Леся Марс
Рокеры на всю голову

– Вал, обязательно надевать шкy’у дохлого медведя? – заунывно пробасил парень.

– Обязательно, и это не шкура дохлого медведя! Это эко-мех! – возмутилась я, густо подводя глаза черным карандашом.

– Выглядит так будто ты ее с т’упа дохлого медведя сод’ала! – тяжело вздохнул рыжий парень, но все, же надел меховую накидку.

– Вот, ну красота же? – я улыбнулась, рассматривая, высокого парня в образе викинга, рыжий андеркат подчеркивал яркую скандинавскую внешность, и плевать что парик. Со сцены не видно, – А если перестанешь ныть, вообще цены тебе не будет!

– Вал, там все уже готово. Мы выходим пятыми! – звонко прокричала блондинистая девушка с сотней мелких косичек, с интересный прозвищем Асс, за спиной которой висела гитара.

– Ну, что? Готовы голубчики? Главное не растеряйте реквизит, иначе в институте с меня три шкуры сдерут! – грозно прокричала я, а мои подопечные одуванчики стали по стойке смирно.

– Я прикрою! – раздался рядом голос мужчины.

– Петрович! Нас двоих ректор повесит, как трофей в своем кабинете! – я тяжело выдохнула, глядя на Петровича, который годился мне не то в отцы, не то в дедушки. Эдакий молодящийся хипстер, который работал у нас в институте охранником.

– «Кровь Квасира»¹, на позицию! – раздался крик в рации распорядителя конкурса, – Через пять минут ваш выход!

– Отступать некуда! – я сильнее сжала барабанные палочки в руках.

      Когда я свернула не на ту дорогу?

***

Все началось с яблочного пирога, как в старой американской комедии. Нет, вы не подумайте, ничего такого не было! Одно могу сказать, что тот, кто придумал поговорку: «Не было бы счастья, да несчастье помогло», оказался чертовски прав.

Начало сентября, кленовые листья, отливающие золотом, в лучах солнца. Осень в этом году пришла рано, еще с середины августа начала раскрашивать листья желтыми красками. Суббота, как и вечер пятницы, для меня самая лучшая часть недели. Впереди еще воскресенье, а значит на учебу не скоро. Квартира была наполнена ароматными запахами корицы, яблок и свежесваренного какао. Я ждала своего, теперь уже бывшего парня. Арсений, он же главное институтское хамло, плохой парень и местная звезда КВНа. Куда мои глаза глядели и уши слушали, когда оно ко мне подкатывало? Повелась на симпатичную харизму, во всех смыслах этого слова, а на отсутствие мозга, как это обычно бывает, не обратила внимание. Пардоньте, была влюблена!

За все время нашего общения, а это целых полгода, оно попрекало меня всем, чем можно, объясняя тем, что это для моего блага. Как сейчас модно говорить, абьюзер хренов. Вот и сейчас оно сидело, и вяло ковыряя чайной ложечкой яблочный пирог, с любовью и нежностью выносило мне мозг.

– Кулинария не твое! – потянулся он, отодвигая в сторону тарелку.

– Н-да? – я выгнула бровь.

Честно? Бесить меня он начал давно, но я терпела. Начитавшись идиотских статей о психологии отношений, в которых рассказывалось, что нужно уступать друг дугу, что отношения это труд двух человек. Может оно и так, но я устала трудиться одна. Надоело. Говорят, бойся гнева терпеливых? Вот и пришло время бояться. Я убила половину своего выходного дня, на создание всей этой чепухи, а он явил свое царственное тельце, на все готовое и носом воротит? Нет, я не спорю, я не кондитер. Но, готовлю с детства, никто не жаловался.

– Да, зайчик. Может, на курсы запишешься? Скиллы подтянешь? – он посмотрел своими щенячьи глазами, мол, ты же знаешь, я добра тебе хочу.

– Ты хочешь сказать, что тебе теперь не нравятся мои скулы? – я посмотрела на свое отражение в окне, нормальные скулы, длинные и вьющиеся каштановые волосы, карие с медным отливом, глаза, прямой нос, пухлые губы. Нормальное лицо, не мандель, но сойдет. Пострашнее бывают.

– Какая ты глупая, Валя. Скилл – это умение. А твое главное умение сейчас, это жестко тупить! Прекращай, а? – он пожал плечами, а мне захотелось пожать его тонкое гусиное горлышко, моя рука потянулась к огромному тесаку, которым обычно рубят мясо, но тут, же вспомнив об Уголовном кодексе, рука вернулась в карман домашнего спортивного костюма.

– А то что? – все-таки не выдержала я и села напротив него. Кроме симпатичного лица, оказывается, в нем больше ничего нет.

– Что? – он не понял моего наезда. Знаете, я из того типа людей, когда говоришь, что сломала руку, обычно спрашивают – кому? А с Сеней я почему-то вела себя, как пай-девочка, наверно пыталась показать себя с хорошей стороны, строила правильные отношения. По этому поводу могу сказать, но не буду озвучивать некультурную поговорку.

– Я спрашиваю, что будет, если я не перестану тупить, Сеня? – я нервно барабанила ногтями по столу.

– Ничего, Валя, – в тон ответил он, – Ничего. Ты останешься серой и неприметной кляксой в ярких строчках истории! Так и будешь бегать в черном купальнике на сцене местного института. Или продолжать подрабатывать певичкой в местных пивнушках, когда я буду иметь собственный телеканал! – он довольно улыбнулся, видимо представил себя в голи большого босса, а меня в роли бомжихи, протирающей его лакированные ботинки тряпочкой.

– Скот! Пошел вон! – я взбесилась не на шутку и вылила остатки какао ему на голову, а остатки пирога размазала по лицу. Нет, черный купальник, я еще могу простить, сама жутко не люблю занятия по актерскому мастерству. В черном купальнике и лосинах, я выгляжу, как глиста в скафандре. Но вот певичку в пивнушке, ни-за-что! Петь на сцене – это моя мечта, какой бы глупой он не казалась! А начинать нужно с малого.

– Дура сумасшедшая! – он взвыл, как раненый тюлень, и поспешил на выход – Мы расстаемся!

– Наконец-то! Вали, быстрее, иначе я сделаю из тебя отбивную! – крикнула я вслед убегающему из кухни парню, и для устрашения почему-то ухватила чугунную сковородку, которую привезла с собой из дома, на период обучения. Большая такая, увесистая, на удивление чистая. Досталась от бабушки маме, а от нее мне, видимо этот предмет использовался не по назначению, а исключительно для устрашения.

– Что случилось? – в двери показалась голова моей лучшей подруги, а по совместительству и сожительницы – Аськи.

– Осеннее обострение! А казалась нормальной! – рявкнул Сеня и пулей вылетел на лестничную площадку, разбрасывая по ходу кусочки пирога, а Аське навстречу вышла я со сковородкой в руках.

– Это что сейчас было? – она с улыбкой смотрела на меня, а вернее не сковородку, из которой на пол капали остатки какао.

– Изгнание торгующих из храма! – выдала я, вспомнив одноименную картину художника Эль Греко.

– Вот это ты загнула, а если простыми словами? – Аська закрыла дверь и отобрала от греха подальше сковородку.

– А если проще, то изгнание козла из квартиры! – я устало опустилась на стул, – Ась, достань из холодильника питьевой йогурт, в горле пересохло.

– Поссорились? – девушка подала мне прохладную бутылочку.

– Расстались, – я отпила немного, и поставила на стол, Аська, как прилежная домохозяйка, сметала в совок остатки пирога.

– Серьезно? – она даже остановилась.

– Достал этот звездун. Достало быть зефирной дурочкой. Достало все! – я хватила бутыль с йогуртом, и зачем-то решила встряхнуть. Встряхнула. От души так встряхнула, что вкусной молочной жижей, с кусочками клубники были накормлены все, и я, и Аська, и стены, даже потолок.

Сначала я смеялась, до боли в животе, знаете, когда сначала не можете остановиться, и вам становится страшно, а потом смех плавно перетекает в слезы и одолевает така-а-ая печалька. Вот меня и прорвало. Как не хотелось, но я не могла отрицать, что эта жаба мужского пола зацепила меня за живое. Даже факт расставания меня ничуть не расстроил, наоборот. Но вот сказанные слова о серой кляксе, резанули ножом по сердцу. Я ревела. Некрасиво и одновременно очень смешно, скривив красное, как у новорожденного лицо, тяжело вздыхая и похрюкивая. От чего утешающая меня подруга, хохотала, как бешеная обезьяна. Но мой рев остановился также быстро, как и начался. Я прозрела, меня осенило или не знаю, как это можно еще назвать. Я поняла, что действовать нужно прямо сейчас или никогда!

– Я не буду серой кляксой, в ярких строчках истории! – я шмыгнула носом и достала сценический грим, – Будем записывать видео.

– Ты что тронулась с горя? Ну, подумаешь, расстались. Еще сотню таких встретишь! – Аська смотрела на меня, как на неизведанное чудо света.

– Вот спасибо! Таких больше не надо! Давай, не тормози, будем нашу мечту детства исполнять. И нос утирать, институтскому хамлу! – я была воинственно настроена, готова свернуть горы, шею, одним словом, я чувствовала себя творцом своей судьбы.

– Сумасшедшая, ты, Валька! – хихикнула подруга, глядя, как я делаю себе мейк в стиле группы Кисс, – Но это, я в тебе и люблю!

Одним преимуществом учебы в творческом ВУЗе является доступ к декорациям, костюмам и гриму. А так же к занятиям, на которых учат, как этим правильно пользоваться. После второго курса, как раз после экзамена по гриму у меня остался набор красок и парик. Красивые, прямые и длинные волосы, невероятного пепельного оттенка, и еще бонусом набор цветных мелков.

– Аська, я готова! – я скомандовала, критически осматривая себя в зеркале, – Хеллоуиновская тыква отдыхает! То, что надо!

– Камера, мотор! – громко сказал подруга, и мы начали запись.

«Всем хай! Я Валькирия, наша группа «Кровь Квасира» ищет талантливых музыкантов, готовых рвать на части толпу! Хочешь, чтобы под твою музыку слэмились? Хочешь устроить адский мош?² Интересен с мелодичный дэт-металл?³ Тогда тебе к нам! Контакты нашей группы ищи под видео!»

– Снято! – хмыкнула Аська, – Валь, а какая группа? Чьи контакты?

– Над этим как раз сейчас и будем думать! – я довольно улыбнулась, предвкушая грядущие приключения, – Кстати, детка, вспоминай уроки игры на гитаре. А я подтяну ударные.

– Что-о? – Ася хлопнулась на пол, от чего ее белоснежное каре взметнулось вверх.

***

– Дурная затея, Валька, очень дурная! – Ася завязал волосы в маленький хвостик на макушке.

– Почему? – я искренне не понимала, её паники.

– Сама посуди, ты заявила, что группа играет дэт-металл, ты знаешь, какая скорость игры должна быть? Ты хоть слышала такое? Почему хотя бы, не более легкий инди-рок⁴?

– Я просто чувствую, это то, что нам надо! Пойми, это будет круто и зрелищно! Если ты забыла, то я вообще-то, так же как и ты люблю рок и знаю, как звучит дэт-метал! – я усердно создавала фейковый аккаунт в соцсетях, чтобы не светить свое настоящее имя. Ибо для институтского хамла, это должен быть удар!

– Это все понятно, зрелищно, брутально и все такое, но Валь, для крутой музыки надо виртуозно играть. А мы с тобой хоть учились музыкалке, но обе по фортепиано. А гитара и барабаны это хобби, я не уверена вообще, что смогу играть с кем-то вместе!

– Ну и что? Ась, ты такие классные каверы играла раньше? А я учила крутецкие барабанные партии! Будем тренироваться и у нас получится.

– А петь, кто будет? – Ася с ужасом посмотрела на меня, для неё сольное пение было самым страшным делом, сколько себя помню, когда её в школе просили выступить, она блеяла как козочка. Вот с хор или дуэт, это да, а сольно это была фобия.

– Надо мужика брутального найти, чтобы гроулом⁵ мог петь, я-то могу, но бить по тарелочкам и петь, это трудно.

– Господи, какой же мужик согласится петь в бабской группе! – всплеснула руками подруга.

– Не бойся! Найдётся какой-нибудь дурачок! Мы тебя на аватарку поставим! – я хохотнула, Аська девка у нас видная, с формами, голубоглазая блондинка.

–Я тебя сейчас тресну по макушке! – надулась подруга.

–Шучу. Короче, вот явки и пароли от аккаунта нашей будущей группы. Сидеть будем с него вместе. И руководить набором!

– А где мы прослушивание будем проводить? – теперь Аська залипла в телефон.

– Базу найдем, с почасовой оплатой.

– Твой энтузиазм меня пугает! – Аська почесала лоб.

***

Как и планировалось, мы нашли репетиционную базу. И решили в субботу устроить прослушивание, тем более желающих набралось достаточно. После слов Аськи, я ожидала что их не будет вообще. Репетиционная точка, а попросту говоря гараж, находился на выезде из города. В эту часть города маршрутки ходили, наверное, раз в неделю. А то и реже. По крайней мере, нам так показалось, когда ждали транспорт.

За восемь часов аренды помещения, пришлось выложить круглую сумму, и доплатить пару тысяч, еще и за аренду инструментов. Так как кроме гитары Аськи, своих инструментов мы не имели.

В ожидании кандидатов, мы сидели на старых диванчиках, расставленных вдоль стены. Гараж имел два уровня. Верхний, как раз где мы и находились, видимо был предусмотрен для послерепетиционных тусовок музыкантов. И подземный уровень, стены которого были обиты звукоизоляционными панелями. Он был полностью оборудован под репетиции. В середине помещения стояла барабанная установка, в углах были мощные колонки, напротив, практически у входа стоял микшерный пульт, ближе к стенам стояло несколько комбиков, для гитар и два микрофона на стойках.

– Итак, что мы имеем? – я открыла блокнот с контактами наших претендентов, которых мы решили встречать наверху.

– Имеем не густо, но судя по их рассказам, все имеют музыкальное образование! Што-ш-ш… посмотрим… – философски изрекла Ася.

– Серьёзно? Это же круто! – я довольно потерла руки, надеясь, что профессиональные музыканты быстрее найдут общий язык и сыграются.

– Кто его знает! – улыбнулась девушка, мне по телефону они все странными показались.

– Ты просто критично относишься к этому! – я пожала плечами, – Расслабься, получай удовольствие, ибо сейчас ты узришь мегакрутых рокеров!

– Слушай, ты, что всю свою зарплату выложила? Откуда деньги? – подруга смотрела на меня, подняв бровь.

– Почти, но не суть. Скажет так инвестиция в будущее! – я улыбнулась, а Аська махнула рукой, мол, что с тобой говорить.

– Зд’асте! Здесь п’ослушивание музыкантов? – раздалось у входа в гараж.

– Привет! Проходи! – весело прощебетала Аська, довольно махая рукой, – Валь, знакомься, это Паша, он мультиинстументалист. Это знакомый, моего брата. Паша сказал, что может играть на любой гитаре, клавишах и если нужно на трубе или на клавишах.

– Ого! Привет, рада знакомству! – я пожала руку здоровенному детине, высотой под два метра, шириной не меньше, гора мышц. Бодибилдер – да, но как он оказался в музыке, вот это вопрос. Короткий рыжий ежик и зеленые огромные глазищи. Вот такой вокалист как раз бы идеально подошел.

– Если нужно, могу аппаратуру настроить или проверить. Аська сказала, что вы ее напрокат взяли? – он бросил на диван рюкзак.

– Конечно, было бы круто! Инструменты внизу! Спасибо! – я крикнула, в спину удаляющемуся Паше, – Ась, а он петь умеет?

– Откуда я знаю, его мне посоветовал мой бро, где-то пересекались с ним раньше. Говорит безотказный малый, за любой кипишь, но только в сфере музыки! – прошептала Аська.

– Его надо удержать любыми силами, подруга. Ты представь, он может играть практически на любом инструменте, это раз. Он может без труда их настроить и подключить, это два. И он может быть звукорежиссером, это три! – я прошептала на ухо подруге, – И если его сделать вокалистом, то мы сорвем большой куш!

– Коварная ты! – хихикнула Аська.

– Эй, цыпа, тут типа группу набирают? – в помещение вошел парень небольшого роста, по-сравнению с Пашей он показался карликом. Наглый взгляд, спичка в зубах и спортивный костюм. Если бы не лощеное лицо и модная прическа цезарь, я бы подумала, что это типичный гопник. Но, нет. Это интересная смесь гопника, бандита девяностых и современного модника-мажора.

– Привет! Здесь, а что? – спросила я, потупив взгляд.

– Фух…– он расслабился, – А где здесь урна?

– Т-там! – мы с Аськой, смотрели не него с опаской, мало ли чего удумает. На голову еще наденет, урну эту.

– Ну и гадость! – он выбросил спичку, – И нафига ее гопники жуют?

– Ты бы с другой стороны ее пожевал, там вкуснее! А сера, действительно гадость! – я улыбнулась.

– Меня зовут Алексей! Я струнник! – другим, голосом, тихим, спокойным сказал он, – Гитары, скрипки, гусли – мой профиль!

– Boo? – удивилась я, вспомнив его профиль инстаграме.

– Ага, это я! – он улыбнулся, – Вы так не смотрите на меня, это для маскировки. Иначе родаки на британский флаг меня порвут, если узнаю, что я вместо репетиции в оркестре к вам пришел. Пришлось шмотки у друзей взять.

– А-а-а…вот оно что. И друзья у тебя из разных кругов общения, да? – Аська хихикнула.

– Ну, да. А откуда вы узнали? – он удивился.

– Такой эклектики в одежде давно не встречала, грешным делом подумала, что ты ненормальный! – я улыбнулась, – Я Валя, это Ася. Если хочешь подготовиться, спускайся вниз.

– Хорошо! Спасибо! – и паренек довольно поскакал по ступенькам.

– Хы! Вот это контраст! – я прикрыла рот рукой.

Прошло несколько часов прослушивания, а участников, которых мы отобрали, как было двое, так и оставалось. Некоторые приходили и тут же уходили. Причем их было много, половина совсем абсурдных. Особо одаренные приходили «побухать» в гараже, слишком умных не устраивало, что в группе девушки, третьих не устраивал стиль группы, других не устраивало бюджетное место прослушивания. Верхом безумия было выступление двух алкашей, на площадке перед гаражом. Зная, что здесь репетиционная точка, они частенько приходили и попадали под бесплатную выпивку. А сегодня – облом. Увидев нас, решили устроить концерт, дабы урвать, хотя бы сотню на бутылку. Один начал петь матерные частушки, постукивая гаечным ключом в ритм по гипсу второго. Паша еле проводил их.

– Моя голова сейчас взорвется! – промычала Ася, – Сколько придурков еще придет?

– Ась, половина из них не из нашего списка. Так, мимо проходящие. На восемь у нас. Что? Граф Валдемар? Это из серии, чье имя нельзя называть? – хмыкнула я, вспоминая любимый фильм Аськи.

– Нет, балда! – возмутилась она, всегда бесилась, когда я коверкаю имена ее любимых героев, – Там был лорд Волан-де-морт!

– Темного вечера, леди! Я приехал немного раньше назначенного времени. Не люблю опаздывать. Пунктуален до тошноты! – как истинный упырь, из дверного проема тихо вышел парень, высокий, с прилизанными гелем волосами. Ярко красными глазами, в полумраке не понять, толи линзы, толи обкуренный. Одет был в черную рубашку, с воротником стойкой. Просто дитя Слендермена и Мортиши Аддамс⁶, – Пригласите меня!

– Ч-ч-то? – у Аськи вытянулось лицо, само за себя говорившее «Я больше не выдержу!»

– Я не могу зайти, без приглашения! – загробным голосом произнес он.

– Проходи, болезный! – хмыкнула я, глядя не это вампиро-подобное существо со съехавшей крышей, Аська взвыла. Если для меня общение с неадекватными людьми, это развлечение, то подруга у меня нервная, и всегда все принимающая все близко к сердцу.

– Благодарю, леди! – и это чудо природы протянуло нам каждой по черной розе.

– Спасибо! Это просто… – я не могла подобать слова.

– Мрачно? Я старался! Где инструмент? – он обольстительно улыбнулся, как ему показалось, Аська скривилась, я еле сдержала улыбку, и мы направились вниз.

– Ференц Лист. Соната для фортепиано Си минор! – поставленным голосом конферансье сказал Граф. Мы, конечно, хихикали, ожидая, что очередной пианист либо сыграет «Собачий вальс», либо будет водить пальцем по клавишам, говоря, что это импрессионизм⁷. Таких у нас сегодня было, целых пять человек.

Все сомнения отпали, как только это чудо природы прикоснулось к клавишам. С открытыми ртами стояли все, включая гору мышц по имени Паша. Валдемар, а попросту Вовчик, будто играючи, с виртуозной скоростью играл Сонату. Не глядя на клавиши.

– Берем? – тихо спросила Аська, когда он начал импровизировать и добавлять в классику мелодии известных рок хитов.

– Ты спрашиваешь? Главное, чтобы они с Пашкой не убежали после первых репетиций! – тихо сказала я.

– Не дождетесь! – довольно сказал пианист, тон его голоса изменился из дурашливо-высокомерного в совершенно нормальный, приятный баритон адекватного человека, – У меня абсолютный слух, во всех смыслах. Косячить не получится, не бойтесь, если мало опыта в игре, научу попадать в ноты, если нужно. Уроки вокала, фортепиано, сольфеджио. Первый урок бесплатно, все последующие по договоренности.

– И-и-и роль клавишника и пиар-менеджера группы, достается графу Валдемару! – довольно протянула я, в стиле ведущих на вручении «Грэмми»

– Владимир! – он протянул руку каждому, – Не смотрите так на меня, я под прикрытием! И вполне адекватен!

– Тоже родители будут ругаться? – тихо спросила Ася, глядя на Леху, который выглядел не менее адекватней Графа.

– Ректор консерватории повесит! – он улыбнулся.

– Ш-т-а? – Паша открыл рот в изумлении, – Ты Владимир Листавин? А я думаю, где я тебя видел!

– Он самый! – почему-то смутился наш «вампир», – Для консерватории Листавин, для своего круга Валдемар, ну или Вован.

Мы с Аськой, как два тукана не понимали восторга в глазах Паши и Лехи. Они чуть ли не с обожанием смотрели на клавишника. Вроде бы и в культурных слоях крутимся, а об это Листавине ни я, ни подруга не слышали. Пока до подруги не дошло быстро загуглить его имя и фамилию.

– Смотри! – Аська протянула мне свой телефон, пока ребята что-то обсуждали.

– Владимир Листавин или реинкарнация Ференца Листа! – гласила первая ссылка в поисковике, – Да ну на фиг!

– Читай! – подруга стояла с круглыми глазами.

Я прочитала. Я в шоке? Нет. Я в прострации. Полной. Наш сумасшедший клавишник, оказался виртуозным солистом симфонического оркестра нашей городской консерватории. Известный не только у нас, но заграницей, лауреат и победитель всевозможных конкурсов.

– Ребят, мы отойдем на минуту! – промямлила я и потащила Аську вверх.

–Он, что, правда реинкарнация или вампир? Нет, ты видела? Он же копия композитора! – прошептала подруга, тыча пальцем в фото, на котором, за роялем красовался наш Граф. Без грима, без противного геля на волосах. И он и впрямь был похож на композитора в молодости, портрет которого нашла подруга. Темные волосы едва касались подбородка, тонкие и аристократичные черты лица. В статье перечислялись награды и заслуги.

– Ась, ты чего, дурная? – тихо спросила.

– Таких совпадений не может быть! Черные розы, слух, приглашение! А ты видела, какие манеры? – подруга всегда была склонна драматизировать и романтизировать все происходящее, – Вампир!

– Да хоть чупакабра, мы его берем! – шикнула я, а подруге пришлось согласиться с тем, что нам крупно повезло, что такой профи захотел играть в гараже и даже не потребовал вытереть ему пальцы, после игры на чужих клавишах.

– Но зачем ему это? – не унималась Аська.

– Мало ли какие причуды у известных и творческих личностей! – я пожала плечами, – Мы люди творческие все с заскоками.

– А вот и мы! – бордро оповестила Аська, когда мы спустились к парням.

– Леди, мы тут посовещались, и ‘ешили, что нам не хватаем бас-гита’иста, вокалиста и д’аммера? – изрек Паша.

– Драммер и ритм-гитарист есть. Вокалист, если согласится тоже. А вот басиста нет! – я посмотрела на удивленных парней. – Драммер я, ритм-гитарист Аська, вокалист Паша. Ты же умеешь петь или гроулить?

– Э-э-э… – Паша замер, плохо представляя себя в роли вокалиста, – Я как-то больше по инст’ументам и по технике.

– Но слух-то есть? Пел когда-нибудь? – спросила Аська и мило улыбнулась.

– Пел… Но как, у меня же п’облемы с ’ечью? Эээ… Ладно… – он сдался под взглядом Аськи, вот так развитие событий. Прямо искра между ними.

– Где проблемы? Не придумывай фигню! Лучшего кандидата на роль секс-символа группы нет! – грозно сказала я, а остальные хмыкнули.

– Басист! – напомнил о себе Граф, – У меня есть один человек на примете, если вы не против, он сейчас спустится? – улыбнулся Граф.

– Да, без вопросов! – в один голос сказали все.

– О! Блябляс? Ты что тут делаешь? – раздался знакомый голос откуда-то сверху. И этот голос хорошо знал меня, и мою странную фамилию, из-за которой я претерпела много казусов в жизни. Я повернулась и с ужасом увидела нашего охранника из института, с которым постоянно спорила и шутила.

– Петрович? – моя челюсть просто упала на пол.

– О, так вы знакомы? – изумился Граф.

– Ничего не понял? Блябляс, так это ты группу собираешь? А какого черта так далеко забралась? Мне сказать не могла, я бы вас в актовый зал пустил! – он возмутился.

– Так откуда мне было знать, что вы музыкант? – я пребывала в состоянии ступора.

– Он матерится так? – Леха тихо спросил у Аськи.

– Нет, – он хихикнула, и под моим грозным взглядом стала серьезной, – Это фамилия нашей Вали.

– Пустая твоя башка, Валентина! Где басуха (прим.автора бас-гитара)? В каком направлении играем? – он ловко ухватил стоящую в углу бас-гитару и начал наигрывать аккорды, – Уже настроили? Какие шустрые!

– Мелодичный дэт-металл, с тематикой скандинавской мифологии! – выдала я, – Так вы же военный вроде бы?

– Не «выкай» мне тут! – возмутился он, – Раз лабать в одной команде будем, военный. И что? Я в оркестре играл, с его батей! – он качнул головой в сторону Графа, – В сорок пять на пенсию вышел. И пристроился к вам в институт. А что еще делать. А то в тихую можно ночью поиграть, а в актовом зале всегда полно инструментов.

– Офигеть! – пробормотала Аська.

– О, Бобинчик, и ты тут? Тоже музыкант или за компанию пришла? – хохотнул он.

– Блин, Петрович! Не свети наши фамилии! – проворчала Аська, которую в детстве дразнили Бобиком из-за фамилии, – Музыкант я, музыкант.

– Ну и отличненько! Вовка, включи-ка что-нибудь, фоном! – и он принялся перебирать аккорды. Мастерски показывая разные способы игры.

3

– Ну что ж, когда все выяснили и решили, давайте разъясним некоторые вопросы! – сказала Аська.

– Да, пожалуй, приступим. Как вы поняли, группа создается с нуля. Сегодня мы с вами впервые встретились. Понимаю, что это будет трудно, но давайте решим сразу все вопросы. Чтобы в дальнейшем не было сюрпризов! – сказала я, когда мы уже всей разнопестренной компанией сидели за столиком, в кафе. Компания была более чем странная, каждый со своей историей и с легким прибабахом, но от этого еще интереснее.

– Верное решение! – сказал Леха.

– Хорошо, тогда давайте знакомиться. Только честно, если есть какие-то секреты лучше открыть их сейчас. И мне очень интересны ваши мотивы. Просто сами понимаете, мы все разные, поэтому начну с себя. Меня зовут Валя, но для группы, пожалуй, это слишком банально. Поэтому я выбрала себе псевдоним Валькирия. Мне девятнадцать лет, учусь на третьем курсе факультета Академического пения, нашего дорогого творческого института. Игра на ударных хобби, но знаю много партий, поэтому поводу не переживайте, не подведу. Где надо подтяну. Для вас не секрет, что идея собрать группу принадлежала мне, а Ася ее поддержала. Наверное, у вас возник вопрос, для чего я собрала группу? Слава, деньги… Не буду кривить душой, да. Без этого никак. Но и это не главное. Буквально вчера мне сказали, что я глупая и серая клякса, в ярких строчках истории. Клякса, которая ничего не добьется в жизни.А я, знатете ли с детства пророчила себе большое будущее. А тут вышло, что я никто. Поэтому, я хочу доказать обратное, не только этому человеку. Было бы глупо. Я хочу доказать себе, что я чего-то стою! В свободное время подрабатываю в кафе, барах и ресторанах.

– Сильно! – сказал Леха и одобрительно покачал головой.

– Декан что ли наехал? – поднял бровь Петрович.

– Причем тут декан? – я несильно ударила его по руке.

– А, семейные разборки? – понимающе хмыкнул он, – Наконец-то отвадила этого хмыря лощеного!

– Можно и так сказать! – я пожала плечами и больше ничего не сказала. Мне не хотелось выносить мусор из избы, при малознакомых людях. Петрович был в курсе наших отношений со звездой местного масштаба, поэтому понял все сразу.

– Так, давайте теперь я расскажу о себе. Меня зовут Ася, мне тоже девятнадцать лет. Учусь вместе с Валей, но только на отделении Народного вокала. За шутки про кокошник и сарафан, бью больно! Большой опыт. Для чего группа? Мечта, с самого детства, выступать. Секрет у меня один, я боюсь сольно петь. С игрой все в порядке. Пою в народном хоре института. Ну, и конечно, я выступаю как уравновешивающая сила, в нашем тандеме с Валей. Мы как, газ и тормоз. Если что, ролями газа и тормоза мы иногда меняемся.

– Дай пять! – я протянула руку к подруге, и она отбила «пятюню», ребята улыбнулись.

– Теперь я. Как самый младший! Я Алексей, для друзей просто Леха. Мне семнадцать лет. Заканчиваю школу. Ходил в музыкалку по классу гитары, играю в школьном оркестре на арфе. Родаки пророчат мне профессию юриста, экономиста, чтобы в свое компании потом эксплуатировать. А я всю это хню, не перевариваю. Вот реально, не понимаю, как здоровый молодой пацан может сидеть в офисе? Нахрена? Короче юношеский максимализм у меня. Вот. Музыка у нас не котируется от слова совсем. Ее не считают профессией. Поэтому, я тоже хочу доказать всему сраному свету, что чего-то стою, и что с моим мнением надо считаться! – закончил парень.

– Бро! – я легонько ударила его по плечу, – Докажем, главное чтобы нас не посадили, за склонение несовершеннолетних, к противозаконной деятельности!

– Мне через месяц восемнадцать! – гордо сказал он.

– Ну, про меня большинство из вас знает. Девчонки, небось, уже накопали инфы в интернете. Поэтому объясню пару моментов. Я Владимир, мне двадцать пять. Играю и работаю преподавателем в нашей консерватории. Для чего мне группа? И почему я вырядился, как гот? Все просто ребята. Мне до чертиков надоел официоз, классика. Как классический музыкант, я уже исчерпал себя и свои резервы. Вся жизнь принимает циклическую форму – работа, репетиции, конкурсы, работа. И так по кругу. Хочу идти в другом направлении. На чистоту и без обид, вы ребята отличный пластилин, а у меня есть связи. И из всех нас можно слепить очень и очень хороший коллектив. Относительно стиля музыки, мне нравится, даже если бы не нравилось, я человек, который принимает любую музыку. При хорошем исходе, можем выйти далеко за рамки нашей страны. Почему такой образ? – он искренне засмеялся, – Оно того стоило. Особенно, когда Ася взвыла раненной белугой, а Валя старалась не засмеяться в голос, когда я попросил пригласить меня! Но вы не выгнали меня, дали шанс. А значит такие же чокнутые, как и я. И с вами можно работать. Если серьезно, это маскировка, как и у Алексея. Образ гота выбрал случайно. Сами понимаете, я несу риски. И пока группа не наплаву, мне желательно не светиться. Статус преподавателя и тому подобное.

– Я так понимаю, что менеджер еще не существующей группы у нас уже есть! – я улыбнулась, – Петрович?

– А что я? У меня вторая молодость. Дети выросли, бес в ребро, жена по командировкам мотается, со своим фотоаппаратом. Скучно мне! Но тоже, желательно, чтобы меня не засекли. А то из ветеранской организации попрут.

– Я знаю, как буду теперь шантажировать тебя в институте! – хмыкнула Аська, в отличие от меня с Петровичем она часто ругалась из-за того, что постоянно теряла студенческий, а он ее хоть и знал, но не пропускал из вредности. А иногда в плохом настроении заставлял звонить в деканат или устраивал допрос по знаниям фамилий преподавателей.

– Моя оче’едь. Я Паша, мне двадцать четы’е. Не знаю, как случилось так, что я освоил около пяти инст’ументов. Музыкой занимаюсь с детства. ’аботаю в фитнес-клубе. Иногда в ночных клубах за пультом и на конце’тах звукачом под’абатываю. Г’уппа, тоже мечта с детства! Ничего не будет, если сидеть на месте! – он пожал плечами и посмотрел на Аську, ой искра-а-а, – Но, у меня, есть большой сек’ет. Если о нем кто-то узнает, вас п’идется убить.

– Ты, что сидел? – ляпнула я, подруга покрутила пальцем у виска.

– Хуже…. – он тяжело вздохнул, – Меня зовут не Павел, как вы могли подумать. Я Павсикакий. Минутная тишина, а потом дикий смех на все кафе, от которого содрогнулись стены и в нашу сторону повернулись все посетители и персонал кафе.

– Ну, ты шутник! – отсмеявшись, сказала я.

– Валь, не смешно! – надулась Ася.

– Ничего я п’ивык, это п’авда мое имя. Назвали в честь п’адедушки. Поэтому чтобы не было воп’осов я ’ешил сазу вас п’едупедить.

– Извини… – я прочистила горло, – Неожиданно. Я никогда не слышала. Честно.

– Да забей. Блябляс тоже жесть! – он улыбнулся.

Когда все было улажено, и оговорено время первой репетиции, парни направились домой, а мы с Аськой решили еще немного посидеть.

На самом деле, мы ждали еще одного человека. Фотографа и визажиста имени Адик, то есть Влад, Владик. Но все его звали Адиком за манерность в поведении и невыносимый характер.

– Господи Иисусе! – пропел он, как оказалось он уже добрых полчаса наблюдал за нашей компанией с дальнего столика, где сидел в компании своего ухажера, – Чмоки, девочки. Что за кунсткамера во главе со старпером?

– Адик! Не бухти. Есть идеи? – спросила я сразу в лоб, чтобы не слушать еще час лекцию о моем ужасном вкусе.

– Я бы назвал вашу, гм… группу не «Кровь Квасира», а ВИА «Дохлые кузнечики»! – он закатил глаза.

– Ну, я бы не сказала, что Паша похож на кузнечика! – хихикнула Аська, которой Паша, кажется, понравился.

– Ася, не смешно! Адик прав. Что мы будем делать с этим оркестром? – Я смотрела в спины прошедших наше прослушивание музыкантов, ничего не хочу сказать плохого, по внешности не судят. Они все реально, мега-крутые музыканты, и я не сомневаюсь в том, что они будут так же круто играть. Но кого я обманываю, вашу ж мать! Мы все разные настолько, что я не представляю, как из нас можно что-то слепить. Если с музыкальной точки зрения, все нормально, и мы вполне можем сыграться, то в визуальной у нас больша-а-ая проблема!

– Ты хотела группу? Хотела! – подруга начала загибать пальцы, – Хотела исполнить мечту детства? Хоте-е-ла. Хотела, как ты там говорила, стать ярким пятном…

– Яркой строчкой в истории! – поправила я подругу.

– Да, яркой строчкой в истории. Хотела. Хотела институтскому хамлу доказать свое превосходство? Хотела. Ну, вот – получай! Твоя группа! А что с этим делать, решай уже сама. Не я это затеяла.

– Мда-а-а-а… – выдохнула я, – Нас спасет только грим и костюмы.

– Угу… – согласно покивал головой, наблюдавший за нашей перепалкой Адик, – Я надеюсь, вокалистом будет секси-качок?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Кровь Квасира – так называемый «мед поэзии». Квасир – в скандинавской мифологии маленький мудрый человечек, сделанный из слюны богов. В «Младшей Эдде» говорится, что из крови Квасира, убитого карликами, был сделан «мед поэзии».

Вернуться

2

Мош, Слэм – разновитности танцев на рок-концертах, т люди имитируют драку, собственно, размахивая всеми конечностями.

Вернуться

3

Дэт-метал (англ. death metal, от death – «смерть») – экстремальный поджанр метала. Вобрав в себя скорость и сложность исполнения трэш-метала, дэт-метал выделился сначала в отдельный поджанр этого направления (его иногда называют прото-дэт), а потом и в самостоятельный жанр в середине 1980-х годов.

Вернуться

4

И́нди-музыка (англ. Indie music, от англ. independent music – «независимая музыка») включает в себя музыкальные жанры, субкультуры, для которых характерны независимость от коммерческой поп-музыки и мейнстрима, особая DIY идеология (Do It Yourself – делай это сам).Префикс «инди-» может использоваться вместе с названием жанра (например, инди-рок или инди-поп), в этом случае термин может подразумевать и музыку, продюсированную коммерческими лейблами. Появление термина относится к 1920-м годам. Впервые он использовался в отношении кинокомпаний и позднее распространился на независимых музыкантов и издателей звукозаписей.

Вернуться

5

Гроул – это диафрагмальный бас, применяемый в таких стилях как black-, death-, doom-metal и пр. Можно сказать, что такой прием пения основан на извлечении звука на опоре диафрагмы при усиленном выдохе животом (нижняя часть) с последующим расщеплением ложных связок.

Вернуться

6

Слендермен – персонаж, созданный участником интернет-форума Something Awful в 2009 году в подражание персонажам городских легенд. В качестве интернет-мема Тонкий человек приобрёл широкую известность, породив ряд рассказов, образцов фан-арта и косплея, а также став персонажем компьютерных и мобильных игр и фильмов ужасов.

Мортиша Аддамс – персонаж «Семейки Аддамс», созданной художником Чарльзом Аддамсом. Мать семейства. Прототипом персонажа послужила жена автора Барбара.

Вернуться

7

Музыкальное направление, аналогичное импрессионизму в живописи и параллельное символизму в литературе, сложившееся во Франции в последнюю четверть XIX века – начале XX века, прежде всего в творчестве Эрика Сати, Клода Дебюсси и Мориса Равеля.

Вернуться