Под позолоченной луной
Mel RedWolf

Дизайнер обложки Mel RedWolf

© Mel RedWolf, 2021

© Mel RedWolf, дизайн обложки, 2021

ISBN 978-5-0055-5307-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Желать тебя

Животворящая вода
Ты льешься прямо мне в уста.
Тебя испить до самой капли
Желаю я, но вновь сгораю

И на земле, как средь пустыни,
Ведь рядом нет тебя – богини.
Ты сердце моё забрала
И вся душа раскалена.

Не ад, но он мне будет раем,
Покуда грешен и обезображен.
Мой лик – одна сквозная рана,
Однако сил ещё не мало.

Вновь отыскать тебе в краях
Судьба суровости полна.
Преодолеть чертог и брег,
И вновь в объятиях согреть

Метель

Терзаюсь мукой не простой,
Томясь средь бела дня,
Меня сжигает заживо
И знобит, как в снегах.

И это чувство всех важней,
Не отпускает, как цепей
Тугая хладна сталь.
Хандра ли может быть здесь злей,

Или метель кручин мощней,
Чем та, что нам дана в жизни,
Когда далёк любимый лик
И мы скучаем, чувствами полны.

Куда им выход дать?
На лист? Или в тигриный рык?
Иль может быть кручины взрыв
Гроза в себя вместит?

Быть может шторм будет сильней,
Чем жажда снова овладеть
И скорбь в объятиях унесть.
Как это чувство потопить?

Не топится оно в бокале,
Ни в коньяке, ни в лимонаде,
Ни солью раны не закрыть.
Когда дано на век любить,

Терзаться будешь и томиться,
Но с каждым мигом все сильней
Ты будешь нежностью гореть
И радостью спасаться в волю,

Когда средь мрака темной ночи
Дано свидание и может
Раскрыться ласковый букет
Фужерной нежности и воле
Любить и быть любимым больше.

Избранница зверя

Я всегда был неверной нотой,
Диким зверем в твоём саду…
Хладный ветер и темной ночью,
Я к тебе неизменно бреду.

Рай, поделенный на широты,
Не вмещает мою тоску.
Ярость дикая рвется звонкой
Нотой с фальшью людских домов.

Только поле и лес дремучий
Миром полнятся в глубине.
Я срываю и мак, и вереск —
Не бурьян, но букет цветов,

Как богине на подношение
Он тебе неизменно готов.
Только верить во что, скажи мне,
Ведь и зверю дано устать

Среди леса и мрачной тени
Бренно жить, как средь голых скал.
Я всегда был неверной нотой,
Неизменной тоской времён.

Мир, поделенный на высоты,
Как клубится закатом небес,
Алый росчерк и облаков гроздья,
Дарят дождь по невинной душе.

Это сказка, но смешана с ложью,
Как псалмы в освящённой земле.
Ты не верь, что средь люда и лиха
Повстречаешь ты счастья удел.

Словно тигр, что рыщет в жилищах,
Принесет только горя и бед.
Не ищи среди них ты отрады,
Словно в винном хмелю ворожья.

Нет у этого вымысла правды,
Только сладость капли яда.
Но найдешь только то, что разыщешь,
Разузнаешь, что знать суждено.

Белой скатертью застилает
Белый дым, как туманно бельмо.
Только зверь среди темных угодий
Под покровом ночи свой удел

Отыскал, как твой сад среди прочих
Обличил, как небесный дворец.
Разглядел, что другие не видят,
Зорким глазом с прищуром грозы.

То ли в радость, а может в погибель,
Ждёт тебя на свидание луны.
В жаркой устали, в крепких объятиях,
С тихим рокотом тысячи бурь,

Ты узнаешь, что в этом проклятье
Можно зреть и удачну судьбу.
Быть ретивой и быть прекрасной,
Жаждой путника, сладкой амброй.

Ты не верила, что будешь сказкой,
Средь людей, ведь была ты чужой.
Ну а зверь твой теперь и защитник.
Не посмеют к тебе подойти.

Рык накроет раскатами вихря,
Только стоит к тебе подойти.
Тихий шелест ветвей и березы,
Сладкий запах полевой травы.

Средь цветов тебе стеленно ложе,
Мягче пуха, нежнее тафты.
Дикий зверь, что свирепствует в поле
Ласков, нежен для девичьих рук.

Он защитник и доблестный воин,
Для одной, кем воспеты стихи.
Пусть зовут тебя дерзкой «дикаркой»,
Пусть зовут и пропащей женой.

Обвенчает нас дух листопада,
Под соцветием прошедших веков.

Никто не узнает

Никто не залечит наши раны,
Никто не увидит где наши шрамы,
Никто не узнает когда горит,
Почему навеки об этом молчит,
Душа.

И будет непознанным этот мир,
Что глазом людским незаметен, безлик,
Никто не узнает зачем суждено
Ему было выйти в людское дерьмо.

Никто не познает глубинную мысль,
Не сможет сказать в чем есть эта суть,
Зачем создавалась великая искра
И где ей погаснуть вовек суждено.

Никто не узнает. Безлико и пусто.
Навек суждено.
Лишь развеяться пеплом
Над пустошью бренной
Серебристым ковром.

С праздником

А сегодня в день чудесный
Поднимаем мы бокал,
За любимых, за прелестных,
За прекрасных, милых дам.

От души мы поздравляем
С праздником цветущим вас,
И желаем, чтобы краше
Жизнь играла бы для вас,

Чтобы радости волнение
Было чаще, чем иное,
Чтобы жить хотелось больше,
Чтоб творили, что есть мочи.

И конечно чтоб любимы
Были близкими своими.
И успех на лапках кошки
К вам нашел свою дорожку
С праздником!

Матери

С праздником восьмого марта
Я пришел к тебе сказать,
Что прекрасней нету даты,
Что цветёт, средь бел снега.

Что нет радости привольней,
Средь журчащих ручейков,
Как поздравить что есть мочи,
Всех родных с этой весной,

С днём весны, с днём сладкой розы,
С днём цветущих дам и древ,
С днём, когда улыбок больше,
Чем в истории побед.

С днём, когда угрюмым лицам
Нет причины унывать.
С днем, когда не ухитриться
Удержаться от похвал.

И поздравить нам отрадно,
Пожелать чтоб каждый день
Приносил не меньше красок,
Чтоб дарил рассветный свет.

Чтоб удача улыбалась
И успех за руку вел,
Чтоб любили, согревали,
Чтобы был уютным дом.

Чтоб всегда хотелось утром
Встать с кровати и в дела,
Окунуться, словно рыба,
Снова в заводь заплыла.

Чтоб тревоги ссор весь вымыл
Ручеек былой зимы.
Чтобы сердце вновь забилось
Юностью былой поры.

В осеннюю пору

Листопад сквозит прохладой,
Среди луж, пустых развалин,
Средь гранитных мостовых,
Стук лишь градин вновь стучит.

Шелест звезд один остался,
Месяц на небе кружится.
Он простыл от сей прохлады,
Голова его кружится.

И зловеще, и тревожно,
Бьётся ветер ночью в окна.
Как непрошеной тревогой,
Время в полночь разобьётся.

И сквозит простуд цепочка,
Словно лязг цепей портовых,
Весть недобрая, как осень,
На газетный лист ворвётся.

Неглубокая, глухая,
Местность нашего покрова,
Только б мысль не тупая
В голове была б у люда.

И под сенью сучьев голых,
Среди дыма печек домьих,
Чтоб рождалась добра искра,
Чтобы сердцу было больше

Тёплых чувств, частицы счастья.
Что ещё средь быта нужно?
Чтобы в кружке чай согрелся,
Чтоб душа согрелась тоже.

Не узнаешь

Кошмарных ужасов мотив.
Там был не я, там был не ты.
И где погасли фонари,
Ты не узнаешь прежний лик.

Ты не узнаешь, где черно,
Что в саже черной сожжено,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.