Альбина Орешникова
На грани. Книга 1. Часть 1

Книга 1 Часть 1

Введение

Осень – граница между летом и зимой, между удушающим зноем и лютым морозом, граница жизни и смерти. 31 октября – мой любимый праздник, который носит много названий – Хэллоуин, Самайн, ночь святых, кельтский праздник сбора урожая. Ночь, когда открываются врата, соединяющие мир мёртвых с миром живых. Ночь, когда открывается завеса потустороннего мира, и мы можем видеть тех, кто давно ушел из нашей жизни. Ночь, когда становится возможным невозможное, странное и страшное.

Сегодня же это праздник, когда люди веселятся, надевают маски и костюмы, украшают улицы и жилища, а дети ходят по домам и просят угощения. Я решила насладиться этой мрачной атмосферой заполненных улиц, украшенных зданий и жутковатым концертом на главной площади города. Для меня Самайн – это не праздник страшных костюмов и насмешек над тем, что не привыкли видеть люди, а эта ночь – дань уважения прошлому.

Надевать на себя смешные побрякушки в виде черепков и метел не хотелось, поэтому я остановилась на классическом образе – черном платье с пышной юбкой, черном пальто, сапожках на каблуках, в макияже сделала акцент на глаза. Ярко, но  гармонично, для Хэллоуина вполне уместно.

В моей жизни чего – то не хватало, опасностей и приключений, чего-то необычного и неземного. Я никогда не понимала себя, ведь каждый день  сама носила маску смирения и ожидания. Поэтому я решила учиться на психолога – чтобы лучше понять себя, постичь суть жизни человека, найти смысл моей жизни, узнать правду, но учебники и ежедневные лекции – не то, что я ожидала…

Глава 1

Я вышла с колледжа еще до концерта, чтобы любоваться декорациями и поглощать атмосферу любимого дня в году. Улица была оживленная: тут и там ходили люди, большинство из которых были в масках или же с разрисованными лицами. Некоторые выходили семьями с детьми, все прониклись этим вечером и веселились. Смотря по сторонам, я удивлялась тому, как разнообразно украшены дома: в одном из окон «высовывались» щупальца осьминога, в другом – летали призраки. И это еще не все: свечи в виде мумий, призраки из воздушных шаров, змеи, что порхали в воздухе и куда же без тыквы – повсюду стояли фонари Джека.

Конечно, попадались и хмурые люди, что закрывали окна и балконы, чтобы оградить себя от громкой музыки, в основном это старики, но так же находились и женщины и мужчины, что поддерживали идеи о том, что данный праздник – это увеселение бесов и колдунов, праздник дьявольщины и исчадий ада. « Ну и пусть, чем же может жить человек, если в обыкновенном празднике видит негатив? Если выбор стоит между апатией и весельем, то почему бы не провести время хорошо, чтобы было что запомнить?» – подумала я, и направилась прямо в центр, где была сосредоточена основная масса «нечисти». На сцене появилась группа, они начали исполнять песни про Хэллоуин: про огни на деревьях, про глаза везде, про призраков и пришельцев, про смерть и холод в загробном мире. Их песни исходили будто из пустоты иного мира, сочились из тьмы, которая окружает каждого из нас. Игра теней, страшные и пронзительные крики, кровь и ужасы, поднимающиеся из могил мертвецы, много гробов, злобный смех, густой туман – моё внимание было полностью сосредоточено на сцене до тех пор, пока кто-то не задел меня плечом.

– Эй, а осторожнее можно? – выпалила я в порыве гнева, ведь этот человек прошел очень неаккуратно и толкнул меня.

Парень ничего не ответил, словно даже и не заметил меня, зато я его запомнила. Он на мгновение посмотрел на меня вскользь, словно ему было не интересно, а затем скрылся в толпе. Среди людей он ничем не выделялся: довольно-таки высокий, средней длинны темные волосы, глаза карие, но что было странно, он был одет в кожаную черную куртку в такой прохладный вечер. Никаких украшений в честь Хэллоуина на нем не было. Я не знаю, зачем, но я пошла за ним. Проходя сквозь толпу, я пыталась не упустить его. Аккуратно протискиваясь между людьми, я наблюдала, как его фигура удаляется от меня. Я пыталась идти быстрее, но людей было слишком много, и я поняла, что потеряла его из виду.

«И зачем я пошла за ним? Определенно не для того, что бы продолжить беседу или услышать извинения». Я остановилась, поняла, что искать его бессмысленно и глупо. Часть меня сожалела о том, что я потеряла его из виду. Зато другая говорила, что это неправильно и нелогично, вот так идти за незнакомым парнем куда-то. Я почувствовала себя неловко от этой глупости и пошла дальше. Выйдя из толпы и повернув за угол, я свернула в переулок.

Музыка была не так громко слышна, поэтому я решила позвонить однокурснице, чтобы попытаться опять вытащить ее из дома на праздник. Я уже набрала номер и сбросила, так как моё внимание привлек негромкий разговор двух людей.

«Кажется, это за углом», – подумала я и тихо подошла к краю дома. Разговаривали два человека. Определенно, голос мужчины и женщины, даже я бы сказала, парня и девушки. Я прислушалась.

–… здесь его точно нет, – сказала девушка.

– Я сам проверю. Ты могла его упустить, – грубо ответил парень.

– С каких пор ты сомневаешься? Ты же понимаешь, что я люблю тебя. Не забывай, что меня это тоже касается.

– Сегодня – это все, что у нас есть. Мы теряем время, стоит снова проверить.

– Нет. Мы еще не готовы, ты не готов, и ты это знаешь. Но я обещаю тебе, мы найдем его. Он от нас не убежит.

– Я сам найду его и убью. Возвращайся в Академию.

– Это самоубийство. Я не готова потерять еще и тебя, – сказала девушка, нежно коснувшись его руки.

« Убить?! Что?! Что я только что услышала?! Мне пора уходить», – сердце бешено колотилось, а колени начали подгибаться. Я боялась той информации, что случайно решила подслушать.

«Это не моё дело», – подумала я, и я стала уходить, пытаясь не стучать каблуками по асфальту. Я бесшумно прошла несколько шагов, и мой телефон зазвонил, бесцеремонно выдав меня.

«Черт, только не сейчас», – тихо выругавшись, я быстро сбросила и, уже не пытаясь скрываться, побежала к оживленной улице. Когда до поворота осталось пару шагов, я почувствовала, как тяжелая рука легла мне на плечо и резко прижала к зданию. В этот момент я совершенно потеряла способность думать, кричать – страх испепелял меня изнутри, а дыхание сбилось.

Его взгляд встретился с моим. Эти холодные бездонные темные глаза вглядывались в самую глубь, затуманивая разум. Я как под гипнозом смотрела на него и не могла отвести взгляд. Он медленно убрал руку, которой прижал меня, и, немного отойдя, но, все еще смотря мне прямо в глаза, спросил:

– Зачем ты подслушала наш разговор?

Нет, он точно не спрашивал. Он требовал ответа. Он не держал меня, он был уверен в том, что я не уйду. Когда паника захлестнула меня, я дернулась, наспех ударила его ногой в колено и попыталась бежать. На секунду он потерял бдительность, что дало мне фору. Это было бесполезно – парень оказался крепче. Он держал меня за запястье и смотрел непонимающими глазами.

– Она не поддается гипнозу! – резко сказал он подошедшей сзади девушке.

– Это невозможно, Кто она?– ответила девушка, чьи волосы лежали в красивой укладке.

Я не собиралась отвечать. А еще больше я боялась того, что меня ждет. Может быть, от девушки я и смогла бы убежать, но парень был достаточно крепким. Я была напугана, не могла говорить. Я лишь ожидала того, что они посмеются, скажут, что так играют на Хэллоуин и отпустят меня, что все это часть розыгрыша.

– Отпусти, ты её совсем напугал.

Девушка подошла, протянула руку мне за спину, провожая за собой.

– Не обращай внимания, у нас выдался трудный день, но не бойся, мы не причиним тебе вреда, я обещаю. Очевидно, что ты что-то слышала, и это тебя напугало, – сказала девушка спокойно и с теплотой в глазах.

Я только сейчас взяла себя в руки и, решив подыграть в их игре, спросила:

– Похоже, что я не должна была это слышать и позже вы меня убьете?

Девушке явно понравилось это предположение, она улыбнулась и рассмеялась так тепло, ответив:

– Нет, мы не убиваем людей. А если и случается подобный конфуз, то мы заставляем человека забыть. Стираем память. И всегда это работало. До сих пор. Кто ты?

– Ники, – ответила я тихо.

Девушка изогнула бровь и я, отведя взгляд от нее, ответила:

– Я не понимаю, чего вы от меня хотите, и если не собираетесь убивать, то отпустите. Мне не до ваших игр, – на эмоциях ответила я им.

Парень недовольно усмехнулся, а девушка отошла в сторону, жестом указав на дорогу. Я сделала несколько шагов от нее, потом развернулась и спросила:

– Вот так просто?

– Вот так просто. Я найду тебя тогда, когда это потребуется.

«Чего? Ну и заигрались. Хотя, Хэллоуин явно вышел запоминающийся», – подумала я про себя.

Я еще раз мельком посмотрела на парня, его сознание было устремлено куда-то вдаль, за горизонт. Он уловил взгляд и посмотрел на меня, отчего меня словно ударили током, и я быстро отвернулась. Я не стала злоупотреблять своей свободой, и пошла прочь, не оглядываясь, оставив их позади.

Весь следующий день я провела, думая о встрече с этими двумя, и она казалась сном. Из мыслей меня изредка отвлекали пары: забавный пухлый преподаватель оживленно рассказывал свой предмет, нередко прерываясь на интересные истории из своей жизни – о жене, детях и пушистом пожилом коте, что жил у их подъезда. Я улыбнулась очередному рассказу, повседневности и рутине этого дня, и вновь погрузилась в мысли. Ежедневная учеба, куча преподавателей, которые забивают свое рабочее время рассказами о себе, и ни одного ответа на мои вопросы. Скука моих дней и вчерашнее приключение,– вот что заставило меня отвлечься.

«Что я слышала там? Они хотели кого-то убить? Но раз людей они не трогают, то кого? И почему отпустили меня? Я та, на кого не подействовал гипноз? Внушение? Все это и звучит странно, разве может это быть правдой? Они не ненормальные, но интересные, просто живут моментом, и мне это близко. Возможно ли, что это была просто роль, и я ошиблась? А если это правда? Хотя, какая разница, ведь это было вчера. Если бы я смогла их встретить еще раз…» – столько вопросов, и ни на один у меня не было ответа. Может быть это и странно, но это то, чего я хочу, точнее, всегда хотела.

Я вспомнила того парня – определенно мой типаж. О таких пишут рассказы, и подобные выступают в роли таинственного и сильного рыцаря, спасающего девушек. Высокий, темноволосый, уверенный в себе, тело крепкое и спортивное, руки горячие, пронзительный взгляд, темные как смола глаза. Мы увиделись лишь раз, но почему я почувствовала это? Нет, это не чувства, я не верю в любовь с первого взгляда. Это ощущения – огонь, страсть, жизнь. Если б не этот случай, то я, вероятно, познакомилась бы с ним. Конечно, подобная встреча несколько тревожила, но все же, сколько в ней было эмоций, этого я точно не забуду.

–Эй, Ви, не летай в облаках, – отшутилась однокурсница, несмело потрепав меня по плечу.

Я и правда несколько отключилась от лекции и не сразу поняла, что она закончилась. Сзади подлетел однокурсник и, взяв Эми за плечо, рассмеялся и сказал:

–Видимо, Вероника все же встретила солиста группы. Пошли, – он наспех вынул девушку из аудитории, а я пошла следом.

Попрощавшись с однокурсниками, я вновь задумалась:

«А та брюнетка? Я вспомнила, как нежно она дотронулась до него. Кто она? Девушка? Сестра? Знакомая?». Я улыбнулась своей наивности, и подумала, что жизнь – не сказка, и я не верю, что мы увидимся снова, а поэтому думать о нем было глупо, но вновь и вновь мои мысли поглощала вчерашняя встреча.

«Я найду тебя, когда это потребуется....», – да, конечно. Ничего необычного, просто наткнулась на парочку. Ну, с кем не бывает? Может быть, они были в образе и по-своему отмечали Хэллоуин, а я ищу везде какой-то подвох? Конечно, со мной такое раньше не происходило. Но с чего бы сейчас? Я снова вспомнила тот момент, как я увидела того парня и мир будто замер. Он казался каким-то необычным, он мне импонировал. Я почти мгновенно смутилась своих мыслей.

«Очнись, вы же, вероятно, больше не встретитесь, а если и встретитесь, то что? Ничего» – эти мысли словно спустили меня с небес на землю, но так было лучше. Завтра у меня зачет и надо было подготовиться к нему, а не думать об этой встрече.

Возвращаясь домой с пар, я услышала, что за мной идут, и, обернувшись, увидела ее. Волосы девушки развевались на ветру, и, взглянув в миловидное лицо, я поняла, что она моя ровесница, но то, как она себя несла, выдавало в ней уверенность и раскованность. Она красиво уложила волосы рукой, улыбнулась мне и сказала:

– Ну вот, видишь, я тебя нашла, как и говорила. Я понимаю, что наше знакомство началось не очень хорошо, но давай попробуем сначала. Я – Лина.

Правильно говорят: «Бойся своих желаний», и сейчас я впала в ступор. Мимо проходили люди, девушка предложила мне отойти в сторону, а я ответила:

– Привет, Лина, знаешь, мне очень приятно познакомиться, но у меня завтра зачёт. Мне не хочется думать обо всем этом, так что мне пора домой, – сказала я и пошла вперед, оставляя девушку позади.

– И тебе совсем не интересно, кто ты?

Эти слова заставили меня остановиться, я обернулась к ней и ответила:

– Я студентка. Кем я ещё могу быть?

Лина подошла, сравнялась со мной и сказала:

– Наверное, ты одна из нас, но мы, обычно, знаем о существовании своих вне Клана. Как бы мне выразиться помягче, – сказала девушка, подбирая подходящие слова. – Ты не совсем человек. Ты не поддаешься внушению. И честно, вчера я и Алекс были этим несколько удивлены.

– Предположим, что вчерашняя выходка не была ролевой игрой, и ты говоришь правду, то внушение не действует на развитую волю… – я не договорила, брюнетка меня прервала.

– Упусти общеизвестные факты из того, чему учат здесь, – девушка кивком головы указала на колледж, и продолжила. – Мы стоим выше людей. Мы живём гораздо дольше и почти не болеем. Мы обладаем огромной силой и разумом. К тому же, мы очень красивы, – сказала она и поправила прядь волос.– И мне интересно, что ты знаешь о себе? Как ты очутилась тут?

Я была шокирована этим разговором и ответила обычно:

– Я родилась тут. И живу тут все время. Очевидно, что ты ошиблась.

Я не собиралась рассказывать первой встречной девушке свою историю, а она, похоже, не собиралась сдаваться. Лина взяла меня за руки и сказала так, будто мы с ней давно знакомы:

– Да ладно тебе, неужели ты никогда не ощущала, что ты здесь чужая? Что ты не вписываешься сюда? Ты мечтала о чем-то большем? Тебе будет скучно просто закончить учебу, работать, завести детей и потом наслаждаться слабостью и немощностью?

Она рассказала то, что не знал никто. Она будто читала душу. Она за минуту сказала мне то, что терзало меня всю мою жизнь. Я  пошла на психолога, чтобы изучать свои желания и то, чем они вызваны. Я посмотрела на нее, мои руки были все еще в ее руках. Я не стремилась уйти, ее руки были горячими и нежными. В ее глазах горел огонь. Живой огонь. Страсть к жизни. А мой огонь потух давно, а сейчас брюнетка вновь его разжигала. Она была права, и, если девушка и дурила меня, то это получалось.

– Ты права. И все моё нутро хочет узнать больше, но разум говорит мне, что надо идти домой и готовиться к зачёту. А все это детские сказки. Детские мечты, которым не суждено исполниться.

Девушка сконфуженно улыбнулась, и спокойно ответила:

– Хорошо, Ники, я не буду настаивать, но я знаю, что у нас есть общее. Любознательность. Ты пошла на психолога, что б узнать себя? Свое видение жизни? Люди тебе не помогут, ведь их знания – это лишь верхушка айсберга. Настоящие знания у нас. Если ты считаешь, что я лишь играю, то соглашайся. Пойдем со мной, ты ничем не рискуешь.

Она смотрела в мои глаза с детской невинностью, будто я отобрала у нее конфетку, которую девушка хотела забрать. Время тянулось слишком долго и, увидев в моих глазах сомнения, она сказала:

– Я дам тебе свой номер, позвони мне, когда будешь готова. Оставаться с нами или нет – это твой выбор. Хотя бы подумай над этим, подумай над возможностями, что откроются перед тобой. О смысле своей жизни. Держи.

Она дала мне листочек с номером, и собралась уходить, а я ответила:

– Стой, Лина, – девушка обернулась. – Было приятно познакомиться.

Девушка улыбнулась и скрылась за зданием. Я посмотрела на листочек с номером. Он был белым с черной окантовкой и пропитан ее духами. Совсем как она, духи манили неповторимым шлейфом женственности, магии и волшебства.

Я осталась одна со столь маленькой долей информации, что открылась мне. И я решила пойти прогуляться прежде, чем идти домой. Завтрашний зачет уже не имел смысла: я могла узнать правду о своих родителях и о самой себе. Я всегда думала, что случилось с ними? Ведь выросла я в приемной семье. И родители никогда от меня это не скрывали, за что я благодарна. Они растили меня как свою дочь, и когда настало время, то они мне все рассказали. Я чувствовала пустоту, одиночество, никто не мог понять моего стремления отыскать правду, правду о себе и о семье. И теперь у меня появилась надежда.

Я медленно проходила по парку, любуясь на темное осеннее небо, на траву, которая потеряла все жизненные краски, на деревья, что лишились разноцветного одеяния и теперь стояли, словно тени, ожидавшие прихода зимы. Птицы давно улетели в теплые края, река текла тихо, словно боялась разбудить солнце, уходившее на покой. Лишь изредка вдалеке мелькали люди, что торопились домой. И свет фонарей еле – еле освещал пустые дорожки, которые покрывали сброшенные листья. Весь мир будто замер в ожидании зимы.

Я не торопилась домой – в этой тишине на природе я ощущала себя гораздо комфортнее, чем в четырех стенах за подготовкой к зачету. Впереди я увидела знакомый силуэт. Он сидел на скамейке, смотря туда, где солнце опускалось за горизонт. Вначале я хотела пройти мимо, но я поняла, как по-детски это будет выглядеть, поэтому все-таки решила спросить:

– Только не говори, что оказался тут случайно.

– В прошлый раз мы не успели познакомиться, Ники, верно? Меня зовут Алекс. И вообще-то я искал тебя, – сказал парень и встал со скамейки.

– Зачем? – я снова напряглась, вспоминая нашу первую встречу. Теперь я сомневалась, хочу ли я вообще сейчас общаться.

– Хотел поговорить.

– О чем? – спросила я, пытаясь быть максимально незаинтересованной.

– Потому что ты первая из людей, кто не поддался гипнозу. И у меня лишь одно объяснение.

– Какое? – с нетерпением спросила я.

– Пройдемся? – задал вопрос Алекс.

Я пошла рядом с ним, ожидая ответа, ожидая правды. И падающие тени на его лице выгодно подчеркивали его черты. Я заставила себя не смотреть на него и стала смотреть то перед собой, то на деревья.

– Успокойся, я тебя не трону. Вчера я мог грубо обойтись с тобой, за что мне следует извиниться, – сказал парень и посмотрел на меня.

– Извинения приняты. А теперь мне нужен ответ, – моему терпению приходил конец, настолько я была заинтригована.

– Тогда придется начать издалека. Мы называем себя Кланом Святого Грааля. И наш Клан имеет очень древнюю историю. Я не любитель долгих повествований, поэтому скажу кратко: давно шла война, самые влиятельные представители двух кланов заключили союз, что поспособствовало созданию мира и равновесия, – рассказывая историю, парень то и дело смотрел на меня, изучая реакцию. – Каждый из кланов обладал своими значимыми преимуществами: у одних были сильнее развиты ментальные силы, у других – физические. Когда мы объединились, то каждый поделился частью своей силы с другим. Этот союз породил равновесие. Прошла тысяча лет с того древнего союза, но мы еще помним и чтим память тех, кто помог нам избежать войны на многие века вперед.

– Как я понимаю, ваши преимущества перед людьми – это физическая сила и внушение? – поинтересовалась я.

– Все верно, и это значит что ты – одна из нас. Но как так вышло, я понятия не имею. Обычно наши не расходятся, и вчера я не был готов к подобной встрече. Твоё появление немного ввело меня в недоумение.

Я размышляла о той информации, что крутилась у меня в голове. Я ответила:

– Это слишком для меня.

Алекс улыбнулся, склонив голову вперед, сказал:

– Я никогда не думал, что кто-то из нас может спокойно жить за пределами Клана. Вся наша жизнь направлена на развитие и поддержание способностей, без которых мы теряем смысл к существованию. Скажи, – обратился он ко мне, – каково это, жить не своей жизнью?

Я подумала, слова исходили из моей души, и сказала:

– Всю мою жизнь я спрашивала себя, что со мной не так? Почему мне мало того, чем я живу? Где моя жизнь? Я будто жила не своей, не полной жизнью. Я не могла насладиться ее вкусом, все быстро становилось пресным. Тогда я начала разбираться в себе. Что мне надо для полноценной жизни? Я не могла этого понять. Но по ночам мне снились странные сны, где я будто «оживала», где была истинная я. И только вчера, когда ты в толпе задел меня, я будто опять была во сне. И я, правда, не знаю, почему  пошла за тобой.

Я излила душу Алексу, парню, которого знала так мало и, испытав чувство стыда, я взглянула на него, сказав:

– Извини, я… слишком разоткровенничалась с тобой. А мы ведь даже незнакомы.

– Я думаю, что это далеко не последняя наша встреча, Ники. Тебе всегда есть место в нашем Клане. Я не стану уговаривать тебя. И я уверен, что ты найдешь ответы если не на все, то на большую часть своих вопросов.

Я задумывалась над перспективой начать жизнь с начала, меня это пугало, но я чувствовала, что этот шанс нельзя упускать.

– Да, думаю, что ты меня убедил. Я должна больше узнать о себе. Глупо будет упустить такой шанс… но почему я никогда не чувствовала себя сильной физически? – я опустила глаза вниз, и шла, смотря себе под ноги.

– Видишь, тебе уже интересно. Академия может ответить на многие твои вопросы. Пойдем, – сказал парень, остановившись передо мной.

Я чуть не врезалась в него, но удержалась руками, уперев их в его грудь. А он взял меня под руки, не дав упасть.

– Ух, ты, быстро среагировал, – удивилась я и сделала шаг назад. Похоже, ему удалось меня смутить.

– Не привык к реакции людей. Все нормально? – спросил парень.

– Да. Так вот о чем ты говорил. Почему у меня нет сил? Звучит как бред, – удивленно спросила я.

Парень немного улыбнулся уголками губ и сказал:

– Мы много тренируемся, и способности открываются преимущественно после особого вмешательства. Это лишь символически, не переживай. Называется Посвящение. Что-то вроде посвящения в первокурсники у обычных людей.

– Понятно, – ответила я, хотя мало что поняла из слов парня.

Поежившись от порыва ветра, я сказала:

–Мне пора домой. Завтра у меня зачет, надо подготовиться. Тем более уже темно.

– Я понимаю. Я провожу тебя.

Мы какое-то время шли молча, и эта тишина меня убивала, тогда парень остановился, посмотрел мне в глаза, спросив:

– Я понимаю, что ты боишься, что весь твой привычный мир рухнет, но не понимаю одного: зачем ты продолжаешь жить старой жизнью, если перед тобой открыты новые двери? С завтрашнего дня ты могла бы быть с нами, частью нашего Клана, почему тебе важен какой-то зачет? Он поможет спасти твою жизнь? Поможет справиться с твоими проблемами?

Я не стала останавливаться, лишь замедлила шаг. Он пошел рядом и я ответила:

– Он поможет моим приемным родителям не разочароваться во мне. Они вложили в меня всю свою любовь, и я хочу стать кем-то, известным психологом, например, сделать это ради них.

– Разве они будут рады твоим мучениям? Твоей лжи самой себе? Разве каждый родитель не желает своему ребенку счастья и того, чтобы он реализовал себя? – спросил меня Алекс.

– Все трудно. Расскажи о своих родителях. Какими они хотят видеть тебя? Кем хотят, что б ты был? – я попыталась перевести тему и узнать его лучше.

– С самого детства мне твердили, что я должен защищать сестру и не подвести семью, я должен много чего изучить, исследовать.

– У тебя есть и сестра? – удивленно спросила я.

– Есть. Ты с ней знакома. Сходства не уловила? – спросил он, изучая мою реакцию.

– Что?! Лина твоя сестра? Она не сказала.

Парень продолжил свой рассказ, смотря перед собой:

– Усердные тренировки, углубленные занятия, особые поручения. Помогаю тем, кто в этом нуждается. И да, слежу за сестрой, что б она не лезла в неприятности.

– Как все серьезно, от тебя многого ждут. И как, твои родители гордятся тем, что видят?

Он сменил улыбку на серьезное выражение, глаза его стали пустыми, а тон его голоса заметно охладел.

– Если бы я знал. Их убили, когда мы с Линой были детьми.

– Алекс, я не знала, мне жаль… – я пожалела, что задала этот вопрос.

– Ничего. Я найду того, кто … это сделал и … подвергну соответствующему наказанию, – ответил парень холодным голосом, – поэтому вчера мы его искали. Я поклялся, что никогда не прощу себя, если не найду убийц и не уничтожу их жизнь, как они уничтожили жизнь двоих ничем не повинных детей.

Остаток пути до моего дома мы провели в молчании. Я не хотела ухудшить ситуацию своими вопросами. Лишь когда мы оказались у подъезда, я поблагодарила его и зашла внутрь.

«Похоже, что мне действительно симпатичен Алекс. Но буду ли я интересна ему? Мы из разных миров. Сейчас его цель понятна – найти убийц родителей. И стоит ли вообще к нему пытаться проявить теплые чувства? Стоит ли вообще пытаться? Или все с треском провалится?» – с такими мыслями я легла в кровать.

Глава 2

На следующий день я успешно сдала зачет, хотя все время думала о словах Алекса.

«Отчасти он прав, я ведь живу не для родителей, когда я найду себя, то они смирятся. Вернуться в колледж я всегда смогу, к тому же, нельзя упускать такой шанс».

Еще вчера я ввела себе номер Лины, поэтому после пар я позвонила ей и сказала, что хочу встретиться. Она была рада слышать это и ответила, что увидимся мы через полчаса в кафе на главной площади, туда и я направилась. Я пришла раньше и села за столик у окна. Заказала нам горячий какао, надеясь, что не прогадала с выбором, и стала ждать. Через пару минут я увидела Лину и, удивившись ее шарму, посмотрела ей вслед.

Надо отдать ей должное, брюнетка отлично выглядела и привлекала заинтересованные взгляды парней и завистливые взгляды женщин. Один из парней позвал девушку, но она прошла мимо него, садясь ко мне. Длинные волосы были уложены в локоны, ниспадающие по плечам. На ней была темная кофта, черное пальто до середины бедра, темные обтягивающие брюки и шпильки на высоком каблуке. Повседневный макияж и красные ногти дополняли образ, волей-неволей напрашивается «вау» или «ух ты». Она тепло улыбнулась мне, села, положив ногу на ногу, спросила:

– Еще вчера я думала, что ты не согласишься учиться с нами. Что изменилось? – девушка приблизилась ко мне. – Только не говори, что причина, почему ты передумала – это мой брат?

Я старалась не поддаваться на ее «чары», но, наверное, меня уже выдал румянец на щеках, поэтому спокойно ответила:

– Алекс был достаточно убедительным, но, в первую очередь, я хочу узнать о себе. С вашего появления в моей жизни я чувствую, что в моей жизни появилось что-то важное, что я все время не замечала.

– Хорошо, но надеюсь, ты не торопишься в Академию?

Я немного не поняла ее вопроса, вчера она уговаривала меня, а сегодня оттягивает время, и ответила:

– Нет.

Девушка облокотилась на спинку стула, окидывая взглядом кафе, и сказала:

– Раз уж сегодня такой грандиозный день, то по этому поводу предлагаю устроить себе день шоппинга, заодно узнаем друг – друга лучше. Академия никуда не сбежит. И к тому же, не часто выпадает такой день, что б мы могли заняться своими делами. Соглашайся.

– Конечно, – ответила я, подумав, что это хороший шанс узнать девушку прежде, чем попасть в незнакомое место.

Как только мы зашли в бутик, я поняла, что это продлится долго. Вначале Лина взяла несколько свитеров: белый пушистый, синий кашемировый, черный из ангоры и такой же красный. Затем пришла очередь кардиганов: черный и темно-серый. Потом взяла несколько вечерних платьев. Она настояла на том, что б я примерила 2 вечерних и 1 бальное платье. Последнее покорило своей красотой, но я знала, что оно мне не нужно, и было бы бессмысленно его покупать. Я купила два вечерних: одно, которое посоветовала Лина, другое выбрала сама. Сама же брюнетка вышла с кучей покупок.

Во время шоппинга мы поговорили обо всем, и я быстро привыкла к девушке. Странно звучит, наверное, но у меня возникло ощущение, что мы находимся «на одной волне». И что с ней можно быть настоящей, чего не случалось прежде, и открыть те переживания, которые волновали меня всю жизнь.

От Лины я узнала, что Академия тесно связана с правоохранительными органами и студенты, в зависимости от курса, помогают в некоторых разбирательствах, в которых бессильны обычные люди, но не всегда. Бывает, что студентов отправляют на обычные задания. За это им хорошо платят, но и нагрузки, соответственно, выше. Лина сказала, что мы всегда должны оставаться в тени, чтобы люди о нас не знали. Не выставлять напоказ тайные знания и тесную связь с государством. Нам запрещено распространяться о том, что мы помогаем правоохранительным органам, и как именно это делаем.

– А если мне не понравится? Могу ли я уйти? – спросила я.

– Каждый студент имеет право покинуть Академию, но там свои формальности. И за все эти века существования Академии, таких было немного. Не переживай, тебе понравится.

И, как сказала сама Лина: «Академия – это маяк в нашей жизни. Мы сможем жить без помощи наставников как люди, но смысла в этом не будет. Словно иметь права на автомобиль и ходить пешком – бессмысленно».

Незаметно для нас обеих, разговор перешел на рассказ о себе. Я узнала, что их родителей убили у них на глазах, когда тем было 7 и 12 лет. Повезло, что Алекс заставил Лину молчать, иначе бы их тоже нашли.

– Поэтому с тех пор Алекс одержим идеей быть сильнее, умнее быстрее, чтобы иметь лучшие навыки и найти их. Я его единственная семья, он считает своим долгом оберегать меня. На задания ходит со мной, говорит, что я единственная, кто у него есть. Он стал закрытым и исключает любую возможность повеселиться, отвлечься, – девушка осеклась.

Я поняла, что она тоже пока что не готова рассказать больше, поэтому рассказала о себе. Что мне 21, выросла у приемных родителей и ничего не знаю про биологических. И что мой любимый праздник Хэллоуин. Оказалось, что Лина младше меня на год. По пути к Академии темы постепенно кончились, и девушка заговорила первая:

– Ники, тебе придется побеседовать с доверенным лицом и сдать кровь. Это позволит подтвердить, что ты с нами. И по ней узнают твою принадлежность к определенному Клану.

– Ладно. Значит, есть другие Кланы? Сколько их? А если я не из вашего? – я завалила девушку своими вопросами.

– Пока рано говорить, – отшутилась младшая, и мы зашли в ворота.

Перед нами было здание с древней архитектурой, высотой в 5 этажей. Двери были кованые железные, перед Академией была обустроенная территория, клумбы, беседки. Я и ранее видела это здание, думала, что это частная Академия, но теперь, вблизи, оно казалось больше и стариннее. Сейчас я не могла поверить, что я направляюсь туда. Его архитектура меня завораживала. Сразу пришли ассоциации со строгой формой, надлежащими манерами, пыльными учебниками и вечеринками за пределами этого места.

– Надо же, всегда мечтала учиться в подобном заведении, – сказала я, осматривая здание целиком.

– Теперь ты по праву можешь гордиться тем, что ты тут учишься. Ну, по крайней мере, будешь учиться.

Не задерживаясь снаружи, мы прошли к главной двери. Я немного замедлила шаг, осматривая каменные статуи и арки, которые полностью завладели моим вниманием.

«Моя старая жизнь останется позади. Переступив через порог, я обрету новую жизнь. Ту, что давно мечтала обрести. Ту, что снилась мне во снах. Нужно сделать просто один шаг. Шаг, который изменит мою жизнь».

Внутри студенты ходили туда-сюда, не замечая меня. Младшая девушка вела меня за собой на второй этаж, остановилась около одной из дверей, открыла ее и поставила сумки с покупками на пол.

– Ну вот, добро пожаловать. Я попросила, чтобы тебя заселили ко мне. Чтобы тебе было проще адаптироваться. Надеюсь, тебе понравится, – девушка прошла вперед, и я зашла следом.

Комната в общежитии? Нет, эта комната была похожа на дорогой отель, шикарные двуспальные кровати, накрытые плотными пледами, кресла, комод. Вся мебель была из темного дерева и контрастировала со светлой комнатой. Чуть дальше был выход на балкон. В огромной комнате была даже гардеробная, правда, небольшая. И, конечно же, своя ванная комната. Еще и небольшая кухня.

– Ничего себе, я думала, в таком здании будут старые комнаты, но то, что я вижу… я удивлена, – сказала я, абсолютно сбитая с толку.

– Надеюсь, ты быстро привыкнешь к такой жизни, – сказала Лина, и пошла на кухню. Встав за стойку, она спросила:

– Будешь Сок? Кофе? Воду?

Я хотела ответить, но она улыбнулась, посмотрела на меня и перебила:

– Но я рекомендую что-то более праздничное. Как относишься к шампанскому?

Я подошла к ней, тоже села за стойку, еще раз осмотрела зал и сказала:

– Я за. Это действительно подходящий повод отметить.

Пока я доставала бокалы и шампанское по руководству брюнетки, Лина заказала пиццу, которую должны были доставить в течение получаса. Девушка включила музыку, мы начали разбирать свои покупки. Нам быстро передалось настроение безмятежности и легкости, отчего Лина повела меня танцевать. Настороженность сменилась радостью, поэтому я отдалась моменту и полностью поддержала брюнетку, рассмеявшись. Мы решили надеть платья и запечатлеть эти моменты, сделав несколько фотографий.

–Это же не нарушение? – спросила я.

–Нет. Нельзя выкладывать лишь то, что касается обучения. А все веселье, вечеринки, одежда и т.д. в список запрета не входят. Поэтому мы можем спокойно и обучаться здесь, и вести активную деятельность в соцсетях. Но, конечно, чаще всего на последнее не хватает времени, – ответила младшая девушка.

У нас получались разные фотографии: и хорошие, и размытые. Ожидание пиццы прошло моментально, пока Лина выходила за ней, я решила открыть шампанское. Все попытки оказались неудачными. Вскоре пришла Лина, открыла аппетитную коробку с пиццей, понюхала и сказала, протягивая ее мне:

– Это просто лучшее, что придумал человек.

Я передала ей бутылку, девушка пыталась ее открыть, но пробка не поддавалась. Она тоже не смогла ее открыть.

– Вечеринка отменяется? – спросила я, подходя к девушке.

– Не переживай, сейчас прибудет помощь, – сказала Лина, потянулась за телефоном и, лежа на спине, начала писать сообщение.

Через минуты две пришел Алекс, с порога спросил:

– Что у тебя случилось?

Увидев ее на кровати, а меня стоящую рядом, он не понял, что происходит.

– Значит, ты все-таки решилась и теперь ты с нами, – сказал он мне.

– Да. Теперь я здесь, – ответила я и посмотрела на него.

– Алекс, вот проблема, – Лина встала с кровати и показала на виновника вечеринки, – помоги открыть.

Парень смотрел на сестру безэмоционально, она взглянула на него, и, сделав самые милые глазки, сказала:

– Мы празднуем. Новая жизнь и новая дружба.

Казалось, парня не брали хитрости сестры, отчего младшая решила пойти на уловку, сказав:

– Или помоги или я найду кого-то, кто поможет.

В комнате моментально стало напряженно, я чувствовала себя неуютно рядом с парнем. Тем более, их напряженные отношения показали мне, что я лишняя. Девушка взяла бутылку и демонстративно пошла к выходу. Парень перехватил ее, сказав:

– Раз празднуем, то празднуем. Пицца, отлично.

Резкий глухой хлопок, и бутылка была открыта. Лина достала еще один бокал, а парень разливал шампанское.

– Значит, за новую жизнь и дружбу? – перепросил парень, подав бокал вначале сестре, потом мне.

Лина подошла ближе и, приобняв меня за плечи, сказала:

– Пусть мы с тобой еще мало знакомы, но ты для меня словно старшая сестра. С тобой весело. К тому же, ты нашла свою семью. Поэтому тебе всегда будут здесь рады. Надеюсь, что с нами ты заполнишь пустоту и обретешь то, о чем мечтала. Я об этом точно позабочусь.

– За новую жизнь, – сказала я, и мы втроем чокнулись бокалами.

Мы вели беседу на отвлеченную тему, Лина рассказывала о забавных случаях в их практике.

– …да, представь, один раз нашу скорость засекли на камеру случайные прохожие на улице, это заметил Алекс.  Вначале я испугалась, что прохожие сняли на видео, и думала, что нам за это будет выговор, но потом телефон улетел в реку, а видео не сохранилось, – сказала девушка, заливаясь смехом.

Первая бутылка шампанского закончилась быстро, и мы решили открыть вторую. Музыка стала громче, Лина моментально становилась веселее, Алексу естественно ничего не было. А я чувствовала, как сияют мои глаза и горит лицо. Мне тоже было весело. Парень сел в кресло, а мы с Линой продолжили танцевать, что уже не казалось ужасной идеей. Потом она заставила брата нас фотографировать, мы постоянно смеялись, дурачились, а его, похоже, это забавляло.

– Нет, я определенно не хочу, что бы это заканчивалось, – протянула младшая девушка, открывая балкон, что б немного проветриться.

Она включила музыку еще громче, Алекс лишь посмотрел на нее, улыбнулся, а она стала тащить его танцевать.

– Ну, давай же, расслабься, ничего от тебя не убудет. Ты слишком напряжен. Еще бутылку?

Парень выразительно посмотрел на нее, показывая, что ей на сегодня хватит. Зазвонил мой телефон, а Лина спросила:

–Ты куда?

Я указала на него, и вышла на балкон ответить на звонок.

– Да? Эми? Привет.

Эмили – это моя однокурсница, но все звали ее Эми, Эм, она звонила узнать, какие пары будут завтра и к какой приходить. Конечно, мой язык заплетался, и поэтому я решила не затягивать разговор. Кратко ответив на ее вопросы, я попрощалась и, не торопясь входить в комнату, осталась на балконе.

– Так ты еще не бросила колледж? – спросил подошедший сзади Алекс.

Парень подошел со спины, отчего я немного вздрогнула, и ответила:

– Я тебя не заметила. Пока что нет. Я думала посмотреть, впишусь ли я сюда, а потом, если что, возьму академический отпуск.

Алекс удовлетворительно кивнул, а я сказала:

– В комнате так жарко, здесь гораздо лучше.

– Поэтому я и пришел сюда, нужно было подышать свежим воздухом.

Холода я не чувствовала, видимо, алкоголь меня согревал, хотя и стояла в коротком платье. Был уже поздний вечер, красиво светила луна, пробивавшаяся сквозь облака. Я встала к краю, оперлась на перила и посмотрела вбок на старинное здание, размышляя вслух:

– Мне интересно, примет ли меня это место? Буду ли я по-настоящему чувствовать себя частью чего-то большего, чем есть сейчас?

Алекс не спеша подошел к перилам и, встав с другого края, соблюдая дистанцию, сказал:

– Не место принимает человека, а сам человек – место. Сейчас тебе, наверное, еще не привычно, но все будет хорошо. Мне кажется, стоит окунуться во все это и тебе понравятся и пары, и задания, и сама жизнь тут. И к тому же два человека уже открыли тебе дверь.

– Алекс… – сказала я, смотря на него.

Его волосы были немного растрепаны несильным ветром, а глаза, отражающие в себе полный месяц, были полны жизни. Я не могла оторвать взгляда от его мужественного лица, от немного обнаженной шеи. Широкие плечи поднимались при вдохе, а крепкие руки спокойно лежали на каменных перилах. Снова посмотрев в его глаза, я поймала их на себе, и, какое-то время мы смотрели друг на друга, боясь нарушить ту связь, которая начинала ощущаться почти физически. Мы медленно приближались друг к другу, будто магниты, влекомые соединиться. В его взгляде что-то изменилось и, смутившись этого, я опустила свой.

Он лишь коснулся моего плеча и сказал:

– Ты совсем замерзла. Пойдем.

Нет, я совсем не замерзла, и, решив отложить вопрос, пошла в комнату. Лины внутри не было. «Интересно, куда она пошла?» – подумала я. Музыка все так же громко играла, но недолго, Алекс прошел вперед и выключил центр, и, будто отвечая на мой не озвученный вопрос, сказал:

– Она пошла выносить мусор. Всегда так делает.

– Хорошо. Слушай, мне еще ничего не объясняли, что, где и когда будет. Где смотреть расписание? Когда пары?

Парень взял свой телефон с кресла, пока смотрел время, сказал:

– Завтра… точнее уже сегодня тебе будет нужно прийти с 9-10 на собеседование. Не переживай, там просто получше узнают тебя и составят личное дело, исходя из твоих слов, ничего особенного. Нужно идти на 1 этаж в главный корпус, там кабинет…

Он посмотрел на меня и понял, что я ничего не поняла. Алкоголь давал о себе знать.

– Хорошо, я попрошу знакомого, что б тебе помогли. Я б сам помог, но у меня пары. В 9 у твоей комнаты будет стоять Дин, он твой однокурсник, все расскажет и покажет. Спокойной ночи, Ники.

– Спокойной ночи, – ответила я и наблюдала, как Алекс закрыл за собой дверь.

Вскоре пришла Лина, мы еще недолго поговорили, потом усталость дала о себе знать и мы легли в постель.

«Новая жизнь. Интересно, не разочаруюсь ли я в тебе?». Я еще какое-то время ворочалась, думала обо всем, что произошло днем, а потом погрузилась в сон.

Глава 3

Я без проблем проснулась в 8 и, решив, что все это сон, легла спать дальше. Место казалось необычным и, посмотрев вокруг, поняла, что все это правда, что теперь я буду учиться здесь. Я сразу же встала и огляделась: Лины в комнате не было.

«Интересно, где она? Или у них с Алексом пары раньше?» – подумала я и пошла в ванную. Контрастный душ помог мне быстро проснуться.

Отметив то, что вчерашнее веселье отразилось на головной боли, я заварила себе кофе, и вышла на балкон, наслаждаясь утренней прохладой.

«Что же принесет мне сегодняшний день? В любом случае Алекс сам сказал, что он и Лина рады мне. Значит я уже не одна. Остальное наладится».

Допивая кофе, я подошла к зеркалу и начала краситься. Оставалось 15 минут на сборы. Убедившись, что я выгляжу хорошо, и что следы вчерашнего веселья скрыты косметикой, я взяла телефон и вышла из комнаты в коридор, где меня уже ждали.

Парень оказался достаточно молод для студента, я подумала, что ему лет 17. И он был полной противоположностью Алекса: невысокий, чуть выше меня, у него были русые волосы и серо-голубые глаза. На нем была обычная для парня одежда – кроссовки, джинсы, футболка и толстовка. Он стоял, облокотившись на стену, и смотрел вперед себя. Когда я вышла, он посмотрел на меня, подошел и сказал:

– Привет, ты Ники? Я Дин. Алекс попросил показать тебе Академию.

– Да, привет, – сказала я неуверенно, и поняла, что Дин тоже заметно нервничал.

– Давай начнем с первого этажа и постепенно поднимемся вверх?

Я ответила положительно, и мы спустились вниз, наши комнаты находилась на втором этаже. Дин немного рассказал о том, что находится на каждом из этажей и, спустившись, он начал:

– Ну, смотри, это главный вход, слева находятся аудитории и зал, справа – столовая и свой госпиталь. Кстати, ты еще не проходила собеседование?

– Нет, – ответила я, а парень продолжил:

– Тогда идем, я провожу тебя и продолжу рассказ.

Мы прошли дальше, минуя столовую и зал. Какими же они были огромными. Мы там не задерживались, но я отметила, какая же это роскошная Академия. И меня пугали требования к учебе, хотя о них парень еще не рассказал. Очевидно, что раз студенты живут столь… обеспеченно, то и отдачи от них ожидают большей, нежели от обычных студентов ожидают обычные преподаватели. Интересно, как все тут устроено.

Мы остановились у нужного места, парень проводил меня и остался за дверью. Я поздоровалась, меня поприветствовали, как новенькую и, испуганно осмотрев кабинет, я села на диван. Добродушная женщина задавала разные вопросы, и, похоже, она была психологом. Нас обучали подобному, но ее вопросы несколько отличались от тех, что задают людям. Она спрашивала меня о родителях, о возможных родственниках, почему я живу вне Клана и почему решила вернуться. Спустя 10 минут женщина отпустила меня и, вернувшись к Дину, я с легкостью выдохнула, а парень указал на дверь госпиталя. Я прошла внутрь, где меня встретила молодая медсестра, которая аккуратно взяла кровь.

– Я здесь еще ничего не знаю, но для чего вы берете кровь?

– Чтобы посмотреть, являешься ли ты носителем гена. И он есть у всех представителей Клана.

Попрощавшись, я поняла, что еще ничего не знаю, что этот мир был для меня новый, как для младенца. Я вышла к Дину, и парень продолжил экскурсию.

Весь день я провела, изучая Академию. Все эти проходы и коридоры мне никак не поддавались, поэтому Дин набросал мне краткую карту с аудиториями. Он предложил сопровождать меня на пары, когда расписание будет совпадать. Парень рассказал мне правила, которые не рекомендуется нарушать. Близился вечер и мы пошли в библиотеку. Там мне выдали список литературы на текущий год, ноутбук и пропуск в Академию. Дин предложил помощь и нес все вещи, выданные мне.

– Ну как тебе впечатления от первого дня? – спросил меня Дин, открывая дверь библиотеки.

– Честно? Голова кругом идет, – ответила я, понимая, что мне необходимо время, чтобы все переварить.

– Знаешь, я тебя понимаю. Я тоже на первом курсе и много информации дают в самом начале учебы, поэтому пройдет время, и ты привыкнешь.

–Но ты рос, зная об этом? – поинтересовалась я.

–Да, – спокойно ответил парень.

Мы прошли из библиотеки в коридор, Дин остановился и спросил:

– Ники, а каково это было расти в обычной семье?

Я удивилась, услышав этот вопрос уже дважды, и в этот раз ответила с легким недовольством.

– Как и вам всем. Только я училась не здесь, а в обычном колледже. Ты рассказал мне об Академии, но именно о внутренней культуре нет. Ни слова не сказал о себе. У меня столько вопросов.

Дин неловко взглянул на меня и ответил:

– Разговор не заходил, но, если тебе интересно, то отвечу. Мне 19, учусь на 1 курсе, и да, мы с тобой в одной группе. Стараюсь вытягивать учебу на отлично, что бы были особые преимущества. А что о внутренней культуре интересует? У нас проходят праздники, светские вечера, можно сказать, благотворительные акции. Тогда наша Академия открывает двери и для людей, естественно, ограниченному кругу лиц. Тем, с кем у Главы имеется хорошее общение, взаимопомощь и взаимная выгода.

– И в чем же состоит эта взаимная выгода? И кто такие Главы? Это самая верхушка, что ли?

– Мы оказываем им особого рода услуги, прячем тайны, помогаем с делами, а они нас щедро вознаграждают. Да, Глава – это верх иерархии. Он один. У него есть особые советники, его ближайшие подручные. Удивительно, что Лина тебе о них не рассказала.

– Разговор как-то не заходил,– процитировала я. – Это все, что мне стоит знать? – я показала ему на листок с картой, с литературой.

– Да, но еще есть твоя программа, точнее, программа всех первокурсников. Она у меня на почте. Скажи мне адрес, и я тебе ее пришлю,– Дин достал телефон и объяснил:

– Ты пропустила два месяца учебы, поэтому придется наверстать. Не переживай, мы можем встретиться после пар,  и я  помогу тебе.  Разберем то, что ты упустила, если, конечно, хочешь.

– Было бы здорово, – ответила я.

Парень улыбнулся уголками губ и, вспомнив, сказал:

–Совсем забыл о твоих вопросах. У нас карнавал осенью, в октябре, в честь Самайна. Он уже прошел. Зимой, в декабре, проходит благотворительный бал. Весной, как правило, это март, у нас проходит вечер Возрождения. Мероприятия ответственные и важные. Одеваться нужно соответственно. И еще, примерно через полгода тебя посвятят в наш Клан официально.

– Подожди, что значит посвятят? Значит, сейчас я еще не часть Клана? – перебила я его.

– Посвящение – это, скорее, отголосок прошлого, при котором открываются твои способности и возможности. Ты же, наверное, могла замечать … – парень осекся, вспомнив, что я росла как человек. Затем, продолжил:

– Или же нет, но, в общем, мы… по крайней мере те, кто уже прошли Посвящение, обладают большей силой и быстрее исцеляются. У них проявляются особые возможности. Поэтому первые полгода – это особо трудное время: много теории и истории, много скучных лекций, усердные тренировки. И на дело тебя отпускают лишь после Посвящения.

– Ух, ты, наверное, это необычно, – ответила я.

– Поживем – увидим. Старшие курсы иногда сутки выполняют задание. Иногда их отправляют в другие города, страны.

Все звучало настолько завораживающе, что я с трудом верила в происходящее, сказав:

– Мне кажется, что все это сон, все такое неправдоподобное. Мне кажется, я проснусь, и все это исчезнет.

Парень ухмыльнулся и сказал:

– Если ты сама этого захочешь, то сможешь уйти. А если захочешь быть частью Академии, то все легко: просто выполняй все планы, старайся держать высокую планку и ты точно будешь лучшей частью всего этого.

Мы уже стояли у моей комнаты, парень отдал мне мои вещи, задержав взгляд на моем лице. Потом он отвернулся и сказал:

– На сегодня все. Тогда до завтра.

– Спасибо, Дин. Без тебя бы я точно запуталась. До завтра, – дружелюбно ответила я.

Парень провел рукой по волосам и ушел, чуть не столкнувшись со стеной. А я зашла в комнату, увидела, что Лины еще не было, тогда я села за стол, открыла ноутбук и ждала письма от Дина. Минут через 15 оно пришло, и я ознакомилась с ним, следом в комнату вошла брюнетка.

– Привет, ну как первый день? Во всем разобралась? – спросила девушка, а сама начала переодеваться.

– Привет, в целом очень интересно все, сейчас как раз читаю письмо от Дина, моего однокурсника. А ты весь день на задании была?

– Да, в первую часть дня были пары, потом задание.

Девушка вернулась из душа, стала сушить волосы. Весь вечер мы разговаривали, смеялись, отчего у меня складывалось впечатление, что знала девушку всю жизнь.

Всю неделю я провела в напряженном ритме: подъем в 6, с 7 утра до 12 пары, час свободного времени в 13-16 опять пары, с 16-17 тренировки. С 18 мы были свободны, но из-за того, что я пропустила два месяца программы, мне пришлось наверстывать. Каждый день после пар мы встречались с Дином в библиотеке, чтобы он помог мне с учебой. По три часа мы занимались, иногда отвлекаясь на кофе, прогулки и посторонние разговоры. Алекса я ни разу не видела, а с Линой мы виделись лишь утром и редко вечером. Иногда я засыпала раньше, чем она приходила, и уходила раньше меня. Когда нам удавалось поговорить, то я спрашивала о том, как прошел ее день и чем занят Алекс. Она лишь сказала, что сейчас он спит часа по три, не говоря уже о том, что свободного времени у него вообще нет. Когда я спросила, почему так, она ответила, что это дела старшего потока. Что они помогают Клану в решении важных вопросов и дел.

Внутри я тосковала, но по чему? Неужели я скучаю по своей спокойной и размеренной жизни? Или… по нему? Когда я вспомнила его, глаза, улыбку, я поняла, что тоскую по нему. И когда будет момент поговорить, то обязательно хочу с ним поговорить… вот только о чем? Очевидно же, что он занят, что он на старших курсах, а я только на первом, поэтому даже наше общение покажется неразумной глупостью. Из мыслей меня вырвал стук в дверь.

Был вечер пятницы, около 10, я решила этот вечер провести в комнате, но пришлось подойти к двери. Я открыла и увидела Дина.

– Я подумал, что история Кланов тебя утомила, и мы могли бы прогуляться по городу.

Он говорил это, смотря то вниз, то в сторону, в конце лишь посмотрел на меня.

Дин… парень ангельской внешности, почти мой ровесник и лучший на курсе. Учится, чтобы вывести себя из тени, чтобы добиться большего. За время нашего общения мы довольно-таки сблизились как друзья. Он рассказал, почему учеба для него важна, рассказал, что его родители нарушили один из запретов, доверились члену другого Клана. А наши два Клана не имеют права влезать в дела друг друга. И поэтому его родителей низвергли, изгнали из Клана. Он мог повторить их судьбу, но Совет решил не списывать грехи родителей на ребенка. Его оставили, иногда к нему сильно придираются, напоминают о судьбе родителей. Но его сила не позволяет сдаваться, ведь лишь так он сможет вернуть себе и своей семье чистое имя. Парень был спокойным, лишь изредка показывал свой характер, выпуская пар на тренировках. Он был сильнее любого с нашего курса, я бы даже сказала, сильнее некоторых старшекурсников. И двигала им не та сила, которую он обретет на Посвящение, а именно внутренняя сила. И сочеталась она с достаточно очаровательным лицом парня с серо-голубыми глазами. Он всегда был рядом, помогал не чувствовать себя чужой, помогал в изучении пропущенного материала, заботливо приносил кофе после пар, помогал носить книги, познакомил с другими однокурсниками. Если выпадало так, что у нас разные пары, то он провожал меня до нужного кабинета и уходил. К тому же, дал некую инструкцию к преподавателям: кто не любит задние парты, кто не любит, когда отвлекаются и даже к кому можно не садиться на первые парты. Стоит ли ещё говорить, что этот парень весёлый, может разгрузить шутками в трудный момент или же рассказать нудный конспект с юмором, сохранив смысл. С ним я поняла, что мне здесь нравится.

– С удовольствием,– ответила я, не задумавшись и, накинув куртку, я вышла из корпуса вместе с парнем.

Улицы освещались блеклыми фонарями, витрины магазинов пестрили новогодними вывесками, снежинками и гирляндами. Из окон кафе доносилась атмосферная музыка. Подумать только, а ведь на дворе был ноябрь! Мы оба не знали, куда идём, просто шли вдоль магазинов и переулков, где почти не было людей. Я решила нарушить тишину и спросила:

– Мне было интересно, если бы тебе не пришлось быть лучшим студентом, то, как бы сложилась твоя жизнь? Ты задумывался над этим?

Парень держал руки в карманах, и, видимо, эта тема была для него несколько болезненна, поэтому он не сразу ответил.

– Я не знаю. Может быть, у меня не было бы мотивации быть лучшим, а может быть, меня бы вообще решили выгнать, – он улыбнулся и продолжил. – Мне кажется, во всем этом есть смысл. Ведь мне нравится быть частью Клана. Здесь я обретаю настоящую жизнь.

– И ты не хотел бы быть вне Клана?

– Я думал об этом, что бы быть ближе к родителям. Но всем нам внушали, что жизнь нам подобным пойдет под откос вне Академии. Мы уже носители особых генов, и они всегда проявляются. Здесь у нас есть возможность использовать эту силу, что заложена в нас, а вне Клана – мы сойдём с ума. Те, кто уходят, обретут покой и жизнь лишь в психбольнице. Потому что эта сила будет любым способом выливаться из тебя. Если кого-то изгоняют, его лишают этого гена. Это значит, что у человека остаётся пустота, и ее ничем не затянешь. Поэтому мне было интересно, как ты жила как человек? Не было ли помутнения разума и иных трудных ситуаций?

Я вспоминала свою жизнь и все странности, что происходили, ответив:

– Всегда было ощущение, что у меня из жизни вырвали кусок, а с ним ушла и душа, понимаешь? Мне снились странные сны, кошмары, галлюцинации. Было ощущение пустоты в жизни, будто это не моё место. Знаешь, будто ты в темноте, ты точно чувствуешь, помнишь, что здесь должно быть что-то, но ты не можешь понять, что это и как это вернуть. Я училась на психолога, что бы понять все это.

–И тебе это помогло? – спросил парень, глядя мне в глаза.

Отрицательно покачав головой, я дополнила:

–Нет. Ничуть.

– Так ты бросила учебу?– поинтересовался Дин.

– Нет, взяла академический отпуск.

– Значит, ты планируешь вернуться туда?

– Я пока что не думала над этим, как ты мог заметить, мои мысли занимает другое времяпрепровождение.

Парень улыбнулся и сказал:

– Да, точно. А что твои родители? Как отреагировали на твоё возвращение в Клан? Они ведь сами ушли?

– Мои родители отдали меня, когда я была ребенком. Меня воспитала приемная семья.

– Прости. Тебе интересно узнать, что с ними случилось? Их жизнь?

– Я же их даже не помню, ни единого воспоминания. Лишь иногда вижу непонятные безликие тени во снах. Но да, узнать о том, кто они, какие они были, почему ушли от своего предназначения – все это имеет смысл. Но как?

– Такс, дай-ка подумать, – парень замедлил шаг, – анализ гена покажет лишь Клан, внушение на нас не действует, может быть, попробовать гипноз?

–Что? Ты в каком веке, Дин?!

– Ты росла как человек, возможно, на тебе это сработает.

– Отличный выход, а я – то подумала найти в архивах информацию.

– В архив тебя пустят не раньше 4 курса. Будешь ждать? Учти, пролезть туда не получится, а если и получится, то потом ты пожалеешь о том, что вообще попала в Академию.

Конечно, это звучало заманчиво, попасть в архив, найти информацию и узнать о своих биологических родителях. Но мне так же одинаково не хотелось того, что б меня вышвырнули из Академии. Поэтому я решила подождать удобного случая.

– Значит, поводишь у меня перед глазами маятником, и все сработает?– спросила я. – О чем-то подобном я читала на курсе психологии.

Дин согласился попробовать, и мы продолжили просто гулять, наслаждаясь ночной тишиной и прохладой. Я иногда задерживала взгляд на парне, наблюдая за ним. Дин нравился мне, он не навязывался, не пытался флиртовать или заигрывать. Видел равную себе, когда другие шептались и обходили стороной. Я решила задать ему этот вопрос:

– Дин, слушай…

Парень задержал на мне глаза цвета чистого неба, и я опять не решилась, но потом продолжила:

– Я знаю, как ко мне относятся другие студенты, но, зачем ты вызвался мне помочь?

– У меня не было выбора. Алекс попросил, я не смог отказать.

Я опустила взгляд, скрывающий досаду, и сразу же пожалела о том, что спросила. Парень рассмеялся, а, затем, пояснил:

– Шучу я, Алекс попросил, чтобы я помог новенькой. Тогда я сам удивился, что у нас появилась новенькая. Было интересно узнать, кто ты и откуда. Быстро пошел слух, что ты жила, не зная о себе, о способностях. И многие сочли тебя…– парень прервался.

– Говори, – настояла я.

– Полукровкой. То есть один твой родитель мог быть частью Клана и уйти, ради человека. И ты унаследовала ген одного из них. Поэтому их отношение к тебе не слишком хорошее.

–Ты хотел сказать, что ко мне отрицательное отношение, – пояснила я.

–Они не ненавидят тебя, твой приход стал необычным явлением для Клана. Ты не переживай, на меня вообще как на мусор смотрели после того, что случилось с родителями. А теперь я вроде как в числе лучших. Все будет хорошо, главное, проявляй себя. Покажи, что ты не та, какой тебя видят, а та девушка, кто сама создаёт себя. И отношение к тебе будет зависеть лишь от тебя. Позволишь относиться к себе как к мусору или же покажешь, что ты равна им.

– Спасибо тебе за все. Ты свое свободное время тратишь, помогая мне, хотя мог бы отдыхать или самосовершенствоваться. Почему?

– Ну, во-первых, ещё рано благодарить. Вот когда выйдешь на одну прямую со мной, тогда и поблагодаришь. Во – вторых, я не трачу время, а провожу его с пользой для тебя и самого себя. Как говорят, повторение… И в – третьих, я провожу свое свободное время в компании симпатичной девушки, которой нужна помощь. Я полностью доволен этим раскладом.

Мы сказали друг другу все, что хотели, поэтому обратной дорогой молчали, лишь мои каблуки стучали по опустевшему асфальту. Ветер усилился, и вернулись мы только ближе к полуночи. Парень проводил меня до комнаты и сказал:

– Благодарю, что составила мне компанию.

– Благодарности принимаются, – ответила я, и, коснувшись его руки, пошла в комнату. Лина лежала на кровати и зависала в смартфоне. Увидев меня, она резко поднялась и с интересом спросила:

– Смотрю, кто то-то загулял?

– Нет, просто перед сном проветрилась. И я ужасно хочу спать. И ещё, знаешь что?

Брюнетка убрала телефон и смотрела на меня. Сняв обувь, я прошла в комнату и, сев рядом с девушкой, спросила:

– Я не понимаю, что ты употребляешь, что ты вечно бодрая. Что-то запретное?

Младшая посмеялась и ответила:

– Ничего запретного. И нет, ты не права. Я умею уставать. Завтра суббота, а значит, можно спать сколько хочешь. Наконец – то высплюсь. Давай по чашке горячего шоколада с пирожным и спать?

– Ну, против такого дуэта я не могу устоять.

Мы с Линой поговорили о десертах. Как выяснилось, она, как и я, любит печь что-то сладкое, да и, в целом, готовить тоже. Мы договорились в воскресенье провести день вместе, приготовить что-нибудь вкусное, под какой-нибудь сериал или фильм. Завтра я хотела попросить Дина позаниматься со мной, если, конечно, у него не было других планов. Прежде, чем лечь в кровать, я подумала, а не спросить ли у Лины про Алекса? Спустя пару минут девушка уже уснула, а я, так и не спросив, легла в кровать и какое-то время думала о лишь нем.

Я проснулась среди ночи с мыслями о парне. Все было очевидно. Похоже, что мне нужен он. Я хочу, чтобы все прояснилось. Прежде я не чувствовала такого, может это и глупо, но Алекс мне нравился, и я хотела узнать его лучше. И стать кем-то большим для него, он мне нужен. Но так-то я нужна ему? Он даже не смог написать СМС. Чем он так занят, что не мог зайти ко мне? Может все то, что между нами было… лишь мои догадки? Что, если я ему даже не нравлюсь? Я такая дура, что повелась на этот загадочный вид плохого парня. А Дин? Он всегда рядом. Он помогает просто так, ничего не ожидая взамен. Он хороший и такой теплый. С ним уютно, легко. С ним не надо подбирать нужные слова, чтобы не опозориться. Нет, Дин – мой друг, поэтому с ним легко.

После ночных мыслей, я проснулась в 7, Лина еще спала, поэтому я тихо собралась, чтобы не разбудить ее, и вышла в коридор. Я сразу поняла, куда мне надо идти – в кабинет, где у меня было собеседование. Результат моего исследования был уже готов, поэтому я туда и направилась. Я нерешительно стояла у двери, боясь постучать. В самом деле, ну чего же мне бояться? Сейчас я узнаю правду. И я пошла.

Меня поприветствовала женщина и, взяв мою карту, она пробежала по листу глазами, сказав:

– Ники, в тебе присутствует ген нашего Клана. Ты действительно одна из нас.

Для меня это было облегчением, но оставались вопросы, на которые я не знала ответов, и я решила спросить:

– Тогда почему мои способности все еще спят?

–Не переживай, учись, тренируйся, развивайся, и они появятся.

– А можно ли по результату найти моих настоящих родителей? Значит, они были частью Клана тоже?

– Раньше мы проводили ритуалы на выявление гена, поэтому крови твоих родителей у нас не сохранилось. Но даже если б и была… увы, мы не расследуем прошлого по просьбе студентов.

Я поблагодарила ее и, держа копию документа в руке, вышла.

«Значит, мне действительно есть здесь место. И я по праву нахожусь тут». Я не хотела возвращаться в комнату и мешать Лине, и решила пройтись по Академии. Большая часть студентов еще спали, поэтому в коридорах было пусто и тихо. Попадались в основном преподаватели, которые шли на собрания. Из зала доносились звуки тренировочного боя, победный клич и досада поражения, а из столовой был слышен стук тарелок. Я смотрела по сторонам и совершенно растерялась, когда из-за угла повернул Алекс. Его волосы были красиво уложены вверх, рубашка выгодно подчеркивала его рельефное и красивое тело. Увидев меня, парень удивился, задумчивость в его взгляде сменилась оживлением. Он остановился и сказал:

– Доброе утро. Почему так рано встала?

Я держала копию результата того, что в моей крови присутствует ген Клана Святого Грааля, помахала им и сказала:

– Доброе, мне не спалось вот решила пойти за ним.

Парень посмотрел на листок и спросил:

– И как результат?

– Я действительно часть этого Клана.

– Я в этом не сомневался, поздравляю, – он сменил улыбку на обычное выражение лица и сказал:

– У меня неделя была напряженная, и я ведь даже не спросил, как у тебя дела? Как адаптируешься к новому месту? Не разочарована?

– Все хорошо, да, мне нравится здесь, – спокойно ответила я, подавляя лишние эмоции.

Я хотела кричать о том, как мне досадно, что он не общался со мной. Как мне больно оттого, что были дела, важнее меня. Но, в самом деле, кто я такая? Я для него никто. Мне повезло встретить его и Лину, и только благодаря им я здесь. Неужели на этом его роль в моей судьбе закончится? Неужели он был нужен только затем, что бы убедить меня пойти в Академию? Я не хотела верить в это…

Алекс явно уловил перемену настроения в моем взгляде и сказал:

– Тебя что-то тревожит? Ты можешь поделиться волнениями.

Мой пульс участился, казалось, что сердце выпрыгнет из груди, лицо горело, и я собиралась все сейчас выложить. Мне было все равно, что обо мне подумает он. Я лишь хотела узнать, что мне делать дальше. И что чувствовать. Я не могла и дальше жить ожиданиями. Если у нас нет шанса, то он мог сказать правду, тогда я хотя бы знала, что мне ожидать. Я вдохнула, набралась решимости и сказала:

– Я хочу узнать правду. Потому что мне это действительно важно. Потому что, оказавшись здесь, я не могу не думать. Я все дни провожу то на парах, то наверстывая упущенное. Иногда мне удается забыть, но я не могу спать, мне снятся сны, нет, не сны, не кошмары. Хорошие сны, которые дают надежду, а когда я просыпаюсь, то вся надежда рушится. Я готова вечно спать, чтобы не просыпаться, чтобы сны для меня оказались реальностью.

Парень смотрел на меня внимательно и слушал, не перебивая. Слова лились у меня из сердца, и я не могла остановить этот поток.

–… и даже сейчас, когда я получила результат,  я поняла, что  действительно одна из вас. Теперь думаю, что я заслуживаю знать ответ на свой вопрос.

И сейчас я поняла, что могу разрушить то, что может зародиться. Один импульс может навсегда уничтожить то, что можно построить.

–… я хочу знать… кем были мои родители,– я сама расстроилась тем словам, что сказала.

Мне показалось, что Алекс разочарован в моем вопросе, он будто ожидал другого. Задумавшись, парень ответил:

– Не здесь. Пойдем со мной.

Не задавая лишних вопросов, я пошла за ним, не понимая, куда идет парень. Мы поднялись на 3 этаж, пошли к самой дальней двери. Он открыл ее и сказал:

– Проходи. Не стесняйся.

Это была его комната. Ремонт был сделан в мужском стиле, темные пол и обои, внутри аккуратно и чисто. Все пространство было наполнено его духами, им самим. Темный кожаный диван, большая кровать, огромный шкаф из темного дерева, а сама комната, наверное, раза в 4 больше нашей. Алекс прошел вперед, предложил мне присесть на диван, который стоял за стеклянной перегородкой, я послушалась его, села, внимательно осматривая комнату.

Парень достал две кружки и спросил:

– Чай, кофе?

– Кофе, – ответила я.

Пока парень готовил напиток, я тщательно изучала фотографии, которые стояли на комоде. Несколько семейных фото, где Алекс и Лина совсем маленькие.

«Такие счастливые», – подумала я.

На другом фото были лишь брат и сестра, и лицо Алекса не выражало бурной радости, хотя Лина казалась беззаботной. Парень подошел ко мне и, уловив взгляд, пояснил:

–Восемнадцатый день рождения Лины.

Я обернулась, и Алекс подал мне белую кружку и сел рядом, соблюдая дистанцию. Вообще-то я не была одной из пугливых девчонок, но сейчас я не знала, что со мной происходит. Мои руки дрожали, держа кружку, и я не знала, как это остановить. К счастью, Алекс, кажется, не заметил этого и начал:

– Я думаю, есть несколько способов узнать о твоих родителях: во-первых, архив. Конечно, для этого надо знать хоть что-то о них: имена, фамилии, год рождения, причину смерти, если они мертвы. Но, смотри, в чем есть опасность. Я не утверждаю, а лишь предполагаю: если они были предателями, то данная информация должна быть засекречена. И значит, при любом упоминании о них рабочие сообщат о том, что этой запретной информацией интересовались. Мы сможем сделать это, но позже.

Я внимательно слушала то, как говорил парень. Его речь была хорошо поставлена. Он говорил негромко, но уверенно, твердо, и тембр его голоса ассоциировался с лидерством. Он внушал доверие, пробирал до костей, цеплял, располагая к себе. Несколько усталые глаза цвета горького шоколада смотрели на меня, не причиняя дискомфорта.

–…во-вторых, непосредственно через тебя. Но это тоже делают лишь после обретения силы на Посвящение. Здесь можно попробовать подавление твоей воли и внушение. Как бы временно «скрыть» твой ген клановой принадлежности, чтобы иметь возможность внушить тебе. Но для этого тоже потребуется время и особый человек. Тот, кто в силах провести данный ритуал.

Я была благодарна, что Алекс мне все подробно объяснил, потому что без его помощи я бы не узнала и этого. Я вспомнила про слова Дина и спросила:

– А гипноз?

Парень посмотрел на меня и, поставив кружку на стол, отрицательно покачал головой, пояснив:

– Хоть ты и росла, как человек, в тебе есть ген, как и у всех нас, он и не позволит даже гипнотизировать тебя, поэтому это не сработает.

– Значит, мне все равно придется ждать полгода до моего Посвящения, чтобы что-то сделать. И сейчас ничего нельзя узнать.

Алекс не хотел сдаваться, увидев, как я была разочарована и спросил:

– Ты говорила со своими приемными родителями насчет того, как тебя удочерили?

– Мне толком ничего не говорили, им неприятна эта тема, – ответила я.

– Если ты не хочешь бездействовать, а попытаться что – то узнать, то тебе придется вскрыть старую рану. Готова ли ты пойти на это ради правды?

– А у меня есть выбор?

– Он всегда есть, – ответил Алекс.

– Я не хочу ранить их, но мне надо знать правду. Ведь когда я узнаю то, какими они были, то я пойму часть себя, которая столько времени была скрыта от меня.

Алекс удовлетворительно кивнул и, улыбнувшись, сказал:

– Ты молодец, раз решилась на это. Вот тебе мой совет: особо не распространяйся об этом.

– Да, а я собиралась на каждом углу спрашивать, кто мои родители. Я шучу, если что. Поняла. Это останется только между нами.

–Ты часто используешь сарказм, – сказал Алекс, посмотрев в мои глаза.

–Привычка, – автоматически ответила я.

Хотя, по выражению лица парня было понятно, что он знал правду.

Для меня сарказм был способом избежать неловкости, временно надеть маску, отшутиться от ситуации и отвлечься от серьезного момента.

– Знаешь, сегодня у меня свободный день, поэтому, если ты хочешь, мы могли бы вместе сходить к твоим родителям и узнать правду. Я понимаю, насколько это неловко,– сказал Алекс, смотря на мою реакцию.

– Я же могу и сама поговорить с ними, – ответила я.

Парень понимающе кивнул, но в его лице что-то изменилось. Я и сама была не против пройтись с ним, но идти к родителям… это было неуместно, пускай мне и нравился Алекс. Я не хотела отказываться от его предложения, и добавила:

– Но мне будет приятна твоя компания. Так во сколько идем?

Парень посмотрел на время, и ответил:

– Ты же сейчас не занята?

– Нет, так что, пойдем?

Парень забрал у меня кружку, взял пальто и мы вышли. По пути мы спустились вниз и, тихо взяв пальто, чтобы не разбудить Лину, мы пошли ко мне домой. По дороге я позвонила моей маме, чтобы убедиться, можно ли прийти. Она была рада услышать такую новость и сказала, что все дома и с нетерпением ждут меня и еще одного гостя. По пути Алекс спросил меня о моей семье. Я попыталась рассказать кратко, но самое важное о них:

– Маму зовут Келли, отца – Ренат. Еще у меня есть младший брат –Дэнни, ему 16. Мама директор школы, совмещает с работой психолога. А мой отец – детский врач. Брат учится в старшей школе, увлекается спортом. Родители удочерили меня, когда думали, что не смогут иметь собственных детей. Но потом у них родился Дэнни, и мы были дружной семьей.

Алекс шел рядом, не перебивая меня, и, когда я закончила, спросил:

–Как давно тебе известно, что ты приемная?

– Я хорошо помню тот момент. Рассказали, когда мне было 15. Я отреагировала не лучшим образом – нестабильный возраст и все такое. Вначале я поняла, что не являюсь частью их семьи и что я – чужая. Постоянно упрекала их в этом, будто они были виноваты. Потом стала осознавать, что эти люди помогли мне обрести дом, любовь и семью. Со временем я приняла это, и все забылось. Мы снова стали той дружной семьей, какой и были раньше. Но у меня было то, чего не было у моей семьи – тяги к познанию себя. Где-то начиная с 9 лет, я начала видеть размытые картинки, слышать непонятные голоса. Я стала говорить им, что существует нечто, чего не видят. Естественно они посчитали, что это бред ребенка, поэтому не обращали на это внимания. А лет с 13 я начала интересоваться психологией, человеком. Я начала задумываться, в чем смысл жизни? Как обрести бессмертие? Тебе смешно, да? – спросила я, понимая, что это звучит как бред.

– Нет, Ники, голос твоего гена начал пробуждаться, вот ты и стала всем этим интересоваться. Продолжай.

– Вся жизнь перестала иметь какой-либо смысл. Мне стало скучно жить. Я мечтала познать правду, увидеть то, что не видят люди.

– И теперь ты точно уверена, что ты на своем месте, – сказал Алекс.

– Да, я точно знаю, что должна была быть с вами. Потому что это то, что я так давно искала.

Мы уже были у подъезда, когда я закончила свой рассказ. И да, мне было немного волнительно, потому что Алекс первый парень, которого я приведу в дом. Точнее, Алекс даже не мой парень, но все равно. Я знала, что эта встреча закончится неуместными, возможно, даже неудобными вопросами, которые будут смущать меня и парня, но назад возвращаться было поздно.

– Мама, это Алекс, Алекс, это моя мама, мой папа и мой брат,– представила я всех членов семьи, когда мы вошли в дом.

– Добрый день, миссис Ларсен, мистер Ларсен, Дэнни, – поприветствовал Алекс моих родных.

Мама была рада гостю, поэтому ответила:

– Ну что ты, можно просто Келли.

Алекс помог мне снять пальто, чему я была удивлена, а потом, взяв его из рук парня, я повесила его на крючок, Алекс повесил свое рядом. Напряженная обстановка в доме для меня начала спадать и мы прошли в зал, чтобы поговорить. Мама попросила меня сходить с ней на кухню, чтобы принести сервиз. Я посмотрела на Алекса, мысленно извиняясь, парень поймал мой взгляд и одобрительно кивнул. Когда мы отошли в кухню, а Алекс, папа и Дэнни остались в зале, мама спросила:

– Какой вежливый молодой человек. Давно ли познакомились?

– Нет, знаешь, не так уж и давно, но мы здесь по делу. Алекс просто решил составить мне компанию,– я предвидела такие вопросы от мамы и решила просто менять тему.

Мама тепло посмотрела на меня, увидела моё смущение и тихо ответила:

– Ники, я росла в другое время, и могу сказать, что этот парень не просто решил составить тебе компанию. Мне кажется, что ты ему нравишься. К тому же он довольно уверенно вел себя с нами, приветливо, не пытался спрятаться за тебя. Помог тебе снять пальто. Эти жесты показывают, что этот парень хочет заботиться о тебе, прикасаться. Он оберегает тебя. Сейчас очень немногие поступают так же.

– Мам, ну все, не стоит читать каждого человека по жестам. Пошли.

Мы все сели за стол, папа во главе, мама – напротив него, я и Алекс сели рядом, а Дэнни – напротив меня. И, как обычно, папа начал разговор:

– Алекс, а по фамилии тебя как?

– Александр де Грэн, мистер Ларсен.

– Именитая фамилия. В роду были представители власти?

– Фамилия Графа Амьеля де Грэна, моего предка.

Подумать только, я же сама этого не знала. Значит, Алекс имеет корни знатного человека, как и Лина. Интересно было бы узнать об этом больше. Алекс перевел взгляд на меня и, прочитав заинтересованность, немного улыбнулся. Я решила сменить тему и спросила:

– Папа, мы как раз пришли сюда с вопросом о корнях. Я знаю, как я отреагировала в прошлый раз, но теперь я хотела бы узнать больше о своем удочерении. Может быть, известно что – то о моих биологических родителях?

Родители заметно изменились в лице при моих словах, и отец спросил:

– Вероника, мы с мамой были готовы к такому вопросу, но, какова будет твоя реакция?

Я поняла, что отец осторожен в словах. Мне стало неловко оттого, что родители ожидали от меня очередного срыва, криков. Мне достаточно было вспомнить их разочарование и гнев, что бы снова выйти из себя. Неужели они не понимали того, что я изменилась? Я не была тем ребенком, в которого бросили ужасную правду. Я могла спокойно вынести любые слова, но не разочарование во мне. Сердцебиение усилилось, я опустила руку на колено, пытаясь унять нервный стук ноги по полу. Еще обиднее было то, что они сказали это при Алексе. Парень был не глупый, он с легкостью понял, о чем шла речь. Я терпела, но вновь теряла контроль, пока не почувствовала, что теплая рука легла на мою ладонь. Его пальцы сжали мои, поддерживая, и, сейчас, я была удивлена еще сильнее. Парень мог спокойно уйти, но он поддержал меня. Взглянув на Алекса, я кивнула ему в знак благодарности, и, убрав руку, я сказала:

–Мне жаль, как я поступила тогда. Но сейчас мне не 15 лет, и раз я спросила, то я готова принять правду, какой бы она ни была.

Мама немного улыбнулась, Дэнни кивнул, строя довольное лицо, а отец ответил:

– Я изучил записи из больницы, но записей о твоем рождении нет. Мне кажется, что все было вычищено ради сохранения некой тайны. Может быть, где-то и сохранились записи, но в больнице их точно нет. А все остальное не в моей компетенции.

– Тогда как я попала в больницу?

– Никак. Мы нашли тебя в одеяле возле самой больницы,– ответил папа, будто вспоминая момент из того дня.

Я была расстроена и удивлена, поэтому спросила:

– Вы могли взять любого ребенка, но взяли меня? Почему?

Продолжила мама:

– Мы ведь так хотели ребенка, поэтому я решила, что это подарок судьбы. Что ты – это наш шанс обрести семью, стать любящими родителями. Мы сразу поняли, что малышка, укутанная в одеяло – дар свыше. Это наша малышка, не важно, кто родил ее, и где ее документы. И, взяв тебя на руки, что бы отнести в больницу, я посмотрела в глаза малышки и поняла, что не могу тебя отдать. Девочка была нам как родная, поэтому мы прошли долгий путь с оформлением всех бумаг, и так ты стала нашей дочерью.

– Значит, нет ничего, что может вывести меня на моих биологических родителей, – обреченно сказала я.

– Келли, – позвал мою маму Алекс, – а сохранилось ли то одеяло, в котором вы нашли Ники?

– Да, конечно. Сейчас принесу, – сказала мама и встала, ища ту ниточку надежды, что могла как – то помочь мне.

В ожидании мамы, мой брат решил сказать:

– Ники, я знаю, что тебя тревожило то, что ты не моя биологическая сестра. Но ты всегда была ей. Мне все равно, что мы не родные. Ты  моя сестра, и, я знаю, как ты любишь запариваться по поводу всего этого, искать смысл и прочее. Знай, если потеряешь надежду искать своих родителей, то у тебя есть другие родители, которые не бросали тебя, которые любят тебя. У тебя есть семья, и ты никогда не будешь одна.

– Спасибо, Дэнни.

Мама принесла мне старенькое розовое одеяло, я посмотрела на него. Ни инициалов, ни подписи, ничего. Это тупик. В этот момент мама сказала:

– Была одна вещь, которая меня удивила: рядом с тобой лежала записка с твоим именем.

–И вы назвали меня так? Почему не поменяли имя?

–Потому что оно подходило трехлетней девочке, которая стойко переносила все невзгоды.

Мне никогда этого не говорили, и очень часто я сомневалась вообще в том, как меня звали по-настоящему. И теперь я была уверена хотя бы в этом. Родители предложили нам с Алексом домашний пирог, что бы скрасить последние минуты общения, поэтому мы остались еще ненадолго.

– Вкусный пирог, мам, – сказала я.

– Вероника, а знаешь что? Может быть, ты и унаследовала биологические черты от своих настоящих родителей, но вот что, любовь к готовке у тебя от твоей мамы. Ты ведь все еще любишь готовить? – спросил отец.

– Да, ты это точно подметил, пап.

Мы решили, что уже засиделись и собирались уходить, хотя мои родители явно хотели, чтобы мы задержались, но я настояла на обратном. Мы попрощались и вышли, и, когда прохладный ветер немного взбодрил меня, я сказала, потеряв последнюю надежду:

– Хоть мы и узнали насчет имени, но по делу ничего не узнали. Похоже, что это тупик. Все было бессмысленно.

Парень хотел меня поддержать и сказал:

– Я придумаю, что можно еще сделать. Пусть мы ничего не узнали, зато я узнал твою семью. Хорошие люди, тебе повезло расти у них. И еще, – парень осекся, – мне было приятно провести с тобой это время.

Я взглянула на него. Не было той черствости, что он показал в наше первое знакомство. Он не решался говорить, но все внимательно смотрел на меня. Я тонула в его глазах и, когда очередной порыв ветра растрепал мои волосы на лицо парня, я завязала их в косичку. Алекс смотрел на меня, не отрываясь, и сказал:

– Ты первая девушка, с которой мне так легко. С кем я теряю время, и забываю о том, что должен делать. И я хочу помочь узнать тебе о настоящих родителях. Потому что жить, не зная правды – отвратительно.

Мне показалось, что он чем-то огорчен. Я хотела коснуться его руки так же, как он коснулся за столом, и, сделав шаг к нему, завороженно смотрела в его глаза, пока звонок телефона не прервал мои действия. Парень ответил, выслушал собеседника, а потом сказал мне, что ему надо вернуться в Академию, сославшись на дела. Он ушел, а я решила еще прогуляться.

Глава 4

Все небо затянуло тучами, поэтому я решила поспешить в Академию. По пути я позвонила Дину и спросила, свободен ли он на вечер, чтобы помочь мне с лекцией. Парень сказал, что он свободен и что встретимся в три в библиотеке. У меня оставалось полтора часа, я ещё успевала зайти в комнату, чтобы увидеть Лину и поболтать с ней. Дорога заняла полчаса, и, к сожалению, вернулась я мокрая, потому что утром не додумалась взять зонт. У меня оставалось время переодеться и высушить волосы, и ещё поправить макияж.

Брюнетка сидела за столом, читая какую-то информацию, на которой была сосредоточена.

– Что-то интересное?– спросила я, подходя к ней сзади.

– Нет, готовлюсь к экзамену. Ещё пару часов и я буду свободна. Есть планы на вечер?– ответила девушка, не отводя взгляда от экрана.

– Вообще-то да, я ещё не достаточно подтянула свои знания по некоторым предметам, поэтому надо сделать акцент на них.

Лина посмотрела на меня с грустью в глазах и сказала:

– Понимаю. Ладно, удачи. Завтра все в силе?

– Еще спрашиваешь, конечно,– весело ответила я.

Я переоделась, высушила волосы и поправила макияж, покрутилась перед зеркалом и поняла, что выгляжу прилично. Подумала, что надо будет ещё сходить домой, чтобы взять свои вещи и аксессуары, которые я еще даже не перевезла. Взяв нужную книгу и телефон, я вышла из комнаты.

Наверное, стоит признать, что я ненавижу логику. Это один из предметов, что трудно мне даётся. Зато повезло, что психологию я уже знаю, и что не придется ее подтягивать. Историю древних Кланов, астрономию и спец. курс я понимала без проблем, но логика – это проблема. Даже в жизни я обычно поступаю не логично, а интуитивно. Поэтому с этим предметом мне нужна была помощь. Я пришла в библиотеку чуть раньше, поэтому села за стол и разблокировала телефон. Проверила сообщения, которые пришли от моей однокурсницы, Эми, она спросила, вначале то, почему я не хожу на пары, а потом: «все ли хорошо? Что случилось?» И последнее: «почему взяла академ?»

Я ответила, что хочу взять перерыв и немного отдохнуть от скучных пар. И, как оказалось, Дин тоже пришел раньше. Я посмотрела на него и поняла, что весь образ парня не сочетался с образом отличника и лидера. Если бы я увидела его первый раз, то, сказала бы, что учеба у него идет на твердую «4», и то из-за того, что парень достаточно удачливый. Я убрала телефон, и сказала ему:

– Привет, ничего, что отвлекаю тебя от субботнего отдыха? Логика мне совсем не поддается.

Быстро войдя в библиотеку, парень сел за стол со мной и сказал:

– Привет, я уже говорил и отвечу в очередной раз, нет, ты никогда меня не отвлекаешь. Значит, что история Кланов тебе понятна?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.