Попаданцы и их жёны. Книга шестая
Планета Фея. Том 1
Анатолий Завражнов

© Анатолий Завражнов, 2021

ISBN 978-5-0055-5248-8 (т. 6)

ISBN 978-5-4498-8548-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Очередь подошла…

С этой планетой, как и с тремя другими, вся группа в полном ещё составе знакомилась издалека месяц назад. Теперь их оставалось четверо – двое, Андрей и Виктор, уже вкалывали на Первой Земле и, как ни странно, были живы. Более того, Андрей умудрился посетить базу с женой и двумя первоземлянами. «Творец» Бенедикт пока гостил у Палыча и выдавал накопленную за полвека информацию. А из-за второго, властителя, чуть было все не погибли. Невероятным образом выручил тот же Андрей, да ещё и захватил в плен станцию властителей – с ними вплотную разбирался Палыч, это уж точно их внутренние дела. Но разбирался долго, до сих пор, иногда отвлекаясь на своих наёмников. Главное, что Андрей сумел оставить друзьям полную информацию о происходящем на Земле, кое-что от Палыча он утаил. И правильно – подозрение, пусть реальное хоть на один процент, в том, что соплеменники Палыча сами захотят вернуть себе планету, вполне оправдано. Будто их предки вовсе не причастны к катастрофе! Оставил Андрей и некоторые вещи, к примеру, «шар возврата» – теперь, если что, можно сразу и на Землю рвануть в обход заказчика. И эти, как он их называл, «чешуйки». Тоже название придумал, хоть и напоминают они карповые пластинки, если тот с пуд весом. А Илья их будет называть «лепестками» – кому какое дело, может, бывает растение с такими цветочками по берегам тихой речки, в которой так хорошо ловить тех, кто с чешуйками… Видимо, именно лепестки помогли выжить станции после удара властителей, а вот в то, что они преодолели сверхзащиту станций, Илья не верил. И никто из друзей не верил. Палыч поэкспериментировал – не получилось, сам он и его сотрудники от этого ходили в трансе, пока гений Егор не предположил, что подобный эффект мог быть достигнут вкупе со своеобразными магическими способностями Андрея, приобретёнными именно на Земле. Хорошо, что Андрей со своей Клионой вовремя вернулись, иначе Палыч начал бы правды добиваться. А так – успокоился на время и ладно.

Наступила очередь Ильи. Через день должен уйти и Егор. Не со станции, а из поместья, где Палыч оборудовал пункт «старт-финиш» – техника, размещённая в подвале, была абсолютно недоступна пониманию землян, да оно им надо? Важно, что туда можно было вернуться самостоятельно откуда угодно, лишь не злоупотреблять этим видом транспорта. Палыч торопился продолжить расследование шибко агрессивных действий соперников. Флаг ему в руки. Алексей со Светланой вернулись домой, чтобы быть на связи с остальными. Связи-то может и не быть, но в резерве кто-то должен находиться – Алексей это понимал очень хорошо. А жена во всём его поддерживала, несмотря на то, что рвалась в новые миры. А поскольку на Первой, или Белой, Земле родственников Алексея не обнаружилось, то они могли оказаться на оставшихся трёх планетах из списка стариков. Вот третий «технологичный» мир и оставался для Лапшиных. Правда, без Палыча там делать было нечего: съедят, несмотря на всю магию.

Сегодня же, перед выходом на арену Ильи, Светка, вроде привыкшая к вечным его закидонам, чётко высказалась, что он, наверно, шибко мандражирует – иначе чего бы заваливал Палыча такими вопросами о своем объекте, на которые тот просто не в состоянии был ответить. Что там за народ обитает, какие религии могут быть, каков животный и растительный мир, есть ли огнестрельное оружие, воздушный транспорт… Что там с сантехникой типа туалетов, и как быть, если он на необитаемый остров шмякнется… Ну и что, что вложили ему немеряно сколько подробных инструкций и уточнений? А ещё дополнительных вопросов у Ильи оказалось тоже немеряно, и повторялись они с тупой периодичностью. Вот Светлана и не выдержала – сама ведь за брата переживала, хоть Андрей и клялся, что с Виктором всё в порядке..

– Ты вовсе крышей поехал, а? Откуда Палычу всё это знать – он там был? Ему же нельзя, засекут вмиг – не говорили тебе миллион и еще один раз? Чего пристал с идиотскими вопросами, попадёшь туда, сам всё узнаешь! Что ли, пугаться начал, а?

– Ага, узнаешь! Как не пугаться-то – вдруг меня неизвестной магией приголубят голубчика? А если меня съедят… Узнаешь… Вам чего – швырнут меня, как деревяшку деревянную, и трава не расти… А чего Палыч молчит, хоть наврал бы что напоследок, успокоил бы скитальца убогого!

Илья тоскливо завздыхал, глядя в мониторы, стирая и сдувая с них невидимые пылинки.

– Это я тебя вмиг успокою! – зашипела Светка. – Достал концертами! Брал бы пример с Витьки с Андреем – улыбнулись и адью!

– И чего ты нервничаешь, Илья? – наконец отвлекся от напряжённого наблюдения Палыч. – Всё, что можно об этой планете узнать – мы узнали. Повторяю, всё, что можно. Никак нельзя нам ближе подобраться, чтобы насчёт сантехники твоей уточнить. А так – вооружен свыше зубов, защита поставлена почти от всего, что только представить можно…

– Вот и именно, что «почти»! Глянь сам-то – от Светки нету защиты, а вдруг там такие на каждом шагу, а? Да с меня и парочки хватит, не выдюжу!

– С тебя, гада, сейчас и одной хватит! – Светка вдруг обняла приятеля. – Заканчивай, а? Вижу ведь, что нас успокаиваешь… Не мы уходим.

– Ага! – буркнул Илья. – А то нам неизвестно, кто больше переживает – кто уходит, чёрт знает куда, или кто ждать остаётся. Видели недавно – сама, как брата проводила, чуть всю усадьбу по брёвнышку не раскатала, мегера психованная!

– Сам такой!

– Ясен пень! – Илья улыбнулся и подмигнул Светке. – Прорвёмся!

– Вот и я о том же. Давай уж, готовься, мандражёр самодельный, через полчаса у точки будем. Так, Палыч?

– Тридцать две минуты. Но, действительно, приготовься полностью, чтобы глаза закрыл, и всё, адью. Проверь… Хотя чего уже проверять – всё проверили неоднократно, какие ж вы зануды… Самое главное, Илья, я и в двухмиллионный раз готов напомнить, не увлекайся! Маньяки адреналиновые! Один Андрей чего стоит! Скучно будет – отвлекайся на таких, как Светлана. А по делу – либо разбираться с властителями до конца… До самого конца, понял? Пусть и с нашей поддержкой, если всё там шибко серьёзно, если они жёстко влезли в жизнь аборигенов. Либо – вообще не дай повода тебя заметить, хоть для тебя это и трудно весьма. Пусть даже не подозревают, что о них что-то стало известно. Не раз об этом говорено. Только с вашим менталитетом в средневековье с катушек можно запросто сойти, вот и постарайся на них остаться, на катушках. И последнее. Егора тоже касается. Случится такое, что придётся вам в поместье вернуться, а меня там не окажется, включайте сначала автопоиск, не пользуйтесь телефоном. Будет у меня всё нормально или просто не занят окажусь, сам выйду на связь, поняли? И пусть это перестраховка, мало ли! Всё, Света, Алексей, Егор, прощаемся с этим… деревяшкой. До связи!

Спаситель с пирамиды

Приземлился Илья Гречишников не то чтобы мягко, но и без ущерба для здоровья – даже синяков не осталось. Как бы спрыгнул с двухметровой высоты, по ходу осматривая обстановку. «Посадочная площадка» представляла собой идеальный каменный квадрат метров пятнадцати в ширину. И в длину, естественно. Чистота полная почти – лишь с одной стороны наблюдался вал камней, брёвен, прочего мусора. Защита тут же обнаружила «сигналку» в виде крупноячеистой сетки, покрывавшей всю площадь. Зазмеились видимые обычным зрением молнии – только слегка задел паутинку. А неслабо могло тряхнуть. Высоковольтными токами, что ли балуются? Подошел сначала к захламленной стороне. А ничего себе ландшафт! Отсюда обнаружилась уходящая вниз, в неспокойное темное море, отвесная стена не меньше полусотни метров. Изломанная скала явно естественного происхождения. Обошёл периметр. Три другие стороны оказались той же скалой, облагороженной вырубленными ступенями. Пирамидка – ещё та! Зиккурат такой… Метров тридцать по ним скакать вниз, по этим ступенькам-то! Внизу наблюдалась довольно ровная местность, поросшая мелким кустарником – это рядом с пирамидой, а дальше – чуть ли не джунгли. Но скорее, тайга – всё же ближе к северу предполагалось место высадки. Предполагалось… Нету здесь никаких маяков-привязок – может, и джунгли. И вот как раз из этих зарослей выдвигался «комитет по встрече» – десятка четыре человек в кольчугах, шлемах. Шли, не особо поспешая – а куда оно там наверху денется? Гоготали. Но без беспечности – мечи присутствовали в обнажённом виде у всех. Кроме одного, как разглядел Илья в бинокль. Этот гражданин был старше воинов, с белой бородой, в зеленой развевающейся хламиде. Командир! Маг, к гадалке не ходи, кто ещё сигналку ставил? Жестами распределил своё войско так, чтобы восхождение началось сразу со всех трех сторон.

И чего Илье ждать? Хлеба-соли, наверное? Чтобы, значит, сперва любого пришельца испечь на электросетке, а уж после – с солью и хлебом. Братья по разуму! Хотя осторожность – дело не лишнее, но где пара-тройка парламентёров с пальмовыми веточками? Мечи – отнюдь не символ миролюбия и гостеприимства. Илья бросился к «морской» стороне, посмотрел вниз, тут же обнаружил нужный выступ, под которым наверняка должно было быть углубление. А нет его, и так сойдёт! Не более двух метров вниз – то, что надо! Вбил крюк, присыпал всякой трухой, прикрепил карабином стекловолоконный армированный шнур – прозрачен и выдержит десяток слонов, а то и побольше. Илья был полегче слонов, несмотря на оснастку. Хоть и решили отправлять его без скафандра, только – бережёного бог бережёт. Потому и меч, и кинжалы, и метательные ножи, и АКС-74 – всё было в готовности. Кто знает, что тут за порядки? Явно уже видно, что мирной встречи ждать не стоит. Собрал копну всякого хлама поближе к краю, прикрепил к запястьям и коленям «паучьи лапки» – готов!

Поднимался воинственный народ по-прежнему не спеша. Лишь тройка самых любопытных торопилась впереди всех. Чуть ниже по второй стороне ещё четверо. По третьей – то же. Метров на пятнадцать отставал от них маг, и уже потом накатывала остальная толпа.

Илья вынул меч, встал по центру. Вот и первые три головы. Осмотрелись выпученными от усердия глазами, перевели дыхание, выпрыгнули… И завопили, корчась в «сетке»! Ай, бестолковый командир – забыл отключить свою поделку. Или думал, что от добычи она отключится? Илья – он что, дурак молнии задевать? Вспомнил, однако, услышав крики, отключил. А получившие своё перестали дёргаться и не стонали даже – видно, померли. Следующую четверку ничего не сдерживало. Выскочили и молча кинулись на пришельца. Расстались с головами как раз, когда над краем площадки стали появляться очередники. Эти бегство уже увидят.

Гречишников бросился к краю пропасти, столкнул ногой приготовленную кучу камней и бревен, прыгнул, ухватившись за шнур. Ниша под выступом будто специально была приготовлена для таких случаев. Липучки прочно зафиксировали тело на скале – сверху никак не разглядеть, разве что следом прыгнуть. И слышно всё. Ага, слышно, а понять не судьба – таких языков Палыч не знал, не было ничего подобного в его загашниках. Так что – только интонации. Которыми маг пользовался во всё неслабое горло. Но сначала швырнул вниз три полуметровых огненных шара. Грохот там внизу был страшен. Море вскипело, поднялся вонючий туман. Полетели потом вниз мимо Ильи трупы. Семеро – быстрые такие похороны случились, видать, остальные не домой идут, ещё на какое-то мокрое дело. Иначе забрали бы с собой погибших – не звери ведь вроде. Хотя… Да этот старичок при случае и цунами сотворит, и подводную лодку утопит запросто! Причём без всяких «здрасьте, вы кто такой будете?» – чем-то этот маг пришёлся Илье не по душе. Может и не поверить в его гибель, искать потом начнёт. И ведь может найти! С его-то способностями.

А маг тем временем, поразорявшись вволю, заторопил куда-то своё воинство. Выбравшись минут всего через пять на площадку, Илья никого уже тут не обнаружил. Сигналка снова действовала, потому он очень аккуратно ставил ноги в ячейки – оно надо, чтобы комитет опять явился? Кстати, может, тут рядом есть ещё такое же «место приземления»? Проверить не мешает. Потому Илья, спустившись и пожевав шоколадку с водой, отправился следом за встречавшими.

Шёл он в полукилометре позади группы – мало ли, может, охранение выставляют или у мага есть средства обнаружения? Потерять преследуемых не опасался – хоть воины явно по лесу ходить умели, но всё же почти сорок человек всегда наследят. А заметанием следов они озабочены не были. Да с таким магом кто им страшен-то? Сам Илья своих способностей не применял – вдруг обнаружат, ничего же абсолютно о местных возможностях он не знает.

А маг своему отряду роздыху не давал: четыре часа скорого, насколько позволял лес, шага – это же не меньше двадцати километров! Мысли по голове Ильи бродили разные, оттого он чуть не пропустил момент остановки – метров до трёхсот расстояние сократил, раззява! Группа расположилась и замаскировалась в мелколесье, а что впереди, Илье видно не было. Он осторожно сделал огромный крюк с правой стороны и обнаружил довольно приличную дорогу. Заросшую, конечно, травой основательно, но видно же, что ей пользуются, пусть и нечасто. Стало быть, маг кого-то ждет. Очень ему нужного этого «кого-то» – слишком уж торопился от пирамиды.

Уже слегка познакомившись с характером мага, Илья не сомневался, что тот устраивает гадость. И пока неважно кому: враг моего врага – мне не враг. Вот такой постулат для начала, после может по-всякому обернуться. Там запросто и похлеще кто окажется – между сволочами тоже конфликты бывают. Засада была устроена с обеих сторон дороги, там, где та делала поворот и расширялась до размеров приличной поляны. Нашлось местечко, откуда эта полянка просматривалась неплохо. Мешали, правда, заросли кустарника, но не очень. Они же и маскировали Илью, учитывая еще и качественную камуфляжку. Ждём. Приготовив при этом АКС – мечом за сто метров не очень удобно геройствовать. Кстати, просматривая материалы жизни на Первой Земле, наёмники обратили внимания, что ни Андрей, ни Виктор своими огнестрелами не пользовались. Но это ни о чём не говорит. Для начала лучше демонстрировать технику, чем магические способности: техника, она так, могла и на дороге валяться.

Карета с гербами на дверцах в сопровождении двух десятков охраны появилась на полянке с дальней от Ильи стороны. Он увидел, как сзади за каретой зашевелились кусты – окружение завершено быстро. Маг выскочил на дорогу, поднял руку, останавливая кавалькаду. Вперёд выехал пожилой воин, обнажил меч. Справа встал парень, также с мечом. Илья даже головой потряс – парень-то явно молодой, но здоровенный же! Это видно, несмотря, что тот на коне, тоже не хилом. Физиономия – кровь с молоком, чем не былинный богатырь? Может, ростом и пониже Ильи, но по ширине! Слева от старшего – человек неопределенного возраста в светло-бежевой накидке с капюшоном, скорей всего, опять же маг. Они на каждом шагу тут? И с капюшонами обязательно? Десятка два охранников приготовили арбалеты, окружив карету.

Маг-засадник чего-то долго кричал, указывая руками то на карету, то на воинов и на дорогу в обратную сторону.

– Ага, понятно, чего тут не понять? – мелькало у Ильи в голове. – Старичку нужно что-то, находящееся в карете. А скорее – кто-то. Только имеются несогласные. Драка неизбежна с неизвестным результатом. Всё будет зависеть от того, насколько силён маг сопровождения.

Защитник уже установил мерцающий купол. Разъярённый нападающий начал швыряться шарами – пока не сильно большими. Наверное, опасался повредить карету. С тыла и с боков выскакивали уже знакомые Илье воины. Защелкали арбалеты – изнутри стрелы проходили свободно. Но нападавших было больше. Просто больше. А маг не мог защищать сразу всех – он и с одним-то противником вряд ли справится!

Илья поднял оружие. Разрывная пуля разнесла голову нападающего вдребезги. Палыч еще озаботился и серебряным напылением, после его рассказов-ужастиков лишним это не казалось. Главная помеха для охраны исчезла – это были профессионалы. И оставшимся без колдуна-командира бандитам уже не светило ничего. Так что очень скоро по лесу раздавался редкий громкий шум от небольшого числа живых беглецов. Совсем недалеко убегавших. Илья и вмешаться не успел, да и зачем? – только подошел к месту драки, где его настороженно встретили путники. Меч в ножнах за спиной, автомат спереди – на ремне, руки пусты, на что, конечно, все обратили внимание.

Первым заговорил воин, видимо, командир или глава семейства… в общем главный тут. Он указал на труп мага, вопросительно глянув на Илью. Тот утвердительно кивнул, дотронулся до АКС. Потом, чтобы время зря не тратить, присел на корточки, прутиком схематично изобразил на дороге пирамиду, ткнул себя в грудь, посмотрел снизу на окружающих. Те поняли, возбужденно загомонили. Командир подозвал мага и, глядя на Илью, показал сначала на маговы глаза, затем – на голову Ильи. Гречишников понимающе улыбнулся, пожал плечами: раз надо, пусть смотрит. Маг наблюдал в голове недолго – а что там смотреть: встреча на пирамиде, шествие по лесу да тутошнее событие… Но, видимо, интересные моменты всё же оказались, маг чего-то возбужденно объяснял окружающим.

В это время из кареты выбрались четверо: женщина лет сорока по земным меркам, девушка и две девчонки-близняшки лет четырнадцати. Все в дорожной одежде – куртки, брюки, сапожки. И шляпки, конечно – не в шлемах же дамам путешествовать! Командир успокаивающе улыбнулся, приобнял женщину, что-то коротко проговорил. Девочки жались к старшей – то ли сестре, то ли няньке, однако с нескрываемым любопытством разглядывали Илью.

Маг прекратил объяснения, Илья почувствовал, что начинаются расспросы, и не ошибся. Только всё же успел приложить руку к груди, коротко поклонился.

– Илья.

– Мельен, – воин повторил жест Ильи.

Неожиданно вступила одна из мелких. Указала пальчиком на Мельена.

– Герон Мельен… – и добавила еще слово, видимо, «папа» или «отец» – так почувствовалось. – Герони Элен, – это в сторону старшей женщины с соответствующим дополнением. А перед именами, видимо, местные титулы. – Лара, – указала на себя.

– Лора, – вступила вторая. – Витас, – указала на молодого человека.

– Мерг Карлен, – в сторону мага.

– Лиза, – это девушка.

И обведя рукой остальных, произнесла что-то общее. Воины или охрана, или типа того.

Илья с интересом наблюдал, как присутствующие восприняли участие девчонок в ритуале знакомства. Ясно, что они были всеобщие любимицы. Мать только погладила их по белокурым головкам, успокаивая. Чтобы, значит, старшим не мешали к делу приступить. Они и приступили. А что воинов интересует в первую очередь, как не оружие? АКС подвергся тщательному осмотру с пристрастием. Отвечая на всеобщее недоумение, Илья достал один патрон, зарядил. Предварительно показав жестами, что подобного добра – мало. Похлопал себя по ушам, как-то пояснив народу, чтобы прикрыли свои малость. Нашел взглядом метрах в пятидесяти что-то похожее на большую сосновую шишку на дереве, выстрелил.

Лора с Ларой уткнулись в Лизу, которая в ужасе зажмурилась и присела. Элен побледнела, не более. Мужчины только чуть вздрогнули да дёрнули себя за уши. Двое помчались к упавшей шишке. С возгласами восторга рассмотрели её и, подбежав к остальным, показали сквозное отверстие. С этим пока всё. Дальше был меч. Маг, видимо, рассказал, что этот клинок слишком легко снёс головы четырем нападающим на пирамиде. Потому его осмотр был более придирчив, чем огнестрела. Илья не преминул продемонстрировать, как меч режет металл – снял саблю с убитого бандита. Вот тут восторг был длительным – от качества привычного оружия зачастую сама жизнь зависит.

Бинокль особого внимания не привлек – были, наверное, подобные магические штучки-аналоги. А вот паучьи лапки… Когда маг показал на запястья и колени, Илья поначалу не понял, чего тот хочет. Только, когда маг, расставив руки, как бы приклеился к карете, дошло. Закрепив повязки-браслеты, Илья в мгновение ока оказался на высоком стволе дерева, где сучьев практически не было. Что началось-то! Первыми, естественно, были Лора с Ларой. Пришлось доставать второй комплект. Но они недолго развлекались – всё же страшновато, видимо. Так ведь и у взрослых мужиков детство заиграло во всех местах. Даже маг с Мельеном не устояли.

…Среди воинов двое оказались ранены: не в игрушки игрались. Один – сильно. Хоть маг и помог, в седле воин сидеть не способен, поэтому его поместили в карету, а коня предоставили Илье. То, что он идёт с семьей Мельена, не обсуждалось. А куда ещё, собственно, ему идти, если с пирамиды? Всем ясно, что он совершенно тут чужой, без языка, с пустой головой.

– Лора! – крикнул Илья, поравнявшись с каретой.

Выглянула мордашка Лары. Ага! Опыт распознавания хитрых близняшек имелся – учились с ним в классе две такие любительницы меняться местами. Будто не заметил, что у Лоры глазёнки хоть и серые, но чуть темнее, чем у сестры. А волосы, наоборот, слегка светлее. Ещё и по мелочи различались…

– Ты… – Илья нахмурился. – Ты – Лара! Нечего мне мозги парить! Хочешь ко мне на коня?

Естественно, всё сопровождалось жестами. Илья и девчонку-то позвал, чтобы начать знакомство с местным языком. Со своими новыми способностями он собирался через неделю уже нормально разговаривать. А может, и раньше, если практики будет достаточно, почему ж не организовать эту практику? Для начала нужен элементарный частотный словарь. А кто, как не ребенок, его предоставит?

Лара недоуменно дернула бровями, но выскочила на подножку кареты очень быстро, с помощью Ильи устроилась впереди него. Знакомству и общению помогла шоколадка: Илья отломил квадратик, положил в рот, зажмурился от удовольствия. Протянул остальное Ларе. Та недоверчиво посмотрела, но медлить не стала, повторила маневр Ильи. Прислушалась к себе, улыбнулась…

– Мама, Лора, Лиза! – и вопросительно глянула на Илью, показав плитку.

Тот поощрительно кивнул, и угощение оказалось внутри кареты. Вскоре оттуда послышался звонкий смех, и в окне поочередно показались женские лица, чего-то лопоча. Явно, благодарили. Илья достал плитку поменьше, вложил в ладошку Лары и начал разговор.

– Илья – я, Лара – ты, Лора – она, Лора, мама, Лиза – они. Переводи, давай!

Лара включилась с пол-оборота, дальше сама стала называть окружающие предметы. С глаголами и отвлеченными понятиями, естественно, было сложновато. Тут помог видеодиктофон, в котором Илья хранил немеряное количество картинок и всяких фильмов. Дело почти пошло, однако, услышав восторженные вопли Лары, в карете заверещала её сестра, чуть не вываливаясь из окна. Пришлось пристроить её кое-как перед Ларой спиной к ходу движения. Обучение Ильи двинулось семимильными шагами – реформированная память с аналитическим уклоном шансов перенедопониманию не давала.

А чуть погодя – вообще уж быстрее некуда началось. В карете же ещё две женщины оставались! И что, что взрослые? Пусть одна – почти. Любопытство у слабого пола от возраста только расцветает, иногда, правда, плоды ядовиты весьма… Да это так… не со зла. Элен что-то крикнула Мельену, карета остановилась. Мельен, улыбаясь, предложил Илье покинуть четвероногий транспорт и переместиться в карету – места там хватало, не телега, чай! Как говорится, что хочет женщина, того желает бог. На одном сиденье спал раненый, на другое дамы усадили между собой Илью, девчонки устроились на полу. Все склонились над экранчиком, называя узнаваемые вещи, спрашивая Илью о незнакомых растениях, животных. Технику, быт и прочую специфику, резко отличающую технологичный мир от этого, тот старался пока не показывать – объяснять-то бы пришлось, а как?

Ближе к вечеру встали на ночёвку рядом с озером. Пособирав вместе с народом хворосту для костра, Илья искупался. Прежде кое-как уточнил, что ничего опасного тут не живёт. Картинку с крокодилом никто не узнал. Акула – да, это было знакомо, но – не здесь, где-то далеко-далеко, судя по девчоночьим жестам, в морях. Правда, обитали тут змеи, типа анаконды – этих тоже опознали. Причем водились они совсем недалеко от места стоянки, как понял Илья уже от взрослых, в болоте, расположенном справа километрах в двух-трёх. Места своего обитания никогда не покидали – что тому причиной, никто не знал, либо Илья не понял. Весьма опасные огромные твари с непробиваемой шкурой, из которой малочисленным счастливчикам, оставшимся в живых, удавалось делать непревзойдённые по прочности доспехи. И очень-очень вкусные эти змеи – рассказчики глаза закатывали от недостижимого удовольствия!

Так что поплавал он в чистой и теплой воде вволю и понырял, надев очки. Рыбы встречалось много, а рыболовные принадлежности – это ж обязательный атрибут всех наборов выживания. Девчонки не отставали от него ни на шаг, ничуть не стесняясь наготы. Он и плавать их поучил маленько, а уж в удочки вцепились с восторгом – не оторвать. Тем более что и клевало непрестанно. Так что добычи хватило на всю компанию. Рыбу просто над костром поджарили без лишних изысков, соль с травками нашлись – и прекрасно. Война войной, а вкус свежей еды у костра никто не отменял.

После ужина Илью захомутал маг. Или мерг, как тут эту породу называли. Причём, как понял Илья, тот сразу нацелился создать автоматный патрон – не больше, не меньше. А чего ж отказываться, если получится? Во-первых, боеприпасы не бывают лишними – их всегда и везде мало или очень мало, а во-вторых, не плохо бы и самому научиться материальные предметы создавать. То, что он умел – раскрывать пока не собирался, а маг вроде никаких способностей у него не обнаружил – энергоузлы были замаскированы качественно. У самого мага подобное «приспособление» Илья успел заметить. Быстро осмотрев всех, к удивлению, увидел слабые узелки у близняшек. Это пока слабые – специальные же занятия нужны, да и просто возраст, может, не позволял усиливаться. После видно будет.

В общем… Сразу выяснилось, что маг, наверное, состоял в дальних родственных отношениях со стариком Хоттабычем. Тот ведь смастерил уличный телефонный аппарат из цельного куска золота, не озабочиваясь никакими внутренностями. Тут главное, что этот Карлен не побоялся неудач – взял и сделал. «Довести до ума можно и напильником».

Когда маг, разглядев патрон, взвесив его, обнюхав и попробовав на зуб, создал точную копию, естественно, цельнометаллическую, Илья на дороге нарисовал ему и всем желающим целый комикс-анекдот с поправкой на средневековые условия. Вручили, например, кузнецу чертёж сложного шлема, а у того получается ведро и всё. Чертеж чуть не сжевал с расстройства мастер – ничего, кроме ведра, не выходит. Не выдержал, пошёл к чертежнику. Тот и обматерил беднягу, указав на мелкую подпись под рисунком, которая гласила, что окончательная доводка производится напильником. Кто это говорил, что с чувством юмора тут не очень? Очень даже «очень»! Несмотря на языковые проблемы. Сурдоперевод – это не ерунда какая-нибудь! Особенно, когда собеседники умные. А в том, что именно такие и встретились, Илья уже не сомневался.

Маг, отсмеявшись, потребовал объяснить ошибку. В Илье горестно и шумно вздохнула жаба, даже поцарапалась и укусила, но он вытащил пулю, аккуратно высыпал на листок растения пороховой заряд. Показал, что состав должен быть очень точным по весу, если структура аналогична. При невозможности достичь таковой необходим эксперимент с соблюдением техники безопасности и охраны труда. Понятно? Иначе башку оторвет, а то и еще чего-нибудь более нужное. Маг понятливо кивнул. Затем несколько крупинок Илья переместил на сухой листок и поджег зажигалкой. Порох вспыхнул. Маг задумчиво почесал тыковку, повертел зажигалку, сам поджег еще часть заряда, забормотал чего-то, пытаясь совсем уйти в себя. Но Илья не дал – надо ж всё сразу показать! Взял стреляную гильзу – он после выстрелов, конечно, их прихватил. Показал на капсюль, сравнив целый и разбитый. Объяснил, чем капсюль разбивается, и что происходит с патроном дальше.

Внимательный слушатель понял вроде всё, и Илье предложили уматывать и не мешать творческому процессу думания. Илья умотал, только зажигалку всё равно вложил Карлену в руку – делай, давай, заодно и это! Мелкие уже заждались, изнывая от нетерпения. И сна – ни в одном глазу. Да, между прочим, и у взрослых появилось немало вопросов по картинкам. Кто-то просто хотел знать, что за животное, например, крокодил или жираф, кто-то интересовался, с чем их едят в буквальном смысле. Лора с Ларой уже пометили то, что есть в этом мире, с удовольствием просвещая неуча с пирамиды. Лиза хотела увидеть побольше людей, воины – оружия… Илья попросил немного, несколько дней хотя бы с этим подождать, сначала ему нужно узнать побольше о месте, где оказался. Поняли, согласились. А! Элен волновало, как можно такие картинки создавать. Она показала медальон с портретом молодого парня, который теперь – Мельен наверняка. Но то был рисунок. Да не может быть, чтобы маги не знали способов, пусть не фотографирования, так какого-нибудь магического производства картинок, фильмов, звукозаписи. Или копирования – вот то, что Карлен пытается сделать. Элементарно для доказательств хотя бы… не важно чего – преступлений, договоров. Или для развлечений. Надо узнать.

Пока же просто сделал несколько снимков – притом пришлось вспышку применить, стемнело как-то незаметно за всеми хлопотами. Показал. Включил и диктофон на воспроизведение.

– Буду слушать и повторять, понятно? – причем сказал это уже на местном языке. Коряво сказал. Но брови окружающих поползли вверх по лицам.

– Илья, ты же уже говоришь по-нашему? Так быстро?

– С такими учительницами и быстрей можно! – Илья прижал к себе близняшек. – Читать научите? И писать?

– Да они и сами-то ещё еле-еле! – засмеялась Элен. – Вот вместе и будете учиться. Правда, магу, вижу, уже не до занятий будет. Но вот Лиза поможет, да и ещё образованные найдутся.

Посмотрели на свои фото, послушали диктофон, поржали над произношением Ильи… Послушав несколько фраз на языке Ильи, мелкие тут же нацелились научиться говорить по-русски, но обломались – пора спать, и в этом Элен была неумолима. Хотя Илья, приняв как неизбежное, настырность девчонок, предполагал, что они от этой мечты не откажутся. Да и ладно, взаимная учёба плодотворней и интересней.

Расположились окончательно на ночлег. Элен с Мельеном устроились в карете, воины для себя и мага поставили походные палатки. Родители вознамерились забрать близняшек к себе, но Илья установил им свою палатку, непромокаемо-утеплённую, уложив под днище толстый слой лапника – ничего особенного, зато внутри постелил пуховый спальник, на двух мелких впору, еще и место осталось. Посмотреть на счастливых девчонок в этом укрытии явились все. Каждый из этих всех посчитал своим долгом проверить работу молнии. А Лиза расположилась рядом с ними на одеялах. Предварительно смущенно и вопросительно посмотрела на Илью. Тот только улыбнулся, показав, что будет ночевать у костра с охраной. Девочкам было не холодно, а лапник – тот же матрас, так что засопели они, обнявшись, очень скоро. И Лизу к себе втащили.

Илья думал, что совсем ему будет не до сна – от переживаний, мыслей, неспешных, точней, через пень-колоду разговоров с дежурными. Действительно, стало не до сна, но причина того… Часа через два после полуночи лагерь был разбужен. Не охраной и не сигналкой, установленной магом, а диким воем со стороны болота. В этих звуках Илья не разобрался – пронзительные визги, утробное рычание… Все вскочили, хватая оружие, готовя факелы. Лошади испуганно ржали, прижимаясь ближе к костру. Девчонки высунулись из палатки, к ним тотчас кинулась Элен, потеснив дочерей и Лизу назад, в укрытие. Но полог закрывать не стала – нужна же возможность выскочить быстро, если потребуется.

Вой и лай в лесу то усиливались, то немного стихали, чтобы стать громче снова. Илья оглядывался на попутчиков, но все молчали, напряжённо прислушиваясь.

– Я не уверен, но… – настороженно проговорил Карлен вполголоса. – Но это могут быть водяные волки. А на них магия не действует, только сталь.

– «Что ещё за ерунда? – подумал Илья. – Это я накаркал в небесах: съедят, мол, гражданин!»

– А вдруг там люди? – наконец не выдержал он.

Мельен пожал плечами – всё может быть.

Подняв автомат, Илья показал в сторону непонятного шума, посмотрел на Мельена вопросительно. Тот оглянулся на бойцов. Те поняли вопрос, кто утвердительно кивнул, кто просто обнажил оружие, кто бросился за факелами. Понятно: если вдруг звери напали на людей, надо выручать. Неважно пока, кто они – да хоть лесные разбойники, после разберёмся… Никто не сомневался в выборе поступка. Оставили пятёрку охраны, маг проверил свою защиту, двинулись в дорогу, в темноту, где шум практически стихал, только уже далеко слышалось нечто, похожее на странный собачий лай.

Илья успел достать и прикрепить налобный фонарь. Обычный такой, из любого рыболовного магазина, что в соответствии с рекламой «действует до тысячи метров». Как правило «до» могло означать и сотню, и много меньше. Но этот, усиленный аккумуляторами, подзаряжающимися от энергии человека, мог и до тысячи, если местность ровная. А так – Илья расфокусировал отражатель, чтобы захватывать светом побольше площадь, – метров на двести светил уверенно. Попутчики уже и не удивились – столько уже увидели, только прибавили скорость.

До источника неведомых звуков оказалось не более трёх километров, причём он был несколько правее предполагаемого болота. Полчаса скорого, насколько было возможно, хода – и отряд вышел к месту события, на опушку леса. В переломанном, помятом редколесье виднелось… На первый взгляд – груда скрученных неведомой силой телеграфных столбов, чёрных, лоснящихся под светом фонаря. Приготовив мечи и арбалеты, рассредоточились, подошли ближе. Илья обшарил лучом фонаря всё вокруг – ничего подобного больше не было видно.

Огромная змея, так похожая на земную анаконду, сжала в смертельных кольцах двух животных, очень походивших на собак. Шкуры их, одна абсолютно чёрная, вторая – серая, были изодраны, в крови. Только пасть одной сомкнулась на горле змеи, другая ухватила тварь прямо спереди за нижнюю челюсть. Все три зверя были мертвы.

– Наверно, змея переползала в соседнее болото, наткнулась на стаю водяных волков, решила поживиться. Обычно волки уходят – не по зубам им эта шкура, а тут… Это ведь самки, может решили защитить щенков, вступили в драку. Остальные ушли, – так Илья понял предположения Карлена.

Потому внимательно прислушался. Чуть слышный писк доносился из-под близких корней упавшего дерева. Там оказалось три щенка, которых он с большой осторожностью вытащил и уложил на вынутый из рюкзака плащ. Щенки дрожали, но молчали. Чуть в стороне раздался еле слышный слабый визг. Илья обнаружил прямо под стволом дерева ещё троих сирот.

От всех шестерых исходил явный запах испуга, голода, непонимания. Эмпаты, что ли? А почему и нет – не Земля. Вернулся к группе. Все продолжали разглядывать побоище, но уже готовились к активным действиям: достали широкие ножи, осматривая «вкуснятину», освобождали собак из захвата агрессора. «А ничего так собачки! – восхитился Илья. Экстерьер у каждой, не считая остромордой головы и пушистого хвоста, – почти правильный квадрат со стороной где-то под метр двадцать. Тела поджарые, сухие. Чуть портили их, конечно, набухшие сосцы, так это обычное явление и сезонное. Всё пришло бы в норму. Иметь такую зверюгу в друзьях – это ж какая охрана! Только если, вправду, они эмпаты, другом для них будет „запечатлённый“ в первые минуты или часы прозрения. Импринтинг это называется… Но это не проблема, проблема – как выкормить?»

Народ с недоумением разглядывал новоприобретенное имущество Ильи. С недоумением или страхом?

– Зачем? – спросил Карлен. – Очень опасно. Они не живут с людьми.

– Проверим… – коротко ответил Илья, и больше к этому вопросу не возвращались. Щенки начали волноваться, шевелиться, скулить. Илья попробовал их мысленно успокоить – точно, поняли, притихли.

Двоих бойцов Мельен отправил в лагерь за лошадьми, остальные начали священнодействовать над змеёй. Илья предложил свои кинжалы и меч, что значительно ускорило работу с естественной бронёй. Действовали споро – опыт подобных работ имелся, да и, вообще, задерживаться тут ни у кого желания не было. Так что к прибытию тягловой силы шкура была снята и свернута, мясо порублено на метровые куски. Их получилось шесть – нехило!

А трупы собак Илья предложил использовать в качестве приманки – плохо ли дополнительно получить ценного продукта? Сначала его не поняли, но он как мог словами и жестами объяснил, что предлагает остаться здесь ему и магу, устроившись на дереве. Собак уложить неподалеку, метрах в двадцати. Если подползут по следам первой другие обитательницы болота, маг услышит или почует, несмотря на бесшумность передвижения, дальше вступят в действие фонарь и автомат. Услышав выстрелы, если таковые будут, люди с лошадьми должны вернуться сюда. Вот и весь план. Не выйдет – и ладно, но чего ж не рискнуть? ничего ж не теряется, а такая добыча при удаче карман не сотрёт.

Карлен рискнул первый. Собственно, без него и не вышло бы ничего, как все понимали. А Илье очень уж не хотелось самому расшифровываться – он мог и своими средствами обнаружить мишени, только пусть уж сначала местные маги сами. А то и суток не прошло, а о нём и так немало узнали.

Подходящее раскидистое дерево, похожее на дуб, обнаружилось метрах в двухстах в сторону родного болота анаконды, собак расположили чуть дальше. С помощью бойцов охотники поднялись как можно выше, щенков Илья потащил с собой, несмотря на некоторые неудобства, – никто и не возражал, опасались, однако сами-то их забрать. Выбрал развилку, с которой хорошо просматривался предполагаемый сектор стрельбы. Стали ждать.

Каким уж образом змеи почуяли мясо, осталось тайной. А может, они просто пошли по следам «разведчицы». Личный поисковик Ильи обнаружил их метров за триста где-то через час ожидания. Пять штук. Естественно, Илья и не подумал показать магу свою осведомленность – для чего он-то тут остался? И надо посмотреть на местные способности.

Карлен прикоснулся к плечу Ильи через сто метров змеиного пути. Ползли они быстро, хотя по суше, наверное, двигаться им было не так комфортно, как в воде. Скоро послышался запах болота, именно болота – гнилой воды, водорослей. Отнюдь не пахло чем-то специфически животным. Илья приготовился – заранее договорились, что Карлен подаст тот же знак, когда «дичь» окажется метров за десять до приманки.

Волнение Карлена достигло предела перенапряжённой струны, но он выдержал. Илья включил фонарь. Змеи от неожиданности подняли головы над травой, глаза их загорелись багровым. Охотник успел выстрелить только дважды. По резво крутанувшимся и удирающим тварям стрелять не было никакого смысла. Илья уже успел убедиться, что у них не шкуры, а танковая броня. А две пули вошли точно в пасти. Умирающие тела молотили так, что кустарник будто косой резало. Минут пятнадцать это буйство продолжалось – не меньше. Люди вниз не спускались, и свет Илья не гасил, наоборот, сузив луч, обшаривал округу. Было совсем тихо. И пусто.

Осторожно подъехали всадники – их было шесть, ещё столько же свободных лошадей вели на поводу. Не торопились особенно – ориентировались на свет фонаря, хоть свой путь освещали факелами, а много ли от них толку на ходу?

Восторг постарались сдержать, дел с новой добычей предстояло много, и требовалось спешить, но восемь человек справились быстро. В лагере, естественно, никто не спал. К Илье тут же бросились мелкие.

– Илья, показывай немедленно, показывай! – затеребили наперебой.

Ясно, что не шкуры анаконд их волновали, кто-то из взрослых уже сообщил про щенков. Да ему и самому не терпелось посмотреть на это чудо, которым, оказывается, пугали непослушных детей.

Щенки как щенки – мало, что ли он с такими дома дело имел: сантиметров двадцати в длину, головы крупные, тела упитанные – мамаши хорошо заботились. Как вот теперь? Но и такой опыт имелся. Глаза не открылись еще, но до этого скоро – черные черточки явно об этом сигналили.

– Нравятся?

Девочки молча закивали, осторожно касаясь зверят. А те молчали, хоть и зашевелились активно. Чувствовали благожелательное спокойствие людей.

– Выбирайте по два друга себе – чёрного и серого, наверняка разнополые. Двоих себе оставлю.

Лара и Лора долго не думали и не спорили – просто провели ручонками над щенками, и в руках каждой оказались будущие питомцы.

– Сюсюкать не будем, нужно думать, чем и, главное, как кормить? Бульон остался мясной? Тащите в горшках!

Илья, подсвечивая фонариком, отыскал шесть полых недлинных соломинок, подравнял концы, один из которых слегка сплющил. Девчонки явились с кормом. С нетерпением ждали, что дальше. И не только они – многие любопытствовали из свободных, уж Элен-то с Лизой тоже тут были. Вот и помогут. Илья накрыл горшки крупными листьями, похожими на лопухи, Лиза сходу сообразила – нашла на себе какие-то ленточки, оторвала, крепко перевязала горлышки. Осторожно вставив соломинки, Илья уложил один горшок на бок, дождался, пока бульон закапал, разомкнул челюсти черного малыша. Тот втянул жидкость, тихонько недовольно заурчал, мотая башкой – а то! – не мамкино молоко! Только голод – не тётка, начал помаленьку сосать. Народ вокруг заулыбался, а пятеро голодных почуяли, что шестой-то ест! Без них! Заскулили, потянулись к горшку. Лора с Ларой тут же повторили действия Ильи, и скоро уже все шестеро волков прижавшись попарно друг к дружке, тянули мясную замену привычной еде. Не стали выпендриваться – значит, будут жить!

С утра, посоветовавшись со спутниками, Мельен приказал отъехать километров на двадцать от опасного болота, найти подходящее местечко, чтобы в течение дня закоптить всё мясо – испортится на жаре, маг с таким количеством не справится, чтобы двое суток хранить до дома. И шкурам нужна начальная обработка, иначе закостенеют – можно выбрасывать. Так и сделали. Глаза у серых щенков открылись днём, у черных – к вечеру. Девчонки, как и сам Илья, не отпускали их с рук, пока глазёнки не сбросили мутную пленку и начали стремительно чернеть. Вот тут и передохнуть можно. Хотя ни Лора, ни Лара передохнуть не желали. Они не вспоминали картинки, забыли про свои вечные вопросы. Но «невечный» остался: как ухаживать за волками, скоро ли они вырастут, что будут есть, какого они роста, какие у них зубы, сильнее ли они охотничьих собак… Илья, учитывая сложности с языком, добросовестно рассказывал как мог, что знал, а знал он о животных очень много. К сожалению, о земных животных, а вот об этих именно – ничего. В чём честно и признался, сказав, что постарается вычитать о них в какой-нибудь книжке.

Разговор продолжился и в последний день дороги.

– Библиотека-то есть в доме?

– В замке-то? – переспросила Лора. – Конечно, есть. Агромадная! Только мы с Ларой читать почти совсем не можем – не интересно это.

Илья с недоумением посмотрел на Элен. Это как это? Та горестно всплеснула руками.

– Девочки уже давно приступили к занятиям. И учитель неплохой у них – наш священник. Он многих учил, и все мучились. Самое трудное – буквы запомнить, да слова из них складывать.

– А почему это трудно? – заинтересовался Илья. – Алфавит большой? Или слова пишутся не так, как слышатся – бывает…

– Алфавит небольшой – тридцать знаков. Только называются они так странно. Например, «антарина», «вербенна», «гриморс», «элистрет»… И так далее. И смысла в этих названиях нет.

– Ясненько… – задумчиво протянул Илья. – «Буки», «веди», а также «дельта» с «лямбдой» отдыхают! Так это поправимо. Это для меня, в первую очередь, нужно. А есть там карты географические, книги по истории, биологии, медицине?

– Всё есть, Илья! – улыбнулась Элен. – И даже любовные романы. Правда, Лиза?

Та засмеялась.

– Шикарно! – потер руки Илья. – Уже хочу туда, в библиотеку! Когда доедем-то? Разговор случился на дневном привале.

– Да скоро, скоро! Мы ж почти на месте. Нынче же к вечеру, еще по светлому дома будем…

– Девчонки, а вы своим зверям имена дали? Без этого трудновато общаться. Они привыкать должны, к кому вы обращаетесь.

– Ой, забыли же! – всполошились мелкие. – Всё «Серенький», да «Чёрненький». А как волков называют-то, Илья?

– Да как угодно, – засмеялся тот. – Главное, чтобы не длинно и чтобы нравилось вам и им. Хоть там Ветер, Ураган, Арбалет, Горшок… Кстати, учтите, что серые – это девочки, черные – мальчики.

– Да ну тебя! – возмутилась Лара. – Скажет еще – «горшок» какой-то! Вот «Ураган» – мне нравится. Как тебе? – спросила она черного щенка, подняв его к лицу. – Ураган, Ураганчик пока что? – Щенок неумело попытался лизнуть хозяйку в нос. – Вот, ему нравится! – восхитилась Лара. – А ты, серенькая, будешь у нас тогда «Грозой», ладно? – Гроза не возражала. – Здорово! Ураган и Гроза! Ха, всех змеёв порвем!

– Вот ты, Лара! – насупилась сестра. – Опять меня опередила. – Но моим и не подходят такие имена, они у меня ласковые и добрые. Хотя змеёв тоже будут рвать! Назову их… Назову… Будут они «Ветер-Ветерок» и «Речка»! Как вам, маленькие?

И у этих возражений не было. Точно, все просто чувствовали друг друга.

А со своими Илья уже раньше договорился, что у него вырастут агромадные «Пушок» и «Пушинка». О чём и сообщил девочкам. Всем понравилось.

Добрались до места, как и предполагалось – в сумерки. Илья всё-таки довольно сильно утомился, особенно головой, которая поглотила уйму языковой информации, и бросил только мимолётный взгляд на местность, окружающую поместье князя Мельена Севера. Само поместье, или замок, или усадьба, располагалось на возвышенности в сосновом бору, на его территории уместилось бы с полдюжины футбольных полей. Или дюжина? Речка протекала по одной границе, устремлялась по пологому склону вниз и там, на заливном лугу впадала в другую – пошире. Вдали, километрах в трёх за лугами в туманной дымке виднелись крыши, шпили, башни города Северного, который и был столицей княжества. Слева от замка раскинулась деревенька, точнее, село – там возвышалась церквушка, увенчанная остроконечным шпилем с круглым навершием. Вправо, за замковой стеной, уходила вдаль наезженная дорога, видимо, в городок – по дуге огибая луг. Собственно, по ней путники и подъехали к поместью, только вышли на эту дорогу по лесному тракту с севера.

– Если с севера идём три дня, а княжество Северным называется, то сколько земель к югу? Скорей бы в карты уткнуться! – мелькнула мысль. – Хорошо ещё, не забыл местное название планеты узнать – Фея! Красиво, однако, и со значением – для меня, понятное дело.

Хоть Илья и очень подробно знакомился с глобусом этой планеты при подготовке, однако куда попал – не знал пока. Обозначить пункт приземления в принципе не представлялось возможным, и не было точной точки привязки: может, пирамида стояла на берегу северных морей, а может, это было внутреннее море, или фиорд какой, крупный залив, да просто – большое озеро. Когда девчонки говорили об акулах, ими употреблялось выражение, соответствующее примерно «большой воде» – пойми тут, о чём речь. Дома не так? Арал, Каспий – то море, то озеро.

Дворня уже предупреждена – у князя имелся переговорный амулет, но о событиях он говорил только в смысле возвращения, никакие подробности похода князь не сообщил. Потому, наряду с суетой встречи, никто не скрывал неуёмного любопытства. А сказал бы Мельен заранее хоть самую малость о пришельце или о нападении на них, уже шумела бы тут и деревня, и половина города, не иначе!

Для Ильи покои приготовлены, он быстренько дал указания сестрёнкам по размещению щенков, отправился с Пушком и Пушинкой к себе. Подготовиться к трапезе – так он понял. Почиститься, помыться, причесаться. Но сначала покормить животных, что и сделал, попросив служанку принести не слишком крепкого бульона.

Через час его позвали вниз – трапезная располагалась на первом этаже, или ярусе, или жилье – какая разница? Зал, на взгляд Ильи, вместил бы человек триста, а то и больше, – а что, князь тут величина немалая, видать. Немалая? Да ведь – первая величина! С этой административной структурой придется разбираться. И не только с этой. Илья вздохнул. Собственно, торопиться-то некуда, но всё же срочные вопросы никуда не денешь: устроиться – где-то, легализоваться – как-то, узнать обо всей обстановке – у кого-то, главное – как добраться до «первоземлян». Или как их тут кличут и знают ли о них вообще? И это вопросы только самые-самые! Хорошо хоть с языком вроде наладилось, но до идеала, даже до нормы – не близко. И князь со всей семьей оказались отнюдь не средневековыми дикарями. Хотя в смысле «дикарей», может, их на этой планете и вовсе нету? Все вот такие? Ага, кроме напавших на эту самую семью. Именно с этой ситуации завтра и следует начать.

Князь Мельен собрал на «встречную» трапезу всех обитателей поместья, абсолютно всех – до последнего дворника и золотаря. Наверное, случай небывалый – бывали наверняка общие праздники, но ведь не в парадной же зале дворца. Или как тут называется это здание? Донжон, может быть? Терем? Нет, девочки вроде употребляли слово «замок». Пусть так, какая разница-то – всё не хижина. Хоть за прошедший час с небольшим все, естественно, уже были в курсе главных дорожных событий, от тех же бойцов отряда, к примеру, но слова из уст князя – это не просто информация. Это ещё и оценка, и какие-то требования. Слушали с открытыми ртами, особенно о нападении мага герцога Белисена, об охоте на змей…

Князь не стал скрывать, что Илья – выходец с пирамиды, и не слукавил, сказав, что, кто он такой и откуда – неизвестно. Типа с памятью проблемы. Илья решил, что так и, вправду, лучше будет. Спокойней. Выразив напоследок надежду, что о найдёныше никто, кроме присутствующих, не узнает, Мельен разрешил праздновать вволю.

Илья, уточнив время завтрашней встречи и название ночного светила изумрудного цвета, раза в два побольше луны, отправился спать. Местную луну звали Фейлин – подруга Феи, стало быть. Никто не подошел с вопросами – деликатный люд понимал, что человеку отдых необходим. Не только отдых, надо продумать дальнейшее своё поведение. Пока вопросов не было, но они будут – от князя, княгини, от мага. Почему это пришелец ничего не помнит, но настолько хорошо разбирается в своём оружии, в содержании картинок в чудесном амулете, в отношении с животными? Не подозрительно это? Ещё как подозрительно! Потому и нечего дожидаться этих вопросов, а что ещё хуже – молчаливых подозрений. Надо самому высказать недоумение по этому поводу, ещё и у мага спросить, что тот думает. А сам… Например, голова не помнит ничего, но что-то всплывает в ней временами под воздействием внешних событий. Пусть так пока.

С рассветом Гречишников проснулся вполне отдохнувшим – впервые за время дороги и дней нервного напряжения перед «забросом». Деревенская тишина, запахи земли, леса, дождя, петухи орут, мягкая постель – что ещё надо-то? Ещё поспать малость? Только внизу на полу – тихая возня, чуть слышная волна тревоги, ожидания… Свесив с кровати голову, Илья с улыбкой посмотрел на шуршащих в корзинке «пушистых колобков». «Эк вы растёте-то! – удивился он, – Три дня всего прошло, а будто две недели вас откармливали!». Щенки, и вправду, как-то ненормально поправлялись. Так это для Земли ненормально, а тут – откуда знать, как вырастают дикие звери? Как раз вот такая скорость роста, может, и должна быть, иначе – «естественный отбор, однако!» Ну-ка… Илья погладил шелковистые спинки, почесал волчат за ушами, осторожно провёл пальцем по пасти – так и есть, твердеют десны, вот-вот зубки начнут являться – в природе чем быстрее начнешь питаться сам, тем больше шансов выжить. А пора вам, действительно, питаться!

Кухню он нашел без труда – запахи всё-таки специфические на любой кухне! С удовольствием втянул в себя горьковатый дымок – а ремонту кое-что требует! Тихо, без суеты, своим делом занимались полдюжины женщин и девушек, а может, и больше: как успел заметить вчера Илья, обитателей поместья было немало!

– Доброе утро, кормилицы! – негромко поздоровался он. – А не спасёте ли от голода трёх сироток, которые были бы вам так благодарны!

– Ой! – всполошились поварихи. Причём сразу все, и обступили Илью, державшего в руках корзинку с волчатами. – Это ж вы, господин…

– Илья, – подсказал Илья.

– Да, да, господин Илья…

– Просто – Илья! – настойчиво поправил. – Какой-такой я вам господин? А вас как зовут, благодетельницы?

Старшая, пожилая женщина с улыбчивым лицом, назвалась Карминой, остальных Илья тоже, присмотревшись, запомнил.

– Кармина, дорогая, мне бы свой зоопарк покормить. Очень уж быстро подрастают…

Приоткрыл крышку корзинки, женщины осторожно заглянули. На лицах одновременно отразились страх и умиление. К счастью, второго было больше, намного больше.

– Ух ты! – восхищённо, и сразу замирая от сладкого ужаса, прошептала совсем молоденькая девушка. – Вот это и есть кошмарные водяные волки? Да враньё это – они же такие милые, хорошенькие… Илья, а погладить можно?

– Можно. Только как бы сначала их покормить, а то ведь они тебе, Лидица, пальцы поотгрызут по уши!

– Ох… – отдернула руку молодка. – Чего пугаешь, и зубов нету у них! Чем кормить-то?

– Давайте, если есть, мясного бульону, яйцо туда сырое разболтаем и чуть-чуть яичной скорлупы растолчем – для костей полезно! А заодно посоветуйте, чем эти соломинки заменить – нельзя таким важным господам из соломинок, их с хрусталя положено потчевать.

Девушки рассмеялись, одна вспомнила, что где-то хранятся специальные соски для новорожденных ягнят, другие бросились готовить волчью трапезу. Кармина присела на корточки к корзинке, погладила задумчиво щенят.

– Чего такие спокойные-то? Наши бы собаки давно такой вой и скулёж устроили…

– Эти чувствуют, что их скоро кормить будут, а малость потерпеть – это не беда. В лесу не будешь себя визгом выдавать.

– Правильно. А что так рано поднялся-то, Илья? Нет, у нас в замке и господа не привыкли разлёживаться, но первый же день! Сам-то поешь ли?

– Нет, спасибо, вот от сока какого-нибудь не отказался бы.

– Вот, господа волки, уже и вы нормальную посуду заимели… ешьте-поправляйтесь! – Илья пристроил кувшинчики к мордам Пушка и Пушинки, улыбнулся и сам замурлыкал что-то типа «Антошка! Антошка! Готовь к обеду ложку!». И не заметил, как вокруг него опять столпились женщины, с удивлением больше прислушиваясь к пению, чем наблюдая за кормёжкой диковинных зверей, ушки у которых смешно дергались в такт мелодии.

– Вот так! – удовлетворённо заметил Илья, поглаживая брюшки блаженно раскинувшихся щенят. – Под музыку-то и есть веселей, не только работать! Ещё будете кормить, красавицы?

– Если будешь также петь, хоть вовсе не уходи! – чуть не хором засмеялись поварихи.

– Договорились! Сейчас мелких пригоню, разоспались лентяйки! …Стоп! Кармина, давай-ка, посекретничаем, – отошли в сторонку к небольшой скамеечке. – Скажи мне, почему это одна из ваших девушек так странно прихрамывает? Мне кажется, что при наличии магов да других лекарей не должно такого быть.

Кармина приложила к глазам платок, завздыхала горестно, присела рядом.

– Не знаю, Илья, как тут объяснить. Вот горе такое в этой семье давнишнее – через раз, от бабушек к внучкам передаётся эта хворь, одна ножка всегда короче. Никогда и никакие лекари, знахари, травницы, маги помочь не могли. Вот и Алиту нашу князь Мельен аж в столицу возил, показывал. Ничего не получается. Они уж попривыкли давно. А жалко ведь, Алите – шестнадцать, скоро бы и замуж собираться, да… сам понимаешь. Хотя и выходили раньше все, очень уж работящая семья. Отец у девочки пахарь, урожаи лучше всех, мать с коровами возится, с другой живностью, в семье пятеро детей, все при деле, кроме двух самых меньших. Вот так.

– Позови-ка девочку ко мне на минутку, да и сама посиди рядом, чтобы она не пугалась меня.

Кармина посмотрела на Илью с нескрываемым недоверием, но просьбу выполнила. Очень смущенная вниманием княжеского гостя девушка нерешительно присела, не сводя взгляда с волчат, что развалились на коленях Ильи и чуть не мурлыкали от блаженства. А девчонка-то – красавица! Это сразу в глаза бросалось: большие, чуть скошенные вверх чёрные глаза в пушистых ресницах, брови вразлёт, точёный прямой носик… волосы тоже тёмные, пусть не «вороново крыло», но близко к тому. Чуть-чуть скуластое лицо. И остальное всё – при ней. У парня дыхание перехватило. За что такая прелесть наказана?

– Хочешь подержать? – спросил Илья и, не дожидаясь ответа, переложил Пушка на коленки к Алите.

Та вздрогнула от неожиданности, осторожно положила ладошку на спину зверька и застыла от удовольствия. А Илья старался рассмотреть, что же там за гадость-то с ногой? У Алиты сразу обнаружился совсем незаметный узелок силы. И что, никто из магов его не видел? А может, и так – кому надо рассматривать тщательно простолюдинку всю-то? Да, ногу смотрели, даже, наверно, пытались и исправить как-то. А толку… Эти узелки, как понял Илья ещё дома, все они своей командой поняли, эти узелки – они же не просто так, хоть с маковое зёрнышко, всё равно по всему телу раскидывают энергию, пускай настолько мизерную, что она и опытным магам не видна. Раскидывают, значит. А после, может, в одном случае на миллион, что-то мешает по всему-то телу, где-то сбой происходит, препятствие некое, тромб своеобразный. И то место, куда не доходит сила, начинает хандрить и не работать, как положено. И дело не в самом больном месте, а именно в той «пробке», что канал энергии перекрыла. Вот как тут, в районе колена. Такие болячки – удел одарённых, ничего абсолютно совершенного в мире не бывает! Илья задумался – в основном о том, как не выдать себя полностью. Да ладно…

– Алита, один вопрос к тебе. Скажи, твоя бабушка обладала даром? Может, лечить умела или что еще?

– Да, господин… Илья, а как вы узнали? Бабушку мою тоже Алитой звали, она очень известной была травницей, лечила животных. Людей тоже пользовала, но реже. Она говорила, что нельзя разбрасываться, а надо делать то, что лучше получается. А как…

– Да случайно. После подробней расскажешь. Сейчас вот что сделаем. Кармина, найди чистую тесёмочку, любую, чтобы Алите на щиколотку можно повязать. А ты, Алита, глазки прикрой на минутку и руку мне дай. Вот так.

Илья прошелся своим светом по каналам девочки. В коленке, точно, виднелся некий серый клубочек, истончить его до пустого места оказалось несложно, сразу энергия от узелка поплыла вниз по ноге. Теперь усилить собственную силу этих косточек, мышц. До вечера ничего заметно не должно быть.

– Слушай внимательно, девочка, – сказал Илья, очень серьезно глядя в глаза Алите и повязывая ей на щиколотку кусочек синей тесёмки. – День проводи, как привыкла, а вот вечером постарайся лечь спать пораньше, прямо на закате. И главное, перед сном как следует поешь. Как следует – это значит очень много, до отвала, лучше чего-то мясного. Поняла? Я вот попрошу Кармину проверить. Кармина, если трудно будет Алите заснуть, дайте чего-нибудь успокоительного, есть такое?

– Да есть, есть, конечно, отвару сделаем, уснёт мигом. И чего после?

– Вот после и посмотрим, – усмехнулся, поднимаясь, новоявленный лекарь.

Через короткое время женщины услышали на лестнице шум, топот, ор и смех. В дверь ввалились хохочущие Лора с Ларой с корзинками в руках.

– Ой, маленькие наши, наконец, явились! – засуетилась вся прислуга. – Что так грохотали, кто это за вами гнался?

– Здравствуйте, тётушки, мы соскучились! – наперебой, и торопясь вывалить новости, затараторили сестрёнки, обнимая и целуя всех поварих. – Илья гнался, кто же ещё! С хворостиной…

– Батюшки! – ахнул кто-то. – Княжеских дочек – хворостиной!

– А как же! – важно заявила Лора. – Мы ему не дочки, а мелкие. И вам тоже, между прочим. А маленькие – вот они! – протянула она корзинку. – Это вот Ураган и Гроза…

– А у меня – Ветер и Речка! – открыла свою корзинку Лара,

– Давайте, давайте своих зверей, уже проголодались, небось! – заторопила Лидица. – Илья ваш показал, как и чем кормить,

– О! – восхитились девчонки. – Какие соски уже сделали! Спасибо!

И быстренько пристроили своих питомцев к кормушкам-поилкам.

– А это и не звери вовсе, а теперь такие друзья. А потом они – охрана будет. Мы с ними будем змеёв огромных рвать!

– Ну-ка, ну-ка… – заинтересовались тут же женщины. – Рассказывайте, как вы их там… рвали-то! Змеёв этих.

– А мы не видели! – с сожалением призналась Лара. – Только шкуры видели, агромадные – ужас!

– А зато видели, как страшный маг напал, начал огнями швыряться и кричать чего-то, А Илья – бах! А у мага голова – бум! – и разлетелась вся!

– Ага, а потом Илья еще – бах! И в шишке – вот такая дырища! – Лора развела ручонки, как могла.

– Потом Илья привязал нам вот сюда и вот сюда такие… липучки, мы на здоровенную сосну – раз! – и залезли, будто белки.

– А после все стали залезать, даже папа, Карлен и Лиза. Только мама не полезла – не захотела, страшно ей, небось, а так весело!

– И купались ещё в озере, Илья нас плавать учил, вот так – по-собачьи, он говорит. И рыбу мы с ним ловили такими удочками. Вот такая длинная хворостина, а к ней нитка прозрачная привязана…

– Леска!

– Ага, леска. А к ней крючок острый, а сверху поплавок плавучий.

– На крючок – червяка и в воду! Бах!

– А рыба как начнет хватать, как начнет! Мы на всех наловили.

– А Илья еще привязал к леске такую маленькую-маленькую рыбку железную…

– Как швырнет далеко в озеро!

– Как у него там схватит рыбина с зубами! Вот такая! Даже вытаскивать охранники помогали, вот! Потом на костре пожарили и съели всё – вкуснотища-то!

Поварихи ахали, охали, кивали головами в разные стороны, верили не во всё – а что с мелких взять – напридумают всяко лишнего!

– Да… – промолвила Кармина. – Весело вам с Ильёй-то. Лиза, небось, уж охмуряла его?

– А вот и нет! Днём-то все заняты, а ночью она с нами в Ильёвой палатке спала. А там – такой спальный мешок! Такой – потянешь за штучку, молния называется, – он раз, и расстегнулся весь, а в другую сторону проведёшь – он и застегнулся! А Илья у костра с охраной спал всегда. Его ещё мама ругала, чтобы не простыл, и отдохнуть надо. А Илья всё смеялся, говорит, это полезно, а то, говорит, потолстею, а это мужчине не к лицу, говорит. Только женщинам к лицу иногда. А когда – иногда, не говорит, а мама тоже смеётся только, а Лиза, наоборот, краснеет. А Илья ещё больше смеётся… И всё!

Наконец сумели выдохнуть. Поварихи тоже смеялись. Явилась Лиза.

– Мелкие, вот вы где! Илья так и сказал, что кормилицам сказки рассказываете. А завтрак? Все уже собираются, только вы пропали! Марш умываться с ног до головы!

– Ой, батюшки! – засуетилась Кармина. – Про всё забыли с этими… мелкими! Эльза, Лидица, шевелитесь, сейчас господа соберутся в трапезной, а у нас… Тьфу! Вот же ж гость свалился, чувствую, весело тут будет скоро, и не только в замке! Давайте быстрей наверх!

Вот так Илья и стал с первого дня внедряться в местную жизнь планеты с красивым названием Фея. А насколько это доброе, по воспоминаниям Ильи, имя соответствует действительности, скоро станет понятным. Вроде отношения с людьми он начал налаживать. И не только он – процесс оказался взаимным. Начиная прямо с первой встречи с магом… как его? С магом герцога Белисена. День прошёл в «экскурсиях» по замку, близким окрестностям с прекрасными гидами-близняшками, в неспешных разговорах пока ещё ни о чём – так, присматривались друг к другу. На другой же день сразу после завтрака его с Витасом пригласили в рабочий кабинет князь и княгиня.

Правда, до завтрака…

На этот раз Илья сначала разбудил мелких, чтобы вместе на кухню сходить – чего поварих от дела отрывать по очереди? Только, когда они влетели туда с обычным девчачьим визгом, встретила их необычайная тишина. Такая, что и они втроём застыли, пытаясь понять, чего тут случилось такого, что не было слышно разговоров в женском коллективе? А коллектив собрался весь напротив двери и как-то странно, с удивлением, что ли, смотрел во все глаза на Илью. И оказались среди поварих мужчина и женщина незнакомые, средних лет, у женщины – следы слёз на лице, между прочим. А между ними – Алита, пунцовая и счастливая.

Ясно, что это её родители, и вроде лечение удалось. И что ждёт лекаря? А что гадать – на нём сначала повисли все, кто успел, во главе с Алитой. И гомон возник несусветный. Волчата запищали – страшно же, не в лесу ведь!

– Илья, миленький, спасибо вам! – расслышал он наконец близкий голосок Алиты.

Ещё бы не близкий, если она на нём вся висела.

– Как всё прошло, больно не было? – тут Илья просто хотел убедиться в действии местного наркоза, что поместил в синюю тесёмку.

– Не-а! – Алита замотала головой. – Не, что вы! Ничего и не чуяла, только проснулась когда, есть хотела незнамо как. И ещё хочу! – заулыбалась она. – И меня кормят все-все! А никто ведь вчера и не верил, даже я!

– Да уж, господин Илья, – с хрипотцой заговорил мужчина. – Если правду сказать, не верили мы, вот Кармина подтвердит, да и сама она сомневалась, но проследила, чтобы сделали, как вы и сказали. А утром нынче… Да вот на жену гляньте – до сих пор ревёт от радости! Мы прям ошалели все, когда Алита прыгала по дому! Спасибо вам за дочку! Мы и думать не могли о таком вообще, а тут всего одна ночь… Это же волшебство, наверно, тесёмку ту вашу даже на стену повесили.

– А нам всё равно нынче – волшебство или ворожба, главное Алита теперь здорова, – это мать Алиты вступила. – Господин Илья, как нам вас отблагодарить-то? Чем?

Пока родители Алиты говорили, запинаясь, окружающие просто дыхание затаили. Просто глазами туда-сюда водили. Сестрёнки не сразу въехали в ситуацию – их же не было вчера рядом. А когда поняли, так рты себе ладошками замуровали, и глазами не шмыгали – не отводили взгляда от Ильи.

– Не сходить с ума для начала! – ответил Илья. – За такое не благодарят, сумел – сделал, вот и всё, не сумел бы – не сделал, какие благодарности? Для меня ведь тоже радостно, что Алита здорова, это – главное!

– Нет уж, Илья, не прибедняйся, давай! – Кармина тоже его поцеловала. – Ты такую радость неожиданную всем нам устроил, да тут праздник нужен! Балот, Соня, вот и приглашайте Илью к себе вечерком и нас заодно!

– И нас заодно! – не удержалась Лора, – как это без нас-то с волками, а? Правда ведь, тётушки?

– Мы вас будем ждать, господин Илья! Очень будем ждать, приходите, если можно… – наперебой заговорили родители Алиты. А та просто молча за него держалась.

– А почему ж нельзя-то? Вот Кармина со своими помощницами нас в охапку возьмут, куда мы денемся? А волчата-то голодные давно, Лара, Лора, это как?

Народ засуетился, переходя к привычным делам. Только Кармина не удержалась добавить:

– Ты бы видел, Илья, что тут творилось, когда Алита появилась. Сначала никто ничего не понял, после её всю ощупали с ног до головы, а визгу было – думала, подымем всё поместье. Обошлось, видать. А я как в воду вчера смотрела, обещая с тобой новые веселья!

– И что это было? – спросила за завтраком Элен. – Илья, сказать ничего не хочешь? Это что, придумки наших поварих, которые в тебя уже поголовно повлюблялись? Где правда?

Лара с Лорой зафыркали.

– Так и знали мы, Илья, что они не поверят, так и знали! Чего вот взрослые такие неверные? Мама, папа, Витас, Лиза, Карлен, да сходите сами на кухню и посмотрите на Алиту, далеко ли? Вылечил её Илья, бах – и всё, чего особенного? Нас вот с Ильёй её родители к себе вечерком пригласили, вот вам где правда-то!

– Илья, ты чего – маг, что ли? Тайный такой… Признавайся! – разнервничался Карлен. – Врёшь, небось, что ни про какую магию на родине твоей не помнишь – просто другая она. Будто я на хворь Алиты не смотрел!

– Не вижу повода для ажиотажа, – сообщил Илья, наливая себе сока. – А также для разных удивлений и сумасшедших предположений со стороны отдельных магов. Что умею, то и делаю, мелкие вон подтвердят. Иногда сам даже удивляюся, чего я умею – не знаю всего, забыли, что я – без памяти? Вот, оказалось, что такие болячки умею лечить, и что странного?

– Нет-нет, пока ничего странного, всё нормально, – рассмеялся Мельен. – Маг Белисена, змеи, волки, Алита вот – дней пять-то прошло хоть после пирамиды? Продолжай в том же духе. Мы ведь знаем-то тебя, действительно, совсем ничего. Зато вот узнали, к кому лучше всего обратиться в случае «болячек».

– Вот именно, – поддакнул Витас. – В случае, когда столичные звезды магии обк… извините, облажались на фиг. Они-то далеко, кстати, а вот местные лекари разного пошиба с ума посходят, это точно. Такое дело не утаишь. Начнут выведывать…

– Это не смертельно, хотя… – задумался Мельен. – С Ильёй просто – у всякого спеца свои секреты, как начнут, так и перестанут. А Алита… Могут ведь попытаться вплотную посмотреть, что с ней произошло, да как. Есть наглые. Морт, Нарид, – обратился князь к присутствующим командирам княжеского личного войска и охраны. – Вы бы взяли эту семью под наблюдение, особо посторонних я бы остерёгся – эти вообще могут себе всякие гадости позволить, вплоть до угроз. А знать они о происшедшем будут – это точно не скрыть. Варгуновские купцы, к примеру, с рассвета у поместья шныряют, правда, по иному поводу.

Беседа на другую тему продолжилась в кабинете Мельена. Сложновато было по объективной причине, связанной с языком, так, с пятое на десятое, но основное понятно…

– Разговор-то к Илье будет, а Витас нужен на всякий случай, может, поручения найдутся… Илья, мы с княгиней обговорили некоторые вопросы по твоему поводу. Ты уж не обижайся, что без тебя – это будут только предложения, все решения – за тобой. Тебе тут жизнь устраивать. Точнее – устраиваться в здешней жизни. Вот и хотелось бы как-то помочь в этом, – Мельен задумался, видно, подбирал подходящие слова. – Ты сейчас не возражай, не возмущайся, сначала выслушай. Да, здесь мы обсудим только одно – твоё положение в этом мире, в этом месте. Понимаешь, я тут больше месяца отсутствовал, дел накопилось – выше головы. Так что пока тебя возьмут в оборот княгиня и Витас. Или ты их – неважно, как получится. Итак, главное, мы все – твои вечные должники. Жизнь – такая штука… Неповторимая, можно сказать. Этот долг нам не оплатить, не говоря уж о том, что ты всем за короткое время пришёлся по душе. Особо – отдельным мелким. Имей в виду, что за это же время ты стал довольно богатым человеком. Не удивляйся – каждая шкура болотной змеи стоит больше любого баронства, а у тебя их – две! Нынче не рассвело ещё, а у ворот уже перекупщики трутся из Варгуна, я про них упоминал. В Северном торгуют, прознали проныры. Хочешь, баронство тебе купим, в том же Варгуне? Помнишь, это герцогство такое, Великое притом, с нашим княжеством граничит на северо-востоке. Не хочешь, и ладно. Я, собственно, и не собирался шкуры продавать – самим надобны. Хотя, может, с тобой еще туда на охоту сходим? Место известное, оружие есть, оказывается. Надо учесть… Пока я положу в Северном в банк какую-то сумму на твое имя, чтобы ты себя стеснённым не чувствовал.

Илья медленно выпадал в осадок. Всё, что он сделал, то, о чём упоминал Мельен – чистые случайности и совпадения! Вплоть до того, что сам князь Мельен – именно такой человек… Мог попасться другой, с иными взглядами на всякие там долги жизни, к примеру, работорговец какой-нибудь, для которого Илья стал бы ценным товаром? Мог. И ладно, что так совпало – Илья вдруг успокоился. «Делай, что должно, случится, чему суждено!» – вот и случается, сиди и слушай дальше…

– Тут маленькая такая сложность – на какое именно имя? Как раз то, с чего я разговор начал. В смысле – ты кто, Илья? Не для себя или для нас, а для таких вот официальных ситуаций, банки там, договоры-разговоры, встречи, знакомства – да мало ли? Ты – барон, купец, рыцарь, землепашец, скорняк? Может, и принцем был на родине? Можно, конечно, и на предъявителя открыть счет, но вопрос твоего статуса остаётся открытым. И вот что мы предлагаем. Мы – это семья коронного князя Мельена Севера, тут я один не могу решать, как человек нормальный. Жена, взрослый сын, приёмная дочь меня поддержали. Мы, если не возражаешь, во-первых, принимаем тебя в семью. Чтобы не было неясностей в отношениях, они, конечно, могут быть, но давай их убирать сразу при появлении. Маг Карлен – он вообще-то маг по найму, по долгосрочному контракту, во многих государствах это практикуется. Наёмник-маг предоставляет свои специфические возможности и способности, какие у кого есть, магу в оплату – защита и деньги, естественно. Карлен – маг «на все руки». Не ужился со своими коллегами в столице, уж давно это было, наверно, из-за своей натуры, которая заносит его в разные стороны, не давая часто завершить начатое. Нас это не волнует, как и его прошлое в деталях. Нормальный образованный человек, не высокомерный, этого достаточно. Здесь он, в основном, лекарь, а еще основнее – наставник наших девочек. И давно фактически стал членом нашей семьи. Так что в курсе наших решений по твоему поводу. Не может только определиться, как относиться к тебе. Точней – он в шоке! Думаю, он тебя бы запер в клетке и вытаскивал всякие новшества для себя, поскольку, чего его не интересует – неизвестно. Это всё к слову о поддержке всех в вопросе твоего вхождения в нашу семью. А через нас и с нами – в мир. Хотя, повторю, решать окончательно тебе.

Здесь в наших решениях умница Элен маленько меня поправила: я хотел тебя усыновить, но по её мнению, опекунство удобнее. Пока не стану объяснять, почему. Это нужно для того, чтобы я смог выделить тебе во владение удельное княжество. Так, как это было сделано с Витасом. Имею на это самостоятельное право, без оглядки – я князь коронный. Мы ведь и возвращались из поездки в его теперешний удел – княжество Дальнее, на границе с великим герцогством Варгун. Твой удел предполагается на северо-западе, княжество Беловодское, граничит оно… Сложно граничит, и проблемы имеются. Там дальше – как раз великое герцогство Белисен. Но между нами – четыре договорных баронства. «Договорные» – такая хитрость, что герцогство вообще ни при чём, если кто-то из баронов начинает шалить в нашем княжестве или ещё где. Однако, если я начну отвечать, вступает в силу их договор о военной помощи. Вот так. Потому княжество Северное весьма уязвимо на границах, хоть никто пока не пытался ввязаться в крупный конфликт. Вообще, у нас двенадцать уделов, сейчас положиться я могу только на пять князей. Ещё троих давно бы выгнал. Да и выгоню! И четыре – свободные, вот из них два вы с Витасом и получаете. В остальных – временные управляющие, в городах – бургомистры. Шатко всё. Потому и предлагаю такой вариант. Не стану скрывать, что надеюсь на твою поддержку с неизвестными здесь знаниями, – князь тяжко вздохнул. – Везде порядок наводить надо. И на границах, и внутри во всех городах и поселениях. Даже тут вот, под боком, в княжеском стольном Северном бургомистр темнить начал, пока нас не было. Сегодня же придётся разбираться. Люди, особенно, те, что при какой-то власти, больше смотрят на происходящее в столице королевства, в соседних герцогствах, а там… Жажда наживы превращает часть их в скотов, если не хуже. Ладно, будут еще об этом разговоры. Ты как – думать будешь или…

– Или! – ответил Илья. – Что тут думать? Были бы с вашей стороны хитрости, извините, так их нет, это я видеть могу… Врать не буду, вы меня огорошили, за что и спасибо. В смысле, за все предложения. Признаюсь, что очень страшно, честно. Потому что ничего не знаю, ни-че-го! Что тут мои знания, может, от них вреда больше? Вон помог Алите, а теперь всей её семье беречься надо, оказывается! Попасть впросак, навредить вам неосознанно – проще простого: ни традиций, ни законов, ни отношений между людьми – мужчиной и женщиной, слугой, земледельцем и господином… религия… да ничего. Не говоря уж о всяких там экономических и социальных делах. А с другой стороны, тянуть резину с наведением порядка в том же Беловодье не смогу, доверили – надо делать! А как, когда пока в голове пусто? Такие вот круговороты сомнений.

– На это и расчёт! – усмехнулся Мельен. – Не высказал бы ты их, свои сомнения, появились бы сомнения у меня, слишком самоуверенные и самонадеянные встречались. Спасибо за согласие, подопечный, начинай новую жизнь. Витас и княгиня помогут, начиная с сей минуты. Элен у меня вообще во всем разбирается, что бы я без неё делал! – Мельен с улыбкой поцеловал жену и вышел, собирая бойцов охраны.

– Илья, – несколько смущённо начала Элен. – Тебя не шокирует такое отношение ко мне мужа?

– Не шокирует, – обескураженно ответил Илья. – А должно? С чего бы?

– У нас как-то не принято хвалить женский ум… всё больше внешностью своих жён и… подруг гордятся, – не очень внятно объяснила Элен. – Такие, как мой муж – редкость. В смысле, что он не очень обращает внимание на то, что принято, что нет. А я ведь не знаю, как у вас.

– Да по-всякому, – Илья вдруг задумался. Не наврать бы где… – А в этом деле нету никаких «принято» – «не принято». По мне – абсолютно ничего странного. Есть, за что хвалить – почему нет-то? Я бы, наоборот, гордился бы…

– Тогда, ты не будешь возражать, если мы полностью на «ты» перейдем, с тем, чтобы ты меня и называл «Элен»? В поместье, во всяком случае? Нет? Тогда… С чего начать?

– С библиотеки! С карт… с общей обстановки – надо в целом представить, где нахожусь-то! В целом – я имею в виду и всю планету!

Библиотека… Рассказы… Точней – рассказы, пояснения картинок, иллюстраций, главное – карт. Самому-то читать – не судьба пока. Очень скоро в великом недоумении краем сознания Илья понял вдруг, что его миссия может быть завершена. Вот так. Если иметь в виду основную задачу, стоящую перед разведкой. О «первоземлянах – властителях» здесь не просто знали – их присутствие на планете Фея определяло, по сути, весь «уклад и расклад» жизни. Хоть сами «высшие», как их тут называли, на глаза людям показывались лишь в исключительно редких случаях.

Они появились из ниоткуда пять веков назад. Вот прилетели как-то необычные люди, очень похожие внешне на местных, прилетели и стали жить на свободных землях. Никому не мешали, даже наоборот: учили новому в земледелии, в строительстве, в благоустройстве быта… Ткачество, изготовление качественного стекла, стали, бумаги и пергамента, книгопечатание, канализация – не перечесть того, что перепало от пришельцев. Торговали, и очень активно – их купцы посетили все более или менее значимые государства на Фее. Внедряли, точнее, продавали, часть своей техники: переговорники, порталы, кристаллы видеозаписи и воспроизведения, даже учили магов и мастеров производить нечто подобное. В очень примитивном, правда, исполнении. К примеру, те же переговорники сейчас чуть ли не у каждого – подзарядил у ближайшего мага и разговаривай. Только настроить амулет на другого человека – сложно. Увеличить дальность действия, вообще, оказывается, даже маги не могут – так и не разобрались. Вот максимум десять километров и всё. Отдельные счастливцы имели на руках старые «дальнобойные» аппараты, князь Мельен к таковым относился. Оружия это не касалось – никакого вообще. Жители Феи как-то и не замечали его у пришельцев. До поры.

Потом как-то вмиг всё поменялось. Причин перемен никакие хроники не указывают. Просто высшие стали Высшими! Ни с того ни с сего – другие основания не известны. Господами, властителями, распорядителями на всей Фее. У них были и сейчас есть то ли слуги, то ли рабы, то ли… В общем, целиком зависимые от них такие же пришельцы низкого ранга. Вот они и стали посредниками между господами и остальным населением мира.

Высшие избрали для своего проживания полосу планеты вдоль всего экватора. – Витас провел ладонью над глобусом. К северу и югу на две-три тысячи километров. Четыре крупных архипелага и небольшой материк, по форме напоминающий овал по длинной стороне с пять тысяч километров, расположился с северо-востока на юго-запад. Экватор пересекал его точно посередине, а сам материк был прямо к югу от тех мест, где ныне пребывал в недоумении Илья. Все эти четыре территории враз закрылись защитными куполами. С тех пор никто и никогда даже примерно не смог узнать, что там делают высшие, как они живут и зачем. В каждом государстве, в число которых великие герцогства не попали почему-то, оказались посредники, исполняющие на Фее волю высших. Они, правда, многого не требовали – только ежегодная подать в виде людей. И всё. Зачем им люди в небольшом количестве, также никто не знает до сих пор. Известно лишь, что брали они девушек обязательно с магическими способностями, а мужчин – намного реже и неясно, по каким признакам. Назад, домой, ни один «ушедший» за века не вернулся!

С крупными государствами – королевствами, царствами, султанатами были заключены «вечные и нерушимые договоры», по которым феяне обязаны передавать во владения высших определённое количество людей. Взамен высшие обязывались не вмешиваться в местную жизнь и не требовать к себе членов семей правителей. Равноценно, ничего не скажешь! В начале этих событий попадались коронованные особы, отказавшиеся от такого сотрудничества – они почему-то исчезли со всеми своими родственниками.

Такая перемена в вялотекущей жизни не всеми аборигенами была сразу понята, тем более, принята. Нашлись несогласные…

Тут Илья отметил, вернее, для себя обозначил некоторую аналогию с картой земных полушарий – при таком сравнении проще было ориентироваться на глобусе. Если брать «восточное полушарие» Феи, то его верхняя – северная половина отдаленно напоминала Землю: здоровенный материк, протянувшийся с востока на запад чуть не на пятнадцать тысяч километров, немного не доставал северного полюса, юг его – сильно изрезанный полуостровами, языками суши, тянущимися по океану к экватору и ещё южнее. Но основная материковая линия отстояла от экватора примерно также, как и от северного полюса.

Ниже, южнее экватора – одна вода! Изредка виднелись крупинки островов и всё. Но это – местный глобус. Изготовленный по фото из космоса несколько отличался – южное полушарие имело намного больше суши. Но это неважно, ерунда это, главное – «жизненная» обстановка.

«Западное полушарие» – четыре разной величины материка, расположенные цепочкой от полюса до полюса. Два очень крупных – к югу от экватора, очень мелкие – на севере. На глобусе они все были закрашены сплошным черным цветом. Только на экваторе – овал «купола высших».

– Вот здесь и жили несогласные, – пояснила Элен. – Люди, обитавшие в тех местах, были настолько древними, что практически стали одним народом на всех четырёх материках. Поэтому при изменении отношения со стороны высших, они объявили их общим врагом!

Нужно сказать, что у высших и их слуг было одно главное отличие от «феян» – они обладали абсолютной защитой от физических, магических воздействий, были нечувствительны к ядам, могли долгое время находиться под водой, в огне… Как с ними бороться? Те, западные люди – боролись. Неведомым способом им удалось угрохать несколько посредников, за что высшие их и наказали. Процедуру наказания они предусмотрительно записали на кристаллы, потом демонстрировали запись во всех оставшихся землях. Годами! Десятилетиями! Веками уже! Для устрашения и предупреждения выступлений всяких других оппонентов.

Они никого не убили сами, на что обращают до сих пор особое внимание. Просто самый северный материк замёрз, три остальные выгорели. Полностью! Какой-то части населения удалось спастись – по воде. Их не преследовали – зачем? Потомки бунтовщиков живут до сих пор в разных местах. Может, они и хотели бы отомстить, но как?

– Вот такой, стало быть, тут смысл жизни! – с тоской подумалось Илье. – К чему суетиться: путешествовать, чего-то изобретать, улучшать, воевать даже, если завтра – может, замёрзнешь, а, может, сгоришь? За полтысячи лет подобная мысль вполне могла стать установкой, основой действительности, всего уклада жизни.

В принципе, как выяснил Илья в дальнейшем, так оно и произошло. С довеском других неприятностей, примером которых оказалось нападение мага Белисена на семью Северов.

И что тут ему, Илье, делать, если всё стало ясно? Ясно, что здешние высшие – из потока или ветви расы бессмертных, противостоящей соплеменникам Палыча. Если тот прав в части договоров между ветвями, то местных… как же их назвать-то, тварей? Их нужно к ногтю и в пыль! Передать вот сейчас же информацию Палычу и можно валить отсюда – пускай сами разбираются. Боги, чёрт бы их побрал! Только вот одно такое обстоятельство путается под ногами – где доказательства? Кто и как подтвердит то, что услышал и узнал Илья? Документы, видео, свидетели, в конце концов, где? Высшие это сделали? – Да что вы говорите? Да ни сном, ни духом! Тут сплошные природные катаклизмы. И кто гарантирует, что при первой же просочившейся информации в среде творцов она не станет известной правителям? А те… Вариантов, может, не море, но они есть. Можно правителям смыться отсюда, заметая следы своих художеств. Можно уничтожить всю Фею в порошок или сжечь и заморозить – опыт имеется! Чёрт! Стало быть, нечего расслабляться – всё только начинается. Хорошо, что уже не на пустом месте – куда копать, известно. А как копать, чем и с кем – вот это и нужно сейчас изобретать! Или пользоваться тем, что, может быть, уже имеется – остались, опять же может быть, бунтари или просто недовольные!

Кроме «договорной» передачи живой подати этим бешеным драконам, минотаврам – питающимся, что ли молодыми людьми, – существовала и купля-продажа подобного «товара». Высшие через посредников, естественно, охотно делали покупки в государствах, с которыми они не заключали договоры. Да и в договорных тоже, если находились предприимчивые, смелые и беспринципные продавцы. А таковые находились и в немалом количестве. За одарёнными детьми началась тайная массовая охота, которая продолжается и поныне!

Сильно способствовала этому одна давняя неколебимая традиция – ещё с «довысших времён». Обладающих магическим даром людей было не так уж и много, они ценились хоть на государственной службе, хоть у мелких правителей, но особенно сильно – у магов! Нужны были команды для разных дел – светлых, тёмных и прочих оттенков, просто последователи, преемники, ученики… Так вот маги, обнаружившие у ребёнка до семнадцати лет склонности к этому ремеслу, имели право ставить на него свою метку и при совершеннолетии – забирать под свою полную власть. Препятствовать им не смел никто. Традиция, ядрён-батон! Так у нас принято, а раз принято – свято! Сам ребёнок мог и умереть при отказе. Или дураком стать в лучшем случае. Родители права слова не имели.

Сейчас, при возможности наживы, то есть продажи такого «подчинённого» высшим, что могло быть удобнее для алчущих подлецов, чем эта традиция? Особенно, если маги состояли на службе у коронованных особ, тайно заинтересованных в этой торговле – денег ведь много не бывает! Срочно стали приниматься законы в нарушение традиций, запрещающие подобную деятельность. Не везде. В королевстве Мелония, где находилось княжество Северное, а, следовательно, и Илья, такие законы существовали. Жестокие. При малейшем подозрении проводились тщательные расследования с участием королевских магов. Продавцов вешали безжалостно, порой и с роднёй, лишая всяческих титулов, прав и привилегий. Возникали и начинали жить традиции новые. В частности, узаконено право мести – родители, у которых пропал ребенок, могли вести самостоятельные расследования подозрительных случаев и, при доказанной торговле людьми, законно лишали жизни торговца любого ранга. Именно при наличии доказательств! А найти их было непросто. Обходить законы, прятать концы в воду «охотники» тоже умели, как правило, используя ту же магию.

Расцвело элементарное воровство детей! В своем ли государстве, в чужих – неважно. Прятали украденных настолько серьёзно и тщательно, что тайники за четыре столетия были обнаружены всего лишь дважды! Дети там росли до совершеннолетия – возраста перехода к высшим. Появилась практика временного выкупа. Через сеть посредников родители извещались о сумме, «честно» предупреждались, что на ребёнке магическая метка. Мало кто отказывался вернуть ребенка домой хоть на несколько лет, всегда теплилась надежда, что вдруг чего изменится за это время. Нашёлся и не очень надёжный способ изменения ситуации. Та же давнишняя традиция дозволяла «помеченной» девушке выйти замуж сразу по достижении семнадцати лет. Замужество нейтрализовывало магическую метку. Маги ответили убийствами мужей. В том числе и превентивными, как говорится: определили потенциального мужа, ликвидировали. Тайными, естественно, убийствами. Тогда люди изобрели тайные браки, имеющие статус законных. На жене – официальный браслет, освящённый и активированный церковью, а мужа ищи! Искали и небезуспешно порой – находились ведь и предатели!

Слугам высших эта суета была по барабану. Они блюли «вечные договоры», не более. Жили при дворах правителей, меняясь вахтовым способом. Никому ни в чём не мешали: хоть поубивайте друг дружку у них на глазах! Каким-то непонятным образом, известным только им, находили одарённых, за год – два до совершеннолетия предупреждали родителей, как правило, из благородных, о великом счастье для ребёнка, с жёстким условием невыхода этой информации за пределы ближайшего семейного круга. С первого дня совершеннолетия они могли перевести «избранного» к высшим в любое время в течение трёх лет. Час перехода объявлялся официально за три дня – некоторые правители организовывали «прощальные балы». Что это – последняя дань уважения «уходящим» или издевательство? А кто задумывался? Так принято!

Как деталь – почему-то слуги высших очень любили деньги. А поскольку они могли чего-то и советовать правящей верхушке, многие благородные пользовались этим фактом для улучшения собственного положения. На что посредники тратились – неизвестно, и так жили на всём готовом… Нумизматы, одним словом!

Получив эту информацию, Илья выпал из реальности. И опять принялся уродоваться вопросом – что дальше? Можно и вернуться к Палычу, как-то спланировать, может, серьезную акцию по «потрошению» здешних властителей. А результат даже при удаче? Кто гарантирует, что местные властители сходу выведут на метрополию? Снова прежний вариант – известие о нападении сразу разойдется, такое не скрыть. Оно надо? Стало быть, остаётся попытаться самому хоть как выяснить, что это тут за высшие, и главное, далеко ли они по иерархии от самых-самых высших? Пожить тут маленько – глазами, руками, ушами, иными своими специфическими возможностями посуетиться в нужном направлении.

Всеми этими мозголомными раздумьями Илья увлёкся после того, как расстался с Элен и Витасом. Они сразу заметили отрешённость подопечного и вежливо покинули его. Предупредив о вреде длительной загрузки неокрепших мозгов.

К варианту «посуетиться» Илью дополнительно склонили подробности нападения мага на семью Северов. Оказалось, что это и был случай прямого воровства, точнее, бандитизма. Как уж маг Белисена узнал об одарённости близняшек – навсегда останется тайной, наверно. Сильные маги могут многое, да и осведомители наверняка везде были. Шпионаж – дело такое… взаимное. Об одарённости тот маг узнал, о времени и маршруте передвижения Северов – узнал. Перешёл границу с отрядом – не порталом, проверил пирамиду, устроил засаду.

– И ему абсолютно нечего было опасаться! – зло рассказывал Витас. – Он предложил нам добровольно сдать девчонок ему или просто поставить на них свои метки, заплатить крупную сумму и оставить сестрёнок до совершеннолетия. В случае нашего согласия что бы мы потом могли предъявить? Какие такие претензии – сами позволили! По-иному – просто всех бы нас убил. На это он был способен и без своего отряда. Магов такой силы только два, точнее, теперь уже один остался – в Варгуне. Братья-соперники! Убил бы нас всех до последней лошади и следов не оставил. А мы по-другому и не смогли бы поступить, сам понимаешь!

– Еще как понимаю! – думал Илья. – Даже только из-за этого я не буду спешить уходить отсюда! Дело появилось.

Вечером он выдал свой сырой план князю.

– Значит, двух зайцев, говоришь? – задумчиво переспросил Мельен.

Они уже все завершали ужин, потягивая кто отвары, кто соки, и не торопясь расходиться. Интересно ещё было Илью послушать – первые дни же в поместье, какие впечатления? А какие у него впечатления – чуть не до вечера просидел в библиотеке, потом Витас показал ему окрестности, деревни, пашни, пастбища, охотничьи угодья. Подробно рассказывал обо всём – понимал, насколько это нужно Илье.

– Представить тебя как князя – это такой заяц, за которым и гнаться не нужно. Для второго времени больше останется. Вы как смотрите на это предложение? – посмотрел князь на домашних.

– Мы – за! – тут же загомонили близняшки. – Это ж Илья здорово придумал всех там освободить! Илья, когда выходим?

– Дело-то очень нужное, очень! Давно пора, – княгиня тронула мужа за руку. – Только, Мельен, возможно ли такое? Илья высказал идею, но ведь он-то ничего не знает. А кто знает? На самом деле, даже место содержания украденных девчонок никому не известно. Даже и в самом Белисене. Как подступиться? А вы, мелкие, вообще, не суетитесь – не женское это дело!

– Не знаю пока, – князь почему-то посмотрел на мага, тот нахмурился. – Надо думать, причём, всем. Заманчиво! Тем более, всё равно Илью туда везти нужно. Впрочем, о чем я – у нас же амулет портала теперь, снятый с мага. Илья, не продашь игрушку?

– Продам, – легко согласился Илья. – Завтра вот схожу в город на рынок и продам. Если он в семье не нужен!

Все рассмеялись.

– Стало быть, думаем и собираемся в любом случае! – приговорил Мельен. – Идём, естественно, всем составом – для окружающих нам один заяц нужен, публичное возведение Ильи на княжение. Ещё пятерых своих друзей-князей удельных позовём – типа Илья праздник там устраивает. Правда, раньше, чем через неделю не получится.

– Задерживаться тоже ни к чему, – сообщил Карлен. – Пока главного среди магов в Белисене нету, а это, кстати, ещё означает, что у детей и метки пропадают, постепенно, правда… Пока там неразбериха и грызня, это может помочь в поисках.

С утра Илья решил начать тренировки-разминки. Тут надо быть в форме постоянно. Причем, умом – тоже. Но не с утра же – умом-то! Для этого времени другие детали в организме имеются. Волки спали. Илья выскользнул из дома, прихватив меч. Надеялся, что ушёл незамеченным. Зря надеялся! Выскочил за ворота поместья под удивлёнными взорами бодрствующей стражи. Но все уже знали о странном госте. Хоть и далеко не всё.

Помчался по намеченным вчера тропинкам вокруг стен. Километра три в кругу было, точно. Может, и больше, учитывая обходы оврагов и прочего. После пятого круга выбрал удобную поляну, помахал с удовольствием мечом в ускоренном режиме, имитируя и атаки, и защиту… Побросал ножи в пеньки. Вернулся, искупался в пруду. Пошёл кормить собачек – мелкие уже были на кухне. Лара с очередным интересом поглядывала на Илью, но молчала. Это, разумеется, временно – Илья уже знал, что его что-то ждёт. Мелкая всё-таки не выдержала.

– Илья, а Илья, – начала она невинным голосом, – видела я случайно, как ты сегодня по лесу носился, как олень, а потом с мечом танцевал. А меня научишь, а? Я никому-никому не скажу, чем ты сегодня… если хочешь…

Илья закатился от хохота. Щенки от неожиданности закашлялись. Эк, хватила: никому! А Лора и поварихи, что рядом тут? Очень заинтересовались все они Лариной информацией. И это лишь начало известности. Кто это к завтраку в поместье не будет знать о тренировках? Да он не особо и прятался – стража на обоих воротах наверняка наблюдала за ним. Что, и они своим не скажут? Щас!

– Да без проблем, Лара! Завтра с утра и начнём!

Библиотека: исторические хроники, которые в печатном виде – «на потом», географические карты, особенно – Северное княжество и соседи. Ещё – менее подробно королевство Мелония и соседи. Совсем схематично – то, что между королевством и «капсулами» высших. Остальное – после, если вообще нужно будет.

Посмотрели с княгиней и Лизой, как с близняшками занимается наставник – священник деревенской церквушки Нико, не старый, но довольно пожилой мужчина с живыми серыми глазами, небольшой бородкой – терпеливый, доброжелательный. А девчонки всё равно в рёв кидались. Чуть не кидался и Илья туда же. Что за издевательство? Они за месяц кое-что подзабыли, но эти объяснения, которых и Илья не понимал! И не только из-за языка.

– А… почему? – вопрошала Лора. – Наставник, почему если к «меркате» добавить «антарину», потом ещё раз к «меркате» приставить «антарину», то получится простое слово мама? Почему?

– Не волнуйся ты, – увещевал Нико. – Это ж просто, посмотри. Вот «мерката», рядом – «антарина», получается «ма», разве нет?

– Нет! – всхлипывала Лора. – Не получается. Непонятно, чего получается…

– Тьфу! – ругнулся мысленно Илья. – Идёмте отсюда, дамы, а то я не выдержу, из наставника меркату сделаю! Гадство какое! И как вы-то выучились? Сколько он уже над девчонками измывается?

– Скоро полгода, – вздохнула Элен. – А что поделать? Надо же выучиться. Куда денешься?

– А туда! Уточнить, куда? Не буду я так учиться, мозголомка образовательная!

– А как будешь-то? – полюбопытствовала Лиза.

Илья внимательно на Лизу посмотрел. Она его, как женская особь, почему-то не особенно заинтересовала. Но человеком была явно неординарным. Невысокая стройная блондинка с задорно вздернутым носиком, большими синими глазами, чётко очерченными губками, вечно готовыми к улыбке. Одевалась неброско, но всегда опрятно, чисто, обязательно добавляя к нарядам брюлики: серёжки, перстеньки, бусы, браслеты… Грозди ленточек… Недорогое, не повыпендриваться, а к месту. Сирота, приёмная дочь Мельена, взятая в раннем детстве в одном из северных уделов, будто специально созданная для компании близняшкам. Внимательная наставница в быту, подруга в играх и проделках. Страсть у неё – чтение любовных «рыцарских» романов. Она и не скрывала, что ждёт принца – чего скрывать, все ждут! Пока не везло никому, а ей-то точно повезёт! Мечтательница такая, идёт-идёт – вдруг раз, и застыла, с взглядом туманным. Улыбнётся слегка и дальше идёт. Иногда в обратную сторону. Лет ей – около двадцати, может, на год-два поменьше. Поскольку Илья оказался не принц, Лиза тоже к нему не воспылала, хоть и относилась с обожанием и любовью – иначе и не скажешь.

– Да отменю я просто за ненадобностью ваши «антарины» бестолковые! Вот ты сейчас мне и поможешь, белокурая мечта принцев Феи, а после обеда сама увидишь, как!

Потащил Лизу в библиотеку, вместе нарезали сотни две бумажных квадратиков. На каждом из тридцати под чутким руководством помощницы Илья изобразил печатный вариант всех букв местного алфавита. Повторил процесс пять раз. Лично сам сделал, чтобы рука и глаза привыкали к изображениям. Получилось по пять штук каждой буквы. Попутно соотносил в конфискованном у Лизы рыцарском романе написание и звучание слов в её исполнении. Сделал несколько попыток прочитать сам. Лиза вытаращила глазищи – уже?

– Поняла, девушка, как учить надо?

– Не-а! – Лиза замотала головой. – Но всё равно – здорово: вот сейчас не умел, а вот сейчас – умеет! И девочки также?

– Почти. Я-то хоть на другом языке уже могу читать, а им и свой уродуют меркатами.

Лиза стала ходить по замку и двору с загадочным видом, всем показывая, что он – загадочный, не отвечая на вопросы княгини и подопечных, на что они злились, а Лиза становилась ещё более таинственной. Иногда хихикала в ладошку. Княгиня заинтересовалась предстоящим уроком, и Витас заинтересовался, и Карлен. Мельена дома не было. Лара с Лорой насторожились и собрались было удрать, но опытная Лиза не дала.

– Сядьте-ка, солнышки, по обе стороны от меня, удобней ругаться будет – поодиночке чтобы. Лиза, выкладывай поделки!

Лиза аккуратно разложила перед ними тридцать маленьких столбиков.

– Что, знакомо? – кивая на буквы, спросил Илья. Девочки хмуро, даже возмущенно дёрнули плечами. – Если вы помните, или знаете, как эти… значки называются, забудьте!

– Как это? – почти синхронно выдохнули Лара с Лорой и Карлен.

– Немедленно и навсегда забудьте, а я лично – и узнавать не хочу эти названия. Теперь слушайте внимательно. Вот когда мы чего-то говорим, поём, кричим, вопим, ругаемся – это всё звучит. Звучит! Это из наших голов вылетают звуки…

– Изо рта, – машинально поправила Лара.

– А рот-то где? На голове! Значит, из головы. Мы ещё головой и едим, но не только. Там эти самые звуки рождаются, а уж потом вылетают в мир. Пусть сейчас вылетит, например «А»! Этим звуком можно выразить вопрос, удивление, возмущение, угрозу… – каждое утверждение Илья подтверждал интонацией. – Поняли? Повторите что-нибудь.

Девчонки занялись импровизацией с видимым увлечением. «А… ааа…! А?» Зрители не отставали.

– Всё, хватит, достаточно. Вот этот звук «А» обозначим таким значком, – Илья положил злосчастную «антарину» перед собой. – Эта закорючка и будет у нас звуком «А». Но на самом деле вылетают из нас не только отдельные звуки, но и целые слова, не так ли? Послушайте-ка, каждое слово начинается с отдельного звука. А – ааатака, аарфа! Ясно? Слушайте: «мел», «мышь», «море», «мрак»… Наверно, все услышали, что эти слова начинаются с «МММ».

– Ой, поняла я! – захлопала в ладоши Лора, замычала, – Мммуха, мммолоко, мммеч!

– Ха! – подключилась Лара. – Ммморковка, мммасло, мясо…

– Илья! – неожиданно выдала Лора. – Вот «мясо» – это, как ты и говорил. А если «змея», то там же тоже этот «ммм»? Только не сразу, так ведь?

– Какая ты умница! Дай поцелую! Сама ведь заметила – конечно, тот же «м». Бывает и в конце слов: дом, шум… Вот значок для этого звука. Теперь смотрите глазами очень старательно! – а все участники урока иначе и не смотрели. – Попробуем парочку наших звуков соединить… – Илья положил «А», придвинул «М». – Давайте-ка медленно, вместе.

Аааа… – затянул хор, Илья двинул палец. – Ааааа… мммм!

– А быстро если?

– Ам! Ам! – друг за дружкой гавкнули девчонки и рассмеялись. – Как будто откусили чего-нибудь: ам!

– Верно. А ну-ка, как наоборот? – Илья поменял местами квадратики, приготовил ещё два. – Помните этот звук?

– Мммм… а! Ма… – уже рядом ещё пара. Лора сходу: ма! Ма-ма! Мама – вот оно!

– Точно ведь! – удивилась Лара. – Вот ведь мама-то! А он нам…

– Стоп, Лара! Договорились же забыть!

И что? Часа три пролетели для всех, как миг единый. Никто из взрослых и не подумал уйти. Пока Илья не взмолился.

– Может, уже хватит, а? Ученицы и им сочувствующие! Мой организм уже хочет движений и еды, чтобы – «Ам»! И побольше, побольше!

– Да! Нет! – завопили мелкие. – Только мы тебя сначала расцелуем! Интересно как! Лиза, где твои книжки, давай скорей про любовь читать! Про принцев твоих!

Лиза и княгиня тоже начали целоваться с Ильёй. Карлен с Витасом обстучали ему спину и плечи.

– Кажется мне, – задумчиво проговорил маг. – Кажется, что мы скоро и ещё кое-что отменим!

После ужина мелкие пытались читать отцу рыцарский роман. Сильно спотыкаясь. Да и Лиза норовила книжку отобрать – стырили, небось! А там не для детей слова, небось! Мельен хохотал, обнимал дочерей и говорил Лизе, что нечего тут теперь – девчонкам тоже рыцари и принцы пригодятся!

Утренняя разминка началась с удивления: вместе с сестрёнками у ворот его ждал десяток пацанов и девчонок, поглядывающих с неуверенностью.

– Илья! – очень тихо начала Лара. – Извини нас, но вот это – наши друзья из поместья и деревни. Мы же давно не виделись, вчера вот похвастались, что с тобой будем заниматься, вот и… Они тоже просятся, это можно?

Илья удивился не тому, что это случилось, а тому, что это случилось так скоро. Он и не хотел заниматься только с близняшками. Если уж это всё равно придётся делать – а куда денешься? Так не лучше ли ещё сразу несколько задачек поставить. Например, понять, как всё-таки воспитаны эти княжны в смысле поведения с «простыми»? Например, ненавязчиво, но публично демонстрировать свою позицию в этих делах. Не собирался он, с одной стороны, становиться спесивым «благородным», а с другой, – нельзя же быть полным изгоем в «высшем свете», так и до столицы не доберёшься. Следовательно, нужно добиться, чтобы пресловутый высший свет, да и другое начеление перестали обращать внимания на его странности, а принимали таким, как есть. А «как есть» – вот общение, например, с любыми детьми и взрослыми, независимо от сословия.

Дней через пять в группе или в команде мелких, как вслед за Ильей все стали называть это непривычное формирование, было уже тридцать детей разного возраста – от десяти до пятнадцати лет. Из поместья и окрестных деревень. И как-то само собой получилось, что они же все этим составом начали учиться читать, считать, писать и чему попало. Ответ на любой вопрос, скажем, из географии или зоологии, или практической ботаники, типа огородничества, превращался, то в лекцию, то в поход по окрестностям, то в целый курс практики.

Военно-спортивные тренировки проходили по утрам, школьные уроки – вечером, дети ведь не сидели по домам сложа руки, у всех уже были обязанности, полноценная работа по дому или в других местах. Но никто не жаловался на усталость и не уходил: желающих попасть в команду оставалось немало. А любопытство взрослых всех мастей тоже было из ряда вон! Пришлось даже рядом с помещением для детских занятий оборудовать элементарную «комнату наблюдателей». Пустил было зрителей вначале прямо в класс, так «старички» тут же влезли в категорию учеников – отвлекали ужасно. А так – сидят вон за перегородкой, смотрят, слушают, переживают, но не мешают. И главное, подходят потом, просят уточнить, или повторить, или разъяснить непонятые вопросы.

То же и даже больше – у небольшой полосы препятствий, которую Илья с мелкими и стражниками оборудовали вдоль крепостной стены, недалеко от внутреннего пруда, куда после окончания занятий все бултыхались с разгону прямо в одежде. Пришлось в пруду, хоть он и большой, выгораживать целый затон, иначе с чистой водой пришлось бы проститься. Это раз. Два – привыкание самим чистить грязную одежду. Три – постепенное одевание «бойцов» в униформу, тут родители, глядя друг на друга, сами шили или заказывали своим мелким штаны и куртки из прочной ткани с камуфляжной раскраской по примеру костюма учителя. Не все сразу – Илья не торопил: возможности-то разные! Четыре – и это сильно сказалось на взрослых – совместные купания мальчиков и девочек, которые вовсе не практиковались тут, к чему должны были привести? К необходимому появлению купальных костюмов!

Для княжеской семьи и близких друзей на пруду, естественно, были оборудованы купальни – закрытые со всех сторон щитами небольшие квадраты воды, где отдельно женщины и мужчины могли поплескаться в жару. А чтобы вместе… Разве только деревенские на речке. Да и то по праздникам да в сумерках.

Сыграло свою роль и неуемное женское любопытство. На картинках, которые с увлечением рассматривали близняшки – да и взрослые отнюдь не пренебрегали знакомством с миром Ильи – по его воле стали нередко попадаться и люди. Местные женщины, за исключением походных случаев, ходили одетыми целомудренно: в изрядном количестве всяких юбок, кофт, платков и прочем. Видом обычной повседневной одежды на картинах они были ошарашены, шокированы, изумлены, возмущены!

– Как можно-то, Илья? – стараясь прикрыть глаза дочерям, вопрошала Элен.

А Лиза – та просто не отводила взгляда от очередного вида обычной городской летней улицы.

– Как это мыслимо – светить ногами, до колен голыми-то? И платья вот эти – они чего скрывают? Наоборот ведь, всё открывают, ужас!

– Княгиня! – смеялся Илья. – Да отпустите вы мелких, все равно ведь найдут время и без вас посмотреть. Чего вы ужасаетесь-то? Разные миры, времена, моды… Наверняка у вас где-нибудь на юге, в жаркой местности, народ себе позволяет нечто подобное. Потом – это же всеобщая мода, не отдельные же личности выпендриваются? И можно подумать, вы со своей женской интуицией не видите, насколько это всё удобно и практично. Вот чего вы на себе таскаете эти груды… красивой, просто чудесной материи-то? Тренируетесь? Конечно, это дело ваше, мне-то что? Ходите в чём попало, я ведь не против, вы и в этом прекрасны. А может, показать вам целый набор картинок, который так и называется «Моды»? Показать?

– Да! Нет! Давай быстрей! Нет, девочки, ушли отсюда! Нет! Да! Интересно же! – перевесил интерес.

Взглянув на первые же изображения, княгиня охнула, закрыла рукой экран, улыбнулась и попросила Лизу привести сюда самую приближённую женскую прислугу, в том числе – пару-тройку белошвеек. Илья как-то не обращал особого внимания на количество людей, наполняющих княжеский замок. Тут же он осознал, что это – действительно – Княжеский Дворец! Самые приближённые – не менее двух-трех дюжин щебечущих дам разного возраста.

– Так, – оглядев притихших женщин и девушек, зловещим голосом произнесла княгиня, – сейчас, дорогие мои, посмотрим, как одеваются женщины в других государствах, это не совсем приличные картинки. В обморок не падать, будем думать, нравится нам это или нет!

Илья установил аппаратик вертикально на столике у стены, публика сгрудилась насколько можно, приготовилась. Пошел видеоряд. Илья потихоньку удалился в соседнюю комнату, чтобы не видеть этих… растерянных, смущенных, возмущенных, удивленных… Обалдевших до изумления, в общем. Сначала было тихо. Но недолго – смех, крики, а порой и вопли разносились по всему дворцу. Дежурные стражники объясняли любопытным и испуганным, что ничего особенного – княгиня проводит дамское совещание. Посиделки такие. Думая, что его позовут для объяснений, Илья подождал минут пятнадцать. Ага! Нужен он им! И ушёл по делам.

Одним из мелких результатов этого просмотра, а также и последующих, ежедневных, кстати, и было появление купальных костюмов. Поскольку княгиня на это решилась, а Мельен её поддержал, Илья потребовал пошить такую одежду, в первую очередь, для своей мелкой команды. Что и было сделано с умыслом: привыкнув к виду своей ребятни, бултыхающейся в пруду, взрослые – что в поместье, что в деревне, уже намного спокойней отнеслись к появлению купающейся совместно молодежи, а потом и старшего поколения. Что мода-то делает! Даже и в обучении бойцов помогает! Не говоря об освобождении некоторых нравов от вековых устоев.

Постепенно по примеру княгини и Лизы местные дамы разного возраста и положения и себе начали обновы шить, день за днём уменьшая количество слоёв и укорачивая подолы платьев. Поскольку из города в поместье постоянно кое-что доставляли из товаров, слухи о нововведениях там тоже начали неумолимое движение. В поместье князя повалили экскурсии женщин всякого калибра – всё по срочным делам, естественно. Бывают ведь такие «всплески срочных дел» – то не было их, а то во появились, да и кто может предсказать поведение женщин? Хорошо, что здесь церковники оказались какими-то нетипично прогрессивными – не вмешивались вообще. Да они, как заметил Илья на примере того же Нико, всегда и во всем вели себя нейтрально по отношению к организации светской жизни, оставляя себе специфические вопросы нравственности, морали и, частично – образования. Видать, мода в эти категории не входила.

В общем, время шло нескучно. Случился как-то в местной кузнице и конфликт, который, в конечном итоге, завершился ликвидацией больших беспорядков в стольном городе Северном. И не только в нём одном. Где аукнется, где откликнется – не угадаешь порой…

Приятный обычай был в княжеской семье. С наступлением темноты, когда спать ещё не время, все собирались на большой открытой веранде, вели неспешные разговоры или занимались своими делами. В холодную пору это, наверное, происходило в уютном каминном зале. Мельен никогда не пропускал подобных посиделок несмотря на занятость. В один из таких вечеров он вернулся из города крайне озабоченным, за ужином молчал, но старался не показывать нервозности.

Как обычно, расположились, где кому удобнее. Мельен у стола рассматривал деловые бумаги, что-то правя в них иногда. Княгиня с Лизой тихонько обсуждали ставшие привычными выкройки, Витас возился с арсеналом – что-то чистил, точил, правил, примерял, переделывал, Карлен зажёг свои магические фонарики и, полулёжа на кушетке, опять крутил в руках гильзу, зажигалку, ещё чего-то. Илья и мелкие лежали на коврах, увлечённо возясь со своими пушистыми любимцами из детских кошмаров…

Князь поднял голову, взглянул на Илью, хмыкнул.

– А правда, Илья, что ты владеешь умением драки без оружия? В кузне ты, ходят слухи…

«Ага, слухи сами ходят туда-сюда… Подумаешь, стукнул идиота молотобойца вечерком за дело. А Мельен уже в курсе! Слухи!»

– Есть такое дело…

– Я понимаю, – продолжал князь, – против безоружного, или там которые с ножом, кинжалом… А что ты противопоставишь копью, мечу?

– Скорость! – ответил Илья и из своего неудобного лежачего положения оказался за спиной Мельена, а между ними было метра четыре, не меньше.

Все затихли, княгиня нахмурилась.

– Дорогой, что-то случилось?

– Да, скорость впечатляет! – удовлетворенно протянул князь. – По поводу «случилось» – пока нет, но может. Странные вещи стали происходить в городе после нашего отъезда. Вот появилась группа амбалов, организующих поединки без правил, понять бы, откуда они, амбалы. А завтра – праздник. Но… давайте об этом с утра. А сейчас подумаю еще маленько. Вы же поговорите пока – меня очень успокаивают ваши… дискуссии.

– Илья, а ты нас будешь учить двигаться вот так: лежал, лежал – бах! – И в другом месте, а?

– Буду. Если вы пообещаете учить меня магии.

Удивления никто не пытался скрыть.

– Магии нельзя научить, если нету дара! – важно заявил с кушетки Карлен. – А у девочек у самих этот дар совсем не развит, да и владеть им надо учиться не один год. А ты вообще…

– А мне завидно! И почему их никто не учит и этот дар не развивает? А главное, кто сказал, что этот дар нельзя человеку подарить, вложить его в меня, например, а?

– Дар – он свыше даден некоторым. И кто же это умудрится его в тебя вложить-то? – снисходительно улыбнулся Карлен. – Где бы найти такого великого мудреца?

– Вот ты и вложишь, маг! – чуть ли не обвиняюще указал Илья пальцем. – А я тебе за это объясню, почему у тебя с патроном ничего не выходит.

Карлен растерялся, а остальные смотрели на Илью сочувственно, как на чокнутого.

– Да не сошёл я с ума, чего разволновались, его у меня и так нету. С чего сходить? Карлен, объясни мне неучу понятно, что такое этот «дар»? Не секрет же? Что вы, маги, прячете за этим словом?

– Так это… Способность к магии… Предрасположенность… Может, даже талант…

– Ага, объяснил… Ерунда какая! Всё, что ты назвал, развивается или проявляется – кто это сразу заметит, как это можно увидеть вообще? Увидеть! – Глазами или там… ушами! Или вашими магическими линзами. Способность, предрасп… и остальное – всё это можно увидеть лишь в поступках, в действии, не так? А ты вот посмотрел на меня во время первой встречи – нету дара, на девочек глянул когда-то – есть дар! Безо всяких поступков. Есть ли талант им управлять – это вопрос, а дар точно есть! Так это что в теле человека? Ты что видишь-то? Признавайся перед всеми немедленно!

– В теле-то… – замялся Карлен. – Если в теле, то это вроде огонек такой, узелок, что ли… для обычного зрения недоступный.

– Вот вам дар! – засмеялся Илья. – Узелок такой! Или пузырек! Шарик, кувшин, шишка, булыжник, ядрён-батон! В котором и собирается сила. Или энергия – как она там у вас зовётся… Лиза!

Та от неожиданности подскочила в кресле.

– И чего ты скачешь, коза-красавица? У тебя ожерелье ведь из жемчуга? Красиво! Но ты, Лиза, ещё прекраснее! Если бы ты была жемчужиной, то самой-самой чудесной. Из тебя одной такое бы ожерелье получилось – все принцы сбежались бы! А я так и не снимал бы его с себя, даже ночью… Особенно ночью. Карлен, преврати-ка мне Лизу…

– Ой! Не надо! – запричитала вся смущенная и покрасневшая Лиза. – Илья, чего ты в самом деле? Ночью ещё… Размечтался! Сам превращайся…

Народ расхохотался.

– Не хочешь, как хочешь. А жалко… Так откуда берутся эти самые жемчужины?

– Из ларьков… – начала Лиза.

– Да из моря же – не знаешь, что ли? – не замедлила просветить Илью Лора. – Мы же видели на картинках – такие ракушки агромадные!

– Верно, конечно. Только не в каждой же ракушке они имеются – в одной всего на много тысяч пустых. Как этот дар у людей. Вон ещё две жемчужинки у нас валяются!

Мелкие заулыбались, прижимая к себе щенков.

– И как жемчужины туда попадают? Чего примолкли? Представьте: лежит на дне моря, среди водорослей и камней такая агромадная ракушка, раскрыла створки – отдыхает, развлекается, то есть жрёт в своё удовольствие. Пропускает через себя воду, выкачивая из неё всё, что можно съесть… И вдруг – на тебе: попадается маленькая такая песчинка, невидимая глазу, но с острыми краями! Бах! И зацепилась в нежном мясе! Ни туда – ни сюда. А ракушке каково? Больно же! И некомфортно – представьте соринку в глазу, или воду в ушах, избавиться срочно хочется!

Девушки передёрнули плечами.

– А как вытащить эту гадость – ни рук, ни ног! Ни мозгов. Тогда ракушка начинает особым веществом обволакивать эту занозу. Называется оно – перламутр, что означает «мать жемчуга». Тонюсенькими слоями, долго и медленно, но получается. Пусть чуть-чуть мешает, но уже не больно, не колется – жить можно. Годами, а то и веками старательно наращивает ракушка защиту, а в конце концов получается то, что сейчас на прекрасной шейке Лизы.

Общий вздох.

– Заманчиво! – произнесла Элен. – Надо срочно отыскать две большие раковины и зацепить там Лору с Ларой. Представляете, через какое-то время в доме такая красота – две огромных жемчужины, и – тишина вокруг, ничего не падает, не ломается, не проливается, не рвётся, не шумит… Чисто так, покойно, благодать-то какая… – княгиня вздохнула печально и мечтательно.

– Мамочка, не переживай ты так! – бросились к Элен мелкие. – Мы вот-вот подрастём, станем настоящими магинями, замуж выйдем за Илью, всё-всё тебе в доме починим и в порядок приведём, вот он починит… Карлен, а ты давай песчинку-то магическую ищи, чтобы в Илью вставить, не понял, что ли, зачем он рассказывал?

Маг непонимающе уставился на Лору, потом открыл рот, потом его захлопнул и занервничал.

– Как же…. где же… какую-такую… Илья! – вдруг заорал он. – Ты чего удумал-то! Наговорил тут всем! А я теперь спать не буду! Чего это никто до такого не додумался? Явился тут… Батон… Ядрён притом!

– Конкуренция! – предположил Витас. – Кому это нужно – столько магов? Да ещё возись с ними, проще украсть.

– А я думаю, не так, – Мельен давно уже вышел из своих собственных раздумий и с удовольствием прислушивался к происходящему. – Тут не «не додумался», как Карлен говорит, а намного проще – никто и думал! А зачем? Есть от рождения дар – это вот слово еще мозги туманило – маг, нет дара – никогда им не станешь! О чём думать, о каких ещё песчинках? Сочувствую, Карлен, но вдруг выгорит – я бы тоже не отказался. А Илье, между тем, да и всем нам – нужно молчать об этих мыслях. За Ильёй вообще охота начнётся, только потому, что он так думать умеет.

А Илья поражался мелким, особенно Лоре – девочке просто нравилось думать нестандартно, вариативно, искать решения неразрешимых, на взгляд прочих, задач. И у неё получалось. Нет, Лара тоже с ходу подхватывала мысли, предложения… Но Лора! Эта училась выдумывать и предлагать – светлые мозги! Если так будет продолжать – чудо вырастет! Интересно ещё – а что это никто и никак не отреагировал на заявление мелких о их замужестве? И мужа будущего объявили, и всем по барабану? М-да…

– Думать так думать – не привыкать… – бурчал Карлен. – Не всё сразу, а ты выполняй обещанное – что у меня с патроном?

– У тебя не только с патроном, – съязвил Илья. – Мыло не мылится, нитки рвутся, иголки гнутся, о продуктах вообще молчу – сам-то съел хоть чего-нибудь тобой сотворённое? Ладно, не злись. Давай так: я, бездарь, расскажу, как представляю весь твой магический процесс. Имей в виду, что я вырос там, где о магии не слышали, разве только в сказках. Но – всё равно. Буду не прав – поправишь, угадаю – не увиливай. Остальным, кстати, может, спать пора. В лабораторию идём?

– Нет! – это прямо завопили все, кроме Мельена, но и тот качал головой укоризненно. – И до полуночи ещё далеко! Слышать хотим! А я за едой быстренько! – подхватилась Лиза.

– И всё же, Илья, зачем тебе загорелось магом стать? – с интересом спросила княгиня. – Мы живём же себе и не думаем об этом.

– «Да чтоб свои способности маскировать!» – чуть не брякнул Илья. – Завидно, я же говорил. Кто-то умеет такое, чему мне не научиться. Как это? А лечить или, наоборот, прибить кого попало? Дождики вызывать в засуху, цветные огоньки запускать, видеть правду-ложь, себе защиту поставить… Да мало ли? – Вот вещи из ничего создавать никчёмные, как Карлен. Трубку хочу, – признался он вдруг печально. – Не видел, правда, чтобы тут курили, может, и табаку-то нету, но соскучился…

– Да на вот, пользуйся!

К огромному изумлению Илья увидел протянутую Карленом маленькую, но настоящую трубочку.

– У меня ещё есть. И табачку держи коробочку, южный, натуральный!

– Да, Карлен, теперь верю, что ты самый сильный маг! Табак – это вещь! А то патрон какой-то! Спасибо!

Илья схватил подарок, примял в трубке малюсенькую щепотку табаку, отошел к перилам, затянулся с удовольствием. В голове чуть затуманилось – так сколько уже без этого наркотика! Кайф! Быстро покурив, вернулся.

– Что так скоро? – улыбнулась Элен. – Дымил бы прямо тут, мне нравится запах.

– Мелкие! – виновато кивнул Илья.

Вернулась Лиза, расставила по столу тарелки с холодными закусками, кубки и кувшины с соками. Илья взял кусок пергамента, камышинку.

– Вот это будет Карлен! – изобразил он с краю длинный вертикальный огурец. – Надо же, как похож-то! Это, стало быть, голова, – пририсовал сверху яблоко.

– Кривая! – отметила Лара.

– Зато шибко умная! Это – его дар.

Нечто похожее на горшок, появилось в середине Карлена.

– Не уверен, может, у него дар находится в пятке или ещё где среди ливера, это не важно. Этот… ммм… горшок с энергией обязательно соединяется с мозгом. Есть мозг-то, Карлен?

Тот пихнул Илью в бок, не отрывая взгляда от натюрморта.

– Допустим, что есть. Когда Карлену нужно чего смагичить, мозг тянет к себе какое-то количество энергии из этого дара. Дальше два варианта: сначала маг произносит «махалай-бахалай!» – это заклинание такое, которое заставляет энергию превратиться, например, в защиту от огненных шаров на определенном расстоянии от умной головы. Или в сам шар. Другой вариант: сначала голова выбрасывает силу, а только после кричит «бахалай-махалай!». Что правильно, Карлен?

– У меня – первое, но второй вариант не исключён иногда. Только откуда тебе это известно, непонятно…

– Хорошо! Теперь другое действо. Карлен видит картинку, пусть лицо Лоры, говорит заклинание, лучик движется к Лоре, копирует её лицо… Наверняка есть и такая команда. Дальше – либо он сразу вешает копию, например на Лару, либо прячет в своем запаснике, который может находиться в той же левой пятке. Так?

– Так, так… – нетерпеливо подтвердил Карлен. – Дальше давай! К патрону!

– Как скажешь. Картинку можно показать, а можно и сделать. Из дерева, к примеру. Это случай фронтального изображения предмета. Берём предмет целиком. Вот шар…

Илья изобразил недалеко от огурца шар.

– Тут луч энергии должен не останавливаться перед предметом, а пройти чуть дальше, полностью его охватив. Охватил, скопировал – заклинание наверняка сложнее, так и маг не слаб! Теперь команда еще сложней и энергии – немеряно. Бах! Получился новый шар.

Илья нарисовал копию шарика на корявой руке огурца.

– Могу вместо шара нарисовать автоматный патрон. Я пока верно мыслю, маг?

Маг растерянно кивнул.

– А теперь простенький вопрос: что внутри шара?

– Как что? – маг пожал плечами. – А я откуда знаю? Ты же рисовал, не я…

– Но ты не увидел ошибки! Ни моей, ни твоей – очень застарелой, кстати. Бах! – Предмет создан, дело сделано! А потом ты начинаешь созданной копии чего-либо придавать необходимые свойства оригинала, теряя время и новые силы. Зачастую этих свойств и не зная до конца. И не всегда получается это: чтоб веревочка не рвалась, чтоб лопата не ломалась… А почему ты до копирования не хочешь знать, чего там, внутри, свойства какие у подлинника?

– Да может, и хочу! – возмутился Карлен. – Только как?

– Да кто же из нас маг – я или ты? – вкрадчиво спросил Илья. – У тебя вот этот твой луч, – ткнул он в рисунок, – что, просто обогнул шар, пройти сквозь него не может?

– Как не может? Он и проходит насквозь!

– А чего же он внутренности не копирует, а только форму-то? – да это же снова Лора! От избытка чувств Илья её тут же тискать начал.

– Какая же ты умница!

Лора зарделась и начала тискать Илью.

– Ты понял, Карлен? Ребёнок догадался до очевидного. А знаешь, почему ты как бы не догадывался? Да потому, что заклинание такого копирования должно быть сверхсложным! А разум твой боится. Но оно может быть, заклинание это, понимаешь, может! Вернее – должно быть! Стукни его посильней.

– Кого? – просипел Карлен.

– Разум, кого ещё! Чтобы он страх-то потерял.

Карлен сел на кушетке, вытирая пот с головы. Выпил огромную чарку вина. Потом сгрёб со стола рисунок и молча ушёл к себе. Но шаг его был решительным и быстрым.

– Да! – засмеялся князь. – Не получал ещё наш Карлен таких… подарков!

– Я бы сказал – пинков, – уточнил Витас. – И кажется мне, это не в последний раз.

– Пусть так, лишь бы не во вред, – согласился Мельен и подал руку княгине. – Что ж, всем – покойной ночи!

Илья немного задержался – выкурил ещё трубочку, теперь уже не спеша, с огромным наслаждением. А запах табака щенкам вроде даже понравился.

Разборки в Северном

– …Лора! Ты снова меня опередила, вредина такая! – возмущалась за завтраком Лара. – Смотрите, опять первая большой кусок пирога хапнула! Сестра называется!

– Лара, а в чём проблема-то? – поинтересовался Илья. – Если бы ты первая успела, сама-то какой бы кусок хапнула, а?

– Какой! Маленький, конечно!

– Так вот он тебе и достался, – показал Илья. – И чего возмущаться?

Лара онемела, дёрнула плечом – а что сказать? Отсмеявшись, Элен проговорила:

– Илья – он всегда всё так понятно объясняет! Но неожиданно.

– Да уж! – согласился Мельен. – Посмотрим сейчас, как он объяснит, что он там с кузнецом не поделил вчера.

Все удивлённо посмотрели на князя.

– Ой, не говорите мне, что не слыхали! Там, правда, не кузнец, а племянник его городской был, молотобоец, тот ещё бык здоровенный. Сам кузнец по делам отпросился на неделю. Вот тот молодец и заменяет его. Так что там вышло, Илья, давай, сам толком поясни.

– Да и не было ничего особенного. Просто я тут как-то услыхал случайно, что парнишка начал борзеть – девушкам проходу не даёт, хамит и прочее. В свободное время, а другого у него и не было, оказывается – всё только свободное. Работник! – Илья не стал уточнять, что это ему близняшки напели со слов Лизы, а той Лидица с кухни пожаловалась при случае. – Решил вот вчера перед вечером наведаться в кузню, поглядеть на отморозка. А там – шум, гам, лошадиные вопли и мат несусветный. В общем, привели три крестьянина лошадок перековать, так первая кобылка взбрыкнула чего-то, испугалась, может, а этот кузнец начал её кнутом стегать. Конечно, хуже вышло. Крестьяне растерялись, а что они сделают с мордоворотом таким? Тот лупит бедную животину и матерится. Это при лошади-то матерится, вы подумайте! Лиза, чего фыркаешь? Вот представь, что ты – лошадь, животная беззащитная, подковать надо, чтоб красивше было, а тебя матерят почем зря…

Лиза от неожиданности прямо-таки заржала, откинув голову. Поперхнулась. Девчонки полезли под стол, Витас начал их вытаскивать, Карлен восхищённо стукнул Лизу по спине, чем спокойствия не добавил.

– Молодец, Лиза, хорошо представила, всем сразу ситуация понятна. Так я попросил паренька отдать мне кнут на время. Тот не захотел, тогда я и усадил его на лавку.

– Чем, Илья? – вытирая слезы, спросил Мельен. – Люди говорят, молотом. «Паренёк» этот многопудовый полчаса встать не мог. Усадил!

– Клевета! – твердо сообщил Илья. – Я и не видел молота в той неразберихе. А насчет «встать не мог», так может, он прилип от огромной радости к скамейке – чего не бывает!

Хохот возобновился.

– А дальше?

– Так это и всё! Я лошадей подковал да и ушёл!

– Ты? – поразилась княгиня. – Ты подковал? Мельен, мы зачем кузнецам платим, когда свой есть! Может, я еще чего не знаю про него?

– Не знаешь, не знаешь, мама! – затараторили мелкие стукачки. – Он еще недавно, знаешь, чего учудил? Он коров доил! Ещё как!

У княгини вилка выпала.

– Он быстрей всех доил!

– Илья… – чуть не заикаясь, вымолвила Элен. – Ты это зачем? Князь доит коров? Да кто поверит? – и снова расхохоталась.

– Всё не воровство! – хмыкнул Илья. – А чтоб некоторые не думали, что князья и отдельные княжны – белоручки какие! А мы не такие – мы много чего уметь должны!

– Правильный подход! – Мельен стал серьезным. – Правда, с коровами – не перебор? Ладно, теперь есть серьёзный разговор. Для мужчин. Впрочем, можете все послушать, если охота. Дело касается нашего всеобщего спокойствия. Мне за эти дни после возвращения немало всякого пришлось услышать, в том числе, и неприятного, непонятного. Особенно о том, что стало происходить в городе. Пока, к сожалению, информация только от тайных осведомителей, но и она настораживает. Бургомистр, человек давно проверенный, надёжный, как я думал, начал вести себя странно. Помните, накануне нашего отъезда непонятно от чего умер начальник городской стражи? Так бургомистр вместо него назначил такого сотника… По нему давно верёвка плачет. Город начали наводнять разного рода тёмные личности: воры, воришки, чуть не бандиты, грабящие торговцев. Ночные тати вдруг явились ниоткуда – я-то думал, всех давно повывели. Ясно, что всё это без покровительства стражников невозможно, нового начальника-придурка, в частности. Но нужны доказательства, а закон, кроме королевского, у меня и свой, княжеский, имеется, чтобы без лишних проволочек разбираться. Те же осведомители сообщают, что к нынешнему дню готовится в городе какой-то переполох. Праздник сегодня – верхушка лета, не забыли? Ярмарка, зрелища, игры – суета и толчея, одним словом. Удобное время для всяких пакостей. Поскольку я там быть обязан, то предполагаю гадости и в свой адрес, – Мельен поднял руку, призывая к спокойствию всех, особенно встревоженных женщин. – Кое-какие меры я, естественно, предпринял. Например, полутысячное войско сейчас плотно окружает город, чтобы ни одна мышь не выскочила. А ведь войско должно вскорости на север выйти. Но, повторяю, нужны доказательства причастности бургомистра и остальных. На бургомистра, кстати, могли и надавить. Купить его нельзя, так семья у него немалая – что, если пригрозили с ней расправиться? Тут почти любой будет делать, что прикажут. И узнать надо, кто приказывает, откуда ноги растут у неожиданной возни, – Мельен задумался, подбирая слова.

– Так вот думаю я, что эту «возню» надо бы затеять раньше самим, чтобы их планы порушить. Тут как раз и пригодится Илья с его способностями.

– Что, подоить кого требуется? – с интересом спросил Илья.

– Ага, – не стал возражать князь. – Но, главное, чтобы прилип кто-нибудь. И Витас… Сын, на тебе очень много будет завязано. Илья – человек абсолютно новый в городе, обидеть могут. Я серьёзно сейчас – не брать же ему туда свою стрелялку! Конечно, отправлю с вами несколько бойцов охраны – без этого нельзя, может, придётся кого и сразу повязать. Основной праздник начинается в полдень, хорошо бы устроить шум ещё до этого. Поняли? Чего уж там делать – решите сами. Вот у этого вчерашнего молотобойца, оказывается, там уже есть приятели из тех самых… Может, даже хотели через него выведать что-нибудь здесь, в поместье. Так что, князья, решайте сами, но лучшее место, думаю, для вас – у площадки поединков, что недалеко от ярмарочной площади, помнишь, Витас? Я буду у бургомистра, поморочу ему мозги до полудня… Женская наша половина в город не идёт, и это не обсуждается. Вам интересно, а мужчинам переживать? Всё узнаете позже.

Сразу после завтрака Илья с Витасом быстро собрались, проверили снаряжение, оружие и в сопровождении пятёрки бойцов верхом выехали из поместья. Старшим охраны был Нарид – тот самый, что возглавлял охрану князя во время недавнего длительного похода и Илью, стало быть, знал. Да и остальные бойцы там были. Так что Илья был уверен, что охрана надёжна. Молчали. Не виделось основы, чтобы хоть что-то спланировать. Только въехав в оживленный город с уже наполняющимися народом улицами, Витас осмотрелся.

– Не маловато нам отец сопровождения выделил?

– Не маловато, – ответил Илья. – По сторонам еще два десятка с наших глаз скрываются. Нарид, у тебя со всеми есть связь?

– С кем это – со всеми? – прикинулся валенком воин.

– Точно посчитать тебе, сколько наших вокруг? – Илья осмотрелся. – Девятнадцать человек, не так? С вами две дюжины. Так есть связь?

– Есть, – буркнул Нарид. – Князь Мельен прибьёт – маскироваться не можем!

– Не прибьёт, – успокоил Витас. – Я-то не заметил, а твои виноваты, что Илья глазастый такой? Кстати, у тебя это откуда, Илья? Способности такие?

– Я не говорил разве, что разведчиком в своей армии был? Учили. И учился. На практике.

Проехали мимо ярмарочной площади, стараясь быть как можно более заметными – самим, что ли, кого-то искать? Молотобойца? Если даже и найдётся эта иголка в стоге сена, а дальше чего? Пусть уж их найдут, а потом видно будет. Площадка для поединков была огорожена невысоким бордюром, присыпана свежим песком, рядом бродили стражники, собирались небольшие кучки молодежи – до начала ещё часа два, но ведь надо и себя заявить, и противника приметить. Близко, очень кстати, оказался кабачок с выносными столиками, где команда и разместилась. Витаса с Наридом, как самых известных тут, отправили в дальний тёмный уголок, чтобы не отсвечивали этой самой известностью, не пугали, кого не надо, раньше времени. Четверо молодых воинов, оставшиеся с Ильёй, в городе бывали нечасто, но именитых горожан знали – служба такая.

– О! – сообщил один минут через десять. – Стража – на страже! Сам начальник проверяет свою службу!

Мимо кабачка прошествовала важная фигура, небольшого роста, усатая, при парадном мундире, и при десятке высоченных стражников. Мельком глянув в сторону Ильи, прошли в сторону ярмарки, чего-то мимоходом указав дежурившим у арены. Не успели свернуть за ближайший угол, как оттуда вышел молодой человек, одетый… пусть не как павлин – попроще, однако и не без претензий на сравнение с птичьим царством: ярко-желтый шейный платок, сиреневый камзол в золотых позументах, зеленые штаны пузырями. И так далее. Даже на башмаках – не банты, а крупные каменья, подделка, не иначе – кто настоящими будет пыль с улиц собирать? Глаза – водянистые навыкате, волосы – в пучок и перевязаны жёлтой же лентой. М-да… Сопровождали его, отстав на полшага, два приятеля, наряженные чуть проще, но физиономии у всех выражали фунт презрения к миру. А начальник-то стражи, видать, тормознул: половина его охраны так и не прошла за угол.

– Этот? – небрежно кивнул полупавлин на Илью.

– Этот!

Сопровождающие смотрели сквозь молодых людей. Уметь надо!

– Так вот, княжич… э…

Илья и не думал помогать, без интереса глядя на визитёра, который вдруг напыжился, приподнял плечи, расставив полусогнутые в локтях руки. Бойцы Ильи не скрывали презрения, но сидели молча, иногда отпивая сок из кубков. Наконец речь пошла дальше.

– Ты имел наглость обидеть моего друга-кузнеца. Так я вызываю тебя на поединок. До смерти! Если ты не трус.

– Наверняка с заменой, – тихо шепнул один их бойцов, отвернувшись. – По правилам можно.

– Прямо сейчас? – вежливо поинтересовался Илья.

– Да! Не будем ждать полудня!

– И какие будут правила?

– Какие тебе ещё правила? – презрительно скривился парень. – Ты тут вовсе новичок, не знаешь – никаких правил, кроме как до смерти. Оружие, какое хочешь. А какие тебе правила надобны?

– Бывает, что до начала поединка материться нельзя таким недоноскам, как ты, бывает, ниже пояса бить нельзя, всякое бывает!

– О! Да ты боишься ниже пояса? Зачем это покойнику? Смешно!

– Сейчас тебе будет еще смешней! – пообещал Илья и попросил своих ребят позвать к столику кабатчика и одного-двух стражников от площадки.

Те обернулись мигом.

– Подтверди свой вызов на поединок без правил в присутствии свидетелей! – Илья указал на подошедших мужчин. – Громко подтверди!

– Я вызываю тебя! – какая напыщенная самоуверенность! – Вызываю в присутствии свидетелей на поединок без правил до смерти!

– Вот и хорошо! Все слыхали, что произнёс молодой дурак? Без правил – значит без правил. Значит – без замены! Пошли, быстро! – Илья шагнул в сторону площадки.

– Как это без замены! – завопил поединщик. – Это предусмотрено…

– Чем предусмотрено? – переспросил Илья.

– Прави… – заикнулся было вызвавший и понял, в какую яму сам себя загнал. Бойцы Ильи заржали.

– Шагай, шагай, защитник кузнеца!

А защитник побелел, как полотно и трясся. Его приятели уже просто смылись.

– Э! Молодые люди, минутку! – раздался звучный голос.

К столу подошла группа начальника стражи.

– Я тут мимо проходил и всё слышал. Вы ведь молодой княжич из Северного поместья? – уставился он на Илью. Тот кивнул. – Я начальник городской стражи Будьен. Хочу вам сообщить, как человеку новому, что вот этот молодой дурень не имеет права участвовать в поединках, он – несовершеннолетний!

Илья ошалел: такой прилюдной наглости не ожидалось!

– За свое враньё он будет примерно наказан, но поединка быть не может, к сожалению! – фальшиво улыбнулся Будьен и собрался уйти, уводя молодого нахала.

– Минутку, начальник городской стражи! – остановил его Илья.

Тот лениво обернулся.

– Что ещё?

– Скажите, начальник городской стражи Будьен, по какому закону будет наказан этот молодой человек?

– По городскому уложению, а что?

– А просто то, что при ситуациях, когда в конфликте участвуют люди князя Севера, дела разбираются по законам коронного княжества. И там, между прочим, еще придётся доказать, что этот человек – несовершеннолетний. Вы, проходя мимо, не могли не слышать, как он вызывает меня на поединок. Почему не остановили его сразу? Ваше поведение, начальник стражи, также подлежит рассмотрению князем Севером!

– Ты… – Будьен задохнулся от ярости и испуга. – Ты вздумал мне угрожать… Ты тут никто и никого не знаешь!

– Зато я многих знаю, в том числе и тебя, Будьен! – спокойно проговорил подошедший Витас. – И племянника твоего знаю, вот этого попугая, которому уж давно за двадцать. Кто из вас шевельнётся сейчас, будет убит на месте за угрозу князю! – предупредил он телохранителей Будьена. Те отступили. – Арестовать обоих! Немедленно допросить и придержать в укромном месте!

Подоспевшие люди Нарида споро освободили начальника стражи и его родственника от оружия и разных побрякушек, связали руки и повели внутрь кабачка – укромное местечко наверняка найдётся где-нибудь в подвале.

– Вы за всё ответите! – паника не дала молчать всесильному начальнику. – Найдём на вас управу, а законы можно изменить!

– Витас, совесть есть? Где «подраться»? Ведь драку заказывали! – укорял Илья друга. – Как дальше жить в этом мирном городе, а? И… ты слышал последнюю фразу Будьена – она кое-что проясняет.

– А ты не волнуйся, неудачник – драки не случилось! Случится: то, что произошло, от заинтересованных не ускользнуло. Если что-то было завязано на начальнике стражи, это их очень обеспокоит. Как-то не вовремя мы тут. И что проясняет эта фраза?

– В каких случаях срочно меняются законы, не в курсе?

Витас, Нарид со своими бойцами – все насторожились.

– Вот именно, самый радикальный из этих случаев – смена власти. Предположение князя Мельена о гадостях в его адрес, думаю, становится полной явью.

Илья вытащил бинокль и медленно провёл взглядом по крышам домов с противоположной стороны площади. Удовлетворённо хмыкнул, протянул прибор Нариду.

– Посмотри на колокольню!

– Твою ж мать! – выдохнул тот. – Я сейчас…

– Погоди! – тормознул бойца Илья. – Время ещё есть, могут и другие явиться, а брать нужно всех!

На колокольне, что высилась метрах в ста от площади, шевелились трое, просматривались и арбалеты.

– Кто это приказал арестовать Будьена!? – заорал выскочивший из-за угла знакомый молотобоец. – Опять этот князёк? Убью!

Он выхватил здоровенный нож. И получил по болту в каждое плечо. Что-то уж шибко миролюбивые были нынче бойцы Нарида. Хотя, чем больше допрошенных, тем лучше – наверняка парни имеют от князя приказ не убивать при возможности.

– Фу, как неаккуратно! – произнесла следующая огромная фигура.

– Там что, гнездо у них? – удивлённо спросил Илья Витаса. – Плодятся-то как!

– Ведь будет мучиться человек напрасно, – фигура потянула меч из ножен.

– Стоять, Жакло! – крикнул Нарид. – Прострелю руку, тоже помучаешься!

– О! Меня тут знают! – промолвил человек, с сожалением возвращая меч на место.

Бойцы утащили орущего молотобойца в кабачок, заткнули тому рот.

– И откуда, если не секрет?

– Некоторые наёмники из Варгуна имеют большую известность своими зверствами, – хмуро сообщил Нарид. – Жакло, пожалуй, один из самых отмороженных, если не самый! Скотина!

– Ах, вот ты о чём! – небрежно произнёс Жакло, бесцеремонно усаживаясь за столик. – С теми временами и забавами давно покончено. Хоть и весело бывало… Нынче я мирный охранник удельного князя Перекопского из вашего коронного княжества. Мы как бы и на одной стороне.

– Вот именно, как бы! – бросил Нарид, не опуская арбалета.

Остальные бойцы были настороже не менее командира.

– Тут такое дело, – якобы подумав, проговорил Жакло. – Я кое в чём задолжал начальнику городской стражи, да и племяннику его тоже. А долги надо возвращать, не так ли? Это маленькое недоразумение надо бы завершить. Предлагаю поединок без оружия с одним условием: в случае моей победы Будьен уходит.

– Не выйдет, – вежливо сказал Илья. – Будьен не уйдет при любом раскладе. Он уже под законами князя Северного. А тебе нужен поединок – будет поединок, хоть до смерти. Будьен нам тоже кое-что задолжал. Долги надо отдавать.

– Что ж, пусть будет так. До смерти, без оружия, без магии.

– За полчаса до полудня, зрители в большом количестве нам ни к чему – эта драка не предполагалась ведь в числе зрелищ.

– Пусть так, князь, не забудьте составить завещание.

– Обязательно, наёмник. А вы не забудьте, что без оружия – это значит, без стилета в волосах, без железок в поясном ремне и в подошвах ботинок.

– Учту! – вздрогнув, на секунду замешкался Жакло и ушёл, уже несколько нервной походкой.

– Круто ты его, князь! – уважительно протянул Нарид. – В башмаках – да, заметно: подошвы толстоваты, а вот остальное? Ладно, давайте команды!

Оба бойца были раздеты до пояса, в легких сапогах: Жакло «учёл», а Илье нужна скорость – он видел, что противник силён и быстр и опыта подобных драк ему не занимать. И как предупредил Нарид, с гадостями. Насчёт гадостей Илья и сам был не дурак: в смертельных схватках не до политесов! По сигналу стражника-рефери, Жакло качнулся назад, к зрителям, убрав за спину правую руку. Однако… Предупрежденные Ильёй бойцы, отследили того, кто собирался вложить в руку Жакло нож. Чуть скосив глаза, тот понял происшедшее и взбеленился: сюрпризы против непонятного князя начали дохнуть в самом начале. Приходилось полагаться только на силу и умения – а в них наёмник не сомневался. Он поднял вперед полусогнутые руки и немедленно прыгнул. Поймал пустоту. Более того: правая рука онемела и повисла, причём удар в нервный узел оказался очень болезненным. Меньше чем через мгновение то же ощущение получила под коленом левая нога. Жакло закачался, однако сдаваться и не думал: знал, что его будут потрошить, несмотря на защиту, а известно слишком много, лучше тут сдохнуть! Какого дурака свалял, решив показать подчиненным свою удаль! Может, хоть кто из них догадается пристрелить этого шустряка? Арбалетчики с крыш не станут – там другая задача: им приказано убить князя Мельена, когда тот непременно появится сюда к телу сына. Теперь-то чьё тут тело будет? А из зрительских рядов… Там дважды завопили: бойцы Нарида были очень внимательны.

Илья услышал условный свист – стало быть, стрелки на колокольне и крышах обезврежены. Жакло получил крепкий удар в затылок. Не помрёт, небось!

Витас, уже имеющий некоторые данные после допроса начальника городской стражи, вызвал карету, куда упаковали допрошенного Будьена с племянником и четверых мордоворотов с Жакло во главе. Направились к резиденции бургомистра. До полудня – минут пятнадцать, успеют. Тем более что Витас отца предупредил.

Нарид не упустил случая пристроиться рядом с Ильёй. Его бойцы бдительно наблюдали за окрестностями, не выпуская из рук оружия, но придвинулись поближе. Витас тоже насторожился и развесил уши.

– Князь, извини, Илья, можно пару вопросов, пока время есть? – начал Нарид и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил. – Мы вот только несколько минут назад поняли, почему тебя сюда отправил князь Мельен, а так находились в недоумении – ты ж ведь местной обстановки, правил там всяких поведения со всякими… не знаешь пока. Нет, не думай – мы видели, как ты с мечами тренируешься да мелких гонять начал. Да и в походе уже твою подготовку почувствовали.

«Да уж, – ухмыльнулся про себя Илья. – Подготовка… Вам бы рассказать про нашу армию, да как меня Светка тиранила. Как они там? Сколько времени синяки сходили от ведьмы этой! Конечно, нынче тут и я так смогу, и придётся ведь – будто не ясно, чем этот короткий разговор завершится. Будто в Нариде, бойце-охраннике просто любопытная Варвара очнулась, как же!»

– …а вот этот поединок, точнее, драка – оружия-то не было! Мы смотрели внимательно, но ничего почти не увидели, кроме последнего тумака по затылку. Тут понятно, от этого удара и не такой амбал свалится, а до того? До того что было? Ты ведь не бил его? Это Жакло пытался использовать свои бандитские уловки, это он нападал! А ты вроде только уклонялся, так? Так, парни? – обратился он к своим.

Воины жестами подтвердили правоту командира.

– Но при этом у Жакло отнялась рука, перестала держать нога. И он совсем растерялся, он не ждал подобного! Это как, Илья? Что за стиль и школа рукопашной безо всякой магии? Можешь пояснить хоть в двух словах?

– В двух – нет, – рассмеялся Илья, – до такой степени я языка ещё не знаю. В одном могу – подготовка! Тут ты, Нарид, прав, куда без неё? Специальная такая подготовка, в том числе, и для таких вот случаев. Сам понимаешь, времени сейчас мало для подробных объяснений, да многое просто показывать нужно.

– Вот-вот, к чему я и веду! – откровенно и простодушно заявил Нарид. – Ты не мог бы нам хоть что-то попоказывать, а? Пусть не всем, а только тем, кто с тобой в поместье шёл? Понимаю, что все секреты открывать не следует. Но хоть что-то? Дело-то делать всегда лучше желаемо!

– Давайте так договоримся, – Илья тряхнул головой, соображая, что у него с планами. – Для начала будем просто выискивать свободное от службы и прочих дел время. Регулярные тренировки возможны, но они зависят… не только от меня – откуда мне знать, чем придётся заниматься? Устраивает? А ещё – кто вам мешает присоединяться к нашим с мелкими занятиям? Если у вас великовозрастных профессиональных амбиций нету.

– Чего нету? – переспросил Нарид, но сдержал себя. – Конечно, устраивает, пусть только кого не устроит!

Он с угрозой повёл взглядом по отряду, отряд взгляд выдержал с достоинством.

– А вот ещё, кстати. Не скажешь, зачем тебе вообще эти тренировки с мелкими? И им – зачем? Обычно дети правителей знакомятся с детства с оружием, но то – парни, а тут девчонки княжеские, да дети простого люду, им-то вроде вовсе ни к чему?

– Нарид, а мы точно знаем, что нас всех в будущем ждёт? Но это так, к слову. На самом деле, мне просто интересно, мне тут многое интересно. Мелким княжнам – тоже. А дети, тем более простого люду? Чем они хуже? Например, когда нужно от некоторых молотобойцев защититься, как считаешь? Обязательно князя ждать?

Окружающие, те, кто слышал, рассмеялись.

– Да уж, мы, когда услыхали об этом случае, так и не поверили. Чтобы князь сумел успокоить такую гору мяса, а после ещё и лошадей подковать. Жаль, что сами не были при этом чисто из интереса. А по правде, так ты, конечно, правильно говоришь, себя защитить хоть как, должен каждый, да кто учить-то будет? Это нашим ещё повезло как раз!

Примолкли. Почти добрались до места, до городской управы.

К Илье явились мысли, что он многое упускает. Вот сейчас – как минимум, две важные, просто необходимые для его жизни и выполнения задачи, вещи. За увлечением историей, географией и ребятнёй с волками, он абсолютно не поинтересовался ни разу элементарным административным устройством княжества. Даже в столице не планировал пока побывать. А ведь это нормальное государство, соответственно времени и укладу. «Заветам» – как тут говорили. Бургомистр вот городской в наличии имеется. Правительство, стало быть, бюрократия необходимая. Вместо приказов, департаментов, министерств, пусть вазиратов каких – палаты: торговая, сословная, ткаческая, тайная, строительная, по благоустройству, посольская, охранная… и так далее. Следовательно, есть и начальники. Кто они – бояре, дьяки, «палатники» какие-нибудь? В общем, как он заметил, не было тут ни бояр, ни дворян в привычно-историческом земном смысле. А нечто среднее. Родовитость – да, имела значение, но только при обязательной службе – в войсках ли, в государственном аппарате любого уровня. Служба – у князя, либо в уделах. Это обязанность всякого поколения в роду, независимо от пола. Нет службы – нет и благородства. Так Илья и обозвал их всех «дворянами» – пусть, а то вовсе запутаться можно. Это, кстати, лишь о городе – по недолгой дороге из поместья всё-таки упомянул Витас кое о чём среди молчания. А княжество в целом? Вот князь Мельен Север… Каждый день отправляется в город «по княжьим хлопотам». Это что? А то, что дома Мельен – заботливый муж, и отец, и рачительный хозяин поместья, и глава семьи. В самом же деле князь Мельен – Коронный Князь со всеми заботами, обязанностями и правами. Последнее как-то вслух получилось. Нарид хмыкнул: «Мягко стелет – жёстко спать! Спуску за нерадивость не даёт, однако и по наветам не судит, разбирается тщательно во всем!».

– Всегда только на отсутствие времени да нехватку людей жалуется! – вздохнул Витас. – Не то чтобы жалится, а озабочен постоянно. Вот, к примеру, ныне – бургомистр городской, чтоб ему…

Коронный князь простаком отнюдь не являлся, и излишне уж доверчивым тоже. Предусмотрительным он был, это точно. Не зря приказал войску взять город в плотное кольцо. И наверняка догадывался о нависшей лично над ним опасности. Оказалось, на праздник в город и визит к бургомистру он взял пять десятков личной охраны во главе с её главным командиром Мортом. Вопреки традициям, войдя в резиденцию бургомистра, в городскую управу, Мельен приказал собраться в зале приёмов всем служащим во главе с начальниками палат. Кто бы возразил? Собрались, естественно. Растерянный бургомистр находился тут же. Охрана князя внимательно осмотрела присутствующих и отсеяла в одну сторону тех, кто был назначен на должности во время отсутствия князя. Таких набралось человек двадцать: и простые клерки-писари, и начальники, в том числе казначей и «охранник». Всех других князь распустил по рабочим местам, приказав не покидать их до особого распоряжения.

Поняв недоброе, начальник охранной палаты попытался зарезаться – не дали: бойцы князя, и без того-то люди опытные, ныне были особо насторожены.

– Всех в допросную! – бросил князь. – Главные вопросы: кто? Откуда? По чьей указке? Что должны исполнить?

Не уходя из большого зала, начал разговор с бургомистром. Тот потел, отводил глаза, мялся – смотреть противно! Особенно, когда знаешь его без малого двадцать лет как человека крайне порядочного, обязательного и уж отнюдь – не способного на предательство. Но в конце концов, взял себя в руки, когда до него дошло, что Мельен намерен навести должный порядок в городе, да и не только в городе. Причём немедленно. Да и начал это делать на глазах бургомистра. Так что тот пришёл в нужное состояние.

Выяснилось, что сразу по уходу князя в удел Витаса, явился некий руководитель охраны удельного княжества Перекопского, что граничит непосредственно с великим герцогством Варгун, и предельно ясно объяснил бургомистру, что, если тот не поставит на отдельные должности указанных визитёром людей, вся семья бургомистра погибнет. А у того еще живы старики-родители, две сестры и три брата, две жены, девять детей. Не жалко? И куда деваться? Пришлось выполнять указку да уповать на возвращение Мельена. Вот и всё.

– Ныне сам готов принять смерть, княже! От тебя! – твердо сказал. – Самому умереть нужно было – так семью, всё равно, не спас бы, это точно. Стоило только в глаза этому гонцу посмотреть – мать свою не пожалеет!

– Ладно, подождём! Скоро прояснится, что тут затевалось, – Мельен показал жестом, чтобы принесли напитки.

Получил сообщение от Витаса, несколько успокоился, велел вызвать всех глашатаев, что есть в наличии.

– Этот? – спросил Мельен бургомистра, указывая на связанного, но уже очнувшегося Жакло. Тот кивнул. – Значит, из Варгуна… В Перекопском что-то шибко мало послужил. Говорить будешь?

– Вот ещё. У наемников тоже слово есть! – скривился Жакло.

Мельен посмотрел на магов, те покачали головами.

– Защиту ставил маг Варгуна, а с ней бороться – никак, княже!

«Никак! – Тоже „заветы“ или просто предел познания?» – мелькнуло у Ильи.

Мельен глянул на него. Илья кивнул.

– Скажет сам. Нужно помещение со сточным жёлобом на полу, этого – туда на спину, руки, ноги – приковать. Два мага – «правдиста» и лекаря. И пару больших бочек с водой – обгадится!

– Ха! – скривился Жакло в презрительной усмешке. – Не знаешь настоящих воинов, князёк!

– Действительно, князь, – шепнул Морт. – Их учат терпеть такую боль – обычным людям не снилось! Проще сразу башку снести.

– Настоящих – знаю, только ты к ним не относишься, там нету подлецов, – бросил Илья на ходу.

В окружении недоверчивых спутников спустились в подвал. Жакло, который по-прежнему ухмылялся, уже был прикован цепями к крюкам в стенах. Паук пауком! Предусмотрительно раздет. Илья достал стилет.

– Приподнимете ему башку, – попросил стоявших рядом двух «мастеров заплечных дел». Те ухватили Жакло за длинные космы, шея его попыталась напрячься, да куда! Мужики были поздоровее!

– Князь, вопросы! – обратился Илья к Мельену.

– Кто таков ныне, кем послан, с какими указками? Это для начала, – раздельно спросил Мельен, глядя в глаза Жакло. – Нет, Илья, не станет он добровольно говорить!

Илья придавил стилетом нужную точку на затылке молчуна. Да кто б такую боль вытерпел? А можно и неоднократно повторять. Буквально через мгновение раздался такой вопль… Кажется, стены затряслись. Одна нога лежачего в судороге вырвала крюк из стены. Илья тормознул. Бочки с водой очень пригодились. Повтор. Вопль, переходящий в визги.

– Хватит… не могу… – прохрипел Жакло.

Илья взглянул на лекаря. Тот пожал плечами – нормально!

Жакло говорил долго. Организовать массовые и длительные беспорядки в столице княжества и ещё в четырех удельных городках; узнать, каким образом погиб маг Белисена; убить князя Мельена. Дальше пошли подробности: сообщники, организаторы в уделах, как уговорён князь Перекопский и так далее. Писцы записывали, маг-правдист подтверждал, Морт по сигналу Мельена отдавал своим людям неизвестные Илье приказы, бургомистр командовал подчиненными…

Войско, окружившее город, принялось за зачистку. Нынешней городской страже не очень-то доверяли по понятным причинам. По наводке осведомителей и признаниям Жакло брали всех причастных к миру преступности. На городских воротах и при попытках уйти через стены было поймано десятков пять самых хитрых. Глашатаи прошли по всем улицам, площадям и закоулкам, зачитывая княжеское распоряжение: добровольно явившимся с повинной преступникам – суд, но без казни, горожанам – заявить о подозрительных личностях, особенно укрывавшихся у них в жилищах с последующими наградами либо наказаниями… Праздничные гуляния отменены, вместо них на городской площади – княжеский суд с немедленной расправой! Бедный Мельен!

– Подействует указ, как считаешь? – поинтересовался Илья у Витаса.

– Без сомнений! Слово отца известно давно. Тут ведь заодно и заработать можно – глянь, ребятня мечется! Все чердаки, подвалы, свалки, канавы и помойки облазят, точно!

– И зачем надо было Варгуну всё это затевать? – поинтересовался Илья у Мельена вечером перед ужином. – Смысл какой?

– Знаешь, Илья, мне оба эти великие герцоги непонятны и отвратны, что Белисен, что Варгун. Одно их объединяет – непомерная жадность, просто непредставимая. Ради золота готовы на всё – от крупных нападений на соседей до мелких пакостей, в том числе и своим же подданным. И при этом оба достигли высокой степени изворотливости, при любых раскладах стараются остаться ни при чем. И оставались до сих пор. Тут вот не повезло: лично давал маг Варгуна указания наёмнику Жакло. Так опять – герцог совсем не в курсе, чем маг занимается, какие претензии к Варгуну – маг виноват, с него и спрос. А к тому мало кто подойти осмелится – сам слышал мнение наших магов. Чему их только учат? А в этом случае, думаю, они просто решили отвлечь наше внимание от севера – край богатый: пушнина, рыба, лес, железо, и золото попадается. А грабить втихую не даём. Значит надо, чтобы я тут зашился, силы тратил. А без меня – так и того проще. Вот так, наверное. Однако явно перепугались, ишь ты, вопрос у них – как маг Бесилена погиб? Вот это, кстати, мне нравится: если маг чего не понимает, он обязан всё сделать, чтобы понять! А наши… Ты вон хоть Карлена встряхнул, и то дело. А то лекарь, да эксперименты малые по созданию вещей. Нету в нем полёта. Точнее, не было пока. Может, ещё пнёшь?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.