Мифы и факты Великой Отечественной войны
Кирилл Шишкин

© Кирилл Шишкин, 2021

ISBN 978-5-0055-5344-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Зачем нужно изучать мифы?

Один из моих друзей по социальным сетям задал, вроде бы, вполне законный вопрос: «Зачем изучать мифы, не лучше ли изучать подвиги?»

Вроде бы он и прав, но всё дело в том, что речь идёт про один и тот же процесс.

Есть, конечно, определённая категория людей, которые занимаются тем, что по поводу различным событий приводят массу доводов в пользу того, что такого не было и быть не могло. И хотя, обычно так оно и есть, и подавляющее большинство историй про удивительные, выходящие за привычные рамки события на войне, оказываются вымыслом (в большей или меньшей степени), такой подход, мягко говоря, ошибочный.

На мой взгляд, просто критиковать различные нелепые описания, написанные людьми, явно далекими и от военного дела, и от военной истории – совершенно бесполезное занятие, не от большого, если честно, ума. Даже как-то не солидно для взрослого и образованного человека заниматься подобным.

И, наоборот, крайне полезным и важным, будет брать всевозможные истории, и выяснять, как же было на самом деле. И при этом, могут выясниться действительно героические деяния наших дедов и прадедов.

Ну а то, что кому-то глаза раскроют на то, как нас обманывали десятки лет, так… Это уже их проблемы.

Предлагаемая вам книга построена именно таким образом. Я постарался взять наиболее известные или просто чем-то интересные описания боёв Великой Отечественной войны, в первую очередь такие, в которых уже на уровне чтения возникает много вопросов по их достоверности, и попробовал разобраться, как и что было на самом деле. Мне было интересно, какие же реальные события легли в основу разных героических историй. Надеюсь, что это будет интересно и вам.

Миф Великой Отечественной, которого мне больше всего жаль

В советское время была у меня книжка Игоря Всеволожского «Пещера капитана Немо», о пионерах, помогавших партизанам и подпольщикам во время Великой Отечественной войны. Герои книги встречают случайно попавшего к ним в село моряка-севастопольца. Пионеры узнают, что он воевал в морской пехоте и с восторгом спрашивают: «Это те, которые с гранатами под танки!?». В советское время никто не задавался вопросом, откуда дети оккупированного села в донецкой степи могли знать про оборону Севастополя. Зато потом все советские школьники знали историю пятерых моряков, которые остановили под Севастополем два десятка немецких танков, поскольку при них было написано в учебниках. Я был не исключением, знал наизусть все подробности боя, фамилии морских пехотинцев, кто сколько танков уничтожил и как.

Конечно, вопросы о том, как пятеро бойцов во главе с комиссаром Фильченковым, используя гранаты и бутылки, смогли остановить двадцать два немецких танка, уничтожив из них десять, возникали и в советское время.

Например, вставал вопрос о том, почему дорогу танкам преградили лишь пятеро, и где же был весь остальной батальон? При более глубоком размышлении возникал вопрос: как могут пять человек уничтожить сразу десять танков?

И когда, советская цензура ушла, то и профессионалам-историкам, и энтузиастам-любителям, очень захотелось узнать подробности. Общий ход всего сражения на этом участке, как танки подбивали, какие танки были и откуда, равно как и прочие детали.

Казалось бы, всё очень просто, ведь дата и место боя известны. Ищем в советских и немецких архивах. Но никакие документы об этом бое не упоминают. 18-й батальон морской пехоты 7-го ноября 1941 года действовал у села Дуванкой. Был в составе батальона начальник клуба политрук Николай Фильченков. Но почему-то про отражение танковой атаки в тот день не упоминается.

А краснофлотец Григорий Замиховский (награжден медалью «За Отвагу» за уничтожение восьми немцев), который был под Дуванкой 7-го ноября, утверждает, что никакого боя, тем более с большим количеством немецких танков, в тот день точно не было – солдатская молва быстро бы разнесла о таком весть.

Самое же интересное то, что в составе 11-й армии Манштейна на тот момент не было танков. Был 190-й дивизион штурмовых орудий, в котором на момент прибытия в Крым имелось одиннадцать машин (включая неисправные). Дивизион этот в указанный период находился где-то в районе Бахчисарая. По немецким документам, все поврежденные в тот период машины попали под огонь советской береговой артиллерии, об уничтоженных гранатами данных нет.

Была ещё группа Циглера созданная из нескольких румынских разведывательных эскадронов. В составе которых по штату в начале войны числилось восемь малых танков чехословацкого производства. Только не дошли эти машины до Крыма.

Саму историю про этот подвиг впервые напечатали в газете «Маяк коммуны» 19-го мая 1942 года, то есть почти через полгода. Автором был заведующий отделом агитации и пропаганды газеты «Красный Черноморец», старший политрук Меер Наумович Когут. Очерк назывался «Подвиг пяти черноморцев».

Так получилось, что очерк перепечатали другие газеты, и неожиданно история вышла за пределы военных многотиражек. Историю же эту политрук сочинил потому, что было задание поднять дух войск после Керченской катастрофы 1942 года. Фамилии взял из приказов о награждении, остальное сочинял сам. По незнанию, политрук выбрал очень неудачное место и время для своей истории. И танки там останавливать неудобно, и слишком многие знали, что боя в тот день не было.

Вряд ли Меер Когут ожидал такой славы из-за небольшого очерка. Впрочем, он о ней и не узнал, так как пропал без вести в июле 1942 года.

Меер Наумович писал тогда обычный рядовой очерк, подобных он наверняка успел с начала войны сочинить не один десяток. В каком-то случае описывал реальные события, что-то придумывал. Пропаганда вещь великая, и в этом деле любые средства хороши. Если солдат воодушевить, они любого супостата снесут, этим ещё Суворов пользовался. И то, что перед боем где-то как-то не так сказали, а то и соврали, так ради победы же. Если бы я стал журналистом не в 90-е годы, а в 40-е и оказался на месте тех своих коллег, я бы также действовал. Потому что это было правильно.

Вот только сейчас, после стольких лет, кому нужны эти образцы отделов агитации и пропаганды? Историкам они интересны для изучения, но широкой публике зачем это преподносить? Тем более, выдавая за правду?

Наверное, это был единственный случай, когда я пожалел о том, что всерьёз и глубоко стал заниматься военной историей.

А фамилии тех пятерых моряков я теперь забыл. И не потому что память плохая стала…

Тридцать три «богатыря-бронебойщика» под Сталинградом

Среди многочисленных рассказов о подвигах бойцов Красной Армии, есть повествование о том, как три десятка бойцов под Сталинградом остановили семьдесят немецких танков. И ладно бы это было в советские времена и в детских книжках. В последние годы об этом пишут с полной серьёзностью, утверждая, что всё рассказанное – исторический факт.

Давайте попробуем разобраться.

Если суммировать все рассказы, то получается следующее. 24-го августа 1942 года сводная группа бойцов 87-й стрелковой дивизии заняла высоту 77,6 у деревни Малая Россошка. Их атаковало 70 немецких танков при поддержке авиации. Советские бойцы уничтожили 27 танков и полторы сотни немецких солдат. Причем танки они уничтожали бутылками с зажигательной смесью, потому что у них было всего одно противотанковое ружьё с несколькими патронами. Потерь у советских бойцов не было. К званию героев за этот уникальный подвиг никого не представили, несколько человек (самое бо́льшее указывается одиннадцать) наградили медалями. Зато в их честь назвали улицу в Волгограде.

Утверждается, что в том бою участвовали танки 16-й танковой дивизии Вермахта. Некоторые авторы прилагают рассказ про эту дивизию, включая боевой путь соединения и биографию её командира. Что, конечно, познавательно, но к бою отношения не имеет.

В целом информация очень противоречива. В одних рассказах с немецкими танками сражались связисты, в других – саперы. В некоторых источниках их называют гвардейцами-десантниками, в других – бойцами-дальневосточниками. С этим ещё понятно, потому как в первом случае авторы по неграмотности путают две дивизии с номером 87. Первая (точнее 2-го формирования) действительно создана на базе 3-го воздушно-десантного корпуса, который никогда не был гвардейским. Дивизия же про которую идёт речь была сформирована на Дальнем Востоке как 420-я стрелковая.

Многочисленные подробности о подвигах то ли саперов, то ли связистов мы из экономии места и времени упоминать не будем. Лучше посмотрим, что происходило на фронте.

23-го августа немецкие пехотные дивизии с плацдарма на Дону, прорвали оборону Красной Армии. В прорыв двинулся 14-й моторизованный корпус. В составе корпуса три дивизии. Данные на 19-е июля: 16-й танковая дивизия имела 100 танков, из них 13 Pz.Kpfw. II, 57 Pz.Kpfw. III, 27 Pz.Kpfw. IV (в том числе 12 с длинноствольной пушкой) и 3 командирских машины. 3-я моторизованная дивизии имела 54 танка, из них 10 Pz.Kpfw. II, 38 Pz.Kpfw. III, 8 Pz.Kpfw. IV и 1 командирская машина. 60-я моторизованная дивизия имела 57 танков, из них 17 Pz.Kpfw. II, 33 Pz.Kpfw. III, 4 Pz.Kpfw. IV и 1 командирская машина. Точных данных после боев во второй половине июля нет, но, с учетом потерь, в танковой дивизии осталось примерно шестьдесят исправных машин, в моторизованных дивизиях по тридцати.

Далее последовала операция, хорошо известная специалистам, когда за 11 часов немецкие дивизии преодолели свыше 60 км и вышли на берег Волги.

Сопротивления советских войск не было, всё, что встречалось на пути, уничтожалась немецкими пикирующими бомбардировщиками. Впереди шла 16-я танковая, фланги прикрывали моторизованные дивизии, оставляя на всем пути небольшие заслоны мотопехоты. В тот же день немцы вступили в бой советскими зенитчиками на подступах к Сталинграду, где и были остановлены. 24-го августа немецкие пехотные дивизии подтянулись и сменили отставшие части моторизованного корпуса, которые устремились в Сталинград. Более 14-й моторизованный корпус немцев из того района никогда не выходил, там он и был разгромлен. А потому, 24-го августа немецкие танки 16-й дивизии никак не могли вести бой в районе Россошки.

87-я стрелковая дивизия сформирована на Дальнем Востоке в марте 1942 года как 420-я стрелковая, потом переименована в 87-ю (3-го формирования).

Согласно некоторым описаниям Сталинградской битвы, 23-го августа 87-я дивизия находилась на марше к Дону и была размётана наступавшими немецким танками, после чего остатки собрали уже в Сталинграде.

Однако, согласно документам 62-й армии дивизия занималась подготовкой оборонительных рубежей в районе Малая Россошка. Вообще судя по картам, в 20-х числах до начала немецкого наступления, части 87-й дивизии постоянно меняли дислокацию.

Впрочем, это не самое важное, так как на общую картину принципиально не влияет. В любом случае дивизия попала под удар и была разбросана на большом пространстве, что и на картах видно. Управление дивизией, судя по всему, было на тот момент потеряно.

Если по доступным ранее документам получалось, что немецких танков 24-го августа в районе Малой Россошки не было и быть не могло, то оказывается это не так. Танки были.

В журнале боевых действий 6-й армии Вермахта мы находим следующую информацию:

В 14.40 1 танковый и 1 мотопехотный батальоны 60-й моторизованной дивизии (группа Кеглера) развернуты на юг, к Россошке, для обеспечения южного фланга. К вечеру 60-я моторизованной дивизии основной массой выходит в район разъездов 564 км и Конный.

Ситуация понятна, немцы прорвались далеко, коммуникации растянуты и под угрозой ударов наших войск. Весь 14-й корпус немцев может оказаться отрезанным от своих. Вот боевой группе 60-й дивизии и поручают этот коридор удерживать. Организовать оборону протяженность в десятки километров нет сил, потому действуют подвижными группами.

Конечно, было бы интересно изучить документы 60-й моторизованной дивизии, но их коллеги пока не перевели и не опубликовали, а искать и переводить сам я не стал.

Тем более, что достаточно информации можно найти в ЖБД 76-й пехотной дивизии.

Усиленный 203-й пехотный полк был отбит у противотанкового рва 300 м северо-западнее Власовки, наступление одного батальона на высоту 77,6 остановилось перед сильно укрепленными позициями.

9.45. 2-й батальон 203-го полка отведен из Власовки, по нему ведется обстрел с высоты 77,6. Приказ командира дивизии: 2-му батальону 203-го пехотного полка развернуться на восток и занять высоту 77,6.

276-й артиллерийский полк сообщает, что противник отходит от высоты 77,6 на юго-восток.

Здесь интересно упоминание, что наши части с высоты вроде как отходят. То ли одни отошли и пришли другие, то ли отошли не все, но кто-то высоту продолжает удерживать. Во всяком случае, 76-я дивизия запрашивает помощь танков, и эту помощь пехоте обещают.

12.45. 2-й батальон 203-го пехотного полка остановлен с большими потерями перед отметкой 77,6.

13.40. 3-й батальон 203-го пехотного полка попал под сильный фланговый обстрел с северо-востока. 203-й пехотный полк планирует отвести 2-й батальон на исходные позиции, поскольку в настоящее время овладеть высотой 77,6 невозможно.

Начальник оперативного отдела информирует 203-й пехотный полк о планируемом ударе 60-й моторизованной дивизии и задачу, чтобы 2-й батальон, используя атаку 60-й моторизованной дивизии, продвинулся и занял высоту 77,6.

15.45. 60-я моторизованная дивизия информирует, что танки в 15.30 перешли в наступление на отметку 77,6 и Власовку.

Совершенно непонятно, пыталась ли пехота 76-й дивизии штурмовать высоту 77,6 или она просто ждала, когда подойдут танки. Танки же 60-й дивизии ещё где-то далеко от высоты.

Я не буду цитировать весь журнал, но из остальных записей следует, что 76-я дивизия отбивает атаки советских войск, главным образом пехоты, но сообщают и про танки. И 76-я дивизия, и её соседи при этом атакуют советские позиции и на других высотах.

17.15. 60-я моторизованная дивизия информирует, что сегодня возможно ещё будет достигнута линия Бол. Россошка-Шишлянкин. Относительно атак на 77,6 и Власовку нет никаких донесений.

17.30. Дивизионный командир на КП 203-го пехотного полка информирует, что танков 60-й моторизованной дивизии перед позициями 2-го батальона не видно.

Батальон 76-й пехотной дивизии и танки 60-й моторизованной выходят к высоте 77,6 с разных сторон. Но ощущение, что пехота просто ждёт, когда танки займут высоты, при чтении документов меня не покидает. Может быть я ошибаюсь…

18.50. Дивизионный командир на КП 203-го пехотного полка приказывает 2-му батальону 176-го полка дождаться танков и после этого атаковать отметку 77,6.

19.20. 51-й армейский корпус передает, что танки 60-й моторизованной дивизии получили приказ оставаться у высоты 77,6 настолько долго, пока этот район не будет полностью очищен от противника.

Не очень внятно изложено, но надо понимать, что где-то около 19.00 танки всё-таки появились и высоту заняли. Во всяком случае дальше указано:

20.40. Итоговая дневная сводка в 51-й армейский корпус.

Танки 60-й моторизованной дивизии остаются на высоте 77,6 и занимают там на ночь круговую оборону. Требуется зачистка прилегающей местности ближайшим утром.

Полагаю, что этого уже достаточно, чтобы восстановить картину.

На высоте 77,6 находятся какие-то части, скорее всего из 1379-го полка 87-й дивизии. Сколько там было наших определить не получается. Вообще-то даже непонятно, в течение дня немцы атаковали высоту или получив отпор утром, ждали танков.

В любом случае, высоту удерживали целый день, чего не скажешь про остальные позиции. Хотя, в целом в этом районе бой больше проходил в виде атак наших войск (атаковали 35-я гвардейская стрелковая дивизия и 169-я танковая бригада) на немцев, а не в обороне.

Танковый батальон 60-й дивизии выполнял роль пожарной команды. На 22-е августа в нём 13 Pz.Kpfw. II, 28 Pz.Kpfw. III, 3 Pz.Kpfw. IV и 6 самоходных орудий («Мардер»). Одна танковая рота и самоходки противотанкового дивизиона ушли вперёд, стало быть, из 44 танков оставалось две трети: 25—30 машин.

Вот какие-то из этих танков и заняли около 19.00 высоту 77,6.

Возможно, в документах 60-й моторизованной дивизии можно будет найти какую-то дополнительную информацию, в первую очередь, были ли у дивизии боевые потери танков в этот день.

Но основной вывод можно сделать, как мне кажется, уже сейчас.

Высоту 77,6 обороняли упорно, и немцы это отмечают. С нашей стороны, силы должны были быть не малые, поскольку удержать атаку целого пехотного батальона, пусть даже без поддержки бронетехники – это не так просто.

Всё прочее было придумано уже в политотделе или редакции газеты, для поднятия боевого духа.

Во всяком случае, рассказ о том как горстка бойцов, удерживала атаки десятков танков, и, даже без потерь, не пропустила их в Сталинград, не выдерживает критики. Хотя бы потому, что танки уже давно были у Сталинграда и пытались ворваться в город. Да и танков, как видите, были не десятки, а максимум десяток, и никто их атаку не отбил – высоту немцы, получается, вечером взяли сходу.

Но на мой взгляд важно одно – история про упорную оборону высоты 77,6 не выдумка, а просто сильно преувеличили, приукрасили реальные события.

Кущёвская атака

Лихие кавалерийские атаки канули в прошлое ещё в начале Первой Мировой войны. Всадники были слишком хорошей мишенью для автоматического стрелкового оружия, потому атака в конном строю не могла закончиться ничем, кроме массовой гибели.

Кавалерия стала использовать лошадей лишь как средство доставки к полю боя, а сражаться исключительно спешенной. Но имели место и исключения, причём даже во Вторую Мировую. В первый же день войны, 1-го сентября 1939 года два эскадрона 18-го уланского полка польской армии в конном строю внезапно столкнулись с немецкой пехотой и атаковали её. Но, попав под огонь пулеметов двух бронеавтомобилей, уланы понесли огромные потери и бежали.

В описании Великой Отечественной войны встречается очень много рассказов про конные атаки Красной Армии. Подавляющее большинство их оказывается вымыслом, но не все и не всегда полностью.

Легендарный бой у станицы Кущёвская

По советской версии, в 1942 году, в начале августа (называют разные даты) 13-я кавалерийская дивизия в конном строю атаковала превосходящие силы немцев в станице Кущёвская. Противника из станицы выбили, в сабельной рубке было уничтожено от нескольких сот до пяти тысяч немцев, подбито несколько танков, захвачены пушки, минометы и до трех сотен пленных.

В Кущёвской кавалеристам якобы противостояли огромные силы фашистов, не меньше двух-трёх дивизий. В числе которых встречаются загадочные дивизии с названиями «Белая роза» и «Зеленая роза», то ли танковые, то ли горные, то ли вообще бригады СС. Соединений с такими названиями ни в Вермахте, ни в СС никогда не было. Дивизия «Эдельвейс» про которую тоже упоминают, хоть реально и находилась на Кавказе, но у Кущёвской её не было. Иногда казаки заодно «рубили» румынские или итальянские войска. Свои потери кавалеристы скромно указали в две сотни человек.

Все разнообразные пересказы этого боя настолько невероятны не только для голливудского боевика, но и для мультфильмов про русских богатырей, что сразу кажутся полностью вымышленными. Но, оказывается, основа для этой истории существует вполне реальная.

«Легендарная Кущёвская атака» Александра Дрига

В 2012 году вышла книга «Легендарная Кущёвская атака» написанная Александром Дрига и Людмилой Рогочей. Это первый труд по теме Кущёвской битвы, когда авторы всерьёз работали с архивными документами и постарались подойти максимально беспристрастно.

В настоящее время большинство советских документов, упомянутых в их книге находится в открытом доступе, так что каждый может убедиться сам.

Согласно этим документам 13-я Кубанская казачья кавалерийская дивизия 17-го Кубанского казачьего кавалерийского корпуса (силами двух полков), и отдельная танковая бригада получили приказ 2-го августа 1942 года наступать на станицу Кущёвская и выбить противника. Наступать следовало именно в конном строю.

В результате атаки, которую поддерживала авиация, вся приданная 17-му корпусу артиллерия и 15-я кавалерийская дивизия (в пешем строю), взять Кущёвскую не удалось. Указывается на неудачные действия танковой бригады и то, что атака не была поддержана 216-й стрелковой дивизией, которая и вела основные бои (судя по карте) за станицу.

Авторы книги подчеркивают, что танковых дивизий в Кущёвской не было, хотя почему-то считают, что отдельные танки могли быть.

В целом этот подход уже достаточно объективен, но авторы не обратили внимания на ряд документов, и особенно карты.

Взгляд с другой стороны

По немецким данным никаких немецких танков в Кущёвской не было, равно как и дивизий или полков СС.

В районе станицы действовала 73-я пехотная дивизия, юго-западнее находились части 91-го горнострелкового полка 4-й горнопехотной дивизии. Именно 91-й полк и попал под атаку советской 13-й дивизии.

Согласно данным Вильгельма Тике в книге «Марш на Кавказ. Битва за нефть 1942—1943 гг.», немецкие войска в районе станицы Кущёвской подвергались ожесточенным атакам танков и казаков, что замедлило продвижение войск, но не смогло остановить.

О конных атаках ни в одном немецком документе или мемуарах нет упоминаний. Зато про ожесточенные схватки с казаками в полях подсолнечника упоминается в мемуарах солдат 4-й горнопехотной дивизии. Правда, масштаб их невелик, на уровне взвода, максимум роты.

Потери 91-го полка за несколько дней боёв при форсировании реки Ея составили около 40 человек убитыми, количество раненых неизвестно.

Про казака Константина Недорубова

В связи с боем у станицы Кущёвская часто упоминают Героя Советского Союза Константина Недорубова. Рассказы о нём самые разные, не всегда стыкующиеся между собой. В одном из боёв (даты и место называют разные, иногда и Кущёвскую) он лично уничтожил 70 фашистов. В некоторых версиях он и у станицы Кущёвская принимал участие в сабельной рубке.

Личность Недорубова действительно интересна. В Первую Мировую он стал полным Георгиевским кавалером. Потом воевал в Гражданскую на стороне Белых. Но когда попал в плен, то перешёл к Красным. Практика ставить в свои ряды пленных под угрозой расстрела широко практиковалась по обе стороны фронта.

В 1933 году получил десять лет лагерей и отправился строить Беломорканал. За ударный труд освобождён через три года.

В 1942 году стал командиром эскадрона в 42-м полку 15-й кавалерийской дивизии. Ему было 53 года, но это было для той дивизии в порядке вещей. Из 4627 человек первоначального состава в 15-й дивизии было более 1100 участников Гражданской войны, то есть старше 40 лет. При этом 15-я дивизия в 17-м корпусе была самая молодая. Например, в 13-й из 4562 человек в Гражданской войне участвовали 3750. В этот корпус забирали тех, кто по возрасту не попал под основную мобилизацию, и Недорубов был далеко не самый старший. Кстати хотя дивизия именовалась добровольческой, но добровольцев по списку в ней указано 748 (из 4627).

На одном из сайтов мне попалась статья, автор которой, к сожалению, не был указан. В статье рассказывалось, как эскадрон Недорубова в ночь с 1-го на 2-е августа ворвался в Кущёвскую. При этом было захвачено до сотни пленных. Которых казаки порубили шашками. И сам Недорубов якобы лично зарубил семьдесят пленных.

И после этого случая немцы в плен казаков брать не стали.

Если внимательно читать ту статью, то в ней очень много несоответствий и нестыковок, что заставляет к ней относиться крайне осторожно. И скорее всего именно такого события не было, во всяком случае в том месте и в то время. Поскольку эскадрон Недорубова точно в ту ночь в Кущёвскую не входил.

Но вспомнил я об этом, просматривая журнал боевых действий 13-й кавалерийской дивизии. А в нём написано, что в ходе боя 2-го августа было уничтожено до 400 немецких солдат и офицеров, и 40 взято в плен. При этом большинство пленных было порублено казаками при выходе из боя.

Видимо, именно этот факт убийства пленных и послужил основной для различных историй, в том числе и той, о которой я упомянул выше. Недорубов к этому факту отношения иметь не мог, поскольку служил в другой (15-й) дивизии и в Кущёвской атаке участия не принимал.

Письмо полковника Бардадина

Есть ещё один интересный момент, связанный с Кущёвской битвой. Описан он в книге Бориса Соколова «Невидимый фронт Второй мировой. Мифы и реальность».

Ко всему, что этот автор пишет, у историков отношение крайне острожное, но это не значит, что не следует обращать внимание вообще. Мой опыт показал, что Борис Соколов иногда не совсем правильно интерпретирует факты и не всегда объективен, порой ошибается, но бывает полезно разобраться в том, о чём он пишет.

А Соколов пишет, что заместитель командира 17-го кавалерийского корпуса полковник Бардадин отправил 28-го октября 1942 года письмо в ЦК ВКП (б). В этом письме он утверждал, что результаты боя за Кущёвскую искажены, что наши потери приуменьшены, а немецкие завышены. Вся организация наступления была плохо продумана и ещё хуже осуществлена. И рапортами об успехах командование корпуса стремилось скрыть полный провал всей операции. Упоминалась о том, что дивизии корпуса (в частности 12-я и 13-я) вообще воевали плохо, бежали даже от малочисленного противника, впадали в панику при встрече даже с несколькими танками.

Также была информации о несправедливо награжденных. В частности, речь шла о штабных машинистках и фельдшерах, получавших медали «За боевые заслуги» отнюдь не за участие в боях. Последнее к теме статьи не имеет отношения, но стоит отметить, что проведенное расследование в 17-м корпусе данные факты подтвердило.

В целом, при глубоком изучении всего происходившего у станицы Кущёвская всплывает много всего интересного.

Бой у станицы Кущёвская

Ещё в одной работе «Оборона советских войск в нижнем течении Дона летом 1942 года» (сайт «Дон 1942») приводится, в том числе, много документальных данных, касающихся боёв в станице Кущёвской. Которые в целом суммируют многое из того, что написано выше.

Собирая все известные факты и описания, можно постараться восстановить ход событий.

В наступлении на Кущёвскую основной ударной силой являлась отдельная танковая бригада, сформированная из курсантов Орловского училища, в которой было 27 танков: 14 Т-34, 4 Т-60 и 9 БТ. Поддерживать танки должны были два полка (29-й и 32-й) 13-й кавалерийской дивизии, до этого в боях не участвовавших, и не имевшие больших потерь. В полках до 500 «сабель» в каждом, кавалерийские полки РККА по численности примерно соответствовали стрелковым батальонам. Также должен был участвовать один полк от 12-й дивизии, но этого не произошло. Поддержку наступающим войскам должны были оказывать два дивизиона бронепоездов, приданных 17-му корпусу.

Всё тяжелое вооружение было передано 15-й дивизии, которая должна была поддерживать наступление огнём, и наступать на станицу в пешем строю. Восточнее на Кущёвскую должна была наступать 216-я стрелковая дивизия.

13-я дивизия, как и весь корпус, была сформирована из лиц старше 40 лет, половина числились как добровольцы, остальные мобилизованы. Полки дивизии наступали в конном строю около 9 км, то есть лошади были уставшими. Уж точно не до лихих атак.

29-й полк понес большие потери от артиллерийского и миномётного огня и отступил, 32-й полк атаковал и принял участие в рубке. Видимо речь идёт о схватке в кукурузных полях с подразделениями 91-го горнострелкового полка. Потери обоих полков составили убитыми до 200 человек, ранеными – около 270, без вести пропало – около 50 человек. То есть до половины личного состава выбыло.

Немцы действительно использовали авиацию – по советским войскам нанёс удар один пикирующий бомбардировщик или штурмовик.

Танковая бригада двигалась слишком медленно и, вместо того, чтобы прокладывать дорогу наступающим, оказалась позади кавалерии, оставив её без поддержки. Потери танкистов: 3 Т-34, 4 БТ и 80 человек.

216-й стрелковая дивизия атаку не поддержала. Бронепоезда также не смогли принять участие в наступлении: два ушли в ремонт, а остальные два не могли выдвинуться, так как наши же сапёры взорвали мосты.

В ходе наступления был занят хутор Весёлый, после чего наступление продолжаться не могло, из-за потерь и отсутствия поддержки. К самой Кущёвской полки 13-й дивизии даже не приблизились. Станицу атаковали 25-й, 33-й и 42-й полки 15-й кавалерийской дивизии в пешем строю. Им пришлось иметь дело с частями 73-й пехотной дивизии, так что формально в бою у Кущёвской действительно 17-й корпус имел дело не с одной немецкой дивизией. Другое дело, что реально речь про несколько небольших подразделений.

Когда казаки, после неудачной атаки, начали отход, немцы перешли в наступление вслед потрепанным и отсыпающим частям. Ударив на стыке 15-й и 12-й дивизии, они создали угрозу окружения всего корпуса. Так что этот день оказался явно не самым успешным для наших войск.

Что касается потерь немцев. Цитирую:

«Всего по всему фронту Кущевка, Шкуринская, Канеловская было уничтожено не больше 500—600 чел. немцев, в плен взято 13 человек. В донесении, написанном в штаб фронта, было указано – казаками было зарублено 5000 человек и взято в плен 300 человек, что далеко не соответствует действительности.»

(ЦАМО, ф.43, оп.11536, д.135, л.1—3)

В целом сама операция по всем признакам может быть смело отнесена к разряду неудачных.

Что касается самой сабельной рубки, то она, видимо, имела место, но с рядом оговорок.

Кавалерия в конном строю сопровождала танки в наступлении. Это обычная практика Второй Мировой, когда конные части заменяли собой мотопехоту. Но не следует путать наступление и атаку. В конном строю казаки 13-й дивизии Кущёвскую не атаковали, они до неё вообще не дошли. Столкновения происходили в ходе наступления, видимо, на полях кукурузы и подсолнечника, что совершенно не противоречит, как описаниям немцев, так и упоминаниям кавалеристов о сабельной рубке.

Следовательно, история с Кущёвской кавалерийской атакой действительно основана на реальных фактах, которые впоследствии «слегка» преувеличили и приукрасили.

Штурм «Чёртовой высоты»

На юго-западных окраинах Санкт-Петербурга есть очень красивый микрорайон, который называют Форель. По названию больницы им. Фореля, которая там ранее находилась. В конце ХХ века одной из безымянных улиц дали название «Соломахинский проезд».

Иван Иванович Соломахин был первым советским сапёром, награждённым орденом Суворова. И получил он эту награду за операцию, история которой, наверное, интересна не только тем, кто ходит по улице его имени.

Штурм «Чёртовой высоты»

История эта известна в первую очередь по рассказу непосредственного её участника, Ивана Ивановича Соломахина, в 1943 году командира 106-го отдельного моторизованного инженерного батальона.

Он подробно описал, как в ходе Синявинской операции в его батальоне созрел план взять высоту, которой до этого никак не удавалось овладеть. Было решено, что сапёры, без артиллерийской подготовки, ночью подползут незаметно. Начальство план одобрило, и бойцы несколько дней тренировались. А затем, в ночь с 11-го на 12-е августа сделали всё, как и планировали. Незаметно подползли прямо к позициям немцев и, неожиданно для тех, ворвались в их траншеи. Как пишет сам Соломахин:

«Более 200 гитлеровцев было убито, 120 захвачено в плен. Инженерный батальон потерял 16 человек убитыми и 26 человек ранеными.».

Позже на занятые сапёрами позиции прибыл стрелковый батальон. Командир 106-го инженерного батальона по итогам операции был награждён орденом Суворова III степени, а командиры рот орденами «Красное Знамя».

На этом рассказ прерывается. Правда, в книге В. Щукина «Полководцы Великой Победы» можно найти продолжение этой истории и даже некоторые подробности. Например, то, что план утверждал лично командующий фронтом генерал-полковник Л. А. Говоров, а:

«…бои в Синявино завершились мощным ударом, после чего уже советские войска, закрепились на господствующих высотах и смотрели на немцев сверху вниз».

Там же сказано, что задача была выполнена блестяще, удалось «перемолоть» 10 дивизий фашистов и не дать их перебросить на Курскую Дугу.

Словом, везде эта операция описывается как победная, уникальная и не имеющая аналогов. Равно как и все события у Синявинских высот, вроде как были успешными для наших войск.

Забегая вперёд, скажу, что бойцы Соломахина действительно заслуживают звания героев. А вот всё остальное нуждается в уточнении. Благо, кроме мемуаров, сегодня доступны и документы.

Операция «Брусилов»

Описываемые события происходили в ходе операции «Брусилов», более известной как Мгинская или Пятая Синявинская. Советские историки громкие имена, даваемые операциям, вспоминали лишь тогда, когда операции были успешные. Операция «Брусилов» к таковым не относилась, потому и название это мало кому знакомо.

Наши войска потеряли в этой операции 20890 человек убитыми и 59047 ранеными. Тела тысяч погибших до сих пор не нашли.

Результат? Он сильно отличался от того, что я процитировал из книги В. Щукина «Полководцы Великой Победы». Никто ничего не захватил, и сверху вниз смотреть не пришлось. А ведь всю эту (уж прошу прощения, но иначе не скажешь) чушь, опубликовали не в сталинские или брежневские времена, а совсем недавно, в 2010 году.

В ходе операции наши войска так никуда и не продвинулись, никаких высот не заняли.

Месяц войска Ленинградского и Волховского фронтов штурмовали господствующие над всем южным Приладожьем крутые склоны Синявинских высот. Трудно придумать себе более тяжелую для наступления местность. Торфяные болота, непроходимые летом и незамерзающие (а значит ещё более непроходимые) зимой, даже простое передвижение войск делали сложнейшей задачей. Все сухие возвышенности захватили немцы, укрепили их и удерживали. А наступавшим красноармейцам и укрыться было негде – в болоте траншеи не вырыть.

Штурмовали и днём, и ночью, в атаку шли и с танками, и без, с артиллерийской подготовкой и без неё. Штурмовали и пехотинцы, и сапёры.

Атака батальона Соломахина была лишь одной из многих. И одной из немногих, в которых удалось добиться успеха, пусть и временного, и ничего не решающего.

Впрочем, полная история операции «Брусилов» ещё не написана, но надеюсь, когда-то её напишут. Благо, документов уже сейчас много.

Бой за укрепленный пункт №26

В числе основных целей атак наших войск были укрепленные пункты №26 и №5.

Оба находились на господствующих высотах с крутыми склонами. Согласно приказу от 9-го августа, укрепленным пунктом №5 должен был овладеть (ночным штурмом) 63-й штурмовой инженерно-сапёрный батальон, которым командовал майор В. В. Мосин.

А пункт №26 (также ночным штурмом), должен был взять 106-й отдельный моторизованный инженерный батальон капитана И. И. Соломахина. Поддержку батальону должна была оказывать артиллерия 128-й стрелковой дивизии, на участке которой и должен был состояться штурм.

Подробностей этого боя сохранилось много и в немецких, и в советских документах. В журнале боевых действий 11-й пехотной дивизии вермахта написано, что в ночь с 11-го на 12-е в их окопы внезапно ворвалась рота численностью до 150 человек (у Соломахина к началу боя было 225 бойцов) и выбить их не удалось даже в ходе нескольких контратак. После того, как в бой был брошен 561-й штрафной батальон, усиленный батареей штурмовых орудий, положение удалось восстановить.

Как мы можем узнать из советских документов, сапёрам 106-го батальона ночью удалось захватить лишь часть укрепленной позиции №26. Утром в бой был введён батальон 741-го полка 128-й стрелковой дивизии. Это ещё целых 309 человек. Но большая часть не дошла до занятых сапёрами траншей: часть была уничтожена, какая-то часть не пошла. Немцы постоянно контратаковали и вели сильный артиллерийский обстрел. Весь день шли ожесточённые бои, и после огромных потерь, наши войска оставили захваченные позиции.

Батальон Соломахина по документам 124-й дивизии потерял более 60%, более точных данных нет. Согласно отчёту штаба 67-й армии потери составили свыше 300 человек, к концу боя уцелело 15 человек во главе с Соломахиным. Данные о потерях неточные и отличаются, но если у Соломахина было 225 человек, плюс к нему ещё примерно сотня прорвалась, то вполне все цифры стыкуются. Во всяком случае, уцелели немногие.

Наша артиллерия активно поддерживала наступающих, только дивизионная артиллерия выпустила за два дня 15 415 мин и 10 111 артиллерийских снарядов. В одном из рассказов Соломахин упоминал, что их позиции были накрыты огнём наших же «Катюш», и жаловался на то, что реактивная артиллерия вообще не отличалась точностью стрельбы. Потом об этом уже не писали, но, видимо, потери от «дружественного огня» действительно были.

Я изложил всё предельно кратко, для тех, кто хочет сам ознакомиться с имеющимися документами, я в конце прилагаю наиболее интересные.

Что дальше?

63-й штурмовой инженерно-сапёрный батальон 13-й штурмовой инженерно-сапёрной бригады провёл аналогичную атаку на следующую ночь, 13-го августа. Но их прижали к земле ещё на подходе. В ночь с 17-го на 18-е августа была ещё одна атака 63-го батальона, но тоже неудачная. Так что, сама идея атаки Соломахина была отнюдь не уникальной и не новой. Но повторить хотя бы временный успех бойцов Соломахина остальным не удалось. Так что свой орден Суворова он заработал, и его сапёры свои награды заслужили. К сожалению, не всем их довелось носить.

Самое печальное то, что массовый героизм сапёров Соломахина и Мосина, множества других пехотинцев, танкистов, лётчиков ничего не менял. Даже если бы сапёры и взяли эти укреплённые пункты, то на общую остановку это существенно не повлияло. Как показывал весь ход боёв, немцы достаточно легко восстанавливали положение, успешно контратакуя. Ошибки были где-то на более высоком уровне, и любой одиночный успех на отдельных участках фронта ничего не менял. Лобовые же атаки Синявинских высот давали лишь потери. Хочу напомнить, что это операция называлась ПЯТОЙ Синявинской, и была не последней. Занятые вермахтом в 1941 году Синявинские высоты так и остались неприступными до января 1944 года, пока немцам не пришлось самим уходить из этого района под угрозой окружения.

Далее я прилагаю довольно много боевых документов. Рекомендую, посмотреть. Очень интересно прикоснуться к живой истории, увидеть описание событий без «ретуши» и комментариев.

Ходил ли маршал Ворошилов в атаку под Ленинградом?

Наверное, многим запомнилась сцена из киноэпопеи «Блокада», где командующий Ленинградским фронтом, маршал Клим Ворошилов лично ведёт в атаку бойцов морской пехоты. И даже получает ранение.

Эпизод этот в кинофильм попал из воспоминаний начальника отдела штаба 1-й бригады морской пехоты Я. С. Жигарева. У него эпизод с Ворошиловым описан так:

«Примерно в 13 часов в бригаду приехал командующий фронтом маршал К. Е. Ворошилов и заявил, что лично сам поведет моряков в атаку. Эта весть вызвала подъем духа среди воинов, К. Е. Ворошилов произнес короткую речь, он сказал: „Товарищи! Отступать дальше некуда. За нами Ленинград. Здесь мы умрем или победим“. Он вынул из кобуры пистолет и, скомандовав „В атаку! Вперед!“, пошел в сторону противника.»

Есть ещё и мемуары начальника Инженерного управления Ленинградского фронта Б. В. Бычевского, где тоже описан тот же эпизод, но немного иначе:

«Командующий фронтом стоит перед головным батальоном. Порывистый ветер разносит вдоль шеренг его слова о Родине, о партии, о присяге. Многие моряки, отбросив стальные каски, стоят в бескозырках. Весь их вид – спокойный, грозно сосредоточенный – своеобразный дерзкий вызов врагу.

Командующий на мгновение умолк, потом взмахнул фуражкой:

– А ну, пошли! – И первым молодо зашагал в сторону грохотавшего боя. Громовое «ура!» было ответом ему, и лавина черных бушлатов сразу обогнала шестидесятилетнего Маршала».

Есть и ещё много упоминаний о том, как Ворошилов шёл лично с морской пехотой в атаку, но все они уже переписаны либо у Жигарева, либо у Бычевского. Иногда с добавлением чего-то от себя.

Кстати, в самом романе Александра Чаковского «Блокада», по мотивам которого снят фильм, этого эпизода нет. Хотя текст, который читает диктор про Ворошилова, взят из романа:

«Выдающийся полководец времен гражданской войны, один из строителей и организаторов Красной Армии, комиссар по складу своего характера, по темпераменту, Ворошилов принадлежал к тем коммунистам, которые идут впереди войск и падают первыми с верой в конечную победу и с боевым призывом на устах.»

Очень пафосно.

Но. Кроме всех вышеперечисленных есть ещё воспоминания адъютанта Ворошилова И. М. Петрова. Поскольку Петров писал о том, что видел сам, сопровождая Ворошилова, а не переписывал то, что написали другие, то у него эти события выглядели немного иначе:

«…отправились осматривать Красногвардейский УР. И наконец, прибыли в район деревни Кемпелево. Здесь командующий 42-й армией генерал Ф. С. Иванов доложил маршалу, что морская бригада с шестью танками КВ уже перешла в атаку с задачей перерезать шоссе Ропша – Красное Село.

К. Е. Ворошилов с небольшой возвышенности стал наблюдать за действиями этой бригады. Обратил внимание командарма на скученность боевых порядков моряков, а также на то, что второй эшелон бригады расположен слишком близко, в зоне досягаемости артогня противника».

Во всех случаях описан день 11-го сентября, когда 1-я бригада морской пехоты пыталась контратаковать немцев. прорвавших оборону Красногвардейского УРа.

Кому именно верить – личном адъютанту или всем прочим – это уж дело личное.

Я со своей стороны побывал у деревни Кемпелево, и могу сказать, что по описанию адъютанта всё выглядит очень похоже. Сама деревня расположена на склоне, но если немного подняться выше, то открывается отличный обзор на те места, где и шла в атаку 1-я бригада морской пехоты. Местность изменилась не очень сильно, только коттеджей современных построили много, но восстановить ход событий можно.

Я позволю себе напомнить, что полководческие таланты Ворошилова явно не очень высоко оценивали. После Ленинградского фронта он занял почетный пост представителя Ставки по формированию войск, затем назначен Главнокомандующим партизанским движением, а потом стал председателем Трофейного комитета. Похоже, эти чисто номинальные должности специально для него придумали, так же как Буденного назначили главнокомандующим кавалерией. Правда, иногда выезжал на фронт, как представитель Ставки, но тоже совершенно формально – к реальному командованию его не подпускали. Может боялись, что в атаку с наганом в руке побежит и правда?

Как ленинградские ополченцы били немецкие танки из старинных пушек

Как-то в Интернете наткнулся на обсуждение статьи. В ней рассказывалось, как 18-го августа 1941 года артиллеристы батареи 88-го артполка из 1-й дивизии народного ополчения под командованием старшего лейтенанта Владимира Петровича Кузанова, у хутора Прологи, недалеко от станции Молосковицы, вступили в бой с двадцатью шестью немецкими танками. Потеряв шестнадцать танков, немцы «повернули назад и на предельной скорости скрылись

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.