделанную на свой лад. Но ведь в этом есть доля правды. Эта история случилась в реальной жизни, она произошла с человеком, пережившим её от начала и до самого конца. И когда ты дочитаешь книгу до самой последней страницы, то узнаешь совершенно новую историю современной молодой женщины, в которой встретившие её на своём пути люди тоже видели Золушку. А будет ли сказка? Конечно будет, только тебе самому придётся понять – чудеса это или внутренняя сила характера героини и неизмеримая любовь к близкому человеку помогли ей жить дальше и бороться с превратностями судьбы.

Книга рассказывает о любви молодой женщины и женатого священника, и какую цену им пришлось заплатить за такое счастье. Ещё вы поймёте, о чём молчит сверчок, который живёт за старым буфетом.

Глава 1

Иногда под видом любви к нам приходит испытание

Я часто задаю себе вопрос: как я буду любить мужчину, если встречу искреннее и настоящее чувство. Любовь для меня нечто важное в жизни, и хотелось быть честной в своих отношениях, ведь это будет самая настоящая моя любовь.

Вот и закончилась морозная зима, и наступили первые весенние деньки, солнечные лучи, словно зайчики, шаловливо играют на моём окне.

Прекрасное раннее утро. Отворив створку оконной рамы и вдохнув полной грудью весеннего воздуха, я делаю глоток ароматного кофе, сваренного в новой кофемашине, нажимаю кнопку «пуск» у своего ноутбука, монитор загорается, и да здравствует чудо научного прогресса. Люблю в свободное от работы время почитать статьи в интернете, иногда захожу на сайт «Одноклассники» и там общаюсь со своими знакомыми.

А вот и письмо, интересно, от кого оно?

– Привет.

Мне написали со страницы без фотографии, обычно я игнорирую такую почту, но сейчас решила пообщаться, может, какой-то знакомый скрывается за безликим профилем.

– Кто вы? – написала я в ответ.

– Меня зовут Пётр, я священник, служу в православной церкви. Живу в городе Чернигове на Украине. Я ещё не стар и уже не молод, мне сорок три года.

– Очень интересно, а я Влада.

– Доброго здоровья Вам, Влада, и Вашей семье!

– Батюшка, я живу одна и не замужем.

Но ответа больше не последовало.

Мне пришлось допить кофе уже в одиночестве.

Навести макияж мне не стоило большого труда, ведь мои хорошо прорисованные от природы черты лица практически не надо было подкрашивать. Голубые глаза с длинными, как веер, ресницами, прямой нос и красивые широкие брови ровной линией лежали на моём овальном лице. Фигурка была у меня стройная, но для этого мне приходилось всегда сидеть на долгих изнурительных диетах, чтобы сохранить тонкую талию и красивые ножки. Мои длинные светлые волосы придавали лицу свежесть и делали меня моложе своих лет.

Вскоре я вышла из дома и была целый день на работе в салоне красоты. Работы в этот день было много.

Погода к вечеру стала портиться, шёл дождь, мешающий талый снег с грязью, он превращал дорогу в серую, мутную жижицу. Из-за этого было тяжело идти и приходилось обходить лужи. На несколько минут я остановилась у подъезда и, любуясь, посмотрела на вечернее небо. На нём горели яркие звёзды, и среди их блеска я разглядела созвездие, очень похожее на Большую Медведицу. Мне даже показалось, что она смотрела на меня своими грустными глазами, наверное, ей рядом, как и мне, не хватало маленького медвежонка.

Я тихо зашла в квартиру и закрыла за собой дверь. Чтобы не скучать, села за ноутбук, и когда открыла сайт «Одноклассники», то прочитала там одно интересное сообщение от своего нового знакомого – батюшки Петра.

– Твоё счастье никуда от тебя не денется.

«Какой приятный человек», – подумала я. И выложила немного своих удачных фото, выключила компьютер и легла отдыхать.

Любовь нельзя предугадать или поторопить, она сама придёт с прекрасным журчаньем ручья и пением птиц, преобразив всю твою жизнь.

В тридцать пять лет у меня был вполне успешный бизнес в сфере красоты. Мой салон назывался «Здоровый уход» и был расположен в центре Новосибирска. Когда входная дверь открывалась, то звонил колокольчик, оповещая о приходе каждого посетителя, и в это время лицо нашего администратора Екатерины расползалось в доброй и гостеприимной улыбке.

– Добрый день, что вам предложить, – вежливо произносила она.

Так в рабочей суете проходили дни.

Однажды я освободилась немного раньше обычного, зашла на страницу «Одноклассники» и увидела сообщение от батюшки Петра.

– Вы – милая дама, судя по фото. Я хотел бы услышать Ваш голос.

Меня это порадовало, и я не раздумывая написала ему свой телефон.

Как много в жизни дорог и мгновений, которые решают нашу судьбу, и мы не задумываемся, что именно эта секунда станет главным отсчётом твоего нового пути.

На следующее утро запах кофе меня взбодрил, и после нескольких глотков мой мозг уже включился в рабочий режим. Ещё минуту назад мне хотелось забраться с ногами в кресло, включить телевизор и так провести целый день.

Но зазвонил телефон, и я ответила.

– Влада Романовна, очень жду вас на работе, мне необходимо поговорить, – тревожным голосом произнесла Катерина, моя помощница.

– Хорошо, я сейчас буду, – ответила я.

Я вышла на улицу, погода стояла солнечная, лёгкий ветерок касался моего лица и нежно развевал густые, длинные волосы.

На телефон снова позвонили, я была уверена, что мне звонит Катя, поэтому быстро сказала:

– Бегу, бегу.

И ускорила шаг.

Но он не успокаивался, всё равно продолжал звонить, и как только я приложила его к уху, то сразу услышала мужской смех.

– Куда же вы бежите? – весело спросил приятный голос.

– Простите, а с кем я разговариваю сейчас? – немного сбавив шаг, спросила я.

– Уважаемая Влада, простите, что не знаю вашего отчества, это звонит батюшка Пётр, которому вы оставили свой номер телефона в «Одноклассниках».

– Очень хорошо, что вы мне позвонили, – радостным голосом произнесла я.

– Я чувствую, вы рады моему звонку. Мне понравились фотографии, которые вы выложили у себя страничке.

– Спасибо.

– А знаете, у вас очень красивый голос, – добродушно произнёс Пётр.

– Столько приятных комплиментов, – но тут в наш разговор вмешалась вторая линия, и я переключилась на неё.

– Да, говорите.

– Влада Романовна, администратор Екатерина не в состоянии работать, она закрылась в служебной комнате и не выходит. Что мне делать?

– Неля, я уже здесь.

Ускорив шаг, через несколько минут я уже была в салоне. Когда входная дверь за мной закрылась, и зазвенел колокольчик, никакой реакции не последовало. На первый взгляд можно было подумать, что я в зале нахожусь совершенно одна, но моё одиночество нарушили всхлипы и тихий женский голос, которые доносились из служебной комнаты. Подойдя ближе к ней, я потянула ручку на себя, но дверь не поддавалась, она была заперта изнутри.

– Девочки… откройте, – сказала я и замерла в ожидании.

Замок щёлкнул с обратной стороны, и дверь открылась. То, что было за ней, смотрелось очень печально. Неля и Катя сидели возле раковины, а рядом с ними стоял флакон с пустырником, в руках Неля держала стакан воды. Катерина опустила лицо вниз и прикрыла его руками, при этом её тело сотрясалось от рыданий. У Кати был спокойный характер, поэтому стало понятно, что произошло в её жизни что-то очень серьёзное.

– Прошу тебя, успокойся, давай поговорим, – сказала я спокойным голосом, поглаживая Катю рукой по спине.

Я взяла полотенце и дала его Кате вытереть лицо. Приобняв её за плечи, аккуратно усадила за небольшой столик для персонала.

– Хорошая, ты моя хорошая, – шептала я в надежде, что Катя захочет со мной поговорить. И правда, мои слова скоро на неё подействовали. Она набрала полную грудь воздуха, как будто до этого момента и вовсе не дышала, и на выдохе громко произнесла:

– Он ушёл!

– Кто ушёл? – спросила я, не понимая о чём идёт речь.

– Сашка, мой муж. Вчера не пришёл ночевать, забрал свои вещи и документы, а сегодня позвонил и сказал, что бы я домой его не ждала, и ничего больше мне не объяснил, – и у неё в глазах снова заблестели слёзы.

– Катюша, не переживай так, ты же всегда была сильной. Ведь в жизни самое главное – дети и родные, а он, увидишь, потом обязательно пожалеет обо всём.

– Я думаю, что не всё так просто, – задумчиво произнесла она.

Но лицо у неё уже перестало быть таким мрачным, она стала спокойнее, и мы разошлись по своим рабочим местам.

Был чудесный тёплый вечер, я медленно шла по тротуару домой. Навстречу по проезжей части проносились машины. Зазвонил телефон, это была Катя.

– Влада, я сейчас обнимаю свою дочку и понимаю, что во всём мире мне не найти ближе и роднее человека, чем моя кровинка, моя доченька.

– Катюша, всё у тебя будет хорошо, вот увидишь.

Я обратно убрала свой телефон. Внезапно стих шум моторов, и исчезли все звуки улицы, зазвучала нежная мелодия, которая шла у меня изнутри, здесь была и виолончель, и тоненько пела скрипка, это была музыка счастья. Ведь как хорошо, когда добро исходит от тебя, и ты протягиваешь руку помощи тому, кто в ней нуждается.

– Хе-кхе, девушка, подайте бездомному на пропитание, – неожиданно сзади меня раздался мужской хриплый голос. Я обернулась назад и увидела сутулую фигуру мужчины. Одет он был в старую, поношенную одежду, местами виднелись заплатки, они были заштопаны нитками разных цветов.

– Секундочку, – сказала я и стала выворачивать карманы наизнанку, но в них были только мелкие хлебные крошки и горстка карамелек. В сумке я тоже не нашла мелочи, а из кошелька проглядывали одни крупные купюры. Сейчас в воздухе повисла тишина и ожидание.

Я вынула пятитысячную купюру и протянула её мужчине.

– Спасибо, – произнёс он, и в эту минуту глаза мужчины заблестели, и по щеке покатились слёзы, – а это вам, – и он скромно протянул несколько веточек вербы, которые всё время держал в своей руке.

– Храни тебя Господь, – на прощание произнёс мужчина.

Эта трогательная сцена надолго осталась в моей памяти, и много лет я вспоминала подаренную бездомным вербу, она вообще стала даже каким-то добрым знаком в моей жизни. Ведь была ещё одна история с её участием, но об этом расскажу немного позже.

Всю ночь лил дождь, барабаня по стеклу сначала мелкой дробью, потом с нарастающей силой ударял большими каплями и снова становился тише. Утром, когда солнечный свет стал проникать в мою комнату, в память о дожде оставались только мокрые узоры на стекле. Такой дождливой погоды не было уже давно, и поэтому я с удовольствием смотрела в окно на солнечные блики, которые отражались в лужах.

Раздался звонок в телефон, и мужской голос пожелал мне доброе утро. Но я не сразу поняла, кто со мной говорит.

– Влада, это батюшка вас снова беспокоит.

– Ну что вы, батюшка, какое может быть беспокойство, я рада вашему звонку.

– Тогда я буду звонить вам каждый день. У нас погода такая солнечная, и на душе птички поют. Как вы?

– В прошлый раз у нас так и не получилось с вами поговорить, – сказала я.

– На все Божья воля. А давайте прямо сейчас поговорим.

– Хочу поговорить о вере, надежде и любви, – сказала я.

– Наверное, о ваших подругах пойдёт речь? – с долей иронии произнёс батюшка.

– О вере в себя, надежде на лучшее будущее и о любви, которую уже давно жду, – не растерялась, ответила я.

– Замысловатая, как я посмотрю, вы барышня, но это даже радует меня. Со мной можно говорить совсем на любые и разные темы. Священнику можно доверять даже сокровенные тайны. И с вашего позволения я хочу перейти на ты.

– Хорошо, будем нарушать мои правила, – ответила я.

– А что, разве существуют ещё какие-то правила? – удивился он.

– Мои личные правила общения.

– Владочка, не придавай этому большого значения, нарушая правила, я не перейду границы нашей дружбы. Лучше расскажи о себе.

– Пётр, вы меня очень к себе располагаете, и мне хочется делиться многим.

– Ну вот опять на вы, Влада, мы же сейчас перешли на ты, – его голос стал тише и ласковее со мной.

– В моей жизни совсем не было общения со священником, и поэтому мне хочется рассказать одну историю.

– Конечно, расскажи, что тревожит тебя, – ласково произнёс батюшка.

– Когда мне исполнилось десять лет, мои родители погибли в автокатастрофе. Меня взяла жить к себе тётя Нина, сестра моей мамы. Но пока я с ней жила, она постоянно пила и водила кавалеров. Поэтому в семнадцать лет, после школы, я уехала из дома совсем в другой город и стала жить самостоятельно. А она продолжила дальше пить.

– Сколько тебе лет? – спросил Пётр.

– Тридцать пять, – ответила я.

– Девочка моя, ты такая ещё молодая, ещё многое у тебя впереди. Главное в жизни – не потеряй себя и люби Бога. Если хочешь, то я буду тебя всегда поддерживать.

– Да, я хочу, я очень этого хочу, – ответила я и прижала телефон к груди…

– Я буду всегда рядом, – ответил Пётр и положил трубку.

На следующий день к моему подъезду подъехала бордовая Volvo, не включая фары, водитель вышел из машины. Он закурил сигарету и выпустил из себя кольцо дыма. Я подошла к машине, поздоровалась с таксистом и произнесла:

– На Каменскую, сорок три.

Удобно устроившись на сидении, я прикрыла глаза и стала думать о нём. Может быть, плохо думать о женатом мужчине, тем более священнике, но мне стало казаться, что я влюбляюсь в его голос, манеры общения, и мне хотелось быть рядом с ним.

– Девушка, просыпайтесь… – громко сказал водитель.

Я вздрогнула от неожиданности и проснулась.

– Девушка, вы можете выходить, мы уже минуту стоим на Каменской, сорок три, – с улыбкой произнёс таксист.

Через несколько минут я стояла на пороге театра. В вестибюле собралось много людей, они толпились повсюду: у входа, в раздевалке, в длинных коридорах.

Все люди были нарядно одеты, поэтому состояние праздника царило повсюду. Вдоль стен стояли столы с разными безделушками и сувенирами, здесь было всё, что можно купить нерасторопному зеваке. Когда зазвенел первый звонок, зрители не спеша стали проходить в огромный зал. А я сидела в буфете театра, наслаждаясь ароматом и вкусом латте, и уже со вторым звонком тоже пошла в партер, чтобы занять своё место.

Мой милый читатель, давайте с вами приоткроем завесу женской души, чего же она хочет и что ищет? Духовности – это театры, кино, выставки, хочет внимания, но больше всего она ждёт любви.

Моя душа тоже была полна ожидания этого чувства и, как дивная роза, готова раскрыть свой созревший бутон навстречу женскому счастью. И это счастье я увидела в Петре.

Прошло два месяца. Стоял чудесный летний вечер, моя комната наполнилась облаком пыли от огромной груды вещей, которые я вынимала с полок и раскладывала по коробкам. Это был грандиозный переезд в Москву, который полностью менял всю мою жизнь. Через открытое настежь окно доносились крики местной детворы, которая играла в футбол во дворе.

– Этот гол был мой, ты мне помешал, сам не забил и мне не дал, – кричал один юный футболист.

– Давай бей!

– Го-о-л! – снова кричали они.

Послышалась красивая мелодия из телефона, и я ответила.

– Добрый день, Владочка, – бодрым голосом сказал Пётр.

– Добрый день, Пётр.

– Слышу крики, что у тебя там случилось?

– Да это юные футболисты за окном.

– Ты, наверное, сейчас вещи собираешь и готовишься к дороге?

– Да, укладываю всё по коробкам, завтра приедет машина из транспортной компании, и грузчики погрузят все вещи в машину, а потом поеду и я.

– Ты даже не представляешь, как я рад, что мы встретимся скоро. Извини, я сейчас долго не могу говорить, спешу, у меня служба через несколько минут начнётся.

– До встречи, Пётр, – прошептала я.

– До встречи, моя хорошая, – произнёс он тепло в ответ, и связь оборвалась.

Я подошла к окну, открыла занавеску и крикнула изо всех сил:

– Ура-а-а! Гол!

Мальчишки перестали играть и растерянно подняли головы высоко вверх. Кто-то из них нерешительно закричал в ответ:

– Вообще-то был пенальти!

Я рассмеялась и отошла от окна.

Яблоко раздора

Побрякивание ложки в бокале с чаем на столике в моём купе прервало мой сон. Приоткрыв глаза, я сразу их зажмурила от яркого света лампы, которая находилась прямо надо мной.

Моим соседом был грузин средних лет, с красивыми густыми волосами и ярко выраженным грузинским профилем.

Видно было, что он человек интеллигентный и воспитанный. В его поведении было много аристократического. Русским языком он владел на высоком уровне.

Опустив свои голенькие ножки с полки, я почувствовала взгляд мужчины, он сидел напротив и практически поедал их глазами.

– Я хочу помочь вам, – произнёс он.

– Да, пожалуй, а то я разучилась ездить на верхних полках.

Его сильные руки коснулись моих ног и заскользили выше, вверх по ягодицам, проникая пальцами под платье, ещё немного выше, и, приобняв за талию, он опустил меня вниз. Моё тело на секунду прильнуло к нему, и я невольно почувствовала возбуждающий запах его кожи.

– Меня зовут Автандил, я родом из города Тбилиси. А вы, девушка, куда едете?

– В Москву. Моё имя Влада.

– Владочка, попробуйте яблочки из моего родного дома, – и он протянул до блеска натёртое наливное яблоко.

Я откусила кусочек, и сок потёк по моим губам.

– Вы тоже один едете в Москву? – спросила я с интересом.

– Сейчас уже не один, – заулыбался мужчина. – Влада, вы можете спокойно перенести свою постель на нижнюю полку, к нам всё равно никто не придёт.

– Почему? – удивлённо произнесла я.

– Вы в этом сами скоро убедитесь, давайте я помогу вам.

Автандил встал и потянулся за моей постелью, у него была спортивная фигура, а из-под майки сексуально проглядывали кубики пресса.

– А если вдруг… – я хотела спросить, но он опередил мои мысли.

– Вы не переживайте, я – мужчина и даю слово, что вас никто не побеспокоит.

На нижней полке было комфортно, я почувствовала себя уставшей и сразу уснула.

Поезд сильно дёрнулся, я вздрогнула от неожиданности и проснулась. На улице было уже совсем темно. Огни от фонарей пробирались через штору в окно и бликами ложились на стены купе. Глаза Автандила были открыты, и он в упор смотрел на меня. Его страстный взгляд стал пронизывать моё тело. Вдруг желание охватило меня, и я приоткрыла одеяло, и оголила свою возбуждённую грудь. Он положил руку мне на живот, нежно провёл по коже, прикасаясь к моей груди, и пальцами нежно сжал сосок.

Я застонала от удовольствия и возбуждения, а он лёг на меня, закрывая моё тело собой. Наше дыхание участилось, и в одно мгновение я почувствовала его сильный и влажный пенис внутри себя. Уже скоро моё тело сотрясалось в конвульсиях, а он тихо шептал на ухо, прижимаясь губами:

– Как мне с тобой хорошо.

Ранним утром я проснулась от громких голосов за дверью. Потянулась и ощутила, что одеяло полностью облегает моё обнажённое тело, но после проведённой ночи с мужчиной я чувствовала только душевную пустоту. Мы больше не смотрели друг другу в глаза, он молча забрал вещи и вышел из вагона, не проронив ни слова.

Москва не радовала меня солнышком, шёл мелкий моросящий дождь. Люди с поезда толпой шли по перрону и подталкивали меня вперёд к вокзалу, и тут неожиданно раздалась мелодия звонка из моего телефона.

– Как поживает моя любимая? – весело спросил Пётр.

– Привет, я уже в Москве, – сказала я без теплоты в голосе.

– Почему ты так недовольна или мне не рада совсем?

– Извини, но поговорим позже.

Я испытывала смущение перед ним, ведь недавно я просто поддалась инстинкту и легко изменила своим чувствам.

Голос Петра стал теплее, и он ласково прошептал:

– Моя хорошая, ты как ласковое солнышко, тёплый ветерок, яркий лучик света в моей жизни, лети, моё перышко, а главное, береги себя.

Я положила трубку, и мне стало тепло на душе от его нежных слов.

Мне надо было посетить несколько квартир, которые были заранее подобраны как варианты для проживания.

Прошло несколько лет моей разлуки с Москвой, и вот она снова радует своей пленяющей красотой улиц, вновь тревожит моё сердце, и я с радостью бреду по ней, рассматривая фасады домов.

Первой хозяйкой квартиры была старая, худощавая женщина с очень тонкими, костлявыми пальцами. Бабуля напоминала мне старую, ржавую иглу, которую воткнули в самодельную мягкую туфельку времён Советского Союза. Квартира полностью соответствовала возрасту и внешности старушки. Я вежливо отказала ей и поспешила к выходу. Погода не менялась, на тротуаре были большие лужи, шёл дождь, казалось, что этому не будет конца.

Следующие три встречи отменились по разным причинам, и остались только две квартиры. Один вариант был в центре города. Но сама квартира была очень неприглядной, и если сравнивать с блюдами в ресторане, то похожа на отварной картофель в мундире, украшенный красивыми несъедобными веточками и искусственными цветами.

Мой последний вариант находился далеко от центра, но я решила остановиться на этой квартире. Она соответствовала всем моим требованиям для временного проживания. К середине лета я освоилась на новом месте. Мебели было в квартире много, я вещи аккуратно разложила по полочкам в шкаф. Единственной неприятной деталью в интерьере квартиры была картина, но от неё не было возможности избавиться. Картина скрывала в стене дыру, хотя она служила благородную роль, но смотреть на неё у меня не было совсем желания. Причиной тому была голая женщина, которая лежала на красном покрывале, она порождала плотские желания, её нагота сводила меня с ума и одновременно вызывала стыд.

Стоял тёплый летний день, неожиданно раздался звонок по телефону.

– Моё солнышко, здравствуй, – голос Петра был очень счастливый.

– Привет, Пётр, – я была рада его слышать.

– Я соскучился и жду встречи с тобой, – ответил он.

– Когда ты приедешь в Москву?

– Приеду на следующей неделе, один бизнесмен обещал мне помочь с деньгами на лекарство жене, он из Москвы. И обязательно заеду к тебе.

– Я буду с нетерпением ждать этого дня.

– Знаешь…. – произнёс задумчиво он.

– Что ты хочешь мне сказать?

– Если при встрече мы не почувствуем друг к другу никакие чувства, несмотря на это, всегда рассчитывай на мою поддержку как старшего друга и священника.

– Хорошо, – согласилась я.

Мы ещё долго разговаривали в этот день до самого позднего вечера, а потом я просто упала от усталости и уснула, не впуская телефон из рук.

Мужчина без отрыва целовал мои набухшие соски, его руки гладили и ласкали, затем внезапно обхватив мои ягодицы, он прижался ко мне всей своей мощью. Я открыла глаза в сильном возбуждении и не могла вспомнить его лица. Что со мной? Может, виновата картина на стене? А может, тот мужчина был Пётр?

Вкус первой встречи

Наступил долгожданный день нашей встречи. За окном лил сильный дождь. Утро у меня началось совсем рано, я крутилась перед зеркалом, подбирая себе одежду. Около девяти часов в дверь позвонили. Через запылённое стекло глазка проглядывал силуэт интересного, и очень необычного мужчины. Вся необычность заключалась в его одежде. Он был одет в длинный плащ и в чёрную шляпу стиля гаучо. Борода и длинные волосы подчёркивали его индивидуальность. Пошевелив рычагом замка, я открыла дверь, и он вошёл. Волосы Петра были густые, чёрные, зачёсаны назад и собраны в длинный хвост. У него был высокий рост, примерно метр девяносто, и плотное телосложение.

Запах его парфюма наполнил мою квартиру. Голова у меня закружилась от аромата и нахлынувших на меня чувств, в своих мыслях я стала подниматься высоко вверх и закружилась в воздухе от счастья.

А он нежно смотрел на меня и улыбался.

– Здравствуй, вот я и пришёл, – тихо произнёс он.

– Здравствуй, Пётр, – улыбаясь, ответила я.

Я пригласила его пройти в квартиру и предложила принять душ. Через некоторое время шум воды стих. Пётр вышел распаренный, от него пахло душистым ароматом геля и шампуня. Он переоделся в домашний халат, который привёз с собой.

– Владочка, я хочу обнять тебя, – прошептал он.

Его тёплые руки обняли меня за талию и опустились чуть ниже. Тепло его тела я ощутила на себе. Еле касаясь губами моей шеи, он тихо произнёс:

– Доверься мне…

– Да… да… – я прошептала, нежно глядя ему в глаза.

Так в обнимку мы закружились, словно в танце, и опустились на кровать. Он обнял меня, и его руки жадно касались моего тела, изучая каждый миллиметр. Когда мы достигли наивысшей точки наслаждения, то моё лоно наполнилось безумным желаньем. Наши губы слились в длинном поцелуе, и мне показалось, что мы попали в водоворот бесконечного сладострастия. Только я не хотела спешить.

– Пётр, подожди… – прошептала я.

Затем я встала с кровати и стала готовить для нас чай с бергамотом и чёрной смородиной.

– Я не буду ничего сейчас, – тихо произнёс он и стал одеваться.

– Что-то случилось?

– Извини, но мне надо срочно уйти.

Когда дверь за ним закрылась, я растерянно села за стол.

«Неужели всё между нами закончилось», – подумала я, и мои слезы закапали прямо в чашку.

Но он позвонил в мою дверь снова, когда наступил вечер. Пётр стоял на пороге и держал в руках огромный букет красных роз.

– Девочка моя, я так мечтал снова тебя обнять, – он протянул мне цветы и положил руки на мою талию.

– Почему ты так неожиданно ушёл? – и я посмотрела в его глаза с небольшим упрёком.

– Я буду всегда рядом с тобой, даже если я уйду, – прошептал Пётр и нежно коснулся губами моей щеки.

Наступила ночь, а мы всё говорили и не могли оторваться друг от друга, в эту минуту нам казалось, что так будет всегда. Когда уже стало светать, я постелила ему постель в отдельной комнате. А сама налила ванну с воздушной пеной и решила немного в ней полежать. Пена приятно гладила мою кожу, собираясь в обильную воздушную массу, и от удовольствия я даже боялась пошевелиться. Неожиданно дверь открылась, на пороге появился Пётр.

– Разреши посмотреть на тебя, как ты купаешься, – его борода начинала шевелиться на скулах, когда он придавал разговору огромное значение.

– Я думала, ты уже спишь, – растерянно произнесла я, прикрывая рукой обнажённую грудь.

Он подошёл ближе ко мне и нежно провёл рукой по обнажённому животу, поднялся выше и остановился на моих сосках. Руками стал их массировать, а затем припал губами и начал безотрывно целовать. Я застонала от наслаждения и обмякла. Вода из ванны стала потихоньку уходить, приятно поглаживая спину, а его губы покрывали каждую клеточку моего тела. Он приподнял меня на руки и понёс на кровать. Этой ночью мы подарили друг другу наслажденье, открыв для себя страну великой страсти и любви.

Любовь-морковь и всё такое…

На следующий день была прекрасная погода, лужи от вчерашнего дождя уже почти высохли. Машина Петра ждала нас на стоянке, она была синего цвета Chevrolet Aveo. Она ослепительно сияла от чистоты так, что, подойдя ближе к ней, можно было увидеть себя, словно в зеркале. В салоне всё так же было аккуратно и пахло свежестью цитруса.

– Какой хозяин – такая и машина, а машина твоя просто сказочно чистая, – восторженно произнесла я.

Пётр улыбнулся, было видно, что он остался доволен моим комплиментом. Батюшка перекрестил машину и себя, включил песни отца Александра Старостенко, и мы поехали. Навигатор повёл нас по столице, тесные улочки сменялись большими широкими улицами, и так мы ехали в течение часа. Припарковались возле Министерства иностранных дел и вышли из машины, где ждал нас мужчина.

– Здравствуйте. Меня зовут Сергей Валерьевич, – представился он.

Мужчина был одет в строгий костюм, который подчёркивал его деловой стиль.

– Пойдёмте в мой в кабинет, а после нашего разговора я угощу вас вкусным обедом, – он улыбнулся и торопливо пошёл вперёд.

Открыв огромную дверь в здании, мы поднялись на третий этаж и долго шли по узкому коридору, который был украшен ковровой дорожкой, вдоль него были расположены различные кабинеты секретарей, министров и разных заместителей. Сергей Валерьевич тоже был, видимо, заместитель министра. Наконец мы дошли до его кабинета. Он был довольно строгий и официальный. Кожаное кресло, кожаный диван и рабочий стол с мини-баром были скучным интерьером своего хозяина. На стене висела картина нашего президента и герб страны. Немного разбавляли официальную атмосферу цветы камелии на подоконниках и декоративная роза на полу в вазе.

Мужчины сели по разные стороны стола и сразу стали оживлённо беседовать. Я удобно расположилась в кресле и, прикрыв глаза, решила немного отдохнуть, поэтому не сразу вникла в их разговор. Но когда до меня стали долетать фразы про племена, я, конечно же, стала прислушиваться.

– Мы хотим, чтобы вы, батюшка, выступили в роли миссионера и повезли веру в Новую Гвинею. Хочется благодарить Бога за то, что такие священники ещё есть, – твёрдо произнес Сергей Валерьевич и откинулся назад, широко вытянул руки вдоль спинки стула.

– Согласен с вами, в таких местах без веры никак нельзя, – ответил батюшка и развёл руками.

– Конечно. Ведь наша цель – развивать в Папуа – Новой Гвинее цивилизованное общество. Многие племена, которые там живут, фактически ещё в каменном веке и практикуют каннибализм. С ними и работают наши миссионеры. Может, по три капли коньяка перед обедом? – Сергей Валерьевич приподнялся со стула, подошёл к мини-бару и открыл дверцу заветного шкафчика. А там стояло огромное множество разных бутылочек с различными разноцветными крышечками.

– Сергей Валерьевич, с радостью бы, но я за рулём. Нам ещё домой возвращаться, – по голосу Петра было слышно сожаление.

– Три капли, всего три капли. Да, и если ребята из ГАИ остановят, то позвоните мне, – весело произнёс наш радужный хозяин.

– Тогда согласен, – сказал Пётр и, улыбаясь, поднёс хрустальную рюмку к губам.

Мужчины залпом выпили и закусили дежурным лимончиком, который лежал у Сергея Валерьевича на столе.

– Хороший, крепкий коньячок, – сказал Пётр.

Сергей Валерьевич предложил нам пройти с ним в столовую обедать.

Мы спустились по лестнице на первый этаж, двери в неё были раскрыты. Столовая оказалась вся в мраморе и картинах, на стенах висели светильники в виде свечей. Пахло вкусной и ароматной едой. На раздаче работали две молодые девушки, они раскладывали блюда по тарелкам и мило всем улыбались.

– Родная моя, здравствуй! – громко сказал седой мужчина и взял меня за руку, я от неожиданности отпрянула от него, но когда вгляделась в лицо, то узнала в нём артиста эстрады Аристарха Борисовича.

– Испугалась? – смеясь своим бархатным, красивым голосом, спросил он.

– Немного. Здравствуйте, Аристарх Борисович, – радостно сказала я, выходя из ступора.

– Приятного аппетита, а я пойду, или фото на память? – и его лицо растеклось в белоснежной улыбке.

Пётр увидел рядом со мной знаменитость и сразу подошёл к нам. Он сделал для меня снимок, и мы пошли обедать.

– Звёзды эстрады у нас тоже бывают, вот и Аристарх Борисович к нам обедать приходил. А я для вас выбрал всё самое вкусное.

И правда, на столе стояла селёдочка, колбаска сырокопчёная, жареная курочка с овощами и ароматный борщ с пампушками.

– Батюшка сказал мне, что вы не вегетарианка, и я в рацион включил мясо, – произнёс заботливо Сергей Валерьевич.

Мы сели за стол. Всё было и правда очень вкусно.

– Замечательно кормят, – отметил батюшка, он культурно поднёс салфетку ко рту и промокнул ей губы.

– Да, у нас готовят лучшие повара.

– Что касается службы в Новой Гвинее, ваше основное проживание – в городе Порт-Морсби, а из него будете отправляться в разные поселения и маленькие города. Жильём и питанием мы обеспечим. Вы подумайте и позвоните мне в течение месяца.

Сергей Валерьевич допил чай и, заглянув мне в глаза, добавил:

– Да, и конечно, батюшка, посоветуйтесь с матушкой.

Я неуверенно кивнула и опустила вниз свой взгляд. Мне было неловко находиться в чужой роли. Мы поднялись из-за стола и медленно стали выходить.

Сергей Валерьевич проводил нас до машины и простился.

– Куда едем, Владочка? – спросил Пётр, сидя за рулём.

– В Киев! – ответила я и рассмеялась.

– Нет, в Киев пока нам не надо, – игриво произнёс он.

– Тогда поехали в рай!

– Всё, едем в рай!

Нашим раем на сегодня стал парк Горького. Припарковав машину, мы вышли и направились в глубину парка.

– Солнышко светит на небе, и солнышко светит рядышком, – улыбнулся Пётр, протягивая мне ладонь. Я обняла его и взяла за руку.

Парк был очень большим. Мы шли по аллее среди лавочек и фонтанов. Внезапно он остановился, заглянул мне в глаза и неожиданно поцеловал в губы.

– А ты знаешь, я влюбился в тебя как мальчишка, – прошептал мне в лицо Пётр.

– Я тоже влюблена в тебя, – ответила я.

Мы продолжили идти вперёд, держась за руки. Я чувствовала его, а он меня, и это было состояние неисчерпаемого блаженства, которое мы впустили сейчас в наши сердца.

– Смотри, как красиво, вон там, впереди, – восхищаясь, произнесла я.

– Да, очень.

И Пётр подошёл к молодому парню, который стоял неподалёку от нас, держа руль велосипеда.

– Молодой человек, как называется этот пруд?

– М-м-м… я не знаю, извините, – растерялся парень.

Проходившая мимо пожилая женщина услышала их разговор.

– А это, молодые люди, Пионерский пруд, он создан был ещё в девятнадцатом веке, вся территория тогда принадлежала Мещанскому училищу. До революции 1917 года водоём называли Малым. Только когда здесь устроили парк Горького, его и переименовали. Я учителем работала раньше, поэтому хорошо знаю историю этого места.

– Благодарю, а я тоже увлекаюсь историей, – сказал Пётр.

– Бабушка, пойдём, – плаксиво сказал маленький мальчик, который стоял рядом с ней.

И они сразу ушли.

Пройдя несколько шагов вперёд, мы ещё ближе подошли к пруду. Перед нами плавали лодки и катамараны. В воде плескалась мелкая рыбка, а мальки стаями рассекали водоём.

– Я должен, Владочка, тебе кое-что сказать. Мне обязательно завтра надо уехать. У меня служба, и надо быть в храме к выходным.

– Конечно, я всё понимаю.

Мне стало очень грустно, но у него была своя жизнь, другая семья, там, далеко, совсем в другой стране.

– А чтобы ты не грустила, я побежал покупать вкусное мороженое. Какое ты любишь?

– Купи мне молочный коктейль, тогда постараюсь не грустить, – я пыталась не показывать истинные эмоции, которые просто поглотили меня в эту минуту.

Пётр купил себе мороженое, мне коктейль и подошёл к свободному катамарану:

– А сейчас мы сделаем несколько кругов, поплыли?

– Конечно, поплыли.

Пётр быстро шагнул в самый центр катамарана и протянул мне руку. Ещё секунда – и я была на месте. Удобно устроившись, мы стали крутить педали, а брызги воды разлетались в разные стороны, попадая нам на лицо и одежду.

– Ой, как весело, посмотри на солнышко, оно рассыпалось на маленькие осколки в воде, и словно множество огоньков плавают рядом с нами.

– И один осколочек упал ко мне в катамаран, – засмеялся Пётр.

Мы весело разговаривали и смеялись, совершенно не замечая, как пролетело наше время и подкрался вечер. Домой мы вернулись очень поздно.

На следующее утро Пётр начал готовиться к отъезду. Неожиданно позвонил телефон.

– Добрый день! Как там дети? Как сама? – он говорил очень тихо.

Я сразу поняла, что это звонит жена.

Вскоре он положил трубку и продолжил дальше заниматься брюками.

– Ты её любишь?

– Нет, я просто живу с ней, она больной человек. Давай отложим этот разговор на потом.

– Конечно, отложим.

– Может, ты не пойдёшь меня провожать? Давай дома попрощаемся.

Пётр ни разу не посмотрел мне в глаза.

– Ты не хочешь быть со мной в момент отправления поезда? – грустно спросила я.

– Нет, совсем не в этом дело.

Пётр оделся. Взял чемодан за длинную ручку и произнёс:

– До свидания, Влада, и спасибо тебе за всё.

И он вышел из квартиры.

Конечно, мне было как-то не по себе. Я давно не курила, но в эту минуту это было просто необходимо. Пачка с сигаретами лежала в шкафу в маленькой баночке для круп, припрятана как раз для такого особого случая. Вместе с выкуренной сигаретой ко мне пришла мысль о том, что в жизни должно быть всё досказано. Я быстро вышла из дома. Посмотрела на часы и поняла, что я точно успею до отправления поезда, и ноги понесли меня по подземке всё быстрее.

Времени осталось не так много, поэтому я сразу побежала к платформе. Поезд уже объявили, и людей становилось всё больше. Среди множества лиц не было только Петра. Вдруг меня кто-то аккуратно взял за плечо. Моё сердце от неожиданности чуть не выскочило из груди, я обернулась.

– Снова вы, а я вас узнал! – седой мужчина радостно улыбался.

О боже, я узнаю эту белоснежную улыбку.

– Аристарх Борисович, а вы что на вокзале делаете? – от неожиданной встречи растерянно спросила я.

– Я друга своего на поезд провожаю в Киев, а где же мужчина, который вас ревновал ко мне? – спросил артист и рассмеялся.

– Да мы с ним немного разминулись, он тоже едет на этом поезде в Киев.

– Вот, возьмите мою визитку, раз мы с вами уже так сильно подружились, ответит мой диспетчер, если захотите ко мне на концерт, то всю необходимую информацию вам скажут по этому номеру. А сейчас я очень спешу. Но если ещё раз вас встречу, то … – Аристарх Борисович улыбнулся и подмигнул мне.

Через несколько минут поезд Москва – Киев тронулся и начал набирать скорость. Я задумчиво стояла на платформе и смотрела ему вслед, пока последний вагон не скрылся из вида.

Дверь у моего подъезда была полуоткрыта, кто-то подложил камень. Когда я поднялась на свой этаж, я снова ощутила руку на своём плече и быстро обернулась. Рядом со мной стоял как ни в чём не бывало Пётр.

– Это ты камень подложил? – усмехнулась я.

– Да, я боялся, что пропущу тебя.

– А я на вокзале тебя искала и встретила снова, ты не поверишь, Аристарха Борисовича.

– Вот это да, ты снова его встретила? Бывает же такое. А я люблю иногда пошутить, ничего, привыкнешь ещё к этому, – и он показал мне свой билет, где было написано, что поезд Москва – Киев №005 отправляется завтра в два часа дня.

– А я подумала, что ты не хочешь меня больше видеть, – с улыбкой сказала я.

– Ну что ты, милая. Пойдём, погуляем по Москве? – предложил Пётр.

Мы оставили машину на платной стоянке, а сами пошли гулять по Арбату.

Прогулка была долгой, и только поздним вечером мы вернулись домой. Пётр сделал мне несколько подарков: серьги с бриллиантом и красивое вечернее платье. Если сказать, что я была счастлива, то это не сказать совсем ничего. Я парила в воздухе и кружилась в танце, надев обновки на себя. Он налил по бокалу красного вина «Каберне-Совиньон» и предложил выпить за наш прекрасный вечер. После нескольких глотков волна тепла пронеслась по всему телу. Пётр взял меня за руку, и мы, обнявшись, погрузились в танце друг в друга.

Но следующий день наступил, как бы мы ни пытались оттянуть минуты расставания. На вокзале Пётр не отводил от меня свои карие глаза с длинными ресницами. Его взгляд меня всё больше очаровывал, но в то же время и разбивал моё сердце. Ведь впереди наших отношений стояла огромная гора преград и неопределённости. Нельзя любить женатого священника, кричал мой ум, но как же мне он нужен, говорило моё сердце.

Стоя на платформе в ожидании поезда, наши головы были склонены друг к другу, мы держались за руки, а губы шептали:

– Я люблю тебя, моя Владочка.

– Я люблю тебя, мой хороший.

– Как же буду скучать, милая.

– И я.

– Я приеду к тебе, ты только жди.

Поезд пришёл по расписанию. Пётр поцеловал меня нежно, затем шагнул внутрь вагона, и вскоре его силуэт скрылся в толпе уезжающих людей. Поезд тронулся, и колёса застучали в такт с моим сердцем, унося с собой мою радость и мою любовь.

Дед Мороз в подарок

Шло время. Зелёные листья изменились и стали жёлтыми, но вскоре и их тоже не стало. Голые ветки нелепо торчали в разные стороны, а сучки были переплетены между собой, словно змееволосые чудища. Стоял конец декабря. На улице суетились люди, а в магазинах на витринах пестрели подарочные упаковки с блестящими лентами, снежинки, украшенные ёлки, и всё было приправлено мигающими огнями и гирляндами. За это время я устроилась в один московский салон красоты. Надо было привыкнуть к московской жизни и научиться работать по-столичному, поэтому я и не спешила открывать своё дело.

– Влада, иди, к тебе клиентка.

Ко мне в комнату для персонала зашла Надя, администратор салона.

– Спасибо, милая.

Недопитый стакан чая я поставила в мойку для посуды. В зале меня ждала молодая женщина. Через пару часов работа была готова.

– Окрашивание корней, тонировка и укладка, – сказала я Наде.

– С вас три с половиной тысячи.

Клиентка протянула деньги администратору и вышла.

– Влада, я приду завтра в девять вечера, – голосом властелина заявила Надя, моя новая подруга и коллега по работе. – И мы сразу поедем в парк Сокольники на ёлку, будет так интересно, я всё продумала до самых мелочей.

– Хотелось бы, – я пыталась скрыть своё истинное настроение.

Пётр последнее время очень мало выходил на связь, ссылаясь на большую предновогоднюю занятость.

– Без пяти минут десять, девочки, вы не переработали сегодня? – громко спросила Юля, наша маникюрша.

– Юлька, рыжая бестия, – с усмешкой сказала Надя, – нас ждёт холодная постель, а вот ты беги к своему заморскому принцу да быстрее!

Ещё несколько минут мы допивали свой чай и чуть позже вышли на улицу, закрыв дверь салона на ключ.

– До завтра, Наденька.

И я быстрой походкой пошла по припорошенному снегом тротуару.

– Такси, – махнув рукой, подбежала Надя к машине.

«Яндекс-такси» было написано на разрисованном под бренд автомобиле, и, по всей видимости, на данный момент оно одиноко стояло в ожидании пассажира. Надя по характеру была очень напористая, но с чувством юмора. Её рыжие кудряшки неуклюже торчали из капюшона. Она назвала свой адрес таксисту, быстро села в машину и закрыла за собой дверь. Машина издала рёв тормозов и скрылась из виду.

На следующий день я занималась подготовкой к встрече Нового года. Ещё вчера вечером вместе с Надей мы решили поделить обязанности по приготовлению праздничного ужина. На мою долю выпало несколько салатов и запечённый праздничный гусь, фаршированный яблоками. А Надя должна была принести десерт, мясо по-французски, ещё пару салатиков и шампанское. Я целый день провозилась на кухне, а к вечеру от бессилия упала на диван и уснула. Когда в дверь позвонили, я поняла, что не успела сделать и половину дел.

– Вот ты даёшь, соня, нас такси ждёт, а ты ещё не собрана. Быстрее надень джинсы с какой-нибудь кофтой и в путь-дорогу. Я не одна-а-а приехала, – весело протянула Надя, и я поняла, что она пьяна.

Она подошла к столу и поставила несколько приготовленных блюд с едой и торт с огромными розами, который привезла из дома.

– Где же ты так нализалась? – удивлённо спросила я, застегивая молнию у куртки.

– С соседкой поздравляли друг друга! Вначале она ко мне зашла в гости, потом я к ней, а потом снова она ко мне, – ответила Надя и громко залилась своим ярким и заразительным смехом.

Собиралась я быстро, словно солдат по тревоге. И уже через пару минут мы вышли на улицу.

Когда мы подошли ближе к такси, я увидела огромную женскую фигуру, она занимала большую часть салона.

– Здравствуйте, с наступающим Новым годом! – сказала я, открывая дверь и присаживаясь на заднее сиденье.

– Привет, меня зовут Софа, – произнесла большая, тучная женщина низким голосом. О тебе, Влада, я наслышана. Ты, наверное, уже поняла, что я Надина соседка.

– Думаю, вместе будет веселее, – это я буркнула себе под нос и отвернулась, разглядывая в окно детвору, которая бегала во дворе, изображая наездников на конях. Мне было непонятно, зачем Надя её взяла с собой.

– И я тоже так подумала, что втроём нам будет куда интереснее, – весело произнесла Надя, читая мои мысли.

Когда мы доехали до парка «Сокольники», Софа открыла дверь в машине, зацепилась за что-то ногой и выкатилась, словно колобок, прямо на тротуар. Надя успела подхватить её, пока она совсем не разлеглась на снегу, и так в обнимку они пошли в парк. Я только сейчас заметила пакет у Нади в руках.

– Что в пакете лежит? – спросила я.

– О-о, а это горючее для согрева, – весело произнесла Надя.

Вскоре мы вошли в парк «Сокольники». Ёлка была огромной и светилась разноцветными огнями. Свет прожекторов освещал все стороны парка, он красиво ложился на снег, на ёлку, врезаясь дальше в горизонт, унося лучи далеко к звёздам.

Вокруг собралось много народу. А мы всё ближе и ближе продвигались вглубь толпы, и всё больше вокруг нас образовывались хороводы с детьми, их счастливые лица были повсюду. Неподалёку запел мужчина с гармонью, он, пританцовывая, призывал всех петь вместе с ним. Неожиданно из толпы к нашим ногам упали двое мужчин, одетых в форму десантников, третий, самый крупный и очень высокий мужчина, сгрёб двоих в охапку, набрав полную руку снега, и стал растирать холодом их щёки, чтобы привести в чувство.

– Вы чего, мужики, старый год ещё не проводили, а вы уже не в кондиции. Стоять ровно и слушать своего командира! – скомандовал он.

Мужчины послушно попытались выпрямить грудь и втянуть живот. И тут они заметили нас.

– Девчонки, с наступающим Новым годом!

– Мальчики, и вас! – ответила весело Надя.

– А давайте вместе с нами в тёплой компании проводим старый год, – предложил один из десантников. – Я Саня, самый главный у нас по должности и званию Юра, а рядом со мной – он показал на еле стоящего рядом друга – Рома.

– Я… я… Рома, – сказал запинаясь и еле ворочая языком мужчина средних лет, он был самый пьяный из троих.

Мы тоже дружно назвали свои имена и достали из пакета бутылку шампанского. Немного повозились с пробкой у бутылки, и вот победа, она громко бабахнула под наши аплодисменты. Надя налила шампанское каждому в пластиковый стаканчик.

– Предлагаю тост! – весело произнесла она.

Все замерли в ожидании. Надю слушались даже десантники.

– За нас, красивых, и за вас, неверных…

– Ну, Наденька, обижаешь, мы все трое не женаты, – сказал Саня. – Предлагаю познакомиться поближе, – и он протянул руку Наде.

– У меня тоже есть тост. Проводим старый год так, чтобы всё плохое ушло вместе с ним, а осталось в Новом году только всё доброе и хорошее, – произнёс Юра, ласково поглядывая на меня.

Мы все дружно присоединились под чоканье одноразовых стаканчиков.

Время бежит по-своему быстро, года пролетают незаметно. Один год сменяется другим, а череда лет уносит с собой вдаль детство, юность, молодость сменяется зрелостью. У всех людей Новый год проходит по-разному. Одни сидят дома с семьей и по-домашнему тихо отмечают праздник, а кто-то в больших компаниях в веселье и танцах. А как правильно его встречать, вам никто никогда не скажет.

– Теперь все внимательно посмотрите вон туда, – Надежда протянула руку вперёд, там, куда она показывала, сквозь деревья был виден каток.

– Прикольно, Новый год встретим стоя на льду. Давайте-ка глянем, кто во что обут? – смеясь, произнёс Саша.

– А вам, Саша, я вообще настоятельно не рекомендую выходить на лёд. Вы и на земле плохо стоите, – произнесла я, с иронией глядя на него.

Саша в ответ мне положительно кивнул и остался послушно стоять на месте.

Прокат был небольшим домиком и стоял в гуще деревьев недалеко от катка. Надев коньки, я смело встала на лёд и шустро заскользила по нему. Юра тоже умел кататься на коньках, и мы вместе проехали несколько кругов. Надя тоже ехала по льду вместе с нами. Вдоволь накатавшись, мы пошли в парк. Софа, Рома и Саша даже не подходили к катку, а были всё время у ёлки, весело поглядывая на нас.

Когда мы подошли ближе, Софа вынула из пакета ещё одну бутылочку. Хлопок – и шампанское разлито. Саша свёл нас всех вместе, и мы, организовав небольшой круг, тихо запели:

– Под крылом самолёта о чём-то поёт зелёное море тайги…

Неожиданно в наш круг протиснулась незнакомая фигура мужчины, и он командным голосом произнёс:

– Распитие алкогольной продукции в общественном месте, статья 20.20 Кодекса РФ «Об Административных нарушениях» гласит о том…

– Вы кто будете? – спросил Юра.

– Андрей Юрьевич, майор полиции УВД по Западному округу города Москвы, могу и документы показать, – нахмурив брови, произнёс мужчина, протягивая красненькое удостоверение.

– Юрьевич, а я вот тоже Юра, Новый год же сегодня! Давайте лучше к нам присоединяйтесь, мы военные десантники.

– Хорошо, тогда коньячок сейчас мы и разопьём, – Андрей Юрьевич достал из бокового кармана куртки небольшую бутылочку трехзвёздочного коньяка.

К нам присоединились ещё две высокие девушки, они были вместе с Андреем Юрьевичем.

– Ура-а, с Новым годом, – все дружно закричали, поднимая вверх свои стаканчики.

– Девчонки, давайте знакомиться, меня Саша зовут.

Я потянула Надю за рукав и тихо шепнула на ухо:

– Пойдём отсюда.

Мы взяли Софу под руки, и все втроём стали выходить из парка.

– Влада, ты куда? – Юра шёл следом за мной.

– Новый год отмечать, старый проводили, – ответила я.

– Можно с вами?! – спросил Юра умоляющим голосом.

– Извини, не могу, – и я пожала плечами в ответ.

– Может, всё-таки встретимся, оставь мне свой телефончик? – не отставал навязчивый жених.

Я решила ничего не объяснять, махая ему рукой на прощание.

– Наденька, я найду тебя, милая, – закричал нам вслед Саша, он уже совсем не мог стоять на месте и шатался из стороны в сторону, словно маятник в часах.

Домой мы вернулись за час до наступления Нового года. Надя занялась сервировкой стола.

А я поспешила на кухню, чтобы поставить гуся с яблоками в духовку.

– Уже скоро куранты пробьют! – сказала Надя, торопливо раскладывая посуду и столовые приборы на столе.

Совершенно неожиданно раздался звонок в дверь.

– Кто же это может быть? – спросила Надя.

– Скорее всего, ошиблись квартирой, я никого не жду, – ответила я подруге и продолжила суетиться на кухне, раскладывая горячего гуся по тарелкам.

– В это время может прийти только Дед Мороз, но я всё же гляну, – ответила Надя и пошла к двери.

Послышался щелчок замка, и неожиданно из подъезда донеслась мелодия, кто-то играл на баяне и пел:

– Пять минут, пять минут,

Бой часов раздастся вскоре.

Пять минут, пять минут,

Помиритесь те, кто в ссоре.

Пять минут, пять минут.

Разобраться если строго,

Даже в эти пять минут

Можно сделать очень много.

Пять минут, пять минут,

Бой часов раздастся вскоре,

Пять минут, пять минут,

Помиритесь те, кто в ссоре¹.

Я вытерла руки о полотенце и тоже вышла в коридор посмотреть на артистов.

Девочки, словно военные по команде, построились вдоль стены, но только команды раздавал не военный командир, а сам лично Дед Мороз, посох у него был огромный, красиво украшен мишурой со звездой наверху. Он ударил им три раза и, как по волшебству, достал из своего красного мешка бутылку шампанского.

– Вот уже Новый год на пороге стоит, так давайте поднимем бокалы, друзья! – радостно произнёс Дед Мороз.

Парень улыбнулся и снова запел:

– Ах, как с Дедушкой Морозом

Познакомиться хочу!

Красоты моей не хватит —

Самогоном доплачу!

Дед Мороз со Снегурочкой

Ходят всюду вместе.

В каждом доме наливают

Граммов им по двести!

– У-у-ух, – подхватили девочки.

Надя топнула ножкой и закружилась в танце с баянистом.

– Ну что же вы стоите в подъезде, сейчас куранты пробьют, проходите, присаживайтесь, – гостеприимно пригласила я всех домой.

Парень перед нами вежливо поклонился и запел:

– А меня зовут Артём,

Меня знает целый дом,

День и ночь я на баяне

Повторяю «Вальс Бостон»!

Он ещё раз сделал поклон перед нами и представился:

– Артём – моё имя, всем здравствуйте!

Молодому человеку от силы было лет двадцать пять, это был высокий русоволосый парень с отличной осанкой и красивым актёрским лицом.

Я посадила всех гостей за стол, мест хватило всем. А в это время по телевизору поздравление президента уже подходило к концу, заиграл гимн, мы все встали из-за стола, и с бокалом в руках я произнесла:

– Давайте загадаем свои самые сокровенные желания под бой курантов и выпьем шампанское. Пусть все мечты исполнятся в Новом году!

Когда куранты пробили двенадцать ударов, наши глаза с Дедом Морозом встретились, и я стала понимать, что мне они знакомы, а его длинные чёрные ресницы я узнаю из тысячи других ресниц. Но виду решила не подавать.

– Поздравляю всех вас с наступившим Новым годом! Подарок каждому отдам за наслаждение – для меня из ваших уст стихотворение! – торжественно произнёс Дед Мороз.

Артём снова взял баян и запел частушки:

– Дед Мороза полюбила.

Ох, горячий он мужик!

Так меня поздравил мило,

Что родился Снеговик.

Снеговик внимал капризу

Прикрепить морковку снизу,

А исполнилось когда —

Он растаял от стыда.

Девочки взяли шарфы и косынки и, весело держась под руки, закружились в танце.

– Мы частушки вам пропели

Хорошо ли, плохо ли,

А теперь мы вас попросим,

Чтоб вы нам похлопали.

– Друзья, жду ваших стихов, кто что помнит, тот и рассказывает, а за это я вам конфетку с сюрпризом внутри подарю, – сказал Дед Мороз, вынимая из мешка пакет конфет с разноцветными фантиками.

– Называются стихи «Никогда ни о чем не жалейте», автор Андрей Дементьев.

Никогда ни о чём не жалейте вдогонку,

Если то, что случилось, нельзя изменить.

Как записку из прошлого, грусть свою скомкав,

С этим прошлым порвите непрочную нить.

Никогда не жалейте о том, что случилось.

Иль о том, что случиться не может уже…²

Стихи Надежда закончила под наши аплодисменты.

– Какая умница, Наденька, вот возьми конфетку, посмотри, что там внутри, – и Дед Мороз протянул синюю блестящую конфету Наде.

В конфете была записка, она прочитала её громко вслух:

– Подари свой поцелуй тому, кто тебе нравится.

Надя смело подошла к баянисту и поцеловала его в щёку. Артём тоже взял руку Нади в свои ладони и поцеловал в ответ.

Следующим декламатором стала Софа. Женщина встала в центр комнаты, выпрямила спину, расправила плечи, она выглядела уже трезвой, возможно, шампанское быстро вскружило голову и так же быстро выветрилось.

– Скажи-ка, дядя, ведь недаром

Москва, спалённая пожаром,

Французу отдана?

Ведь были ж схватки боевые,

Да, говорят, еще какие!

Недаром помнит вся Россия

Про день Бородина!³

Дочитав до конца стихотворение, Софа раскраснелась от волнения, а мы стоя аплодировали, и эмоции переполняли нас.

– Необыкновенно прочитала, – сказал Дед Мороз и протянул конфетку с сюрпризом.

Софа взяла её и скромно села за стол.

– Что там написано, читай! – сказала Надя, пытаясь отобрать конфету из рук подруги.

– Я сама. Расскажи о своей любви, если она есть в твоём сердце, – было написано печатными буквами на маленьком кусочке бумаги. Софа стала осматривать комнату, она что-то искала глазами, как бы вглядываясь в каждую деталь интерьера. И когда увидела икону Казанской Божьей Матери на окне за шторой, она подошла, встала на колени и, склонив голову вниз, тихо, почти шёпотом произнесла:

– О… Боже, как я тебя люблю! Прости меня за всё…

В царившей тишине она молча поднялась с колен, вытерла слёзы, которые появились у неё на щеках, и села к нам за стол.

Я была следующей.

– Утром в ржаном закуте,

Где златятся рогожи в ряд,

Семерых ощенила сука,

Рыжих семерых щенят⁴…

Дед Мороз похвалил и меня, тоже вручил конфетку с сюрпризом. В моей записке было написано, чтобы я поделилась своей самой сокровенной мечтой и желаниями.

– Я хочу, чтобы мой возлюбленный Пётр был сейчас рядом со мной, – с этими словами я порвала на мелкие клочки бумажку и подбросила её вверх.

– А желания надо исполнять, ведь я волшебный Дед Мороз, – и трижды ударив о пол посохом, он снял с себя бороду и шапку.

– Жарко у тебя дома, Владочка, – с улыбкой произнёс Пётр и нежно меня обнял.

– Так вы знакомы? А я и думаю, как может прийти в гости Дед Мороз, такого ведь просто не бывает, – весело сказала Надя.

– Но вы же немного поверили в сказку? – спросил Пётр.

– Поверили, – рассмеялись девочки в ответ.

– Но она здесь и ещё никуда от вас не ушла! – произнёс радостно Пётр. – Одевайтесь и спускайтесь вниз, а мы с Артёмом будем ждать вас на улице.

Такое приятное ощущение, когда в тёплый зимний день мягкий и пушистый снег ложится белыми хлопьями на лицо и одежду. Так же хорошо, когда, укутавшись в мягкий, тёплый плед в лютую стужу, ты сидишь дома и пьёшь горячий чай с лимоном и мелиссой. Так же хорошо, когда твой любимый человек окутывает тебя своей нежностью, и ты чувствуешь его любовь, она согревает твоё сердце, пронеся её через года.

Залпы мерцающего фейерверка встретили нас, когда мы вышли на улицу. Прямо у подъезда ребятишки суетились, настраивали свои праздничные салюты и бросали под ноги прохожим петарды. Я посмотрела по сторонам, Петра и Артёма нигде не было. Переминаясь с ноги на ногу, Софа проронила:

– Мёрзну…

И тут из-за угла нашего дома показался белый лимузин, он подъезжал к нам медленно и грациозно.

– Девчонки, – закричал Артём, приоткрыв форточку лимузина, идите к нам, карета подана.

Лимузин остановился у подъезда. Створка ламбо-двери повернулась на 130 градусов. Пётр сидел у самого входа и протягивал мне свою руку, словно лакей. В салоне стоял пряный запах ванили, и тихо звучала музыка. Кожаные сидения тянулись вдоль лимузина, а на противоположной стороне находилась барная стойка с фужерами и шампанским.

– Как тебе мой сюрприз, Владочка? – и Пётр приобнял меня за плечи.

– Очень красиво придумал, но самый большой подарок – это твой неожиданный приезд.

– Я очень хотел увидеть тебя и подарить нам с тобой праздник.

– У тебя всё здорово получилось.

– Да нет же, милая, всё только начинается. Тебя сейчас ждёт что-то очень приятное и незабываемое.

Наш лимузин двигался плавно и быстро по автомагистрали. Мы были счастливы в эту ночь, а память такие моменты оставляет гореть яркими звёздами на всю жизнь.

За еловой веткой, в лесу

Через некоторое время машина замедлила ход и совсем остановилась. Створка ламбо-двери поднялась вверх, и перед моим взором распростёрся хвойный лес. Ветерок сразу донёс запах хвои и еловых шишек.

– Хороших выходных, – сказала я на прощанье всем, кто остался в машине.

Лес с редкими деревьями был больше похож на лесополосу, сквозь стволы и сгустившийся сумрак проглядывало замёрзшее озеро. Протоптанная тропинка проходила через деревья и вела нас к нему. Вблизи от озера стояли дома, это были дачи.

– Вот мы и пришли.

Пётр подошёл к большому дому, который состоял из двух этажей и был полностью сделан из бруса.

– Красиво тут, – сказала я, оглядываясь по сторонам.

Вокруг дома росли кусты смородины и малины. Двор был ухожен и чётко разделён дорожками, которые вели к бане, беседке и куда-то ещё. Рядом с домом была припаркована уже знакомая мне Chevrolet Aveo.

– Скажи, а кто такой Артём?

– Сын моего старого знакомого с Украины, который живёт сейчас в Москве. Хороший, умный парень, он учится в институте на врача-стоматолога.

Пётр достал огромную связку ключей из своей кожаной сумочки аспидного цвета. Дверь была массивная и закрыта на несколько замков. Перебирая ключи один за другим, он вспоминал, какой именно ключ нужен.

Через некоторое время дверь со скрипом отворилась. И мы сразу оказались в небольшом коридоре. Интерьер был подобран под стиль кантри и очень хорошо подходил к атмосфере дома, сделанного из натурального материала.

В центре зала стоял старинный патефон, сам корпус смотрелся не потрёпанным, но ручка для завода пружины вся проржавела. Пётр подошёл к нему и стал разбираться с механизмом проигрывателя. А мне захотелось обойти весь дом и осмотреться. Зал на первом этаже, скорее всего, был предназначен для приёма гостей, праздничных мероприятий, а также здесь было два спортивных тренажёра. В конце зала находилась лестница, ведущая на второй этаж. Ступеньки были далеко расположены друг от друга, и мне пришлось высоко задирать ногу, чтобы перенести её на ступеньку повыше. Второй этаж имел более уютную обстановку, он был разделён на две комнаты. Одна комната являлась спальней с широкой кроватью, шкафом, а на противоположной стене красовалось трюмо с зеркалом, украшенным декоративными красными розами. В другой комнате стоял вмонтированный в стену дровяной камин, отделанный керамической плиткой, и два кресла-качалки. Между креслами стоял стеклянный журнальный столик, а на нём была большая ваза с декоративными фруктами. Тишину дома нарушила старинная мелодия, которая сейчас заиграла на первом этаже.

– Владочка, я, кажется, справился со сложной задачей и запустил старую технику.

– Я иду к тебе.

Рядом с лестницей меня ждал Пётр, он протянул мне руку, чтобы я благополучно оказалась внизу. Затем он обнял меня, и мы закружились в танце.

– Раз-два-три, раз-два-три, – повторяли мы, совершая вальсирующие движения под музыку.

– Эта новогодняя ночь – самая длинная в моей жизни, – произнесла я счастливым голосом.

– Ведь это хорошо, мы вместе, и мы счастливы, – улыбнулся в ответ Пётр, и его взгляд пронзил меня так, что я затрепетала, и бабочки защекотали внизу живота.

Через некоторое время мы выбились из сил и поднялись наверх.

Возле постели Пётр обнял меня и начал целовать.

– Как же я всё это время скучал по тебе, – прошептал он, продолжая целовать, поднимаясь от голени и выше, всё больше оголяя меня.

Он поднял платье, покрывая поцелуями мой обнажённый животик. Расстегнув бюстгальтер, он с жадностью припал к моему возбуждённому соску, безотрывно лаская его. Я издавала тихие стоны, и моё лоно наполнилось влагой. Он резко стянул с меня трусики и вошёл в меня. Совершив несколько движений, он довольный лёг рядом и уснул.

Время неумолимо быстро бежит, а стрелки на часах отсчитывают минуты нашей жизни. Минуты образуют час, который переходит в день, дни уходят в года. Года превращаются в вечную жизнь во Вселенной. А иногда так хочется просто взять и остановить время.

Когда мы проснулись, за окном было уже темно.

– Привет, соня, – произнёс тёплым голосом Пётр. – Сейчас, наверное, около шести вечера.

– Мы же никуда сегодня не спешим? – спросила я, потягиваясь лёжа на кровати.

– Конечно, мы можем здесь и месяц жить, только я могу быть вместе с тобой всего три дня. А потом мне нужно будет уехать в Чернигов и быть на службе в храме.

– Жаль, что так ненадолго, – сказала я и грустно вздохнула.

– А сейчас будет очень надолго, – произнёс Пётр и начал целовать мои возбуждённые соски, а рука его стала разгуливать у меня между ног.

– Ты мой самый желанный мужчина, – произнесла я, обнимая его за шею.

Когда мы насладились друг другом вдоволь, нам сразу захотелось есть.

– Владочка, я купил сосиски, мясо, картошку и хлеб. Мы можем сделать из них гриль, – радостно произнёс Пётр.

– Давай разожжём камин, – сказала я, на ходу накидывая лёгкий полупрозрачный халатик, вчера я всё-таки успела покидать в сумку немного своих вещей.

Пётр подошёл к камину, взял дрова, которые лежали рядом с ним, и бросил их в топку. Огонь стал всё больше разгораться, а жёлто-красные языки пламени начали свой всё поглощающий танец.

– Сейчас я принесу пакет с едой, – произнёс Пётр и пошёл к лестнице.

Я осталась сидеть у камина и смотреть на огонь. Древесина, сгорая, потрескивала, огонь метался по дереву, словно красное чудовище, которое не оставляло ничего живого на своём пути.

– Заждалась, милая? А мне в голову сейчас пришла одна забавная мысль, ведь получается, в этом году мы ещё совсем не кушали, – сказал Пётр и громко рассмеялся.

– Мы должны быть сейчас очень голодные, – в ответ улыбнулась я.

Я нарезала сосиски и хлеб на крупные кусочки и надела на шампуры. Пётр поставил рядом с камином кресла, и мы удобно устроились в них, взяли в руки по шампуру и начали обжаривать с разных сторон. Сосиска медленно подрумянивалась и источала ароматный запах.

– Интересно, чей же это дом? – поинтересовалась я.

– Одной женщины, она является моим духовным чадом, я молюсь за её душу каждый день, а она в благодарность разрешила мне бесплатно пожить в нём.

– У тебя много таких духовных чад, батюшка?

– Много, Владочка, мне проще с женщинами, но и мужчины тоже есть духовные чада. Вот, к примеру, машину, на которой сейчас езжу, мне подарил один крутой и известный бандит Князь.

– Бандит? Я и не думала, что у них есть какие-то отношения со священнослужителями.

– Конечно есть! А как же? Я исповедую ему грехи, а за это он благодарит меня подарками и деньгами. У меня очень много богатых женщин в духовных чадах, которые имеют свой бизнес. Есть владелицы сыродельного завода, кожевенного завода и завода пищевых ароматов.

– Очень интересно. Расскажи мне про свою жену.

– Давай не сейчас, – ответил он.

– Я должна всё знать, расскажи, – уже настойчиво потребовала я.

– Хорошо, поговорим, но только после ужина, а то ещё аппетит пропадёт, – ответил Пётр и засмеялся.

Сосиски-гриль и жареный хлеб удались на славу. Жареный хлеб получился хрустящим, а сосиски были сочными и пахли дымом.

– После вкусного ужина можно и поговорить, – уже довольным голосом сказал Пётр, разглядывая догорающие угольки в камине и палкой переворачивая печёную картошку.

– Где сейчас твоя жена?

– Она в больнице, проходит химиотерапию под наблюдением врачей. Ещё неделю она будет там. Ведь у неё рак молочной железы, я уже говорил тебе об этом.

– Она может умереть? – спросила я с небольшим сожалением.

– Есть два варианта: она умрёт или всё-таки я помогу ей вылечиться. Я собираю деньги на её лечение, и люди мне в этом помогают. Владочка, я её не любил никогда, а женился только из жалости. У неё были плохие отношения со своей матерью. А сейчас мне очень тяжело с ней живётся, она кричит на меня по любому поводу. Эти скандалы изводят меня. Я несчастный человек.

И я увидела слёзы в его глазах.

– Уйти от неё я не могу, ведь я священник, мне нельзя. Меня могут лишить сана, и буду я батюшка-расстрига.

– Я не знала об этом, Пётр, и мне сейчас очень больно, – тихо произнесла я, и по моим щекам потекли слёзы.

– Владочка, ты мне очень нужна. Но прошу тебя, давай не будем пока ничего решать, время всё расставит на свои места. Я не могу без тебя жить.

– Ты мне тоже очень сильно нужен, очень, очень, – ответила я.

Лицо Петра порозовело от огня, он откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и задремал. Время было около полуночи, мне ещё спать совсем не хотелось. На первом этаже стоял небольшой книжный шкаф со старыми, толстыми книгами и бесчисленными томами энциклопедий. Я взяла одну книжку и решила немного её полистать. В доме стояла тишина и полное безмолвие, и только небольшое потрескивание затухающих угольков исходило от камина.

Вдруг на первом этаже со стороны кухни раздался звон, что-то упало на пол и разбилось. Я пошла на звук. Вскоре передо мной предстала картина: недалеко от стола, на полу валялись две кастрюли, а рядом сидела огромная крыса и смотрела на меня своими маленькими чёрными глазками-бусинками.

– Бух! – неожиданно произнёс Пётр, который стоял уже сзади меня, обнимая за талию. – Забыл предупредить тебя, здесь есть крысы.

– Я уже поняла! – смеясь, ответила я.

– Влада, а ты очень храбрая, как я погляжу. А если бы это были грабители?

– Пустяки…

– Да… тут Лидия Ивановна попросила расставить капканы на грызунов.

Крыса сразу метнулась под стол и скрылась из виду, как будто услышала, о чём мы говорим. Пётр поставил крысиный капкан с сосиской внутри под стол.

– Надеюсь, что утром она будет уже поймана, не переживай, они обитают только на первом этаже, – сказал Пётр и, взяв меня за руку, повёл спать.

Мы легли вдвоём под одеяло, и я почувствовала, как его губы снова начинают покрывать поцелуями моё тело. Он раздвинул мои ноги, и его поцелуи заставили их согнуться в коленях и положить их к нему на плечи. Вскоре я сотрясалась в конвульсиях от сладострастия, его язык ласкал, а губы целовали моё лоно, и в эту минуту мой рай был именно здесь и сейчас.

Дин-дон! Дин-дон! Часы на стене пробили полночь. Я иду по дому, этому мрачному, серому дому. В одной комнате при приглушённом свете стоит матушка Мария, она не была против того, чтобы я осталась у них на ночь. А вот ещё одна комната. Дверь со скрипом стала медленно открываться сама. Мне стало жутко интересно, и я решила взглянуть. Что же там за дверью? Комната была небольшая, в ней ничего не было, только висели серые обои на стене. Там же на стене сидел мужчина, его длинные, чёрные волосы были разбросаны по всему телу, лицо тоже не было видно, оно было закрыто длинными волосами. Мужчина с огромной скоростью стал бегать по стенам, полу и потолку, внезапно он подполз ко мне. Я пристально посмотрела на его лицо и сквозь волосы разглядела его глаза. О боже, что я увидела! Это был Пётр.

– Пётр! Пётр! – кричала я сквозь сон.

– Владочка, просыпайся, что случилось?

Пётр взволнованно стал трясти меня за плечо.

Моя ночная рубашка пропиталась влагой от пота. Когда я пришла в себя, на меня смотрели всё те же глаза из моего кошмара.

«Не может быть, – подумала я. – Этот Пётр из сна сущий бес. Какой глупый и ужасный сон. Мой возлюбленный просто ангел и добрейшей души батюшка». Я начала отгонять навеянные мысли этим кошмаром.

– Моя ты сладенькая, что тебе такое приснилось? Ты как будто дьявола увидела.

– Его и увидела, – шёпотом произнесла я.

– Я отведу тебя в храм на службу, а потом тебе нужно будет обязательно мне исповедаться. А сейчас у нас день здоровья! – произнёс Пётр.

– Что мы будем делать? – поинтересовалась я.

– Баньку сейчас натоплю, веники берёзовые есть, напаримся, а потом массаж тебе сделаю, и ты мне, если захочешь.

– Мне любая королева позавидует.

– А ты моя Золушка! – радостно протянул Пётр.

– Но ведь сказка о Золушке закончилась хорошо, она вышла замуж за своего любимого принца, – произнесла я с радостью в голосе.

– Твоя сказка тоже будет счастливой, в чудеса надо верить, – и после этих слов Пётр поцеловал меня.

– Я пойду, растоплю баньку и позову тебя, – сказал он, спускаясь вниз по лестнице.

Прошёл почти час, но его всё не было. Моё терпение лопнуло, и я накинула шубу и вышла на улицу.

Банька была сделана из качественного бруса, а рядом с ней была уютная веранда. Пётр плотно прикрыл дверь, он хорошенько её протапливал, а из трубы валил густой, чёрный дым.

– Владочка, сейчас уже скоро будем заходить.

Лицо Петра раскраснелось. Из одежды на нём был надет только джемпер.

Внезапно подул сильный ветер, который донёс до нас нарастающий звон бубенцов и цокот копыт. И тут из-за поворота показалась тройка белых лошадей, запряжённых в сани, а в них несколько мужчин, одетых в русский национальный костюм. Они пронеслись мимо нас и скрылись где-то в белом облаке снега.

Пётр открыл дверь в баню, и на нас повалил густой пар.

– Банька уже протопилась, пойдём.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

1 Песенка про пять минут. Музыка Анатолия Лепина (Анатолса Лиепиньша), слова Владимира Лифшица.

Вернуться

2

1 Стихи «Никогда ни о чём не жалейте». Автор стихов – Андрей Дементьев.

Вернуться

3

1 Стихи «Бородино». Автор – М. Ю. Лермонтов.

Вернуться

4

3 Стихи «Песнь о собаке». Автор стихов – С. А. Есенин.

Вернуться