Борис Жолус
Гигиеническое обучение и воспитание военнослужащих. История и современность

Введение

Вопрос охраны жизни и здоровья людей, выбравших своей профессией защиту Отечества, следует отнести к особо гуманной области мышления и действий. Посвятив себя, свою жизнь другим людям воин-защитник всегда заслуживал уважение и почёт граждан соотечественников.

Ратное дело во всей истории государства признавалось величественным. Смелость, мужество, самопожертвование – истинные черты военного человека. При этом и в мирное время, и особо в военное, защитник добровольно переносил множественные невзгоды и лишения, терпеливо нёс крест разлуки с родными и близкими.

Военная наука, имея принцип «побеждать не числом, а умением», всё же добивалась побед человеческой силой и разумом. Только при сохранной «живой силе» можно побеждать врага. Все великие полководцы ценили своё воинство, берегли его силы и здоровье.

Весь исторический опыт ведения человечеством войн свидетельствует о том, что фактор здоровья воинов имел решающее значение в победе. Свой значительный вклад в сохранение здоровья военнослужащих вносит военная медицина.

Хотя чаще всего она ассоциируется с лечением больных и раненых, профилактическая работа в охране здоровья воинов является не менее значимой.

Предупредить появление болезней в воинских подразделениях, не допускать выхода из строя воинов – задача, прежде всего, командования на основе рекомендаций и предложений, разработанных военными врачами.

В древней мифологии отец медицины и врачебной науки Асклепий (Эскулап) имел двух дочерей. Одна – Панацея, – олицетворяла лечебное направление. Вторая – Гигиея, – профилактическое, предохранительное.

Для военной медицины важны оба направления, но по своей сути у здоровых людей, призванием коих является сражение, быть здоровым – дело первостепенной значимости. Это предполагает, прежде всего, отбор на военную службу пригодных к ней рекрутов, а на отдельные виды ратного труда предъявляются повышенные требования к состоянию здоровья.

Фото 1. Скульптура Гигиеи перед главным зданием Военно-медицинской академии в Санкт-Петербурге

В современном обществе труд человека предполагает защиту от вредных, нежелательных воздействий. Статья 37 Конституции Российской Федерации гласит: «Каждый имеет право на труд в условиях, отвечающим требованиям безопасности и гигиены…», а статья 41 провозглашает: «Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь…».

В Федеральном законе Российской Федерации от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» дано определение: «…охрана здоровья граждан – система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического) характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи…».

Наука о здоровье человека в армии и на флоте – военная гигиена. О ней, её специалистах, их трудах пойдёт речь в предлагаемой книге.

Большинство публикаций по истории военной гигиены, в том числе учебники, содержат очень краткие описания первых трудов и их авторов – родоначальников науки и практики. Мы сочли целесообразным представить материал в расширенном виде, как первоисточников, так и биографии первопроходцев военной гигиены.

Накопленные врачами, прежде всего военными, теоретические знания и практический опыт в области сохранения здоровья военнослужащих оформились в науку «военная гигиена».

Её стали преподавать в третьей четверти XIX века в Императорской Медико-Хирургической Академии на кафедре общей, военно-сухопутной и морской гигиены при подготовке врачей, а позже и при их усовершенствовании.

Военное руководство и военно-медицинское сообщество понимали, что достичь благополучной санитарной обстановки в армии и на флоте возможно только при выполнении гигиенических правил и норм, которые должны твёрдо знать и руководствоваться ими командиры и сами военнослужащие.

В этой связи в образовательных учреждениях Русской армии вводится учебная дисциплина «Военная гигиена». Об этом свидетельствуют учебники и руководства с 1877 по 1917 годы. Они предназначались, прежде всего, для обучения юнкеров и офицеров даже в военное время.

В учебники включались темы: правовые и международные вопросы сохранения здоровья военнослужащих, анатомия и физиология человека, все разделы гигиены (воздушная среда и размещение, питание и водоснабжение, экипировка, очистка территории и полей сражения) и другие.

В приложения учебников включалась одобренная императором «Инструкция для сохранения здоровья воинских чинов действующей армии» (1876), позднее утверждённое военным министром «Наставление об охранении здоровья войск действующей армии» (1904).

Революция 1917 года и гражданская война отвергли накопленный опыт военной гигиены. В стране свирепствовали массовые паразитарные, микробные и вирусные инфекции. В результате военных действий и высокой смертности населения произошёл демографический провал. После гражданской войны обучение гигиене происходило на примитивном уровне, бессистемно.

В начале 30-х годов происходит возрождение гигиенического образования и обучения, но процесс преобладает во врачебно-профессиональной сфере.

Великая Отечественная война стала тяжёлым испытанием для советского народа, военной медицины и её составной части – военной гигиены. Учёные-гигиенисты, педагоги стали в ряды защитников Отечества, используя опыт и знания для сохранения здоровья воинов, раненых и больных.

В послевоенное время гигиеническому обучению и воспитанию в Советской Армии и Военно-Морском Флоте стали уделять внимание. В официальных документах – Руководствах по медицинскому обеспечению СА и ВМФ гигиеническому обучению и воспитанию военнослужащих отводилось место среди задач медицинской службы. При этом для проведения данной работы отсутствовали единые методические материалы.

В образовательных учреждениях Минобороны основное место занимала военно-медицинская подготовка – оказание первой и взаимопомощи при ранениях и других нарушениях здоровья. Все попытки в конце 80-х – начале 90-х годов вернуть гигиеническое обучение курсантов и слушателей ВВУЗов не достигли результатов.

Трудный период для Вооружённых Сил страны в конце прошлого века не мог отметиться прогрессом в сфере охраны жизни и здоровья военнослужащих.

Впервые в 2004 году для военно-медицинской службы и военной общественности в Минобороны РФ выходит методическое пособие «Гигиеническое воспитание и пропаганда здорового образа жизни в Вооружённых Силах Российской Федерации». Содержание пособия соответствовало современному уровню информативности гигиенических вопросов.

Вся проблема состоит в доведении гигиенических знаний до военнослужащих. Однако процесс гигиенического обучения и воспитания по-прежнему основан на формально-декларативном принципе. Опыт свидетельствует о том, что как в войсковом звене, так и в образовательных учреждениях Министерства обороны всех уровней от кадетских и суворовских училищ до ВВУЗов гигиенические знания не находят внедрения в необходимом объёме.

На фоне высоких достижений в области вооружений и военной техники человеческому фактору в армии и на флоте уделяется недостаточное внимание. Командиры различных уровней, отвечая по Федеральному закону от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» и по УВС ВС РФ (гл.8, ст.34) за здоровье подчинённых, совершенно не получают знаний в этой области. Современные попытки автора привлечь внимание командования к данной проблеме представлены в книге.

Автор просит извинить за встречающиеся повторы по тексту, они объясняются необходимостью разъяснений сущности проблемы в различных выступлениях и публикациях. К примеру «Памятка военнослужащему по охране жизни и здоровья», несмотря на крайне печальную статистику смертности призывного контингента, в течение более двух лет не находит реализации.

Гигиеническое обучение и воспитание военнослужащих – требование и задача, исходящие из законодательства РФ (статья 36 Федерального закона 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения»). Здоровье кадровых военнослужащих и прошедших срочную службу – значительной части мужского населения страны – это положительный демографический фактор. Бережное отношение к человеку в военной форме, основанное на научных достижениях военной гигиены – задача, решаемая командованием, военно-медицинской службой и самими военнослужащими.

Автор выражает благодарность за помощь в подготовке и оформлении материалов труда Заслуженному деятелю высшей школы Российской Федерации профессору Игорю Витальевичу Петрееву и Заслуженному врачу Российской Федерации Владимиру Николаевичу Реммеру, а также лейтенанту медицинской службы Вадиму Воскресенскому.

Все публикации, обращения автора к должностным лицам МО РФ в течение более 30 лет не нашли никакого ответа.

Краткая история зарождения военной гигиены

Для понимания необходимости гигиенического обучения и воспитания военнослужащих следует рассмотреть вопрос, что представляет собой военная гигиена как наука, практика и учебная дисциплина. Как зарождались и развивались гигиенические правила, нормы, которые и стали внедряться в образование военного сословия от древних времён и до настоящих дней – читатель найдёт ответы на эти вопросы в книге.

От древности до Петра I и далее

Зачатки гигиенических знаний, основанные на эмпирических наблюдениях, существовали уже в глубокой древности. Эти наблюдения, обобщенные народным опытом, принимали форму обычаев, законов или религиозных правил.

У древних греков гигиенические наблюдения суммировались в научные труды, к числу которых принадлежат первые дошедшие до нас письменные гигиенические трактаты знаменитого врача древности Гиппократа (460-377 годы до н.э.) «О здоровом образе жизни» и «О воде, воздухе и местностях». Он писал, что болезнь есть результат жизни, противоречащей природе, поэтому врач, чтобы исполнять свои обязанности, должен тщательно наблюдать, как человек относится к пище, питью и всему, что его окружает.

В Римском государстве осуществлялись такие крупные общественные санитарно-технические мероприятия, как строительство городских водопроводов и канализации. Например, в самом Риме было 14 больших и около 20 мелких водопроводов, доставлявших в город за десятки километров до 1,5 млн. м3 горной ключевой воды в год.

В средние века (VI-XIV) вместе с упадком древних государств и древней античной культуры были забыты и многие положения гигиены. Феодализм с его раздробленностью государств, постоянными междоусобицами, войнами и грабежами тормозил развитие науки вообще и гигиенических знаний в частности. Христианская религия, распространившаяся к тому времени в Европе, также не способствовала прогрессу гигиены, так как проповедовала аскетизм и самоотречение, объявляла заботу о теле и здоровье делом второстепенным и даже греховным.

Населенные пункты, и в первую очередь города, содержались в антисанитарном состоянии. Канализация и водопровод отсутствовали; все нечистоты, в том числе хозяйственно-бытовые воды, выбрасывались и выливались на улицы. Личная гигиена находилась на крайне низком уровне, бань почти не было, нательным и постельным бельем не пользовались даже в высших слоях общества; насекомые-паразиты имели массовое распространение. Смерть детей от вшивости случалась даже в королевских семьях.

Суеверие, грязь и нечистоплотность, отсутствие у населения элементарных гигиенических навыков способствовали возникновению и распространению инфекционных заболеваний – чумы, оспы, проказы, венерических болезней и т.д.

Лишь отдельные очаги науки и культуры продолжали хранить и развивать наследие ученых древности. С IX века в Италии (Салерно) существовал университет, в котором идеи Гиппократа и Галена получили широкое развитие.

На Востоке выдающуюся роль в развитии медицины сыграл знаменитый ученый Абу-Али Ибн-Сина, известный в Европе под именем Авиценны (980 – 1037). Он разработал многие гигиенические правила об устройстве и содержании жилищ, одежды, указал на возможность распространения болезней через почву и воду.

XV и XVI века ознаменовались зарождением капиталистического способа производства, что повлекло за собой развитие наук и искусств, в том числе и современного естествознания. Медицина, преодолевая религиозные, схоластические представления о болезни и ее причинах, о функции и строении организма, становится на научный путь развития.

Врач и химик Парацельс (1493-1541) изучает болезни обмена веществ, профессиональные заболевания горнорабочих, ранения и вопросы медицинской химии.

Врач и астроном Джироламо Фракасторо (1478 – 1553) обобщает наблюдения над путями распространения инфекций и пишет трактат «О заразных болезнях» (1546), а врач Бернардино Раммацини (1633 – 1714) – трактат о болезнях, обусловленных профессиями людей (1700).

Прусский пастор Зюссмильх в 1742 году выпустил свой «Божественный порядок в изменениях человеческого рода», положивший начало медико-санитарной статистике и демографии.

Проблемы сохранения здоровья и жизни членов экипажей кораблей возникли в XIV-XV веках в эпоху парусного деревянного флота, когда начали осуществляться длительные мореплавания и корабль стал местом постоянного проживания команды.

Открытие Америки Колумбом (1492), пути в Индию Васко да Гама, кругосветные путешествия Магеллана (1517-1522) и последующие великие географические открытия поставили перед мореплавателями большое количество проблем, связанных с сохранением здоровья и жизни моряков в длительных плаваниях.

В дальних морских походах складывались чрезвычайно неблагоприятные санитарно-бытовые условия. Изнурительный ручной труд без должного отдыха, резкий дефицит доброкачественной питьевой воды («гнилая» вода), скученность людей, плохой воздух межпалубных пространств, жара и холод в кубриках (напрямую зависящий от наружных метеоусловий), солонина и сухари в питании матросов, отсутствие технических средств для удаления нечистот и отбросов, низкий уровень личной гигиены – всё это приводило к массовым заболеваниям и высокой смертности среди моряков.

Так, большинство участников кругосветного плавания под командованием Магеллана и многих других экспедиций погибло от различных болезней.

В этот период из-за неудовлетворительных санитарно-гигиенических условий цинга, кишечные инфекции и другие болезни среди экипажей были постоянными спутниками длительных морских походов. Имеются данные, что в XVI веке в английском флоте на 1 убитого в морских сражениях приходилось около 50 умерших от болезней (11).

Широкое распространение заболеваний среди мореплавателей долго считалось обычным и неизбежным явлением. Однако постепенно на основе эмпирического опыта стали возникать зачатки знаний о причинах возникновения болезней у моряков и способах их предупреждения. Известно, например, что ещё в 1535 году участники экспедиции Картье, достигшие после многомесячного плавания берегов Канады, излечились от цинги с помощью отвара сосновой хвои, последовав советам местных жителей (60).

Однако сведения о профилактических мерах носили тогда фрагментарный характер, не подвергались систематизации, обобщению и не получали широкого распространения. Первые печатные труды по морской медицине появились лишь в XVI веке.

Одним из первых трудов по военно-морской гигиене явилась книга Джона Вудела «Спутник морского врача», которая была опубликована в 1536 году. В ней, с позиций того времени, рассматривались вопросы профилактики заразных болезней, улучшения условий жизни на парусных судах и пути предупреждения цинги на кораблях, в частности, посредством применения лимонного сока.

Высокая заболеваемость на флоте беспокоила русское военно-морское командование. Адмирал Апраксин писал вице-адмиралу Крюйсу в 1705 году в ответ на донесение последнего о количестве больных на флоте:

«Зело ужасает меня включенная роспись о умерших и больных салдат, и от чего такой упадок учинился, не можем разсудити».

В 1716 году количество больных, списанных с кораблей по болезни на берег или отправленных в госпитали, колебалось от 12 до 23% личного состава того или иного корабля.

В период царствования Петра I в России был создан мощный военно-морской флот, который уже в 1728 году насчитывал 48 больших парусных кораблей, множество более мелких судов и 15 тыс. личного состава (в конце XVIII века численность личного состава увеличилась до 50 тыс. человек).

Создавая российский флот, Петр I, знакомый с зарубежным опытом судостроения, произвёл ряд мер по улучшению санитарно-бытовых условий на кораблях.

В 1720 году он утвердил «Устав морской о всём, что касается доброму управлению в бытность флота на море», куда вошли отдельные положения по поддержанию чистоты в корабельных помещениях, порядку питания, выполнению матросами правил личной гигиены.

На врачей флота возлагалось преимущественно лечение больных и раненых, что демонстрируется ниже.

Фото 2. Титульный лист книги «Устав морской о всём, что касается доброму управлению в бытность флота на море», 1720 год

«Глава V. О докторе при флоте

1. О надсматривании больных на госпитальном корабле. Должен посещать по утру и в вечеру, купно с главным лекарем больных и раненых на госпитальном корабле, и чаще, ежели кто когда в том будет иметь нужду, и осматривать как обвивают раненых.

2. Разделять больных по местам, велеть лекарям держать записку больным по нумерам, писать на картах о лекарствах и о пищи больных. Должен разделять больных по местам, каждой болезни особливой номер, для лучшей удобности в лечении: равным же образом и раненых разделять и велеть лекарям держать каждому книгу, в которой записывать им больных, определенных им номеров, которых болезни. Которые надлежит ему закреплять своею рукою и должен писать на картах, или на плотной цедули, которые надобно прилепить к постеле каждому больного о лекарствах, какие которому когда давать тем, которым не надлежит ординарная.

3. Которые выздоровеют, о тех давать ведомость, и о присылающихся в госпиталь, и смотреть, подлинно ль больны. Должен смотреть больных и раненых, кои уже выздоровели, и о том давать ведомость генералу крикс-комиссару, или обер-крикс – комиссару во флоте, а в небытность интенданту за своею рукой. Тако ж должен смотреть и тех, кои пришлются в госпитальной корабль, подлинно ль они больны и нет ли за кем притворства, о том давать свидетельство письменное вышеописанным.

4. Доктор повинен осмотрить прежде походу на море сундуки с лекарствами, которые будут на всех кораблях, чтоб лекарства были добрыя и указное число их по регламенту.

5. Прикажет себя репортовать всем лекарям и должен смотреть над ними во время всей компании, дабы они должность свою исправляли порядочно с прилежанием и не было б какой разволочки лекарствам и пище больным и раненым и репортовать о том о всем, такоже и о числе больных и раненых и о содержании Аншефт командующего и интенданта.

Глава VI. О главном лекаре во флоте

О надзирании больных, о репортовании доктора и о смотрении за лекарями: а в не бытность доктора дела его отправлять. В надсматривании больных должен чинить по должности доктора от флота и о всем доносить доктору и от его решения требовать. Тако ж должен смотреть над лекарями и над учениками и над гезелями как на госпитальном, так и на прочих кораблях, исправляют ли они свою должность. И о всем репортовать доктора. И все рапорты, которые будет доктор чинить, должен подписывать вместе с доктором: а в не бытность доктора должен отправлять докторское дело во всем.

Глава X. О лекаре

1. Должен принять сундук с лекарствами у доктора и в том росписку ему дать. Тако ж и при возвращении верной щет о издержанных и остаточные лекарства отдать. Во время компании должен по вся недели доктора или лекаря, которой его должность управлять будет, репортовать о числе больных, и о состоянии их и о лекарствах и о пищи и опротчем, что его должности касается.

2. Должен записывать повседневно в табель, закрепленную от интенданта, имена больных и их болезней и сколько какова лекарства кому даст. И по вся недели священникам и секретарям корабельным должен вышеписанную табель поверять и дать им знать, как оные лекарства на больных употреблял.

3. Должен определить всякому ученику по несколько больных для лучшего их пользования. А самому посещать как возможно часто.

4. Должен смотреть, дабы больным пища была по определению давана добрая. А ежели случитца в том недостаток, и о том он должен доносить капитану и секретарю корабельному.

5. Капитану должен на всякий день доносить, в каком состоянии больные и раненые. А наипаче о тех, которые будут иметь прилипчивую болезнь, дабы их от других отделить.

6. Ежели кто их больных опасную болезнь будет иметь, то должен лекарь сказать священнику.

7. Запрещается лекарю ничего не брать с матрозов и с солдат больных и раненых под штрафом возвращения того, что возьмет, и лишения его жалованья.

8. Во время бою должен быть в интрюйме, а на верх не выходить ни для какой причины. И должен со тщанием приготовить место для приему раненых и все что надлежит к их врачеванию.

9. Ежели лекарь своим небрежением и явным презорством к больным поступит, от чего им бедство случитца, то оной яко злотворец наказан будет, яко бы своими руками убил его, или какой уд отсек. Буде же леностию учинит, то знатным вычетом наказан будет по важности и вине смотря в суде.

Глава XXI. О должности профоса

1. Профосы должны смотрить чистоты в корабли, дабы нигде никакого сору и нечистоты не было, а особливо дабы люди для телесного испражнения ходили в указное место, а не в указных местах отнюдь того не чинили.

2. Особливо накрепко смотреть, дабы веревки якорные весьма от испражнения и мочи сохранены были. Гальюн и протчие места, куды для испражнения люди ходят, смотреть, чтоб чисто было, и о том людем приказывать. А ежели от больных, или иным образом что замарано будет, то чистить».

В периодически издававшихся письменных распоряжениях Петра I по флоту содержались весьма жёсткие указания по контролю здоровья «морских служителей» и обеспечению надлежащего санитарного состояния кораблей. В частности, в приказании, отданном 8 июля 1714 года незадолго до Гангутского сражения, предписывалось внимательно наблюдать за больными матросами и подробно перечислялось, как «дважды в неделю, выбрав всё между палуб», мыть, чистить и окуривать помещения.

При Петре I была осуществлена система профилактических мероприятий. В Морской устав были впервые внесены санитарные правила по поддержанию чистоты помещений корабля, чистоты тела, по улучшению питания, условий труда и быта морских служителей, однако они основывались главным образом на житейском опыте, «здравом» смысле и подчас положительного эффекта не давали.

Тем не менее, в указах Петра I «О морской провизии» (1696) и «О порядке варения пищи» (1705) были установлены твёрдые нормы пищевого довольствия матросов и порядок питания вплоть до недельной раскладки пищевых продуктов. Например, ежедневный рацион матроса включал в то время: 650 г сухарей, 150 г мяса, 60 г рыбы, 200 г крупы, 150 г гороха, 90 г масла. Кроме того, ежемесячно ему полагалось 7 ведер пива.

Исходя из современных представлений о питании военнослужащих, такой паёк, безусловно, был достаточно калорийным, содержал значительное количество белков, жиров, углеводов, витаминов, полиненасыщенных жирных кислот. Главный его недостаток состоял в отсутствии овощей, что заведомо предполагало возникновение цинги (авитаминоза С).

Санитарно-гигиенические условия на кораблях были очень тяжёлыми. Недостатки в размещении, питании, водоснабжении приводили к гибели людей от инфекционных заболеваний и авитаминозов. На кораблях русского флота петровского времени считалось нормальным при внутреннем плавании иметь четверть команды больными «скорбутиком» (цинга), «куричьей слепотой» (гиповитаминоз А), «горячкой» (инфекционные заболевания) и «ногтеедой» (грибковые болезни). Ежегодно флот терял по причине заболеваемости и травматизма до четверти (!) личного состава.

В этих условиях взоры командования и больных устремляются на врачей, от которых ждут спасительных мер. Так рождается и занимает свое место рядом с артиллерийской, штурманской и интендантской службами кораблей медицинская служба. По мнению ряда историков, несомненно, наиболее выдающимся достижением русской морской медицины XVIII века является основание морской гигиены.

Примечательно, что еще за несколько десятков лет до появления первых трудов английских морских гигиенистов Дж. Линда «Трактат о цинге» (1753) и Дж. Блейна «Практические наблюдения за заболеваемостью у моряков» (1785), французского учёного Д. дю Монсо «Средства сохранения здоровья экипажей кораблей» (1759), Г. де Риппа «Болезни моряков» (1764), главный доктор Кронштадтского Адмиралтейского госпиталя Демьян Петрович Синопеус опубликовал в 1734 году работу под названием «Описание болезней моряков», где подробно анализировались различные заболевания, встречающиеся на флоте, причины их возникновения и рекомендовались меры по их профилактике и лечению (67).

Попытки улучшить санитарно-гигиенические условия и быт экипажей долгое время не давали существенных результатов. Лишь во второй половине XVIII века в связи с развитием медицины и военного кораблестроения, удалось добиться в этой области определенных успехов. Большое значение в вопросе сохранения здоровья экипажей кораблей имели научные работы военно-морских врачей.

Шагом вперёд в научной оценке наблюдаемых фактов, описаний многочисленных стихийно испробованных способов предупреждения болезней на кораблях был фундаментальный труд Джеймса Линда «Сочинение о наиболее эффективных средствах сохранения здоровья моряков королевского флота» (1757).

В книге уделялось внимание набору на корабли здоровых людей; предупреждению скученности моряков и ухудшения воздуха межпалубных пространств корабля, особенно сделанного из невысохшего дерева; улучшению качества питьевой воды в море; использованию лука, чеснока и лимонов для предупреждения цинги; обеззараживанию воздуха сжиганием табака, серы, мышьяка и палубы – сжиганием пороха, парами камфорного уксуса, открытым огнём. Книга Дж. Линда трижды издавалась в Англии и была переведена на немецкий, французский и голландский языки.

Использование прогрессивных идей профилактической медицины корабельным врачом Ж. Форстером в кругосветном плавании (1772-1775) капитана Джеймса Кука позволило сохранить здоровье моряков в течение трёхлетнего плавания. В этом велика заслуга самого Кука, который заботился о снабжении экипажа пищевыми продуктами, в частности противоцинготными (ячменный солод, сироп из лимона, кислая капуста, свежие овощи), рациональной одеждой для вахт, установил разумное трёхсменное расписание несения вахт (в большинстве случаев сохранившееся до сих пор), обращал внимание на чистоту воздуха помещений кораблей, камбузной посуды.

Во второй половине XVIII века начался период войн, в которых русский военно-морской флот принимал активное участие и одержал блистательные победы. Вместе с тем шло крупное строительство и развитие флота.

Санитарное состояние кораблей флота оставалось неудовлетворительным. Многочисленность больных и значительная смертность матросов считались неизбежными. Например, во время русско-турецкой войны 1766-1774 годов потери от болезней перед Чесменским сражением составляли1 тыс. человек, в бою – только 700.

Значительную роль в достижении успехов в 70-80 годах XVIII века сыграла деятельность выдающихся русских флотоводцев адмиралов Ф.Ф. Ушакова и С.К. Грейга, которые с пониманием относились к медицинским рекомендациям и правильно оценивали важность гигиенических мероприятий на кораблях для сохранения здоровья и поддержания боеспособности моряков, особенно во время длительных плаваний.

По их указаниям на кораблях было осуществлено много нововведений организационного и технического характера: перестал выдаваться на руки сухой паек, и введено обязательное котловое довольствие для матросов и офицеров, были уничтожены излишние переборки в жилых палубах, шканцы продлены фальшпалубой до грот-мачты для улучшения условий размещения членов экипажа, днище кораблей стали обшивать медью, что предупреждало проникновение воды в трюмы.

Многое было сделано для улучшения режима труда и отдыха морских служителей. Пожалуй, и в наши дни, приводимые ниже указания адмирала Фёдора Фёдоровича Ушакова (1745-1817), содержащиеся в одном из его приказов, могут служить образцом предметного, а не декларативного проявления заботы командира о здоровье подопечных:

«Во всё сие время, пока служители от приумножения болезней не получат совершенную свободу, на работы по утрам рано не высылать и особливо в мрачные и дурные от воздуха дни и вечера также на работе долго не удерживать.

Словом, пока служители приведены будут в совершенное здоровье, должно непременно ж все меры употреблять о их выздоровлении, сохранении и довольствии, хотя бы в работах некоторые упущения случались…

Весьма найду себя довольным, в которых командах замечу отменное радение и расторопность в сохранении людей».

Известны слова Ф.Ф. Ушакова: «Только берегите людей и здоровье, сие есть всего прочего важнее».

Это высказывание знаменитого адмирала хорошо гармонирует с идеями его современника – гениального русского полководца Александра Васильевича Суворова (1730-1800), который в своём труде «Наука побеждать» из семи важнейших условий победы три (чистота, здоровье, опрятность) связывал с сохранением жизни и здоровья солдата (11,54).

Эмпирический этап военной гигиены

Заболеваемость, характерная для личного состава флота, поначалу рассматривалась в руководствах по морской гигиене. На основе материалов наблюдений за цинготными больными Д.П. Синопеусом впервые было сделано предположение о том, что причиной цинги является неполноценное питание личного состава кораблей и береговых частей из-за недостатка свежих продуктов и зелени. Эта работа служила пособием для врачей и высоко ценилась современниками. За неё Д.П. Синопеус был назначен «Доктором корабельного флота», в современной интерпретации – начальником медицинской службы (НМС).

Синопеус Демьян Петрович (Damianus Synopaeus) – врач. Был принят на русскую службу 26 февраля 1730 года по контракту на 4 года… и поступил доктором во флот с жалованием 500 рублей в год. В 1734 году напечатал «Описание болезней моряков», в котором изложил наблюдения, сделанные им в России; за это сочинение ему было увеличено содержание на 100 рублей в год.

На Синопеуса была возложена обязанность лечить флагманов и чинов Адмиралтейской коллегии, а также исполнять должность Кронштадтского штадт-физика… Синопеус около 1734 года был назначен Главным врачом Кронштадтского адмиралтейского госпиталя. В 1736 году он был переведен в Московскую медицинскую контору и назначен штадт-физиком в Москве…, успешно занимался практикой и через 2 года имел уже собственный дом.

Война с Турцией, «…в армиях появилась чума, и на Украину потребовалось много врачей».

По словам Я.А. Чистовича, «…на место бедствия… из столицы – все доктора и лекаря, как служившие, так и отставные…».

«Синопеус также был послан в армию фельдмаршала Ласси…

В украинском корпусе Синопеус исполнял все обязанности корпусного доктора; 10 мая 1740 года, после прекращения войны и чумы, он был определён к расположенным около Москвы полкам, но уже 3 июля того же года перешёл к Адмиралтейской коллегии, с жалованием 1200 рублей в год».

«После смерти лейб-медика П.З. Кондоиди… Синопеус введён в правление медицинской канцелярии, управлял с Лерхе делами до учреждения медицинской коллегии».

«По Рихтеру, Синопеус в 1770 году был старшим врачом во флоте и имел чин надворного советника. Умер он 14 апреля 1776 года в Петербурге» (82).

Фото 3. Титульный лист и страницы книги Д.П. Синопеуса «Parerga medica» на латинском языке

***

Одним из основоположников отечественной военно-морской гигиены по праву считается Андрей Гаврилович Бахерахт (1724-1806). Окончил в 1743 году госпитальную школу при Петербургском генеральном сухопутном госпитале, в 1750 году – Лейденский университет, защитив диссертацию.

Человек удивительной судьбы, он 25 лет занимал должность доктора главного корпуса артиллерии. В 52 года пришёл на флот, 25 лет (1776-1800) прослужил в качестве Главного доктора флота и оставил глубокий след в истории военно-морской медицины и гигиены, в частности

В 1766 году А.Г. Бахерахт опубликовал первое русское руководство по военной гигиене, в котором сформулировал основные требования к условиям жизни военнослужащих.

В 1780 году им было издано первое отечественное руководство по морской гигиене «Способ к сохранению здоровья морских служителей и особливо в Российском Флоте находящихся» (2), в котором всесторонне обосновывалась главная идея о том, что "все корабельные болезни предупредительными средствами исцелены быть должны и могут".

Он подчеркивал, что «…каждая болезнь… гораздо опаснее на море бывает, нежели на берегу», а поэтому «должно стараться, сколько возможно, все предохранительные средства употреблять для предупреждения каждой болезни, ибо от сего зависит целость и благополучие всего корабля».

Практическая значимость этого руководства была столь высокой, что оно рассылалось командирам кораблей в качестве официального документа. В 1786 году – «Практические рассуждения о цынготной болезни» и ряд других.

Фото 4. Титульный лист книги А.Г. Бахерахта «Способ к сохранению здоровья морских служителей и особливо в Российском Флоте находящихся», 1780 год

Наставление, широко распространённое в то время, было первым русским руководством по морской гигиене и содержало множество подробных указаний корабельным врачам, ценных для их практики в условиях Российского флота.

Пребывание в течение 25 лет А.Г. Бахерахта на посту Главного доктора Балтийского флота ознаменовано большими успехами в организации и деятельности медицинской службы: на крупных кораблях появились лазареты и аптеки, действовавшие по фармакопее, составленной им же; санитарное состояние флота улучшилось, массовые заболевания команд почти прекратились.

Особые чувства испытываешь, держа в руках книгу, написанную Главным доктором флота 240 лет назад. Читая её, представляешь как глубоко и фундаментально автор понимал проблему сохранения здоровья «морских служителей».

***

Книга А.Г. Бахерахта не содержит Оглавления. Для лучшего понимания предлагается его структура, выполненная через 240 лет одним из его почитателем.

Бахерахт Андрей Гаврилович (1724-1806) – морской врач. Окончил в 1743 году госпитальную школу при Петербургском генеральном сухопутном госпитале, в 1750 году Лейденский университет, защитив диссертацию о лечении зубов магнитом. В 1776 году назначен Главным доктором Балтийского флота. Автор наставления «Способ к сохранению здравия морских служителей и особливо в Российском флоте находящихся, предлагаемый флота доктором Андреем Бахерахтом» (1780), рассылавшегося командирам и лекарям в качестве официального руководства. Наставление широко распространенное в то время было первым русским руководством по морской гигиене и содержало множество подробных указаний корабельным врачам, ценных для их практики в условиях русского флота. Пребывание в течение 25 лет А.Г. Бахерахта на посту Главного доктора Балтийского флота ознаменовано большими успехами в организации и деятельности медицинской службы: на крупных кораблях появились лазареты и аптеки, действовавшие по фармакопее, составленной им же, санитарное состояние флота улучшилось, массовые заболевания команд почти прекратились.

***

Особые чувства испытываешь, держа в руках книгу, написанную главным доктором флота 240 лет назад. Читая её, понимаешь как глубоко, фундаментально автор понимал проблему сохранения здоровья «морских служителей».

***

Книга А.Г. Бахерахта не содержит Оглавления. Для лучшего понимания предполагается её структура, выполненная через 240 лет одним из его почитателей.

Бахерахт А.Г. Способ к сохранению здравия морских служителей и особливо в Российском флоте находящихся, предлагаемый флота доктором Андреем Бахерахтом.

В Санкт-Петербурге. При морском шляхетном кадетском Корпусе 1780 года (104 с.)

Государственной Адмиралтейской Коллегии Всенижайше подносит сочинитель

Государственной Адмиралтейской Коллегии!

Введение

Параграф 1.

«Я не сомневаюсь, чтоб каждый командир вверяемого ему корабля не почитал главнейшею должностью иметь отеческое попечение о благополучии подчиненных своих. Ничто столь много предосторожности, труда и бдения не требует, как рачение о сохранении корабельных служителей здравия: сие должно сражаться с тысячами препятствий, и столь сильно зависит от разных причин и случаев, что командир не может никогда довольных предохранительных средств избрать, дабы быть в состоянии себя и всех служителей от всех грозящих опасностей сохранить.»

Параграф 2.

О пище как причине корабельных болезней, но приводится пример 3-4 месячной морской компании при 200 служителей «ни один болен не был».

Параграф 3.

Призыв «предохранительные средства употреблять».

Параграф 4.

Бахерахт выражает уверенность в том, что большая часть болезней может быть «не редко совсем отвращены, или, по крайней мере, обеспечены».

Параграф 5 автором упущен.

Параграф 6.

«Сверх сего, каждая болезнь сколь легкою она ни кажется, всегда как в разсуждении самой себя, так и в рассуждении распространения, гораздо опаснее на море бывает нежели на берегу».

О причинах болезней «в разсуждении:

1. Много места на корабле…

2. Внутреннего гнилого корабельного воздуха…

3. Недовольного отделения больных от здоровых…

4. Мало наблюдаемые чистоты, и

5. Невозможно наблюдения диеты».

Параграф 7.

«Морские служители гораздо скорее в болезнь впадают, нежели сухопутные… здесь же о рекрутах, их слабости организма, и друг друга заражают».

Параграф 8.

… «И так всегда нужно, чтобы командир неусыпным образом имел попечение о всём том, что на корабле его может причинить, какую ни есть болезнь; и если окажется малейший подозрительный случай, чтобы всяким образом старался, спасительными средствами оной отвратить и истребить первую причину болезней».

Параграф 9.

«…Удовольствие любить ближнего моего, и служить отечеству есть предмет мой, а не приобретение похвал».

О средствах сохраняющих здравие корабельных служителей, самыми опытами доказанных.

а) Отделение первое.

1. О избрании людей.

Параграф 1-(9?).

«Служители на военном корабле состоят из разных чинов, кои по большей части составляют матрозы и солдаты…»

2. О платье

Параграф 10.

« тут командир старался – о платье, чистоте».

«Матрозы и солдаты нормы одежды (на год): 4 рубашки, 2 сапогов, 2 башмаков, 2 холстинных чулков, 2 шерстяных чулков, 1 тострог из шерстяной материи, 1 шапку или парик из бараньего меху.

Каждые 2 года: по 1 ендрику из зеленого сукна, по 1 ендрику из белого сукна, по 1 ендрику из тику, 1 кафтан из сукна, 1 кафтан из холста, 1 епанча из толстой байки, как у англичан, или из парусины… с капюшоном, 1 шляпу».

3. О чистоте служителей.

Параграфы 11(?)-16.

4. О работе, отдохновении, и телодвижении.

Параграфы 17-24.

б) Отделение второе.

Касающиеся до корабля

1. О доброте корабля

Параграфы 25-31.

– о строительном материале дереве

– корабль из сухого лесу

2. О чистоте корабля

Параграфы 32-40.

– обмывание, скобление

3. О чистоте воздуха

Параграфы 41-58.

«содержать свежий и чистый»

в) Отделение третье

Корабельная пища и житье – параграф 59-(72?).

Параграф 73. 1. О солении и содержании говяжьего и свиного мяса.

2. О горохе. Параграфы 74-76.

3. О крупе. Параграфы 77-79.

4. О коровьем масле. Параграфы 80-83.

5. О морских сухарях. Параграфы 84-94.

Параграф 84. «Российские сухари также пред другими преимущество имеют».

6. О уксусе. Параграфы 95-96.

О питье корабельных служителей

1. О пиве. Параграфы 97-101 (как варить).

2. О квасе. Параграф 102.

3. О воде. Параграфы 103-114. Хранить в бочках воду. Перегонка по предложению Г. Халеса, но не понимает, как сделать на корабле – нужны очаг, дрова…

Особо отмечается параграф 106.

1. Поправление затхлой воды.

– бочку выставлять на свежий воздух,

– подогреть, добавить соль, уксус, лучше лимонный сок, «наилучшее средство продувать воду в бочке чистым воздухом».

2. О истреблении загнития из воды.

А также параграф 107 – на прибавление минеральной кислоты, купоросный спирт, или серный спирт.

3. Мутную воду чистою делать (посредством – прим. автора) крупного каменистого песку.

4. О вине

Параграф 115. «Ничто не может здравию столь вредно быть, и жизнь скорее прекратить как излишнее употребление вина».

5. О збитне.

Параграфы 120-124 – «хороший напиток для корабельный служителей. 5 частей вина и 15 частей полпива + столько уксусу и насладить патокою, лучше сахаром по полному стакану утром».

г) Отделение четвертое

Параграфы 125-134.

«О призрении над больными, и об отвращении заразы, сколько сие от корабельных предводителей зависеть может».

д) Отделение пятое

Параграфы 135-140.

О предупреждающих средствах для сохранения здравия корабельных служителей, когда корабль в порт войдет, или на рейд на якорь станет и служителей на берег спускают.

К концу XVIII века на кораблях российского флота с учётом рекомендаций, выработанных морской гигиеной, впервые стали устанавливаться приспособления для искусственной вентиляции, предпринимались попытки опреснения и фильтрации морской воды, было введено обязательное окуривание кораблей для предупреждения инфекционных болезней, улучшена физиологическая полноценность питания экипажей.

Проведение этих мероприятий позволило значительно снизить заболеваемость и смертность среди личного состава.

В начале XIX века Россия располагала крупным военно-морским флотом, который действовал на Балтийском, Черном, Баренцевом, Белом и Средиземном морях. С этого времени стали осуществляться знаменитые кругосветные плавания и длительные гидрографические экспедиции русских мореплавателей, снискавших мировую известность и оказавших самое существенное влияние на дальнейшее развитие отечественной морской гигиены.

Первое в Российском Флоте кругосветное плавание под руководством И.Ф. Крузенштерна и Ю.Ф. Лисянского корабли «Надежда» и «Нева» (1803-1806) совершили, не потеряв от болезней ни одного члена экипажа.

В течение всего похода матросы получали щи из свежей или квашеной капусты, салаты из овощей, свежую рыбу и фрукты.

«…Мы не лишились ни одного человека через всё долговременное путешествие, которое по такому обстоятельству должно быть весьма достопримечательно», – писал И.Ф. Крузенштерн после завершения кругосветного плавания.

Будучи превосходным мореходом, не имея медицинского образования, он, тем не менее, в 1838 году сделал доклад на заседании Петровской академии наук «О сохранении здоровья матросов на кораблях» (Приложение 1).

***

Одним из основоположников отечественной военной гигиены в эмпирическом её виде является Мудров Матвей Яковлевич (1776-1831).

Фото 5. Портрет Мудрова М.Я. (1776-1831)

Окончил в 1800 году медицинский факультет Московского университета с двумя золотыми медалями. В 1801 году приехал в Санкт-Петербург, где 1,5 года работал ординатором в Адмиралтейском госпитале, посещал лекции профессоров Императорской Медико-Хирургической Академии. После этого выехал в Европу, где в университетах Берлина, Геттингена, Вены, Парижа получал теоретические знания и практический опыт по многим врачебным специальностям.

В 1804 году защитил докторскую диссертацию. В 1807 году при возвращении из Европы был задержан на 1 год в Вильно в главном госпитале действующей армии. Работал одним из заведующих отделением. Здесь им было написано первое руководство русского врача по Военно-полевой хирургии (1808), отличился лечением кровавого поноса.

В этом же 1808 году вернулся в Москву и начал читать в университете новый курс по военной медицине. В июле 1808 года произнёс знаменитую актовую речь: «О пользе и предметах военной гигиены, или науки сохранять здоровье военнослужащих», которая была напечатана и дважды, в 1813 и 1826 годах переиздавалась (50).

До 1830 года продолжал трудиться в Московском университете, возглавляя клинический институт, в том же году назначен членом центральной комиссии по борьбе с холерой в Петербурге, где заразился и умер. Захоронен на холерном кладбище на Выборгской стороне. Могила, как и кладбище, не сохранились (6).

Ему принадлежат знаменитые слова:

«Болезни легче предупредить, нежели лечить».

Высокообразованный врач клинического профиля проявил себя на поприще и военной медицины.

Фото 6. Титульный лист и страницы труда третьего издания М.Я. Мудрова «О пользе и предметах военной гигиены, или науки сохранять здоровье военнослужащих», 1826 год

Одним из важных высказываний М.Я. Мудрова является:

«Военная гигиена полезна каждому, начиная от солдата до Генерала, дабы беречь своё и своих подчинённых здравие и учить их сохранять оное. Каких побед можно ожидать, ежели солдаты должны бороться с болезнями и с неприятелем…».

Профессор М.Я. Мудров предлагал следующую структуру военной медицины: «Медицина военная может быть разделена на четыре части:

1. Военная гигиена, Higiene militaris, занимается сохранением здравия солдат в разумном употреблении всего нужного к предупреждению болезней в солдатах и сохранению здравия, salubritas, в казармах, лагере и госпиталях.

2. Военная терапия, или армейская клиника…

3. Военная или полковая хирургия…

4. Полевая фармакопея…».

Профессор Мудров М.Я. расположил названия вопросов своей лекции на полях, а содержание их разместил текстом на 23 страницах, начиная с 16. Общая военная гигиена (страницы 16-22).

«В полках, а наипаче во флоте, гораздо легче беречь, нежели возвращать потерянное здоровье. Почему общая Военная Гигиена учит употреблять способы к отвращению вредоносных причин…».

Воздух и его перемены.

Пища и питие.

Движение и покой.

Сон и бдение.

Отделения и испражнения.

Душевные движения.

Частная военная гигиена (страницы 22-39).

«В трёх эпохах изображается поприще воина, а именно: до войны, на войне и после войны…; или, в рекрутстве, в службе и на покое. Да и врачебное попечение об армии заключается в трёх же частях, а именно: в предохранении от болезней, лечении больных и успокаивании изувеченных. И так в 3 состояниях я буду за ним следовать».

I

Состояние до войны и во первых рекрутский набор.

Воспитание солдата.

Разные роды военной службы.

Зимние квартиры и гарнизоны.

Нравы, военная дисциплина и наказания.

II

Состояние войны, и во первых выступление в поход и первые движения армии.

Здравость лагеря.

Разные театры войны, и Военно-Врачебная Топография.

Ускоренные марши.

Бивуаки.

Отступления.

Осады.

Сражения.

«…Правила, кой на сей случай можно предложить о сохранении здравия ратников, суть следующие: «Заметьте, говорит Вегеций, что не должно выводить на сражение пехоту изнурённую маршем…; вторую, что усталость делает лёгкие раны опасными, а опасные смертельными».

«…Поутру, или лучше перед сражением надобно его накормить; сытой, вынесет он и суровость воздуха и все труды».

«…Как излишнее употребление водки лишает солдат головы там, где нужно присутствие духа: так умеренное ея употребление даёт смелость и крепость перед сражением…».

III

Состояние после войны и в особенности гошпитали.

«И сим первым опытом моим оканчиваю весь план Военной гигиены. Я пометил в нём одни только первые черты для примера…».

Таким представил профессор М.Я. Мудров более 210 лет назад свой знаменитый труд, который трижды в 1809, 1813 и 1826 годах переиздавался.

***

Одним из врачей начала XIX века являлся Энегольм Илья Иванович (1764(60?)-1838) – военный врач, деятель в области военной медицины, инспектор студентов Санкт-Петербургской Императорской Медико-Хирургической Академии, Главный доктор армии, Действительный Статский Советник. Окончил Упсальский университет. В 1785 году переехал в Россию из Швеции, в 1788 году служил в Финляндской армии (России). 1789 год – Калинкинский госпиталь. 1800 год – доктор наук, работа в Литовской губернии.

Главная медицинская коллегия, видя заслуги Энегольма И.И., избрала его своим почётным членом. Вскоре – Главный доктор армии. В 1809 году вышел в отставку, назначен инспектором студентов Императорской Медико-Хирургической Академии. В этой должности прослужил более 20 лет, причём ему неоднократно приходилось исполнять обязанности президента академии. В 1831 году вышел в отставку. Умер 3 сентября 1838 года (6, 22).

Является автором издания «Карманная книга военной гигиены, или замечания о сохранении здоровья русских солдат» (84), которому посвятил 3 года.

Фото 7. Титульный лист книги И.И. Энегольма «Карманная книга военной гигиены, или замечания о сохранении здоровья русских солдат», 1813 год

Фото 8. Содержание и предисловие книги И.И. Энегольма «Карманная книга военной гигиены, или замечания о сохранении здоровья русских солдат»

Фото 9. «Показание болезней» из второй части книги И.И. Энегольма «Карманная книга военной гигиены, или замечания о сохранении здоровья русских солдат»

Из представленного содержания «Карманной книги военной гигиены, или замечания о сохранении здоровья русских солдат» Энегольма видно, что автор рассматривал в широком плане все условия быта и жизнедеятельности воинов. Контроль (надзор) за содержанием размещения войск описан в параграф 33 «Полиция в лагерях».

Следует отметить новации в военной гигиене – описание природно-климатических условий и их влияние на организм воина (параграфы 34-40). В книге уделено внимание организации оказания помощи раненым «эпоха третья». Особо следует отметить параграф 90 «Карантин для возвращающихся войск» как элемент противоэпидемической защиты.

Во второй части книги «Наставление, каким образом поступать должно с больными, где нет лекарей, как их содержать и какую им пищу производить должно во время продолжения болезней, и во время выздоровления от оных» И.И. Энегольм приводит перечень болезней, различных нарушений состояния здоровья и их лечение.

Фото 10. Титульный лист II части книги И.И. Энегольма «Наставление, каким образом поступать должно с больными, где нет лекарей, как их содержать и какую им пищу производить должно во время продолжения болезней, и во время выздоровления от оных», 1813 год

Таким образом, Энегольм в своём труде объединил профилактические и лечебные меры военной медицины, характерные для начала XIX века.

***

Одним из основоположников военно-морской гигиены является штаб-лекарь Кронштадтского госпиталя Вышневский П.С. Свой основной труд «Опыт морской военной гигиены или описание средств, способствующих к сохранению здоровья людей, служащих на море» он издал в 1820 году (13).

Вышневский Пётр Степанович (1787-1862) окончил Московскую медико-хирургическую академию. В 1811 году назначен лекарем в Кронштадтский морской госпиталь. В 1820 году уволился с военной службы и работал инспектором врачебной управы в Ярославской, а потом в Тамбовской губернии. В 1837-1840 годах в журнале «Друг здравия» им было опубликовано много статей по организации здравоохранения и народной медицине.

Фото 11. Титульный лист книги П.С. Вышневского «Опыт морской военной гигиены или описание средств, способствующих к сохранению здоровья людей, служащих на море», 1820 год

Девиз своего труда на латыни с переводом на русский П.С. Вышневский вынес на титульный лист:

«Вначале сопротивляйся злу, поздно уже тогда готовить средства, когда оно чрез долгое время укоренится».

В этом выражении явно виден призыв к предупреждению зла, коими были болезни «людей служащих на море».

Структура труда П.С. Вышневского представлена в Оглавлении.

Фото 12. Оглавление книги П.С. Вышневского «Опыт морской военной гигиены или описание средств, способствующих к сохранению здоровья людей, служащих на море»

В Оглавлении отсутствует Предисловие, но автор назвал его «Предварительные разсуждения», в котором выражены общие проблемные вопросы сохранения здоровья «страдальцев морских».

«Россия, со времён Петра Великого, шествуя исполинскими шагами по следам других Европейских наций на степень просвещённой Державы, оказала также не малые успехи в морском искустве; но по мере приобщения практического в оном сведения, Российские Аргонавты должны были в свою чреду претерпевать одинаковую участь в смертности, с прочими приморскими державами…».

Говоря о проблемах для мореплавания Вышневский П.С. отмечает «жестокость смертоносных болезней от столь продолжительного плавания». По тому времени главными «морскими болезнями» считались цинга и «заразительная корабельная горячка».

«Цынга – сей бич морской жизни…, самая, так называемая заразительная корабельная горячка опустошательное своё действие более оказала в сие время: целые флоты истреблялись или цынгою, или заразою».

Далее отмечается роль врача, причём акцент делается на предупредительные меры.

«…Врача же при сем есть долг, показать всю важность печальных последствий, могущих легко произойти на кораблях от пренебрежения нужных к сему распоряжений… Предупреждать морские болезни, всегда почти, можно с большею пользою для людей, подвергающихся оным. (Satis est praecavere, guam curare morbis)».

П.С. Вышневский приводит пример «великого мореходца Кука», в трёхгодичном походе которого из 118 человек «потерял не более 4 и только один помер от болезни».

После этого автор приходит к мысли:

«Итак, если, угрожавшие доселе роду человеческому, бедствия от болезней морских так щастливо ныне предотвращаются, то средства необходимые к сему должны составлять самую важную часть в морской медицине, и, неведение оных предосудительно для всякого даже морского офицера, а тем паче для врача».

В этой фразе автор определяет участие командного состава, а не только врачей в проблеме сохранения здоровья «матроз». Необходимо отметить, что с 1823 года в Военно-морской академии преподавалась военная гигиена (36).

Как видно из Оглавления труда, Вышневский П.С. предпосылает основному содержанию книги из 7 глав «Предварительное рассуждение о приготовлении рекрут здоровыми к морской службе».

Начинается этот раздел словами:

«Всяк, кто только несколько видел трудности морской службы, легко согласится в том, что к перенесению оной потребны известная крепость тела и бодрость духа;…».

Рассуждая о проблемах для здоровья рекрут, автор главными выдвигает «перемену климата» и «перемену образа жизни». В подтверждение этого он пишет, что для европейцев опасна желчная горячка в Вест-Индии равно и «воспаление печени эндемическою болезнью для них же в Ост-Индии». При этом Вышневский П.С. отмечает «тяжесть климата северных Российских портов».

«Далее, здравие поступающих в морскую службу рекрут от содержания диететического (regimen vitae) также не мало зависит», то есть автор ставит здоровье рекрутов в зависимость от питания, а также от одежды.

Значительное внимание уделено душевному здоровью рекрутов. П.С. Вышневский пишет:

«Внезапное отлучение от дому, любезных сродников может сделать его дезертиром», «…уклонить себя от должности, под предлогом вымышленных болезней, а не редко и действительных, но самим им причинённых».

Для поддержания душевного здоровья, пишет автор, «…Благоразумные капитаны на флоте стараются молодых матроз размещать между старыми…».

Ещё одно предложение автор выдвигает для сохранения жизни и здоровья рекрут: призывать на корабли приморских жителей «…нежели для рекрут из внутри России приводимых, из которых, к сожалению, не малая часть, недокончив матрозской науки преждевременно погибают от морских болезней».

Таким образом, Вышневский П.С. выразил меры сохранения здоровья рекрут.

Вышневский П.С. свой труд «Опыт морской военной гигиены…» в общем виде охарактеризовал следующим образом:

«Почему желая собрать для пользы соотечественников сколь нибудь описание о средствах, служащих к сохранению здоровья людей на море, я старался при сем не пропускать ничего, что находится достопримечательного о сем предмете в сочинениях Доктора Линда, Блена, Троттера, и почтенейшего творца Российской военной гигиены Доктора Энегольма».

Из приносящих самый большой вред здоровью морских служителей болезней автор выделяет цингу и заразные горячки. Происхождение цинги он объясняет следующим образом:

«И так, если мы разсудим, что цынга есть болезнь чаще всего случающаяся на кораблях в северных морях плавание своё имеющих, и что главною причиною оной бывает наипаче солёная пища…».

Однако в рекомендациях по предупреждению и лечению цинги автор приводит большой перечень растительных средств, «…которые могут противустоять нападению цынги: ягоды – брусника, голубика, клюква, морошка; лук, чеснок, щавель, шпинат, свекольник, морковь, репа, капуста, картофель и другие огородные растения».

В работе упоминается и настой хвои как противоцинготное средство. С современных позиций можно заключить, что автор эмпирически подошёл к открытию профилактических средств против цинги, не зная о витамине С.

Сложнее представлялась в те времена борьба с заразами.

«…Опасность заразы зависит от некоторых болезнетворных испарений в малом количестве воздуха заключённых…».

При этом автор подходит к неизвестному ещё науке инкубационному периоду: «Есть также известный период в заразительных болезнях, который не в состоянии сделать заразу достаточною для произведения подобной болезни в другом человеке».

В рассуждениях о заразах автор приводит ряд их причин: горячка от испарений, передача через воздух от солдат со злою горячкой. При этом приводятся и другие факторы «от тесноты, и бедной пищи», «изнурения работой», «нечистоплотность».

В книге приводятся как симптомы горячек, так и способы лечения. Для предупреждения зараз рекомендуется «курение» различными газами или действие огнём.

Очень важным выводом труда П.С. Вышневского следует признать его Заключение, в котором он призывает на примере Английских офицеров по схеме Троттера «возродить у офицеров Российского Императорского флота старания… в прекращении корабельной заразы и предотвращении других морских болезней выполнением всех правил, служивших к сохранению здоровья людей на море».

Данный труд штаб-лекаря прошёл экспертное заключение.

«Мнение медицинского совета.

Сочинение сие может почесться не маловажным обогащением Российской медицинской словесности; в отношении же к сохранению здоровья морских служителей заслуживает оно наибольшее внимание: поелику предмет сей, за исключением переводов сочинений Доктора Линда и Блена, на Российском языке до сих пор оставался не обработанным. Гн Вышневский делает многие предложения, как можно бы было приспособить разные средства, служащие для сохранения здоровья людей на море, к собственной пользе на нашем флоте, без дальнейшего нарушения порядка службы: посему Медицинский Совет мнением своим полагает, что сие сочинение заслуживает быть напечатано».

Интерес представляет Приложение труда Вышневского П.С., в котором приведены «Имена особ, подписавшихся на получение книги». В списке представлены фамилии, имена, отчества, воинские и звания по табели о рангах лиц, заявивших себя на приобретение «Опыта военно-морской гигиены».

Фото 13. Приложение труда Вышневского П.С. «Имена особ, подписавшихся на получение книги»

В перечне имеется разделение подписавшихся по месту жительства («В Кронштате, В Санктпетербурге, В Ревеле, В Новгороде, В Або»).

Большую часть составляют «Медицинские чиновники»: «Медико-хирурги, Штаблекари, Лекаря, Док. Над. Сов., Доктор Колеж. Сов.».

Из воинских званий представлены Контр-Адмирал, капитаны 2 ранга, капитан-лейтенант, лейтенанты и мичманы, а также зейль-майор. В списке числится Госпитальный Священник.

Всё это свидетельствует о большой заинтересованности общества в вопросе сохранения здоровья «морских служителей». Одновременно следует отметить элемент культуры издательского оформления книги 200 лет тому назад.

***

Весомый вклад в развитие военной гигиены внёс Четыркин Р.С. В XIX веке санитарный надзор именовался медицинской полицией, чему посвящён труд известного по тому времени военного врача.

Четыркин Роман Сергеевич (1797-1865). Уроженец Смоленской области, из семьи священника. В 1817 году закончил Императорскую Медико-Хирургическую Академию. Служил полковым врачом в Валуйках Воронежской губернии, с 1831 года – в Польше. В 1832 году – старший лекарь главной квартиры Русской армии, в 1833 году – генерал-штаб-доктор.

В 1834 году на выданные императором 2000 рублей издал труд «Опыт военно-медицинской полиции», который был признан руководством для врачей Русской армии (81). Доктор медицины, часто публиковался в Военно-медицинском журнале по различным вопросам клинической медицины и организации военно-медицинского дела. Разработал «Правила о снабжении армии военными врачами и аптекарями», усовершенствовал военно-медицинский учёт и отчётность.

В 1850 году издал в Варшаве «Наставление по части практической военно-медицинской помощи». Считается одним из основоположников военной гигиены и эпидемиологии. Член Медицинского совета.

За многогранную деятельность снискал звание передового человека своего времени. В 1857 году вышел в отставку, поселился в своём имении под Киевом. В реформу крепостничества заплатил 1,5 тысячи рублей долга за крестьян (82).

Фото 14. Титульный лист книги Р.С. Четыркина «Опыт военно-медицинской полиции», 1834 год

Содержание книги иллюстрирует её структуру и рассматриваемые вопросы.

Фото 15. Содержание книги Р.С. Четыркина «Опыт военно-медицинской полиции»

Книга состоит из 7 глав. В первой главе Четыркин Р.С. даёт общие понятия:

«Военно-медицинская полиция объемлет все предметы, имеющие влияние на сохранение здоровья солдат, все способы к предупреждению болезней и все меры к ограничению повальности и заразы».

«Знать предлагаемые ею правила, исследовать с неутомимостью причины порождения и распространения болезней между солдатами, преследовать причины сие до самого первого источника и определять с точностью, когда те, или другие меры к их удалению или, по крайней мере, ослаблению причины, – есть одна из первейших обязанностей всякого военного врача. Столько же необходимая, столько же важная. Как и самое искуство врачевания болезни».

«Но приведение в исполнение сих мер зависит непосредственно от военных начальников. Императорское Правительство поручило образование солдата, вверяет с сим вместе и охранение его от болезней…».

В первой главе автор рассматривает главные причины, «расстраивающие здоровье» солдат.

Глава вторая содержит положения, определяющие отбор солдат на военную службу.

В 12 пунктах третьей главы Р.С. Четыркин даёт рекомендации по всем вопросам труда и быта солдат. В этой главе указана периодичность контроля состояния здоровья солдат.

Ежедневно ефрейтор осведомляется об их здоровье и докладывает фельдфебелям. Последний еженедельно производит осмотр воинов роты, проверяет бельё, обувь, «обрезываются ли ногти» и т.д. Один раз в месяц осмотр проводит полковой медик и докладывает командиру полка.

Четвёртая глава посвящена «сбережению солдат в походах или в военное время». Автор приводит особенности сохранения здоровья воинов в различных климатических зонах – Крым, Бессарабия, Молдавия и Валахия, Булгария (глава 5).

Из перечня заболеваний, указанных в главе 6, определяются основные виды патологии того времени, к предупреждению которых автор даёт практические рекомендации.

Наконец, в седьмой главе предлагаются меры к оказанию помощи «мнимоумершим и отравленным».

***

Ещё один выпускник Императорской Медико-Хирургической Академии отметился на поприще военной гигиены.

Чаруковский Аким Алексеевич (1798-1848), уроженец Полтавской губернии, из семьи священнослужителей-дворян. Закончил Императорскую Медико-Хирургическую Академию (ИМХА) в 1820 году. Полковой врач, участник турецкой Кампании (1828-1829), служил в Польше.

В 1836 году написал «Военно-походную медицину», за которую награждён половиной Демидовской премии (80). Для издания указанного труда получил субсидию (15000 рублей). Доктор медицины. В 1837 году переведен в медицинский департамент МВД. В 1844 году – старший лекарь Воронежского кадетского корпуса и батальона военных кантонистов. Автор ряда работ по терапии, гигиене, эпидемиологии. Статский советник. Умер Чаруковский А.А. от аневризмы сердца в 1948 году (82).

Фото 16. Титульный лист и Предисловие книги А.А. Чаруковского «Военно-походная медицина», 1836 год

Из пяти частей (книг) «Военно-походной медицины» А.А. Чаруковского часть первая «Военная гигиена» начинается главой «Сбережение здороваго солдата».

Фото 17. Первая страница и Оглавление первой части книги А.А. Чаруковского «Военно-походная медицина» «Сбережение здороваго солдата»

Из оглавления первой части можно сделать вывод, что автор представляет читателю структуру военной гигиены того времени.

Очень подробно автор описывает гигиенические вопросы питания (с. 16-158). Далее значительное внимание он уделяет вопросам гигиены в походе (с. 159-202). Особое значение занимает зимнее размещение военнослужащих (с. 203-205). Отдельно выделено сражение и призрение раненых (с. 205-218).

В тот исторический период санитарный надзор именовался медицинской полицией. Этому вопросу отведено место в первой части (с. 218-231). Военная гигиена в то время включала медицинскую географию, которая в данном труде именовалась тропической и полярной гигиеной (с. 231-292). Воздушной среде автор также уделил внимание «как предмету Гигиены» (с. 292-301).

Завершается часть первая несколькими темами: «Движение, покой, бдение, сон, нравственность и пороки, награда и наказание, как предметы Гигиены» (с. 302-309). Таким образом, А.А. Чаруковский рассматривал основные вопросы военной гигиены.

***

Николай Иванович Пирогов (1810-1881). По своим научным трудам и практической деятельности Н.И. Пирогов не может быть причислен к гигиенистам (61). Однако его часто цитируемые и в настоящее время фразы «Я верю в гигиену» и «Будущее принадлежит медицине предохранительной» вызвали наш интерес и потребность осмыслить выражения великого хирурга и его связь с гигиеной.

Выдающийся русский хирург и учёный-анатом, педагог, профессор, создатель первого атласа топографической анатомии, основоположник русской военно-полевой хирургии, основатель русской школы анестезии. Тайный советник (39, 5).

Фото 18. Портрет Н.И. Пирогова (1810-1881)

Николай Пирогов родился 13 ноября 1810 года в Москве, в семье военного казначея, майора Ивана Ивановича Пирогова. Первоначальное образование получил дома. В 1822-1824 годах учился в частном пансионе.

В 1823 году поступил своекоштным студентом на Медицинский факультет Московского университета. Слушал лекции X.И. Лодера, М.Я. Мудрова, Е.О. Мухина, которые оказали значительное влияние на становление научных взглядов Пирогова. В 1828 году окончил отделение врачебных (медицинских) наук университета со степенью лекаря и был зачислен в воспитанники Профессорского института, открытого при Императорском Дерптском университете для подготовки будущих профессоров российских университетов.

Занимался под руководством профессора И.Ф. Мойера, в доме которого познакомился с В.А. Жуковским, а в Дерптском университете подружился с В.И. Далем.

В 1833 году, после защиты диссертации на степень доктора медицины, был направлен для учёбы в Берлинский университет.

После возвращения в Россию (1836) в возрасте двадцати шести лет был назначен профессором теоретической и практической хирургии в Императорский Дерптский университет.

В 1840 году Пирогов был приглашён в Петербург, где возглавил кафедру хирургии в Медико-Хирургической Академии (14, 64). Одновременно Пирогов руководил организованной им Клиникой госпитальной хирургии. С 1846 года – член-корреспондент Императорской Санкт-Петербургской академии наук.

В 1847 году Пирогов впервые применил перевязку бинтами, пропитанными крахмалом. В это же время Пирогов, первым в истории медицины, во время войны на Кавказе начал оперировать раненых с эфирным обезболиванием в полевых условиях, проведя около десяти тысяч операций.

Участвовал в Крымской войне с 6 ноября 1854 года. Оперируя раненых, Пирогов впервые в истории русской медицины применил гипсовую повязку, дав начало сберегательной тактике лечения ранений конечностей и избавив многих солдат и офицеров от ампутации. Во время осады Севастополя Пирогов руководил обучением и работой сестёр Крестовоздвиженской общины сестёр милосердия. Это также было нововведением по тем временам.

Важнейшей заслугой Пирогова является внедрение в Севастополе совершенно нового метода ухода за ранеными, что предполагало тщательный отбор (сортировку) уже на первом перевязочном пункте в зависимости от тяжести ранений.

Пирогов по справедливости считается основоположником специального направления в хирургии, известного как военно-полевая хирургия.

В 1855 году Пирогов был избран почётным членом Императорского Московского университета.

Вернувшись из Крыма в Петербург, Пирогов на приёме у Александра II рассказал императору о проблемах в войсках. После этой встречи в 1856 году предмет деятельности Пирогова изменился – он был направлен в Одессу на должность попечителя Одесского учебного округа, а через два года – Киевского округа.

Он попытался реформировать сложившуюся систему образования, но его действия и независимость привели к конфликту с властями, и ему пришлось оставить должность попечителя Киевского учебного округа. Вместе с этим он 13 марта 1861 года был назначен членом Главного правления училищ, после ликвидации которого в 1863 году, пожизненно состоял при Министерстве народного просвещения Российской империи.

В 1862 году Пирогова направили руководить обучающимися за границей русскими кандидатами в профессора. Кандидаты были ему очень благодарны; об этом, например, тепло вспоминал нобелевский лауреат И.И. Мечников.

Находясь заграницей, Н.И. Пирогов в 1865-1866 годах издал свой гениальный труд «Начала общей военно-полевой хирургии, взятые из наблюдений военно-госпитальной практики и воспоминаний о Кримской войне и Кавказской экспедиции» (62). В нём он уделил внимание гигиеническим вопросам, здесь прозвучали его знаменитые фразы «Я верю в гигиену!» … «Будущее принадлежит медицине предохранительной».

Фото 19. Титульный лист книги Н.И. Пирогова «Начала общей военно-полевой хирургии, взятые из наблюдений военно-госпитальной практики и воспоминаний о Кримской войне и Кавказской экспедиции», 1941

С 1866 года Н.И. Пирогов уединился в своём небольшом имении «Вишня» неподалёку от Винницы, где организовал бесплатную больницу. Он ненадолго выезжал оттуда только за границу, а также по приглашению Императорского Санкт-Петербургского университета для чтения лекций.

Относительно надолго Пирогов лишь дважды покидал имение: первый раз в 1870 году во время франко-прусской войны, и второй раз в 1877-1878 годах – несколько месяцев работал на фронте во время русско-турецкой войны.

В 1881 году Н.И. Пирогов стал пятым почётным гражданином Москвы «в связи с пятидесятилетней трудовой деятельностью на поприще просвещения, науки и гражданственности». Также был избран членом-корреспондентом Императорской Санкт-Петербургской академии наук (ИАН) (1846), Медико-хирургической академии (1847, почётный член с 1857 года) и Германской академии естествоиспытателей «Леопольдина» (1856).

24 мая 1881 года Н.В. Склифосовский установил наличие у Пирогова рака верхней челюсти. Умер Н.И. Пирогов 23 ноября 1881 года в селе Вишня (ныне – часть города Винницы). Его тело забальзамировано и до настоящего времени покоится в склепе церкви.

Пирогов и гигиена

Хотя Н.И. Пирогов не является, как отмечено выше, гигиенистом, но его гениальность врача, анатома, хирурга, педагога, автора крылатых фраз обязывает нас рассмотреть его высказывания. Ниже публикуется статья на данную тему.

Н.И. Пирогов и гигиена

Николай Иванович Пирогов (1810-1881) известен миру как выдающийся русский хирург, анатом, основоположник военно-санитарного дела, педагог. Его открытия и достижения в медицине снискали славу не только ему, но и российской науке. Известный русский юрист, публицист и общественный деятель А.Ф. Кони (1844-1927) так оценил деятельность Н.И. Пирогова: «…одно из настоящих оснований для истинной национальной гордости нашей» (66).

Большинство своих научных открытий Н.И. Пирогов совершил, будучи профессором Императорской Медико-Хирургической Академии с декабря 1840 по июль 1856 года. Здесь полностью раскрылся его талант анатома, хирурга и основоположника военно-санитарного дела (64).

Основной опубликованный труд Н.И. Пирогова «Начала общей военно-полевой хирургии, взятые из наблюдений военно-госпитальной практики и воспоминаний о Кримской войне и Кавказской экспедиции», положивший начало развитию военно-полевой хирургии и «администрации» – организации военно-санитарного дела, был создан по опыту участия в двух войнах:1847 году на Кавказе и1854-1855 годах в Крыму.

Биограф Н.И. Пирогова профессор А.М. Геселевич пишет:

«Свой труд Пирогов сперва выпустил на немецком языке в Лейпциге под заглавием «Основы общей хирургии войны (или военной хирургии)… 1863-1864 гг.». «Однако для отечественного издания Пирогов переработал книгу, и она вышла по-русски в двух частях (томах) под другим заглавием: «Начала общей военно-полевой хирургии, взятые из наблюдений военно-госпитальной практики и воспоминаний о Кримской войне и о Кавказской экспедиции». «Книга была напечатана в Дрездене в типографии Э. Бахмана и сына (первая часть – в 1865 году, вторая – в 1866 году)» (17).

С момента издания этот труд приобрёл признание в кругах мировой медицинской общественности и получил высокую оценку специалистов.

В Советском Союзе первый том издали в 1941 году: «Начала общей военно-полевой хирургии» под общей редакцией академика Н.Н. Бурденко. В книге предпосылаются этому труду две статьи видных военно-медицинских специалистов: хирурга академика Н.Н. Бурденко «Н.И. Пирогов – основоположник военно-полевой хирургии» (7)и начальника Военно-санитарного управления Красной Армии генерал-полковника медицинской службы Е.И. Смирнова «Организационные вопросы военно-полевой хирургии по Пирогову и их современное понимание». В тяжёлые годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов идеи Н.И. Пирогова нашли применение и воплощение (15).

Из этой книги приводим интересующую нас часть текста:

«Словом, я уверен, что без учения об индивидуальности (ещё вовсе не существующего) невозможен и истинный прогресс врачебной статистики, хотя к ней и обратились именно для того, чтобы избегнуть трудностей индивидуализирования при постели больного. По моим понятиям, эта наука сделается тогда только рациональною и приложимою, когда разъяснится, какую роль играет личность больного в каждом данном случае.

Если из сказанного читатель и может меня заподозрить в фатализме, то, с другой стороны, он из моей книги не может не убедиться, что я верю в гигиену.

Вот, где заключается истинный прогресс нашей науки.

Будущее принадлежит медицине предохранительной. Эта наука, идя рука об руку с государственною, принесёт несомненную пользу человечеству».

Трудно и одновременно интересно представить себе более чем через 150 лет, о чём думал великий человек, выражая свои мысли в этих словах.

В связи с чем великий врач высказал такое мнение, какой смысл вкладывал в эти выражения? Можно ли современной медицине подтвердить пророчество гениального представителя её лечебного направления?

Вряд ли кому-нибудь удастся полнозначно ответить на все эти вопросы.

Анализируя высказывания выдающегося учёного и практика, прежде всего, необходимо отметить, что в медицинской литературе не встречается несогласие с выражением Н.И. Пирогова о приоритете в будущем профилактического направления медицины.

Нет, да и не может быть критики слов «Я верю в гигиену», так как это личное убеждение Н.И. Пирогова. С момента высказывания и опубликования крылатых фраз прошло более полутора веков, в медицине произошли огромные достижения, а обращение к пророческим словам продолжается.

Следует заметить, что при цитировании встречаются неточности. Чаще всего вместо слова «предохранительной» применяется «предупредительной». Близость по значению слов не изменяет сущности высказывания.

Но замена во фразе «рука об руку с государственной…» последнего слова на «лечебной» нельзя считать приемлемым, так как содержание слов существенно различается. Среди отклонений от оригинала цитаты встретился вариант «я верую в гигиену».

Установить авторство невозможно, а понять различие «верю» и «верую» позволяет товарищ Н.И. Пирогова по Дерптскому университету В.И. Даль (1801-1872) в словаре живого великорусского языка: «Веровать сильнее, положительнее, чем верить и употребляется о предметах высших» (74).

Даже при позитивном значении слова «верую» цитата должна полностью соответствовать авторскому оригиналу.

Для понимания времени, когда написаны интересующие нас слова, обратимся к биографу Н.И. Пирогова профессору А.М. Геселевичу, посвятившему 35 лет жизни изучению летописи жизнедеятельности великого учёного (16).

«Осенью 1862 г. он покинул своё имение, так как был назначен руководителем группы молодых людей различных специальностей, командированных русским министерством народного просвещения за границу для подготовки к профессорской деятельности. В командировке вне пределов России Пирогов пробыл около пяти лет. К этому периоду жизни великого хирурга и анатома и относится создание классического труда – «Начал общей военно-полевой хирургии».

Николай Иванович, по-видимому, в тот период имел благодатную возможность творчески работать, вспоминать, анализировать и описывать проведенные им анатомо-топографические исследования, многочисленные хирургические операции, административные действия.

Цитируемый нами труд Н.И. Пирогова, приведенный выше, издан в СССР в 1941 году, а профессор Геселевич А.М. в комментарии к книге заверил читателей:

«Текст книги перепечатан полностью без изменений с экземпляра дрезденского русского издания 1865-1866 гг., причём и в техническом отношении, в основном, воспроизведен стиль первого издания».

Менее половины страницы книжного текста, а в нём как зашифрованные Н.И. Пироговым пароль и пропуск в будущее всей медицины.

Со всей бережностью и абсолютным почтением к гению Н.И. Пирогова пытаемся понять смысл его слов.

Во-первых, что вкладывал Николай Иванович в слова: «…без учения об индивидуальности (ещё вовсе не существующего)…»?

В годы накопления своего практического опыта хирургического лечения больных и раненых индивидуальность, видимо, оценивалась по результату излечения одной и той же патологии. При поражении одного из участков тела одни оперированные выживали, у других процесс заканчивался летальным исходом. Такой исход объяснялся способностью конкретного организма выдержать не только сам травмирующий процесс операции, ранения, ранящего снаряда, но и внутренними силами организма, его сопротивляемостью, которая и могла именоваться «индивидуальностью».

Следующий вопрос из цитаты Н.И. Пирогова, подлежащий уразумению «…без учения об индивидуальности (ещё вовсе не существующего) невозможен и истинный прогресс врачебной статистики…». Вероятно, он желал видеть исследования и получение результатов оценки состояния больного, которые смогут привести к росту положительных исходов лечения («…прогресс врачебной статистики…»)

Но дальше следует осмыслить его слова:

«…хотя к ней (статистике – авт.) и обратились именно для того, чтобы избегнуть трудностей индивидуализирования при постели больного. По моим понятиям, эта наука (опять, видимо, статистика – авт.) сделается тогда только рациональною и приложимою, когда разъяснится, какую роль играет личность больного в каждом данном случае».

Пирогов считал, что одним из условий положительного исхода операции является способность выживания организма. И уже после познания этого могут делаться выводы для практики («приложимые» – авт.), и на основании их приниматься решения для каждого пациента индивидуальным подходом лечащего врача.

Следующая фраза:

«Если из сказанного читатель и может меня заподозрить в фатализме…».

Фатализм в переводе с латинского – роковой, фаталист – человек, верящий в предопределение, фатум, судьбу. Фатальный – неотвратимый, неизбежный.

Цитаты из севастопольских писем Пирогова «близкому по духу и своему соратнику по академии» профессору-терапевту К.К. Зейдлицу (1798-1885) вполне определённо объясняют слова Николая Ивановича о статистике и фатализме. «Пребывание моё в Севастополе ещё более убедило во мне то убеждение, что я в течение 15 лет наблюдал в петербургских госпиталях то же, но в более грандиозных размерах, повторяется и здесь. Можно отметить отдельные колебания, но, в общем, то, что в Петербурге давало смертность 3 из 5, и здесь даёт 31/2 и 33/4 из 5».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.