Виктор Казберов
Квартира

Комната

"Из окна открывается прекрасный вид", – подумал я, а следом сразу то, что «прекрасный» слишком банально для прилагательного в принципе. Такие слова стало недопустимо использовать и не казаться пошлым ещё несколько десятков книг назад. В общем, вид требовал описание на книжную страницу минимум – потому что могу.

Небо. Его стоит задать первым, чтобы появился фон к остальным красотам. Чёрное и с одной лишь звёздочкой, возможно северной, потому что только её яркость смогла бы пробиться сквозь световое загрязнение мегаполиса. Небо всё, теперь высотки – лишний воздух в большой упаковке чипсов, когда смотришь на небо. И они займут на листе столько же месте, сколько в окне – процентов 70 кирпичей и стекла. Хоть и окно на седьмом этаже, против него играют двенадцать этажей на другой стороне двора, и точно побеждают в борьбе за солнце, простор и виды. В их окнах горит свет всех цветов – где только люди находят такие разные лампочки. Хотя это не лампочки, а шторы, которыми консервные человечки прячутся от меня. А зря, не закрывайте шторы, дети, и сможете так же описывать вид, а сперва наслаждаться им, как я.

Через дорогу новостройка выросла до 16-ти этажей, и на самой верхотуре горит красный огонёк. Так строители заранее готовятся к будущему с летающими машинами, а может это знак-приглашение на вечеринку всем птичкам – я не знаю, но, как теория, – существование возможно. Орнитологи, хорошая тема для научной работы, уфологи, для вас тоже. Высотка поднялась на месте одноэтажных деревянных домиков, ведь это район старого города, в котором описание местности будет меняться в зависимости от года – уж так стремительно преображается всё вокруг.

Последние слова о высотках будут негативными, потому что тема должна быть озвучена. Окна. Почему у нас разрешено такое варварство, как возможность установки любых окон в квартирах. Если присмотреться, а у меня было время, то нельзя упустить, как в домах уже десятилетней давности начинают портить фасад как хотят: стальные рамы, деревянные, пластиковые черные и белые, с разным количеством створок в один ряд – превращают дом в мусорный контейнер, наполненный разными отходами. Хорошо, что разнообразных листовых балконов из моего окна не видать.

Зато лет 8 подряд были видны любительские футбольные матчи на площадке под окном. Забытое развлечение: садился на подоконник и наблюдал, как гоняли мяч, попадали в машины, кричали, ругались – в общем жили, а я смотрел за их жизнью. Сериал из окна с редким участием в нём, чтобы другие так же могли посмотреть на гоняющего мяч меня. В последний год старушки подъезда подарили всем так необходимое только им умиротворение в этом полном энергии дворе. Серьёзно, аргументом было то, что дети шумят на площадке и мешают старухам существовать. Так что на момент написания рассказа поле разобрали, посадили цветы и поставили две скамейки. Мне, честно говоря, смотреть на футбол или на девчонок на скамейках – одинаковый интерес, но ребята были против, поддерживаю.

Если повезёт, выглянув, можно заметить мужика, курящего у белой RAW4, где его удаётся встретить чаще, чем в лифте – это тоже сериал для наблюдательных жителей дома. Сначала он курил сиги, неизменно на своём месте, потом неожиданно начал парить, следом айкос и опять сиги. Такие сюжетные повороты шокировали, на неделю заседала мысль о секретности увиденного – так непривычно погружаться в столь интимные подробности жизни незнакомца. Сложнее стало и здороваться в лифте, ведь нельзя проколоться, что знаю о нём больше, чем следует простому соседу.

Такие дела видны из окна, когда плотные шторы висят по бокам от него. Открываешь их утром, и большой мир просовывается в стеклянный квадратик, стараясь уместить в твой глаз всё самое яркое, интересное, и порой необычное. А вы закрываете их – не дело.

Шторы в комнате моего любимого цвета, и сделаны синими они не случайно специально разбирающимся в цветах человеком. Во время ремонта, меня, ребёнка, спросили, какого цвета хочу комнату. Не знаю зачем, ведь дизайнерам важнее не желание ребёнка, а освещённость в помещении, поэтому при переезде я узнал, что комната бежевая, а от мечты остались только шторы.

Позднее появился диван синего цвета из уже не существующего магазина kika. Помню, мне нравился другой, и я решил (как мне сейчас стыдно) поторговаться с родителями, говорю: "Согласен на этот, если купите 10 машинок", – машинки были стальные, на автозаводе, сделанные под формулу-1. Тот диван, что нравился мне, стоил дороже, а я, как мне казалось, делаю выгодное предложение, ведь с машинками выходило всё равно дешевле. В воспитании до сих пор не разбираюсь, так что не знаю: следовало ли дать мне подзатыльник за действительно хамское поведение или доходчиво объяснить ценность денег – отец тоже не знал и предпочитал не участвовать в большинстве семейных моментов, а мама поступила худшим образом – начала уговаривать. Сошлись мы на двух машинках и одной фирменной кружке. Кружка от закрывшегося магазина так и стоит в шкафчике, набирая ценность.

Синий диван постоянно разложен в кровать, потому что место есть, и в таком состоянии даже удобнее проводить на нём время. Ещё бы. Откинуться на мягкую спинку из подушек, вытянуть ноги, кинуть на них ноутбук, и открытый к взаимодействию мир виден из окна справа. Вот прямо так проводил на диване долгие часы: смотрел фильмы, играл в телефон, листал ленты и другими способами игнорировал безграничные возможности реальности. На это время мозг представлял меня беспомощным толстяком за 300 и давал команду переворачиваться с бока на бок, только заранее согласовав это сложное движение. Такое состояние овоща позволяло безнаказанно коротать время на диване, повышая его важность в моей жизни.

Однажды я попробовал расшифровать иероглифы на подушках, с виду напоминающие автоматы, кинжалы, мухобойки и человечков, но переводчик их не распознал, а подходящей клавиатуры не нашлось. В общем, до сих пор я засыпаю в неизвестных китайско-монгольско-мандаринских символах, которые могут проклинать каждого, кто ложиться тут спать. С возрастом серьёзность этой мысли спала, работая сам, начал понимать, как другие относятся к работе: спустя рукава и лишь бы сделать. Вспоминается игра в майнкрафт, где все мы застраивали красивыми блоками только стены, нереалистично оставляя пустые углы. Перфекционист внутри нас возмущался, но какое дело до того, что никто не увидит. Вот и иероглифы нет смысла делать осмысленными и с нуля, когда можно взять первые картинки и покрасивее. Едва ли диван попадёт в руки стольких заинтересованных детей, чтобы хоть один докопался до истины.

Над ним находится стена самовыражения, на которой, на данный момент, висит обложка книги «Мы» и надпись «Всё, что ты делаешь – не напрасно» с большим кругом на весь лист – последняя эволюционная ступень фразы. В какой-то из серых дней я так разозлился на лентяя-себя, что со злостью нарисовал жирную точку, предварительно прикинув как это исправление будет смотреться и обведя контур циркулем, но потом-то отдал контроль злости – эмоции и немного сдержанности творят искусство. Предшественниками были и другие мотивационные надписи по типу «Теперь каждый счастлив», смысл которых может быть вывернут наизнанку, но он мой и попадает в нужную точку мотивационного центра, для чего надпись и висит. Хотя плакат «MY» загадочен только транслитерацией русского «МЫ», он всё равно ставит в тупик и сводит с банального пути понимания смысла: надо быть Я, а не МЫ.

Ещё один арт-объект висит на стене напротив в тонкой стальной рамочке и представляет из себя лист А4 с распечатанной на ней девушкой. Правильно будет сказать, что она изумительна – один из высших образов совершенства. Она небрежно набросана графическим карандашом графического гения, который смог передать её утончённость корявыми, идущими не туда и во многих местах ненужными линиями, но именно этим создал её лёгкость. Она одета в красное худи, бо́льшее на несколько размеров, благодаря чему поднятые к лицу кисти закрыты теплом, а на предплечьях собирается лишняя длина теми самыми избыточными линиями нервной руки художника. Я знаю причину его настроения и почему девушка одета в домашнюю оверсайз кофту. Так маленькие в душе девочки создают свой маленький кофточный мирок, закрываясь от колкости нашего. Она плачет. Из её красных глаз ручьями стекают такие же красные слёзы, но не стоит бояться: губы жёлтые, кожа синяя – цветом автор передает эмоции, подчёркивая состояние модели. Я уверен, абсолютно уверен, что это портрет реальной девушки, она реальна в голове смотрящего. Автор будто украл образ из моих фантазий, чтобы воплотить в жизнь, так точно у него получилось показать девушку, состоящую прежде из мыслей, и передать даже такую мелочь, как отчаяние во взгляде. Подробно описав красоту тела с картины, можно добавить одну изначально пугающую особенность её образа, а теперь лишь точно завершающую подробность: третий глаз. Становится понятно причину направленного от безысходности вниз взгляда девушки – в людях нет души.

Последнее произведение искусства стоит на письменном столе в портретной рамочке. Инопланетянин Пол с огромной головой и маленьким тельцем заглядывает длинными черными глазами (как и полагается) прямо в душу. Ртом без губ он улыбается, а пальцем показывает вверх, вызывая зависть, что его родина находится в загадочном космосе, а моя среди закрывающих мир шторками людишек. Этим рисунок и бьёт человека с фантазией, но дорог другим – одна из вещей бывшей девушки, которыми приходится дорожить, ведь только они окунают в те воспоминания.

Сейчас все такие предметы лежат в файлике на верхней полке шкафа. Они там, потому что их попадание на глаза вызывает попадание осколков в так и не зажившее сердце. Открытки, сюрпризы, листочки с трогательными словами и буквами её рукой. Она художник, и главными способами создать улыбку на моём лице были рисунки на плотной чертёжной бумаге А7, как аналоговые эквиваленты картиночкам с котиками и милыми словами, восхваляющими любовь к половинке. Каждая такая до сих пор держится в памяти наряду с моей бесчувственной реакцией на них – какой я был дурак. Самая большая вещь от неё – плюшевый мишка, сделанный её руками. Он больше года лежал на столе, мысленно желая мне спокойной ночи – совсем как в сценах из Мистера Бина, подчёркивающих его инфантильность. Но мне не хочется описывать слёзы, отбирая место на листе у деревянного стола, за котором и происходит главное действие.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.