Андроп Бубенцов
О чем не услышит жена. Часть 2. Тайные записки холостого отца

Введение.

Я приветствую тебя, мой дорогой читатель. В ваших руках вторая книга цикла «О чем не услышит жена»! Она во многом отличается от первой: и по написанию, и по изложению, и по стилистики, но она все также затрагивает актуальные темы и вопросы обыденности. Многие мысли, которые рассматриваются в этом произведении, неоднократно приходят в пытливые умы обычного человека. Это вечные вопросы, на ответы которых человечество тратит жизни. Они рождают множество споров и дискуссий, но точных или истинных ответов никто ещё не получил.

Как же прожить свою жизнь? Что мы можем оставить после себя своим потомкам? Как и чему научить детей, чтобы они прожили свои жизни счастливо и полноценно? Что представляет собой те или иные поступки: ошибки или опыт, хорошо или плохо? Поиск смысла жизни, находящееся внутри каждого.

Я, как и в первой книги, не предлагаю план-проспект, как улучшить свою жизнь. У меня нет определённой методики, чтобы стать счастливым, богатым и радостным. Пилюли или укола от всех душевных болезней мной не изобретены. Но рассмотрев, при помощи этой книги, как работают процессы и внутреннее отношение к миру и окружающим, можно почерпнуть оттуда эксклюзивные знания. Они помогут каждому пересмотреть свой взгляд на мир и вздохнуть с облегчением. Ведь на самом деле жить не так сложно, как нам рассказывали. Жизнь это легко и просто. Всего лишь надо начать с себя. А остальное вокруг приложится и изменится.

Если вы хотите жить счастливо и получать все блага мира, которые предоставлены в неисчерпаемых количествах, то прошу не полениться и потратить чуточку своего времени на прочтения сей рукописи.

Если вы родители, которые мечтают дать лучшее детям, то остановите бег своей жизни на несколько часов, и прочтите эти немногочисленные строчки, что составляют в нашей вселенной всего лишь маленькую частицу, не сравнимую даже с пылинкой. Ведь дети это отражение своих родителей. Я не думаю, что каждый из родителей мечтает, чтобы их чада прошли тот же путь, что и они. И чтобы уйти от этой участи, книга предоставит вам такую возможность. Всего лишь несколько часов потраченных на прочтения этой книги, помогут изменить целую жизнь и, надеюсь, ни одну.

Не думайте, что на страницах этого произведения вы найдёте инструкцию, как изменить свою жизнь и жизнь детей в лучшую сторону. Не все так просто! Необходимо будет поразмыслить, взвесить прочитанное и применить то, что пришлось по душе. А что не понравилось, вам придётся либо принять, либо отказаться. Но у всех нас всегда есть выбор. Вы можете прочитать книгу и пробовать что-то изменить в лучшую сторону в вашей с детьми жизни. Или просто пройти мимо и продолжать существовать так, как вы привыкли к этому. А возможно, вы найдёте другой источник или ресурс, который более подходит к вашим взглядом, и обратитесь к ним. Вас никто ни к чему не обязует.

Но тех, кто рискнёт и пойдёт за моей мыслью, а ещё и примет её, я благодарю за уделённое время, которые вы потратите не зря! Я вам обещаю. Но что? В путь! По неизведанным просторам вселенной нашей души и подсознания! Вперёд, мой друг!

Глава. Предисловие

Андроп, совсем ещё маленький мальчик, лет семи, сладостно поёживался на старой русской печи, от которой шло доброе тепло. За окном бушевала вьюга. Снег валил огромными хлопьями, можно сказать, лепёхами. А ветер их сдувал в сторону, и они как взрывные снаряды бухались на землю, создавая сугробы.

– Виууу, – задувал ветер, пытаясь ворваться в закрытое окно, – Виууу!

Как хорошо и уютно. В печке потрескивали сухие берёзовые дрова от жаркого пламени огня. В двери зашёл старик в тулупе и валенках. На руках он занёс охапку дров, которые скинул на пол перед печью, предварительно встряхнув снег с себя.

Растрёпанные седые волосы свисали до плеч. Густая седая борода опускалась до мужественной груди, но уже с дряхлой и старой кожей.

– Андропушка, чайку будем гонять? – спросил он ласково чуть с хрипотцой.

– Будем! – радостно соскочил мальчик с печки и молнией оказался на старой скрипучей табуретке пред столом, на котором появились варенье, печенье и пряники. Дед аккуратно налили густой чай в пиалы, от которых шёл пар вкуса смородины. Андроп вдохнул его и поперхнулся от горячего воздуха.

– Эке! – прокряхтел дед на это действие, – Что же ты так резко! Чай вдыхать надо медленно и длинным вдохом, – он продемонстрировал, как это делается, – Чай надо чувствовать, сынок!

Он опять вышел за дверь и через минуту появился с литровой баночкой мёда.

– Медку надо бахнуть! – проговорил он, наливая нектар в такую же пиалу, из которой пил чай Андроп, – Вьюга вьюжит, как бы нам не сдюжить! – улыбнулся старик, – А для этого мёд любую хворь уберёт!

– Деда! – произнёс мальчонка, – А расскажи что-нибудь на ночь? – глаза его заблестели в предвкушении интересной сказки.

– Сначала чай в тиши, затем и сказ в ночи! – грозно посмотрел он на внука. Они молча попили чай. Каждый в своих раздумьях. Андроп мыслил о силе вьюги и о том, как внутри дома тепло, уютно и безопасно, особенно с дедом. Дед сильный, большой все знает. А дед все думал, чтобы такое рассказать путного своему юному слушателю.

– Помниться мне, – укладывая Андропа на печь и укрывая его пуховым лёгким одеялом, начал своё размышление вслух старец, – Рассказывал один парень историю интересную… Или не рассказывал! А я сам это прожил! – задумался дедушка на минуту, – Ну, неважно. Может соседка Клава что шептала! А вроде это со мной было! – совсем запутался старец в мыслях то ли память слабела, то ли специально, чтобы заинтересовать ребёнка, – Так вот, история поучительная и занимательная в том деле, что там про парня, который потерялся! По-моему это я был в юности…

– В лесу? – спросил Андроп.

– В лесу! – покачал положительно головой и своей седой бородой одновременно старец, – В лесу вариантов жизни и дебрях собственной души, которая была вся в сомнениях и переплетениях.

– От чего он сомневался? – задал интересный вопрос Андроп.

– От того, сынок, что и не знал, что для него правильно, а что нет. Что хорошо, а что плохо. Что ему надобно, а что нет!

– Но ведь взрослые все знают, что такое хорошо, а что такое плохо! – удивился малыш.

– Не все! – покачал отрицательно головой старец, задув все свечки в комнате, кроме одной, которую он поставил на край печи, а сам уселся на низкую табуреточку напротив ребёнка, – Кто ж тебе сказал такое? Глупый! – расхохотался он неожиданно, – Откуда ж взрослым знать, что плохо, а что нет? Это ж тоже дети! Только большие! Ещё хуже вас маленьких! Вы хоть искренне со всеми и с собой, в том числе. А взрослые тьма потёмки! Так вот, – вернулся к мысли старик, проведя пальцами сверху вниз по своей бороде, – Жил парень и потерялся в своей же жизни. И найти себя он никак не мог! Так заплутал, что сама вселенная и все Боги были удивлены его поступкам! Создал семью – потерял семью! Нашёл работу – потерял работу! И решили Боги проверить его, а насколько он качественно и правильно прожил свою жизнь. И решили они вершить суд над ним! Да не простой суд, а самый что ни на есть строгий. По всей строгости решили они его прижать к стенке и выяснить, какую же он пользу несёт миру, окружающим и себе!..

Детское воображение Андропа разыгралось не на шутку. Он прикрыл глаза, чтобы тень от пламени свечи не отвлекала его от рассказа старца, и начал слушать. Да слушать так, что всей душой воспринимал каждое слово своего деда. За окном по-прежнему вьюжило, а ветер стучал в окно, чтобы самому послушать рассказ о холостом отце и его записках!

Глава 1 ОБМАН

Что такое обман?

Это всего лишь испуг!

Ни одного человека не знал,

Что сами себе не лгут!

Половица пола резко и звонко скрипнула под изящно налакированной туфлей обвинителя, когда он резко развернулся на каблуке и начал своё шествие в другую сторону. Андрей поднял тяжело свисающую голову между колен, всю неравномерно заросшую в волосах до плеч. Он походил на дикого Тарзана или Маугли, прожившего вне цивилизации всю сознательную жизнь. Плечи осунулись, глаза впали, да и схуднул не хило, сбросив килограмм пятнадцать точно так, что клетчатая рубашка тёмно-зелёного цвета свисала на нем, словно балахон.

Обвинитель, напротив, излучал уверенность, силу и бодрость. Его фиолетовый строгий костюмчик дисциплинарно был весь выглажен по стрелочкам и линиям. Причёска уложена LondaColor свежесть утреннего муссона. Да и лицо излучало здоровье и молодость. Он был на высоте во всем.

Присяжные, их было девять человек, грузно восседали по всему периметру судебного зала, одетые в чёрные балахоны повязанными белыми мантиями. Из-за накинутых капюшонов на головы лиц было совсем не видно. Словно сама таинственная сила справедливости присутствовала на главных ролях вынесения приговора в этих мужчинах и женщинах, хотя по половому признаку их отличить никак было нельзя. Они сидели, молча и сконцентрировано, практически без движений, и будто совсем не дышали. Их все внимание устремилось на факты и аргументы обвинителя.

Андрей вновь опустил голову вниз и стал прислушиваться к словам. До него начали доноситься звуки и слова обвинителя. «Писклявый голосок!» – подумал он и глубоко от отчаяния вздохнул: «Посадит надолго!»

– Дорогой суд присяжных! – обратился обвинитель высоко подняв голову к каждому из заседателей таким образом, что пришлось поворачиваться по часовой стрелке по всему залу, – Мы рассматриваем дело Андрея Петровича Замятина! Человека, который является самым опасным преступником на всём земном шаре. Да, что скромничать, во всей вселенной, среди множества галактик. Его поступок противоречит всем нормам и правилам жизни, всем канонам созданным всевышним. Он нарушил закон космоса и без всякого угрызения совести продолжает быть на свободе. По праву он не имеет право носить название человек и быть им! – большим и нежным пальцем, как бывает только у молодых девушек, он указал на решётку, в которой сидел наш главный герой, и добавил, – И я требую для Андрея Петровича самого строгого наказания, что может придумать наш вселенский суд.

Присяжные, восседавшие по всему периметру судебного зала, по очереди заёрзали своими задними местами по кожаным стульям, сделанных из дорогого красного дерева. Красный цвет каркаса и чёрная обшивка предавали предмету мебели великолепие, изящество и статус власти и богатства. Присяжным явно было неинтересно слушать громкие слова обвинителя, созданные по шаблону. Тем более его голос не вызывал ни у кого ничего хорошего внутри, кроме отвращения. Обвинитель говорил так, словно кто-то ногтями проводил по стеклу, и в зале от этого стоял такой писк и скрип, что по спинам пробегали мурашки, а уши хотелось закрыть ватными тампонами. Даже использованными не побрезговали бы многие.

Обвинитель, окинув взглядом, всех заседавших великих умов власти справедливости, вновь резко со скрипом, развернулся на своих усердно вычищенных каблуках от туфлей, в сторону к судье. Их взгляды встретились, и в судебном зале на минуту случилась пауза.

Судья властно сидел на кресле такого же типа, что и у присяжных был стул: красное дерево и кожаная обшивка. Его трибуна возвышалась над всеми на несколько десятков сантиметров так, что судья видел всех окружающих без помех. Она была хорошо пролакирована, от чего ослепительно блестела бордовым цветом. На столешницы трибуны лежал небольшой молоток, который должен в случае выхода из-под контроля ситуации и судебного процесса, привлекать внимание присутствующих к порядку. И, естественно, своим твёрдым стуком по столешницы поставить точку в этом заседании и выдвинуть приговор. Но молоток этот был резиновый. Просто резиновый игрушечный молоточек, который, ну, никак не мог создавать тот стук, который принят в судебном зале. Андрей это давно заметил и внутри слегка улыбнулся, подумав, что ж за заседание такое глупое.

Судья сам по себе был лысый, но на голове у него был парик как принято у всех людей его статуса. Только парик был в виде красного ирокеза, словно на нём сидел ёжик. На левой щеке высвечивалась татушка – слово «БОГ». А из двух ушей свисали по плечи длинные серёжки в виде крестов с изображением распятого Христа. Балахон был обычного чёрного цвета с золотистым воротничком. Вроде необычного больше в судье Андрей ничего не заметил, хотя и этого достаточно было.

И только герб над головой судьи наш герой не мог разглядеть никак. Он переливался как голограмма от нежно-белого цвета до насыщенно фиолетового и представлял собой простой сгусток движущийся энергии. Так что глаз иной раз фиксировал в этом символе полёт свободной птицы, расправившей широко крылья, а другой – колышущуюся свежую траву на ветру. Человеческий глаз мог уловить любой силуэт и действия в этом гербе. Поэтому Андрей и не мог понять, где он находится и за что его судят.

Минутные переглядывания судьи с обвинителем закончились словами последнего:

– Это не человек, а чудовище! Я требую максимального наказание для его души! – скрипел его голос, а вместе с ним и паркетный пол, – Такие, – вновь он ткнул своим нежным пальцем, но теперь в сторону Андрея, который сидел на стуле из железного каркаса. По бокам к каждой ножке откуда шли алюминиевые провода. Его это никак не смущала, наверное, потому что он не обращал внимание на них. Не до этого было, – Такие, как этот… Не поворачивается даже язык, назвать его человеком. Такие, как он… Как подсудимый не имеют право носить гордое название ЧЕЛОВЕК и быть им! Из-за таких вот особей у нас и стоит вопрос катастрофы человеческого выживания и проблема вселенной!

В зале на деревянных лавочках, как были в школе, возмущённо зароптали зрители. Их было несколько десятков. Разглядеть кто сидел было невозможно. Андрей почему-то видел только силуэты, которые, как и герб, могли менять свою структуру непонятно от таких обстоятельств.

Судья спокойно взял свой резиновый молоточек и стукнул по трибуне для наведения порядка в зале. Звук оказался весьма твёрдым и громким. Все утихло.

– Продолжайте, – приказал судья обвинителю, – зачитайте, пожалуйста, нам обвинение, – направил он его в нужное русло, чтобы больше не форсировал события и не наводить смуту среди присутствующих.

– А обвинение, – сбившись с красивой и яркой речи, прокурор начал собирать новую, – а обвинение, уважаемый судья, самое не на есть, что серьёзное! Андрей Петрович Замятин совершил дерзкий поступок, которому нет никакого оправдания! Он бросил семью! Не просто семью, а двух детей! Не просто двух детей, а двух мальчиков! Двух прекрасных будущих мужчин! Он не принимал участие в их воспитании и становлении, что является его прямыми обязанностями по статусу и положению! Он оставил их совсем одних и не стал передавать опыт и навыки, оставив их выживать одних! Разве это уму постижимо, – обвинитель обратился и к присяжным и гостям судебного процесса. Вновь создался гул возмущения и ропот по всему залу.

Судья лениво, но уверенной рукой стукнул своим резиновым молоточком, который и в этот раз не подвёл своего обладателя и громко произвёл звук удара об твёрдую поверхность. Тишина снова воцарилась вокруг. Андрей был удивлён и шокирован обвинением. Он первый раз услышал, за что его всё-таки арестовали.

– Как же бросил? – привстал он со стула возмущённый. Но тут же по его ягодицам прошёл небольшой электрический импульс, пронзивший всё его тело. Он сел обратно, как прилипший к стулу.

– Сядьте! – обратился к нему панк-судья, – Вам пока не стоит совершать глупых и необдуманных поступков. Вы находитесь под подозрением, поэтому мы по всей строгости закона обязаны Вас содержать здесь. А разряд электрического тока контролирует Ваше поведение и слова. Так что будьте аккуратней, – посоветовал он Андрею.

– Я требую, – продолжил обвинитель, – наказать вот этого… – он снова замялся, – мужчину и отобрать у него статус и звание человека, а душу его перенаправить на переделку в зону неисправимых душ, для дальнейшей корректировки или перевосоздания её структуры, пока все огрехи не устранятся, но минимум на тысячу лет. А до этой поры не пускать его душу на Землю ни под какими предлогами.

Закончив свою речь обвинитель гордо отошёл в сторонку и присел на свой кожаный стульчик в углу. Он был действительно доволен собой и своим выступлением. Судья постучал пальцами левой руки по трибуне, о чём-то задумавшись. Андрей находился в шоковом состоянии, но не решался сдвинуться со своего стула, боясь получить новый разряд током. Что за обвинение? Не понимал он. Бросил семью и детей! Что за глупости?

– Что Вы скажите в своё оправдание? – вяло обратился судья к Андрею. Андрея, словно вырвало из глубокого раздумья, и, забыв об электрическом стуле своём, соскочил с места и сказал:

– Что за чушь? – странно стул его не ударил током, – Я не уходил от них! Я не бросал их!

– А вот я бы посмотрел один прекрасный ролик из жизни Андрея Петровича, который прояснит наши слова! – приподнялся и проговорил, язливо, обвинитель, будто ждал развития такого сюжета, – Позволите, – обратился к судье, который одобрительно кивнул ему головой, а Андрею рукой показал сесть на место, что тот покорно и сделал.

Посередине судебного зала появилась голограмма с надписью «Досье на Замятина Андрея Петровича. Дело №506 от июля 2021 года».

На экране поменялась картинка. Андрей лежит на кухне на диване, который он собственноручно поставил туда для удобств, когда делал ремонт. Он выпивший и взволнованный. Что-то его сильно тревожит. Где-то в детской комнате сидит старший ребёнок и смотрит мультики. Уже не те детские «Мимишки» или «Маша и медведь», а что-то взрослое. И вроде это даже не мультик, а какой-то молодёжный сериал из той категории, которая вроде бы и смешной, но глупый, что хочется плакать. Маленький сын бегает из комнаты в кухню к папе. Он то смотрит свои мультяшки, то приносит папе машинки, чтобы тот поигрался с ним. Но Андрей машинально берёт их в руки и не обращает внимание на желание маленького человечка, которому в последствии приходится уйти вновь смотреть мультики.

Его жена злится и гневается. Она наводит порядки в шкафу. Возможно, просто делает вид, чтобы Андрей себя чувствовал неловко. У последнего очень болит голова от выпитого алкоголя. Он вчера, как у него и принято на выходном, выпил неизмеримое количество спиртных напитков и снова поругался с женой. Тема для ругани уже была неважна. Нужна была только ссора, от накопившихся обид.

Андрей лежал и размышлял, что любовь у супруги к нему прошла. Вчера вечером она выгнала его из дома в очередной раз. Никакой поддержки. Никакого уважения. Ей все равно стало, где он шлялся всю ночь, но Андрей вернулся. Вернулся ни ради того, чтобы вернуться и остаться, а ради того, чтобы посмотреть обстановку в доме и решиться на уход.

Он полежал и даже слегка поспал. Пробудившись, в его рассудке заметно появился гнев и злость. Резко похватав какие-то свои личные вещи, Андрей выскочил за дверь, хлопнув ей показушно и громко.

– Здесь мне больше нечего делать! – проговорил он, спускаясь вниз по лестнице. Картинка встала на паузу.

– И как? – продолжил монолог обвинитель дальше, – И как к такому отнестись? Человек, если его можно так назвать, просто не обращает внимание на детей. Игнорирует их и их желания. И просто уходит, оставив двух мальчишек без отцовского воспитания. А в небесном своде кононов написано, что «каждый муж, возжелавший женщину и детей от неё, обязуется дать воспитание отцовского, вложить все мужские навыки и качества и научить пользоваться энергией силы и космоса…», – что-то процитировал человек в лакированных туфлях, – Он просто отказывается от этого! Максимум наказания! Дети проживут жизнь несчастно из-за его отсутствия и решения уйти, принятого им же. Заметим то, что он в здравом уме!

«В здравом уме…», пронеслось гулом в голове Андрея. Он по-прежнему сидел, свесив голову между ног, опираясь на руки.

– Ой, ой, ой! – откуда-то появился весь взъерошенный и потрепанный старичок, словно он спустился сверху из-под потолка, а возможно с самих небес, – Иларион Иннокентьевич, – обратился он к обвинителю, – сколько лет вы на этой службе, а все также красочно рассказываете о тех преступлениях, которых во все и не было, – расхохотался по доброму старичок и хлопнул по плечу обвинителя. Тот слегка пошатнулся на своих скрипучих каблуках.

– Добрый день всей коллегии присяжных и, естественно Вам, светлейший наш судья, – улыбнулся он, оглядев всех вокруг.

– Опять опаздываем Кирилл Игнатьевич? – лениво спросил судья.

– Не опаздываем! – улыбнулся старичок, – Опоздать нельзя, всё происходит вовремя, все мы это прекрасно знаем. Да молодой человек, – обратился Кирилл Игнатьевич со своей милой улыбкой к Андрею, который непонимающими глазами смотрел на нового персонажа.

– Да, – ответил он не уверено.

Кирилл Игнатьевич был старичком лет шестидесяти – семидесяти. Небольшого ростика с седыми редкими волосами, которые местами растрёпано торчали кверху, и с проплешиной посередине головы. Круглые очки слегка прикрывали его добрые и бегающие глазки, как у ребёнка, изучающего новый мир. Его лицо также было округлое слегка полноватое. Весь его внешний вид показывал, что этот человек доброй и простой души.

Серые пиджак и брючки были потрепаны и все в складках. Пошарпанные коричневые ботинки со сбитыми носками означали, что Кирилл Игнатьевич не волнуется за свой внешний вид в отличие от обвинителя.

– Интересное видео, – продолжил он, – я по-видимому пропустил, – улыбнулся он, повернувшись к обвинителю, – Но почему же Вы, голубчик мой, Иларион Иннокентьевич, показываете короткометражки?

– Как это? – удивлённо приподнялся обвинитель, – Что вы имеете в виду? – недоумевал Иларион.

– Ну-с, голубчик, – победоносно и чуть-чуть с тайной, протянул Кирилл Игнатьевич, – давайте посмотрим полное видео. Так сказать, режиссёрскую версию.

Все присутствующие в зале суда обернулись на экран, где начался показ нового фильма из жизни Андрея. Фильм шёл нарезками и отрывками, захватывающий ни один день и происшествия из жизни Андрей Замятина.

Первая нарезка: Андрей сидит на кухне, покуривая сигарету в окно. Его голову обдувает вечерний летний ветерок. Так приятно и хорошо. Заходит жена и с недовольным лицом присаживается напротив своего супруга. Она долго и пристально смотрит на него и задаёт вопрос в лоб:

– Что будем делать?

Андрей обернулся на красивую и молодую женщину. Оглядел её с головы до ног и пожал плечами, не понимая, что несёт в себе этот вопрос:

– С чем?

– Я тебя разлюбила и не люблю больше! – бьёт супруга прям в сердце Андрея сидит удивлённый и шокированный новостью.

– А что-то с этим можно сделать? – неуверено промямлил он.

– Ну, да! – вспыхнула жена в гневе, – Ты что? Ничего с этим не сделаешь???

– А что я могу сделать? – отвернулся Андрей в окно. Ком подступил к горлу, и он замолчал. Жена, не получив никакого ответа, расстроенная и рассерженная ушла прочь из кухни.

На глазах Андрея начали появляться слёзы, но он собрался с силами и убрал негативные эмоции со своего лица, но изнутри не смог, промолвил для себя:

– Жить с этим…

Нарезка номер два: Андрей едет в полупустом автобусе, достаёт мобильный телефон из кармана и дрожащими пальцами набирает номер жены:

– Добрый вечер, дорогая, – произносит он, уставший.

– Здравствуй! – отрешённо ответила жена.

– У меня небольшие проблемы на работе с начальством, купи, пожалуйста, на вечер пива. Хочу расслабиться, – попросил Андрей.

– Хорошо, а что за проблемы? – поинтересовалась жена для приличия.

– Неважно! Возможно, уволят, после выходных буду разбираться, – печально и с тревогой сказал Андрей. Жена молча положила трубку, и он услышал только короткие гудки в ответ.

Выходные Андрей провёл сам себе отданный, ведь жена занималась продвижением своей странички в Инстаграме. Ей было некогда. Одиночества мужчину поглотило полностью и с головой. И заполнял он её выпивкой.

Нарезка третья: жаркий летний день. Андрей с супругой находятся на пляже небольшого водоёма. Замятин нежится на солнышке и загорает. Жена плескается в воде со своим другом. Все прекрасно, но Андрею не нравится эти игры с мужчиной. В нём кроется ревность, но наш герой держится и не подаёт виду, наблюдая поведение тех двух людей. Они хохочут, резвятся, соприкасаются телами. Им весело и хорошо. В какой-то момент друг ныряет под воду и через небольшую паузу выныривает с чем-то в руках. Жена Андрея смеётся и кричит:

–Верни мне мои трусы!

Андрея бьёт боль в сердце. Посторонний мужчина снял с его жены трусы, а та и рада…

– Я думаю, хватит! – поставил на паузу фильм Кирилл Игнатьевич, – Что же мы здесь с вами видим? – задал он вопрос, как судье и обвинителю, так и всему залу. В помещении воцарилась тишина. Все были в раздумьях над увиденным.

– А мы видим, – продолжил старичок, – безразличие со стороны супруги. Её неуважение к Андрею Петровичу, как к мужчине и как к человеку. Мы видим то, что она его не любит, разлюбила, а быть может, и не любила. Это состояние называется безразличие. А что мы не видим? – повернул свой вопрос Кирилл Игнатьевич в противоположную сторону, – От этой дамы мы не видим любви, заботы, опоры, уважения, надёжности, поддержки, ласки, интереса… Я могу перечислять бесконечно и много, чего здесь нет. А разве когда выходят замуж, ведут себя таким образом? А разве, когда выбирают себе спутника жизни и супруга, отрекаются от него. Андрей Петрович человек воспитанный и терпеливый. Он терпел внутри себя ревность, провоцируемую женой. Он терпел одиночество, тоску, грусть. А самое главное ненужность для неё. Для того человека, с которым ему надо пройти весь путь жизни. А быть нелюбимым для женщины, с которой ты живёшь и любишь? Это легко? – вновь он обратился ко всем, кто находился в судебном зале, – Я не вижу Андрея Петровича виноватым в том, что он ушёл из семьи. Я вижу, что он терпел и сживался со всеми этими чувствами, но жена не хотела менять ни на капельку своего отношения к нему. А даже больше его подталкивала на уход. Я показал всего лишь три истории из его жизни! Их на много больше, но, чтобы не занимать Ваше время, я остановлюсь на этом. И суд, я надеюсь, воспримет эту информацию как факт, который с моего подзащитного снимает все обвинения. Он не виноват в уходе из семьи, его вынудили. Его обманули! Да! Это был обман! Смогли бы выжить в таких условиях? Я не уверен.

Старичок подошёл, молча к Андрею в тот момент, пока все находились в глубоком раздумье, и подсунул блокнот с ручкой:

– Пиши! – сказал тихо он.

– Что писать? – спросил Андрея, не понимая, что от него требует этот добрый человек.

– Пиши то, что ты должен был сказать своим детям при жизни! – сурово посмотрел на него Кирилл Игнатьевич так, что Андрей не ожидал от такого милого старичка, – Пиши то, что у тебя на душе к ним! Пиши и никого здесь не слушай! Пиши, пока ещё есть время!..

Дорогие Дмитрий и Роман! Я очень вас люблю. Люблю обоих одинаково! Вы моё всё и вся! Я так скучаю, что наворачиваются слёзы на глазах. Я не смог и не успел ничего вам рассказать, ничему научить и не показал этот мир. Этот многогранный мир, в котором всё для вас. Я не знаю, какими вы станете, и какими вы будете. Как пойдёт ваша жизнь. Но ваш папа хочет, чтобы вы были честными людьми. С кого вам брать пример, как себя вести и как жить, когда я отсутствую в вашей жизни? Я даже не знаю… Только с лучших и прекрасных людей. Только со справедливых героев! С мужественных личностях и, конечно же, честных.

Главное мужское качество это, дети мои, честность. Ложь никогда не приводила ни к чему хорошему. И поэтому вы должны быть всегда честны перед собой и другими. Чего бы вам это не стоило.

Ложь это разрушающее явление. Ложь рано или поздно выползает наружу и всегда в ненужный и неподходящий момент. Всё тайное становится явным. И ведёт за собой обиды, огорчения и потерю доверия. Если вам, сыны мои, никто не будет доверять, то жизнь не удастся. Ведь человек это социальное существо и часто зависящее от других.

Будьте всегда честны, пусть это правда горька и тяжела. Не существует лжи во благо или, как её ещё называют, сладкой. Ложь есть ложь. Никогда не бойтесь говорить правду в лица людям, к которым она должна прийти. Не бойтесь последствий и негативного отношения к себе. Человеческий мозг принимает всю правду, какой она есть легче, чем ложь. Ложь убивает все чистое и хорошее.

Никогда не обманывайте. Никогда не берите чужое. Вселенная полна подарков и изобилия. Она готова предоставить вам всё, что для вас необходимо. Стоит только захотеть и идти небольшими шажками к своим целям и достижениям. И вселенная не заставит вас долго ждать. Вы всё можете получить, чего только захотите. Всё для вас в этом мире дано.

Обман разрушает не только того человека, которого вы обманули, но и вас самих изнутри! Поэтому избегайте любую ложь в любом её проявлении. Говорите всегда правду, как есть и не бойтесь последствий. Вы увидите, что с чистой душой, без тайн жить легче и приятней. Будьте откровенны и вселенная и другие люди вас услышат, помогут, направят.

И, поверьте, жить в обмане это дискомфорт! Жить в обмане, значит прожить не свою жизнь, всегда ощущая себя несчастным и неудовлетворённым. Ведь жизнь Вам даётся одна! Так зачем жить в обмане и во лжи? К концу своего земного путешествия вы не почувствуете наслаждение и радость, а поймёте, что всё было зря! Не создавайте ложь вокруг себя, и жизнь не станет неправдой! Живите по правде, а не существуйте в иллюзии обмана.

Я очень хочу каждого из вас обнять и крепко прижать к груди. Поцеловать ваши молодые щёчки и посмотреть в ваши глаза, чтобы увидеть искренность и чистоту душ. Ведь вы ещё не поросли во лжи, обманах и интригах и сказать одно, оставайтесь такими же, как сейчас, и сохраните свои глаза в неприкосновенности. Не утопите их в неправде. Берегите честь!

PS. Как у вас дела? Как учёба у тебя Дима? Много получаешь двоек или всё-таки взялся за учёбу? Я знаю, что ты творческая личность, и тебя загоняет общества в рамки, но стоит слегка прогнуться мой друг! Всего лишь чуть-чуть, не отступая от своих лучших качеств. Просто замаскироваться.

Как ты, мой ангелочек, Роман? Я знаю, что ты читать ещё не умеешь, но у тебя есть стимул быстро научиться этому, чтобы общаться с папой! Что нового в твоём маленьком детском мире произошло???

Очень люблю и жду с нетерпением ответа! Целую обоих!

Глава 2 ЛЮБОВЬ

Любовь не ранит и не убивает!

Как это принято писать в журналах!

Любовь над всеми возвышает,

Если она является реальной!

Судья упорно и грозно долбил по трибуне своим резиновым молоточком, который издавал уверенные твёрдые звуки:

– Тишина! Тишина! – наводил порядок в зале суда он, где царил какой-то беспорядок и хаос, и все спорили друг с другом.

– Тишина! – привстал судья со своего удобного кожаного кресла. Все в миг стихло, и в помещение зашла тишина, нахлынувшая на всех разом, – Вот так хорошо, – довольный собой сел обратно человек, представляющий правосудие, – Продолжим! Кирилл Игнатьевич у Вас всё? – задал он вопрос адвокату Андрея.

– Поэтому вопросу, мне кажется, достаточно! – ответил добродушный старичок, стоя рядом с клеткой, в которой сидел подсудимый.

– Хорошо! – наклонил голову вниз судья, осмотрев какие-то бумаги, лежащие на его трибуне. Ощущение было, что на них ничего не написано, и они являются совершенно чистыми, белоснежными, – Иларион Иннокентьевич! – обратился он к обвинителю, который сидел на своём кресле из красного дерева, закинув нога на ногу, сияя чистыми лакированными туфлями, и который обдумывал что-то очень важное, – у Вас были свидетели для допроса?

– Да, конечно, – оживился обвинитель и резко соскочил на ноги, в миг оказавшись посередине судебного зала.

– Тогда прошу, пригласить первого свидетеля к даче показания! – с этими словами судья уселся на место, чтобы было удобно дальше слушать.

Зашла, если это можно так назвать, по всей сути она просто появилась откуда-то, женщина лет шестидесяти пяти, невысокого ростика среднего телосложения. Она встала на то место, где когда-то светил прожектор и показывал фильмы из жизни Андрея, но теперь там стояла трибуна под её рост, сделанная всё из того же красного дерева, что и вся мебель в зале суда. Андрей поднял голову и увидел в этой женщине свою мать.

– Мама! – удивился он и приподнялся, будто хотел направиться к ней и обнять её, но вновь разряд тока ударил его по телу, и он плюхнулся обратно на стул. Женщина, словно не видела его, не обратила внимание на своего сына.

– Здравствуйте Марина Романовна! – улыбнулся с сарказмом обвинитель, в предвкушении очередной своей победы. Женщина кивнула в ответ. По её виду было непонятно, понимает ли она, где находится или нет. Она держалась уверенно, но сдержанно. Андрей узнал её в таком образе до боли родное. Это мама. Но что она здесь делает?

– Марина Романовна, – обратился вновь обвинитель к матери Андрея, – вы готовы отвечать на вопросы?

– Да, конечно, – утвердительно ответила она.

– Хорошо, – снова зашаркал по паркету своими лакированными туфлями Иларион Иннокентьевич, – начнём с главного вопроса: Андрей Петрович Замятин знаком вам? Если да, то кем он вам приходится?

– Это мой сыночек! – ласково ответила Марина Романовна.

– Отлично! – продолжил копать обвинитель, – И как вы его охарактеризуете?

– Мечтательный и впечатлительный! – задумалась она, – Некоторые его поступки шокировали меня и в плохом, и в хорошем смысле этого слова. Но он замечательный сын. Возможно, редко, когда повзрослел, приходил ко мне. Но ему надо было строить свою жизнь и свою семью.

– То есть, – прервал её Иларион Иннокентьевич, – вы хотите сказать, что он был и хорошим и плохим?

– Нет! – резко ответила мама Андрея, – Он был хорошим. По крайней мере лучше многих людей в мире и окружающих его и меня.

– Ну, а если хорошо подумать, – прищурил свои глаза обвинитель, глядя на женщину.

– У него не было тех поступков, которые можно назвать плохими или несущими зло кому-либо. Он был добр!

– Хорошо, – улыбнулся обвинитель и подошёл к месту, где был экран, показывающий фильмы из жизни Андрея, – тогда последний вопрос! А вот уход из семьи. Это хороший поступок? Оставить детей одних без воспитания отца? Сыновей? Будущих мужей! Это добро? – поднадавил он.

– Он в этом не виноват! – отрезала Марина Романовна напор обвинителя резко и беспрекословно, – Его жена относилась к нему по-свински. Вытирала об него ноги! Не уважала Андрея и не любила. Просто пользовалась его добротой, а когда он оказался не нужным, заставила его уйти из семьи. Даже не заставила, а вынудила! Она всегда делала то, что хочет и что для неё выгодно. А Андрей был как способ получения. И когда он истощался, то стал мешаться ей. А то, что он оставил детей, неправда! Он их очень любит и всячески старается видеться с ними, как только это возможно и позволяет время. То, что его жена не захотела жить с ним, это не означает, что он бросил детей. Он самый лучший и любящий отец, которых я видела и знала!

– Хорошо! – слегка подостыл Иларион Иннокентьевич, – тогда посмотрим одни фильм, где Ваш сын поступает по-хорошему и из добрых побуждений, – вновь он хитро улыбнулся и обернулся в сторону голографического экрана.

На экране замелькали кадр за кадров, словно рекламная заставка новостей. Один сюжет, второй и тут же третье, и запустился отрывок из жизни Андрея. Он заходит совершенно невменяемый и пьяный. Ноги еле волочатся. Мама на кухне что-то как обычно ворганила. Она выглянула и увидела Андрея в ужасном состоянии.

– Опять нажрался, – обидчиво сказала она.

– А что тебе не нравится? – принял эти слова Андрей за агрессию и встал в защиту.

– Лучше бы денег за квартиру дал! – продолжила мать.

– А я тебе что? Я тебе что мало даю? – начал злиться Андрей, – Я тебе отдаю то, что ты просила! А остальные это мои, и я не собираюсь кормить ещё кого-то!

– Эгоист ты, Андрюшка,– присела Марина Романовна в расстроенных чувствах на табуретку.

– Да, почему это? – не мог уже остановиться Андрей, и злость его полностью поглотила, – Вам только и нужны деньги! Деньги! На! – вытащил он из кармана скомканные купюры рублей и бросил ей в лицо.

– Дурак ты! – заплакала мама, оскорбившись его поступком.

– Всё хватит! – продолжал закипать Андрей, – Ухожу я! – он резко выскочил в дверь на выход и сильно хлопнул ей.

Фильм закончился! Иларион Иннокентьевич вновь подошёл лицом к лицу к Марине Романовне и задал очередной вопрос:

– Это хороший поступок? Это добро? – насаживал он на женщину. Мама Андрея была в растерянности и не знала, что ответить. В итоге она вымолвила:

– Это мимолётное помутнение! Он был пьяный. И если честно, – взбодрилась она и воодушевилась, найдя, что ответить, – после этой ссоры он нашёл себе жену и создал семью. Из результата чего у меня появилось двое внуков. Андрюша молодец!

– Двое внуков, которых он оставил на произвол судьбы, – улыбнулся Иларион Иннокентьевич, – Ваша честь, – обратился он к судье, который помаленьку засыпал, – На этом примере Вы видите, что не такой уж и ангел, как говорит его мать, Андрей Петрович. Это единичный случай из многих, который я предоставил Вашему вниманию, чтобы обрисовать его поведение, и каким он является человеком. Есть множество сюжетов о том, как он избивает жену. Как он ругается с сестрой! Как он относится к своим друзьям и к старшему сыну. Но это я оставлю на потом!

– Интересненькое рассуждение, голубчик мой, – вклинился в разговор Кирилл Игнатьевич, стоявший спокойно до этого рядом с решёткой, где находился опечаленный Андрей. Он размышлял почему впутали сюда его мать, и как низко он поступил тогда по отношению к ней. Какой он был глупый, – Но мама, Марина Романовна, Андрея Замятина не осуждает его за тот поступок. А напротив, говорит, что это был толчок к взрослению и поступкам, которые привели к появлению на Земле новых и чистых душ. Каждый человек имеет права на ошибки! Главное, что он с этими ошибками сделает в последствии, – продолжил обращение к судье адвокат, – Кто-то и ничего не предпринимает. А кто-то учится и совершенствуется, развивается. На этом видео показано каким был Андрей Петрович. Но в тот момент в его голову произошло осознание и дикое желание начать жить самостоятельно! И вселенная ему помогла в этом, дав шанс в виде девушки, на которой он впоследствии женился и создал вместе с ней новую ячейку общества.

Я хочу показать несколько нарезок из жизни Андрея. Они будут очень коротенькими, но для начала давайте задумаемся, из чего появился Андрей на свет. Это же было слияние двух любящих сердец, его отца и матери, мужчины и женщины, которые очень хотели мальчика, сына. Они своей любовью друг к другу и желанием иметь сына создали огромный поток энергии, которая, завибрировав на космическом уровне, призвала душу Андрея к Земле. Андрей знал, что его будут любить и ждать. Он чувствовал, что его зовут посредством мощной энергии любви. Он – это некогда бывший сгусток энергии, созданный родителями при помощи желания, мыслей, любви и материального его преобразования, секса. Он услышал их зов и преобразился в человеческий облик. В маленького крохотного и беспомощного человечка…

– Но что-то пошло не так! – вмешался Иларион Иннокентьевич, – Из любви и желания появился неуверенный в себе алкоголик, который, кстати, не умеет любить! – он вопросительно и с видом победителя, посмотрел на адвоката Андрея. Тот мягко улыбнулся так, что по лицу расплылись морщины:

– А кто сказал, что он не умеет любить? – спросил он с хитринкой в голосе, – Кто сказал, что он алкоголик? Пьянчужка, да!

– Алкоголик! Пьянчужка! Это не имеет ни малейшего значения! – парировал его обвинитель, – А то, что не умеет любить, я вам покажу! – с этими словами Иларион Иннокентьевич включил, молча скучавший до этого, экран.

На нем стали появляться фрагменты, как Андрей на рабочем месте мило беседует то с одной из своих коллег, то с другой. Он явно с ними кокетничает и флиртует, шутит и улыбается довольный. Проскользнули пару моментов, где он кого-то приобнял.

– Это при живой и любящей его жене, – прокомментировал Иларион Иннокентьевич.

Дальше была отмотка в университетские годы, где Андрей шёл целенаправленно с товарищем в баню, чтобы вызвать проститутку и изменить девушке, с которой он тогда встречался. Вот он выходит на остановке, приехавший с работы. Его встречает товарищ и крепко жмёт ему руку.

– Ну, что решил? – задал он Андрею вопрос.

– Может просто попаримся? – спросил он его. Товарищ улыбнулся, и вдвоём они отправились вдоль дороги. Тут навстречу к ним шла девушка Андрея вместе с подругой и сделала вид, что не заметила своего парня. Андрей, молча и удивлённо, проводил её взглядом.

– Пошли в баню и попаримся, и снимем шлюх! – решился он на поступок, который первый раз в жизни будет совершать. Затем были кадры времяпрепровождения в сауне. Море выпивки, голые продажные женщины. И взрослая проститутка армянского происхождения с большими грудями, в которые Андрей жадно впивался губами во время полового акта.

Следом история о том, как он испарился из жизни девочки без предупреждения и объяснений. Инициатором отношений с ней выступал Андрей. Они когда-то вместе учились в школе на производственной практике. И вот они студенты. Взрослые ребята неожиданно встретились, и закрутилось. Эта рыжеволосая увеченная веснушками девушка расцветала в объятиях и поцелуях Андрея. Все было хорошо. Но в какой-то момент он перестал от неё брать трубки, к ней приезжать и сам звонить.

Затем школа. Дискотека. Шестой класс. Андрею передают две записки: от Юли и Марии, что они хотят с ним поговорить после танцев на тему, как он им нравится. И вот Юля объясняет что-то Андрею. Просит дать ответ: да или нет, а его одноклассник бегает и кричит:

– Беги от неё! Она зубоскалка!

Андрей пытается ей объяснить, что эта девочка не в его вкусе. В этот момент подходит Маша и уводит его с собой. Марии Андрей, нехотя, говорит да, и они начинают встречаться по-детски. Через один месяц Андрей перестаёт уделять ей вообще какое-то внимание, и все заканчивается.

– Эти малые фрагменты, – остановил записи обвинитель, – показывают на сколько наш подсудимый не знает чувство любви. Он совершенно не умеет любить и проявлять любовь. Так о каком сгустки энергии рождённым в любви вы мне рассказываете, Кирилл Игнатьевич. Здесь нет её! Здесь просто пользование людьми! Первый фрагмент говорит о том, что он любит быть в центре женского внимания! Второй, об измене! Просто пошёл и изменил! Третий и четвёртый, говорят о том, что Андрею Петровичу всё равно на окружающих его людей. Он готов растоптать все их чувства ради своей выгоды. С девочкой Машей он пошёл, чтобы отвязаться от девочки Юли. А с рыженькой так вообще не пойми что! Просто попользовался и исчез. Какая же здесь любовь? Ответьте мне! – зал снова наполнился недовольным ропотом присутствующих. Судья пару минут дал всем выговориться между собой и снова уверенными ударами резинового молоточка привёл все в порядок.

– У Вас ещё есть что-то? – задал он вопрос обвинителю аккуратно поправив свой ирокез правой рукой.

– Да! Таких историй огромное количество. Они все пришиты к делу. На судебном процессе я не стану их все предоставлять и показывать, чтобы не занимать наше драгоценное время! – ответил Иларион Иннокентьевич.

– А я вот стану, – врезался в свою очередь в диалог Кирилл Игнатьевич, – Вы, голубчик мой, – обратился он к обвинителю, – сегодня очень экономите того, чего в действительности нет! Спишите, небось, куда?

– Нет! – махнул рукой Иларион.

– Тогда глупо дорожить тем, чего не существует. И поэтому я должен буду разъяснить и разжевать, что за сюжеты нам показал господин обвинитель в более обширном и полном объёме. Как говорится, не экономя время, – засмеялся добродушно старичок.

– Первый фрагмент, я прокомментирую легко, – начал свой рассказ Кирилл Игнатьевич в защиту Андрея Замятина, – Лёгкий, ни к чему не принуждающий флирт с коллегами по цеху. К тому времени Андрей и его супруга прожили вместе уже три года. Все эти три года мой подзащитный то и дело трындел о том, какая у него великолепная жена, и как он её любит. Она в свою очередь без угрызения совести кокетничала со многими знакомыми: с постоянными клиентами на работе, с друзьями Андрея и с новыми знакомыми. Это происходило как на глазах супруга, так и в его отсутствие. Её лёгкое поведение заставляло моего подзащитного задумываться о том, а можно ли так вести себя. Для него это было дико и неподобающе.

К трём годам, прожитых совместно, Андрею пришлось отказаться от многих своих приятелей и друзей по наставлению жены. Он был совершенно одинок и не видел никого, кроме кокетства своей любимой женщины, ради которой, кстати, он пошёл на такие уступки и условия, что я бы отказался, и своих коллег – женщин. Извините, что ему пришлось работать в коллективе полностью из одних девушек. Он долго держал в себе эти две проблемы, которые создавали боль в душе. И в итоге, решился на такое же общение, что позволяла себе жена. Почему бы и нет? Почему ей можно, а ему нельзя? Ответьте мне на этот вопрос…

Все одобрительно кивнули головами и зароптали в пользу поступка Андрея.

– Я продолжу, – после минутной паузы, попросил разрешение адвокат, – Первый сюжет говорит о том, что любовь была в одни ворота. А среди человеческих отношений это не работает, как мы все с вами прекрасно знаем. Второй сюжетик… Обозначим так, – задумался Кирилл Игнатьевич, – Перед тем, как пойти на измену, Андрей сомневался и противился этому! Перед тем вечером за день, Андрей и его девушка, на тот момент жизни, очень сильно поругались. Она его огорчила обидными словами и даже обещала с ним расстаться.

Парень молодой и горячий, но даже в такие моменты он пытался держать свои действия чистыми и не запятнать свою душу, но… Он видит её на улице, а она, словно не знает его, проходит мимо. Он даже пытается с ней поздороваться и заговорить. Но та не идёт с ним на диалог, а значит своими поступками подтверждает намерение расстаться с ним. Можно сказать, что Андрей в тот миг жизни был холост и без обязательств. Но посмотрим его реакцию после сауны, – старичок-защитник включил экран, где было показано, как Андрей и его товарищ вываливаются из бани совершенно пьяные.

– И как тебе понравилось? – спросил его товарищ.

– Сиськи хорошие! – промямлил на пьяном сленге Андрей, – Опытная, но вот чего-то я не ощутил измены. Что-то какая-то чушь… Нет здесь любви, это ж за деньги. Я просто купил её и все. Люблю я ту свою балбеску.

И они, весело шумя, залезли в такси, чтобы уехать из бани прочь.

– Хочу, заметить и подчеркнуть, – остановил сюжет Кирилл Игнатьевич, -Андрей разбирается в любви и понимает, как любить. Он ничего не прочувствовал. И понимал, что эта измена, и не измена вовсе. Измена считается душой! Когда тебя тянет и тебе хочется быть с человеком, разговаривать, слушать его и так далее. А уже потом прикосновения, поцелуи, секс и пестики тычинки.

А четвёртый эпизод, – засмеялся старичок, -Ну, Вы, Иларион Иннокентьевич, совсем намельчили! Шестой класс! Ха-ха-ха, смеялся Кирилл Игнатьевич и сквозь смех пытался проговорить свой монолог, – Это сколько лет? Лет десять, одиннадцать?! Ну, смешно ей богу! Какая любовь? Он только от мамкиной титьки оторвался и до сих пор любит её. Тут детская симпатия. Он бы и остался с этой Марией, да вот целоваться он не умел. Гулять и ухаживать он не умел. У него не было ещё этих навыков. А та девочка была развитий. Ну, что поделаешь? Ей уже и письки в сиськи, а Андрей дома в тайне ото всех машинки катает да в солдатиков играет. Не смешите обвинением!

– Тогда про рыжеволосую! – насупился Иларион Иннокентьевич, – что ж Вы этот сюжет пропускаете!

– Тут элементарно и просто! – перестал смеяться Кирилл Игнатьевич, – Ну не полюбил он её. Попробовал, думал, загорелся. А нет! Не загорелся и не разгорелся! А сказать ей это в лицо и даже по телефону не смог. Боялся ранить душу ей. Как-то обидеть! И из этих сюжетов и моих пояснений, я могу делать выводы! А сделаю всего лишь один! Андрей Петрович Замятин прекрасно осознавал, что такое любовь. Знал и умел любить! И очень трепетно относился к этому чувству как внутри себя, так и к другим. Господа присяжные, – обратился адвокат к людям в мантиях, – я думаю, вы увидели ход моих мыслей и настоящего Андрей Петровича с его идеологией любви. Как любить и как с ней быть! Я всё! – закончил он.

– Перерыв! – стукнул молотком судья и поправил рукой свою причёску. Все под разговоры начали покидать зал суда. В этой суматохи Андрей потерял и свою мать. А так хотелось с ней поговорить и обнять её.

– Пиши! – подошёл к решётке, за которой одиноко сидел Андрей, Кирилл Игнатьевич, – Пиши! Тебе надо!

Андрей взял в руку шариковую ручку и начал вновь калякать на листке блокнота:

Дорогие мои Дима и Рома! Не знаю, сколько я вас уже не видел. И сколько времени нахожусь здесь вдалеке от вас! И сколько вообще мне осталось с вами хоть как-то контактировать! Столько важного хочется вам сказать, а времени нет! Поэтому я перейду к важным частям моего разговора!

Любить и будьте любимыми, дети мои, это самое важное в жизни. Можно сказать, это цель любого человека. Не продолжение рода, как я когда-то думал. Думал, что это мои мысли, но это было не так. Их мне навеяли посторонние. Главная цель всей вашей жизни – это любовь. И вы, как бы не отнекивались, будете искать её везде и всюду. Дети являются продолжением любви и новым этапом её. Но любовь это главное.

Никогда, слышите меня, никогда не бойтесь любить. Никогда не душите это чувство внутри себя, а позволяйте ему расти и увеличиваться. Если в ответ вас не полюбили, это не страшно. Главное вы несёте внутри себя и своего сердца это чувство. Самое сильное чувство в мире.

Я очень любил вашу маму. Всем сердцем, телом, мозгом и душой. Но у нас не задалось. Мама, возможно, меня тоже любила, хотя сложный вопрос. И в душу другого человека не залезешь. Тем более вашей маме. Она всегда сдержана и холодна была. Но, если есть вы, как новый этап любви, значит мы любили друг друга, хотя бы в те периоды, когда зачали вас.

Любовь это сильная штука! Которую надо направлять на благие дела и не бояться этого чувства. О любви надо говорить и показывать её. Любовь ведущая сила в жизни. Её надо излучать и понимать. Её надо чувствовать, ведь она пронизывает все сферы жизни. Любовь мужчины и женщины, любовь к детям, дружеская любовь, любовь к матери и отцу, сестре и брату, к коллегам, к животным… Ко всему с чем вы прикасаетесь в жизни. И даже любовь к делу или работе.

Не бойтесь. Дети мои, этого чувства учитесь, умейте любить. Учите других любить. Если он не умеют, это не страшно. На жизненном пути вы, возможно, повстречаете многих людей, которые не осознано заблудились и не понимают этого чувства. Не отвергайте их, любите и проявляйте по отношению к ним любовь. Пусть они это почувствуют и научаться тоже любить.

Не бойтесь быть отвергнутыми! Люди так делают не со зла. От неумения любить, от не знания. Любите свою маму. Она у вас самая лучшая. И кто, как ни она нуждается в любви. Покажите ей свою любовь и научите излучать её. Мама любит вас очень сильно, но так же как и все боится показать своё чувство. Жизнь её не жалела, чтобы научить любить, но мама ваша напротив отказалась от этого чувства. Научите обязательно её любить.

Любите друг друга. Будьте верными плечами друг для друга. Будьте одним целым, продолжением друг друга. В этом мире любовь спасает от одиночества, а вы ни одни: у вас есть мама и вы друг у друга.

Любите своё дело. Не работайте там, где вам не нравится или противиться душа. Уходите оттуда сразу и не задерживайтесь. Не мучаете себя изнутри, заставляя быть на нелюбимом месте. Ищите занятия по душе, от которого вам будет кайфово и драйвово.

Дарите свою любовь безвозмездно, и она вернётся к вам, делая вас счастливее.

Ваш любящий всем сердцем отец!

Глава 3 Авторитеты. Все боги умирают

Зевс метнул копьё в сердце Посейдона!

Он упал и не стало больше Бога!

И ундины запели странные песни,

А Бог оказался не бессмертный!

Зал вновь наполнился людьми, которые каждый уселся на своё прежнее место. Они между собой бурно общались и решали какие-то серьёзные вопросы. Плавно зашли присяжные и так же расселись по своим удобным креслам. Они были серьёзны и молчаливы. Последним в зал зашёл судья. Его ирокез с красного цвета поменялся на синий. Об этой странности заметил Андрей, который до сих пор всё это время сидел на своём стуле и тайно сжимал в руках авторучку и исписанный блокнот. Судья занял своё место за трибуной и было уже взял резиновый молоточек, но гул сам по себе утих. Наверное, гости за время перерыва успели всё обсудить и насытились разговорами.

Кирилл Игнатьевич и Иларион Иннокентьевич, как лучшие друзья, зашли вдвоём последние и шутливо обсуждали вопрос об существовании времени. И чем его можно измерять кроме часов, минут и секунд.

– Продолжим, – улыбнулся адвокат обвинителю, который в ответ пожал ему руку. В зале царила добрая атмосфера. И даже не скажешь, что минут тридцать назад здесь была жёсткая словесная борьба, решавшая судьбу человека.

– Всем встать! – стукнул молотком для вида судья. Зал хором встал, – Суд продолжает заседание по делу Андрея Петрович Замятина. Садимся, – приказал он всем сесть и сам это сделал.

Гости и присяжные умостили свои задние точки на кожаные кресла, а Кирилл Игнатьевич и Иларион Иннокентьевич стояли поодаль друг против друга у противоположных стенок.

– Получается? – задал вопрос адвокат, подойдя к клетке, где печально сидел Андрей.

– Ага! – коротко ответил он ему.

– Вот и хорошо! – улыбнулся старичок, – время у тебя ещё есть!

– Для чего время? – решился на вопрос Андрей, понимая, что этот старичок его соратник.

– Пиши и узнаешь! – коротко ответил Кирилл Игнатьевич, и на его лице появилась тайная улыбка.

– Ну-с, – протянул старичок, обращаясь к Илариону Иннокентьевичу, – Пойдёмте дальше! Следующий пункт обвинений! Мы ждём.

Обвинитель, до этого думавший о чём-то важном, резко пришёл в себя, взбодрился и застукал каблучками от лакированных туфлей по паркету.

– Уважаемые судья, присяжные и гости нашего заседания, – обратился он ко всем, – хотелось бы, чтобы предыдущие два обвинения были тщательно рассмотрены и вынесен соответствующий приговор. Этого преступника надо судить по всей строгости закона вселенной! И перейдём к очень важному пункту нарушения всей жизни и течения мирозданий. Андрей, – обратился он к подсудимому, который поднял на него удивлённые глаза – первый раз к нему обратились за всё время процесса, а он длился уже около двух часов, – скажите пожалуйста, Вы создавали себе кумиров в течении своей жизни?

Андрей задумался и начал анализировать свою жизнь. Пошли воспоминания в голове, но прикинуть кумира он не мог:

– Нет! – утвердительно ответил он.

– О как! – улыбнулся с ухмылкой Иларион Иннокентьевич, ожидая этот ответ, на который у него был готов контраргумент, – А если хорошо подумать! – заязвил он.

– Хорошо подумать, – ответил Андрей, – в такой ситуации и обстановки совсем не возможно. Я не могу собраться с мыслями, ибо я не понимаю, что происходит, и где я нахожусь. Но на сколько память мне не изменяет, я всегда пытался окружающим донести, что не стоит создавать себе кумиров, а надо жить по своей совести и умению, – Андрей не вставал с места, понимая, что это может привести к неприятному удару током.

– Вы можете вставать, – обратился к нему панк-судья, – когда к Вам обращаются. За это Вам ничего не будет.

Андрей привстал и подошёл к решётке, взявшись за неё обеими руками. Обвинитель заулыбался, пристально вглядываясь в него, словно смотрел внутрь его души.

– Значит, – продолжил Иларион Иннокентьевич, – Вы утверждаете, что никогда и ни при каких обстоятельствах не создавали себе кумиров, у вас не было авторитетов, на которые Вы ровнялись?

– Я думаю, да! – неуверено ответил Андрей.

– Хорошо! – одобрительно кивнул обвинитель, – можете присесть. А я продолжу, – повернулся он резко на каблуках к присяжным, – Мне кажется, Андрей Петрович нас обманывает! И даже не краснеет, – засмеялся он. Старичок взглянул на подсудимого и спокойно кивнул головой, мол не беспокойся.

– Может быть без слов, – продолжил обвинитель, – посмотрим фильмы из жизни этого человека, если можно его так назвать! – зал молча согласился, переключив своё внимание на висевший экран посередине комнаты.

Вновь быстро замелькали кадры, словно кто-то включил перемотку назад. И вот всё остановилось, и пошёл показ нового видео, которое должно было оголить пороки Андрея.

Андрей, сидя за столом прекрасным солнечным весеннему утром, уплетал бутерброды с колбасой. Он воодушевлённо рассуждал:

– Уберём траву. Территория не маленькая, справимся.

– Точно! – вопросительно уточняет у него супруга.

– Да, конечно, – уверенно и с энтузиазмом отвечает он, – если надо, позову ребят. За бутылку помогут! Как уберём, там можно поставить баньку, дом. Большой дом, – продолжал рассуждать Андрей, мечтая, – Большой дом. На всю семью, чтобы все под одной крышей жили. Дружно жили и весело, сообща. В дальнем углу выкопаю прудик и запущу туда рыбок. Правда я в них не соображаю. Ну, ничего страшного. Почитаем литературку, в интернете посмотрим. Детская площадка, бассейн, качели, зона отдыха – веранда. Будет супер. И не нужны мне эти квартиры. Пацанам оставим. С возрастом переедут, а мы там и останемся. Свежий воздух, природа, тишина.

Иларион Иннокентьевич остановил фильм:

– Нуу?! – вопросительно протянул он, обращаясь к Андрею. Тот в ответ пожал плечами и сказал:

– Это была моя мечта…

– Мечта? Ваша? – начал удивлённо спрашивать обвинитель, давя на подсудимого, – Вы уверены?

– Да, всю жизнь хотел большую дружную семью и дом, – вновь твёрдо ответил Андрей.

– Ну, тогда посмотрим другой фрагмент из Вашей жизни, – он перемотал фильм, и на экране появился Андрей. Он находится в гостях у своего дяди, будучи ещё подростком.

Вот они сидят за богато накрытым столом и пируют. Только так можно было назвать это состояние. Не отмечают праздник, а пируют. Вот они уже стоят на улице вдвоём, и его дядя лет сорока водит его по огороду, показывая где и что растёт. Рассказывает, какие он хитрости применял в посадке помидоров и огурцов. Рассказывал он с большим энтузиазмом. Затем они поднялись по крутой лестнице, ведущей на чердак, где дядя Андрея начал строить новую комнату. Было красиво и восхитительно! Такие идеи! Такие познания! Так скурпулёзно он всё изучил прежде, чем что-то начать делать. И так делает все аккуратно. Андрей про себя отметил, что это правильный подход и надо его применять в жизни.

Иларион Иннокентьевич остановил сюжет:

– Вопрос, – проговорил он, – Это что? Если не кумир…

Андрей спокойно поднял свой взгляд на обвинителя, осознавая, что вновь его добродушный старичок готов парировать оппонента. И он не заставил его долго ждать:

– Это? – улыбнулся Кирилл Игнатьевич, – Ну. Голубчик мой, – обратился он к обвинителю, – Разве это обвинение? Совершенно беспочвенно. Молодому человеку надо с чего-то начинать. Как-то жить. Брать с кого-то пример. Пример брать хороший, а он действительно хороший. Навык потребления знаний формирует развитие. Развитие тела, мозга и души. Любознательность она присуще каждому.

– Да! – прервал его Иларион Иннокентьевич, – Но Андрей Петрович не просто взял навык скурпулёзности на своё вооружение, хотя он не смог его применить в жизни. Он создал мечту в своей голове про дом, но чужую. Это не его! Это чужая мысль. А значит он создал в своей голове авторитета и кумира в виде своего дяди.

– Не совсем, – улыбнулся старичок, – Во-первых каждый человек берёт тот или иной пример с другого, более взрослого и опытного. Ведь жить как-то надо уметь, а чтобы уметь, надо учиться. Пример прекрасен. Но давайте не будем забывать, что ещё в детстве Андрея, его отец обещал ему дом в деревне, который достанется ему от бабушки. Отец подсудимого тщательно его благоустраивал и занимался всеми документами по оформлению. В голову Андрея Петровича с детства была вбита программа о собственном доме за городом, на свежем воздухе. Да вот только, если кто помнит, дом Замятину не достался. Хитростью его тётя забрала его ещё при жизни отца. Как вы думаете, в такой ситуации, когда у тебя в голове сидит идея о том, что ты должен жить в доме, но что-то пошло не так, по независящим обстоятельствам от тебя, возможно отказаться от неё?

Зал снова начал неуверенное обсуждение ответа на поставленный вопрос.

– Не утруждайте себя, – улыбнулся старичок, успокаивая всех, – ответ очевиден. Естественно он будет мечтать и искать методы и действия, как это воплотить в жизни. Поэтому Андрей Петрович, будучи подростком, увидев красивый, богатый дом у дяди принял его стандарт, а модель поведение дяде, который смог прийти к постройке такого жилища, как истинный путь. Затем я не вижу никаких созданий авторитетов, тем более кумиров.

Иларион Иннокентьевич устрашающе посмотрел своему оппоненту в глаза:

– Ну, продолжим? – задал он вопрос к судье, который, посмотрев на Кирилла Игнатьевича и убедившись, что у того все, одобрительно кивнул головой.

– А как же тогда у одноклассника, у которого он взял способ поведения? – спросил Иларион Иннокентьевич.

– У кого из них? – спросил лукаво Кирилл Игнатьевич.

– Ну. У Вячеслава! – чувствуя победу, ответил обвинитель.

– У Вячеслава? – призадумался адвокат, – Взять нормы поведения, которые тебе помогут в дальнейшей жизни… Почему бы не взять? Вячеслав или, как проще Славик, пользовался природной популярностью среди девочек в классе. Андрей в этом плане не был одарённым мальчиком. И чтобы проявлять чувство любви с противоположным полом, надо как-то их привлекать. Здесь Андрей взял нормальный способ поведения. Он же не стал капризным, как Славик или эгоистичным? Он просто взял то, что поможет ему. Это вновь не кумир. А у Сашки он же не принял метод поведения в аналогичных ситуациях, хотя тот ни меньше Славика был не обделён вниманием девчонок. Почему? – сделал пауза Кирилл Игнатьевич, – Потому что ему его поведение и методы не нравились! Это не создание кумира или авторитета. Это вновь обучение и приспособление к человеческой жизни.

Какие Вы ещё, милый мой, приведёте примеры? – улыбнулся старик, – Давайте, я Вас избавлю от трудностей и преждевременно расскажу следующее Ваше обвинение и развею миф об этом.

То, что он когда-то, будучи студентом, работал в охране и слушал своего напарника, то здесь много факторов. Первый – молодость. Второй – напарник был шестидесятилетним дедушкой, которого надо уважать. Из-за уважения к возрасту Андрей слушал его. Это хорошее качество, но я скажу одно, Андрей так и не воспринял картину мира, которую вкладывал в его голову его напарник. Есть одно… – остановился адвокат, – Хотите узнать, что подсудимый взял от него? – молчание в ожидании. Пауза в несколько десятков секунд и последовало дальнейшее повествование, – Он принял от этого человека одну вещь. Читай все, слушай всех, но ничего не принимай, как за правду. Все теоретически может существовать. Любую теорию можно подтянуть за уши любыми фактами, отрицая противоположное. Читай и учитывай все и всех, но не думай, что эта правда в последней инстанции. Что же это означает? А одно! Никогда не создавай себе кумира и авторитета тоже входит в этот совет. И Андрей неоднократно прибегал к этой мысли. Я не вижу в его жизни созданных авторитетов или каких-то взглядов, которым он полностью бы отдался, как фанатик. Я надеюсь, вопрос снят по этому пункту обвинения? – посмотрел старичок сквозь очки, вопросительно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.