Юрий Ситников
Это нам не задавали

Глава первая

Новый телефон и доклад по истории

Много ли надо человеку для счастья? За всех не скажу, а лично мне для полного счастья требовался новый телефон. И вчера вечером произошло чудо – родители мне его подарили. Обещали телефон давно, я постоянно им об этом напоминал, канючил, они кормили меня завтраками, просили подождать. Я ждал, но надежда таяла. И вот, наконец, ожидания принесли результаты.

Стоит ли говорить, что спать я лег глубокой ночью. Не выпускал из рук телефон, изучал его, осматривал, восхищался, короче говоря, пребывал в состоянии эйфории.

В класс истории я вбежал за пять минут до начала урока.

– Всем привет!

– Гарик, обязательно так орать? – проворчала Тоська.

– Что с тобой? – удивился я.

Обычно Тоська сама орет похлеще иерихонской трубы, а тут вдруг сидит, насупившись, помалкивает.

– Голова болит.

– Тоська у нас теперь воспитательница, – засмеялся Мотька. – С малышнёй нянчится. А малышня беспокойная, все соки из неё выжала.

– Посмотрела бы я на тебя, – крикнула Тоська. – Это не дети, они… они роботы, запрограммированные на разрушение.

– Не преувеличивай, – спокойно ответила Виолетта. – Ваня и Вася нормальные мальчишки.

– Не произноси при мне их имена, – Тоську аж передёрнуло.

– Меня-то просветите, – попросил я. – Кто такие Ваня и Вася?

– Тоськины подопечные.

– Они – вредители! – не могла успокоиться Тоська.

– Да ты их знаешь, Гарик, – Виолетта закрыла учебник и откинулась на спинку стула. – Они в нашем подъезде живут на третьем этаже. Дети Ольги и Вадима.

– А-а, это близняшки, что ли?

– Ну да.

– Конечно, знаю, – засмеялся я.

Отлично помню день, когда родились Ваня и Вася. Мы с Мотькой тогда ещё долго угорали, и пришли к выводу, что подъезд, в котором живут Тоська с Виолеттой особенный. Ну посудите сами, Виолка и Тоська – близнецы, на двенадцатом этаже живет пенсионерка Варвара Петровна, и у нее тоже есть сестра-близнец. Так теперь ещё и Вася с Ваней появились. Определённо, дело в подъезде. Может быть, он располагается в некой зоне, которая способствует рождению близнецов? Фиг его знает, я не особо заморачивался по этому поводу. Просто прикалываемся иногда с ребятами по этому поводу.

– Тось, какое отношение к тебе имеют Ваня с Васей?

– Прямое. Я за ними приглядываю. Вадим на работе с утра до вечера, а Ольга начала ходить на курсы китайского языка. Три раза в неделю. Два часа я сижу с близняшками.

– Почему ты? – спросил я.

– Один раз она попросила её выручить, я согласилась, а потом Ольга предложила присматривать за мальчишками трижды в неделю. Я не могла ей отказать.

– Сумма, наверное, была названа приличная, – заявил с задней парты Колька.

– Помалкивай там, – огрызнулась Тоська. – Разумеется, она мне платит. А как ты хотел, чтобы я сидела с детьми бесплатно? За ними глаз да глаз нужен, у них возраст такой неспокойный. Два года и два месяца. Не успеешь моргнуть, они уже куда-то лезут, что-то открывают, достают. А когда начинают кричать и в разные разбегаться, я готова повеситься.

– Держись, Тоська, – сказал Ярик. – Ты нужна нам живой.

– Слушай, а зачем Ольге китайский язык? – поинтересовался Мотька.

– Откуда я знаю. Что вы ко мне привязались? Сказала же, у меня болит голова.

Сев за парту, я показал Мотьке телефон.

– Зацени.

– Купили?!

– Вчера.

– Офигеть!

Ярик обернулся, увидел телефон и сразу же вскочил со стула.

– Дай посмотреть.

– Спокойно, Ярик, сначала я смотрю.

Через минуту ребята окружили парту, забрасывая меня вопросами.

– Сколько симок, Гарик?

– Две.

– Круто!

– Память сколько гигов?

– Шестнадцать.

– Нормально.

– А оперативка, Гарик?

– Два.

– Фотки качественные получаются?

– А видео?

– Ядер сколько?

– Аккумулятор какой?

– Гарик, тебе чехол нужен хороший.

Я отвечал на вопросы, кивал и был жутко собой горд. Нет, я не хвастался телефоном, просто, когда осуществляется твоя мечта, и ты пребываешь на седьмом небе, тебе хочется поделиться этой радостью с друзьями. Признавшись в этом ребятам, я услышал ехидный голос Тоськи:

– Фиговенько тебе будет, Гарик.

– Почему ты так говоришь? – с упреков в голосе спросила сестру Виолетта.

– Он сам сказал, осуществилась его мечта, а это плохо. Когда ждёшь осуществления мечты, чувствуешь себя на подъеме, а когда мечта осуществляется, то после кратковременного состояний удовлетворенности наступает депрессия. Всё! Мечты больше нет, стремиться не к чему, и все вокруг козлы.

– Да ну тебя, Тось, – махнула рукой Вика. – Гарик, не слушай её, она шутит. Одна мечта осуществилась, значит, стремись, чтобы осуществилась и следующая мечта.

– Если она есть, – не унималась Тоська – Гарик, есть у тебя ещё мечта?

Я задумался. Хм, какой простой вопрос, но я почему-то медлю с ответом. А вдруг Тоська права, пронзила меня острая мысль. Сразу же сделалось холодно, руки слегка дрогнули. Моей заветной мечтой был новый телефон, я ждал его, грезил, в красках представлял, как буду держать его в руках, подносить к уху, звонить, играть. И я жил этой мечтой. А теперь телефон появился. И как ни прискорбно в этом признаться, новой мечты у меня вроде как и нет.

Тряхнув головой, я начал судорожно соображать, чего бы такого возжелать, чтобы в срочном порядке обзавестись мечтой. Ничего в голову не лезло. А до ушей долетал крик ребят:

– Повезло Гарику, мне родители такой телефон не купят.

– А мне папа обещал на днюху подарить.

– На звонок надо другую мелодию поставить, Гарик. Это отстойнная. Эй, Гарик, ты меня слышишь? – Мотька толкнул меня в бок.

– Что ты сказал?

– Я говорю, мелодия на входящих у тебя не фонтан.

Ответить я не успел, прозвенел звонок, и в класс зашла историчка. Не перестаю удивляться её способности открывать дверь в класс ровно через секунду после звонка. Такое впечатление, Яна Васильевна стоит в коридоре и специально дожидается, когда прозвенит звонок.

Убрав телефон в карман, я достал из рюкзака тетрадь, учебник, ручку и впал в уныние. Спасибо Тоське, она как никто умеет поднять настроение.

Единственным плюсом было то, что меня не вызвали к доске. Зато к концу урока Яна Васильевна «обрадовала» заявлением:

– Ближайшие несколько уроков будем слушать ваши доклады. Темы я сейчас сообщу.

– Только не это! – простонал Мотька.

– Работаете в паре, – повысила голос историчка. – Матвей, тебя что-то не устраивает?

– Школьная нагрузочка, – отшутился Мотька.

– Тогда возвращайся в детский сад, – посоветовала Тоська.

– Только если с тобой за компанию.

Тоська показала Мотьке кулак.

Яна Васильевна начала называть наши имена.

– Гарик работаете в паре с Матвеем.

– Нет! – вскрикнул я.

– Нет! – поддержал меня Мотька.

– Что такое? – брови исторички поползли вверх. – То не разлей вода, а то отказываетесь работать вместе.

Да, мы с Мотькой действительно дружим с детского сада. Он и Ярик – мои лучшие друзья. Но сейчас работать в паре мы отказались вовсе не потому, что возненавидели друг друга. Причина в другом. Когда делаешь парный доклад, желательно, чтобы твой напарник был если не отличником, то хотя бы хорошистом. Больше шансов получить хорошую оценку и при этом особо не париться над самим докладом. А учитывая, что и я, и Мотька не особо шарим в истории, да и над докладом корпеть лень, у нас есть все шансы получить по паре.

В идеале, чтобы меня поставили в паре с Яриком, Виолеттой или Викой.

– Яна Васильевна, можно я буду готовить доклад с Викой?

Вика повернула голову, посмотрела на меня и слегка заметно улыбнулась.

– Вика, ты согласна? – спросила историчка.

– Угу, – кивнула Вика, раскусив мои коварные планы.

– А я с Яриком доклад подготовлю, – сказал Мотька.

– Моть, извини, я с Виолеттой хочу доклад сделать, – сказав это, Ярик смутился и быстро добавил: – Если она не против.

Виолетта колебалась. Ей хотелось ответить Ярику согласием, но взглянув на понурую сестру, она качнула головой.

– Ты же знаешь, я всегда работаю в паре с Тосей.

– Не буду я с тобой работать, – заявила Тоська. – Надоело. Яна Васильевна я буду готовить доклад с кем угодно, кроме Виолетты.

Исторично растерялась.

– Значит так, – произнесла она после недолгой паузы. – У вас есть ровно пять минут. Сами выбираете себе напарника и сообщаете мне о своём решении.

Класс загудел.

– Потише, – призывала нас к порядку историчка.

В итоге нам с Викой досталась тема «Восстание под предводительством Пугачева», Мотьке с Кирой предстояло сделать доклад о внешней политике Екатерины Второй, а Тоське с Колькой о художественной культуре, образовании и науке в России в XVIII веке. Тему доклада Ярика и Виолетты я даже не стал слушать. Отличникам какую тему не дай, они справятся с заданием на пять с плюсом.

На перемене выяснилось, что Мотька обиделся на Ярика за то, что тот выбрал в напарницы Виолетту. А Кира в свою очередь обиделась на Мотьку.

– Мы же делаем доклад вместе, Кир.

– Только потому, что Ярик тебе отказал, – Кира смотрела на Мотьку взглядом полным негодованием.

– Ты же знаешь, дело в хорошей оценке. Ты почти отличница, Кир, но история у тебя хромает.

– Даже так? – вспыхнула Кира. – Что ж, отлично. Больше мне не пиши и не звони.

– Кира, подожди! – Мотька побежал за ней, но я, слыша часть их разговора, схватил друга за руку.

– Не тупи, Моть. К концу уроков помиритесь.

– Вряд ли, сегодня она разозлилась по-настоящему. Я дурак, Гарик.

Ссоры между Мотькой и Кирой случаются с завидным постоянством. Они ругаются по любому поводу, обвиняют друг друга во всех смертных грехах, а на следующий день мирятся, продолжая общаться как ни в чем ни бывало.

Мотьке нравится Кира, Кире нравится Мотька, вот и мотают они друг другу нервы. Так полагается. Иначе будет скучно жить.

Промаявшись шесть уроков, мы собрались в школьном вестибюле.

– Предлагаю не откладывать в долгий ящик и заняться докладом сегодня же, – сказала Виолетта.

Никто не возражал. Мы пошли в библиотеку. Наша школьная библиотека заслуживает отдельного разговора. Вроде я уже упоминал, что ещё до начала войны здесь располагалась женская гимназия. Потом из нее сделали госпиталь, а в последующие десятилетия в здании открылось несколько учреждений, которые просуществовали до начала девяностых годов прошлого века.

В тысяча девятьсот девяносто третьем году бывшая женская гимназия вновь стала учебным заведением. Под библиотеку, она же центр интеллектуального и творческого развития детей, было отведено просторное помещение с высоким потолком и колоннами. Гордостью библиотеки по праву считался доживший до наших дней старинный изразцовый камин.

Мы любили бывать в библиотеке. Здесь царила очень уютная атмосфера, и сидя за столиками, создавалось ощущение, что ты находишься в гостиной старого особняка. На полу лежал бордовый палас, с отделанных деревянными панелями стен, на нас смотрели картины известных живописцев, с потолка свисало несколько тяжелых люстр. Окна украшали тяжёлые плотные шторы, а настольные лампы на каждом столике и стулья с мягкими сиденьями способствовали умственному процессу.

Иногда мы брали книги и проходили в дальнюю часть библиотеки, где вдоль стены стояли мягкие диваны и кресла. Там тоже имелись столики с лампами, мы усаживались в кресла, открывали книги и… начинали болтать.

Сегодня мы решили устроиться именно на диванах. Но заняться докладом никак не удавалось. Сначала мы отвлекались на разговоры, потом ребята в очередной раз попросили показать телефон, а затем Тоська запела старую песню:

– В библиотеке произошло страшное преступление!

Глава вторая

День Правды

Мы даже не прореагировали на её слова. Тоська уже достала нас своими сказками. Сначала уверяла, что школьная библиотека находится в аномальной зоне, потом с пеной у рта доказывала, как среди стеллажей с книгами бесследно исчезают люди. Теперь вот новый фортель, оказывается, здесь и преступление совершили.

– Интересно, какое именно преступление? – спросила Вика.

– Наверное, самое страшное, – засмеялся Колька.

– Вы зря лыбитесь, – спокойно ответила Тоська. – Недавно я переговорила с одним знающим человечком…

– Этот человечек – уборщица Раиса Николаевна, – перебила сестру Виолетта. – Да?

– Представь себе.

– Дальше можешь не продолжать.

Наша уборщица – уникальный человек. Вы, наверное, подумали, она обладает некими экстраординарными способностями или умеет в уме умножать пятизначные числа? Нет. Я совсем другое имею в виду. Уникальность Раисы Николаевны заключается в ее способности на ровном месте раздувать грандиозные сенсации. Женщина она одинокая, уже в возрасте, поговорить ей не с кем, а фантазия у Раисы Николаевны богатая. Я бы даже сказал, богатейшая. Вот она её и эксплуатирует на полную катушку. Иногда такое выдаст – хоть стой хоть падай.

Большинство школьных легенд рождаются в голове Раисы Николаевны. Разумеется, мы не воспринимаем их всерьез, но есть в школе кадры, которые готовы принять за чистую монету рассказы о призраках, аномальных зонах и порталах в потусторонние миры. Тоська – из их числа.

– Нет, не надо корчить рожи, – злилась Тоська. – Раиса Николаевна права, в библиотеке произошло преступление. Это не вымысел, она общалась с одной из бывших учениц женской гимназии. Вот!

Мы уставились на Тоську.

– Ты сама поняла, что сказала, Тось? Женская гимназия была здесь сто лет назад.

– Не сто, хватит преувеличивать. Если хотите знать, в нашем районе живет одна старуха, ей девяносто три года, и она училась в гимназии.

– Правда, Тось? – Виолетта выжидательно смотрела на сестру, готовая в любой момент уличить Тоську во лжи.

– Кристальная правда, Виолка.

– И что эта старушенция наговорила Раисе Николаевне?

– Помните, я рассказывала вам об аномальной зоне?

– Такое не забывается, все уши прожужжала.

– Аномальная зона действительно существовала – недалеко от камина.

– Колян, убери телефон, – попросил Мотька. – Сейчас будем слушать истории бывшей гимназистки. Ты прикинь, это ж эксклюзив! Все очевидцы дано умерли, а она одна осталась и поведала миру страшную тайну об аномальной зоне в школьной библиотеке.

Колька хохотнул, и они с Мотькой ударили друг друга по рукам.

– Матвей, – Кира дернула его за руку. – Прекрати. Тось, мы тебя слушаем.

– Ага, – прошептал Мотька Ярику. – И место для лапши на ушах готовим.

– Семья директора гимназии жила в этом здании. У них было несколько комнат и большая гостиная. А здесь, – Тоська окинула взглядом библиотеку, – находился просторный холл. У директора была жена, трое детей и тёща. Однажды он застал тёщу за странным занятием – она стояла недалеко от камина и вслух читала книгу. Как выяснилось позже, книга была не простой. Колдовской.

– Классная история, – зевнул Мотька. – Разбудите меня, когда тёща директора дочитает книгу до конца.

Не обращая на него внимания, Тоська продолжала тараторить:

– Разразился грандиозный скандал, директор обвинил тещу в колдовстве и…

– …и она взмахнула волшебной палочкой и превратила его в крысу, – не удержался Колька.

– Лучше в верблюда, – поддакнул Мотька. – И он бегал за ней по всей гимназии, а гимназистки снимали видюху на телефоны.

– В то время не было телефонов, Моть.

– Были! Это же сказка, а в сказках всё возможно.

– Придурки! – не сдержалась Тоська. – Он убил её.

Кира ойкнула и удобней уселась на диване.

– Задушил, да?

– Толкнул. Она упала, ударилась и… того, – Тоська закатила глаза и ткнула пальцем вверх.

– Тогда уж надо не так показывать, – ляпнул я. – Если она была колдуньей, она не наверх, а вниз отправилась после смерти. Типа в полу открылся люк и тёща ку-ку – рухнула на цокольный этаж.

– Точняк, Гарик, прямо в котел с кипящими щами. Искупалась в котле, и спать потопала, стряхивая с себя на ходу капусту.

– Хорош тупить! Вам не надоело? Какая разница, куда она упала. Суть в том, что в библиотеке произошло убийство.

– Тось, – Виолетта старалась подобрать слова, чтобы не обидеть сестру. – А ты не думаешь, что эта бабулька, которой девяносто пять лет…

– Ей девяносто три! – крикнула Тоська.

– Хорошо, извини. В силу возраста она может путать выдумку с реальностью.

– Бабка не сумасшедшая.

– Я не назвала её сумасшедшей, но в старости часто… э-э… преувеличивается действительность.

– У меня вопрос, – подал голос Ярик, молча выслушавший всю эту белиберду. – Предположим, так всё и было. Директор по неосторожности убил тещу, посчитав ее колдуньей. Но откуда такие подробности стали известны девчонке?

– Какой девчонке? – не поняла Тоська.

– А что, твоей старушенции уже тогда было девяносто три года?

Я засмеялся.

– А сейчас ей лет двести.

– Ярик, не будь занудой. Какая разница, как она узнала эту историю. Главное – узнала.

– Ошибаешься. Разница огромная. И хочешь знать мое мнение? Все, что ты нам сейчас рассказала, выеденного яйца не стоит. Старуха поделилась выдумкой с Раисой Николаевной, та, додумав историю, пересказала ее тебе. А ты, я уверен, внесла свои коррективы.

– Нет!

– Да!

Тоська вскочила с дивана и замахала руками.

– Библиотека скрывает множество тайн и загадок. Чем угодно готова поклясться. Неужели вам неинтересно разгадать хотя бы одну тайну?

– Нет, – хором ответили мы.

– А мне не терпится, – Тоська подбежала к стене и начала трогать деревянные панели. – Наверняка за одной из этих панелей находится тайник. А в тайнике клад, несметные сокровища.

Прошло пару минут и Тоську занесло в другую степь.

– Или стены скрывают следы страшных преступлений. Вдруг в них замурованы люди?

Мы занимались докладом, Тоська ходила взад-вперед, выискивая улики.

– Под столиком посмотри, – посоветовал я. – Может, там черепушка чья-нибудь завалялась.

– Или теща директора прячется. Нагнёшься под стол она тебя – хвать за нос. И превратишься ты, Тоська, в колдунью.

– Придется тебя в камин засунуть, – веселились мы.

– Чтобы ты через трубу вылетела.

– А что, из Тоськи неплохая колдунья получится.

– Шизанутых я не слушаю, – Тоська продолжила поиски неизвестно чего.

Мы корпели над докладом, читали, обсуждали, выписывали из учебников предложения или целые абзацы. Не считая Тоськиных заскоков, позанимались нормально. Думаю, с докладом проблем не возникнет.

– Гарик, приходи завтра после уроков ко мне, – сказала Вика. – Закончим доклад.

– Приду, – пообещал я.

…Утром, едва мы все собрались в классе биологии, Виолетта напомнила, что сегодня День Правды.

– А я и забыл, – протянул Мотька.

– Что, уже год прошел? – недоверчиво спросил Ярик.

– Время быстро летит, – кивнул я.

– Надеюсь, все помнят правила? – Виолетта обвела взглядом присутствующих. – Сегодня мы говорим только правду и ничего кроме правды. В школе, дома, на улице, и даже самому себе.

День Правды два года назад придумали Вика с Виолеттой. Не знаю, что их на это сподвигло, но девчонки предложили отказаться в этот день ото лжи. Если кого-нибудь ловили на неправде, а он (почти всегда этим «счастливчиком» была Тоська) доказывал, что в его словах нет и намека на ложь, вечером устраивался судебный процесс.

У нас были судьи, адвокаты, они защищали лгуна, и прокуроры. В качестве прокурора всегда выступал человек, уличивший обвиняемого во лжи. Было забавно и прикольно. Если суд выносил оправдательный приговор, дело закрывалось, и мы благополучно о нём забывали. В случае, когда выносился обвинительный приговор, подсудимого ожидало наказание в виде двухнедельного бойкота. Никто из класса не имел права даже кивнуть лгуну.

Два года назад Тоську оправдали, а в прошлом году она попалась на таком вранье, что даже ее адвокат, им выступал Мотька, попросил судью вынести ей наказание в виде бойкота. Две недели Тоська ходила подобно привидению. Она умоляла её простить, извинялась, раскаивалась по десять раз на дню, но мы были непреклонны. Даже Виолетта за две недели не проронила ни слова. Дома Тоське было хуже всего. Вроде сестра рядом, а поговорить с ней невозможно.

Когда бойкот закончился, Тоська клятвенно пообещала, что через год на скамье подсудимых окажется кто-нибудь другой. И вот пролетел год, и сегодня снова наступил День Правды.

– Готовься, Тоська, вечером будем тебя судить, – сказал Колька.

– Не дождетесь, я сегодня вообще ни с кем словом не обмолвлюсь.

– Правильное решение, – заключил Ярик. – Если постоянно врешь, в День Правды лучше отмолчаться.

Уроки шли своим чередом, никто не был пойман ни на крупной, ни на мелкой лжи. Все были осторожны в фразах, и перед тем, как что-нибудь сказать, тщательно обдумывали каждое слово.

– Тось, а что ты там говорила про убийство в библиотеке? – спросил после шестого урока Колька.

Тоська уже хотела ответить, но поняла, что Колька ее провоцирует.

– А я разве что-нибудь говорила? Не помню.

– Я бы послушал одну из твоих правдивых историй.

– К сожалению, сегодня, по техническим причинам, истории не рассказываются.

– А не потому ли они не рассказываются, что от начала и до конца были неправдой?

Тоська промолчала.

Ко мне подошла Вика и спросила, когда я приду к ней делать доклад.

– Вик, слушай, я совсем забыл, мне сейчас к бабушке съездить надо. Я ещё в выходные пообещал ей приехать. Давай я часиков в шесть к тебе заскочу.

– Договорились.

Дома я переоделся, выпил чая и поехал к бабушке. Обедать специально не стал. Отлично знаю свою бабушку, только войду в квартиру, и она сразу предложит перекусить с дорожки. Поэтому наедаться дома не имело смысла.

Бабушка живет в нескольких остановках от нас. Я к ней частенько езжу после уроков. Болтаю с Наташкой, моей двоюродной сестрой, ем пирожки с мясом и капустой, и выслушиваю бабушкины причитания по поводу моей худобы. Странно, джинсы и рубашки становятся мне малы, а бабушка с завидным постоянством уверяет, что я похудел. Хоть бы раз для разнообразия, сказала, что я поправился или не изменился. Нет, похудел и точка! И всё подкладывает мне пирожки, а потом ещё с собой десятка полтора вручит. Одним словом – бабушка.

Расчет оправдался. Я приехал и сразу же был усажен за стол. Наташка смотрела на меня с усмешкой. До недавнего времени у нее были проблемы с весом, врачи забили тревогу и родители посадили Натку на строгую диету. Она ее не соблюдала, наедалась тайком, а потом взяла себя в руки и сбросила восемнадцать килограммов. Как шутила бабушка, Наташка избавилась от двух вёдер картошки.

Теперь Натка питается правильно, дробно, ест только полезную пищу и занимается подсчетом калорий.

Поболтав, бабушка попросила нас сходит в магазин за хлебом.

– Наташ, пошли, – крикнул я.

– Ага, – отозвалась она из комнаты.

Мой новый телефон понравился ей настолько, что она не выпускала его из рук. В итоге аккумулятор практически разрядился.

– Блин, Наташ, он сейчас отключится. Кончай играть.

– А тебе жалко?

– Могла бы зарядку включить.

– Не догадалась. Давай сейчас включим.

– Нас в магазин отправили, телефон я дома не оставлю, вдруг мне позвонят.

– С новым телефоном ты стал слишком задирать нос, – сказала Наташка.

На улице она дулась на меня и вышагивала на два шага вперед. Дойдя до торца дома, мы услышали нарастающий гул, а секунду спустя Натка схватила меня за руку и крикнула:

– Вот это да!

Глава третья

Судебный процесс

Над домом бабушки кружил вертолет. Он явно собирался совершить посадку прямо на площадку между домом и школьным забором.

– Экстренная посадка, – крикнул я Наташке, стараясь перекричать гул вертолета. – Такое иногда бывает.

– Не умничай, – ответила она.

Вертолет приземлился, но из него никто не вышел. Собралось много зевак, все ждали продолжения зрелища. Наташка тоже с интересом смотрела на вертолет, а затем, переведя взгляд на ветку тополя, что росла над мусорными контейнерами, толкнула меня в бок.

– Гарик, мне нужна та ветка.

Только не это, подумал я. Начинается очередной заскок. Совсем забыл вам рассказать о новой причуде моей двоюродной сестры. Когда Наташка перестала наедаться и села на диету, ее капитально переклинило. Она стала злой как стая волков, а когда злость и раздражение прошли, Наташка вдруг решила заняться коллекционированием. В принципе занятие полезное, многие собирают значки, марки, картины, чашки… Собирать можно что угодно, была бы фантазия. Вот Наташке и взбрело в голову начать собирать замысловатой формы ветки.

Увидит необычную ветку и прям глаза у нее загораются. Начинает эксплуатировать фантазию, и уверяет, что ветка похожа не на обычную рогатину, а на идущего на водопой слона. Обратите внимание, не просто слона, а идущего на водопой. Крепко Натку накрыло!

Ветки она очищает, покрывает лаком, расставляя на полках в своей комнате. В настоящий момент, таких вот «слонов», «морских котиков», «мельниц» и «готовящихся к прыжку пантер» набралось около сорока.

– Чем она тебе приглянулась, – удивился я. – Простая ветка.

– Присмотрись, Гарик, она мне напоминает раскрывшего пасть крокодила. Достань, будь другом.

– Мне придется на крышу мусорного контейнера залезть.

– И что? Пара пустяков, и первоклашка справится.

– Думаешь, охота по помойкам лазить?

– Гарик, тогда я сама полезу, упаду и сломаю себе что-нибудь. Ты будешь доволен?

– Ладно, – сдался я.

– Только ломай ветку аккуратно, чтобы не испортить композицию.

– Композицию, – бормотал я, забираясь на крышу.

В этот момент вертолет загудел, винт заработал, и лопасти начали вращаться. Телефон зазвонил в кармане не в самый подходящий момент. Это была Вика.

– Гарик, давай перенесем доклад на завтра.

– Хорошо, Вик.

– А что там так шумит? – поинтересовалась Вика. – Разве ты не к бабушке поехал?

– К бабушке. Здесь вертолет взлетать собирается.

– Какой вертолет?

– Обыкновенный. Прикинь, мы с Наткой за хлебом пошли, а он прям за домом приземлился.

Выдержав паузу, Вика подозрительно спросила:

– Значит, ты сейчас за хлебом идешь?

– Нет, – я схватил ветку и посмотрел на Наташку. – Эта?

– Да, – кивнула она.

– Ты с кем там разговариваешь, Гарик?

– С Наташкой. Вик, мне телефон держать неудобно, я стою на крыше помойки и пытаюсь отломать ветку.

– Ветку? – вконец растерялась Вика.

– Угу. Она похожа на пасть крокодила, – засмеялся я.

– Гарик, шустрее, – торопила меня Наташка.

– Значит так, – прочеканила Вика. – Ты уличён во лжи!

– Нет, Вик, – ее заявление явилось для меня полнейшей неожиданностью. – Я не вру. Понимаешь…

– Или ты немедленно сфотографируешь вертолет во дворе дома или я всем сообщаю, что сегодня вечером над тобой состоится процесс.

– Пришлю! Только с процессом не горячись.

Отсоединившись, я включил камеру и мой телефон, издав громкий звук, отключился.

– Блин! Наташка, всё из-за тебя. Весь аккумулятор мне разрядила, пока играла.

В отчаянии, я разломал ветку пополам и швырнул на землю.

– Гарик! – заорала Натка. – Ты… Ты идиот!

– Дай свой телефон, – потребовал я, спрыгнув вниз.

– Разбежался. Ничего я тебе не дам, – Наташка развернулась и побежала в магазин.

– Натка, стой. Мне нужно сфотографировать вертолет. Иначе никто не поверит.

– Сломал такую ветку, – бурчала Наташка. – Не прощу тебе.

– Дай телефон.

– Нет!

Вертолет взлетел и начал удаляться. Я пнул ногой металлическую решетку. Нога отозвалась ноющей болью. Что за невезуха такая? И кто тянул меня за язык, зачем сказал Вике про помойку и ветку в форме крокодила. Конечно же, она мне не поверила. Да никто не поверит.

Вечером мы собрались дома у Вики. Напрасно я пытался оправдаться перед ребятами, они считали мои слова самой настоящей ложью. Даже Мотька признался, что вертолет во дворе жилого дома – перебор.

– Позвоните Наташке, она подтвердит.

– Натка твоя сестра, вы могли вступить в преступный сговор, – сказала Тоська.

– Какой сговор? О чем вы, ребят? Я правду сказал!

– Почему не прислал фотографию?

– У меня телефон отключился.

– Как все просто получатся, – издевательским тоном произнесла Вика. – Телефон отключился, доказательств нет, но мы почему-то должны верить тебе на слово. Не ездил ты к бабушке, Гарик, ты был в другом месте.

– В каком? – я сорвался на крик. – На вертолетной площадке тусил?

– Возможно.

– Маразм! Вы сумасшедшие.

– Он оскорбляет суд, – выкрикнула Тоська.

– Итак, – Вика попросила всех умолкнуть. – Начинаем процесс. Я, как обвинитель, хочу обратить ваше внимание, что у подсудимого нет ни одного доказательства…

– Протестую, – Ярик поднял руку. Он был моим адвокатом, чем очень гордился. – Предлагаю позвонить Наташке и выслушать ее версию.

Виолетта кивнула.

С Наташкой мы расстались не лучшим образом. Наговорили друг другу кучу гадостей, поэтому на вопросы Ярика она отвечала бойко и язвительно:

– Да, Гарик к бабушке приезжал днем. Посидел, нажрался пирожков и смотался. Куда? Не знаю.

Услышав про вертолет, Натка не задумываясь, выдала:

– Никакого вертолета я в глаза не видела. Гарик такой выдумщик, хлебом его не корми, дай только историю неправдоподобную придумать.

– Что и требовалось доказать, – возликовала Вика. – Гарик, что ты теперь скажешь?

– Наташка на меня обиделась, – прошептал я.

– То есть, врет она, а не ты?

– Именно!

– Не избежать тебе бойкота, Гарик, – качнул головой Мотька. – Не мог один день потерпеть. Дождался бы завтра и врал хоть про вертолеты во дворе, хоть про самолеты на крыше аптеки.

– Я говорю правду!

Ярик, как и полагается адвокату, начал меня защищать, доказывая суду, что для обвинительного приговора необходимы веские основания. Вика сказала, что оснований предостаточно. Тоська, радуясь, что на скамье подсудимых впервые сидит не она, была готова обвинить меня даже в уничтожении динозавров.

Когда мама Вики принесла нам чай с бутербродами, я потянул руку к подносу, но Тоська крикнула:

– Тебе нельзя.

– Это почему?

– Ты подсудимый.

– И что? Их, между прочим, тоже кормят.

– Пусть ест, Тось, не переигрывай, – произнес Мотька.

Ели мы молча, а закончив перекус, продолжили процесс. Тоську вызвали в качестве свидетеля. До сих пор не пойму, с какого бока она свидетель? Но тем не менее она начала катить на меня бочку. Вспомнила, что в первом классе я сломал ее карандаш, а во втором обозвал дурой. Потом припомнила ещё парочку случаев столетней давности, и в конечном счете навесила на меня ярлык неблагополучного элемента.

– Ребят, а вы не заигрались? – спросил я, устав от нападок одноклассников. Честное слово, это уже перебор. Давайте сейчас вспомним, что в детском саду я толкнул Ярика, играя в песочнице, и отправим меня в настоящую тюрьму.

– Гарик, – сурово проговорила Виолетта. – За нарушения правил Дня Правды ты приговариваешься к двухнедельному бойкоту…

– Подождите, – попросила Кира. Она сидела тихо, не принимая активного участия в процессе. – Смотрите, что я обнаружила в Интернете.

– Кир, вообще-то мы заняты, – напомнила Тоська.

– На ютубе выложили ролик с приземлившимся днем вертолетом. Он совершил экстренную посадку во дворе жилого дома.

– Адрес там есть? – крикнул я.

– Да, – Кира назвала улицу.

– Понятно вам? Это адрес моей бабушки. Ну что, съели?

Вика подошла к столу и просмотрела ролик.

– Но, Гарик, Наташка ведь опровергла твои слова.

– Из-за сломанной ветки и последующей ссоры, Наташка готова меня на опыты сдать. Слушай ее больше.

– Я всегда в тебя верил, – заявил Мотька.

– Не гони.

– Ну, может, самую малость сомневался. Но согласись, я имел на это право. Без обид, Гарик?

– Ладно, проехали.

– Приговор отменяется, – засмеялся Ярик.

Вика была подавлена.

– Гарик, извини, я не думала… Просто все выглядело настолько неправдоподобно.

– Я не сержусь. Но думаю, процесс все-таки состоится. Обвиняемая – Тоська.

– Но-но-но, – повысила голос Тоська. – Я сегодня не врала.

– Разве? Ты только что прилюдно обвинила меня в порче твоего имущества – простого карандаша в первом классе.

– Ты его сломал.

– Не я, а Мотька.

– И ты ломал мои карандаши и Мотька, – стояла на своем Тоська. – Я требую, чтобы Гарика вывели из зала суда. Он пытается сделать из меня козла отпущения.

– Козлиху, – хохотнул Мотька. – Козлиха – женского рода, а козел мужского.

– Оскорбление! – завопила Тоська. – Прошу занести в протокол. Виолка, почему ты смеёшься? Ты судья или нет?

– Уже нет, суд закончен, – сквозь смех проговорила Виолетта.

– Судью на мыло! – требовала Тоська. – Развели тут балаган.

Она еще долго пыталась доказать нам, что слова Мотьки затронули ее за живое, но в итоге махнула рукой и уставилась в телефон. А немного погодя мы снова пили чай, теперь уже на кухне. Жевали бутерброды, хрустели печеньем, шелестели фантиками от конфет, смеялись и подкалывали друг друга. Куда ж без этого.

Глава четвертая

С чем едят стрессоры?

Ненавижу! Ненавижу! Нет, я не сошел с ума, просто я действительно ненавижу, когда фиговина на куртке, за которую в раздевалке вешают одежду, рвется. Сколько раз со мной такой облом случался. А ведь без неё куртку нормально на крючок не повесишь. И капюшона у меня нет. Вот подстава.

– Привет, Гарик, чего такой кислый? – Виолетта с Тоськой прошли в раздевалку и встали рядом со мной.

Виолетта начала снимать куртку, а Тоська уже разделась, она всегда стягивает одежду на ходу, будто куда-то торопится.

– У меня ЧП, – признался я девчонкам.

– Домашку опять не сделал?

– Нет, вешалка оторвалась.

– А-а, петелька, – улыбнулась Виолетта. – Бывает.

– Забей, Гарик, – ответила Тоська. – Из-за какой-то ерунды в панику впадаешь. Повесь за воротник и пошли.

Делать нечего, пришлось воспользоваться советом Тоськи.

День сегодня для меня был насыщен в плане вызовов к доске, невольно возникла мысль, а не сговорились ли учителя. Ну смотрите, на истории вызвали, на алгебре вызвали, на литературе спросили, даже физрук заставил повторно прыгать через «козла». Что-то ему там в моём прыжке не понравилось.

Идя на ОБЖ, я был уверен – Мамаша тоже будет меня спрашивать. Но здесь я согласен стоят у доски хоть весь урок. С ОБЖ у меня все отлично. Благодаря нашему учителю. Мамаша – это его школьная кликуха, на самом деле он Максим Максимович Шариков. Но если взять по первому слогу от имени, фамилии и отчества, то получится – мамаша.

Уроки Мамаша ведет весело, эмоционально, я бы даже сказал, с артистизмом. Выглядит Максим Максимович комично: маленький, полный, вечно размахивающий руками человечек. А ещё он обожает есть нарезанную кружочками морковь. У него в столе в верхнем ящике всегда лежит пакет с оранжевыми кружочками. Мамаше кажется, никто не замечает, как он лихо выдвигает ящик стола, хватает морковку, и ловко отправив её в рот, начинает торопливо жевать.

Сегодня Мамаша был в приподнятом настроении, о чем свидетельствовала широкая улыбка на его круглом лице.

– Приятно видеть, что нет опоздавших и заболевших, – сказал он. – Что ж, тем лучше. Откройте тетради и запишите тему сегодняшнего урока. «Стресс и его воздействие на организм человека».

– Хорошая темка, – одобрил Мотька.

– Сегодня вы узнаете, что такое стресс и стрессоры.

– Стрессоры? – удивился Колька. – А их с чем едят?

– Коль, не позорился бы лучше, – ответила Вика. – Стрессоры это стрессовые факторы.

– Совершенно верно, Вика, – закивал Мамаша.

– Факторы, – прогудел Колька. – Так бы сразу и сказали. А то стрессоры… Хотя словечко прикольное. Слышь, Тоська, давай я буду называть тебя Стрессорой.

Раздался дружный смех.

– А что, – продолжал хохмить Колька. – По-моему, самое подходящее для тебя имечко.

– Помолчи, а то я сейчас встану, и ты на собственном опыте узнаешь, что такое стрессовое состояние.

– Ребята, – Мамаша подошел к Колькиной парте. – Запомните, один из стрессовых факторов это – страх. Вот скажи мне, Коля, в своей жизни ты испытывал стресс?

– Сто раз.

– Так. А конкретней.

– К зеркалу подойдет и сразу стресс начинается, – не удержалась Тоська.

Колька задумался. Вроде не такой уж и сложный вопрос, тем более он уже дал на него ответ, а вспомнить хоть бы одну стрессовую ситуацию не получается.

– Пищевое отравление является стрессом для организма?

– Конечно, – улыбнулся Мамаша и вернулся к своему столу. – Как ты себя чувствовал, когда отравился?

– Фигово. Появился сильный страх, мне казалось, что я могу умереть.

– Интересно, чем так травануться надо было, – подала голос Тоська.

– Шашлыком.

– Ну ты даешь! Вместе с шампуром, что ли, его проглотил?

– Тося, смотри на меня, не вертись,– попросил Максим Максимович. – Стрессовый фактор это воздействие на психику, которое в свою очередь вызывает стрессовый ответ. Понятно?

– Конечно, – ответила Тоська.

– Разные люди по-разному будут реагировать на одинаковую стрессовую ситуацию. Допустим, автобус, в котором вы едете, попал в аварию. Одни запаникуют, закричат, кто-то будет плакать, другие, находясь в шоке, не смогут пошевелиться.

– Со мной такое было, – сказала Кира. – Мы с родителями ехали в машине, и в нас чуть не врезался грузовик. Папа сумел избежать столкновения, но стресс был настолько сильным, что я остолбенела. Мне было настолько страшно, что даже рукой шевельнуть не получалось. А мама наоборот так кричала, что охрипла.

– А кто назовет жизненные стрессовые ситуации? – улыбнулся Мамаша.

Виолетта, Вика и Ярик подняли руки.

– По-порядку, – сообщил Мамаша, приблизившись к заветному ящику с морковью. – Виолетта, начинай.

– Болезнь, хроническая усталость, страх…

– Вика, продолжи.

– Сильный эмоциональный конфликт.

– Ярослав, дополни ответ, – Мамаша сел на стул, достал из ящика морковку и, подержав кружок в руке, сунул в рот.

– Потеря работы, ссора с близким человеком, материальные трудности…

– Во шпарит, – хмыкнул Колька. – Ярик, ты прям специалист по стрессовым ситуациям.

– А то! Если понадобиться обращайся, проконсультирую.

– У Гарика сегодня утром в раздевалке порвалась петелька, – сквозь смех проговорила Тоська. – Для него это было большим стрессом.

– Не гони, – крикнул я.

– Виол, подтверди. Он стоял с таким видом, что хотелось ему налить в блюдце молочка и почесать за ушком. Глаза на мокром месте были, как же, петелька порвалась, курточку теперь нельзя на крючок повесить. Как маленький прямо.

– Я маленький, а ты у нас взрослая и умная. Особенно твой высокий уровень интеллекта заметен, когда ты рассказываешь истории об аномальных зонах в школьной библиотеке и об убийстве колдуньи перед камином.

– Молчи лучше.

– Сама молчи, сказочница.

Отмахнувшись от меня, Тоська обратилась к учителю:

– Максим Максимович, вы можете нам рассказать что-нибудь интересное про нашу школьную библиотеку?

– Что конкретно тебя интересует, Тося?

– Из достоверных источников известно, что много-много лет назад директор гимназии убил в библиотеке свою тёщу-чернокнижницу.

Мамаша закашлял. Бедный, он чуть морковью не подавился.

– Кого убил?

– Тёщу. Она вроде ведьмой была.

– Извини, Тося, но об этом я слышу впервые.

– Поняла? – я покрутил пальцем у виска. – Тебе лечиться надо.

Пока мы препирались с Тоськой, а Мамаша жевал очередной морковный кусочек, Мотька вдруг выдал:

– Свадьба тоже большой стресс для организма.

Расхохотавшись, ребята начали прикалываться.

– Ты имеешь в виду, стресс для желудка?

– И печени, – веселился Колька.

– Не только, – на полном серьезе ответил Мотька. – Свадьба – сильный стресс. У меня сестра двоюродная замуж выходила, так пока шла подготовка к свадьбе, и утрясались всякие формальности, она на десять килограммов похудела. А узнав, что будут проблемы со свадебным платьем из-за резкого снижения веса, вообще чуть с катушек не съехала.

– Замуж-то она в итоге вышла? – спросила Тоська.

– Вышла.

– А от стресса очухалась? – я толкнул Мотьку и ухмыльнулся.

– Максим Максимович, разве я не прав?

– Прав, Матвей. Ты совершенно прав. Свадьба, как ни странно это прозвучит, дает стресс. Человеку предстоит принять важное в своей жизни решение, принятия на себя новых обязательств, ответственности за свою будущую семью. Плюс, как уже сказал Матвей, подготовка к свадьбе тоже своеобразный стресс.

– Короче говоря, стресс нас поджидает всюду, – заключила Тоська. – На работе стресс, до свадьбы стресс, после свадьбы тоже стресс. А в школе нагрузочка такая, что стресс зашкаливает.

– Особенно у тебя.

– Домашки столько задают – застрелиться можно. И контрольными доканывают! Одну напишешь, другая уже намечается. Сегодня лабораторка, завтра диктант, послезавтра доклад делать. Блин, получается, учителя специально вгоняют нас в стрессовые ситуации.

– Ну-ну, Тося, – запротестовал Мамаша. – Ты делаешь не совсем правильные выводы.

– Контрольная или диктант не могут стать причиной стресса, – пояснила Виолетта. – Стресс может быть вызван твоей неподготовленностью к урокам.

– Я твоим мнением интересовалась? Обязательно было встревать в разговор?

– Ты здесь не одна сидишь, – парировала Виолетта.

– Девочки, не надо ссориться, – Мамаша подошёл к Тоське и положил руку ей на плечо. – Лучше скажи мне, как, по-твоему, при стрессе в организме происходит много изменений?

– Думаю, много.

– Очень много! И в этих изменениях основоположник учения о стрессе Ганс Селье выделил три основные стадии развития стресса. Стадия тревоги, стадия сопротивления и стадия истощения.

Я посмотрел на Мотьку и хмыкнул.

– Что-то скучновато сегодня на уроке.

– Ты прав, никакого стресса.

– Вот бы устроить для всех стрессовую ситуацию, – пошутил я. – Все сразу забегают, запрыгают.

– Адреналин начнет вырабатываться. Слушай, Гарик, а если без шуток, как бы ты поступил, попав в аварию?

– Не знаю, – честно признался я. – Трудно так сразу ответить. А ты?

– Мне кажется, я не впал бы в ступор, а начал бы действовать.

– Хм, как действовать, а вдруг ноги-руки сломаны, а рядом никого нет, кто сможет оказать помощь.

Мотька задумался.

– Тогда плохи мои дела.

– Ладно, Моть, расслабься, не бери в голову.

Мы начали тихо переговариваться, не прислушиваясь к словам Мамаши. А когда в классе воцарилась тишина, я поднял глаза, увидев прямо перед собой Максима Максимовича.

– Гарик, мы ждем?

– Чего ждете?

– Твоего ответа.

– У нас опрос, – шепнула Кира. – Где ты был, когда мы обсуждали влияние стресса на организм?

А действительно, где я был. Сидел за партой и трепался с Мотькой о пустяках. На каждом уроке после объяснения новой темы, Мамаша в обязательном порядке проводит опрос.

– Гарик, так к чему же может привести длительный стресс?

– К плохому самочувствию, – осторожно ответил я.

– Уточни.

– Ну…

Тоська дотронулась до головы и поморщилась, будто мучилась от сильной боли.

– Длительный стресс способен вызывать появление болезней.

– Ладно, выкрутился, – строго проговорил Мамаша. – На первый раз прощаю. Слушайте внимательно, это пригодится вам в жизни. Итак, к чему же приводит стресс? Виолетта.

– Истощает человека не только физически, но и психически.

– Хорошо. Тося.

– Вызывает болезни сердца.

– Правильно. Коля.

– От стресса может возникнуть язва желудка и двенадцатипалой кишки, – со знанием дела высказался Колька.

– Двенадцатиперстной, – поправила его Вика.

– Ну я и говорю двенадцати… Короче, Вика правильно сказала.

Когда опрос закончился, Мотька спросил:

– Максим Максимович, почему возникает стресс и к чему он приводит, мы поняли. А как с ним бороться-то?

– Есть несколько хороших способов снять нервно-психическое напряжение. Занятия спортом…

– Начинается, – простонала Тоська. – Чуть что, сразу занятия спортом. Без спорта прям никуда.

– В спорте сила, – сказал Колька.

– Помалкивай. Я вот знаю парочку примеров, когда люди никогда в жизни не занимались спортом и дожили до глубокой старости без единой болезни. И знаю кучу спортсменов, которые в пятьдесят лет уже разваливались на части. Вот тебе и спорт.

– Тося, тебя опять бросает в крайности, – укорил ее Мамаша. – Умеренные занятия спортом помогают организму бороться со стрессом. Но если не по нраву это способ, я назову другие. Например, мытье посуды…

– Максим Максимович, пять баллов!

– Да, да, да, это не шутка.

– Ничего не понимаю, – сокрушалась Тоська. – Дома мы моем посуду по-очереди. Специально для этого у нас составлен график.

– И кое-кто постоянно норовит свою очередь пропустить, – с упреком произнесла Виолетта.

– Не об этом сейчас разговор, – обвала ее Тоська. – Так вот, когда наступает моя очередь, я испытываю сильнейший стресс. А вы говорите, мытье посуды помогает с ним справиться. Получается, я исключение из правил?

– Я сразу тебе об этом сказал, – выкрикнул Колька. – Ты не такая, как все. У тебя несколько винтиков не хватает. Их при сборке забыли завинтить.

Тоська схватила свою тетрадь и запустила в Кольку.

– Промахнулась.

– У меня и учебник есть. Второй раз не промахнусь, стрессанёшь так, что полностью забудешь алфавит.

– Тось, положи учебник, – попросила Виолетта, видя, что сестра настроена решительно.

– А еще помогает громкое пение, – Мамаша постучал костяшками пальцев по парте. – Что-то вы слишком развеселились, я погляжу. Надо бы вас приструнить. Коля, иди к доске.

Проходя мимо второй парты, Колька получил подзатыльник от Тоськи.

– Это тебе за винтики.

– Обиделась, что ли?

– Уже не обижаюсь. Мы квиты.

Растирая затылок, Колька встал возле стола Мамаши.

– Николай, раздай всем листы бумаги. До конца урока осталось семь минут, проведем короткую контрольную работу.

– Ну-у!

– Максим Максимович!

– Пожалейте нас!

– Контрольная в конце урока – сильный стресс для организма!

– Будет всего три вопроса. Не забудьте подписать лист. Все готовы? Поехали. Вопрос первый: что такое стрессоры?

Не знаю, какая муха меня укусила, но переклинило меня капитально. Это всё Колян виноват. Прикалываясь над Тоськой и называя ее стрессором он, сам того не осознавая, снизил мне балл за контрольную. На два последующих вопроса я дал правильный ответ, а что касается стрессоров… Блин, как вспомню, так стыдно делается. Я написал, что стрессоры – это Тоська. Написал чисто машинально. Оставалась надежда, Мамаша меня поймет и воспримет мой ответ шуткой. Увы, Мамаша меня не понял, и поставил за контрольную четыре. Обидно. Хотя четвёрка тоже классная оценка. Она, конечно, хуже пятерки, но, определённо, лучше тройки.

Глава пятая

Ваня и Вася

Стоило Тоське подойти к зеркалу, как Виолетта резко отскочила в сторону.

– Ты чего так шарахаешься, Виолка?

– Вдвоем в одно зеркало не смотрят.

– Кто это сказал?

– Я слышала где-то. Вроде плохая примета.

– Опять твои штучки, вечно ты что-нибудь или услышишь, или вычитаешь, и понапридумываешь. Лучше одевайся быстрее, через десять минут выходим.

– Я почти готова.

– Как?! – Тоська округлила глаза и посмотрела на сестру в отражении. – Ты пойдешь на свидание в черных брюках? Виолка, лучше надень белые джинсы.

– Отстань. Во-первых, в брюках мне удобней, во-вторых, ночью шел дождь, на улице лужи, белые джинсы я при любом раскладе не надену…

– А в-третьих? – издевательски произнесла Тоська. – Я же тебя прекрасно знаю, есть еще в-третьих.

– Есть, – Виолетта подошла к окну и посмотрела во двор. – Мы идем не на свидание. Но тебе так нравится это слово, что любой выход из дома ты готова назвать свиданием.

– Ты на самом деле ничего не понимаешь или прикидываешься?

– Что я должна понимать?

Тоська взяла Виолетту за руку и усадила на кровать.

– Ярик с Гариком пригласили нас погулять не просто так. Они действовали с умыслом. На самом деле Ярику хочется тебя увидеть, пройтись вместе по улице, поболтать, но он стесняется пригласить тебя одну. Вот и подговорил Гарика, чтобы тот позвонил мне и пригласил на прогулку.

– Как у тебя все сложно, – засмеялась Виолетта.

– А ты пошла бы гулять вдвоем с Яриком? Только честно.

Виолетта пожала плечами.

– Наверное, пошла бы.

– Как-то неуверенно ты это произнесла.

– После того случая, я Ярика, конечно, простила, но неприятный осадок все равно остался.

– Виолка, это было сто лет назад. Ну подумаешь, перепутал Ярик чуток. С кем не бывает.

– Ничего себе чуток, пригласил в парк меня, а едва не ушел с тобой.

– Мы близнецы, – напомнила Тоська.

– Если ты по-настоящему нравишься человеку, он тебя никогда ни с кем не спутает, окажись рядом хоть два десятка клонов.

– Ой, ладно, – отмахнулась Тоська. – С тобой бесполезно разговаривать.

В коридоре ожил звонок.

– Мальчишки пришли?

– Да нет, мы договорились встретиться на улице, – Тоська подошла к двери и посмотрела в глазок. – Это Оля.

Соседка Ольга стояла на пороге с самым виноватым видом. Тоське даже сделалось смешно. И хоть Ольга была старше (как-никак ей уже почти двадцать три года) имела мужа и двух сыновей-близнецов, она часто терялась и смущалась, отчего больше смахивала не на мать семейства, а на девчоку-подростка. Да и выглядела Оля моложе своих лет. Низенькая, худая, а голосок настолько тихий и тонкий, что порой окружающие просили Олю говорить громче.

– Привет, – кивнула Тоська.

– Здравствуйте, девочки, – пропищала Оля. – А вы уходите?

– Ага. Гулять собрались.

На лице Оли отразилось отчаяние.

– Как жаль, – протянула она, заламывая себе пальцы. – Тося, а я хотела попросить тебя об одолжении – посидеть пару часиков с Ваней и Васей.

– Так сегодня же суббота, у тебя нет курсов.

– Курсов нет, но возникли форс-мажорные обстоятельства. Вадим на два дня уехал в командировку, а к нам завтра днём свекровь приезжает, – Оля аж поёжилась, словно стояла раздетая на лютом морозе.

– Ну и?

– Хочу в парикмахерскую сбегать, а потом по магазинам. Лариса Константиновна в обязательном порядке устроит в квартире проверку. Первым делом заглянет в холодильник, потом на шкаф полезет…

– Зачем на шкаф-то? – хохотнула Виолетта.

– Пыль проверять. И даже если квартира будет вылизана, моя свекровь всё равно найдет к чему придраться.

– Настолько строгая?

– Скорее вредная, – поморщилась Оля. – Невзлюбила она меня с первого взгляда. До сих пор считает, я не пара ее Вадиму, из меня никудышная мать и лучшим подарком для Ларисы Константиновны явилась бы новость, что меня лишают родительских прав.

– Н-да, – протянула Тоська. – Тяжёлый случай.

– Тяжелее не бывает.

– А где она хоть живет?

– В Новосибирске.

– О! Так это далеко.

– Единственный плюс, – невесело улыбнулась Оля. – Тось, а прогулку никак нельзя отложить? Я заплачу тебе в двойном размере.

Увидев протянутые деньги, Тоська мотнула головой.

– Оль, ну при чём здесь деньги, я по доброте душевной тебе помогу, – сказав это, Тоська схватила деньги и убрала их в карман. – Через десять минут приду.

– Спасибо, Тося. Жду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.