Алекс Астер
Проклятие забытого города

Персонажи и события, изображённые в этой книге, вымышлены или используются в вымышленных обстоятельствах. Любое сходство с настоящими людьми, живыми или умершими, является простым совпадением и не было запланировано автором.

Посвящается моей сестре-близнецу Даниэлле, моей первой читательнице и вечной подруге.

Alex Aster

Emblem Island

Curse of the Forgotten City

* * *

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет уголовную, административную и гражданскую ответственность.

Copyright © 2021 by Alex Aster

This edition published by arrangement with Taryn Fagerness Agency and Synopsis Literary Agency.

Cover art © Fiona Hsieh/Shannon Associates

© Захаров А. В., перевод на русский язык, 2021

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2021

1
Ихтиандр

Тор Луна посмотрел на девушку, лежавшую в песке, и подумал, что она, может быть, уже мертва. Всего несколько мгновений назад её выбросило на берег, словно доску, оторванную от разбитого корабля. Её до странности бледная кожа идеально сочеталась с серебристыми волосами, но ещё страннее была отметина на запястье. Редкий символ, такой же, как у Тора.

Рыба.

Та самая эмблема, которой он желал почти всю жизнь. Та, которую он получил в худших возможных обстоятельствах. Эмблема, даровавшая способность дышать под водой.

Тор отшатнулся; его подруга Мельда оттолкнула его и подбежала к девушке, которая несколько секунд назад удивила их всех предупреждением: «Они идут».

Мельда перевернула девушку на бок, и все увидели глубокую рану, идущую вдоль грудной клетки. Жемчужины, нашитые на одежду девушки, были обагрены кровью. Мельда оглянулась через плечо, широко раскрыв глаза от удивления.

– Энгль, позови на помощь!

Энгль тут же бросился бежать. Тору стало даже интересно: Энгль так быстро послушался её потому, что проникся к ней уважением после их смертельно опасного путешествия, или же это сработала её эмблема лидера?

– Тор, сделай что-нибудь! – сказала Мельда, изо всех сил зажимая рану.

Девушка по-прежнему не двигалась.

Если кто-то и мог её спасти, то это Тор. Месяц назад он стал самым могущественным созданием на Острове Эмблем, унаследовав все способности Ночной Ведьмы. У него уже появилась первая новая эмблема.

И, если верить предсмертным словам Ночной Ведьмы, за нею последуют и другие.

Тор присел на песок рядом с Мельдой и положил дрожащую руку на плечо девушки. Оно было холодным как лёд.

– Я… не знаю как.

Мельда оторвала край подола своей длинной юбки и крепко обвязала им туловище девушки. Вскоре светло-голубая ткань окрасилась красным.

– Проснись! – воскликнула Мельда, и Тор вздрогнул. У владельцев лидерских эмблем были особенно громкие голоса. Уж он-то это знал. До того, как он загадал желание, которое навлекло на него проклятие, он тоже носил на запястье такие же пурпурные кольца, которые говорили всем, что он будущий лидер.

Мельда без предупреждения бросилась к воде. Тор, под руками которого уже собралась небольшая лужица крови, увидел, что она схватила что-то наполовину закопанное в песке.

Вскоре Мельда вернулась и, прежде чем Тор успел хотя бы закрыть уши, поднесла раковину к губам и громко дунула в неё.

Солёный воздух прорезал звук, похожий на сирену, и глаза девушки резко открылись.

Где-то вдали слышались крики. Тор узнал три голоса: Энгль, миссис Эрида, единственная целительница в деревне, и его мама – касика Эстрели.

– Ты выживешь, – ровным голосом сказала Мельда девушке. – Кто сделал это с тобой? Кто идёт сюда?

Девушка вдруг прикрыла зелёные глаза. Одной рукой она нащупала рану, потом села, вздрогнув от боли. Её длинные серебристые волосы были испачканы песком и кровью.

Её пальцы дрожали, а вот голос – нет. Она ответила:

– Пираты.

Свирепое море

Там, где есть сокровища, есть и пираты.

А там, где есть пираты, есть и русалки.

А там, где есть русалки, есть голод.

Море – это бездонный котёл, и пираты сидят и кипят в нём, мирясь и со жгучей солью, и со звёздной красотой.

Ибо за любой дар, который приносит море, оно требует вдвойне.

Бойся песен, сладких как мёд, которые звучат во тьме.

Никогда не заключай договор с пиратом, если он подпишет его не своей кровью.

Не доверяй безоблачному небу, ибо за ним почти всегда приходит шторм.

И прежде всего никогда слишком пристально не смотри в море…

Ибо море в ответ посмотрит на тебя.

2
Калаверас

Целительница остановила кровотечение. Тор старался не смотреть на свои руки – они были перепачканы красным как раз там, где проходила его линия жизни. Вместо этого он смотрел на горизонт, в любой момент ожидая появления кораблей.

– Пираты? – спросил Тор и повернулся к миссис Эриде, которая зашивала рану. Она смазала её обезболивающим маслом ивовой коры, но девушка всё равно прикусывала губу с каждым уколом иголки.

Девушка кивнула, её лицо по-прежнему оставалось очень бледным.

– И не просто пираты.

Она прошептала следующее слово таким же тоном, каким Тор когда-то говорил «Ночная Ведьма».

– Калаверас[1].

Рядом с ней присела мама Тора, касика Луна.

– Ты уверена?

Девушка кивнула.

– Кто такие Калаверас? – спросил Энгль, тоже стоявший лицом к морю. – Я ничего не вижу.

Тору стало чуть легче. Если уж Энгль, обладатель эмблемы дальновидящего, которая позволяла ему видеть на огромные расстояния, не видел пиратов, значит, до них ещё много миль. Интересно, сколько времени понадобилось девушке с меткой ихтиандра, чтобы добраться до берега? Откуда она?

Касика Луна покачала головой.

– Калаверас – просто миф. Группа пиратов, проклятых Ночной Ведьмой. Они обречены вечно ходить под парусом совсем близко от суши, но так и не сойти на берег.

– Но теперь Ночной Ведьмы больше нет, – быстро сказала Мельда.

Тор сглотнул.

– А это значит, что и её проклятия тоже больше нет.

Скорее всего, в тот день были разрушены все её проклятия, а не только то, от которого страдал Тор. Он вспомнил последние слова Ночной Ведьмы:

И не сомневайся, Тор Луна: тьма уже приближается к твоей деревне.

Девушка зашипела, когда миссис Эрида приложила палец к швам, безмолвно ускоряя заживление раны. А потом она повернулась к Тору.

– Они забрали мою бабушку. И всех остальных.

Она посмотрела на хорошо заметную эмблему-рыбу на его рукаве.

– Ты можешь мне помочь, я знаю.

Тор быстро натянул рукав пониже. Миссис Эрида отвлеклась, копаясь в своём мешочке. Она вряд ли увидела новую отметку, которую он скрывал, но всё-таки нужно быть осторожнее. Никто, кроме его друзей и родителей, не знал, что произошло с прежней эмблемой.

Когда он снова повернулся к девушке, на её лице играла хитроумная улыбка, словно она только что узнала его тайну и теперь думала, как воспользоваться ею в своих целях.

Мельда внимательно посмотрела на неё.

– Кто ты? Откуда?

Девушка ответила ей холодным взглядом.

– Я Веспер. Я из поселения ихтиандров, известного как Клинок-в-Чешуе.

Касика Луна поднялась; её загорелые колени были перепачканы песком.

– Значит, он существует, да? Забытый город Клинок-в-Чешуе?

Веспер кивнула.

– Он такой же настоящий, как Ночная Ведьма и Калаверас.

Она стиснула зубы, когда миссис Эрида наложила на зарубцевавшуюся рану бальзам.

– Кто-то из наших собратьев предал нас. Привёл Калаверас в наш город и помог обойти защитные чары.

Тор потёр виски; голова начинала сильно болеть.

– Почему они напали? Что они ищут?

Веспер пропустила локон своих странных серебристых волос сквозь пальцы.

– То же, что и любой стоящий пират. Они хотят править всеми морями.

Она посмотрела на океан. Пенистые волны бились о берег всё ближе и ближе к её ногам, словно хотели схватить её и утащить обратно.

– Они ищут Пиратскую Жемчужину.

Ноздри касики Луны раздулись. Тор повернулся к матери.

– Ты слышала о ней?

Похоже, касика Эстрели знала о море много больше, чем рассказывала Тору.

Её рука сжалась в кулак; пурпурная эмблема лидера ярко выделялась на её запястье.

– У меня есть книга. Её написали давным-давно и передавали в семье из поколения в поколение. В ней рассказано… обо всём этом.

Веспер скорчила гримасу.

– Хорошо, что хоть кто-то это записал. Жители Клинка-в-Чешуе слишком суеверны, чтобы записывать эти мифы на бумагу. Калаверас пришли в поисках жемчужины. Её доверили моему народу, и она пробыла у нас не один век – но пираты не знали, что её уже давным-давно украли.

– Кто украл? – спросил Тор.

Она покачала головой.

– Не знаю. Но Калаверас не остановятся, пока не найдут её. Жемчужина управляет всеми морями. Если она попадёт к ним в руки, они смогут затопить весь Остров Эмблем, если захотят. Или осушить океан. – Веспер глубоко вздохнула. – Они идут сюда. Они вряд ли намного от меня отстали. Вам нужно торопиться. Они собираются захватить Эстрель и сделать деревню своей базой для поисков жемчужины. Они сожгут всю деревню ради господства над морями. Или просто потому, что им захочется. Теперь, когда проклятие снято, они отчаянно хотят вернуться на сушу. И посеять хаос.

Хаос. В Эстрели.

Целительница наложила последнюю притирку, которая пахла мёдом и мятой. Кивком показав, что её работа здесь окончена, она торопливо пошла обратно в деревню – несомненно, для того, чтобы предупредить родных о надвигающейся опасности.

Касика Луна выпрямилась. Тору представлялось, что она уже строит в уме планы: как эвакуировать деревню, где найти безопасное место для её жителей. Но, возможно, времени у них не будет. В деревне слишком много народу, и они не смогут уйти далеко. По крайней мере, если пираты действительно жаждут грабежа настолько сильно, как утверждает Веспер, и если они действительно уже так близко, как ей кажется.

Тор и Мельда переглянулись. Мельда на мгновение прикрыла глаза, и Тор понял, что она думает о том же, о чём и он. Они оба пережили уже столько приключений, что хватило бы на целую жизнь. Они устали. Даже Энгль, всегда готовый к новым впечатлениям, выглядел настороженным.

Когда Мельда открыла глаза, по-прежнему поразительно серые, напоминавшие о том, какой же катастрофой обернулось их прошлое приключение, её лицо оставалось спокойным.

– Ночная Ведьма прокляла Калаверас. Может быть, у неё было что-то, что способно их остановить.

Энгль резко обернулся к ней; Мельда достала из кармана монетку и зажала её между пальцами.

Монетка телекорпа, зачарованная так, чтобы доставить их домой после того, как путешествие к Ночной Ведьме закончится. Она поблёскивала в солнечном свете, словно до сих пор сохранила часть своих сил.

Энгль уставился на неё.

– Думаешь, она сможет перенести нас между Эстрелью и зáмком Ночной Ведьмы?

Мельда кивнула.

Тору не хотелось возвращаться в то место. Именно там его заставили занять место Ночной Ведьмы – после того, как она сочла себя слишком неправедной, чтобы сражаться со злом, которое, по её словам, угрожает Острову Эмблем.

Тор вдруг понял, что уже тогда она знала, что Калаверас придут. Она точно знала, что случится после её смерти: разрушатся проклятия, воцарится хаос. Тем не менее она умерла и завещала всё это ему, своему наследнику.

Он ненавидел Ночную Ведьму – даже больше, чем раньше.

Но Эстрель в опасности. Тор увидел это в морщинках на лице мамы, пока та раздумывала, как же спастись. Так что он шагнул вперёд и положил руку на ладонь Мельды. То же самое сделал и Энгль.

– Мы скоро вернёмся, мам.

Казалось, мама начнёт протестовать, она даже открыла рот – но потом кивнула. Возможно, радовалась, что сын окажется далеко от побережья.

Но прежде чем они исчезли, заговорила Веспер:

– Постойте! Я могу помочь.

Мельда приподняла бровь и с сомнением посмотрела на неё.

Веспер со стоном поднялась на ноги. Мама Тора протянула ей руку, чтобы поддержать. Девушка отбросила серебристые волосы и показала метку на шее, прямо под ухом. Драгоценный камень.

Эмблема.

Тор уставился на неё.

– У тебя их две?

На Острове Эмблем иметь больше одной эмблемы считалось грехом. Именно поэтому Ночной Ведьмы так боялись, именно поэтому Тор так тщательно скрывал свою новую метку. Никто не должен иметь больше одной эмблемы; это слишком большая сила, чтобы можно было распоряжаться ею ответственно.

Веспер кивнула.

– У всех в Клинке-в-Чешуе по две эмблемы.

Плечи Тора чуть-чуть приподнялись, словно с них упала часть тяжкого бремени. Может быть, он не так уж и одинок. Может быть, он не злодей.

Он не знал, что означал драгоценный камень, но если уж Веспер сказала, что может помочь им остановить пиратов и не дать им напасть на Эстрель, он поверит ей. Даже если Мельда своим взглядом даст ему понять, что она ей не доверяет.

Веспер положила ладонь поверх руки Тора. А потом они вчетвером исчезли.

Проклятие Калаверас

Говорят, что когда на море штиль, в полночь в день полнолуния на горизонте можно увидеть корабль из дыма и костей.

Он никогда не останавливается, ни на мгновение. У него нет якоря. Он просто плывёт всё время, направляясь к деревням, которые не может разграбить. К портам, где не может пришвартоваться. К суше, до которой не может добраться.

Калаверас строили корабли из костей своих жертв – и этих жертв было много. Когда-то, давным-давно, существовал кодекс чести, действующий во всех водах. Но Калаверас хотели не только сокровищ – они хотели власти. Так что они выдумали собственные правила. Они топили любой корабль, который посмеет направиться в их сторону, поклявшись, что когда-нибудь станут последними кораблями во всём море. Убийства не прекращались даже на земле. Калаверас высаживались на сушу только для того, чтобы сеять хаос.

Их нужно было остановить.

Храбрый молодой пират отдал свою кровь в жертву океану, взмолившись, чтобы жестокое правление Калаверас закончилось. Ночная Ведьма была далеко, но всегда рядом; она услышала его мольбу. Она решила, что Калаверас стали слишком сильны, что они угрожают даже её тёмным силам.

И она сплела проклятие, смертоносное и жестокое, как паутина. Оно навеки заточило Калаверас на их кораблях и опустило их на морское дно. Лишь самый большой, флагманский корабль под названием «Тибурон»[2] остался на плаву, обречённый всегда ходить под парусом и никогда не пристать к берегу.

3
Корабль Ночной Ведьмы

Когда они опустились на землю, в ушах Тора свистел ветер. Он едва чувствовал ноги, словно в те мгновения, что потребовались для путешествия, кто-то разобрал их по косточкам, а потом снова склеил. В прошлый раз друзья добрались быстрее. Может быть, с каждым использованием монетка теряет силу?

Они приземлились на маленьком поле на вершине скалы, на которую Тор забирался месяц назад. Трава была бледной, не имела вообще никакого цвета, не считая редких чёрных пятен. Ни неба, ни солнца не было видно за густым туманом. Тор поёжился. Было холодно, как зимой.

Перед ними, в сотнях футов внизу, простиралось Озеро Пропащих, серое, как глаза Мельды, и до странности спокойное. Энгль, стоявший рядом с Тором, замер. Он крепко зажмурился и сжал зубы. Мельда нащупала руку Энгля, потом Тора и на мгновение схватила их, вспоминая. Веспер стояла в нескольких футах от них.

Через мгновение Энгль улыбнулся и сказал:

– Будем надеяться, что у ведьмы есть что-нибудь в закромах. Я не завтракал.

Тор ухмыльнулся в ответ, потом повернулся и замер.

Перед ним раскинулся замок Ночной Ведьмы – бесконечные на вид стены из серебряного кирпича, сводчатые окна, десятки башен, спиралями уходящих к небу и увенчанных каменными статуями разных существ. Все они не сводили глаз с Тора, когда тот сделал первый шаг.

Тору очень хотелось ненавидеть этот замок, но что-то в глубине его души щёлкнуло и встало на место, словно головоломка, которую он складывал, даже не замечая этого.

Тор практически слышал где-то в своём воображении смех Ночной Ведьмы.

– Идём скорее, – сказал он, пытаясь прогнать от себя это ощущение, и направился к блестящим входным дверям, сделанным из чистого металла.

Но они были без ручки.

Но Тор знал, что делать. Он прижал ладонь к холодному железу, и двери открылись, впустив друзей в огромный зал с таким прозрачным потолком, что ребятам даже показалось, что они так и остались на улице.

– Что мы ищем? – спросил Энгль. Его всевидящие глаза двигались туда-сюда; он уже запоминал каждый уголок этого зала.

– Я… я не знаю, – ответил Тор и повернулся к Мельде.

Та пожала плечами.

– Наверное, что-нибудь, связанное с морем.

Они разделились. Тор поднялся по стольким лестницам и прошёл столько коридоров, что, наверное, в любом другом замке уже испугался бы, что заблудится и уже никогда не выберется из этого лабиринта. Но он чувствовал, словно ему всё здесь знакомо, словно невидимая нить тянет его за собой.

Он остановился в библиотеке. Шкафы в ней доставали до потолка, и лишь на самых верхних полках стояли книги – до них можно было добраться с помощью приставной лестницы. На остальных полках лежали различные вещицы. Драгоценные камни, свёрнутые карты, маленькие статуэтки. Тор потянулся было к песочным часам, но тут за спиной заскрипели половицы.

– Как? – Веспер.

Он повернулся к ней.

– Что «как»?

Она шагнула вперёд.

– Никто, кроме нашего народа, не может иметь этой эмблемы. – Она кивнула на его руку. – Как ты заполучил её?

Тор простёр руки, показывая на замок.

– Ночная Ведьма. Она дала мне эмблему, о которой я всегда мечтал.

Веспер подняла бровь.

– Жестокая злодейка из худших детских кошмаров просто подарила её тебе по доброте душевной?

Тор невесело засмеялся.

– Нет.

Он задумался, стоит ли вообще говорить ей об этом – о тайне, которую он скрывал уже целый месяц. Веспер явно не нравилась Мельде – судя по всему, Мельда ей не доверяла. Но, пусть сам Тор ещё так и не решил, как относиться к девушке-ихтиандру, он сказал:

– Она дала мне и другие способности. И обязанности.

Веспер уставилась на него зелёными глазами. Тор нахмурился.

– Я не хотел этого. Ничего, что с ней связано. Отдав их мне, она просто наложила на меня проклятие – чтобы снять предыдущее, из-за которого я её и искал.

Веспер наклонила голову вбок.

– Да, это в самом деле проклятие.

Она, похоже, хотела сказать что-то ещё, но потом посмотрела чуть выше головы Тора, на те полки, которые он разглядывал чуть раньше.

На средней полке лежал маленький якорь – прямо рядом с миниатюрной серебряной снежинкой. Они были такого размера, что их легко можно было бы подвесить на браслет как обереги.

– Вот что нам нужно, – сказала Веспер и забрала и то и другое. Повернувшись, чтобы уйти, она заметила, что Тор недоумённо смотрит на неё.

– Поверь мне, – просто добавила она.

И, поскольку собственного плана у Тора не было, он забрал песочные часы, на которые обратил внимание, а потом пошёл обратно вниз, в большой зал.

Тор, Энгль и Мельда выбежали из замка, следуя по пятам за Веспер. Девушка-ихтиандр бежала к скале, не останавливаясь.

– Куда она направляется? – спросила Мельда, сложив руки на груди и недовольно нахмурившись.

– Даже не представляю, – ответил Тор.

В нескольких футах от края скалы Веспер вдруг остановилась. Тор, тяжело дыша, догнал её. Энгль внимательно смотрел на два украшения в её руке.

Веспер взяла двумя пальцами маленький серебряный якорь и бросила его в Озеро Пропащих.

– Ты что, с ума сошла? – ужаснулась Мельда.

Веспер лишь ухмыльнулась. Она вытянула руку, когда крохотное украшение исчезло из виду; Энгль отвернулся, когда якорь исчез под водой.

Тор задумался, стоило ли доверять незнакомке.

А потом озеро вдруг задрожало. Пошло пузырями. Тор отступил на шаг: из серой воды что-то появилось, подняв такой столб брызг, что они взметнулись почти до вершины скалы.

Из озера носом вперёд вынырнул корабль и опустился на водную гладь с ещё более громким плеском. Он казался огромным даже с расстояния в несколько сотен футов – чёрный как ночь, с парусами, сделанными из паутины.

Энгль моргнул.

– Так что, говоришь, делает твоя вторая эмблема?

Веспер сжала пальцы в кулак, а потом распрямила, хрустя костяшками.

– Я могу менять размеры любой вещи, делать её большой или маленькой.

Она протянула руку, и Тор увидел, как корабль уменьшился настолько, что его невозможно было разглядеть, а потом подплыл по воздуху прямо к ладони Веспер. Маленький серебряный якорь теперь соединялся с крохотным кораблём цепочкой, которая тянулась по её большому пальцу.

– Откуда ты узнала, что в озере прячется корабль? – спросила Мельда.

Веспер пожала плечами, потом подняла запястье. На нём был браслет с примерно полудюжиной оберегов.

– Моя эмблема помогает мне чувствовать вещи, которые заколдовали и сделали маленькими. Когда мы появились на скале, я почувствовала, что что-то прячется в воде, а увидев якорь, я поняла, что это. На некоторых вещах чары действуют подобно замкáм, и, чтобы рассеять их, нужны соответствующие ключи. Якорь – это ключ.

– А снежинка? – напряжённо спросила Мельда.

Веспер протянула маленькую снежинку Тору. Та ярко блеснула, коснувшись его кожи – весьма своеобразное приветствие.

– В ней спрятаны чары, которые не дадут Калаверас добраться до берега.

Снежинка на ладони Тора казалась холодной.

– Как?

– Она заморозит их. Но не навсегда. И нам нужно будет подплыть достаточно близко, чтобы это сработало.

Мельда нахмурилась.

– И что нам делать, когда они снова оттают? Эстрель всё равно будет в опасности.

Тор стиснул зубы. Он знал, что происходит: начинается очередное приключение, в котором ему совсем не хочется участвовать. Но Мельда была права. Снежинка – лишь временное решение.

– Пиратская Жемчужина подарит им господство над всеми морями, да?

Веспер кивнула.

Тор вздохнул.

– Тогда нам нужно будет найти её раньше их. И с её помощью отправить пиратов туда, откуда они пришли.

Мельда отвернулась от него. Она машинально потянулась к кулону, которого у неё больше не было – раньше она всегда вертела его в руках, когда волновалась.

Энгль пожал плечами.

– Я только сегодня утром говорил, что скучаю по приключениям.

Мельда сердито посмотрела на него.

– Я ни по чему не скучаю. – Она повернулась к Тору. – Но сейчас, похоже, у нас просто нет выбора.

– Я готова, – сказала Веспер. (Эти слова нисколько не успокоили Мельду.)

А потом они снова положили ладони на золотую монетку, чтобы вернуться домой. Она засветилась – и один вздох спустя ребята стояли перед совсем другой водой.

Сапфировое море, рядом с которым располагалась деревня Эстрель, было синим, будто драгоценный камень. Невероятно насыщенно-синим до самого горизонта.

До двенадцати кораблей, сложенных из клубящегося дыма и костей.

– Калаверас, – выдохнула Веспер.

Тор крепче сжал в руках снежинку, и металлические края украшения впились ему в ладонь. Он ещё никогда не видел таких огромных кораблей. Даже корабль Ночной Ведьмы, увеличенный до своих настоящих размеров, мог целиком поместиться в трюме одного из кораблей пиратов.

Энгль сглотнул. Благодаря своей эмблеме он видел намного дальше Тора.

– Их там сотни… и они… они…

– Мертвы? – спросила Веспер.

– На них больше костей, чем плоти! – сказал он.

Веспер кивнула.

– Проклятие работает. Они должны добраться до суши, чтобы стать целыми.

До берега оставалась лишь миля.

– Тогда вперёд, – сказала Мельда.

– Тор, – послышался голос позади них.

Мама.

Она стояла, прижав к груди книгу.

– Мам, мне надо идти. У нас есть план, который остановит пиратов, по крайней мере, на время. И корабль.

Он попытался встать прямо, подняв подбородок, словно лидер, которым никогда не хотел стать, хотя пальцы у него немного подрагивали.

– Мам, мы сами найдём Пиратскую Жемчужину и спасём Эстрель.

Он поднял ладонь и показал ей шрам, который оставила Ночная Ведьма прямо посередине, ужасную отметину на линии жизни.

– Возможно, я единственный, кто может это сделать. Я должен попробовать.

По щеке касики Луны скатилась слеза. Тор ещё ни разу не видел, как она плачет.

– Я знаю.

Она встревоженно наморщила лоб. Её волосы – теперь седые, после того, как она отдала их цвет гоблину во время поисков сына, – были завязаны в хвостик.

– Я знаю, кто ты теперь и что должен сделать, – сказала мама. Она, как никто, знала, на какие жертвы порой приходится пойти, чтобы служить и защищать. – Тебе понадобится вот это. Давным-давно один из твоих предков спас пирата, которого выбросило на эти самые берега. В благодарность он подарил нам книгу. Легенды о морях. Ты прочитал бы её, если…

Она не договорила, но Тор закончил за неё фразу у себя в голове: «Ты прочитал бы её, если бы не загадал желание, которое сделало тебя новым Нечистым на Острове Эмблем, наследником Ночной Ведьмы. Ты бы прочитал её, если бы следовал правилам и стал будущим лидером Эстрели».

Она протянула ему книгу. Обложка была сделана из ракушек, беспорядочно слепленных между собой. Страницы пахли солью и рассолом; они давно пожелтели и кое-где порвались.

На обложке было написано: «Книга Морей».

– Мы не сможем сдержать их надолго, – сказал Тор, показав ей снежинку. Мама мельком взглянула на неё, затем снова посмотрела в глаза сыну. – Эстрель нужно эвакуировать… на всякий случай.

На случай, если у нас ничего не получится, хотел сказать он, но не сказал.

Касика Луна сглотнула.

– Этим займусь я, – сказала она и крепко обняла сына. – Хотелось бы мне сделать больше, чтобы защитить тебя. Хотелось бы сделать больше прямо сейчас.

Неподалёку Мельда обнимала свою маму. Должно быть, она пришла, хватившись дочери. Родители Энгля, учёные, были далеко отсюда – работали в Алебастровых Пещерах.

Тор в последний раз вдохнул запах корицы – запах дома, – зная, что теперь не скоро вернётся к маме.

– Ты сделала всё правильно, – сказал он. Тор отстранился и попытался улыбнуться. – Это я загадал плохое желание.

Она взяла его за руку и нажала ногтем на ладонь. Не на линию жизни, а на шрам, оставленный Ночной Ведьмой.

– Я могу отпустить тебя только потому, что знаю, кто ты. И какими силами теперь владеешь. – Касика Луна вздрогнула. – Ты сильный, Тор; всегда был сильным. Не дай этой новой части изменить тебя.

Тор снова обнял маму. Она подозвала Энгля и обняла и его.

– Приглядывайте друг за другом, вы трое, – сказала она, обращаясь к Мельде, Энглю и Тору. Потом она посмотрела на Веспер и кивнула – она не знала, можно ли ей доверять, но выбора не оставалось.

Тор сжал мамину руку. А потом повернулся к морю.

Они вошли по колено в океанские воды, потом Веспер бросила маленький кораблик в волны. Повинуясь указаниям её руки, он принял ровно такой размер, чтобы они смогли все в него забраться. А потом, чем дальше они отходили от берега, тем больше он становился. Тор крепко держался за переборку, а корабль всё расширялся прямо вокруг них. Когда они ушли так далеко в море, что мама превратилась в далёкую маленькую фигурку, корабль раскрылся словно цветок, подняв тучу брызг, и их всех подбросило в воздух. Тор отпустил переборку, и его отбросило в самый центр палубы. Деревянные доски становились всё длиннее и длиннее, а борта расходились всё дальше. Лишь когда вода стала тёмно-синей, корабль принял свою истинную форму, с фигурой русалки на носу.

Тор, пошатываясь, поднялся, разглядывая корабль. Устойчивый как суша, но текучий как море. Мальчик хотел осмотреть каждый его дюйм, но сейчас на это не было времени. Тор прошёл к носу, чувствуя запах солёной воды; ветер завывал в ушах, развевая волосы.

Корабли из дыма и костей были уже так близко, что он видел их пассажиров. Энгль был прав. Команда выглядела почти неотличимо от самогó костяного судна – лишь небольшие участки их тел были покрыты кожей. Какой-то человек ухмыльнулся Тору; у него сохранилась лишь половина губ и четверть зубов.

– Тор. – Мельда встала с одной стороны от него, Энгль – с другой.

Он кивнул.

– Знаю.

Они дрейфовали всё ближе. Ветер всё так же развевал их волосы, а солёная вода щекотала ноздри.

– Тор.

– Ещё чуть ближе.

Они направлялись прямо к флагманскому кораблю, чудовищному судну с призрачной носовой фигурой акулы с разинутой пастью, обнажавшей ряды острых зубов.

Зубы становились всё больше и больше… и всё ближе.

– Тор!

Он размахнулся и со всей силы бросил снежинку в воду между их кораблём и кораблями пиратов.

Океан затрещал, едва снежинка коснулась воды. Он превратился в лёд, который шёл волнами, распространяясь быстрее ветра. Корабли заскрипели, вмерзая в лёд. А он не ограничился одной лишь водой – лёд поднимался вверх, ненасытный, захватывая трюмы, палубы, замораживая полумёртвых моряков ещё до того, как они успеют хотя бы двинуться; крики стихли, едва начавшись. Кто-то успел бросить саблю, но и она замёрзла, не долетев до корабля Ночной Ведьмы, и с грохотом упала вниз, на лёд.

Замороженные. Целый флот кораблей и люди, похожие на ряд статуй.

Но не все стояли неподвижно. Три человека как-то сумели спастись ото льда. Один – в широкой чёрной шляпе, которая парила прямо у него над головой; должно быть, капитан Калаверас. Рядом с ним – кто-то с волосами как у Веспер, такими же серебряными. Предатель Клинка-в-Чешуе.

А между ними – человек в длинном плаще с капюшоном, от вида которого по спине Тора пробежал холодок. У него не было рта – лишь болезненная, бледная кожа, слишком туго натянутая на лице. Его глаза были чёрными, живыми казались лишь маленькие жёлтые искорки где-то в глубине. Он уставился на Тора с пугающим напряжением, затем склонил голову – как раз в тот момент, когда лёд снова попытался поглотить их. Прежде чем лёд успел добраться до этих троих, человек в капюшоне сотворил пурпурное пламя на ладони. А потом все трое исчезли в ещё одной вспышке сиреневого цвета.

– Бабушка!

Веспер схватилась за борт, и Тор, проследив за её взглядом, увидел на другом корабле женщину с серебряными волосами; замороженная, она тянулась к внучке. Она была окружена другими людьми в чешуйчатой одежде и с такими же странными волосами. Народ Веспер. Судя по всему, их забрали из Клинка-в-Чешуе, и теперь их, как и всех остальных, захватило снежное проклятие.

– Это не навсегда… – прошептала Мельда.

Веспер резко обернулась.

– Знаю, – отрезала она, потом глубоко вздохнула. – Это сильные чары… У нас есть две недели, прежде чем лёд растает. Две недели, чтобы найти жемчужину.

– Откуда ты знаешь? – спросил Энгль.

Она нетерпеливо покачала головой.

– У колдовства есть энергия. Когда она распространяется, становится больше или меньше, я чувствую это.

Энгль воспрял духом.

– А ты можешь сделать меня маленьким? – Он повернулся к Тору. – Если я стану маленьким, то моя хижина будет для меня дворцом! – Он просиял. – А один пончик будет как тысяча пончиков!

Мельда сердито посмотрела на него. Тор вообще пропустил его слова мимо ушей.

– Вы видели эту… – Тор не мог подобрать подходящего слова. – Фигуру?

– Это спектраль, – сказала Веспер, меряя шагами палубу. – И если он помогает Калаверас, то мы в куда большей опасности, чем думали.

– Эти трое сумели сбежать, – сказала Мельда. – Они попытаются найти жемчужину сами, верно?

Веспер кивнула.

– Калаверас – самые жестокие пираты из всех, что когда-либо выходили в море под парусом. Получив Пиратскую Жемчужину, они будут неудержимы. Ни один корабль, ни одно прибрежное или даже подводное поселение не будут в безопасности.

Тору очень хотелось вернуться домой. Он не стремился к новым приключениям. Больше всего ему хотелось, чтобы Ночная Ведьма выбрала кого-то… кого-то другого. Но Эстрель была в опасности, поэтому он сказал:

– Тогда нам нужно найти её быстрее, чем они.

Энгль почесал щёку.

– И как нам это сделать? Мы же даже не знаем, с чего начать.

Течение относило их к востоку, в сторону от замёрзших кораблей. В сторону от Эстрели. От родных.

Веспер протянула руку к браслету.

– Моя семья много поколений хранила карту морей.

Она отстегнула от браслета украшение в виде морского гребешка, положила его на ладонь и увеличила.

А потом открыла.

В воздухе заплясали яркие цвета, вырываясь из ракушки, словно лава из жерла вулкана. Они кружились и изгибались: красный цвет заката, синий – рыбьей чешуи, зелёный – Зуры, серебряный – лунного цвета. Потом они опустились на широкую палубу, и из них собралась объёмная картина. Тор отступил на шаг, когда прямо у его ног появилось море, затем горы и длинные полоски земли.

С громким воем все цвета и оттенки встали на свои места.

– Это Остров Эмблем, – сказала Мельда, смотря на странную карту.

– А вот это мы! – воскликнул Энгль, показывая пальцем.

Он был прав. На море покачивался крохотный кораблик неподалёку от флота замёрзших кораблей. Тору, чтобы разглядеть его, пришлось опуститься на колени, а рядом с ним присела Мельда. Они напоминали великанов, которые разглядывают остров из-за облаков.

Мельда подняла голову.

– Эта карта впечатляет, но мы до сих пор не знаем, куда нам плыть.

– У меня есть идея. – Веспер повернулась к Тору. – Можно посмотреть в ту книгу?

«Книга Морей» упала к его ногам, когда их корабль достиг огромных размеров. Тор поднял её и передал Веспер. Та начала быстро листать книгу, разглядывая названия на каждой странице.

А потом она резко кивнула.

– Вот. Я знала, что она поможет. – Она закрыла книгу прежде, чем Тор успел увидеть что-либо. – И история такая же, какую слышала я.

– Кто она? – спросил Энгль.

– Мора, кровавая царица моря.

Всевидящие глаза Энгля стали огромными, как дублоны.

– Кровавая царица?

– Она помогает тем, кто в море, совершить месть. А ещё она очень стара. Она может рассказать нам, где найти Пиратскую Жемчужину и как отомстить Калаверас. Легенда гласит, что она не больше нашего хочет, чтобы они правили всеми морями.

Мельда фыркнула.

– Ну да, она может нам помочь. Но какой ценой?

Веспер пожала плечами.

– Думаю, мы это всё узнаем на месте.

Мельда повернулась к Энглю и Тору, словно ждала, что они не согласятся с планом Веспер – искать кровавую царицу.

Тор не хотел идти против Мельды. Он доверял подруге. Но Веспер пришла к ним из моря, что было само по себе невероятно, и никаких других зацепок у них не было.

Он оглянулся через плечо на длинный ряд замёрзших кораблей, который был уже довольно далеко. Течение уносило их всё дальше в открытое море.

Веспер сказала, что морозное колдовство действует лишь две недели. А это значит, что время пошло.

– Думаю, стоит попробовать, – сказал он.

На лице Мельды мелькнуло изумление, которое быстро сменилось вспышкой боли.

Она повернулась к Энглю:

– А ты согласен?

Энгль не выглядел таким же уверенным, но он повернулся к Тору и улыбнулся – одними губами, но не взглядом.

– Я в деле. Никогда не встречался с кровавыми царицами, но она же не может быть ещё хуже, чем королева Аурелия, верно?

Мельда напряжённо посмотрела на Веспер и сказала:

– Очень хорошо. И где нам искать эту кровавую царицу?

Веспер провела рукой в воздухе, словно играя на невидимой арфе. Карта увеличилась, показав один из берегов, и продолжала расти, пока Тор не увидел большую пещеру. Внутри сидела женщина с голубой чешуёй на руках и груди. У неё были серебряные, мокрые от воды волосы и ярко-синие глаза. Она моргнула, и цвета рассыпались в сторону. Карта начала уменьшаться, и вскоре они снова увидели самих себя.

– Смотри, – сказала Веспер.

Тор сосредоточился на корабле, рядом с которым появилась серебристая линия. Она пересекала море, маня их за собой. Тор, Веспер, Мельда и Энгль внимательно следили за линией – она прошла через палубу, потом по лестнице на верхнюю палубу, извиваясь вокруг побережья Острова Эмблем. Остановилась она, лишь добравшись до островка, где сидело миниатюрное изображение кровавой царицы.

Веспер закрыла ракушку, и карта исчезла.

– Теперь, когда мы нашли её на карте, она покажет нам путь.

– Вот это гром и молния! – воскликнул Энгль. – Как думаешь, у неё еда в пещере есть? Я сегодня ещё не завтракал.

Мельда вздохнула.

– Что-то в этом я совсем не уверена, – ответила она. – И у нас есть проблемы посерьёзнее, чем твой бесконечный аппетит.

Она вскинула руки и повернулась, подчёркивая свои слова.

– Как, во имя Эмблем, мы собираемся управлять кораблём?

Тор сглотнул. Об этом он совсем не задумывался. На корабле даже штурвала не было.

Веспер хмуро повернулась к Тору.

– Ты сказал, что Ночная Ведьма даровала тебе свои силы, правильно?

Мельда кинула на Тора быстрый взгляд. Он отвернулся, не зная, зачем вообще столько всего рассказал Веспер. Незнакомке!

Но он рассказал. А теперь они вместе отправились в путешествие.

Тор кивнул.

– Корабль принадлежал ей, и он не похож на другие. Посмотри. – Веспер подбородком показала на замёрзший флот, который уже расплывался в дымке на горизонте.

– У них больше канатов, мачты тоже не такие. И штурвала нет.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросила Мельда.

– Раз он унаследовал её способности, это теперь его корабль. Только он может им командовать.

– И как ты предлагаешь это сделать? – недовольно спросила Мельда.

Веспер не сводила глаз с Тора.

– Подумай о том месте, куда мы должны попасть. Представь его в своём воображении. Почувствуй запах моря, представь кровавую царицу и остров, словно они прямо перед тобой.

Тор закрыл глаза. Он вспомнил кровавую царицу на карте, тёмную лужу, накапавшую с её волос. По его спине пробежал холодок, и он вспомнил другую женщину. И другую тёмную лужу. Похожую на оторванный кусок ночного неба. Ту, в которой он едва не утонул.

Послышался треск, и Тор открыл глаза. Паруса из паутины раскрывались и расправлялись на глазах, словно папины пирожки в печи или простыни на верёвке, подхваченные магическим ветром. Затем паутина отпала, превратившись в тёмную, как полуночное небо, ткань, усыпанную серебряными звёздами.

Затем послышался хлопок – канаты отвязались от мачт и вдруг полетели по воздуху прямо на Тора.

Он попытался увернуться от них, но канаты оказались быстрее – через мгновение они уже обвязали его запястья и лодыжки.

Мельда ахнула, но Веспер подняла руку, показав, что не надо пытаться освободить Тора.

Канаты на мгновение вспыхнули золотистым светом.

А затем корабль повернулся, ведомый невидимой рукой, и отправился в путь.

Тор прикрыл глаза, чтобы в них не попадала солёная вода – брызги постоянно летели на палубу, когда корабль спускался с гребня одной волны и поднимался по следующей. Океан шипел, волны были такими высокими и суровыми, словно само море пыталось остановить их путешествие.

Они плыли уже целый час, канаты по-прежнему крепко держали Тора.

Мельда схватилась за борт корабля и посмотрела на него; её губы побледнели.

– Ты можешь попробовать вести корабль ровнее?

Энгль ухмыльнулся ей. Он даже не пытался за что-нибудь держаться и радовался, когда его подбрасывало на очередной волне.

– А ты можешь просто повеселиться немного?

Веспер сидела на нижней палубе, перебирая обереги на странном браслете; её, похоже, качка нисколько не пугала. Да и не должна, подумал Тор. Она же из Клинка-в-Чешуе. Волны – это её стихия.

Тор потянул за канаты, обвязанные вокруг запястий и лодыжек, ощущая себя пленником. Его рука в ответ дёрнулась, словно он – кукла-марионетка, а корабль – кукловод.

Он стиснул зубы и попытался представить, как на этом корабле плавала Ночная Ведьма. Она ни за что бы не позволила кораблю собой командовать. Нет. Это она вела бы корабль – точно так же, как привела Тора, Энгля и Мельду в своё убежище.

Тор злился, от головной боли его уже начало подташнивать. Он изо всех сил потянул за канаты и мысленно проговорил чёткое послание – точно такое же, как когда он представлял себе кровавую царицу.

Канаты тут же ослабли. Они развязались и упали бесформенной грудой у его ног. Корабль, подчиняясь приказам Тора, постепенно стал идти ровнее. Он командовал волнами, а не подчинялся им.

– Ты укротил его, – сказала с нижней палубы Веспер.

Тор прошёл к правому борту, где стояли Мельда и Энгль. Мельда скривила верхнюю губу.

– Она мне не нравится, – тихо сказала она. – И, что ещё важнее, я ей не доверяю.

Энгль пожал плечами. Он откусил кусочек от странного шишковатого фрукта, который ему дала Веспер – она держала у себя на браслете миниатюрный мешочек с едой и увеличивала его до нормальных размеров, когда была голодна.

– Да ладно, она вроде нормальная. В конце концов, она же предупредила нас о Калаверас.

Энгль продолжил есть, громко чавкая; Мельда закатила глаза.

– А ещё она тогда умирала. Ей нужна была наша помощь.

Тор опустил глаза.

– Что ты хочешь сказать, Мельда?

Она посмотрела на море. Эстрель осталась далеко позади; берег превратился в тонкую линию, и никто, кроме Энгля, уже не мог на нём ничего разглядеть.

– Не знаю. – Она снова повернулась к Тору. – Просто… будь осторожнее, хорошо?

Тор кивнул и сказал:

– На самом деле у меня для тебя кое-что есть.

Он достал из кармана песочные часы, которые забрал из замка Ночной Ведьмы. Внутри пересыпáлись тёмно-синие песчинки. Часы были маленькие, c ладонь.

– Я не очень понимаю, что это, но, может, ты знаешь.

Мельда внимательно рассмотрела часы, наклоняя их из стороны в сторону.

– По-моему, это аренаора…[3] Мы изучали их на уроках лидерства.

Месяц назад, подумал Тор, она бы добавила к этому «Помнишь?». Но теперь она уже лучше знала его.

– Их можно настроить на задачу, или на событие, или на что угодно. Они отсчитывают время – в зависимости от того, что тебе нужно.

Она прикрыла глаза и прижала аренаору к своей эмблеме. Песок приобрёл такой же пурпурный цвет, а потом его вдруг стало больше, и он почти весь пересыпался на одну сторону.

– Что случилось? – спросил Энгль. – Что ты сделала?

Мельда открыла глаза и улыбнулась.

– Я только что подумала о морозных чарах, которые остановили Калаверас. Если я права, то песочные часы только что настроились на время, когда лёд растает. Теперь мы с точностью до секунды знаем, сколько у нас осталось времени.

Она повернулась к Тору.

– Спасибо.

Тор кивнул, потом подошёл чуть ближе к друзьям.

– Послушайте, я… – Он глубоко вздохнул. – Извините меня.

Энгль удивлённо поднял брови. Мельда молча уставилась на него.

– Нам слишком рано отправляться в новое смертельно опасное приключение, – сказал Тор. Он старался говорить беззаботно, но в животе у него пузырился страх, словно эликсир в котле. – И опять во всём виноват я.

Мельда открыла было рот, чтобы возразить, но Тор покачал головой.

– Да, я виноват. Ночной Ведьмы больше нет из-за меня, а Калаверас смогли напасть на Эстрель только потому, что ведьма умерла.

Он посмотрел на серебряную рыбу, нарисованную на его руке. Она блестела на солнце, её красотой можно было только любоваться.

– Это желание по-прежнему преследует меня… нас. Я каждый день о нём жалею. Каждый день. – Тор снова посмотрел в глаза друзьям. – Просто… простите меня. Мне очень жаль.

Энгль положил руку ему на плечо.

– Мы знаем, Тор, – сказал он и прошёл к книге, которую Веспер оставила на верхней палубе, «Книге морей». – Знаешь, морские чудовища ещё страшнее, чем чудовища из «Книги Куэнтос».

Энгль всегда интересовался чудовищными созданиями, и это немало помогло им в прошлом путешествии. Он лениво перелистал страницы, потом ухмыльнулся.

– Ну что, начнём с рассказа о кровавой царице?

Кровавая царица

Однажды море стало серым. Его жители сбежали в далёкие глубины, чтобы спрятаться от тьмы, которая пронеслась над Островом Эмблем и забрала с собою синеву океана. От тьмы, которая хотела уничтожить Остров Эмблем, каким он был – и каким он мог стать в будущем.

Но сильнее всего страдали русалки. Они больше не могли поднять головы к облакам, которые когда-то любили, и плавать по ярким водам, которые приносили им такую радость. Одни русалки умерли, другие обратились ко злу.

Многие волшебные создания вымерли в эти тёмные времена – они не смогли жить в вечной ночи.

Когда зло наконец ушло, осталась лишь единственная искра энергии. Единственный уголёк силы, который горел в самом сердце Острова Эмблем.

Главная русалка, Касамара, почувствовала эту искру. Она знала, что если сможет добыть хоть каплю этой силы, то спасёт свой народ. Так что она добровольно вызвалась выйти на сушу, даже зная, что назад в воду ей дороги больше нет, ибо русалка, покинувшая море, никогда не сможет вернуться.

Касамара нашла уголёк силы и принесла его частичку своему народу – и тем самым спасла его. Много лет она жила в пещере на суше, с тоской смотря на всё, что раньше любила, и в конце концов умерла от разбитого сердца.

После этого раз в столетие русалки выбирают одну из своих, чтобы она повторила славное путешествие Касамары и принесла морю немного новой силы. Большинство из них считали эту жертву великой честью – но одна русалка, Мора, отказалась отправляться в путь.

Тем не менее море даже против её воли выбросило её на берег. Навсегда привязанная к земле, Мора поклялась отомстить русалкам. Она не просто отказалась нести уголёк силы обратно в море… она забрала его себе.

Линия жизни Моры удлинилась вдвое, и целых двести лет она прожила в Пещере Касамары, неся погибель своему бывшему народу. Чтобы сохранить бессмертие, она заключила сделку с Ночной Ведьмой. Мора стала хранительницей ключей ко всем морским проклятиям Ночной Ведьмы, а в обмен каждый убитый ею человек продлевал ей жизнь.

Вот так Мора стала кровавой царицей, хранительницей тайн и проклятий океана и самым смертоносным из живущих в нём созданий.

4
Пещера Касамары

Корабль Ночной Ведьмы был оснащён для того, чтобы нести целую команду. Под палубой располагались десять кают – маленьких, но красиво декорированных, словно когда-то ими пользовалась сама ведьма. Как только Тор вечером вошёл в свою каюту, на богато украшенном прикроватном столике зажглась свеча. Паутина и пыль, скопившиеся в углах комнаты, опали – корабль чистил сам себя. Прямо из воздуха появились свежие простыни, с громким хлопком развернулись и мягко опустились на кровать. Волшебным был каждый дюйм этого корабля.

Тор выглянул из маленького круглого окошка. Волны бились в толстое стекло, затем отступали и возвращались снова. Он закрыл глаза и почувствовал корабль, словно какая-то его часть слилась с ним воедино. Корабль служил его продолжением.

Если верить Веспер, они доберутся до кровавой царицы на следующее утро.

Он сглотнул, вспомнив её историю. Как и Ночная Ведьма, она обрела свою силу, убивая других. Как давно в её пещеру не заглядывали путешественники?

Вдруг она убьёт их сразу, даже не заговорив?

Корабль накренился, и на пол упала ваза, разбившись на тысячу осколков. Прежде чем Тор успел наклониться, чтобы убрать их, они исчезли.

Нужно ложиться спать. Он зарылся под одеяло, и свеча погасла сама собой.

Вместе с темнотой пришли сны.

А во сне к Тору явилась Ночная Ведьма.

Она снилась ему почти каждую ночь после того, как закончилось их путешествие. Она умерла, но в его памяти она стала бессмертной. Сны всегда были одинаковы: Ночная Ведьма улыбалась, когда из неё исходила тёмная сила. Улыбалась, вдавливая свой палец ему в ладонь. А потом кошмар заканчивался: Ночная Ведьма прыгала со скалы и превращалась в дюжину птиц, половина из которых светлые, половина – тёмные.

Но на этот раз сон был другим.

На этот раз она говорила.

Её волосы парили вокруг головы, словно погружённые под воду. Они снова вернулись в ту пещеру на скале. Ночная Ведьма выглядела почти так же, как и в тот день, но немного изменилась. Её глаза остекленели, кожа стала полупрозрачной. Она печально улыбнулась.

– Надеюсь, ты помнишь, что я сказала тебе, Тор Луна, – сказала она; её голос был глубоким, словно океан. Она взяла его за руку и провела пальцем по его линии жизни. – Он идёт. Они все идут.

Она отвернулась и пошла прочь. Шёлковое платье струилось за ней.

– Кто идёт? – спросил Тор. Его голос звучал откуда-то издали. – Как мне их остановить? Где найти жемчужину?

Ночная Ведьма оглянулась через плечо, склонив голову. Она стояла всего в нескольких дюймах от края скалы. Она открыла рот – но прежде чем успела хоть что-то сказать, воздух прорезал громкий крик. Её глаза широко открылись.

А потом она снова прыгнула со скалы.

Тор сел в постели, и свеча тут же снова зажглась. На деревянной стене, покачиваясь в ритме морских волн, виднелась его длинная тень.

Его сердце стучало быстро, словно барабан в канун Нового года. Тонкие простыни стали липкими от пота. Он слез с кровати и снова услышал крик в темноте. Такой же, что прервал его сон.

Тор выбежал из каюты в узкий коридор. Мельда уже стояла там, испуганно глядя вперёд.

– Это Энгль, – сказала она.

Через мгновение они распахнули дверь в каюту Энгля.

Он метался в постели, крепко зажав в кулаках покрывало. Словно пленник, который пытается вырваться из цепей.

Но его глаза были закрыты.

Мельда подбежала к нему и остановилась, не зная, что делать дальше. Она повернулась к Тору.

– Он спит.

Энгль снова закричал, и Тор схватил его за плечи.

– Энгль, – твёрдо сказал он.

Его друг по-прежнему дёргал головой туда-сюда, крепко зажмурив глаза.

– Нет! – взвыл Энгль. – Больно, больно!

Энгль вдруг обхватил себя руками и снова закричал, затем резко втянул ртом воздух, словно его ранили.

– Энгль! – закричал Тор прямо ему в ухо, но его друг так и не проснулся. – Эн…

Мельда схватила с прикроватного столика стакан воды и выплеснула его прямо в лицо Энглю.

Энгль ахнул и рывком сел, чуть не столкнувшись лбами с Тором. Его грудь вздымалась, он тяжело дышал, вытаращив глаза; по его светло-русым волосам на веснушчатые щёки стекали струйки воды.

Он огляделся, сердито моргая, потом уставился на Мельду.

– Ты что, только что облила меня?

Мельда дрожащей рукой поставила стакан и приподняла подбородок.

– Да.

– Зачем ты это сделала?

– Ты дёргался, словно одержимый!

Энгль прижал ладонь ко лбу и вздрогнул, словно от этого движения было больно.

– Ох. Извините. Я что, вас обоих разбудил?

Мельда и Тор переглянулись.

– Такое… часто бывает? – тихо спросил Тор.

Энгль почесал в затылке, потом пожал плечами.

– Типа того. Началось после… после Озера Пропащих.

По спине Тора медленно пробежал холодок. Худший день в его жизни – но он даже не задумывался о том, что таким же он стал и для Энгля. Его друг не рассказал о происходящем ни слова.

Перед его глазами встал образ: Энгля хватают костогневы и утаскивают глубоко в серые воды Озера Пропащих. Энгль в тот день был на волосок от смерти и умер бы, если бы не Мельда.

Тор моргнул и увидел Мельду – она стояла возле Энгля и крепко держала его за руку.

– Мне тоже снятся кошмары, – проговорила она. – Ты… хочешь об этом поговорить?

Энгль напряжённо посмотрел на неё и тоже сжал её руку. А потом, через мгновение, оттолкнул её ладонь и хитро ухмыльнулся.

– Надеюсь, ты не пытаешься заговорить мне зубы, чтобы я забыл, что ты облила меня водой. Давай проверим, понравится ли тебе, если я тебя так разбужу завтра!

Мельда прищурилась и, не говоря больше ни слова, вышла из каюты.

Энгль пожал плечами.

– Никакого чувства юмора. Спокойной ночи, Гримельда! – сказал он достаточно громко, чтобы она услышала его даже в коридоре. Он ухмыльнулся, произнося полное имя Мельды. Потом он склонил голову набок, хрустя суставами в шее, и повернулся обратно к Тору. – Со мной всё хорошо, за меня не беспокойся. Иди спать. Нельзя же, чтобы завтра с утра капитан Тор вышел на мостик заспанным!

Тор хотел остаться и заставить Энгля обо всём рассказать, но ради друга он просто встал и улыбнулся. Вернувшись в свою кровать, он ещё долго не спал. Интересно, как они втроём переживут ещё одно смертельно опасное приключение, хотя до сих пор даже ещё не пришли в себя после предыдущего?

Наутро Веспер исчезла.

– Энгль, наверное, твои крики её спугнули, – беспечно сказал Тор, хотя на самом деле его живот скрутило от страха. Что, если Мельда была права? Что, если девушке-ихтиандру на самом деле нельзя было доверять, и ночью она просто сбежала?

Они обошли все каюты, все закутки, все уголки трюма.

– Мне очень не хочется говорить «Ну вот, я же говорила», – сказала Мельда, когда они поднялись на палубу. Как и в трюме, там было пусто. – Но я сказала…

– Кто-нибудь хочет морской пены на завтрак?

Тор, Мельда и Энгль подбежали к борту и увидели голову с серебряными волосами, покачивавшуюся на волнах. Веспер. Она держала изогнутую устричную раковину, полную чего-то блестящего.

Она легко поднялась по лестнице, вделанной в борт, сначала уменьшив раковину, а потом снова сделав её большой, и уселась перед ребятами. Её волосы прилипли к голове и плечам, чешуйчатое платье блестело на утреннем солнце. Она достала ложку из крохотной сумочки – одного из многочисленных оберегов на её странном браслете – и показала на морскую пену.

– Если собирать её свежей, сразу после восхода, она ещё не пропитывается солью и просто великолепна на вкус.

Она протянула ложку Энглю, и тот без вопросов попробовал пену и округлил глаза от удовольствия.

– Это как сахарная вата, смешанная с тёртым ледниковым льдом!

Он взял ещё ложку и предложил Мельде.

– Вот, попробуй!

Мельда холодно взглянула на него.

– Нет, спасибо, – ответила она.

Тор не знал, почему она отказалась: потому что до сих пор была обижена на Энгля из-за вчерашнего, или же потому, что не хотела брать ничего из рук Веспер.

– Ты плавала? – спросил Тор.

Веспер кивнула и недовольно посмотрела на небо.

– Хотела найти водоросли, чтобы вылечить ожоги.

Энгль приподнял бровь, на мгновение оторвавшись от добытой Веспер пены (он почти доел её).

– Ожоги?

– Моя кожа не привыкла к солнцу, – объяснила она, показывая на своё бледное лицо. – Она легко обжигается. Придётся принимать меры предосторожности. – Она склонила голову и посмотрела на Тора. – Ты ещё не использовал её?

Тор понял, что она имеет в виду. Эмблему на запястье, ту самую, о которой он так давно мечтал. Дарующую способность дышать под водой.

Она была права. Он её не использовал. Вернувшись из путешествия, Тор не хотел ею пользоваться. Можно даже сказать, ненавидел её – точно так же, как и ведьму, которая её подарила. Эмблема напоминала о том, что он изменился.

Тор просто покачал головой – нет.

Веспер нахмурилась.

– В следующий раз поплавай со мной.

Тор ответил ничем не обязывающей улыбкой.

Энгль тихо присвистнул. Держа в руках пустую тарелку-раковину, он посмотрел вперёд, туда, куда указывал нос корабля.

– Это ведь похоже на кошмар, да?

Далёкое побережье было каменистым и острым; камни выглядели настолько кривыми, что даже морским волнам не удавалось их сгладить. Чёрные скалы обросли гроздьями ракушек, острых, как ножи. Из пещеры вырывался ореол пурпурного цвета, одновременно зловещий и прекрасный – словно сразу и предупреждал «Не подходи», и манил к себе: «Подойди».

Идеальное логово для кровавой царицы.

Поток энергии пронизал Тора до костей; корабль заскрипел и остановился, паруса опустились. Якорь погрузился в воду.

– Нам плыть всю оставшуюся дорогу? – тихо спросила Мельда, разглядывая десяток ярдов, оставшихся до пещеры. Здесь было слишком мелко для корабля.

Не успела она договорить, как со дна океана всплыл мост из раздавленных раковин и придвинулся прямо к борту корабля.

– Похоже, она нас ждёт, – нервно проговорил Энгль.

А потом, словно доказать себе, что не боится вчерашних кошмаров, он первым спрыгнул с корабля, высоко подняв голову. Мельда закатила глаза и последовала за ним.

Потом – Тор, а последней спустилась Веспер. Она двигалась очень осторожно. Она боится, понял Тор. Даже не боится – просто в ужасе.

Прочитав историю о кровавой царице, он тоже должен был бояться. Но он не чувствовал особого страха. Ещё один новый день, ещё одно новое чудовище, с которым предстоит встретиться – какая-то часть его до сих пор оставалась онемевшей, замороженной. Сломанной.

Он ободряюще улыбнулся Веспер.

– Нам приходилось встречаться с существами и похуже, – сказал он. Ложь заполнила его рот целиком. В книге говорилось, что кровавая царица – самое смертоносное из созданий моря.

– Что, правда? – загремел голос, громкий, как приливная волна. Он заполнил собою всю пещеру. Голос слышался из бассейна, похожего на большой колодец. Серебряного, как луна. Вода от звука её голоса шла волнами.

А затем что-то появилось в самом центре. Макушка. Медленно, дюйм за дюймом, кровавая царица поднималась из воды. С неё стекала вода – необычайно густая, непрозрачная, словно жидкое серебро.

Кровавая царица выглядела как королевская особа, которая слишком много времени проводила на море. Её волосы были потрясающими, как лунный свет, скулы – острыми, лицо – изящным. Кожа была светло-голубой, как вода на мелководье, а одета она была в платье, полностью сшитое из жемчужин.

Она пошла по воде, словно посуху, и остановилась рядом с ребятами, сразу же обратившись к Тору:

– Значит, моя подруга умерла?

Где-то в глубине души Тора – в той её части, которая не полностью ему принадлежала, – поднялась щемящая печаль.

– Ночная Ведьма?

Мора нахмурилась и обнажила зубы, которые казались совсем не подходящими для её прекрасного лица – острые, как у акулы, заполнявшие весь рот.

– Она такая же Ночная Ведьма, как я – великая, страшная кровавая царица.

Энгль сглотнул.

– То есть… вы не убивали всех этих людей?

Она повернулась к нему.

– Конечно, убивала. Но кто скажет, что они этого не заслужили?

Энгль моргнул.

– Значит, вы не собираетесь убить нас и выпить кровь из наших сердец? – спросила Веспер. Она стояла у самого выхода из пещеры, готовая бежать в любой момент.

Мора окинула взглядом её волосы – такого же цвета, как у неё самой, – и приподняла бровь.

– Легенды Клинка-в-Чешуе, полагаю? – Она склонила серебристую голову. – Я, конечно, не прочь отведать грешное сердце, но ваши… – на мгновение по её лицу пробежало удивление. – По большей части добрые. По крайней мере, ваши помыслы чисты. – Она скорчила гримасу отвращения. – Они бесполезны для моих эликсиров.

Тор понял, что бассейн, из которого появилась кровавая царица, – это гигантский котёл. На поверхность всплыла кость, потом другая, и Мора ухмыльнулась.

– Кто знает, может быть, я и передумаю… припасов в последнее время как-то не хватает.

Веспер шагнула к выходу из пещеры. Мора запрокинула голову и расхохоталась.

Мельда шагнула вперёд и сказала:

– Мы ищем Пиратскую Жемчужину. Вы знаете о ней?

Кровавая царица невероятно быстро повернула голову к ней и улыбнулась, вновь ощерив акульи зубы.

– Пиратская Жемчужина? Зачем, во имя Эмблем, вашей компании она понадобилась?

– Мы хотим найти её раньше, чем кое-кто ещё.

– Кто?

– Калаверас.

Кровавая царица зашипела и медленно развернулась в своём огромном котле.

– Точно… Они же теперь на свободе. – Она посмотрела на Тора. – Я чувствую, как через тебя течёт огромная сила, подобная приливу. Она дала тебе так много.

Мора взяла Тора за руку. Её кожа была покрыта слизью и казалась слишком податливой, будто размякла под водой. Он с трудом сдержался, чтобы не отпрянуть.

– Мне понадобится твоя кровь, – сказала она и, не дожидаясь ответа, полоснула острым как кинжал ногтем по линии жизни Тора.

Тор вскрикнул – не только от боли, но и из-за того, что вспомнил, как то же самое с ним сделал другой человек. Рана снова открылась, и из неё хлынула кровь. Мора перевернула его руку, а Тор увидел, как вода в гигантском котле стала ярко-алой.

Мельда бросилась вперёд, словно собираясь оттолкнуть кровавую царицу. Но Мора уже отпустила руку Тора. Он, вздрогнув, увидел, как рана сама собой затягивается. Мельда схватила его за руку, словно пытаясь защитить.

– Зачем вам понадобилась его кровь? – гневно спросила она.

Кровавая царица пожала плечами.

– Ещё одно зелье. Я как раз над ним работала…

Глаза Мельды яростно блеснули.

– Успокойся, маленький лидер, обмен есть обмен. Я помогу вам найти жемчужину. – Царица махнула рукой, показывая на другую сторону бассейна, и кровь исчезла. Вместо неё появилось изображение. – Это зачарованный компас. Он помогает каждому найти то, что потеряно.

– Но у нас ведь никогда не было жемчужины. Как он поможет нам найти то, что мы не теряли? – удивилась Мельда.

Мора повернулась к Веспер. Девушка-ихтиандр под взглядом кровавой царицы, похоже, побледнела ещё сильнее.

– Жемчужину когда-то охраняли жители забытого города Клинок-в-Чешуе, но потом её украли у них и хорошо спрятали. Она должна взять компас. И он приведёт её к жемчужине, которую потерял её народ.

Мора снова коснулась воды, и изображение изменилось.

– Компас зарыт на острове Индиго. А единственный способ туда добраться – через Пасть Дьявола, скопление рифов, через которое почти невозможно пройти.

Мельда заскрипела зубами, увидев картину в котле. Рифы выглядели непроницаемым лабиринтом. Достаточно один раз свернуть не в ту сторону, и корабль разорвёт в клочья.

– Откуда нам знать, что вы говорите правду? – спросила Мельда.

Тор даже вздохнуть не смел, когда кровавая царица медленно повернула голову к Мельде.

Энгль сглотнул.

Но Мора лишь склонила голову.

– Бессмертие несёт с собой много проклятий. Одно из них состоит в том, что бессмертные всегда обязаны говорить правду. Из-за этого, конечно, очень трудно хитрить и плести интриги.

Тор застыл. Ночная Ведьма была бессмертна. Это значит…

– Ты не сможешь уйти от судьбы, мальчик, как бы тебе этого ни хотелось, – сказала кровавая царица. – Никто из нас не сможет.

Когда они вышли из пещеры, корабль покачивался на волнах, не сдвинувшись ни на дюйм. Мора прошла вместе с ними по мосту из ракушек; под её ногами появлялась земля, когда она обходила кругом корабль. Дорожка постепенно поднималась вверх, к русалке, вырезанной на носу корабля. Тор увидел, как кровавая царица вставляет кусочки морского стекла в её глаза.

– Она поможет вам в Пасти Дьявола, – сказала Мора.

А затем, не оглядываясь, пошла обратно в пещеру. Вода стирала мост за ней следом.

Веспер снова открыла ракушку-карту и нашла дорогу к следующему пункту, куда им предстояло отправиться, – Пасти Дьявола. С высоты птичьего полёта лабиринт из скал выглядел коварным. Тор не мог даже представить, каким он окажется, когда они доберутся до него.

– Мы будем там завтра, – сказала Веспер.

Энгль разочарованно вздохнул.

– А до тех пор что нам делать?

Мельда уставилась на него.

– По возможности – не погибнуть в зубах чудовищ, о которых так много рассказывают в книге, – сказала она, сложив руки на груди.

– Ну, я умираю от голода, – сказал Энгль. Эти слова никого не удивили. – Надо остановиться и добыть еды.

– Я тоже хочу есть, – признался Тор. – Сегодня дома должны были готовить фаршированные фиолетовые перцы…

– Фиолетовые перцы? – ахнул Энгль. – Я их очень люблю.

– Я тоже. Я готов даже драться с пиратом на дуэли ради парочки перцев с приправами…

Не успел он и договорить, как на палубе появилась целая тарелка фаршированных перцев, посыпанных тёртым сыром и паприкой.

Энгль замер, открыв рот в виде буквы «О».

Тор моргнул. Мельда и Веспер молчали.

– Сделай так ещё раз, – тихо сказал Энгль, не подходя к тарелке и на шаг.

Тор вспомнил слова Веспер. Корабль теперь принадлежит ему. Он закрыл глаза, а потом позволил своему воображению разгуляться, мысли появлялись подобно фейерверкам. Он представил себе целую кучу своих любимых блюд на завтрак, каждое – вкуснее предыдущего, и Энгль ахнул.

Тор открыл глаза и увидел, что перед ним появился стол, ломящийся от тарелок с самой разной горячей едой – эмпанадами с цветочной начинкой, омлетом с сыром и пряностями, беконом, тостами с каштановым маслом, изумрудными булочками с кремом, круассанами с алмазной пылью, фруктами, чаем с канелой, горячим шоколадом с розовой солью, сапфировыми смузи с ягодами, ярко-красным вишнёвым соком.

Энгль широко улыбнулся.

– Всё, беру свои слова обратно. Я просто счастлив, что ты – новая Ночная Ведьма. – А потом он набросился на еду.

Мельда взяла синий смузи.

– Как думаешь, ты сможешь заставить появиться здесь всё, что нам нужно?

Тор задумался о том, чего может захотеть, и где-то внутри почувствовал, что возможности корабля всё же ограничены.

– Нет. Но, по-моему, на корабле есть всё то, что можно найти в гостинице. И всё необходимое для плавания.

Энгль облизнул пальцы, перемазанные изумрудным кремом.

– На этот раз обойдёмся без вчерашнего хлеба, ладно?

Мельда едва заметно улыбнулась воспоминаниям.

Веспер приподняла бровь, потом пожала плечами и потянулась к тарелке с нарезанными фруктами и жареным мясом. Она положила в рот кусочек ананаса и скорчила странную гримасу, пережёвывая его – словно не ожидала, что он окажется кислым.

Тор понял, что уже почти целые сутки ничего не ел. Но он не чувствовал голода. Может быть, он уже привык к пустому желудку, потому что во время прошлого приключения они постоянно голодали?

Или, может быть, дело в чём-то ещё? Время на море, казалось, шло иначе. Каждый час мог быть подобен лёгкому порыву океанского ветра, а мог тянуться бесконечно, словно горизонт.

Тор ел тихо, вгрызаясь в спелое, насыщенное, терпкое манго. Яйца были мягкими и хорошо приправленными; кайенский перец пощипывал кончик языка, а почувствовав сладость алмазной начинки в пирожке, Тор улыбнулся.

Он вспомнил отца-повара. Что мама сказала ему о новой отлучке Тора? А Роза – его младшая сестра, благодаря которой их дом всегда был полон музыкой – у неё была эмблема певицы. Интересно, она уже спросила, где брат?

Он снова их бросил. Ради поисков, которые даже сейчас, когда перед ним стоит целый банкетный стол, кажутся совершенно бесплодными.

У Тора перехватило дыхание, когда корабль вдруг вздрогнул, – послышался такой громкий хруст дерева, что показалось, будто воздух начал трескаться.

Корабль резко покачнулся, и все металлические подносы с едой рухнули на палубу.

Тор поднялся, расставив руки для равновесия; корабль по-прежнему опасно кренился в сторону.

– Мы на что-то наткнулись, – сказал Энгль, на секунду посмотрев прямо сквозь корабль. В удачные дни эмблема дальновидящего позволяла ему видеть вещи насквозь.

Ребята осторожно прошли к носу корабля. Русалка уцелела, а вот часть борта рядом с ней разлетелась в щепки.

Из моря торчало что-то, сделанное из идеально белого мрамора.

Ворота.

Забытый город Клинок-в-Чешуе

Один моряк, едва не утонувший, рассказал, что видел под водой город. Когда капитан нырнул в воду, чтобы удостовериться, город уже пропал. На дне ничего не было.

Много сотен лет назад ихтиандры ушли под воду, спасаясь от великой Остерийской войны. Их эмблемы были бесполезны в боях на суше, так что вместо того, чтобы примкнуть к какой-либо из сторон, они построили под водой собственное поселение. Они преследовали лишь одну цель: мирная жизнь навсегда.

Так появился подводный город Клинок-в-Чешуе.

Хроники всех прежних войн сожгли и запретили снова записывать на бумаге – сама память о той давней битве стёрлась. Ихтиандры хотели вырастить детей, которые бы не знали ничего, кроме мира; они были совершенно уверены, что это убережёт от любых конфликтов в будущем. Обитателям города запрещалось из него уходить – из опасения, что они увидят остальной мир, где по-прежнему свирепствовала война.

А чтобы не пустить никого к себе, жители Клинка-в-Чешуе заключили сделку с кровавой царицей. Та сотворила заклинание, которое позволяло городу мгновенно перемещаться. Его местоположение на морском дне постоянно меняется.

Таинственный движущийся мирный город, порождённый войной.

5
Город Арениска

Веспер перекинулась через борт почти полностью, чтобы коснуться пальцем мраморных ворот.

– Поверить не могу, – проговорила она.

Энгль фыркнул.

– Ага, я тоже поверить не могу, что никто ещё не разломал эти ворота. Они что, серьёзно стоят вот так, посреди моря, и ждут, какой бы корабль им ещё потопить?

Веспер повернулась к нему.

– Эти ворота обычно прячутся глубоко внизу и не поднимаются для кого попало. Это приглашение.

– Куда? – спросил Тор.

Она широко улыбнулась.

– В тайный город Арениска[4].

На несколько мгновений повисла тишина.

Энгль почесал в затылке.

– Куда?

Веспер моргнула.

– Вы что, книгу не дочитали? – фыркнула она. – В книге легенд обязательно должно что-нибудь быть о городе Арениска.

Мельда сложила руки на груди и возмущённо сказала:

– Я дочитала её вчера вечером.

Конечно же, дочитала. Тор давно так не радовался существованию Гримельды Александер.

– И – да. В ней рассказывается об обоих забытых городах.

– И что это такое? – спросил Тор, с опаской поглядывая на ворота. Они были увенчаны аркой, похожей по форме на корону. Двери были чуть-чуть приоткрыты.

– Подводный город, как Клинок-в-Чешуе, – сказала Веспер. Её глаза поблёскивали. – Он пал много веков назад. Говорят, в его развалинах прячется множество утраченных чудес. – Она снова коснулась ворот. – В него можно попасть, только если он сам тебя пригласит. Для всех остальных он скрыт.

Энгль приподнял бровь.

– Если он такой весь из себя скрытый и тайный, то как он вообще погиб?

Мельда хмуро посмотрела на царивший внизу беспорядок – их завтрак был размазан по всей палубе.

– У тебя будет много времени подумать над ответом, пока они его исследуют. Я буду в своей каюте. – Она повернулась, чтобы уйти, затем добавила через плечо: – Надолго не задерживайтесь. Мы не можем терять времени. – Она подняла над головой аренаору, подчёркивая последние слова.

Энгль, поняв, что не сможет увидеть город, сразу пал духом.

– Ладно. Принесёте мне что-нибудь дельное?

Он вместе с Мельдой спустился на нижнюю палубу, ворча из-за прерванного обеда.

Тор остался стоять рядом с Веспер. Её плечи порозовели – солнце уже оставило на них свои отметины. Её переносица стала золотистой, а вокруг быстро появлялись веснушки. Она с тоской посмотрела на ворота.

– Я всегда мечтала побывать в Арениске, – сказала она. – Но не верила, что мне это удастся даже через тысячу лет.

Она протянула Тору руку.

На какое-то мгновение он задумался, стоит ли её брать. Он любил море столько, сколько себя помнил, рано утром перед школой всегда ходил плавать в океане, знал наизусть каждый дюйм морского дна возле Эстрели. Он обожал плавать – и именно поэтому рискнул всем, загадав желание на Новый год.

Но, став Нечистым, он ещё ни разу не входил в море. Ему даже не хотелось плавать.

А это значило, что он даже не знал, каково это – исследовать океан, дыша под водой.

Веспер окинула его знающим взглядом.

– Я провела всю жизнь в море, – сказала она. – А теперь я над водой – от воздуха у меня трескаются губы, солнце обжигает кожу. – Она посмотрела мимо него, о чём-то раздумывая. – Перемены – это плохо, только если позволить им сделать тебе плохо.

Тор сглотнул. Внизу плескались волны, тянулись к нему. Звали к себе, словно голос сирены. У него закололо в животе из-за чувства вины. Не только из-за жертв, которые пришлось принести, чтобы он получил эмблему, которую всегда хотел, но и за то, что он потратит драгоценные минуты, чтобы просто поплавать – а время не ждёт. Но он, в конце концов, плавает не ради себя, рассудил он, – может быть, они найдут в подводном городе что-нибудь полезное. Веспер, в конце концов, сказала, что там скрыты утраченные чудеса. Вдруг какое-нибудь из них поможет в поисках жемчужины?

Тор взял Веспер за руку.

И они прыгнули.

Под водой Тор увидел, что ворота тянутся вниз, в бездну, на много миль. Веспер проплыла в проём между дверями и зна́ком показала ему следовать за ней.

Он так и сделал, и они стали погружаться всё глубже и глубже.

За воротами всё казалось обычным. Мимо Тора проплыли несколько косяков рыбы, даже не обратив на него внимания. Веспер плыла прямо вниз, всё глубже и глубже, даже не задумываясь. Тор последовал за ней, вытягивая руки вперёд и отводя назад, работая босыми ногами. Он никогда ещё раньше не нырял так глубоко – настолько, что утонул бы, не успев выбраться на поверхность.

Примерно каждые десять футов цвет моря менялся – оно становилось всё темнее. Зелёное, потом голубое, потом синее. Солнце, размытое пятно света, постепенно начало тускнеть.

В ушах стучало от давления. Что-то перевернулось в груди. Лёгкие болезненно сжались, горло болело.

Веспер повернулась к нему. А потом заговорила, так же легко, как и на суше. Голос звучал с небольшим эхом:

– Тор, дыши.

Он сомневался, хотя его внутренности уже начали усыхать, словно пожирая сами себя. Что она имеет в виду – «дыши»? Разве вода не хлынет в лёгкие, после чего я утону?

Она встряхнула его за плечи и повторила:

– Тор, ДЫШИ! – Из её рта вырывались пузырьки.

Не в силах выдержать давление в груди, он схватил ртом воздух…

И нашёл его. Нет, не воздух, что-то вязкое. И очень мягкое. Оно заполнило его лёгкие, и Тор сделал ещё вдох. Потом ещё.

Веспер кивнула.

– Видишь? Тор, ты же ихтиандр. Тебе вообще не обязательно всплывать на поверхность.

Что-то щёлкнуло в его голове, словно соединившиеся кусочки головоломки. Тень, которая преследовала его, чувство вины и гнева из-за того, что Ночная Ведьма передала ему свои силы, пропали здесь, под водой. Тор широко улыбнулся и огляделся, словно впервые видел океан.

– Я ихтиандр, – повторил он, и слова спокойно вырвались из его рта. Он ещё раз воскликнул: – «Я ихтиандр!» – да так громко, что на него уставилась какая-то рыба.

Тор нырнул ещё ниже, вздымая тучу пузырей с каждым движением. Он перевернулся и поплыл на спине (так вода не щекотала ему ноздри). Солнце превратилось в золотое пятнышко далеко наверху. На разной глубине плавали рыбы, одни – близко к нему, другие – совсем далеко, и он всё это видел. И над ним, и под ним открывался целый мир.

Он развернулся и поплыл дальше в тёмную бездну, теперь уже Веспер следовала за ним. Он плыл и плыл, пока не рассеялась темнота…

Город Арениска простирался на много миль вокруг; широкие каменные улицы были вырезаны прямо в морском дне. Сводчатые здания были такого же голубого цвета, как и море, скрываясь от любопытных взглядов с поверхности. Построены они были из спрессованного песка – словно песчаные замки, которые он любил строить на побережье Эстрели, только в натуральную величину. В центре города стоял дворец, состоящий из нескольких небольших круглых строений, обрамлённых высокими колоннами. Между колоннами цвёл гигантский коралл. Рифы всех цветов украшали каждый квартал Арениски, образуя радужную дорогу через город.

У Тора было множество вопросов о подводной жизни, и Веспер могла на них ответить.

– Что вы едите? – спросил он.

Веспер плыла рядом с ним.

– Морские растения, морских животных… это очевидно.

– А ты когда-нибудь ела наземную еду?

Овощи?

Она приподняла плечо.

– Теперь – да, – сказала она, и Тор вспомнил их завтрак.

– У вас есть школы?

– У нас есть старейшины, которые учат нас всему необходимому. Практическим знаниям. – Она вздохнула, и из её рта вырвалось несколько пузырьков. – По крайней мере, тому, что они считают практичным.

Она нырнула ниже – разговор явно был окончен.

Тор направился к бывшему жилому кварталу. Десятки домов, похожих на замки из песка, стояли бок о бок – такого же размера, как его дом в Эстрели. К некоторым фасадам в качестве маскировки были прикреплены ракушки. Некоторые из этих ракушек упали на дно.

За жилым кварталом располагался рынок – скопление лавок с пустыми окнами. На главной площади города стояли белые мраморные статуи – изображения разнообразных морских существ, большинство из которых Тор не узнавал. Что ещё пряталось в водах за пределами Сапфирового моря, кроме этого забытого города? Впервые за долгое время грудь Тора наполнилась волнением. Он хотел увидеть всё.

В конце площади со статуями возвышалось второе по величине здание Арениски – спиральная башня.

– Это библиотека, – сказала Веспер. Тор резко обернулся, даже не заметив, что она по-прежнему плывёт позади него. Она схватила его за руку и сказала: – Думай о тяжёлых вещах. Кораблях, мраморе, китах, якорях.

Они тут же, пуская пузыри, начали опускаться на главную улицу Арениски, словно Тор вдруг набрал в карманы камней.

Как только её ноги коснулись мостовой, Веспер пошла вперёд – так же спокойно, как и по земле.

Тор всё ещё плыл в нескольких дюймах ото дна.

Веспер показала вниз.

– Давай скорее. Мы не можем потратить тут целый день.

Он подумал о глыбах, гидроклопе, горах – самых тяжёлых вещах, что мог себе представить. И буквально через секунду тоже опустился на дно.

Тор прошёл вслед за Веспер через сводчатый проём библиотеки. Двери не было. Внутри башни спиралью закручивались книжные шкафы; в центре было совершенно пусто, так что Тор видел всё до самой крыши из морского стекла. Должно быть, на этих полках стоит не один миллион книг.

И всё это просто бросили, как и весь город.

– Куда все исчезли? – спросил он.

Веспер пожала плечами, поднимаясь по лестнице, извивавшейся вдоль стен.

– Если верить легендам, то один из жителей города поднялся на сушу. Ему много лет рассказывали, что на Острове Эмблем царит тьма и мрак, а он нашёл там свет и яркие цвета. Он вернулся и рассказал об этом остальным, и они оставили свой подводный дом ради великих чудес наземной жизни.

Она взглянула на него, изогнув бровь.

– Но бросить всё это? – Она вскинула руку, поднявшись на второй этаж; другой рукой она обвела заросший кораллами балкон. – Бросить священные древние знания?

Она щёлкнула языком и пошла дальше вдоль ряда книг, явно ища что-то определённое.

– Я в это не верю. – Веспер остановилась, да так неожиданно, что Тор чуть не врезался ей в спину. Она повернулась и серьёзно посмотрела на него. – Мне кажется, они сбежали.

Тор моргнул.

– От кого?

Она пожала плечами.

– Точно не скажу. От проклятия Ночной Ведьмы? От пиратов? От захватчиков? Это произошло много веков назад. Мне кажется, никто не знает правды. А в Клинке-в-Чешуе такие вещи не записывают. – Веспер нагнулась над полкой с книгами, хмуря лоб. – Но они точно ушли не на Остров Эмблем, в этом я уверена. Если бы они были там, то я бы почувствовала на острове намного больше людей с меткой ихтиандра, но я ничего не почувствовала.

– Так куда же они ушли?

Она повернулась к нему.

– Конечно же, в другой тайный подводный город. Настолько тайный, что о нём не пишут даже в пиратских книгах.

Тор тоже нагнулся над книгами и спросил:

– Что ты ищешь?

Веспер раздражённо выпрямилась и направилась по длинному коридору к лестнице на третий этаж.

– То, чего, может быть, даже не существует. Ещё один миф.

Веспер шла и шла всё дальше мимо книжных шкафов. Тор взял с полки книгу, но страницы были пусты. Потом взял другую – и в ней тоже ничего не было.

– Они заколдованы, – сказала Веспер с третьего этажа, перегнувшись через перила балкона. Она закатила глаза. – Коснись эмблемой первой страницы.

Тор сделал, как она сказала, и едва рыба на его запястье прикоснулась к бумаге, на странице тут же проступили чернила, а на обложке появилось название: «Как поймать глимингтона и почему этого ни в коем случае не нужно делать».

Он поставил книгу обратно на место, потом достал другую: «Отливные ритуалы для новичков в раскопке морского дна». И третью: «История разноцветных хвостов у русалок».

Прежде чем он успел взять ещё одну книгу, сверху послышался глухой удар, затем вскрик: «Ай!»

Тор взбежал на шестой этаж, на половину высоты башни. Там манускрипты были ещё древнее. Вместо книг на полках лежали тщательно свёрнутые свитки. А Веспер лежала так, словно упала откуда-то. Она хмуро смотрела на стену.

– Помоги мне вот это достать, хорошо?

Он посмотрел туда же, куда и она, и застыл.

На маленькой полке, вырезанной прямо в стене, стоял череп.

Веспер фыркнула.

– Что, по-прежнему ничего не боишься, да? Легенда гласит, что больше тысячи лет назад в Арениске жила великая прорицательница. И даже её кости до сих пор сохранили силу её предсказательной эмблемы.

Тор отступил на шаг.

– Ты что, собираешься его забрать?

Веспер встала и отряхнулась.

– Нет, конечно. Я просто пытаюсь заставить его заработать… – Она прошла мимо Тора и попыталась схватить череп с боков. – Ещё немного…

Она снова упала, потянув слишком сильно, но на этот раз произошло ещё кое-что.

Череп открыл рот.

А внутри, там, где когда-то был язык, развернулся маленький тонкий свиток.

– Должно быть, это оно, – сказала Веспер, потянувшись за свитком. Пожелтевший, пустой. От него осталось лишь несколько дюймов.

– Что это вообще такое?

Она взяла бумагу двумя пальцами. А затем, к удивлению Тора, разорвала её.

– Легенда гласит, что если удастся оторвать хоть чуть-чуть от этого пергаментного языка, прорицательница предскажет тебе будущее.

Тор посмотрел на кусочек бумаги, оставшийся в руках Веспер. Медленно, буква за буквой, на нём проступали слова.

Веспер застыла.

Затем буквы встали на места.

Путешествие окажется бесполезным, и один из вас погибнет.

Это, конечно, было невозможно, но Тору показалось, что он тонет.

Внизу что-то застонало. Он схватился за поручни балкона и посмотрел вниз. Только сейчас он заметил, что башня уходит не только вверх, но и вниз. В центре библиотеки было совершенно темно, как в колодце, и она уходила так глубоко, что, наверное, даже Энгль не смог бы увидеть дно.

Ещё один звук – на этот раз больше похожий на рычание.

Веспер тут же встала рядом с ним.

– Что это такое?

– Не знаю, – тихо ответил Тор. – Но звук доносится вон оттуда. – Он указал пальцем в бездну.

И как раз в этот момент оттуда быстро, как молния, вынырнул гигантский кальмар, выставив перед собой щупальца. Тор отскочил обратно в коридор и оттащил за собой Веспер; через мгновение мимо них пронеслось щупальце размером с гидроклопа. Каменный балкон обвалился и упал вниз, в бездну.

– Что это такое? – спросил Тор, прижимаясь спиной к стене.

Кальмар размахивал длинными оранжевыми щупальцами, пытаясь найти их.

– Это волькадо[5], вид кальмара. – Веспер, похоже, сильно перепугалась. – У некоторых священных мест под водой есть хранители, животные, которые защищают их.

Веспер покачала головой.

– Я думала, что раз уж город заброшен…

Тор напрягся. Веспер закричала.

Огромный глаз гигантского кальмара смотрел прямо на них, занимая всю высоту этажа.

– Беги! – крикнула Веспер, и Тор чуть не споткнулся, вскакивая на ноги. Он бросился по коридору, который шёл вдоль стен спиральной башни, прыгая под полками и стараясь не оборачиваться.

Они спустились на этаж, потом ещё на один, и Веспер крикнула:

– Берегись!

Что-то так сильно обхватило Тора, что он ахнул. А потом его вытянуло в центр библиотеки.

– Дерись с ним!

Теперь кальмар держал его за пояс. Тор изо всех сил ударил кулаком по щупальцу, но кожа кальмара была крепкая, словно дублёная, а хватка присосок совсем не ослабла.

– Ты можешь уменьшить его? – спросил Тор, хватая ртом воздух.

Веспер с ужасом смотрела на него с балкона.

– Нет, я… я никогда не пробовала так делать с большими живыми существами!

Кальмар дёрнул щупальце, в котором держал Тора, вперёд. К своей пасти. Чудовище было раза в три больше, чем корабль Ночной Ведьмы, его тело занимало всю сердцевину башни.

– Хоть попробуй!

Веспер прищурилась и вытянула руку. Сосредоточилась. От напряжения у неё даже начала пульсировать вена на шее. Но кальмар так и остался гигантским. А Тор уже был почти у него в пасти.

Веспер вдруг просияла. Она отступила на несколько шагов и прыгнула с полуразвалившихся перил балкона, приземлившись на другое щупальце чудовища. Оно размахивало им туда-сюда, но Веспер крепко держалась. Тор увидел, как она снимает с браслета ещё один оберег и увеличивает его – и он превращается в кинжал. Веспер нанесла удар по мягкой коже между присосками кальмара.

Чудовище взревело, когда клинок достиг цели, и щупальце, державшее Тора, ослабло.

– Думай о чём-нибудь лёгком, словно пёрышко! – крикнула Веспер, когда Тор вывернулся.

Сначала он начал падать вниз, вслед за кальмаром. Но как только он подумал о прыгунах – гигантских красных воздушных шарах, на которых эмблемитяне путешествовали на далёкие расстояния, – странная подводная сила притяжения тут же перестала работать, и он поплыл вверх, вслед за Веспер, к вершине башни. В самом центре стеклянного потолка оказался небольшой зазор, и Веспер увеличила его.

Прежде чем гигантский кальмар успел прийти в себя (тем временем его щупальца превратили старинную библиотеку в руины, пока он опускался обратно в бездну), Тор и Веспер проскользнули в дыру и поплыли прочь из подводного города.

Пиратская Жемчужина

Когда-то в мире было две луны. Одна – высоко в небе, похожая на жемчужину, другая, её отражение, – на водной глади.

Небесная луна влюбилась в своё отражение и делала всё, что оно приказывало. Когда водной луне хотелось, чтобы начался прилив, небесная луна направляла воды к берегу. Когда ей хотелось, чтобы начался отлив, небесная луна так и делала.

Один пират узнал о том, каким влиянием пользуется вторая луна, и решил захватить её. Однажды ночью он срезал вторую луну с того места, где она качалась на волнах, и складывал её до тех пор, пока она не стала размером с маленькую жемчужинку.

Небесная луна разгневалась и решила отомстить, направив на корабль пирата ужасный шторм. Но жемчужина впитала в себя часть силы луны, и, просто подняв её над головой, пират остановил воды.

Новости о жемчужине быстро разошлись, и вскоре её попытались захватить искатели сокровищ со всех концов острова: кровавая царица, русалки, короли прибрежных стран, другие пираты. Они все кружили вокруг жемчужины, словно стервятники. В конце концов решено было устроить состязание, чтобы узнать, кто же достоин владеть ею.

Русалок посчитали слишком злобными.

Кровавую царицу – слишком мрачной.

Пиратов – слишком коварными.

Королей – слишком жадными.

В конце концов не нашлось никого, кто был бы достоин жемчужины, и все собравшиеся уже готовились объявить друг другу войну, но тут вперёд шагнула девушка с волосами серебряными, как у сирен. Она сказала: «Я пришла из Клинка-в-Чешуе, города, который просто хочет жить. Мы не желаем править морями – мы хотим, чтобы нас оставили в покое».

Вот так жемчужину отдали Клинку-в-Чешуе на хранение, пока не появится кто-нибудь по-настоящему достойный владеть её силой.

6
Пасть Дьявола

Корабль трещал под ногами Тора, сам он дрожал. Перед ним стояла Мельда, скрестив руки. От беспокойства она закусила щёку.

– Почему вообще морское чудовище напало на вас? Стражи библиотек ни на кого не нападают, если нет угрозы их территории.

Веспер устало пожала плечами.

– Возможно, он решил, что пророчество, которое мы забрали из черепа, и есть угроза.

Мельда зажала кусочек бумаги в руке – он, на удивление, оказался непромокаемым, вода просто стекла с него.

– Насчёт этого пророчества… можно ли ему вообще доверять?

Энгль всё ещё разглядывал его, широко раскрыв глаза, словно суперзрение изучало каждый изгиб чернил.

– Пророчества не врут – так ведь говорят, правильно? Вот почему уже давным-давно не рождался никто с эмблемой прорицателя! Такие люди слишком ценны и появляются только раз в сто лет, верно? А когда они рождаются, то изо всех сил скрывают свою метку – я бы уж точно так поступил. Представляете, какая толпа стояла бы у ваших дверей, чтобы узнать своё будущее?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Калаве́рас по-испански значит Черепа.

Вернуться

2

Тибуро́н по-испански значит акула.

Вернуться

3

Аренао́ра по-испански значит песочные часы.

Вернуться

4

Арени́ска по-испански значит песчаник.

Вернуться

5

Волька́до по-испански примерно значит переворачиватель.

Вернуться