Ринат Ашрафзянов
Открой глаза, нас нет

В окончании прочтения Вас ожидает стихотворение. Всего в семи пятистишьях оно раскрывает вложенную в роман – суть, идею, посыл и позитив!

Приятного Вам чтения.

А что если существуют?

– Посмотри на эту фотографию внимательнее, разве ты не замечаешь, что с ней что-то не так? – двенадцатилетний Эрик поднес черно-белую фотографию к лицу мамы, задевая кончик ее носа. – Посмотри, на заднем фоне. Ну вот же, за моим дедушкой, рядом с твоим папой, стоит призрак. Призрак на фотографии еще положил руку на правое плечо дедушки. Мамуля, ты его не узнаешь, кто он такой?

Отроческое любопытство и неисчерпаемая энергия заставили Эрика совсем буквально воспринять саркастический ответ мамы на его вопрос о том, где еще поискать старые фотографии: «Их ветром унесло на чердак». Его сборы на чердак заняли все выходные. Будучи настойчивым мальчуганом, он просил отца и старшую сестру помочь ему взобраться на чердак. Дверь на чердак располагалась в потолке, прямо у входной двери в дом. Нужно всего лишь было дотянуться до нее и, упершись в нее руками, поднять ее вверх, опрокинуть назад.

Сестра сначала не поверила своим ушам, услышав просьбу брата. В свои шестнадцать лет она впервые слышит о том, что в доме есть чердак. Только когда Эрик подвел ее к входной двери, указал пальцем на квадратную дверь в потолке, она охнула от удивления. Она даже три раза подпрыгнула. Но, ни ее роста, ни силы ее прыжка оказались недостаточными, чтобы хотя бы подушечками пальцев коснуться поверхности двери. Отец Эрика Платон Юрьевич и вовсе отделался от просьбы сына обещанием попросить у соседа лестницу. Он даже сделал усилие или видимость заинтересованности в решении проблемы сына. Качнувшись, энергично отец Эрика спрыгнул с дивана и пошел к жаждущему внимания сыну. Глаза Эрика заблестели, надежда засветилась ярким пламенем. Но неизвестные силы заставили отца свернуть на кухню и, они же, погасили вспыхнувшее пламя, заложив разочарование во взгляд ребенка. “Ну вот” – многозначительно вздохнул Эрик, смотря насупившимся видом на спину удаляющегося отца.

Эрик сел на пол в позу лотоса, под самой чердачной дверью. Он уперся локтями в коленки, а голову опустил на ладони. За то время пока Эрик сидел в демонстративно-молящей позе, сестра три раза выбегала из дома поговорить по телефону без свидетелей. И за это же время Эриком была разгадана тайна неизвестной силы, заманившая отца на кухню. Нет, это вовсе не история из любовной пьесы, в которой Платон Юрьевич c пылающей страстью забежал на кухню обнять свою любимую жену после пятиминутной разлуки. Любовные страсти полыхали только в телефоне Киры.

Молочно-ванильный дурман с яркими нотами какао обнял в свои крепкие объятия всех домочадцев семьи Левицких. Вот и Платон Юрьевич не смог воспротивиться соблазну. Позабыв о сыне, он партизаном шмыгнул к столу и, пока жена стояла к нему спиной, увел с тарелки три сдобные булочки. Эрик только и видел, как отец прошел мимо него в сторону своего лежбища, заткнув рот булкой с прижатым к уху телефоном и что-то мыча по дороге. Мама Эрика, почувствовав диверсию, встала в дверном проеме распахнутой кухонной двери и, улыбаясь, многозначительно проговорила уже плюхнувшемуся на диван мужу – “ну ты и кот!”. Она окинула взглядом Эрика, подмигнула ему и скрылась на кухне.

По возвращению домой, в третий раз, Кира споткнулась о брата, ударив своей худощавой коленкой брату между лопаток. Конечно же, все произошло случайно. Амурные страсти сделали ее глаза слепыми. От удара Эрик распластался на полу. Не издав ни единого звука, плотно сомкнув губы от боли, он вернулся в свою комнату с уже созревшим планом действий – взобраться на чердак завтра, когда все отправятся в магазин для совершения воскресных продуктовых закупок. По его расчетам сестра не могла не пойти с родителями. Ведь Эрик прекрасно знал, что излюбленный мамой продуктовый магазин находится в крупном торговом центре, где у Киры всегда есть возможность поклянчить у папы модные вещички.

На светлом покрывале его кровати были разбросаны фотографии разных цветов и размеров, словно это были разбросанные пазлы одной картины. Среди них были старые черно-белые фотографии, потерявшие былой блеск. Года наложили на них видимый слой желтизны. На фоне старых фотографий выделялись современные цветные фотографии. Они выглядели так, словно на мокрый, серый, снег были выложены весенние, яркие цветы. На полу рядом с кроватью лежали ножницы и множество разноцветных обрезков-картинок из журнала, которые были аккуратно сложены в стопочку. На столе, на всей его площади, лежал большой белый лист. На нем были старательно приклеены фотографии. Под каждой из них черным фломастером был приписан год, когда был сделан снимок. Красными овалами обведены расплывчатые белые пятна. А на белом листе к этим овалам были нарисованы красные стрелки. Белый лист был озаглавлен жирными черными линиями: «ФОТОПРИЗРАКИ».

Наутро, Эрик лежал лицом к стене, с головой укрытый одеялом. Он всеми силами старался не открывать глаза и не показывать виду, что он проснулся. Эрик никак не реагировал на мамины просьбы проснуться. Он дышал ровно и иногда, для пущей видимости крепкого сна, делал глубокие вздохи, посапывал и причмокивал. Хотя, от таких громких возгласов сестры, с требованием купить ей новые наушники, проснулся бы даже солдат, изнуренный битвами и солдатским распорядком дня.

Дождавшись, когда защелкнет замόк входной двери и со скрежетом совершит два оборота, Эрик открыл глаза, быстро скинул с себя одеяло и подбежал к окну, которое открывало вид на улицу. Ему уже не впервые удается наблюдать за происходящим во дворе оставаясь незаметным. Вот отец, мама и сестра вышли со двора, повернули направо и скрылись за изгородью соседского участка. Отойдя несколько метров от ворот, мама привычно оглянулась и посмотрела в окно. Но домашний наблюдатель остался невидим ее проникновенному родительскому взгляду. Теперь дом полностью остался в распоряжении озорного мальчугана, ищущего следы призраков в материальном мире, с его планами раскрыть таинства заброшенного чердака.

Из кухни Эрик мигом приволок два стула, которые больше походили на табуретки. Они были без спинок, на четырех деревянных ножках. Эрик с ювелирной точностью поставил первый стул прямо под чердачной дверью, предварительно поелозив его в разные стороны с выражением лица опытного инженера, который производит вычисления траектории полета ракеты. Как только первый табурет занял свое место, Эрик сразу поставил на него второй. Растопыренные ножки стула в аккурат, тютелька в тютельку, встали на углы сидения первого стула. Вложив фонарик в задний карман, Эрик аккуратно встал на сидение первого стула, поставив ноги между ножками второго стула. Стараясь не разрушить конструкцию он, c расторопностью эквилибриста, поочередно занес оба колена на второй стул. Конструкция немного качнулась, а ножки второго стула предупредительно сместились влево. Две ножки другого стула стояли на самом краю сидения первого стула, и казалось, что третья ножка вообще свисает без должной опоры. Хватаясь обеими руками за края сидения, Эрик поочередно встал на ноги, и после, выпрямился в полный рост. В одиннадцати сантиметрах от его головы расположилась желанная дверь. Он уперся обеими ладошками в дверь и поднял дверцу настолько, насколько мог позволить его рост. Но этого оказалось недостаточно. Пробуя встать на цыпочки, стараясь поднять дверь как можно выше, конструкция из стульев стала западать в бок. Мальчуган, что есть силы, подпрыгнул вверх и успел занести оба локтя на чердак. Чердачная дверь, захлопываясь, ударила его по голове. Эрик простонал от боли. Конструкция из стульев с грохотом развалилась, а Эрик остался висеть на краю чердачного проема, с дверью на голове.

От края чердачного проема до окна, выходившего во двор, по полу шла светлая широкая полоса дневного света. Полоса осветила предметы на ее пути, а в освещенном воздухе летала пыльная мишура, поднявшаяся после жесткого приземления Эрика на край чердачного проема. Летающая пыль была больше похожа на рой мух, который, спустя несколько минут, снова опустился на поверхность чердачного пола, откуда и взлетел.

Цепляясь руками за близлежащие прибитые доски, Эрик вытянул себя из чердачного проема, ползя сначала на груди, потом на животе до тех пор, пока целиком не оказался на чердаке. Чердачная дверь соскользнула с его пятки вниз и с грохотом захлопнулась. Дом погрузился в тишину.

Справа от окна, в дальнем углу чердака стоял стол. Даже через толстый, накопившейся за годы слоя пыли, можно было увидеть черный цвет столешницы, которую как будто очень грубо обтесал слесарь, оставь на его поверхности глубокие шероховатости. От столешницы до пола на солнечных лучах блистала плотная паутина, в которую была вплетена добыча – мухи, осы. За ней можно было разглядеть несколько выдвижных ящиков с массивными круглыми, потертыми, ручками.

Отряхнув свои шорты от собранной с пола налипшей пыли, Эрик подошел к столу. Он взял с подоконника металлический прут, похожий по форме изгиба на кочергу. Замахнувшись, он изо всех сил ударил прутом по столешнице. От удара со стола взлетела пыль, превратившись в плотное серое облако. На месте удара осталась толстая светлая полоса. Эрик пронзил прутом, как мушкетер, паутину по самому ее центру. Круговыми движения, он нанизал на прут всю паутину, как сахарную вату на палочку. Взмахнув в очередной раз своей шпагой, он снова ударил по столу. На этот раз удар пришелся ближе к углу со стороны окна. Со стола что-то подскочило и упало на пол, оставив после себя на столешнице светлое прямоугольное пятно. Предмет оказался на полу аккурат между столом и стеной. Встав на четвереньки, Эрик полез в небольшое пространство, расталкивая стол от стены своими плечами. Нащупав рукой что-то прямоугольное, он схватил его и попятился назад. Прогремел очередной грохот с другой стороны стола. На этот раз упала деревянная коробка, которая была прислонена к противоположной стороне стола.

Эрик поставил коробку и поднятый прямоугольный предмет на освещенную столешницу. Коробка была похожа на армейский ящик из-под патронов с двумя металлическими замками. Дневной свет, проникающий сквозь очень грязное чердачное окно, все еще был способен осветить находящиеся на столе предметы и самого Эрика, который с чумазым лицом и с налипшей пылью уже мало чем отличался от медвежонка.

Эрик отстегнул – сначала левую, потом правую – металлические пряжки на ящике и, подняв крышку, опрокинул ее назад, на столешницу. Поверх перевязанных, сильно пожелтевших стопок бумаг лежала черно-белая фотография мужчины. Мужчина стоял в лесу с охотничьим ружьем в руках. Одет он был в валенки, ватные штаны и зимнюю телогрейку темно-желтого цвета. Подле него лежала туша бурого медведя, на которую он победно поставил правую ногу.

– «Федор, охота. 1949 год», – прочитал вслух Эрик на оборотной стороне фотографии.

Отложив фотографию в сторону, он достал из ящика все перевязанные истлевшей временем веревкой стопки бумаг разных размеров. Развязав одну из стопок, Эри увидел много таких же старых фотографий.

Солнце перевалило через зенит и рассматривало дом Левицких с противоположной стороны. Полоса света на полу чердака заметно сузилась и стала заметно короче, оставив в полной темноте чердачную дверь. Эрик подбежал к двери, поднял и опрокинул ее, оставив проем открытым. Из дома через дверной проем доходил яркий свет, который проецировал светлый квадрат на потолке чердака. Эрик закрыл деревянный ящик на все замки и, ухватившись за него обеими руками, дотащил его до чердачной двери.

Точно прицелившись, закрыв левый глаз, в свободное от стульев место на полу, Эрик скинул ящик вниз. Но снайпер промахнулся, ящик с грохотом упал на один из стульев и переломал три его ножки. Повесив на шею найденный прямоугольный предмет, у которого имелся ремешок, Эрик стал спускаться вниз. Он лег на живот и ногами к проему стал пятиться назад, постепенно повисая в дверном проеме чердака. Повиснув под потолком он стал внимательно искать на полу свободное место для своего успешного приземления.

Раздался скрипящий звук двух оборотов ключа в замкé входной двери. Дверь распахнулась, и Эрик, свисавший с потолка прямо напротив нее, виновато проговорил своим родителям:

– Мама, папа, привет! Я тут….это…

– Ох тыж боже мое – выразила свои эмоции остолбеневшая мама Эрика

– Сын, как тебя так угораздило-то? – Платон Юрьевич широченным шагом перешагнул порог дома, стараясь правой ногой не наступить на остатки стула. Удерживаясь обеими руками за дверной проем, он встал вплотную с сыном, едва касаясь своим носом его живота, – Тебе куда, вверх или вниз?

– Ты очень смешно сейчас пошутил, прям очень! – возмутилась мама Эрика, – Спусти его на пол сейчас же. Не видишь что ли, он еле держится.

– А мне не тяжело, я могу хоть до вечера так висеть! – уверено сказал Эрик.

– Раз ты настаиваешь, – мама Эрика шагнула в дом, взирая в глаза сына, – до самого вечера проведешь в своей комнате. Считай это твоим наказанием, – погрозила она ему указательным пальцем.

– А по мне так пускай висит! Вроде держится крепко, – весело сказал отец Эрика и потянул сына к полу за туловище, – глядишь, так научиться подтягиваться. Как думаешь? – посмотрел он в глаза сына.

– Ха-ха. К нам что, цирк приехал? Или наоборот, цирк уехал, а клоун остался? – в дверях возникла Клара.

– Сама ты клоун, – огрызнулся на сестру Эрик.

– Какой же он клоун, это целый акробат, – сказала мама, – Отец, спусти уже сына на пол!

– Ну акробат, давай разжимай хватку, – Платон Юрьевич немного приподнял сына и после, поняв что сын не держится руками за дверной проем, медленно опустил его на пол.

Как и сказала мама, за свое путешествие на чердак и обратно, Эрик провел в своей комнате остаток дня. За то время, пока мама убирала в коридоре результат его путешествия, он успел незаметно утащить к себе в комнату армейский ящик.

Первым делом Эрик достал фотографию с охотником Федором и поднес ее к вклеенной к ватману фотографии, под которой было написано: «1979 год. Август. Николай Носов».

* * *

Николай Павлович Носов приходился Эрику дедушкой со стороны мамы Евгении Николаевны. Николай Павлович умер загадочным образом, еще до рождения Эрика. Как-то в начале лета он с друзьями из клуба охотников ушел на злосчастную охоту на медведя. О таинственной и жестокой гибели всей охотничьей группы в таежном лесу, вблизи реки Белая, разлетелось множество слухов. Об этой трагедии писали все существующие газеты и журналы того времени. И как часто бывает с народной молвой, случившаяся история сменилась множеством слухов, а слухи в свою очередь превратились в различные легенды и породили охотничьи приметы.

Поиски группы начались спустя три недели после ухода Николая на охоту. Перед своим уходом он предупредил свою жену о том, что в этот раз они планируют пойти вниз по реке. Поход был рассчитан на одну неделю. Этот поход предполагался быть самым длинным, из всех ранее им совершенных. Первой забила тревогу жена Николая, Мария Александровна, после того как прошло три недели. Поначалу службы спасения и одноклубники Николая уверяли, что все нормально, что такая задержка является нормой. Спустя еще пять дней стало известно, что охотники не прошли две последние точки контроля. По расчетам, девять дней назад они должны были отметиться на каждой из них повторно, когда должны были возвращаться обратно. У спасателей на руках была карта с маршрутом их передвижения, которую в обязательном порядке оставляет каждая группа перед совершением похода. Из-за слишком густых крон деревьев, наблюдение с вертолета не принесло никаких результатов. Поэтому в срочном порядке была собрана пешая спасательная бригада, которая отправилась на поиски охотников. Только спустя три дня пешие спасатели наткнулись на разбитый лагерь. Он стоял у реки в глубине леса. Повсюду были разбросаны продукты, мусор и ружья. Тренога с котлом была опрокинута, угли залиты остатками приготовленной похлебки. Все палатки были разрезаны в различных местах, словно кто-то прошелся по ним острым ножом. Пол и стены палаток были измазаны крупными красными сгустками. Такие же кровяные разводы имелись на рядом растущих деревьях. На прикладах охотничьих ружей красным отпечатались чьи-то пальцы.

Один из спасателей, проводивших осмотр, сказал, что всех охотников кто-то или что-то застал врасплох во время ночлега. В палаточном городке и вокруг него в радиусе более ста тринадцати метров спасатели не нашли ни живых людей, ни трупов и ни даже фрагментов человеческих тел.

По результатам расследования, всех охотников объявили погибшими. В материалах дела указывалось, что смерть наступила в результате нападения семейства бурых медведей.

Мария Александровна не стала хоронить мужа без тела. В надежде, что он все-таки остался жив и еще вернется домой. На этот случай она поставила свечку за здравие в местной церквушке.

Через месяц, после возвращения спасательной группы, Мария Александровна, выйдя в огород, в освещенном дневным светом дверном проеме увидела сидящего на пеньке спиной к ней сгорбившегося мужчину. На ее оклики мужчина никак не реагировал. Только подойдя ближе к нему, она рассмотрела сквозь заросшее густой бородой лицо своего пропавшего мужа. Он спал. На дворе стоял август 1979 года.

Тогда многие говорили, что душа Николая Павловича так и не вернулась из похода. Вернулась только его плоть. Сам дедушка Эрика по возвращении был нелюдим, ни с кем не говорил, держал полное молчание даже со своими близкими. Каждое утро он садился на скамейку во дворе и до позднего вечера смотрел в сторону леса. Через три недели у него остановилось сердце на этой самой скамейке.

Евгения Николаевна, мама Эрика, не захотела оставлять свою маму одну после двойной смерти отца. Вместе с мужем и дочкой они переехали к ней в дом, в котором и проживают по сегодняшний день.

* * *

– Мама, смотри! Вот что я нашел на чердаке! – Эрик, не вытерпев нахлынувших на него чувств нарушил условия наказания. Он выбежал из своей комнаты и подбежал к маме, которая к тому времени сидела на диване. В руках он держал две фотографии. – Мам, это, случайно, не наш родственник?

– Эрик, я впервые вижу этого человека. Бабушка и дедушка мне о нем ничего не рассказывали, – взяв фотографию с охотником и медведем из рук сына, она начала внимательно рассматривать ее. – Но я знаю это место. Мы в детстве там часто собирались со школьными друзьями. За спиной этого мужчины был пруд. Там мы катались зимой на коньках. А вот с этого крутого берега, вон там слева, мы скатывались на ледянках… Так ты говоришь, что нашел эту фотографию на чердаке?

– Да, – кивнул головой Эрик.

– А я ведь ни разу не лазила на чердак. И вообще, не помню, чтоб кто-то из моей семьи поднимался туда.

– Так там целый деревянный ящик со старыми фотографиями. И еще я там нашел вот этот фотоаппарат, – Эрик протянул маме найденный на чердаке черный прямоугольный предмет.

– Если я правильно понимаю, в фотоаппарате еще стоит не проявленная пленка, – Евгения Николаевна изъяла фотоаппарат из толстого, кожаного чехла и повертела его перед собой, внимательно осматривая все его грани. После, она попыталась отвести в сторону тоненький рычажок, – интересно, что на это пленке? – она вернула фотоаппарат в руки сына, – может распечатаешь фотографии с этой пленки в своем фотокружке?

– Да, да. Обязательно распечатаю…. – Мама, а теперь посмотри на фотографию своего отца, вот эту… – Эрик близко поднес к маминому носу фотографию дедушки, – видишь, за его спиной размазанное облако. Оно, прямо ну очень, похоже на человека. И вот, смотри, его рука лежит на правом плече дедушки. А теперь посмотри на эту фотографию, – Эрик поднес к маминому лицу фотографию подписанную как “Федор, охота. 1949 год”, – этот человек в облаке на дедушкиной фотографии очень похож на этого дядю. Что это может быть?

– Я помню эту фотографию. Она была сделана после того, как он вернулся из леса, – ответила мама, взяв в руки фотографию с дедушкой. – Мы были тогда так рады, что он вернулся живой. Да, точно! Это был август 1979 года, – Евгения Николаевна поводила указательным пальцем по подписи к фотографии.

Мама Эрика рассказала о походе дедушкином охоте на медведя, о том, что нашли спасатели на месте палаточной стоянки, о загадочном возвращении дедушки. Во всё время своего рассказа она держала в одной руке две фотографии, а другой рукой гладила сына по затылку, перебирая его коротко подстриженные волосы. Эрик внимательно слушал и запоминал.

– Эрик, я точно знаю: за дедушкиной спиной никого не было. Я в тот день была рядом, и мы все фотографировались по очереди. Есть и общая фотография, посмотри в альбомах. Жаль, у бабушки уже не спросишь, она покинула нас; ты, наверное, уже не помнишь ее.

– Если при фотографировании дедушки за его спиной никого не было, получается так, что фотоаппарат смог поймать призрака, – важным тоном сделал вывод Эрик, забрав обе фотографии из рук мамы. – Это говорит о том, что призраки людей существуют. А этот фотоаппарат может их сфотографировать.

– Сынок, призраков не существует. Лучше посмотри другие фотографии, которые ты нашел на чердаке. Наверняка ты там найдешь среди них такие же старые и выцветшие фотографии, с такими же белыми пятнами. Да и… больше не лазь на чердак, это опасно, – она погрозила ему указательным пальцем.

Вернувшись к себе в комнату, Эрик приклеил фотографию дедушки на альбом «ФОТОПРИЗРАКИ» и обвел красным фломастером призрака за дедушкиной спиной. Рядом с этой фотографией он приклеил найденную на чердаке фотографию Федора с медведем и нарисовал стрелку от нее до обведенного призрака на фотографии с дедушкой. Под каждой фотографией старательно вывел год, который был на них указан.

После, Эрик отмотал в фотоаппарате отфотографированную пленку обратно в кассету. Уроки в фотокружке не прошли даром. Он выключил в комнате свет, дабы не засветить пленку и на ощупь открыл заднюю крышку фотоаппарата. Убедившись в том, что вся пленка защищена от попадания солнечных лучей изъял кассету.

Полтора года назад Эрик просмотрел по телевизору цикл передач, посвященных путешествиям в разные уголки планеты Земля. Путешественники лазили по горам, пробирались сквозь джунгли, взбирались на кратеры действующих вулканов, покоряли дальние острова и даже старались достать дно океана, чтобы показать весь существующий удивительный мир флоры и фауны. Все увиденное путешественники снимали на фотоаппарат, и в результате получались сочные, красочные и уникальные фотографии. Эти фотографии можно было приобрести в Интернет-магазине данной телепередачи.

Любовь к фотосъемкам у Эрика переросла в серьезное увлечение, когда родители подарили ему журнал того же магазина, называвшийся «МОИ УДИВИТЕЛЬНЫЕ МЕСТА НА ЗЕМЛЕ». В журнале имелись описания мест, рассказывалось о том, как туда добраться и как нужно настраивать фотоаппарат, чтобы получались качественные фотографии. Но самое главное заключалось в том, что в журнале вместо фотографий были пустые рамки, в которые нужно было вклеивать фотографии этих мест. С того времени Эрик стал коллекционировать фотографии для подаренного журнала и с ребяческим энтузиазмом вклеивал их в пустующие рамки. Чуть позже он создал свой собственный журнал, в который вклеивал фотографии всех тех мест, в которых он сам побывал и которые сам фотографировал.

Научившись самостоятельно проявлять негатив и печатать фотографии, Эрик обратил внимание на появляющиеся на фотографиях светлые облака, похожие на силуэты людей. Так появился фотоальбом под загадочным названием «ФОТОПРИЗРАКИ». Сейчас он пополнился дуэтом фотографий дедушки и неизвестного Федора, доказывающие маленькому Эрику существование призраков, которых все-таки можно сфотографировать.

Каждый раз, когда Эрик демонстрировал маме свои мистические находки, он гордо резюмировал – «Такой старый фотоаппарат, а смог снять призрака. Если когда-нибудь у меня будет профессиональный фотоаппарат с очень хорошим объективом, у меня тоже получится изловить призраков»

Смотри на цель, а не на мушку!

– Тот же самый почерк ограбления, те же маски и то же количество грабителей, – говорил старший следователь капитан Александр Антонов, изучая фотографии, сделанные камерой наблюдения. – Это какое же по счету ограбление банка этой бандой? Уже четвертое за последние два года…. Каждый раз ограбление все жестче и жестче, а уносимые суммы – все больше и больше. Сколько они украли в этот раз?

– В банке сказали, что в сумках у инкассаторов было не менее двадцати трех миллионов. Мы уже допросили одного из инкассаторов, того что медики первым привели в чувство. По его словам, невозможно было определить личности преступников. Все они были в масках и разговаривали между собой каким-то странным голосом, – доложил следователь Рахим Ибрагимов. – Судя по всему, в этот раз они использовали какие-то устройства по изменению голоса. Также нами были опрошены охранники банка, сотрудники операционного зала и посетители банка.

– Из полученных данных можно будет составить фоторобот?

– Навряд ли. Никто из них не смог описать преступников. Никаких особых примет. Но все уверены в одном – грабителей было четверо. Они прибыли к банку белой LADAXRAY. Она числилась в угоне. А уехали они на другой машине – БМВ X5 черного цвета. Бэха подъехала к банку позже, в аккурат когда они отходили от банка.

– О ее задержании объявили постам?

– Обижаете! Конечно. Но мы сами нашли бэху. Она была брошена во дворе в Октябрьском районе. Судя по всему, она тоже угнанная. Проверяем… С ней сейчас работают криминалисты. Может, им удастся найти какие-нибудь зацепки.

– Записи с камер видеонаблюдения банка изучили?

– Да! Я их уже просмотрел.

–Рахим! Расскажешь или мне самому их посмотреть? – иронично спросил капитан, – давай только вкратце, самое основное.

– Хорошо. Инкассаторская машина остановилась вдоль проезжей части, прямо напротив главного входа в банк. Трое инкассаторов с кейсами в руках вышли из нее и проследовали в банк к центральному входу. И как только инкассаторы вошли в тамбур банка, с дороги на них на скорости выскочила LADA XRAY. На ней банда и снесла входную группу банка, в которой собрались все три инкассатора. Ну и всех троих они прокатили на капоте. Из лады выбежали трое в масках. На всех были надеты бронежилеты с надписью «СОБР¹». У каждого из них автомат в руках. Из машины через громкоговоритель было сообщено: «Проходит спецоперация, всем оставаться на своих местах!» Один из преступников прострелил колеса инкассаторской машины, подбежал к водителю и направил на него автомат. Водитель вышел и встал на колени лицом к машине. К ним подъехала вторая машина – БМВ X5. Двое преступников собрали все кейсы с деньгами и кинули их в багажник бэхи. Затем они же перенесли из инкассаторской машины еще кейсы, которые также положили в багажнике БМВ.

Преступник, удерживавший на прицеле стоявшего на коленях водителя инкассаторской машины, ударил того прикладом по голове. Инкассатор-водитель свалился на землю. Оттащив его от машины, преступник что-то бросил в машину, быстро подбежал к БМВ и запрыгнул на переднее сиденье. Как только машина преступников скрылась из обзора видеокамер банка, прогремели два взрыва. Инкассаторская машина и LADA взорвались и загорелись. По таймеру на камере все преступление заняло одну минуту сорок шесть секунд.

– Получилось отследить по кейсам перемещение этой банды? Известно где они скрылись? – спросил старший следователь.

– Как только кейсы были переброшены в их машину, сигнал от прикрепленных к ним датчиков пропал. Действовали профессионалы. Они заблокировали датчики слежения. Но я одного не могу понять: поскольку они знали, что кейсы снабжены датчиками слежения, то они наверняка знали и о том, что в случае вскрытия такого кейса все содержимое будет уничтожено, – отвечал Рахим Ибрагимов. – Банки уже в течение года используют для перевозки денег кейсы с механизмом уничтожения купюр в случае несанкционированного вскрытия.

– Они точно знали маршрут передвижения инкассаторской машины, знали, что перевозится большая сумма, и легко справились с датчиками слежения на кейсах. Смею предположить, что вскрыть кейсы без вреда для денег им не составило особого труда. На всех своих преступлениях они показывают свое техническое превосходство. А мы по камерам, даже близко, не можем установить их личности! – на одном дыхании высказался капитан. – Вы же понимаете господа, – капитан обратился ко всем присуствующим сотрудникам в кабинете, – уже сегодня выйдет статья в газетах об очередном дерзком ограблении банка и в этом гребаном Интернете! А нас опять просмеют, а в глазах общественности будем выглядеть как… бесполезный орган. Вы и сами знаете, что о нас пишут газетчики и чертовы блогеры. По их словам, мы злодеи, а эта банда преступников – герои, поскольку могут безнаказанно грабить. И я вот одного не пойму, – обратился Александр Антонов к Рахиму, – какого черта эти инкассаторы привезли такую большую сумму в это отделение банка, который даже не оборудован сейфом? Это же простое, отделение банка во дворе, для обслуживания физических лиц. Обычно из таких банков вывозят наличность, а не завозят в него. Есть соображения?

– Со слов управляющего, один из их клиентов заказал эту сумму денег наличными для снятия со своего лицевого счета.

– Этого клиента проверили?

– Проверяем.

Следственный отдел находился в трехэтажном здании городской библиотеки по улице Ленина, в центре города. В последние годы здания библиотек все чаще передают в пользование органам власти или вообще сдают в аренду бизнесу. Закрытие библиотеки и передачи этого здания под следственный отдел вызвало волну негодования жителей города. Люди собирались с плакатами у библиотеки с призывами: «ОСТАВЬТЕ ЗНАНИЯ ЛЮДЯМ, ЗНАНИЕ – ЭТО БУДУЩЕЕ; БИБЛИОТЕКЕ – ДА, СЛЕДСТВЕННОМУ КОМИТЕТУ – НЕТ». Массовое недовольство перешло и в Интернет. Были собраны подписи большинства жителей города под петицией в пользу того, чтобы свергнуть из этого здания следственный комитет.

Власти не захотели услышать просьбу народа и постановили закрыть библиотеку, а здание использовать под следственный комитет. В интервью один из чиновников, который принимал участие в расформировании библиотеки, высказал по этому поводу следующее: «Закрытие библиотеки – это шаг в будущее, так как мы способствуем тому, чтобы люди больше читали в Интернете, где количество книг на порядок выше. Мы побуждаем людей идти в ногу с технологическим развитием».

Даже после принятого решения жители города продолжают собираться у здания бывшей библиотеки и устраивают массовые собрания и пикеты с плакатами.

Как-то капитан Антонов высказался на этот счет: «Люди как будто чувствуют наши неудачи, о них даже не надо объявлять, чтобы они собрались и устроили очередной пикет. Идея забрать у граждан библиотеку – одна из худших идей властей города».

Масла в огонь подлили последние крупные кражи в банках, которые следственный комитет не смог предотвратить и не смог найти и виновных. Истерия вкладчиков нарастала как снежный ком. И сегодня, после столь наглого и стремительного ограбления банка, люди собрались с плакатами у здания бывшей библиотеки, требуя результатов в расследовании.

Ироничность местоположения следственного отдела еще и в том, что напротив его здания расположилось высокое, современное здания национального банка. Это добавляет множество негативных слухов о том, что преступники в масках намеренно дразнят следственный комитет, грабят именно банки, показывая тем самым, что они неуловимы и незаметны для следственного отдела. На закрытых форумах в интернете и в социальных сетях букмекеры открыто принимают ставки на то, дерзнут ли грабители ограбить Национальный банк прямо под носом следственного комитета?

– Это какой-то кошмар, люди с плакатами осаждают вход в здание. Наша охрана не справляется с ними. Может, вызвать полицию для разгона толпы? – вбежала Мария в комнату совещаний. Она была помощником капитана Александра Антонова. В это самое время в кабинете капитана заседала группа следователей, которая была создана под расследования дела банды грабителей банков. Эту группу возглавлял сам капитан.

– Полиции с дубинками и автоматами еще не хватало тут! Ничего не предпринимайте, справимся своими силами. Сообщите людям, что в ближайшее время мы дадим публичное разъяснение сложившейся в городе ситуации, – ответил капитан Антонов.

Комната для совещаний следователей расположился в бывшем малом читальном зале, окна которого выходили во двор здания. При въезде в это здание следственного комитета из этого зала были убраны все стеллажи с книгами, убрана информационная стойка, за которой стояли библиотекари и выдавали книги по заполненным читателями талонам. Парты и стулья, за которые усаживались работники следственного отдела, остались на прежних местах. При полной занятости парт помещение становилось больше похожим на школьный учебный класс или на лекторий, где в качестве преподавателя с указкой выступал начальник отдела. Его парта располагалась посередине комнаты, лицом к другим партам. Сегодня центральную парту занимал капитан, высокий, широкий в плечах мужчина с коротко подстриженными черными волосами. С утра пустая пепельница на его столе была полностью наполнена окурками от сигарет. Даже сейчас, просматривая фотографии с места преступления, Александр Антонов в очередной раз сделал смачную затяжку дыма, а остаток сигареты вертикально вставил ровно по центру пепельницы. Сидевший напротив Рахим отмахнулся от дыма, который настойчиво лез в его нос и глаза. Пепельница стояла между ним и монитором, в котором они оба пересматривали фотографии и записанное видео с камер наблюдения банка и с уличных камер по маршруту следования обеих машин.

– Мария, все записи с видеокамер наблюдения надо отдать этим… как их там?.. они еще к нам на выставке систем видеонаблюдения приставали. Рассказывали про их изобретение, которое может по фото- или видеоизображению составить более подробную панораму местности, – капитан Антонов по внутренней связи позвонил своему помощнику. – Компания еще как-то странно называлась. Как советская рок-группа. «Ария» вроде бы. А лучше пригласи их представителя к нам. Да, Рахим, – обратился он к Рахиму, не успев положить трубку на аппарат, – чуть не забыл: я изучил твою рекомендацию по покупке в наш отдел дрона для слежки, – продолжил капитан, обращаясь в Рахиму. – Как ты сам видишь, в этом ограблении он бы никак не помог нам отследить дальнейшее движение грабителей после ограбления. Охранники банка, судя по заснятому видео, не смогли бы сделать ни одного выстрела специальными патронами с пулей-маячком для дрона. Их всех троих сразу вырубили.

Двумя месяцами ранее

– Довожу до вашего сведения: все работники следственного отдела обязаны с тринадцатого по девятнадцатое июля посетить выставку «Средства охраны и безопасности», которая пройдет в выставочном центре. Посещение осуществлять группами, согласно составленному графику, – зачитал приказ Антонов своей группе, закачивая утреннее совещание. – По графику посещения, мы с вами должны пойти на эту выставку в полном составе в среду. Встречаемся у входа на выставку в девять утра. Если нет вопросов – разойтись.

Выставка проводилась ежегодно. Она посвящалась средствам охраны и безопасности. Здесь выставляли свои разработки как российские, так и международные компании. Выставочный зал напоминал улей, который был поделен на множество сот, в каждой из которых проводились презентации. Здесь можно было увидеть современные видеокамеры, спутниковые системы слежения и даже беспилотные летающие аппараты со встроенными системами видеосъемки.

Утром в среду, в день посещения выставки, начался проливной дождь с сильным порывистым ветром. Ветер раздувал государственные флаги на высоких флагштоках, висевшие напротив выставочного центра, периодически издавая хлопки. Флаги извивались как змеи, издавая характерный звук, который был очень похож на хруст снега под наступающими на него ногами. Экскурсанты выскакивали из подъезжавших автобусов и стремительно бежали к зданию, стараясь не промокнуть. Добежать совершенно сухим никому не удавалось, поскольку автобусы останавливались на парковочной стоянке. А до входа в задние приходилось еще идти пешком, или бегом как сегодня.

– Метеобюро в очередной раз устроило нам сюрприз, – Мария вбежала в выставочный центр и подошла к своему начальнику, который стоял у окна и наблюдал за прибывшими посетителями. – Мы с вами первые подошли?

– Никого еще из наших нет. Мимо меня бы не прошли. С самого открытия наблюдаю за входом, – ответил Антонов. – Вы позавтракали, Мария?

– Честно говоря, не успела.

– Пойдемте, выпьем кофе и позавтракаем. Мы здесь долго пробудем. С каждым годом выставка все объемней и объемней. Наверное, в этот раз ракеты привезут показывать, – улыбнувшись Марии, сказал капитан. Он поднял с пола зажатый между ног чемодан и сразу направился в сторону кафе, которое находилось с право от стойкой регистрации.

– Нас уже зарегистрировали? – неуверенно спросила Мария, когда проходила мимо стойки регистрации.

– А вы что, забыли свой пропуск?

– Мне никакого пропуска не выдавали, – Мария остановилась. Сам же Александр не сразу понял, что его помощница стоит без движения с разведенными от удивления руками. – А должны были выдать? Почему я ничего не знаю?

– Вы разве сегодня не планировали вернуться в отдел?

– Все зависит от того, сколько времени мы пробудем на этой выставке. А что, мне надо вернуться? Ведь согласно приказу мы должны всей группой провести весь день здесь, – неуверенность охватило ее голос, – если надо я вернусь. Надо?

– Корочка значит при вас? – иронично продолжал капитан, внимательно вглядываясь в растерянные глаза помощницы.

– Она всегда со мной. А что?

– Мария, что с вами?

– А, поняла, – воскликнула она, – как я раньше не знала, что с корочкой следственного комитета пускают на подобные мероприятия без регистрации.

– И не только на подобные – ухмыльнулся он.

– А я как дура, всю свою жизнь составляла списки сотрудников, бегала за каждым. Вот дура! – ворчала Мария, копаясь в своей сумочке, – нашла! радостно воскликнула она в спину входящего в кафе капитана, показывая в его сторону бордовую корочку с надписью “Следственные комитет Российской Федерации”.

– Руководство на нас сильно давит. Не просит, а уже требует результатов по делу о кражах банков. Ты и сама видишь, как часто я хожу на ковер, – обратился Антонов к Марии, заказав английский сэндвич с чашкой черного чая. – К тому же общественность в бешенстве. Если не найдем грабителей в ближайшее время, то люди устроят нам сжигание ведьм. Руководство банков в истерике. Говорят, люди массово снимают деньги со своих счетов. Надо раскрыть эту банду еще до того, как они вскроют очередной банк.., – Антонов встал со стула и помахал своей группе, стоявшей у окна, на том месте, где он встретил Марию.

Рахим пришел ровно тогда, когда Мария и капитан ушли в кафе. Он негласно заступил на пост. Рахим как ястреб стал наблюдать за входом. Как только все члены группы окружили его, капитан встал из-за стола и помахал им.

Официант принес сэндвич с чаем для капитана, а для Марии– кофе со сливками и пирожное. Заметив новеньких за столом, он принял от них заказы.

– Группа, внимание! – начал Антонов, вглядываясь в глаза Рахима. – Сегодня нашей задачей является не только ознакомление с системами видео- и фотослежения, но и изучение всех имеющихся устройств, технологий, которые мы можем применить у себя в отделе для поимки банды. Руководство дало мне добро на покупку всего необходимого, что мы посчитаем нужным. И между нами, местные банкиры тоже подкинули деньжат на эти цели.

– Надо полагать, – воскликнул Рахим, – они же огромные деньги сейчас теряют на панике людей.

– Сам лично снял со счета в банке наличные, после всех этих краж. Я всем родственникам и друзьям рекомендовал это сделать, – сказал один из сотрудников, – конечно суммы не больше, но все же.

– Вот так ты значит, Алексей, оцениваешь нашу работу. Сам работаешь в группе по противодействию этой банде, и с сам же не веришь в наш успех? – с нотками презрения в голосе сказал Рахим.

– Но а что мне оста… – не успел закончить фразу Алексей. Его перебил капитан.

– Рахим, тут дело не в доверии к группе или к работе всего следственного отдела, это банальная подстраховка. Алексей, ты верно поступил. В нашей работе нужна необремененная голова. Своими кровными никак нельзя рисковать. Итак, продолжим. На этой выставке мы должны найти именно то оружие, с которым мы поймаем банду грабителей и раз и навсегда предотвратим ограбления. Заглядываем в каждый павильон, выслушиваем презентации, берем презентационные материалы, записываем контакты. От каждого из вас, к этой концу недели, у меня на столе должны лежать рекомендации по покупке подходящего для наших целей оружия против этих самых…..– капитан сделал небольшую паузу, – ладно, обойдемся без матерных слов. Все свои предложения передадите Марии вместе с контактами разработчиков.

На выставке Антонова сопровождала Мария. Остальные участники, кто по трое, кто по одному, разбрелись как в басне Крылова – лебедь, щука и рак. Рахим сразу же направился в сторону экспозиции, где выставлялись дроны. С прошлой выставки он уже писал доклад Антонову и настойчиво доказывал ему о необходимости приобретения дрона со встроенной видеокамерой высокой точности. В этот раз он целенаправленно шел к тому же павильону. Рахим и в этот раз был непреклонен. Именно покупку такого дрона он планировал в очередной раз отстаивать в своих рекомендациях, невзирая на расхождения с мнением своего начальника.

Антонов и Мария заглядывали в каждый павильон, внимательно выслушивали каждую презентацию и забирали с собой презентационный материал. Мария складывала все буклеты в сумку-пакет. Такую сумку выдавали каждому посетителю выставки. Она была с длинным зеленым ремешком для ношения на плече. На сумке с двух сторон была изображена планета Земля с надписью над ней: «Безопасность сегодня – светлое будущее завтра».

Отойдя от очередного павильона с видеокамерами, к Антонову подошел мужчина высокого роста, с аккуратно подстриженной бородкой, в прямоугольных узких очках, которые носят скорее для придания ученого вида, чем для улучшения зрения. На мужчине была надета черная футболка, на которой изображалась ракета, направленная к спутнику. Джинсовые брюки были слегка потерты по моде. Обут он был в кроссовки. О таком типаже Мария всегда говорила: типичный программист.

– Александр Вячеславович, здравствуйте. Наконец-то мне удалось с вами встретиться лично, – первым заговорил «типичный программист», протягивая руку капитану. – Меня зовут Марк, мы с вами встречались в криминалистической фотолаборатории в университете юстиции год назад. Вы тогда еще приносили для анализа фотоматериал.

– Да-да, помню вас. Но вы изменились с того времени. Если бы вы не подошли я бы вас не признал. Видимо вышли из своей маленькой душной лаборатории и жизнь пошла в гору?

– Можно и так сказать,– ухмыльнулся «типичный программист», – да, я тогда еще был лаборантом, как раз проходил практику. Сейчас я работаю в международной компании «Эриа Технолоджи», и вот наш стенд, – пожимая Антонову руку, Марк указал направление в сторону павильона, на котором большими черными буквами было выведено: «Area Technology».

Капитан с Марией пошли за Марком, уводящим их к павильону. Павильон за номером 13 был длиной не более трех стандартных письменных стола. На задней стене висела большая «плазма». Так называл Антонов большеформатные плоские, навесные телевизоры. По телевизору демонстрировался рекламный ролик какого-то программного продукта по обработке фотографий и видео.

– Мы разработали программу обработки фото- и видеоматериалов, используя нашу уникальную технологию распознавания цвета, – оторвал Марк своих гостей от телевизора. – Наша программа считывает, или, по-другому, сканирует, фотографию и создает визуальный образ всего того пространства, где была сделана эта фотография. Программа воссоздает буквально в детальных подробностях всего того, что на тот момент окружало фотографа. И для этого не надо покупать какое-то очень дорогое оборудование – достаточно приобрести программу «Photo Analysis» от нашей компании.

– Какое-то странное название у вашей компании. И сразу не выговоришь его. Почему бы не назваться по-русски, было бы доступней и понятней, – обратилась к нему Мария.

– С названием все достаточно прозаично, – ответил Марк. – С английского Area переводится как «площадка, арена, территория». А Technology– технология. У владельца компании – несколько направлений бизнеса, и все они начинаются с Area. Так, Area Technology – это площадка технологий, на которой разрабатывается программное обеспечение. Есть еще Area Development – территория развития, Area Finance– территория финансов. И вдобавок, бизнес ведется в Европе и в Англии. Так что название на английском языке – это необходимость рынка. По себе знаю: стоит один раз запомнить это название, оно уже потом не забывается.

– Вы сказали, что по фотографии можете составить модель окружающих предметов, которые были в момент фотогравирования и не вошли в фотографию, – прервал молчание капитан Антонов. – Можете пояснить подробнее, что вы имеете в виду?

– Вот, смотрите, простой лист бумаги, – взяв в руки чистый большой лист бумаги, Марк вышел из своего презентационного павильона и встал у выхода. – В павильоне присутствуют два источник света: лампочка и дневной свет. Ведь еще день, и солнечные лучи проникают сюда через окна этого здания. Свет от этих источников падает на предметы, располагающиеся на столе под разными углами, и отражается от них. Обычная физика света и геометрическая оптика, – Марк указал рукой на стол, стоящий посередине павильона, на котором лежали каталоги, видеокамера и стоял небольшой светильник. – Человек со своим зрением не сможет увидеть на этом листе бумаги падающие тени предметов с этого стола. А тени имеются! И поверьте, для нашей программы этих теней громадное множество, которые она легко может считать с фотографии.

– Вы считаете, что ваша программа… как ее там?.. сможет считывать эти тени, которые не заметны невооруженным глазом? – уточнил Антонов. – И каким образом это касается анализа фотографии и построения образа, о которой вы говорите?

– Давайте упростим задачу. Возьмите лист бумаги и встаньте вон туда, – Марк передал лист бумаги капитану и указал ему место внутри павильона, в затемненной его части. Сам Марк встал напротив него, таким образом, что стол с предметами находился между ними. – Поднимите лист бумаги лицевой стороной ко мне и посмотрите на него. – Марк взял в руки светильник, переключил его в более яркий режим и направил свет на капитана.

– Я вижу на листе контуры видеокамеры. Ой, и светильник тоже видно, – прокомментировала Мария.

– Совершенно верно, – продолжил Марк. – А теперь представьте, что в этот самый момент мы сфотографировали вашего капитана с листом в руках. В результате мы получим фотографию, на которой отобразится белый лист с отброшенными тенями от предметов на столе. В жизни, конечно же, никто не будет подсвечивать предметы, как я сейчас, но я это продемонстрировал для наглядного примера. Наше программное обеспечение способно распознавать тени, которые легли на фотографируемый предмет. В результате программа во всех красках составит образы всего того, что отбросило эту тень. Простыми словами, программа по фотографии воссоздает все то, что или кто окружали фотографа или фото-видеокамеру в момент съемки.

– То есть, если я буду писать в кустах. Ну, за теми самыми, которые будут за фотографом, – Мария показала правой рукой за свою спину, – ваша программа сможет напечатать…?

– Уверен, вы бы на них получились неотразимыми! – с присущей Марку независимостью ответил он.

– Мда, не очень хорошая программа – посматривая по сторонам, потирая ладони, ответила Мария.

– В общем, не обязательно чтобы объектив камеры был направлен на вас. Мы ведь все отбрасываем тени на все то, что находится рядом с вами. Тоже происходит и с предметами.

– Мира фантастики отдыхает, – недоверчиво прокомментировал капитан, кладя лист на стол. – Хотя звучит очень даже разумно и убедительно. При помощи вашей программы по фотографиям, сделанным в момент совершения преступления, можно будет более подробно описать обстановку, вплоть до составления точного изображения самого преступника?

– Вы все верно понимаете, – ответил Марк.

– Нам бы это пригодилось, – капитан вопросительно посмотрел на своего помощника.

– Марк, дайте вашу визитку и презентацию вашего программного обеспечения, – попросила Мария, – мы обсудим вашу технологию и обдумаем, как сможем применить ее в наших расследованиях. Мы обязательно с вами свяжемся.

– Хотел бы напроситься к вам на прием. Я бы вам на реальных примерах показал все способности «Photo Analysis».

– Фотографирование девушек в кустах разве это еще не все?

– Поверьте, нет! – на полном серьезе Марк ответил улыбающейся Марии.

– Ладно, мы все обсудим с нашими техническими специалистами и уже потом свяжемся с вами. Хорошо? – капитан протянул Марку руку для рукопожатия.

– Договорились, – Марк буквально хлопнул своей ладошкой по капитанской.

Мария собрала в переносную сумку с изображением Земли все врученные Марком презентационные материалы. Капитан из павильона Марка пятилcя назад, пытаясь досмотреть транслируемый на “плазме” ролик. Из-за увлеченности он столкнулся спиной с одним из посетителей выставочного центра. Из рук посетителя повалилась с грохотом увесистая пачка из листов презентационного материала, которые как яркая осенняя листва распласталась на полу. В громком пыхтении посетителя, наклоняющегося за оброненным материалом, можно было легко распознать его крайнее возмущение, которое вполне сводилось к русскому мату. Но Рахим не признавал мат как часть русской речи. Даже работая в среде постоянных курильщиков, где мат является основой следственной работы, он не поддавался искушению использовать его в своей речи.

– Надо было на стойке регистрации взять сумку для переноски, как у Марии, – обернувшись, после столкновения капитан опознал Рахима. – Так, и что у тебя тут? Опять каталоги о дронах? Ты опять за старое? Мы ведь это проходили с тобой. И что нового они придумали в этот раз? Неужели теперь они могут летать и в стратосфере? – с демонстративным сарказмом спросил капитан, подмигнув правым глазом.

– С прошлой выставки они заметно продвинули своих птиц, – начал оправдываться Рахим. – В этот раз существенно доработали скорость взлета, увеличили высоту преследования. Установили хороший стабилизатор на камеру, чтобы при движении дрона и вращении его пропеллеров получаемая картинка была стабильна.

– Я знаю для чего нужен стабилизатор для камеры, – сказал капитан.

– Но главное, они доработали пулю, которая является маячком для дрона. В ней-то и вся прелесть. Вам, капитан, понравится их разработка. – Последние предложения Рахим проговорил на одном дыхании, и прохожие могли услышать, как он громко вздохнул, набрав воздуха в опустошенные от рассказа легкие.

– Насколько я помню, ты говорил в своем докладе, что для активации дрона необходимо выстрелить в преступника специальной пулей, – выстроив пальцы правой руки в форме пистолета, Антонов сделал выстрел невидимой пулей в сторону одного из павильонов. – Эта пуля сделана из какого-то сплава и настолько миниатюрна, что способна пробить любую одежду или зацепиться на ней. Ты говорил, что человек долго не будет чувствовать ее благодаря нанесенному на нее анестетику.

– Да, всё почти так. Только пуля рассасывается в человеке полностью без вреда для его здоровья. – Рахим поднес ладони к лицу капитана и развел пальцы, изобразив исчезновение пули и сопровождая это звуком «тщщ». – За то время, пока пуля на одежде или вонзена в тело и у маячка не закончился заряд, дрон с большой высоты будет следовать за преступником, снимая на видеокамеру его и всё вокруг него. Но сейчас разработчики полностью изменили концепцию пули. Я, конечно, ничего не понял в самой технологии, но пулю они полностью изменили. Теперь пуля, выпущенная в объект слежения, на подлете к нему разрывается в воздухе и оседает на преступнике в виде бесцветной, прозрачной краски. Как клякса. Попав на одежду или на кожу объекта, она становится полностью незаметной, долгое время не смывается никакими химическими составами. Клякса-краска за счет попадания солнечного света или какого-то теплового эффекта, черт ее разберет, сама заряжается, и этого заряда будет достаточно, чтобы маячок посылал сигналы. Сейчас новый дрон взлетает гораздо выше, и он незаметен и неслышен для объекта слежения. Вот таков мир новых технологий. Я напишу доклад к концу недели, как ты приказал.

Дождь прекратил лить. Солнце уходило на покой, готовясь передать вахту луне. Минуя кафе, манящее ароматами свежемолотого кофе, поджаренных на гриле говяжьих стеков, вся команда Антонова пошла к выходу. Мария направилась к экскурсионному автобусу. Не объяснив своего порыва, она почему-то не стала со всеми дожидаться служебного автобуса.

– Ребят, увидимся в отделении завтра, – прожимая руку Рахиму, обратился капитан к оставшимся сотрудникам.

– А ты куда? Ах да, ты опять за свое, – пожимая руку капитан, Рахим увидел ухмылку на лице капитана, – заканчивайте вы с этими единоличными прогулками, не безопасное нынче время для нашего брата.

– Ну-ка, без этого страха. Еще не хватало, чтобы мы их боялись. Давайте, готовьте свои доклады…. До завтра!

Капитан по своему обыкновению решил пройтись пешком, как он делает всегда после каждого напряженного рабочего дня, когда полученная информация переполняла его голову и требовала осмысления. С самого первого раза посещения выставочного центра, он заприметил для себя березовую аллею. Широкая полоса аллеи брала свое начало от стоянки центра и простиралась на три километра вдоль проезжей части.

Дни после ограбления банка

Антонов вышел за несколько остановок до следственного комитета. Этим утром, как и в последние несколько недель, он предпочел прогуляться, зная, что предстоит напряженный день в душном кабинете. Но после недавнего ограбления он решил пройтись многим больше, чем обычно. Он не мог найти себе места в ожидании сильного недовольства со стороны руководства и давлении общественности на последнюю дерзкую акцию банды по всем фронтам.

«Пожалуй, сегодня я установлю рекорд по количеству пройденных пешком остановок», – подумал про себя Антонов. Разные мысли крутились у него в голове, когда он стоял у выходной двери троллейбуса под номером девять, ожидая, когда троллейбус окончательно остановится и откроет дверь.

До здания бывшей библиотеки нужно было идти строго по прямой. Перед зданием следственного комитета располагался сквер с высокими деревьями, со скамейками и посаженным кустарником вдоль дороги. Кустарник был аккуратно подстрижен и защищал посетителей сквера от дорожной пыли. Раньше, до того как библиотеку отдали под следственный комитет, можно было часто встретить людей, сидящих на скамейках и читающих книги. Некоторые посетители, расстелив одеяло, располагались прямо на зеленой лужайке посередине сквера. В последнее время здесь было доступно лишь чтение плакатов недовольных жителей города.

В последнее время капитан Александр Антонов стал достаточно публичной личностью. Как руководитель группы по поимке грабителей банков, он выступал на теле- и радиопередачах с комментариями о текущей обстановке. Он рассказывал, как обстоят дела по поимке грабителей банков, отвечал на прямые вопросы жителей города.

Политика следственного комитета запрещала своим сотрудникам подобные публичные мероприятия, тем более – руководителям служб. Но руководство посчитало, что таким образом им удастся хоть немного успокоить общественность и показать горожанам, что власти города не равнодушны к сложившейся обстановке, что следственный комитет и все его службы стоят на страже закона и интересов народа и что прикладываются все возможные и невозможные усилия для разрешения проблемы.

Не успев перейти дорогу на зеленый сигнал светофора, Антонов остановился на последнем перекрестке, напротив входа в сквер. Уже с этого места он увидел собравшуюся кричащую толпу с плакатами. Шум проезжающих автомобилей не позволял распознавать ни одного слова. Но по надписям на плакатах и по их выражению лица было не трудно догадаться, что именно выкрикивала толпа. У входа в следственный комитет, у подножья лестницы, в ряд выстроились полицейские в полной боевой экипировке с щитами. Утро было по-летнему солнечным, дул слабый ветер, колыша листву высоких деревьев в сквере.

– Алло, Мария, здравствуйте! – капитан с перекрекстка позвонил своему помощнику. – Я вижу в сквере топу журналистов и народа. Распорядись, чтобы охранники на посту открыли заднюю дверь. Да и пускай не забудут открыть входную калитку. Я зайду со двора, буду на месте через десять минут.

– Хорошо, Александр Вячеславович, сейчас распоряжусь, – ответила Мария. – Вас ждет Марк из компании Area Tehnology.

– Какой Марк? По какому вопросу он ожидает меня? – настороженно спросил капитан.

– Вчера на совещании вы дали указание пригласить специалиста с выставки по охране и безопасности. Он делал нам презентацию с подсвечиванием стола. Помните? Так вот, это он – Марк. А компания называется не как рок-группа «Ария», а «Эриа», – саркастически ответила Мария.

На перекрестке капитан свернул направо. Он не стал переходить дорогу, чтобы не попасться на глаза обозленной толпе. Ему сегодня нечего было рассказать. А утопать в очередных оправданиях ему уже не хотелось. «Оправдываться – удел тех, кто не стремится достигнуть своей цели», – так он рассудил, отказывая телепрограмме в очередной раз участвовать в ее передаче. «Я к вам приду сам, с результатами расследования и со списком задержанных лиц», – заявил он тогда.

На заднем дворе следственного комитета стояли небольшие постройки, в которых во времена функционирования библиотеки проводились тематические выставки. Во дворе были припаркованы служебные машины. Отдельно, в самом дальнем углу двора, под двумя высокими деревьями стояла сколоченная из деревянных брусьев беседка. Сегодня в ней собрались все те, кто не захотел проходить через главные ворота и спешно выкуривал сигарету за сигаретой. Конечно, в обычные дни беседка постоянно принимала весь курящий контингент комитета.

«Как вам не стыдно прятаться и скрываться от народа, которому мы служим!» – хотел постыдить Антонов всех этих курильщиков. Но, войдя в беседку, он сел на освобожденное для него место и затянулся настолько глубоко, насколько позволили ему легкие… За те тринадцать одну минуту, что он сидел в беседке, он не проронил ни слова. На оклики присутствующих никак не реагировал. А как только тлеющая сигарета обожгла ему пальцы, он молча пошел в здание отдела.

– Здравствуйте, Александр Вячеславович! – Марк, завидев вбегающего в кабинет капитана, резко встал с дивана для посетителей и протянул руку для пожатия. – Я читаю новости и видел толпу у здания. Думаю, что я смогу помочь вам. Уделите мне несколько минут.

Капитан молча пожал ему руку и направился к себе в кабинет. У высокой белой двери он обернулся и взмахом руки пригласил Марка к себе. Марк быстро схватил принесенную кипу бумаг, прижал ее к груди и быстрой походкой последовал за ним. В этот раз на его футболке была нарисована белая мышь в зеленом лабиринте с двумя выходами. У выхода наверху написано «БУДУЩЕЕ», у выхода, ведущего вниз, – «ПРОШЛОЕ».

– Итак, вы сможете по видео- и фотоматериалам создать фото лиц преступников, сможете составить их точный фоторобот? Как вы это намерены сделать, и за какое время? – обратился капитан к Марку, который расположился напротив за столом, положив кипу бумаг между собой и компьютером капитана. Марк брезгливо отодвинул, пока еще пустую, пепельницу к краю стола.

– Как вы знаете, абсолютно черный цвет полностью поглощает попадающий на него свет. Но абсолютно черный цвет существует только в теории. Человек пока его изобрел. Маски преступников, якобы из ткани черного цвета, на самом деле представляют собой оттенок черного цвета. Наш глаз воспринимает околочерный цвет, выдавая его за черный. По сути, так оно и есть. Структура лица, а именно нос, скулы, глазные впадины, подбородок, прочие особые отличительные признаки, даже цвет глаз, отбрасывают тень на прилегающую поверхность. В нашем случае тени отбрасываются на маску. Камера снимает все цвета, тона, в том числе и отбрасываемые тени. Эти тени отбрасываются на любую поверхность. Я на выставке показывал вам это на примере. Наша программа считывания информации распознает с фотографии или видео все тона, даже самые маленькие тени от предметов. С помощью встроенной системы математических и геометрических расчетов фото- и видеоизображений наша программа Shadow способна с высокой точностью изобразить скрывающееся под маской лица. Главное, чтобы камера могла снимать в приемлемом разрешении. Я помню, что тот самый банк, который был недавно ограблен, покупал систему видеонаблюдения у наших партнеров. Они же являются дилерами нашего программного обеспечения. Я точно знаю, что установлены современные камеры. Так что заснятое на них изображение наше программное обеспечение сможет считать и превратить в приемлемое изображение скрывающегося за маской лица! – Последнее предложение Марк выдал на одном дыхании, после чего сильно вздохнул и закашлялся от вдохнувшего в легкие сигаретного дыма, поскольку капитан, теребивший пальцами сигарету, пока слушал Марка, наконец-то закурил.

– Мой помощник Мария показала вам полученный нами видеоматериал недавнего ограбления банка? Материал такого качества подойдет для работы вашей программы? – спросил Антонов. – И, наверное, я задам самый неприятный, но необходимый вопрос. Во сколько обойдется нам покупка такого программного обеспечения?

– Александр Вячеславович, после звонка вашей помощницы я уже понимал, зачем вы хотите видеть меня. Я и раньше хотел предложить наши услуги. Но я уезжал в Англию для прохождения обучения. Мой недавний приезд совпал с вашим приглашением на встречу. Я проявил инициативу. Перед этой встречей я подготовил фотографию и показал ее своему руководству. С вашего позволения я покажу ее вам. – Марк из кипы бумаг достал незапакованный конверт и передал его капитану. Это и будет ответом на ваш вопрос.

– Да, я помню этот день, – Антонов, стряхнув пепел в пепельницу, вынул фотографию из протянутого конверта и внимательно рассматривал фотографию. – За несколько дней до этого банда совершила второе ограбление. Мы этого никак не ожидали. Из самого банка в тот раз ничего не украли, их целью были банковские ячейки². Это хранилище было самым крупным, а до ограбления – самым надежным местом для хранения ценностей. Если честно, я до сих пор вздрагиваю от количества пострадавших лиц от общей стоимости ценностей, которые там хранились. Потерпевшими были и политики, и бизнесмены, и состоятельные граждане. Тогда такая шумиха поднялась, просто ужас! … Я понял вашу мысль. Если ваша программа и в самом деле сможет идентифицировать преступников в маске, я сделаю так, как вы просите.

– У нас в лаборатории установлены мощные компьютеры, которые рассчитаны для потребностей нашей программы, – заявил Марк и продолжил: – Предоставьте мне копии всех имеющихся фото- и видеоматериалов. К концу недели я вам предоставлю результат.

– Все видео- и фотоматериалы по этому ограблению имеются в компьютере моего помощника. Но прежде всего необходимо подписать договор о неразглашении. Иначе мы не сможем предоставить вам материалы. Мария подготовит все необходимые документы, – Антонов, вставая из-за стола, передал фотографию Марку. – Надеюсь, ваша программа справится, и вы сделаете ровно так, как говорили сейчас и тогда, на презентации.

– Фотографию оставьте себе для напоминания. В конце недели я приду к вам с результатом.

Марк взял со стола принесенную кипу бумаг, пожал руку капитану и пошел к выходу, где его уже ожидала помощник капитана. Капитан поднял оставленную Марком фотографию, подошел к окну и вытянул руку с фотографией перед собой. «Это все для дела, все для раскрытия банды», – прошептал он, уставившись на фотографию.

Из кабинета капитана было слышно, как Марк попрощался с Марией, захлопнулась дверь, и Мария начала отбивать шаги своими каблуками.

Да, Дмитрий Анатольевич… он такой!

Особняк находился в густой лесной чаще, вдали от чужих глаз, на единственной на этой равнине возвышенности в виде холма. Под холмом протекала бурная река. Дом был окружен высоким забором из белого мрамора. Забор имел одни ворота, высотой более пяти метров. Ворота были значительно выше самого забора и больше походили на двери от гигантского сейфа. Особую важность постройке придавал развевающиеся на высоких флагштоках флаги. С левой стороны ворот государственный флаг, а с правой с семейным гербом. К воротам вела одна широкая асфальтированная дорога, берущая свое начало от основной магистрали, которая соединяла город с аэропортом. От этой дороги, словно тоненькими ручейками, ответвлялись насыпанные песком дороги, ведущие в разные стороны поселка.

Вдоль всего забора плотными рядами росла высокая голубая ель. Деревья полностью закрывали обзор внутреннего убранства особняка. Без специальной техники невозможно было увидеть за забором большой двухэтажный мраморный дом. Журналисты, блогеры делали безуспешные попытки заснять на камеру особняк чиновника. Они запускали для этого беспилотные летающие аппараты немыслимых модификаций с различным функционалом. Но уже на подлете к особняку управление беспилотниками перехватывалось, и все беспилотники пропадали. Спустя некоторое время сами аппараты без электронной начинки находили недалеко от магистрали, которое народ прозвал “выставкой достижений”. Одна из местных газет даже устроила конкурс и обещала неплохое денежное вознаграждение тому, кто сможет сфотографировать особняк Дмитрия Анатольевича.

Одному из конкурсантов удалось хорошо разогнать свой управляемый самолет, и тот пролетел над особняком, не потеряв управления. Тогда многие в Интернете писали о том, что этому конкурсанту просто позволили, чтобы его самолет спокойно пролетел над технологичным, хорошо охраняемым объектом. Но видео и фото особняка, сделанные с этого самого самолета-счастливчика, не попали в сеть, а конкурсант не получил вознаграждение. Установленная камера засняла только зеркальное отражение полета самого самолета на фоне голубого неба с облаками. Вся территория особняка на снимках была представлена как морская гладь, как зеркальное блюдце посреди леса и песчаной равнины, отражавшее на своей поверхности лишь небо и то, что над ним пролетало.

Вереница машин черного цвета съехала с основной магистрали на дорогу, ведущую в мраморный особняк. Солнце приближалось к горизонту и мерцало между движущимися в кортеже машинами, дистанция между которыми была совсем короткой. Семь автомобилей въехало в открывшиеся перед ними высокие ворота. Как только массивные ворота закрылась за последней машиной, вдоль всего мраморного забора загорелись фонари.

Из черного лимузина вышел невысокий мужчина в темно-синем строгом пиджаке, с красным галстуком. В руках он крепко держал свернутую в трубку газету. Не дожидаясь, когда обслуга особняка откроет ему дверь в дом, он отворил массивные дубовые двери и вошел в громадный холл.

– Дорогая, ты это видела, только в этом доме можно чувствовать себя в безопасности. – Дмитрий Анатольевич взбежал по широкой мраморной лестнице вверх, которая разветвлялась в конце, уводя в левое и правое крыла здания. – Свет, ты где? – Дмитрий окликнул свою жену и присел на позолоченный диван с точеными ножками из слоновой кости, расположенный в большом холле второго этажа.

Начальник охраны проводил всех прибывших гостей из кортежа в гостевые домики, расположенные около обрыва, внизу которого протекала горная река. К нему подбежал его подчиненный, несущий службу в особняке во время его отсутствия. Помощник передал ему в руки запечатанный конверт и при этом что-то объяснял, активно жестикулируя руками.

– Светлана, ты где прячешься, почему не отзываешься? – Дмитрий Анатольевич прошел по коридору, мимо своего кабинета, расположенного в правом крыле дома, окна которого выходили прямо на реку. Пройдя по коридору еще немного, он оглянулся назад, на дверь кабинета. – Нет, не показалось, какого черта! – проговорил он про себя, подойдя к приоткрытой двери. Ключи от кабинета были только у него, и только у него был доступ к нему. – Охрана! Костя!– прокричал он, толкнув дверь кабинета носком лакированного черного ботинка.

В кабинете у окна стоял большой стол ручной работы из красного дерева. На чистой полированной столешнице по центру был выдвинут монитор с прозрачной клавиатурой и сенсорными кнопками. Клавиатура была в неактивном состоянии, поэтому незнающий человек легко мог подумать, что на столе лежит ювелирно вырезанное стекло с филигранно отшлифованными, как у бриллианта, гранями. Выдвинутая из столешницы клавиатура по форме напоминала взмах крыльев большой птицы. И только близкий круг лиц знал, где находится та самая кнопочка, которая заставляет выезжать из столешницы монитор и клавиатуру. На столе лежала записка с надписью, сделанной пастой черного цвета с воткнутым в нее ножом.

«Дима, я заберу у тебя всё!» – прочитал Дмитрий, подойдя к столу. Он со значительным усилием выдернул армейский нож. Нож торчал в том самом месте, где было написано его имя, и делил его на две равные части: «Ди» и «ма». На экране монитора красовался разворот газеты.

Начальник охраны с пистолетом в руке буквально влетел в кабинет. Профессионально, он отсканировал комнату своим взглядом.

– Ложная тревога, – монотонно пробубнил Дмитрий Анатольевич, не отрывая взгляда от записки.

Начальник охраны продолжал держать пистолет на вытянутых руках. Он еще раз, с присущим настоящему телохранителю подозрением, осмотрел все углы кабинета. После, вложив пистолет в кобуру, он передал запечатанный конверт в руки Дмитрия Анатольевича.

– Костя, срочно позвони в аэропорт и заводи вертолет. Распорядись, чтобы отменили взлет моего самолета. – Дмитрий свернул прочитанное письмо и вложил его в конверт. – Пускай только сами придумают причину для отмены взлета. Не говори, что я распорядился. Срочно вылетаем в аэропорт.

– Хорошо, сейчас сделаем, Дмитрий Анатольевич. – Начальник охраны скомандовал по рации готовить вертолет. – И еще, Дмитрий Анатольевич, у нас скопилось два залетных квадрокоптера. Отвезти их на выставку достижений?

– Костя, ты полетишь со мной, – указал Дмитрий начальнику охраны. – Распорядись, чтобы кто-то отвез эти квадрокоптеры на выставку. Не надо, чтобы эти птицы, напичканные электроникой, находились на моей территории. Вполне возможно, пока они находятся здесь, ведут запись. А мы и не знаем этого. Не забудь только изъять из них электронику и всё сжечь до пепла. Я тут слышал об одной технологии. Говорят, ее разработали в Беларуси. Эта технология трансформирует физическую электросхему, превращая ее узлы в устройство с другим назначением.

– Это как в фильме «Трансформеры», что ли, где роботы превращаются в автомобили и обратно? – недоверчиво обратился Константин к Дмитрию, пока они вдвоем спускались по лестнице на первый этаж. – Это же нереально. Трансформеры – это фантастика.

– Ничего общего с этим фильмом. Я же еще не сошел из ума, – ответил Дмитрий Анатольевич. – Смысл в том, что на микросхеме устанавливается блок с автономным питанием. Когда запускается команда, этот блок самостоятельно формирует необходимую электроцепь по существующему припою, используя все эти транзисторы, катушки… что там еще?.. конденсаторы, то есть всё, что установлено на микросхеме. Я не силен в электронике. Но, к примеру, если раньше микросхема могла только отсчитывать время на экране, то заранее встроенный в нее блок может сделать из нее звукозаписывающее устройство, меняя направление токов. Что-то в этом роде. Так что ожидать можно все что угодно от этих напичканных электроникой квадрокоптеров. Взлетаем, срочно в аэропорт! – скомандовал Дмитрий пилоту, сев в вертолет.

Помощник начальника охраны отнес два квадрокоптера на хозяйственный двор, где располагался обслуживающий персонал. Он передал их Степанычу, местному электрику, сантехнику и газонокосильщику в одном лице. Спустя полчаса из квадрокоптеров была изъята электроника и брошена в огонь буржуйки. Корпуса квадрокоптеров были собраны и отвезены помощником Константина на выставку достижений.

* * *

– Ты был в тот день со мной. Вот, смотри, что напечатали в газете, – Дмитрий Анатольевич протянул газету начальнику охраны.

– Да, так и было. Вы решили тогда заскочить в свое любимое с детства кафе. Попить чайку с вашим любимым пирожным «картошка». Что не так, Дмитрий Анатольевич, – начальник охраны взял газету из рук боса.

– Ты стоял слева от входной двери, вот где-то тут, – Дмитрий тыкнул пальцем на фотографию. – Вот видишь эту девушку в красном платье, она сидит за столиком у окна. Здесь, на фотографии, я нахожусь прямо напротив нее.

– Ничего себе, вот это монтаж!

– Это и не монтаж, смотри внимательнее! Видишь, она здесь смотрит на меня. И смотри, снято как в фильмах для влюбленных еще. Видишь, она держит кружку в обеих ладонях и любящими глазами смотрит на меня.

– Так вы же сидели в глубине зала. Один! За вашим столиком точно никого не было. Когда вы успели к ней подсесть. Я же все время рядом был.

– Вот именно, я не пересаживался к ней. В то утро я ее даже и не видел. Сидел приспокойно, один. Чертов прохожий поймал удачный ракурс на свой долбанный фотоаппарат и сфотографировал меня. Видишь, как все выглядит? Видишь, – повысив голос, нервничая, говорил Дмитрий Анатольевич.

– Вижу, тут вы ей нравитесь. Наверное? – неуверенно ответил охранник.

– И ты туда же? – вскрикнул Дмитрий Анатольевич, – Если бы я был в то утро в стельку пьян и ничего не помнил, я бы и сам поверил что кручу роман с этой красотой, – Дмитрий Анатольевич три раза громко выдохнул и продолжил наполненным переживанием голосом, – с сегодняшнего дня у меня нет ни любовницы, ни жены. Одной не было, но ушла, вторая была и тоже ушла. Весь Интернет пишет об этом. Какой-то челлендж, мать его!.. – Дмитрий Анатольевич откинулся на спинку кресла. Он уставился в иллюминатор, выискивая семейный самолет на аэродроме. – И где она вообще взяла такой армейский нож?

– Да, компромат на вас конечно серьезный! – охранник внимательно рассматривал девушку, причину раздора, на фотографии, – соглашусь с вами, ваша жена наверняка в бешенстве.

– В бешенстве? Ты же знаешь ее взрывной характер. Лучше бы она была в бешенстве и бесилась не выходя из дома. Она же как мартышка с гранатой! Всем достанется!

Светлана, жена Дмитрия Анатольевича, была родом из очень богатой и влиятельной семьи. Отец Светланы сегодня занимает высокий должностной пост в министерстве природных ресурсов. Но начинал он с разлива пресной воды из скважин и продавал ее через продуктовые магазины и созданные им автономные пункты разлива воды, которые стояли в каждом дворе. Количество пунктов разлива воды из года в год росло, превращаясь своего рода в сеть заправок для людей. Его бизнес существенно расширился и принес большой капитал, который позволил ему баллотироваться на пост депутата. С заработанным капиталом на продаже питьевой воды отец Светланы быстро поднимался по карьерной лестнице и добрался до поста министра природных ресурсов. И тут его капитал и его авторитет начали множиться на глазах, что сделало его одним из самых влиятельных чиновников страны и одним из самых богатых людей в мире.

За первое время своей министерской деятельности он ввел налоги на добычу пресной воды внутри страны как для компаний, так и для простого населения. Следующим шагом было то, что добыча пресной воды была приравнена по статусу к нефтедобыче. Для добычи воды необходимо стало приобретать лицензию. Стоимость лицензии была доступна только крупным корпорациям. Добывать воду для собственных нужд стало запрещено и каралось по закону, вплоть на уголовного преследования.

Последним шагом министра на пути к могуществу стало введение, на законодательном уровне, биржевых фьючерсных контрактов³ на пресную воду. Контракты начали свое обращение вначале на местной бирже, а потом – на международной. Контракты на пресную воду обращались наравне с контрактами на нефть, газ и прочие энергоресурсы. К сегодняшнему дню все граждане вынуждены покупать воду по мировым, рыночным ценам. А состояние отца Светлана значительно превысило состояние нефтегазовых олигархов.

Сам Дмитрий Анатольевич родился в бедной деревенской семье. Будучи золотым медалистом и выходцем из многодетной семьи, он был сразу зачислен в университет, на престижный тогда экономический факультет. Там он и познакомился со своей будущей женой Светланой. Они учились на одном факультете, в одной группе. О том, что Дмитрий ухаживал за Светланой по расчету, предполагали все, но никто не говорил об этом вслух. Вначале, не владея информацией об отце Светланы, Дмитрий не замечал ее, полностью игнорировал ее подкаты, знаки внимания и даже наравне со всеми посмеивался над ее пышным телом. Но уже на втором курсе Дмитрий работал в компании ее отца по добыче и разливу пресной воды. На третьем курсе Дмитрий и Светлана сыграли свадьбу. Дмитрий Анатольевич достаточно быстро сделал карьеру в государственных структурах, и теперь он занимает один из влиятельных постов в министерстве природных ресурсов страны.

– Почему нельзя просто взять трубку и поговорить, зачем так реагировать на всё? Ведь уже взрослая женщина, а ведет себя как девочка-истеричка! – Дмитрий Анатольевич сделал очередную попытку дозвониться до своей жены, но услышал только серию коротких гудков.

Семейный самолет находился на рулежной дорожке и двигался в сторону взлетно-посадочной полосы. На хвостовой части фюзеляжа, с обеих сторон, изображен восседающий на троне греческий бог Посейдон с трезубцем в руках. Правая рука с трезубцем направлена в сторону носовой части корабля. Вдоль по всему фюзеляжу изображена голубая вода, изгибающаяся волнами. “Посейдон разгоняет облака, вместе с самолетом поднимаясь в небесную высь, и составляет конкуренцию самому Зевсу, грозя ему забрать его место!” – именно такой посыл содержался в разработке дизайна семейных самолетов водных магнатов.

– Дорогая, прошу тебя: успокойся и выслушай меня, прежде чем наш самолет свернет на взлетную полосу. Потом можешь лететь куда угодно… – В самолете по громкой связи транслировалось обращение Дмитрия к своей жене. Дмитрий успел добраться до диспетчерской, включить прямую голосовую связь с экипажем самолета.

– Вот именно: он наш, а не твой! Ты – человека кусок! Ты все получил только благодаря моему папе! Ты ему всем обязан! И у тебя хватает совести творить такое!.. – Светлана кричала в сторону закрытой дери, ведущей в кабину пилота. Она сидела у иллюминатора, в кожаном кресле бежевого цвета. Напротив стояла почти допитая бутылка красного вина. Разводы туши под глазами, разбухший и покрасневший шмыгающий нос, размазанная помада красного цвета – с таким лицом в данный момент ей можно было смело встречать Хеллоуин, где она, безусловно, могла претендовать на первое место. Но день страшилок и чудищ наступит только через несколько недель.

– Со мной наш начальник охраны. Милая позволь ему объяснить, что не так с этой фотографией в газете. Ты поймешь, я ни с кем не встречался. Милая, я верен только тебе, – оправдывался Дмитрий Анатольевич, приглашая взмахами правой руки подойти Константина к микрофону. – Ты же сама знаешь и видела много подобных фотографий со мной. Эти случайные прохожие со своими фотографиями совсем не думают о последствиях для других людей. Им лишь бы набрать популярность и заработать денег. Вот и подкарауливают нас, ищут выгодный ракурс и щелк. И чья-то судьба летит в утиль. Да, согласен, эта фотография получилась более реалистичная. Просто прохожий выбрал такой ракурс, и у него был хороший цифровой фотоаппарат.

Самолет остановился у поворота на взлетно-посадочную полосу. Постояв немного, он продолжил движение на рулежной дорожке, следуя дорожной разметке аэродрома. Начальник службы охраны по громкой связи объяснил, где находился в тот день Дмитрий Анатольевич. Рассказал про то, как прохожий специально выбрал такой ракурс, чтобы на фотографии казалось, что Дмитрий Анатольевич завтракает с женщиной. Внимательно выслушав доводы охранника, Светлана дала экипажу команду разворачивать самолет. Самолет плавно вырулил к месту стоянки самолетного парка семьи, в котором насчитывалось более тринадцати самолетов разного типа, но с одинаковой «божественной» раскраской фюзеляжей.

Дмитрий Анатольевич вышел из диспетчерской и через проходную для важных персон прошел к стоянке самолетов. Такое было не в первый раз, когда Светлана обвиняла его, угрожала ему отбором имущества и статуса, унижала его при подчиненных и публично указывала на то, кому он должен быть благодарен своим нынешним положением. Дмитрий без претензий выслушивал ее, оправдывался перед ней и ждал, когда она успокоится. И затем их семейная жизнь продолжалась так, словно ничего и не происходило.

Заключения психолога юного Дмитрия Анатольевича полностью оправдывает его безынициативное, продиктованное безаппеляционным подчинением, поведение. Дмитрий Анатольевич был самым младшим в полностью матриархальной семье. Пребывание его в статусе “маминого любимчика”, которая была главой семейства и понукания старшими сестрами, сделали своего дело. “С Димой все ясно, у него развился идеальный комплекс младшего брата” – резюмировала тогда психолог. На посещении психолога настаивали вовсе не родные юного Дмитрия, а его учителя в средней школе за его инфантильное поведение. Пожалуй, это все, что удалось разузнать журналистам о “прошлой жизни” Дмитрия Анатольевича. Но и эта информация претендует только на разряд слухов, так как все подтверждающие ее документы, записи психолога, волшебным образом испарились из вселенной. И сегодня, все его окружение довольствуется только догадками: или посещения психолога не избавили Дмитрия Анатольевича от комплекса младшего брата или безграничная любовь к жене, заставляет его поступиться своими убеждениями, или же руководит им страх остаться нищим ничтожеством, каковым он был до женитьбы на Светлане. Но этого уже никогда не узнать, ведь любая выловленная информация о членах семьи водных магнатов карала рыбаков уголовным кодексом и серьезными сроками заключения.

– Эти случайные фотографы со своими смартфонами разрушают нашу семью. Они снимают все, что им заблагорассудится и кого им вздумается. Их всех надо наказывать без зазрения совести, – Светлана захныкала перед Дмитрием, как только сошла с трапа. – Тебе не кажется, что тебе, как министру, можно что-нибудь предпринять: например, издать закон, запрещающий фотографировать чиновников без их разрешения, и наказывать тех, кто сделал такие фотографии и опубликовал их где-либо? Повысь тюремные сроки для них. Введи смертную казнь! В конце концов, сделай уже что-нибудь. Поговори с отцом.

– Дорогая, ты, как всегда, подала отличную идею, как защитить нас. Думаю, в думе эту идею воспримут на ура, – ответил Дмитрий. Он обнял свою жену и сопроводил ее к вертолету, стоящему рядом. Держа ее за талию, помог подняться на борт. – Думаю, это можно разорвать, – Дмитрий достал конверт из внутреннего кармана пиджака и приготовился демонстративно разорвать его.

– Да, дорогой.

Начальник охраны, в громадных желтых наушниках на голове, ожидал их в вертолете возле пилота. Персонал аэродрома все это время стоял у окна, заворожено наблюдая за всем происходящим. А затем большинство сотрудников проводило завистливым взглядом вертолет до самого горизонта, пока он не исчез из их поля зрения.

Таинственные находки на чердаке…

– И, по вашему мнению, это выпускная работа ученика нашей школы? Вы что, фантастики насмотрелись? Нет уж. Это просто ни в какие ворота! – экзаменатор фотошколы крайне возмущенно отреагировал на выставленную выпускную работу Эрика Левицкого. – Я категорически не принимаю вашу работу. У вас две недели, чтобы переделать ее. И чтобы в этот раз никаких призраков! Иначе отчислим, и останетесь без диплома. И в этот раз предварительно согласуйте со мной тему своей работы.

– Вот ты неудачник! Совсем с катушек съехал? – надсмехался рядом стоящий Степан, который вместе с Эриком учился в фотошколе. Он тоже сегодня выставлял свою выпускную работу. – Ты уже достал всех со своими призраками! – Степан подошел к стенду Эрика, содрал первую попавшуюся фотографию, смял ее и бросил Эрику в лицо.

Параллельно с обучением на кафедре криминалистики университета юстиции Эрик заканчивал школу фотографии. С того времени, когда его альбом «ФОТОПРИЗРАКИ» пополнился первой парой фотографий дедушки и призрака, он стал оттачивать свое фотомастерство. В начальной школе, потом в университете и в этой школе фотографии он оставался тем парнем, которого постоянно задирали одноклассники, а для учителей он был всегда странным учеником. Лучшим другом для него была его профессиональная фотокамера, которую подарили ему родители на день рождения. «Я ловлю мгновения», – отвечал он на расспросы о том, зачем он постоянно носит с собой фотоаппарат. Но за этим скрывалось нечто большее. В объектив своей камеры он ловил призраков.

– Вячеслав Анатольевич, могу я выставить работу, которая посвящена теме «Фотография перед текстом определяет его восприятие»? – Эрик подбежал к экзаменатору, игнорируя действия задиры Степана, который пытался загородить ему дорогу. – У меня за время моей работы на новостном сайте накопилось достаточно много материала. Я могу его выставить в качестве выпускной работы.

– Эрик, ты говоришь о той самой работе, за которую ты получил грант от какого-то фонда? – спросил экзаменатор, остановившись у выхода из галереи.

– Да, именно о ней. Как раз на новостном сайте, где я работаю сейчас, я внедряю эту работу, – ответил Эрик, доставая визитку из заднего кармана, где были указаны его фамилия, имя и должность. – Я могу часть этих работ выставить здесь.

– А чего ты тогда сегодня так опростоволосился? Выставил тут своих призраков. А оказывается, ты владеешь таким замечательным и нужным материалом, – подобревшим голосом проговорил экзаменатор, внимательно рассматривая визитку.

– На мой взгляд, тема с призраками на фотографиях важнее. Их, к сожалению, никто не замечает и не принимает. Они же живут среди нас, хотя вы все отвергаете их, и не признаете их существования.

– Эрик, перестань. Не начинай, – погрозил указательным пальцем экзаменатор.

– Мы даже не знаем, как контактировать с ними. А через мгновение щелчка для съемки получается хоть какой-то контакт.

– Эрик, не испытывай мое терпение! В стенах этой школы призраки не приемлемы. Короче, – экзаменатор еще раз обвел взглядом фотоэкспозицию Эрика, – я одобряю вашу тему «Фотография перед текстом определяет его восприятие». Жду на защите через две недели. А если будут опять твои призраки, из нашей школы выйдешь без диплома. Ты понял?

– Да!

* * *

Совсем недавно новостные информационные агентства подняли информационный бунт против компаний, которые оценивают общественное мнение людей. Фундаментом для непримиримой войны стало то, что информационные агентства стали подтасовывать результаты опроса мнения населения о публикуемых агентствами новостях. Ранее, слепо веря таким фондам, агентства для публикации выбирали только те новости, только те события, которые были одобрены большинством населения. Даже если новости были не совсем хорошие для населения, они их выдавали в такой форме, что большинство читателей одобряли их. “Битва за рейтинги ”– так в кулуарах называли между собой негласную войну между агентствами.

Над выбором материалов для публикации работали фонды общественного мнения. Если фонд говорил что общественность такой текст не примет, информационные агентства переделывали его и далее, снова отправляли для оценки в этот фонд. Так, кругооборот текста шел до тех пор, пока фонд не даст зеленый свет. Даже когда сама новость теряла свою актуальность, текст продолжал бродить и набирать дурманящий голову градус. И как в любой войне без полководца, эта война свелась к абсурдным ситуациям. Фонды стали одобрять абсолютно все информационные статьи. Они присваивали статьям наивысший рейтинг общественной популярности, боясь, что их клиент-агентство уйдет к конкурентам через дорогу, если его материалу не присвоят наивысший рейтинг популярности. “Лавка рейтингов” – злостно и публично начали говорить о них владельцы информационных агентств. Собственно такая абсурдность и выступила искрой для первого залпа. В погоне за клиентами-агентствами, Фонды общественного мнения предоставляли неверные данные о мнении общества. Несоответствие быстро раскрылось, когда информационные агентства открыли глаза и наконец-то заглянули вовнутрь своих материалов, а именно начали читать комментарии своих читателей. Публикуя информацию на своих сайтах, эти агентства увидели значительное несоответствие с тем, как реагирует на них населения и какие статистические данные приводят фонды общественного мнения. Волна сильного возмущения граждан не заставила себя долго ждать. Она накрыла все информационные агентства с головой, индекс доверия людей к новостным информационным агентствам испытало на себе силу всемирного тяготения Ньютона. Тогда-то, новостные агентства сорвались с цепи. Они начали искать возможности вернуть своего читателя. Шла война за каждого пользователя интернет. А что стало с фондами? Фонды обрели статус далитов⁴.

Еще с детства, со своего первого фотожурнала «МОИ УДИВИТЕЛЬНЫЕ МЕСТА НА ЗЕМЛЕ», Эрик не только изучал фотографии путешественников, но и внимательно читал описания к ним. Иногда было сложно найти фотографии мест, которые были описаны в журнале. Это как с вкладышами картинок в жвачках: не всегда попадаются разные картинки – часто они повторяются, а нужной картинки все нет и нет. Поэтому, место в журнале, под которым заманчиво описана живописная местность, подолгу оставалась пустым, без фотографии.

– Могу я выбрать другое место для составления фотопазла, а не из этого журнала? – как-то спросил еще юный Эрик у своего учителя в фотокружке. – Я хочу изобразить своими фотографиями вот это побережье острова Бора-Бора, – Эрик показал свой фотожурнал с подробным описанием побережья острова, без вклеенных фотографий.

– Ты собираешься на острова Бора-бора? – удивившись, спросил тогда преподаватель.

– Нет же, – отмахнулся Эрик, – я хочу в нашем городе найти похожие места и сфотографировать их так, чтобы было похоже на описание. Я уже сделал несколько снимков, – Эрик показал учителю три фотографий.

– Я не уверен, что пейзажей в городе будет достаточно для составления пазла этого побережья, – ответил ему преподаватель, внимательно листая его журнал. – У нас и океана то нет поблизости. Но, поскольку ты хочешь, я запрещать не буду. Если тебе удастся хоть немного приблизиться к оригиналу, ты превзойдешь все мои ожидания. Поставлю тебе «пять», а фото выставим на школьном стенде.

С того самого момента и по сегодняшний день фотопазл побережья острова Бора-Бора, составленный из фотоснимков городской местности, украшает стенд лучших фоторабот кружка. К этой фотографии, снизу, была прикреплена копия страницы из журнала Эрика с подробным описанием этого места.

– То есть вы уверяете, что по тексту новости сможете разработать алгоритм подбора фотографии к этой самой новости? – подозрительно-недоверчивым тоном спрашивал у Эрика рекрутер новостного информационного агентства. – И с чего вы решили, что правильный подбор фотографии влияет на то, как люди воспримут новость?

– Я провел эксперимент, – уверено отвечал Эрик на собеседовании. – Я взял ваши статьи и разместил их на другом Интернет-сайте, на котором читателям предоставляется возможность ставить лайки и оставлять комментарии под этими новостями. К вашим новостям я сам подбирал фотографии. И вот вам результат, – Эрик показал планшет, на котором были открыты две страницы.

– Да, разница действительно впечатляет! – прокомментировал рекрутер. – Наша новость на нашем сайте с нашей фотографией принесла 23 117 дизлайков⁵ и всего 1013 лайков⁶. Ох ты, ничего себе… Какие отвратительные комментарии.

– Вот-вот. Поверьте, ниже читать не стоит.

– А что пишут под этой же новостью но с подобранной вами фотографией? Вот, вижу. Она принесла 10 321 лайков и только 59 дизлайков А комментарии-то какие великолепные к этой новости, – рекрутер задумчиво водил пальцем по экрану планшета, пролистывая страницу с комментариями вниз. Впечатляет, весьма… Но мне кажется, что это явная манипуляция нашими читателями. Это не этично и неприемлемо для нашего агентства.

– А вы разве не манипулируете читателями, когда подстраиваете свои тексты новостей под результаты опросов фонда общественного? – волнующимся голосом возразил Эрик, забирая планшет из рук рекрутера. –Я в курсе вашей войны с фондами общественного мнения. Вот, например, – продолжил Эрик, открывая очередную попавшуюся статью на планшете, – смотрите, на этой фотографии богатый чиновник завтракает в кафе в компании красивой девушки. Наверняка она его любовница. А вокруг него много охраны. На фотографию еще попал его очень дорогой лимузин Mercedes S-класса… А теперь давайте посмотрим, о чем ваша статья? – Эрик, выдержал паузу, а рекрутер склонился над планшетом. – Вот сами взгляните. Статья о том, что этот депутат пролоббировал закон о повышении минимальной оплаты труда в стране на 5%. А это всего на сто тринадцать один рубль. Ну и…? – Эрик увлекся настолько, что забыл про свою неуверенность.

– Что ну и? – рекрутер поднял на Эрика вопросительный взгляд.

– И как вы думаете, какие отзывы получила эта ваша статья? – Эрик промотал текстовую часть новости вниз, в зону комментариев.

– Конечно, такая новость никого не обрадует. Кому понравится повышение средней зарплаты всего на 113 рублей? Такого повышения хватит только на пару раз прокатиться в метро, – оправдывался рекрутер, который, уже на своем компьютере вчитывался в комментарии.

– Вы сами видите комментарии и количество дизлайков. Все читатели согласны с утверждением, что вы издеваетесь над ними. Вы пишете о ста тринадцати одном рубле как о каком-то прорыве, при этом в начале новости ставите фотографию богатого чиновника с любовницей, на фоне его супердорогой машины в окружении собственной охраны. Ведь доказано, что визуальная картинка считывается быстрее, чем текст. Поэтому человек, считав с фотографии богатую жизнь чиновника, совершенно иначе воспримет новость о повышении заработной платы на сто тринадцать один рубль.

– А мы-то тут причем? Здесь нет нашей вины. Не мы же издали такой закон о такой маленькой надбавке, – оправдываться рекрутер, облокотившись об стол, переплетя в замок пальцы обеих рук. – Мы просто транслируем новость. Это наша работа.

– Нет, вы использовали результаты опросов фонда общественного мнения. Эти фонды, опросив мнения людей, пришли к выводу, что люди положительно воспримут рост средней зарплаты на пять процентов, вместо роста на сто тринадцать один рубль. И поэтому вы везде в статье показываете «пять процентов». Сами видите, такой прием не помог вам избежать негатива, а даже наоборот. Люди умеют считать.

– Хорошо. Где-то с вами соглашусь. А что бы вы сделали, Эрик Платонович?

– Я бы не стал показывать депутата с любовницей, дорогой тачкой и охраной. Я бы поставил вот эту, – Эрик открывает на своем планшете фотографию, на которой изображен сталелитейщик, который стоит у прилавка магазина с набором продуктов, а продавщица в это время протягивает ему сдачу в сто тринадцать рублей. – К сожалению, я не проводил с этой новостью эксперимент и не могу показать результаты. Но если вы проведете эксперимент сами, то убедитесь, что моя теория верна. Фотография перед текстом определяет его восприятие.

– Убедительно. Весьма!

– А вот еще новость, с которой я делал эксперимент. О наболевшем. Про космос. Вы тут пишите, что произошел неудачный запуск ракеты средней дальности.

– Да, помню эту новость, – рекрутер манипулировал мышкой, пока эта самая новость не появилась на его мониторе.

– Видите, вы поставили перед этой новостью фотографию министра, который руководит космической программой в стране. Видите, на этой фотографии этот самый министр выходит из супердорогого лимузина с супердорогими часами на запястье, а сама фотография сделана где-то за границей.

– Сергей Павлович⁷ такого себе не позволял даже при успешной отправке Гагарина в космос.

– Смотрите, сколько негатива у вас под этой новостью. Часто встречаются слова «украл», «коррупционер», «непрофессионал». – Эрик бросил на рекрутера саркастическую улыбку. – А вот смотрите, что написали люди под статьей с моей фотографией, – Эрик протягивает планшет рекрутеру с открытой новостью на его странице. – Вы видите, что у меня под новостью в комментариях люди понимают, что ракета – сложное устройство, и при запуске может произойти все что угодно. Они с пониманием пишут о том, что за каждой новой неудачей будут новые победы и что космос в стране развивается.

– Вы почти меня убедили, Эрик Платонович, – рекрутер отбил чечетку пальцами по столу, – но руководство непреклонно в своем решении. Мы будем придерживаться прежних стандартов. При нашем агентстве уже создан свой фонд оценки общественного мнения. Мы будем руководствоваться их экспертными оценками, – демонстративно подытожил рекрутер, намекая на конец собеседования.

– Согласен, вы не защищены от плохих новостей, вы их не создаете, вы не принимаете законов, вы только все это публикуете. Мой подход поможет хоть как-то сглаживать негативную реакцию людей. До свидания! – Эрик убрал планшет в рюкзак и с демонстративным молчанием вышел из кабинета.

* * *

Фотолабораторию при институте юстиции могут свободно посещать и пользоваться оборудованием все студенты с кафедры криминалистики. Власти города, ораны правопорядка, да и сам институт, не поскупились на дорогое, технологичное оборудование. В это фотолаборатории оборудованы даже целые полигоны для имитации места преступления – например квартиры или торгового центра. Следственный комитет города приписан к фотолаборатории этого института. Сотрудники комитета могут проводить экспертизы самостоятельно. Но чаще всего они заказывают экспертам этой лаборатории провести анализ и выдать экспертное заключение.

После поступления на кафедру криминалистики института юстиции Эрик буквально прописался в фотолаборатории. Он даже подумывал бросить школу фотографии, так как в этой фотолаборатории было все необходимое оборудование, и даже больше.. “Зачем бросать фотошколу именно сейчас, когда до выпуска осталось совсем немного” говорила она- “столько трудов положено. Не пропадать же им”

– Своей любви к фотоискусству я обязан своей маме, Евгении Николаевне. Вот с этого подарка начался мой профессиональный рост как фотографа и как оператора, – Эрик поднял правой рукой фотоаппарат над головой и натянул черный ремень с красной тесьмой, на которой большими белыми буквами красовалась надписью «CANON EOS Mark». Так Эрик закончил свою речь победителя на фотовыставке «ФАНТАЗИЯ БАЗГРАНИЧНА».

Для окончания школы фотографии и получения долгожданного диплома Эрику необходимо было за отведенное экзаменатором время полностью изменить выставочный стенд: распечатать новые фотографии в лучшем качестве и придумать к ним текстовое описание. А без оборудования из фотолаборатории института просто не обойтись.

На составление стенда «ФОТОПРИЗРАКИ» у Эрика ушел почти месяц. На нем были представлены все результаты сыска призраков, фотографии, которые ему удалось найти с того самого дня, когда он нашел дедушкиного призрака, Федора с медведем 1949 года. На этом стенде были парные фотографии. На первой запечатлен призрак человека, на второй – фото этого человека, сделанного при его жизни. Под этими двумя фотографиями рукописным текстом было дано описание местности и самого человека. Всё ровно так же, как в журнале «Удивительные места на земле».

– Эрик, ты, наверное, собрал все старые фотографии, какие только можно было, – каждый раз говорила ему мама, когда входила в его комнату и заставала над кучей черно-белых, пожелтевших от старости фотографий. – Как ты только не путаешься в них? Видимо из тебя получится хороший детектив.

– Хм, детектив, говоришь? Как Шерлок Холмс? Находить по фотографиям преступников? – Эрик тогда закатил глаза. Он погрузился в мир сыщиков и преступников, в мир Артура Канона Дойла. Школьник Эрик еще не знал, что осуществление этой мечты обезопасит не только его жизнь.

Самым важным элементом нового стенда, под названием «Фотография перед текстом определяет его восприятие», были несколько пустых полей, без фотографии. Под каждым из них были размещены различные статьи, взятые с сайта информационного агентства, в которое он устраивался на работу. Это были материалы о путешествиях, о космосе, о науке и о политике. Посетителям нужно было выбрать из предоставленных на выбор фотографий ту, которая больше всего подходила бы к написанному материалу. Среди фотографий на выбор были и те, которые публиковали агентства. Стремление собрать такие статистические данные во время защиты своей дипломной работы в фотошколе, было продиктовано огромным желанием Эрика получить постоянную работу в информационном агентстве. После “разноса” в пух и прах экзаменатором его выпускной работы, Эрик тотчас пошел в фотолабораторию института. Вернувшись к своему стенду, он застал Степана за выковыриванием одной из черно-белых фотографий, которая была покрыта самой жирной желтой корочкой из всех имеющихся на стенде. Завидев Эрика, Степан почему-то изобразил на лице смущенность и молчаливо ушел.

– Вас же зовут Эрик Левицкий? – уже находясь в фотолаборатории, к Эрику подошел незнакомый молодой человек, немного старше его. – В начале недели я проводил плановую уборку лаборатории и нашел в сканере вот эти фотографии, а за компьютером было закреплено имя Эрика Левицкого.

– Да, я Эрик Левицкий, – ответил он незнакомцу, взяв у него фотографии. – Это мои фотографии. Видимо, случайно оставил.

– Паспорт или ваш пропуск! – незнакомец с недоверчивым взглядом сказал незнакомец.

– Вот, пожалуйста, – Эрик достал свой паспорт и показал разворот со своим именем и фамилией.

– Я обратил внимание, что все фотографии черно-белые и такие же старые, как в серванте у моей прабабушки. Они даже пахнут как сервант моей бабушки, – посмеялся незнакомец. – И еще эти странные цветовые разводы на них, которые напоминают очертания людей. Ты их редактируешь, старишь, добавляешь ужаса и копишь для своей комнаты ужасов? – продолжал ухмыляться незнакомец, сравнивая данные паспорта с электронным журналом посещения. – О, я смотрю, ты здесь постоянный посетитель. Все нормально. Эрик Левицкий – это ты. Можешь забрать фотографии.

– Спасибо, – Эрик взял фотографии из рук незнакомца и всунул их в свой рюкзак, – вы здесь охранник что ли?

– Нет, я заведующий лабораторией. Имей ввиду, у нас с фотоматериалами здесь очень строго. Сам понимаешь, фотографии могут оставить и люди из следственного комитета.

Эрик уложил паспорт в рюкзак и устроился за рабочим местом, за которым он всегда работает с самого начала учебы в институте. Свернутый в трубу стенд «ФОТОПРИЗРАКИ» он поставил недалеко от себя. Так, чтобы никому из посетителей он не мешал перемещаться по комнате, между рядами компьютеров. В это самое время в лабораторию вошла девушка в красной вязаной шапочке, волосы белые, губы накрашены помадой синего цвета. Она свернула в сторону рабочих столов с компьютерами, приближаясь к ряду, на котором работал Эрик составлял эскиз своего будущего стенда.

Вошедшая девушка всегда была окутана приятным цветочным ароматом. На ее голове располагались какие-то необычные шапочки, из-под которых спускались длинные, прямые, белые как снег волосы. Сегодня на ней была яркая юбка в красную клеточку. Эрик знал о ней практически всё, а она не знала о нем ничего, даже его имени. Он исподлобья наблюдал за ней с самого момента ее появления в лаборатории. Она дошла до его ряда и направилась к нему, не сбавляя уверенного шага. До него донесся запах ее духов. Она, не замечая его, прошла дальше, задев рукой свернутый в трубу стенд. Бумажная труба пролетела вперед. Стенд упал прямо в проходе и развернулся, обнажив свою лицевую часть.

– Так, я не поняла, с каких это пор в этой лаборатории готовятся некрологи? – встав прямо над раскрытой частью стенда, удивленно произнесла девушка. – Эй, ты! Это твое? – она обратилась к Эрику, который делал вид что не замечает ее. Она подняла стенд и развернула его до половины. – Может, объяснишь, что это такое? Ты что, глухой?

– И что ты так громко возмущаешься, Катюш? Что ты там такое увидела? – из находящегося неподалеку кабинета вышел тот же незнакомец и направился к ней. – Я сегодня не ожидал тебя увидеть здесь. У тебя какие-то вопросы по лабораторке? – не обращая внимания на попытку Эрика дать ответить девушке, Марк подошел к даме и обнял ее со спины.

Девушка и незнакомец уставились в развернутую часть стенда, где торчало название «ПРИЗРАКИ». Оба читали рассказ, помещенный под фотографией. При этом незнакомец водил пальцем по тексту, как указкой.

– Ты всерьез в это веришь? – с возмущенным видом обратилась девушка к Эрику. – Ты веришь, что призраки существуют, и думаешь, что их можно просто так сфотографировать?

– Я нашел подобные же фотографии в сканере рядом с его компьютером, – сказал незнакомец. – Мне тоже они показались странными. Очень странными. Катюш, ты же знаешь, я сразу отличу фотографию, над которой поработали, от той, с которой не проводилась никакая редактура. Так вот, Катюш, те фотографии, что я ему передал сегодня и эти, настоящие исходники. Я даже перепугался.

– Это моя итоговая работа для окончания школы фотографии, – в третий раз, но уже громко ответил Эрик, подойдя ближе к парочке. – Все фотографии подлинные. Я их не обрабатывал в «редакторе». Те что вы нашли в сканере тоже настоящие. Мне нужно было сделать сверхточную электронную копию. Но, видимо, копию я скачал на носитель, а вот саму фотографию забыл забрать из сканера.

– Это Эрик Левицкий. Он прям очень постоянный посетитель этой фотолаборатории. Не то, что ты, – обратился незнакомец к Кате, подмигнув ей. – Тебе бы тоже не помешало почаще приходить сюда. Изучала бы материалы на практике. Говорят, это помогает в учебе, – с иронией произнес он. – А то приходишь сюда только тогда, когда тебе срочно надо сдавать работу. Вот уйду скоро отсюда, и как ты будешь делать свои лабораторки? – незнакомец демонстративно заглянул ей глаза.

– Марк, не говори чепуху, – отреагировала Катя, вручив Эрику стенд в руки. – Скажи, Эрик, у тебя большая коллекция таких фотографий с призраками? Как ты вообще нашел их? – теперь девушка не замечала Марка, который был лаборантом здесь.

– Я собираю фотографии уже давно. Сначала это были старые фотографии моей бабушки с дедушкой, потом я забирал их у всех моих родственников и их знакомых. Рылся в их семейных фотоальбомах. Подавал объявления о скупке старых фотографий в Интернете и в местных газетах, – увлеченно рассказывал Эрик внимательно слушавшей Кате. – В общем, фотографий набралось много.

– Моя бабушка, перед тем как покинуть этот мир, часто говорила, что к ней во сне приходит ее муж, мой дедушка. Изредка она краем глаза видела его бродящим по дому. Он умер задолго до ее смерти, – рассказывала грустным голосом Катя, перекидывая взгляд с Эрика на Марка. – Никто не верил бабушке. Все говорили, что у нее старческий маразм или что-то типа того. А я ей верила. Мы с ней часто вечерами просматривали ее семейный фотоальбом. Там такие же пожелтевшие черно-белые фотографии. Но призраков на них я не замечала. Наверное, я просто не обращала на это внимание, – последние слова она произнесла с сожалением и грустно вздохнула.

– А почему у тебя на этом листе собраны только старые фотографии? – с заинтересованностью включился его разговор Марк. – Почему нет новых, современных, цветных фотографий c призраками? Поскольку вы оба уверены в их существовании, то ответь, тебе самому удалось сфотографировать призрака на свой фотоаппарат? – Марк махнул головой в сторону фотоаппарата, который стоял на столе.

– Я обратил внимание, что почти все фотографии, на которых так или иначе запечатлен призрак, были сделаны старыми пленочными фотоаппаратами. Есть немного фотографий, которые сделаны современными пленочными фотоаппаратами. Но я до дыр протер монитор, изучая фотографии, сделанные цифровым фотоаппаратом. На них я так ничего и не нашел, – ответил Эрик.

– Тебе не кажется это как минимум странным? – спросила его Катя, переведя взгляд с Эрика на Марка, но адресуя вопрос обоим. – Ведь современные фотоаппараты более чувствительны к передаче света. От такого объектива никому и ничему не скрыться. Особенно от такого, – Катя показала пальцем на длинный, массивный объектив камеры Эрика.

– О., у меня появилась сумасшедшая теория на этот счет, – Марк взял из рук Эрика стенд и развернул его. – Смотри, вся современная техника разрабатывается под наши органы чувств. Под их способности. Так? Техника создается только чтобы улучшить восприятие того, что мы уже видим, чувствуем, слышим. Это как протез для слабослышащих. Если его установить в ухо, вы будете лучше слышать то же самое, что слышали раньше, но более громче, четче и понятнее. Но при помощи этого аппарата вы не способны будете по-настоящему оценить, скажем, классическую музыку, как это умеют профессиональные музыканты, обладающие исключительным слухом. Телевизоры и мониторы передают нам то, что мы и так видим. Но изображение дается в более красочной, в более яркой форме. Может, с фотографированием призраков происходит то же самое? – Марк выдержал паузу. – Старые пленочные фотоаппараты не были напичканы электроникой, как современные цифровые. В них изображение попадало через фотообъектив сразу на сверхчувствительную пленку. На ней фиксировалось абсолютно все, что было перед фотографом, хотя, может быть, объект и находился-то перед объективом всего тысячную долю секунды. Дальше пленку проявляли и печатали. А современные цифровые фотоаппараты фиксируют то, что мы сами видим, то, что мы можем увидеть. Согласен, качество снимков у цифры гораздо лучше. Но они не способны уловить то, что скрыто от наших глаз. Вот такая безбашенная теория! – практически на одном дыхании проговорил Марк, не отрывая взгляда от стенда. – Или вот еще яркий пример. Устройство по распознаванию запахов создано человеком по своему подобию восприятия запахов. Но этому устройству не удалось хоть как-то приблизиться к обонянию собаки. И таких примеров тьма.

– Я так глобально не думал. Интересно! Быть может, ты и прав в своей теории. Надо будет попробовать снимать фотографии пленочным фотоаппаратом. У меня такой есть. На него уже когда-то был пойман один призрак, – Эрик подробно рассказал о найденном на чердаке фотоаппарате.

– Значит по твоей теории, – начала Катя,– получается, что мы зря отправляем сигналы в космос в надежде, что нас кто-то услышит. Мы же отправляем тот тип сигнала, который сами придумали и который сможем принять только мы. Значит, нас никто не услышит. И мы тоже никого не услышим. Может, поэтому мы и думаем, что мы одни во вселенной?

– Откуда такие познания в космической области, Катюша? – улыбаясь, спросил Марк. – Не замечал таких увлечений у тебя.

– Мой папа работает в космической корпорации инженером по телекоммуникациям и связи, – уточнила Катя. – С детства он мне рассказывал про космос. Читал мне космические сказки перед сном. Более увлеченного своей работой человека представить сложно! – особенно гордо произнесла она последнюю фразу.

– Здесь, в лаборатории, есть оборудование и химикаты для проявки пленочных негативов. Я видел тут и устройство для печати черно-белых фотографий, – заявил Марк. – Весь этот хлам хранится на складе. Наверное, все в рабочем состоянии. Там ведь ломаться нечему, наверное. Ха-ха, – засмеялся Марк, – пойду, гляну.

– Эрик, слушай, ты можешь мне дать на время эти фотографии? – она кивнула голову на стенд, – хотелось бы спокойно посидеть дома вечерком, изучить, покопаться в Интернете, – Катя вопрошающе посмотрела на Эрика. – Я тебе верну их, честное слово.

– Возьми стенд целиком. Не хотел бы потрошить его, – Эрик протянул Кате свернутую трубу, которую он тут же перевязал каким-то серым шнурком. – Если нужно, возьми еще эти фотографии…

– Это те фотографии, которые тебе Марк сегодня вернул?

– Да, они! И если оставишь свой электронный адрес, я тебе на почту скину еще фотографии. У меня много отсканированных фото в высоком разрешении.

– Марк – не мой парень, вообще-то. Ладно, проехали, – отреагировала Катя, увидев, как появился в дверях Марк с улыбкой на лице. – Я посмотрю фотографии в бабушкиных альбомах. Будут подозрительные, принесу тебе на анализ. Выскажешь свое мнение. Договорились?

– Договорились, – Эрик протянул руку для пожатия. Но, при подходе Марка, убрал руку в карман.

– Все старое оборудование для проявки пленки и печати фото упаковано в коробки и опломбировано. Я не стал их открывать. На это нужно специальное разрешение службы безопасности. У меня его пока нет. Но, если нужно, я его достану, – отчитался Марк. – Химикаты тоже в коробках. Может у них в обще истек срок годности.

– А сложно получить такое разрешение? – спросил Эрик у Марка, – я бы хотел поработать с этим оборудованием.

– Я так и думал, что ты спросишь. Нет, не сложно! Постараюсь в ближайшее время достать это разрешение.

– Отлично!

Эрик пошел к своему столу, а Катя с Марком направились к выходу из лаборатории. Катя передала Марку свернутый стенд и пошла впереди. Он же поплелся за ней как школьник, несущий школьный портфель своей юной дамы сердца. Эрик не стал при Марке спрашивать ее электронный адрес и номер телефона. Он и так знал, как найти ее в социальной сети и в клубе при кафедре криминалистики.

– Приходи послезавтра сюда, как сдашь выпускную работу в школе фотографии. Будет разговор, – Марк махнул Эрику рукой, после чего он с Катей скрылся за дверью.

Работу над новым проектом для школы Эрик завершил на следующий день и раньше срока выставил ее в галерее школы. Ему нужно было, чтобы больше посетителей прошло через его стенд и подбирало фотографии к статьям. Экзаменатор, Вячеслав Анатольевич, посетил галерею в конце недели и на отлично оценил выпускную работу Эрика.

После успешной сдачи работы и вручения диплома об окончании школы фотографии Эрик написал электронное сообщение рекрутеру: «Отправляю вам результаты моей выпускной работы по теме «Фотография перед текстом определяет его восприятие».

* * *

После встречи с капитаном Антоновым Марк направился в офис компании Area Technology. Корпоративная машина ждала его сразу за сквером, прямо перед Национальным банком.

– Они собираются выходить к нам объясняться? Или заявят об отставке руководства? – громко прокричал подбежавший к Марку один из участников пикета. – Что вам там сказали? Вы видите, как они забаррикадировались. Они явно боятся нас.

Марк шагал к машине, не обращая внимание на пикетчика и его расспросы. Пикетчик вплотную приблизился к нему. В руках он держал деревянную рамку, привязанную к необтесанному бруску. В рамку была вставлена бумага с написанным лозунгом «СК – Сборище Клоунов». Пикетчик в очередной раз попытался задать вопрос Марку, но, не получив ответа, ударил его по голове своей деревянной рамкой. Марк быстро отпрыгнул вбок и схватился за место удара. Обернувшись на пикетчика, он увидел за его спиной быстро идущих на него демонстрантов. На всех их лицах ничего кроме агрессии не отображалось. Марк, бросив на них злобный взгляд, в несколько больших шагов дошел до передней пассажирской двери автомобиля, которую водитель предусмотрительно открыл.

– Сумасшедший дом какой-то! Они же убить могут, – ощупывая рану на голове, Марк пожаловался водителю. – Нам сюда еще в пятницу надо приехать. Если они не разойдутся до пятницы, то без жертв точно не обойдется!

– Если не разойдутся, то я пойду с вами, Марк, – ответил ему водитель, обладатель спортивного телосложения, который в прошлом носил офицерский китель и голубой берет.

Погода стояла жаркой, горячий асфальт и бетонные здания нагревали без того горячий воздух. Автомобили, как кровь в артериях, находились в непрерывном движении, накачивая душный городской воздух выхлопными газами. В центральной части города автомобили образовывали тромб, извергая в своей общей массе одно большое, разогретое, дымовое облако.

Офис Марка располагался в новом высоком здании бизнес-центра, который был спроектирован и построен специально для компаний высокотехнологичного сектора. Архитектурный проект здания и планировка окружающей местности были позаимствованы у компаний с мировым именем в сфере высоких технологий. И конечно же, не обошлось без излишеств. А как без них, когда в этом бизнес-центре работают компании одна, богаче другой.

Служебный электромобиль Марка въехал на территорию бизнес-цента через высокие арочные ворота. Сами ворота и забор были выполнены в стиле ренессанса, эпохи интеллектуального и художественного расцвета Европы. Внутри огороженной забором территории расположилась лесопарковая зона, в которой били фонтаны, вымощенные мрамором. Повсеместно были установлены скамейки, лежаки очень причудливых, но эргономичных форм.

– Всегда удивляюсь этому месту, – говорил Марк водителю, проезжая мимо фонтана молочного окраса, рядом с которым была установлена беседка с крышей. – Здесь дышится совершенно по-другому: въезжая сюда, словно попадаешь в прибрежный морской курорт. И солнце здесь ярче, не такое знойное, и воздух свежее и вода слаще… А зимой так вообще, словно попадаешь в швейцарские Альпы. Или, Серёг, – Марк обернулся к водителю, – может, в своей институтской фотолаборатории я надышался всякой химии, и теперь любой воздух снаружи для меня кажется сладким, девственно чистым?

– Марк, ты здесь работаешь недавно. Я намного дольше твоего. И точно скажу тебе, что здесь все именно так, как ты и описал: Альпы и прибрежный курорт – в одном флаконе, – ответил водитель.

Прежде чем отправиться в кабинет своего начальника, Марк прошел на свое рабочее место и распечатал такую же, какую оставил на память у старшего следователя, фотографию.

Офис был просторным и находился на десятом этаже бизнес-центра. Из окна открывался потрясающий вид на город, на волнующиеся на ветру густые кроны деревьев, на фонтаны. Чтобы не сидеть спиной к окну, Марк в первые дни работы развернул рабочий стол на сто восемьдесят градусов. Теперь он был единственным человеком в офисе, кто сидел спиной к выходу, но лицом к окну. Поначалу его начальник был крайне возмущен такой самодеятельностью. Он считал, что это сильно влияет на эргономичность офиса, что это визуальная катастрофа. Но, на счастье Марка, во время его эргономического преступления прибыла группа с главой европейского офиса. Иностранный гость выступил в поддержку инициативы Марка и сообщил, что у них в офисе следят за тем, чтобы каждому сотруднику была предоставлена комфортная рабочая среда.

– Мне удалось убедить следственный комитет работать с нами. Вот смотрите, они уже поставили перед нами первую задачу. Можно сказать, что это первый заказ от них, – сказал Марк начальнику, войдя в его кабинет.

– Вот и опробуем нашу разработку в условиях, максимально приближенных к боевым, – сказал начальник Марка, потирая ладони.

– Все должно получиться! – Марк утвердительно кивнул головой.

– Я смотрю, ваш трюк с фотографией возымел успех, – начальник Марка пожал ему руку. – Поздравляю нас с первым нашим достойным клиентом. Марк, вы уже рассчитались из фотолаборатории. Нашли себе замену?

– Да, я присмотрел себе замену. Скоро поставлю в курс дела заведующего кафедрой. Проблем не будет, – Марк положил на стол переговоров распечатанные фотографии, планшет с открытым видеороликом ограбления банка. – Вот эти материалы получены от капитана. По ним нам нужно определить внешность грабителей, которые прячутся под масками. Нужно составить их подробный фоторобот.

– Срочно приступай, – начальник сел за стол переговоров, напротив Марка. – А я начну снимать покровы. Надо владельцам компании рассказать, что у нас получилось заарканить следственный комитет, – он протянул руку Марку для рукопожатия, – А эту фотографию я оставлю в отделе маркетинга, в качестве примера. Пускай знают, какими уловками нужно привлекать клиентов, – начальник Марка взял в руки копию той фотографии, которую Марк оставил на память капитану Александру Антонову.

* * *

«Привет, Катя. Куда мне отправить фотографии, которые ты просила? Ты не оставила мне адрес своей электронной почты. Я буду сегодня в лаборатории после 18.00. Там на оборудовании перенесем фотографии с моей карты памяти на твою карту или на твой телефон».

Отправив Кате сообщение в социальной сети и отчет по результатам выпускной работы рекрутеру из новостного агентства, Эрик вытащил из гаража шоссейный велосипед и направился в фотолабораторию института. Пятница, вечерний остывший воздух, играющие на ветру макушки деревьев, загорающиеся желтые огни города буквально кричали сесть на двухколесное, поддерживающее спортивную форму, средство передвижение. Маршрут от дома до лаборатории он знал лучше, чем свои пять пальцев. За год обучения он добирался до института тремя разными способами. На общественном транспорте, пешком через городской парк и на велосипеде, который полностью совпадал с маршрутом такси, которым он изредка пользовался, если опаздывал на учебу. Велосипедный маршрут пролегал через торговый центр, в котором он постоянно приобретал оборудование для своего цифрового фотоаппарата. Сегодня в планах была покупка пленки для пленочного фотоаппарата.

– Никогда не фотографировал на пленку! Какую пленку вы посоветуете приобрести для этого фотоаппарата? – спросил Эрик у продавца в магазине фотооборудования, достав из рюкзака найденный на чердаке фотоаппарат. – И вообще, в наше цифровое время пленку еще производят?

– Да. Еще достаточно фотолюбителей и профессиональных фотографов, которые снимают только на пленку, – ответил продавец. – Лично я для семейных фото использую только пленку. На пленке фотографии получаются более реалистичные, чем на цифре, более живые, что ли. В таких фотографиях есть душа, в них есть жизнь. Вам какую пленку, черно-белую или цветную?

– Все пойманные призраки были на черно-белых фотографиях, – прошептал Эрик

– Что вы сказали? Призраки? – удивленно переспросил продавец.

– Ой, извините, это я не вам! Один фильм вспомнил, простите, – рассмеялся Эрик. – Какие еще призраки в наше время! Мне пленку черно-белую, – Эрик быстро протянул продавцу фотоаппарат.

– К вашему фотоаппарату подойдет стандартная тридцатипятимиллиметровая пленка. Такие у нас есть, но выбор небольшой. Сами понимаете, в эпоху цифровых фотоаппаратов пленки покупают не так много. Вам какой чувствительности? Что будете фотографировать? – спросил продавец, пройдя к стенду с фотопленками, который стоял прямо за прилавком.

– Скорее всего, мне подойдет пленка с высокой чувствительностью. Но не слишком большой. Если честно, я пока не знаю. Я буду снимать на улице. Фотографируемые объекты будут находиться в движении, – так Эрик попытался описать быстро перемещающихся призраков, которых можно было поймать, используя только очень короткую выдержку затвора. –Да, и еще. Я буду снимать с руки, без использования штатива.

– В таком случае для пробы возьмите пленку Kodak 400 на тридцать шесть кадров, – продавец снял со стенда желтую прямоугольную упаковку и положил на стеклянный прилавок, возле Эрика. – Одной вам хватит?

– Для пробы возьму одну.! Надо набить руку на этом типе пленки. Еще бы вспомнить, как ее проявлять, – Эрик достал кошелек, чтобы рассчитаться, и внимательно разглядывал стенд с пленками.

– Приходите за реагентами и за фотобумагой, – продавец выдал кассовый чек и попрощался с Эриком.

На выходе из торгового центра, около растущего посредине холла высокого зеленого дерева, Эрик уселся на скамейке. Повсюду был слышан шум водопада, высотой в один этаж. Вода с грохотом падала в небольшое озеро, из которого маленькими ручейками омывала живое, исполинское дерево. Вокруг этого зрелища скопилось много зевак с фотоаппаратами, пытающихся по очереди сфотографироваться на фоне этого зеленного оазиса. Эрик открыл заднюю крышку фотоаппарата и вставил в него, только что купленную, кассету с пленкой.

Объектив старой камеры не позволял приближать или отдалять объект так, как это можно сделать на современном цифровом фотоаппарате. Эрик специально подошел к двери выхода, но дерево так и не поместилось в объектив фотоаппарата целиком.

«У лукоморья дуб зеленый, златая цепь на дубе том, и днем и ночью кот ученый все ходит по цепи кругом, – шептал про себя Эрик, приближаясь к дереву и всматриваясь в него через глазок видоискателя фотоаппарата. – Там чудеса, там леший бродит, русалка на ветвях сидит…» – Он остановился. В объектив поместилась часть толпы, водопад и немного пушистых веток дерева. Фотоаппарат издал характерный щелчок затвора. Первая фотография на пленку сделана.

«Блин, сразу и не посмотришь, что получилось!» – выругался про себя Эрик, когда перезаряжал фотоаппарат для второго кадра, сматывая пленку до характерного щелчка. Далее, он обошел дерево и встал лицом к выходу. С этой стороны длина коридора позволяла отойти от дерева настолько далеко, чтобы его вся пушистая крона могла войти в кадр. Прицелившись в очередной раз, Эрик заметил, как в толпе промелькнуло что-то ярко-красное, которое углубилось в центр толпы у самого основания дерева. Словно спелая ягода малина закатилась в серые картофельные клубни. Немного приблизившись к толпе людей, которые в большинстве своем были одеты в летние светлые одежды, Эрик поймал в глазок девушку в ярко-красной шапочке на голове и спускающимися из-под нее белыми волосами. Он только приготовился нажать на кнопку затвора, девушка обернулась на него, и махнула ему рукой. Фотоаппарат издал характерный щелчок затвора. Вторая фотография на пленку сделана.

– Здравствуй, Эрик! Ты за мной следишь, что ли? – Катя подошла к Эрику. – Со стороны это, как минимум, выглядит очень странно. Или ты, как в старых фильмах, держишь фотоаппарат у лица и смотришь на всех через это маленькое окошечко. Хи-хи, – посмеялась она и ткнула пальцем в зрачок фотоаппарата.

– Привет, Катя! Я тебя сначала не признал. Обратил внимание на твою яркую шапочку в серо-белой толпе. Только после спуска затвора я узнал тебя, – Эрик поднес к лицу фотоаппарат и продемонстрировал, как он делал снимок. – Я оставил тебе сообщение в социальной сети, попросил написать твой электронный адрес для отправки фотографий.

– Так получается, что на этот сайт я редко захожу. И вообще, там не появляюсь особо! Мне хватает живого общения. Понимаешь, о чем я? – Катя взяла в руки фотоаппарат, висящий на шее Эрика. – Предпочитаю позвонить и поговорить с человеком, чем написать сообщение. Смотрю, ты всерьез воспринял теорию Марка, раз носишь этот раритет.

– Вообще-то, я давно хотел его испробовать. Еще ни разу не снимал на такой фотоаппарат. Да и продавец пленки вон в том магазине, – указал Эрик направлением руки, – сказал, что фотографии, сделанные на пленку, более живые, более теплые, в них есть душа. Вот и проверю на своем опыте. Кстати, теперь на этой пленке есть и ты. Посмотрим, сфотографировалась ли твоя душа, – добавил Эрик, иронично улыбаясь.

– Ты встречался с Марком после нашей встречи? Марк вчера говорил мне, что ты должен был уже защитить выпускную работу. Он планировал кое-что обсудить с тобой. Это касается фотолаборатории.

– Нет, мы не встречались. Я как раз еду туда. Может, он еще там, – ответил Эрик, убирая фотоаппарат в рюкзак. – Ты сама не собираешься туда? Как мне передать фотографии, которые ты просила?

– Я там уже была сегодня. Когда я уходила, он оставался там. Это было где-то с час назад. Наверное, он еще не ушел. Ах да, запиши мой номер телефона и адрес электронной почты.

– А что именно он хотел со мной обсудить?– записывая телефон и почту, спросил Эрик, – мы ведь до той встречи небыли знакомы, что у нас может быть общего?

– Он все тебе сам и расскажет. А общего у вас…. поверь, многое! Он бы не стал предлагать тебе.., – Катя замолчала, а Эрик не мешал ей этого делать. Как только недолгий стопор отпустил ее, она продолжила, – В общем, вам надо встретиться. Не допытывай меня. Точка! Кстати, я прочитала все истории с твоего стенда, внимательно изучила все фотографии. Ты действительно считаешь, что душа некоторых людей, а может быть, и всех людей, которые умерли, блуждают среди нас, среди живых людей?

– Почему только некоторых людей?

– Кааак? – удивленно протянула Катя. Не может быть такого! Душа моей бабушки точно в раю. Она жила очень праведно и боженька не мог оставить ее скитаться среди живых. Нет же? – она исподлобья, опечалившимися глазами, посмотрела на Эрика.

– Ничего себе! – Эрик заметил ее упадническое настроение, поэтому дальше он начал говорить с оттенком юмора. И простим Эрику его угловатость, некоторую вычурность в общении с этой девушкой. Он очень старается и стесняется! – Значит, ты уверено утверждаешь, что раз призраки родились и умерли при царе Горохе⁸ они могут попадаться только на такие же древние фотоаппараты, как этот.. – Эрик помахал перед ней своим пленочным фотоаппаратом, – а на цифровые, современные фотоаппараты души людей пока не могут попасться. И все из-за того что из современной молодежи, которые пользуются сегодня цифрой, еще никто не умер. А вот когда их время придет, их души можно поймать и на цифровой фотоаппарат. По-твоему так получается?

– Прости, не уловила твою мысль? – глаза Кати оживились, на лбу появились задумчивые морщинки, – моя бабушка не родилась при царе Горохе. Не оскорбляй мою бабушку. Ты знаешь, какой она была?.... Вот, не знаешь. И не надо о ней ничего плохого говорить, – обижено сказала она.

– Катя, я бы никогда не посмел…. Все это звучит странно. Я с этим живу всю свою жизнь. Знай, я не хотел тебя обидеть.

– Знаю…знаю, Эрик. Просто, все что я узнала и прочитала, очень меня испугало. Я фильмы ужасов-то не смотрю, мне очень страшно. А оказывается, призраки существуют в реальности. Ой, какие бедные, многострадальные эти души. Бродят среди нас. Брр. – Катя сжала губы и так быстро мотнула головой вправо и влево, что ее белые локоны закрыли ее лицо, – Бабушку вспомнила. Я по ней сильно скучаю. Очень хочу, чтобы она была там, – Катя подняла голову вверх, – у него под крылом, довольная и счастливая. А не на месте этих размытых пятен похожих на умерших людей.

– Ну и сравнила же ты: фильмы ужасов с фотографиями, на которых отпечатались призраки. Мы их поймать-то не можем в объектив, довольствуемся только старыми фотографиями, и можем только предполагать, – спокойным тоном ответил Эрик, внимательно наблюдая за тем, как Катя обеими руками пытается убрать волосы с лица. – Я проявлю пленку, напечатаю сегодняшнюю фотографию с тобой. Может, на ней рядом с тобой будет призрак этого торгового центра. Скажем, он будет обнимать тебя! – Эрик засмеялся, убирая в рюкзак тетрадь, в которую записал ее номер телефона и адрес электронной почты.

– Что-то я уже не хочу, чтобы ты печатал это фото. Ладно, мне пора идти. Хватит с меня страха. Позвони, как встретишься с Марком. Мне интересно знать, какое решение ты примешь. До встречи. Пока.

Единственная ярко-красная шапочка быстро скрылась в толпе, узкой рекой идущей к выходу. Убедившись, что все замки на рюкзаке закрыты, на скамейке ничего не оставлено, Эрик закинул рюкзак за спину и поплелся к выходу. От торгового центра до фотолаборатории добираться чуть больше двадцати трех минут на велосипеде. “Что может предложить ему Марк, которого он не знал до той самой встречи?” – спрашивал себя Эрик, пока крутит педали.

* * *

Научно-исследовательская лаборатория находилась в отдельном двухэтажном здании, возведенного из красного кирпича на территории института юстиции. Если Марк Туллий Цицерон считал, что философия – мать всех наук, то для института юстиции матерью всех наук была научно-исследовательская лаборатория. И не важно, какой день недели, какое время года, и не важно, на каникулах студенты или нет. Этот вечный двигатель прогресса всегда был в движении. Основным топливом для такого двигателя выступают умы ученых разных специальностей, преступники, которые оставляют следы на месте преступления, пытливые умы студентов, которые не оставляют возможности прославиться, создав что-то принципиально новое в области сыска. Как в жизни и в бизнесе, статистика неумолима. Далеко не многим студентам выпадает шанс увидеть воплощение в жизнь своих научных изысканий, которые так и останутся на бумаге.

Сегодня, как и всегда, во всех окнах здания горел свет. В оконных проемах мелькали тени лаборантов, снующих по кабинетам. Справа от входа, из больших освещенных окон аудитории было видно, как идет урок. Между прочим, каждое такое окно было в высоту не менее трех этажей. Поэтому с улицы, особенно в вечернее время, все студенты были видны как на ладони. Некоторые студенты любопытным взглядом жадно поглощают стоящего у доски преподавателя. Их органы восприятия информации работают на полную катушку, а рука расторопно стенографируют все сказанное лектором. А другие студенты, с завидным постоянством, подносили левое или правое запястье к зевающему лицу или постоянно активировали экран на телефоне, отчитывая на своих хронографах оставшееся время до конца занятий. Автомобильная парковка была заполнена под завязку, да и свободного места для привязки велосипеда на противоугонный трос велосипеда в этот вечер не было.

Как всегда в часы пик, Эрик привязал велосипед на “противоугонку” к фонарному столбу, напротив входа. На входе он приложил магнитную карту студента к электронному регистратору, турникет перед ним открылся, открывая дорогу его в родную альма-матер.

Эрик прошел сквозь лабораторное помещение сразу к кабинету заведующего лабораторией. Дверь оказалась не заперта. Эрик постучался и, услышав «войдите», прошел в комнату. На рабочем столе ярко светился монитор с быстроменяющимися черно-белыми фотографиями в левой его половине, а во второй половине так же быстро сменялся текст. Неизменной в правой части оставалась только надпись «ДЕЛО», рядом с которой постоянно менялись цифры. На стене, над монитором, висел большой белый стенд, на котором размещались негативы мужчин, прижатые кнопкой-магнитом. Над стендом светила яркая прямоугольная лампа, делающая изображения мужчин объемными, выпуклыми, словно головы этих людей парили в воздухе.

– Ни разу такого не видел. Как это так? – Эрик подошел ближе к стенду с негативами, помахал правой ладошкой по выпирающему из него лицу. – Надо же! А со стороны кажется, что прикреплена реальная голова, которую можно потрогать. – Эрик ощупал левой рукой правую ладошку. Затем стал водить левой ладошкой по выпирающей голове. – Такое приятное тепло исходит от этих голов. – Ощупывая свои ладошки, Эрик бросил вопрошающий взгляд на Марка.

– Это новая технология проецирования изображения. Сейчас, проводя рукой по видимому изображению головы, ты чувствуешь только тепло от лампы. Но когда технология будет доработана, ты почувствуешь ладошкой всю геометрию лица. Это создается за счет потока света, который, проникая через вот такой негатив, – Марк указал пальцем на стенд, – будет воздействовать на осязательные рецепторы твоей ладошки. По ощущению это будет ровно так, будто ты гладишь по лицу настоящего человека.

– Что-то типа на бомбардирование электронами ладони человека, который прикоснулся к этим головам?

– А ты соображаешь! Не совсем электронов. Будет правильнее сказать бомбардирование самим светом. Ты же знаешь что у каждого цвета в цветовом спектре своя температура? – Марк стоял напротив стенда, не вынимая руки из брюк, а на его футболке красовалась мышь с длинным хвостом, заблудившаяся в зеленом лабиринте.

– Кто этого не знает? Знаю, конечно, – уверено кивнул Эрик, – значит, пропуская свет через такие специальные негативы, он рассеивается и по форме лица, с разными температурами ударяет по моей ладошке. Так?

– Если совсем грубо, то так. Так, фото любого предмета или живого организма за счет такого перепада температур можно сделать объемно-осязаемым. Теперь я работаю в компании, которая занимается разработкой подобных технологий.

– А как же твоя должность лаборанта в этой фотолаборатории? Или ты уже не заведуешь лабораторией?

– Знаешь, Эрик, мне вспоминается фильм, в котором один персонаж устраивался на работу в крупную компанию. Но вместо желаемой должности получил работу в почтовой службе. Уже не помню название фильма. Так вот, этот соискатель уже собирался уходить, узнав, какую должность ему предлагают. Но рекрутер сказал ему примерно следующее: «Работа здесь открывает любые двери. Первая работа очень важна: или ты вступаешь на карьерную лестницу правильно – или падаешь в высасывающую из тебя все соки бездну». – Марк выдержал небольшую паузу, наблюдая, как взгляд Эрика мечется в разные стороны. – Я вижу, ты, как и я, увлечен фотографией. Крутой специалист в этом деле. Вон даже историю призраков ведешь. Пытаешься увидеть то, что скрыто от глаз. Долгое время проводишь в этой научно-исследовательской лаборатории. Я навел справки о тебе. Ты посещаешь не только эту фотолабораторию, но и лабораторию по химическому анализу, лабораторию по кибербезопасности и еще пару других лабораторий. Поэтому, уходя с должности лаборанта этой фотолаборатории, я хочу рекомендовать твою кандидатуру на эту должность. И я очень хотел бы, чтобы ты дал мне утвердительный ответ.

– Каким людям принадлежат эти головы на стенде, – Эрик указал рукой на объемные фотографии, – и что за программа запущена у тебя на компьютере? Такое ощущение, что активирован режим поиска.

– Ты знаешь правила, Эрик. Я не могу раскрывать информацию без особого разрешения. Придет время, и ты, может быть, всё узнаешь. А сейчас всё секретно. Но о фотографиях, пожалуй, я могу рассказать. Все равно их скоро развесят на всех информационных стендах в стране, а также на электронных досках Интернет-портала следственного комитета и кое-где еще. – Марк подошел к компьютеру и нажатием комбинации кнопок на клавиатуре погасил экран. – Все головы на стенде – разыскиваемые преступники. И что ответишь на мое предложение?

– Значит, хорошо, что мне отказали в работе в информационном агентстве, – иронично ответил Эрик. – Конечно, я согласен. С большим удовольствием. Но у меня будет одно условие. Если можно, конечно. Оставь этот стенд с лампой и негативами здесь, пожалуйста. Он так завораживает. Мне будет интересно работать в кабинете, где есть подобные технологии.

– Я и не собирался забирать стенд. Он здесь выполняет функцию декора, хотя полностью в рабочем состоянии. Итак, договорились, – Марк протянул Эрику руку для пожатия. – Тогда возьми вот этот список документов и справок. На его обратной стороне – номер телефона заведующего кафедрой Анатолия Борисовича. Думаю, ты его знаешь. Предоставь ему все эти документы, – Марк взял из принтера напечатанный лист и передал Эрику.

– Марк, скажи: о чем была твоя дипломная работа в институте на кафедре? – спросил Эрик, убирая полученный лист в рюкзак. – Эта работа как-то повлияла на твое теперешнее трудоустройство? И, если не секрет, в какую компанию ты устроился?

– Ничего себе, сколько вопросов! – рассмеялся Марк, снова вложив руки в карманы брюк. – Когда закончил первый курс, я, как и ты, задавался такими же вопросами. Сейчас у тебя неопределенность в отношении своего будущего, как специалиста. Но со временем эта неопределенность приобретет форму. Ты станешь более уверенным в себе, поймешь, в какой профессии хочешь трудиться. Я думаю, ты уже понимаешь, кем ты будешь в будущем. Осталось только отточить грани, как создают из алмаза бриллиант. Заведование этой лабораторией поможет тебе сделать огранку. – Марк выдержал паузу. – Меня пригласили в технологичную компанию Area Technology, ты о ней наверняка наслышан. Не знаю, как у вас на потоке, но к нам приходили их специалисты и читали нам лекции. Они рассказывали о своих разработках. Я пришел к ним на дипломную практику. Много таких, как я, тогда приходили к ним. Им понравилась моя работа, и они остановились на моей кандидатуре.

Эрик с большим энтузиазмом выслушал увлеченного ответом Марка.

– У нас у всех на потоке мечта работать в этой компании. Но мне казалось, что это нереально… Может, после окончания института ты сможешь мне помочь устроиться там? – с надеждой спросил Эрик и прищурился, стесняясь своего вопроса.

– Я тебе уже доверил должность лаборанта в этой фотолаборатории. Оправдай вначале мое доверие здесь. Мы будем встречаться часто. Я буду приходить для проведения исследований и экспертиз, но уже как представитель компании, с которой лаборатория имеет контракт на изыскательную деятельность, – с полной серьезностью ответил Марк, опираясь руками на спинку стула.

– Я тебя понял.

– Моя дипломная работа называлась «Найти преступника в сети», для использования в следственном комитете. Я презентовал ее в компании Area Technology. Руководство решило, что у нее есть будущее и не только в сыскном деле. Тогда следственный комитет был буквально наполнен дипломниками. Но мою работу там не оценили.

– Это мне знакомо. У меня примерно такая же история произошла с трудоустройством в информационное агентство. Не понимаю, какие аргументы необходимо отыскивать, чтобы отказываться от новых технологий? – Эрик сомкнул большой и указательный пальцы на руке, изобразив «ноль».

– Эта программа должна встраиваться на портал следственного комитета. В нее, по специальной технологии, оцифровывается изображение преступника по фото- и видеоматериалам. Эта оцифрованная фотография загружается на портал следственного комитета. В режиме реального времени моя программа ведет сверку всех загруженных людьми фотографий в социальные сети с этими оцифрованными фотографиями. И если на загруженной в Интернет фотографии случайно попадется преступник, даже если он на заднем фоне фотографируемого объекта, моя программа тотчас даст сигнал о найденном совпадении. Сегодня каждый день люди загружают в сеть миллионы фотографий. Каждый день фотографируется каждый квадратный миллиметр пространства города. И просто невозможно не оказаться в объективе случайного прохожего. – Марк, переполненный эмоциями, развел руки в разные стороны, показывая большое количество фотографий. – По-моему, из каждодневных загруженных фотографий в сеть можно легко воспроизводить географию местности. А следственный комитет лишь печатает фотографии разыскиваемых преступников и вывешивает их на досках объявлений на вокзалах, рынках, около отделений полиции. – Марк начал расхаживать по кабинету. – Только совсем недавно они стали выставлять фотографии на своем сайте, в разделе «Розыск». Они думают, ха-ха, – Марк секунд тринадцать не мог остановиться смеяться, но собравшись он продолжил, – они наверное думают так: поскольку повесили объявления о розыске в отделении полиции или на своем сайте, то население, заметив эти лица, тотчас будет звонить к ним, – Марк опять рассмеялся, но в этот раз так громко, что даже притихли шумевшие лаборатории студенты.

– Теперь понятно, почему компания Area Technology предложила тебе работу. Теперь я догадался, что происходило на экране твоего монитора. Но обещаю не разглашать тайну, – саркастично ответил Эрик, водрузил рюкзак на плечи и попрощался с Марком.

Марк вышел из своего кабинета спустя двадцать девять минут. Уходя из лаборатории, он прошел по ряду, где за компьютером работал Эрик. Проходя мимо, он похлопал его по плечу и вышел из лаборатории.

«Привет. Отправляю тебе фотографии. Мне интересно знать твое мнение обо всем этом. Я принял предложение Марка. С уважением – Эрик».

Эрик отправил сообщение на электронную почту Кати. Он мечтательно осмотрел лабораторию, оценивая свои будущие владения, крутясь при этом на своем вращающемся стуле. Чуть позже он водрузил свой рюкзак на плечи, натянул велосипедные перчатки и вышел из лаборатории. Его ожидала велопрогулка по ночному городу.

Робин Гуды..

«Вчера в 18.00 совершено очередное дерзкое ограбление банка «Витязь» на улице Промышленная, дом 53. Трое неизвестных, одетые в боевые костюмы СОБРа, с автоматами и в масках на автомобиле LADA XRAY отрезали путь инкассаторов к банку. Грабители изъяли у них кейсы с наличными. Преступники скрылись с места ограбления, взорвав после себя машину LADA XRAY и машину инкассаторов. На месте работает следственный комитет. Сумма украденных средств пока не сообщается. Сведений о пострадавших не поступало».

– Это уже пятый наезд на банки за два года. Вроде бы? Следаки до сих пор не могут раскрыть эту банду, – Дмитрий Анатольевич читал вслух утреннюю прессу, развалившись на заднем сидении своего лимузина. – Костя, в твоих кругах, случайно, не знают об этой банде? Может быть, о них проходила информация по твоим каналам?

– Мои люди занимаются этим вопросом. Пока никакой информации по ним нет, – отвечал с переднего пассажирского сидения начальник службы безопасности Константин Беглов, внимательно всматриваясь в лобовое стекло. – Да, я все же последовал вашему совету, Дмитрий Анатольевич!

– Какому же? Никогда не женись? – рассмеялся Дмитрий Анатольевич.

– Нет, тут я уже как то сам! – ухмыльнулся Костя, поймав взгляд боса в саолонном зеркале заднего вида. Помните, вы мне рекомендовали свои сбережения перевести в банк «Сфера»?

– Да, конечно. Я там и сам храню все свои денежки. Сейчас там самая лучшая в мире система безопасности. В каком-то смысле это и мой банк. Ты даже представить не можешь, кто в нем обслуживается, кто там клиент.

– Я так и поступил. Правда не сразу. После того как эти отморозки очистили банковские ячейки в банке «Столичный»… Ну тот, что на улице Береговой.

– Получается, ты хранил деньги в «Столичном». Вот ты предатель! Ты не командный игрок, раз доверился конкурентам. Наверное, твое что-то украли из ячеек, раз ты решил послушаться такого успешного, богатого, влиятельного как я? Костя, я такой успешный только благодаря тому что, я очень оберегаю свое имущество, лелею свои активы, ношу их буквально на руках. Храню все свое добро в надежном месте. И этот самый сейф обязательно должен быть подконтролен мне. Ты понял, о чем я говорю?

– Да-да, вы кругом правы. Виноват, за что и поплатился. Простите бос.

– Мне то зачем тебя прощать. Ты уже поплатился, – громко рассмеялся Дмитрий Анатольевич, – Кстати, что у тебя украли?

– Документы на некоторую недвижку⁹, облигации на предъявителя¹⁰ и немного наличных.

– По облигациям я тебе точно не помогу. А вот по недвижке, так и быть, помогу. Обратись к моему секретарю в министерстве, она быстро тебе восстановит документы.

– Спасибо! По облигациям я всех своих братьев по цеху предупредил. Если кто-то появится на пороге любого банка с моими облигациями в руках, мне тут же позвонят.

– Только не убивай предъявителя облигаций, ха-ха, – снова громко рассмеялся Дмитрий Анатольевич.

– Само собой. Вначале мы его “поласкаем” как умеем и только потом сдадим нашим следакам.

– Ну и славно. Давай-ка мы заскочим в “Сферу”, надо поговорить с моим управляющим! – скомандовал Дмитрий Анатольевич.

Площадь трех генералов, на которой находился банк “Сфера”, находилась практически в центре города, недалеко от городской администрации. Банк «Сфера» расположился в новом высоком здании, отделанном серым гранитом. Местные жители называют здание банка «треуголкой», а геометрически подкованные жители –«равнобедренным треугольником». Как всегда “кличку” зданию придумала народная молва.

Как то, на одном из празднований дня города, местные газеты и информационные агентства сговорились между собой и опубликовали в честь такого события одинаковую фотографию города. Каждый расплывался в своих дифирамбах к городу, к его достойным и любимым жителям и, конечно же, к самой добропорядочной, щедрой администрации города. Все они соревновались в своем красноречии. Но внимание всех жителей привлекло не их сладко-медовые тексты, а привлекла сама фотография. Фотография города была сделана с высоты птичьего полета. Автор аэросъемки выбрал такой ракурс, что здание банка «Сфера» находилось ровно посередине всего города, внутри идеального равнобедренного треугольника, сторонами которого являлись три черные, широкие, асфальтированные дороги. Каждая дорога названа в честь генерала. Образовавшаяся площадь в виде треугольника носила название Площади трех генералов, на которой располагался сквер с высокими деревьями и фонтаном. Вся эта площадь была отведена под территорию банка. Территория была обнесена высоким гранитным забором серого цвета и напоминала средневековый рыцарский замок. При въезде на территорию стояли высокие массивные железные ворота, которые открывались только для VIP-персон. Со стороны острого угла здания находился обычный охраняемый вход для обычных посетителей банка.

Само здание банка по геометрии являлось малой копией треугольной Площади трех генералов. Оно своим углом, словно стрелкой, указывало на то место в городе, где расположились – администрация города, министерство природных ресурсов и здание парламента. Жители города разделились на два фронта. Первые считали, что направление здания в сторону сильных мира сего – это случайность. А вторые утверждали, что богатые и влиятельные персоны построили такое здания специально, дабы показать всем, кому на само деле принадлежит банк «Сфера».

Встроенная система распознавания определила автомобиль Дмитрия Анатольевича и переключила зеленый свет светофора на красный, перекрыв проезд и проход по улице со стороны въезда на территорию банка. Система рассчитала скорость передвижения автомобиля и его траекторию. Она начала отворять железные двери заранее, так что к моменту подъезда автомобиля они были полностью открыты.

Черный лимузин въехал на территорию банка, ворота автоматически закрылись, а образовавшаяся из-за перекрытой дороги автомобильная пробка стала потихонечку рассасываться.

– Здравствуйте, Леночка! – На этаже управляющего банком Дмитрия Анатольевича встретила молодая девушка в голубом платье с белым воротником и белыми манжетами. – Принеси мне, пожалуйста, чашечку кофе с какими-нибудь печенюшками. – Дмитрий Анатольевич прошел мимо нее в сторону своего кабинета. – Костя, ты пока займись здесь чем-нибудь. Я скоро спущусь, – Дмитрий Анатольевич обернулся к начальнику своей охраны и обвел указательным пальцем помещение.

– Я так и знал, что ты заглянешь к нам после вчерашних событий. Ты как ревизор или просто повидаться со старым другом? – в кабинет Дмитрия Анатольевича, который был специально под него устроен в банке, вошел управляющий банком «Сфера». Он появился в дверях так быстро, что двери не успели захлопнуться за Дмитрием Анатольевичем.

– Здравствуй, Тахир Бариевич, – пожал ему руку Дмитрий. – Да, я тут именно так как ты сказал, просто повидаться со старым другом.

– Мы всегда вам рады, Дмитрий Анатольевич, – Тахир Бариевич буквально склонил плечи перед Дмитрием Анатольевич, продолжая пожимать ему руку.

– Оторвешь же руку, Тахир Бариевич. Верни мне ее, она мне самому еще нужна для важных дел, – со смешком в голосе сказал Дмитрий Анатольевич.– Сейчас я как раз еду в администрацию, а там меня наверняка спросят о том, что вы предпринимаете после всех этих ограблений. Что мне им ответить?

– Дмитрий Анатольевич, ответьте, что им волноваться не стоит. Система безопасности у нас самая современная. Кстати нам ее ставила компания из Англии, которую вы рекомендовали, – с волнением в голосе, немного заикаясь, докладывал управляющий банком, словно боялся, что что-то забудет.

– А, дело рук моего друга Фергюса. Ну тогда я стал более спокоен, чем до твоего сегодняшнего прихода в мой кабинет, Тахир Бариевич!

– Все эти ограбления идут нам только на пользу. Все люди в истерике. Они несут свои кровные к нам. Бизнес переходит на наше обслуживание. Думаю, что после вчерашнего ограбления все, кто еще сомневался, переведут деньги к нам уже сегодня.

– Позвони Фергюсу. Пускай пришлет своих спецов, для перепроверки всей системы, – Дмитрий Анатольевич обвел рукой кабинет. – Береженого сам знаешь кто бережет.

– Хорошо-хорошо, – протараторил управляющий банком, – сейчас же ему позвоню.

– Тахир Бариевич, посмотри на меня, – Дмитрий Анатольевич облокотился на стол и уставился пристальным взглядом на Тахира Бариевича. – Смотрю, ты совсем расслабился. Ты как волчок должен кружиться по банку, шу-шу-шу. Проверять все и перепроверять, должен усилить охрану, привлечь полицию, чтобы они усилили патрулирование улиц вокруг банка. Ты вообще что-нибудь предпринимал?

– Дмитрий Анатольевич, у нас же лучшая система безопа…

– Тахир, – прикрикнул Дмитрий Анатольевич, – Я смотрю, у тебя на запястье дорогущие часы. Наверное, они одни из самых лучших и дорогих?

– Ну не совсем, – Тахир Бариевич стеснительно убрал обе руки за спину.

– И автомобиль я смотрю у тебя не простой. Наверное как вертолет стоит? – продолжал Дмитрий Анатольевич с грозным тоном, просматривая лежащие на столе бумаги. Он вовсе не смотрел на Тахира Бариевича, который сейчас выглядел как нашкодивший ученик, получающий от преподавателя наставления, – Машину-вертолет и свои часы отвозишь на регулярную диагностику, а?

– А это тут причем? Каждый по-своему тратит свои деньги. Или мне нельзя было покупать такие часы и такое авто? – обиженным тоном, опустив глаза в пол, негромко сказал управляющий.

– Да трать ты свои деньги как хочешь. Относись к ним как тебе заблагорассудится! Но если речь идет о защите денег клиентов и особенно моих денег, крутись волчком, делай все возможное и невозможное, обеспечь безопасность. Проверяй, перепроверяй, подкупай, наказывай. Вместо сна по ночам думай о том, что ты мог упустить, что ты еще не сделал. С каждым новым ограблением, эти сволочи на шаг ближе к моему банку. А ты кто?

– Кто я?

– Ты защита моего банка. Ладно, не бойся ты меня. Я же приехал с дружеским визитом. Что ты так напрягся Тахир Бариевич? – Дмитрий Анатольевич впервые за время наставления улыбнулся, его голос обрел дружеский тон, – лучше послушай притчу. Один воротила, мастодонт преступного мира, хранил свои деньги в разных банках. Причем он хранил деньги в наличной форме.

– Вы сейчас это о ком? Я его знаю?

– Тахир Бариевич, расслабьтесь. Это притча, все имена вымышленные. Ха-ха, – громко рассмеялся Дмитрий Анатольевич, – даже преступник знает, что нельзя хранить яйца в одной корзине. Впрочем, ему это все равно не помогло. Так вот, он хранил нал¹¹ в разных банках. Эти банки он естественно контролировал. И что ты думаешь? Появились эти хреновы Робин гуды.

– Кто, простите?

– Ну те, кто отбирает деньги у богатых, а раздают их бедным. Так вот, эти хитрые Робин гуды вначале обчистили одно из его хранилищ, и сделали это публично. Все газеты об этом писали. Потом этот воротила приказал собрать все свои деньги в одном месте. Испугался видимо. Так вот, – повысил он тон своего голоса, – как оказалось, эти грабители на то и рассчитывали, что он соберет все деньги в одном месте. И что думаешь произошло дальше, Тахир Бариевич?

– Не рискну предположить, Дмитрий Анатольевич!

– А ты возьми и рискни, ну же! Ну…

– Робин гуды налетели на тот банк, в который он свез весь свой налик из других банков? – неуверенным тоном сказал управляющий

– Верно, – прикрикнул Дмитрий Анатольевич и стукнул ладошкой по столу. Управляющий даже вздрогнул, – как только все деньги свезли в одно хранилище, грабители обчистили его и оставили воротилу ни с чем.

– Я понял. Исправлюсь Дмитрий Анатольевич!

– Ладно, оставим это. Переводчик на месте? – Дмитрий переместился за стол переговоров и сложил руки в замок.

Тахир Бариевич болидом¹² метнулся к двери.

– Срочно позови сюда переводчика! – громко крикнул он из открытой двери своей секретарше.

Переводчик появилась в кабинете Дмитрий Анатольевича практически моментально. За это время управляющий не успел даже дойти до стола переговоров и закончить фразу – “Сейчас она подойдет”. Вошла девушка с длинными рыжими волосами, в очках с круглой оправой, одетая в белоснежную приталенную рубашку и в черную, деловую юбку. На некоторое время в кабинете воцарилась молчание. За это время оба мужчины наблюдали за движениями переводчика, они смотрели как цокая каблуками она подошла к столу и нагнулась над ним, чтобы положить принесенные с собой ручку, словарь и блокнот для заметок.

– Здравствуй, – первым нарушил молчание Дмитрий Анатольевич, – Тебе нужно перевести с английского языка то, что я будут говорить, и на русский язык то, что будут говорить мне по громкой связи, – он пальцем указал на телефон. – Уяснила?

– Да! Все понятно, Дмитрий Анатольевич, – соблазняющим голосом ответила переводчик.

– Здравствуй, дорогой, как твои дела? Ты сейчас в каком городе? – Дмитрий Анатольевич позвонил своему лондонскому другу, приветствуя его на английском языке. Он говорил заученными фразами, которые помнил еще со школы и с университета. После этих фраз он включил громкую связь.

– Дим, здравствуй. Я сейчас в лондонском офисе. Но на следующей неделе я собираюсь в твои края, на открытие офиса. Я прислушался к твоей рекомендации официально открыть у вас офис продаж. Руководство мне дало полный карт-бланш¹³. Очень надеюсь, что ты окажешься прав, и мы откроем золотую жилу! – воодушевленно, на чистом английском ответил Фергюс. Он был давним другом Дмитрия Анатольевича.

– Фергюс, это замечательная новость. Золото, не золото, но я сделаю все чтобы ваша компания хорошо заработала. Как приедешь, позвони. Нам с тобой надо встретиться. Хочу тебе высказать свою идею, которую только вы сможете воплотить в жизнь! – Дмитрий Анатольевич сделал паузу, окинул взглядом переводчицу и управляющего банком. – Наверное, вы снимете офис в нашем знаменитом бизнес-центре информационных технологий?

– Заинтригован, чертовски заинтригован. Ты прав, от тебя ничего не скроешь. Наш офис будет в том самом бизнес-центре. На самом деле мы там уже снимаем помещение, но с моим приездом оно будет существенно расширяться.

– Мои номера телефонов ты знаешь. Приглашаю в гости в мою крепость! – ответил Дмитрий Анатольевич, выключив громкую связь. Он махнул рукой переводчице, указывая, что она свободна. – Позвони, как приедешь к нам. До встречи! – последние фразы Дмитрий Анатольевич произнес в телефон на английском языке.

– Тахир, ты понял? Он будет на следующей неделе, – обратился Дмитрий к управляющему банком, который все это время стоял рядом. -Мне срочно надо ехать в министерство. Из всего что мы с тобой обговорили, ты все понял, уяснил?

– 

Да, все предельно доходчиво.

– Помни: «предупрежден – значит вооружен». Не пренебрегай этой старинной пословицей. Усиливай защиту активов со вчерашнего дня. – Дмитрий Анатольевич вальяжно встал из-за стола переговоров и сразу направился к выходу, полностью забыв про медленно плетущегося за ним управляющего.

Во дворе банка раздалось эхо от захлопывания пассажирской двери лимузина. Ворота предусмотрительно открылись. Светофор в очередной раз перекрыл движение по улице, несущей название одного из генералов. Автомобиль Дмитрия Анатольевича выехал на дорогу и направился в ту сторону, куда указывала своей вершиной Площадь трех генералов. Светофор загорелся зеленым, давая сигнал для рассасывания образовавшейся пробки.

Здание министерства природных ресурсов находилось в пятнадцати минутах езды от банка, с мигалкой и сиреной. Фасады здания министерства были выполнены в светло-желтых тонах. Вход украшали белые, как школьный мел, высокие ребристые колонны в греческом стиле. Балконы по всему зданию были огорожены фигурными балюстрадами того же цвета, что и колонны. Балконы выполняли только декоративную роль, в них вряд ли сможет стоять человек, не задевая спиной окно. На карнизе здания, к которому примыкали все колонны, большими, выпуклыми, металлическими буквами позолотой было выведено: «МИНИСТЕРСТВО ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ».

Во дворе министерства раскинулся небольшой скверик со скамейками и невысоким подстриженным кустарником. Территория министерского сада огорожена высоким металлическим забором. Заметив подъезжающий черный лимузин с приклеенным пропуском на лобовом стекле, вооруженный охранник нажал на пульте кнопку. Шлагбаум поднялся. Автомобиль Дмитрия Анатольевича въехал на территорию министерства и встал на парковку.

Над входной дверью в министерство, со стороны стоянки, висела надпись: «ПОЗДРАВЛЯЕМ, Д. А.! и СПАСИБО!». Надпись была увешана разноцветными воздушными шарами.

– Костя, ты знаешь что-нибудь об этом? – Дмитрий обратился к своему начальнику охраны.

– Дмитрий Анатольевич, честно, ни сном, ни духом! – ответил тот боссу, открывая перед ним входную дверь.

Как только открылась входная дверь и в здание вошел Дмитрий Анатольевич, взорвался бурный шквал аплодисментов. В центре холла, под громадной хрустальной люстрой, с наполненными шампанским бокалами в руках собралось много людей. Фотограф ослепил вспышкой входящего Дмитрия Анатольевича и после, быстро переместился в сторону, чтобы с лучшего ракурса запечатлеть, как поздравляют его, обнимают и жмут ему руки коллеги и друзья.

На гладкой поверхности стола с золотой каймой по краям и резными ножками из слоновой кости, помимо разнообразных вкусностей, лежала стопка сегодняшних газет. Рядом со стопкой, на развернутой газете, стояли бутылка шампанского и наполненный высокий бокал.

– Дмитрий, дорогой, тебе это удалось! – к Дмитрию Анатольевичу подошел приземистый мужчина в темно-синем пиджаке, с бордовым галстуком поверх белоснежной рубашки, который плавно огибал выпуклый, шароподобный, живот. – Теперь мы все можем вздохнуть спокойно. И всё благодаря тебе, Дима.

– Алексей, я тебя не понимаю, – пребывающий в растерянности, спросил Дмитрий Анатольевич, – к чему такому удивительному я стал причастен с утра?

– Да ладно тебе, Димон! Вот смотри, – мужчина убрал с развернутой газеты бокал, стоявший прямо на заголовке, и начал читать статью. – Принят Федеральный закон «О порядке ведения фото-видеосъемки и публикации фотографий в средствах массовой информации и в сети Интернет представителей законодательных и исполнительных органов власти», – мужчина бросил радостный взгляд на Дмитрия Анатольевича. – Согласно принятому закону, запрещается проводить фото- и видеосъемку представителей власти и размещать фото- и видеоматериалы в средствах массовой информации и в сети Интернет. За нарушение данного закона предусмотрена уголовная ответственность с лишением свободы до пяти лет, – Алексей сложил газету и со шлепком бросил ее на стол. Затем он похлопал Дмитрия Анатольевича по плечу. – Это все благодаря тебе. Теперь никто не сможет опубликовать фотографию или видео, если на ней есть изображение любого из нас! – Алексей проговорил это на одном дыхании и после стал громкими глотками проглатывать содержимое бокала, – это все для тебя Дима, – он громко хлопнул Дмитрий Анатольевича по плечу и развел руками в сторону толпы. После он со звонким звуком поставил бокал на стол.

Дмитрий поднял газету и самостоятельно прочел статью. В это время его окружила толпа, как река обнимает стоящую на ее пути преграду. Расторопный фотограф тут же нашел выгодное место и быстро перенес штатив, софтбокс-зонтик и большую черную переносную сумку, наполненную объективы на все случаи.

Все присутствующие подняли бокалы шампанского. Некоторые прикладывали изрядное усилие не моргать, оттого и выпячивали глаза. Считая «раз-два-три», фотограф нажал на кнопку спуска затвора. Ослепительная вспышка осветила возбужденную толпу.

– Скажите, пожалуйста, если такую же вспышку направить на фотоаппарат в момент съемки, то фотография засветится? – ослепленный фотовспышкой, Дмитрий Анатольевич подошел к фотографу, массируя переносицу большим и указательным пальцами правой руки. – Что в результате получится на фотографии?

– Это называется контровый свет. Им подчеркивается силуэт, контур фотографируемого объекта. Если свет будет очень ярким, то на фотографии будет дымка, световое пятно с просматривающимся контуром объекта.

– То есть, если в момент фотографирования направить яркий свет в сторону объектива, то на фотографии, вместо фотографируемого объекта, получится пятно? – Дмитрий Анатольевич тщательно подбирал каждое слово, делал паузы, долго составляя свой вопрос.

– Да, совершенно верно. Для этого свет вспышки должен попасть в период открытого затвора фотоаппарата, – ответил фотограф, нажимая кнопку спуска затвора на своем цифровом фотоаппарате. В это время фотоаппарат издавал частый характерный звук: цок-цок.

– Это так затвор на фотоаппарате открывается?

– Да, он самый.

– Это же доли секунды.

– Выдержка затвора настраивается зависимости от освещения. Чем темнее, тем дольше выдержка.

– А чем светлее, тем период открывания-закрывания затвора короче.

– Именно так, – ответил фотограф. Его заранее предупредили кто главная персона этого застолья, поэтому он не обращал внимание не просьбу толпы подойти к ним.

– Спасибо за консультацию. Идите, вас требуют!

Каждый из присутствующих гостей счел необходимым подойти к Дмитрию Анатольевичу с поздравительной речью и сделать совместную фотографию с ним. Кто-то перед камерой, вместо бокала шампанского, демонстративно держал в руках разворот газеты с новостью. Более того, когда поток рукопожатий и объятий закончился, гости устроили своего рода соревнования на самую эффектную фотографию с газетой. Воспользовавшись моментом, не прощаясь, Дмитрий Анатольевич поднялся на второй этаж по широкой лестнице с массивной балюстрадой. Он направился в свой кабинет, расположенный в левом крыле здания.

– Снежана, зайди ко мне в кабинет и приготовь кофе, пожалуйста, – Дмитрий Анатольевич прошел мимо своего секретаря и скрылся за дубовыми дверьми белого цвета с золотым обрамлением. Начальник охраны удобно разместился в приемной на кожаном кресле.

– Позвони в следственный комитет, начальнику следственного отдела Александру Вячеславовичу Антонову. Пускай он найдет время навестить меня. Скажем, завтра, – Дмитрий Анатольевич спокойным голосом дал указание только что вошедшей Снежане. В руках она держала поднос с кофейным набором, сладостями и папкой с документами. – И пусть Костя зайдет.

– Это не тот самый следователь, которого показывали по телевизору в телепередаче об ограблении банков? – спросила Снежанна, обернувшись у выхода из кабинета.

– Да все, кому не лень, участвуют в этих телепередачах. Может, и он. Позвони ему прямо сейчас. Заодно и спросишь, – улыбнулся Дмитрий.

– Сделаю, Дмитрий Анатольевич. Сейчас приглашу Константина, – Снежана вышла в приемную, бесшумно закрыв за собой дверь. Оттуда донеслись ее голос и голос начальника охраны: «Вы сегодня просто ангел, Снежана».

Начальник охраны Константин Беглов, предварительно отстучав три раза по двери, вошел в кабинет Дмитрия Анатольевича. Пока Константин входил в кабинет и усаживался за стол для посетителей, Дмитрий Анатольевич с сосредоточенным вниманием склонился над принесенной папкой и задумчиво перелистывал документы. Константин вынул пистолет из поясной кобуры, положил его перед собой на стол с характерным стуком металла о гранитный камень и облокотился об стол, скрестив пальцы рук.

– Сколько раз я говорил тебе: не делай так! О нас итак думают, что мы бандиты какие-то, а ты еще раскинул свои игрушки. У нас тут что, дикий запад? – грубо сказал Дмитрий Анатольевич, подняв голову от документов и серьезно взглянув на своего охранника, – Убери игрушки, живо!

– Дмитрий Анатольевич, я же ваш начальник охраны. Без моего ведома сюда никто не войдет, – оправдывался Константин, убирая пистолет в карман пиджака. – Мне неудобно садиться с полной кобурой на ремне. Рукоять пистолета впивается в ребро.

– Тогда не садись. Ладно, давай к нашим делам. Костя, распорядись, чтобы завтра, а лучше сегодня, ко мне на прием пришел молодой человек, который курировал установку отражающего купола у меня дома. Ну, тот самый, как его там?.. – Дмитрий направил правую руку куда-то вдаль, словно там было написано имя. – Ну же! Тот самый, который составлял по твоим указаниям техническое задание, по которому мой друг из Англии Фергюс поставил у меня дома систему безопасности. У него еще такая странная бородка с усами. – Дмитрий Анатольевич на своем лице руками изобразил бородку. – Убей, не помню его имени.

– Ефим его зовут, – не перебивая боса, охранник слушал описание требуемого человека и только после ответил.

– Можешь послать за ним кого-нибудь из наших.

– Будет сделано, Дмитрий Анатольевич! – Константин встал, распахнул пиджак и демонстративно вложил пистолет в кобуру.

* * *

– Что вы знаете о безопасности, кроме того, что она должна быть безопасной? Какими показателями можно измерить уровень системы безопасности? И вообще, что такое безопасность банка, и главное, для чего вообще нужна банку служба безопасности? – громогласно начал выступающий. Его голос был наполнен злостью ко всем присутствующим в конференц-зале. – Это те вопросы, которые сегодня мне задали боссы нашего банка. Знайте, я их сейчас озвучил для вас еще спокойным голосом, без угроз и мата… Возможно, они и правы, когда утверждают, что только соседство нашего банка со следственным комитетом делает банк безопасным для хранения денег. Кто из вас так же считает? – выкрикнул выступающий, озарив всех слушателей своим испепеляющим взглядом. Не дожидаясь ответа, он сразу продолжил, – и вот еще вопрос к вам лично от меня: зачем тратить кучу денег на покупку дорогого оборудования и зачем держать всех вас бездарей и платить еще вам зарплату? Давайте мы просто согласимся с руководством банка и просто перевезем банк в здание следственного комитета. Как вам идея? А? – и снова выступающий окинул всех своим испепеляющим взглядом. По залу пробежало перешептывание. – Ведь там наверняка, после расформирования библиотеки, осталась куча свободного места. Наш банк там легко поместится. Тем более такой большой отдел службы безопасности будет не нужен, а значит и места для банка нужно будет меньше. Посмотрите как вас много! Заняли весь конференц-зал.

Да, пожалуй, – продолжил выступающий ровным голосом, – я в чем-то соглашусь с нашими директорами. Возможно, переезд и повысит уровень безопасности банка в глазах наших клиентов. Они будут уверены, что их капиталам больше ничего не угрожает. Они раз и навсегда перестанут сомневаться в надежности нашего банка и перестанут забирать свои вклады. И, возможно, банк будет нести гораздо меньше расходов на обеспечения безопасности банка. По сути расходов то и не будет. Возможно, – выступающий на несколько секунд замолчал, уйдя в свои мысли. Каждый из слушатели боялся нарушить тишину, все буквально забыли о необходимости дышать. По коридору, за дверью, послышалось цоканье каблуков спешащей куда-то женщины.

Но как все вы знаете, – нарушил выступающий молчание спокойным голосом, – понесенные затраты на содержание службы безопасности банка, то есть на содержание нас с вами, должны быть оправданы. Вы услышали меня? Оправданы! – вскрикнул он и его испепеляющий взгляд начал поедать слушателей. – А для особо одаренных, скажу еще понятнее – понесенные затраты банком на службу безопасности банка должны увеличивать прибыль банка, а не уменьшать ее. Вот ты, – выступающий обратился к молодому человеку, который сидел на переднем ряду, – да ты Александр. Ты согласен что затраты на нашу отдел должны увеличивать прибыль банка?

– Да, я согласен с вами, – не уверено, глотая окончание слов, вставая с места, сказал Александр, – людям нужна уверенность в том, что их деньги в нашем банке будут под надежной защитой.

– Тогда ответь мне Саша на простой вопрос. Какого хрена в последние годы расходы на службу безопасности банка растут, а количество вкладов падает гигантскими темпами?

– А мы-то тут причем? – выкрикнула девушка с третьего ряда.

– Ольга Геннадьевна, повторите свой вопрос, – злобно спросил выступающий, – и главное, обоснуй его.

– Есть масса других причин, почему количество вкладов в банке уменьшается, почему юридические лица¹⁴ бегут на обслуживание в другие банки.

– И какие же причины, Ольга Геннадьевна?

– Может наш банк предлагает невыгодные условия по вкладам по сравнению с банками-конкурентами. А может здесь высокая комиссия на обслуживания расчетных счетов юридических лиц.

– Да хрен ты угадала, – выкрикнул выступающий и дальше спокойным голосом добавил, – Ольга Геннадьевна!.. Запомните, сегодня имеется только одна причина, только одна, – он смотрел на испуганную Ольгу Геннадьевну, – клиенты считают, что банда грабителей банков наведается и в наш банк, а мы с этим ничего сделать не сможем. Вот они и закрывают вклады, забирают наличные, перестают у нас обслуживаться, уходят в другие, более надежные банки. Это понятно вам?

– Да, я поняла, – еле слышно прошептала Ольга Геннадьевна, виновато опустив глаза в пол.

Выступающий с хрустом скомкал исписанный лист бумаги, что-то приговаривая про себя. Никто из слушателей не слышал, что он говорит, но по его губам было видно, что он что-то нашептывает бумажному комку, при этом его усы совершали волнообразное движение. Затем он швырнул маленький комок в мусорное ведро, которое стояло в одиннадцати метрах от него, рядом с зеленым деревом, похожим на папоротник. Комок попал в макушку дерева и, как водяная капля, спадал вниз, ударяясь о каждую ветку.

– (Друзья, на этом месте выругайтесь, как умеете. Слова «блин» или «черт» не подойдут, так как они не описывают взрывную негативную эмоцию выступающего¹⁵.) Извините, не смог удержаться. Но вы поняли смысл того, что я услышал сегодня на совещании от руководства в свой адрес. – Выступающий мужчина с аккуратно подстриженными черной бородой и усами направился к дереву. Он поднял комок и с большим размахом, будто пуляет тяжелое ядро, кинул его в мусорное ведро. – Вчерашнее ограбление банка все изменило. Если раньше мы хоть отдаленно представляли нашего врага и знали, что от него ожидать, то сейчас мы понятия не имеем, кто наш враг и какого удара ожидать от него. И главное мы не знаем, откуда придется следующий удар. Мы сильно уязвимы. Я чувсвую.

Выступающий неожиданно вытащил из своего заднего кармана телефон и прокричал:

– Да, это я! Кто звонит? Я сегодня сильно занят, совсем не до этого. Еще раз! Кто хочет видеть меня? Дмитрий Анатольевич?.. –он сразу сменил свой лидерский тон голоса, на угодливый. – Да, конечно. Когда вы заедете? Хорошо, через тринадцать минут спущусь. До встречи. – Выступающий задумчиво и с поникшей головой убрал телефон обратно в задний карман. – Я, наверное, где-то сильно нагрешил, поскольку предполагается очередная порция люлей. Но теперь уже от высокопоставленных персон – обратился он ко всем. – Итак, до конца недели наша служба безопасности банка должна разработать антикризисное решение по следующим вопросам: как не допустить ограбления нашего банка в будущем и как донести до общественности то, что мы надежнее даже самых надежных вещей. Мы должны быть надежней солнца, надежней Бога, если надо, надежней автомата Калашникова. До конца недели каждый из вас, – выступающий погрозил пальцем аудитории, – должен положить мне на стол свое видение того, как он будет решать поставленные задачи. Ваши предложения должны сильно удивить меня, даже возбудить меня, словно пышногрудая блондинка сказала мне «да». Иначе полетят ваши головы. Заметьте, – выступающий сделал паузу, осмотрел аудиторию, заглядывая каждому в глаза, – полетят ваши головы, а не моя. Всем понятны мои слова?

– Да, – в разнобой, с разной интонацией в голосе, пронеслось по залу. Поняв, что разнос окончен, сотрудники – от охранников, стоящих на въезде на территорию банка, до технарей, обеспечивающих киберзащиту начали расходиться

Каждый из них по отдельности был хорошим специалистом в своей области, своего поля ягода, способный выполнить любую задачу для своего начальника Ефима Андреевича Крыжа. Ефим является тем миксером, который из этих ягод делает тот коктейль, который будет полезным и вкусным для руководства банка и самого банка в целом. И даже если среди попавших в миксер ягод есть ягодки с гнильцой, коктейль все равно получается изумительным, а в некоторых нужных случаях – даже пьянящим. Сегодня как раз тот случай, когда руководству банка необходим пьянящий коктейль, способный успокоить самого предвзятого члена в руководстве.

После уходов Ефима с руководящих постов в руководимых им отделах всегда возникал хаос, оставались пустота и выжженная земля, как после набегов Мамая. Только он мог собрать все звенья одной цепи. Только он мог знать, какую пропорцию соблюсти, чтобы смиксовать хороший коктейль. Тот, кто понимал, что без Ефима он не ценен на предприятии, уходил вместе с ним. Так, на текущее место работы в Национальный банк вместе с Ефимом Андреевичем пришел и Тимур Рефкатович Закиров. Это было более четырех лет назад.

– Тимур, мне сейчас надо отъехать. Закончи за меня собрание. Как приеду, доложишь мне о его результатах. Может, уже сегодня будут идеи, – обратился Ефим к Тимуру, которого он всегда оставлял за место себя.

Сняв со стула черный пиджак, Ефим вышел из зала. Он спустился в холл, где его уже ожидал Константин Александрович.

– Здравствуйте, Константин, давненько не виделись, – Ефим протянул ему руку для пожатия. – Ну что едем, я готов.

От Национального банка до министерства природных ресурсов ехать было недалеко. Оба здания находились в центральной части города. С улицы Ленина, на которой находился Национальный банк, они свернули на улицу одного из генералов и прямиком, без пробок, доехали до министерства. С ветерком и включенной сиреной.

– Что это вы празднуете, у кого-то день рождения сегодня? – спросил Ефим у Константина, заметив шары у входной двери. – Надеюсь, не у Анатольевича? Я же без подарка.

– Нет, это в честь принятия закона о запрете снимать чиновников. Но ты, наверное, в курсе, – ровным голосом, очень сухо ответил Константин, открывая перед собой входную дверь. – Дмитрий Анатольевич ожидает тебя в своем кабинете. Иди за мной, я проведу тебя.

В министерском холле одиноко стоял белый резной стол с аккуратно сложенными газетами на нем. В воздухе витал слабо уловимый запах шампанского и свежих фруктов.

– Он один? – начальник службы безопасности обратился к Снежанне. – Предупреди его, что я привез Ефима.

– Здравствуйте, Дмитрий Анатольевич, – войдя в кабинет, Ефим вместе с Константином направился к столу переговоров, где их, сложа руки, уже ожидал Дмитрий Анатольевич.

– Здравствуй, Ефим Андреевич, – пожал ему руку Дмитрий Анатольевич. – Давай сразу к делу. Ефим Андреевич, как и в прошлый раз, все конфиденциально. Скоро прилетит твой наставник по системам безопасности Фергюс. К его приезду нам с тобой надо накидать функционал нужного мне устройства. Я сейчас расскажу тебе на своем языке то, что мне нужно. А ты это переведешь на ваш умный язык и составишь для Фергюса описание задуманного мной устройства.

– Хорошо. Я слушаю.

– Итак, вот какой гаджет мне нужен, – Дмитрий Анатольевич потянулся за карандашом и листком бумаги. – Когда кто-то наводит фотоаппарат на меня, – он изобразил круг, в который заключил букву «я», – даже если я на заднем фоне, гаджет автоматически должен направить яркий луч света, типа лазера, в объектив этой камеры, – он нарисовал еще один круг, на котором написал слово «камера» и соединил два этих круга линией. – Даже если на меня направлено несколько камер, гаджет должен успеть ослепить их все до единой, – Дмитрий сложил пальцы обеих рук в пистолет и делал воображаемые выстрелы в разные стороны, словно ковбой, отстреливающийся двумя револьверами от своих врагов.

– Записал, Дмитрий Анатольевич. А зачем это вам нужно? – спросил Ефим, делая заметки в своем блокноте. – Какова цель этого устройства?

– Суть в том, чтобы у всех фотографов, направляющих на меня свои объективы, получались фотографии, на которых вместо меня будет пятно от яркого света. Чтобы меня нигде не было видно.

– Хорошо, я вас понял. Без лишних вопросов. В ближайшее время подготовлю подробное задание для Фергюса и отправлю его вам. Чем-то еще могу быть полезен вам, Дмитрий Анатольевич? – закончив делать записи, Ефим поднял голову и устремил свой взгляд на Дмитрия Анатольевича.

– Постарайся сделать все до конца недели.

* * *

Международный аэропорт находился в шестидесяти семи километрах от города. Дорожное полотно было очень широким и ровным. Для его укладки специально приглашали зарубежные компании с их современной техникой по укладке асфальта. Система естественного обогрева асфальтного покрытия делало его вторым по cчету ответом на загадку среди жителей: зимой и летом – одним цветом. Даже специальная трава, высаженная на обочине дороги, была зеленой во все времена года и имела собственную автоматическую систему орошения.

По краям, по всей длине полотна, были уложены солнечные панели, снабжающие электричеством систему обогрева дорожного полотна. Помимо солнечных панелей вдоль всей дороги, посередине установлены ветряные мельницы. Они вращаются от потока воздуха, исходящего от движущихся машин. Большой поток машин от аэропорта и обратно заставляет находиться эти мельницы в постоянном вращении. Вырабатываемое ими электричество поступает в общую электрическую сеть дороги. А это – система обогрева дорожного полотна, освещение дороги, подсветка дорожных знаков и светофоров. Благодаря установленному высокому, прозрачному, шумозащитному забору по всей длине дороги, в темноте ночи казалось, что от города до аэропорта проложена прозрачная аэротруба, по которой в обе стороны, словно ракеты, пролетают автомобили.

Ах да! Во время строительства этой автомагистрали все информационные агентства кричали в своих статьях “Решена экологическая проблема города: администрация уничтожила свалку использованных автопокрышек”. Все дело в том, что дорожники разорили все свалки использованных автомобильных покрышек. Такие покрышки были измельчены в крошку и добавлены в состав асфальтной смеси.

Жители города и его окрестностей были безмерно рады и горды тем, что власти направили бюджетные деньги на постройку такой дороги и позаботились о гражданах. Но период почестей быстро закончился, когда были установлены контрольно-пропускные пункты взимания платы, достаточно высокой, за проезд по этой дороге. Адские машины, так назвали жители эти пропускные пункты, стояли на всех съездах и перекрестках. Ничто не могло бесплатно заехать и съехать с нее. Система взимания платы была тоже уникальной. Она распознавала личности по лицу водителей и пассажиров и автоматически формировала электронные счета. Счета направлялись в обслуживающий водителя банк, для списания платы. А если на счете водителя не хватало денег, то счета отправлялись в банки, в которых обслуживались пассажиры и с их лицевых счетов, так же автоматически, списывались денежных средства. В случае неоплат никто не выпускался на дорогу до полного погашения задолженности. Попасть в город для многих стало несбыточной мечтой.

В это солнечное утро кортеж с несколькими представительскими машинами выехал из мраморного дома и длинной черной ракетой промчался по магистрали до съезда, ведущего на терминал «Альфа». Только в нем обслуживались частные самолеты. И как полагается, по размерам и по технологиям терминал «Альфа» гораздо превосходит терминал «Омега». В это утро на парковке терминала «Альфа» уже сформировалась очередь из отбывающих частных самолетов, различных модификаций. В воздухе чувствовался соревновательный дух между владельцами воздушных суден по роскоши, по размеру судна и даже по занимаемому месту на парковке.

Греческий бог Посейдон, спускаясь с небес, своими вилами разрезал белые облака на голубом небосводе и сел на взлетно-посадочную полосу. Прибывший самолет вырулил на зону высадки пассажиров, к телетрапу, к рукаву с теми же голубыми морскими волнами. Семья водяного магната посчитала, что будет неправильным наблюдать сразу двух богов, на самолете и на рукаве, в то время когда самолет находится на аэродроме. Бог един! – решили они и отказались изображать Посейдона на рукаве.

– Дмитрий Анатольевич, я, конечно, знаю о твоем безграничном гостеприимстве, но не предполагал, насколько оно не имеет границ! – Фергюс с распахнутыми объятиями спустился с трапа и подошел к Дмитрию Анатольевичу. – Оболденная стюардесса твоего самолета подошла ко мне на стойке регистрации и высказала мне удивительные для моего слуха слова: «Вас ожидает частный самолет Дмитрий Анатольевича». Или ты по мне сильно соскучился, или у тебя для меня есть очередное выгодное дельце?

– Зачем иметь свой парк самолетов, если я не могу отправить один из самолетов за хорошим человеком в Лондон! – ответил на плохом английском Дмитрий Анатольевич. Он обнял Фергюса и похлопал его по спине. – Надеюсь, полет прошел комфортно?

– Если бы мы летели немного дольше, тебе пришлось бы меня везти прямиком в ЗАГС вот с этой милой стюардессой, – Фергюс подмигнул идущей рядом с ним стюардессе, которая встретила его в аэропорту Хитроу. – У меня ведь был шанс, не так ли? – в этот раз Фергюс обратился непосредственно к ней, на что получил от нее немую улыбку.

– Могу дать ее номер телефона, если хочешь. Она хорошая девушка. Но только если у тебя серьезные виды на нее.

– Я думаю, мы с ней без твоей помощи разберемся, – рассмеялся Фергюс, похлопав его по плечу. – Спасибо за самолет.

Кортеж ожидал на отдельной автомобильной парковке, куда допускались только члены семьи и их гости. Фергюс и Дмитрий Анатольевич разместились на заднем сидении черного седана. Начальник службы охраны сел на привычное, переднее пассажирское, сидение. Кортеж выехал на дорогу, ведущую в город. Адские ворота предусмотрительно открылись, включился синий проблесковый маячок на первой машине. Все машины из кортежа с пробуксовкой колес сорвались с места и на полной скорости устремились в сторону мраморного загородного дома Дмитрия Анатольевича.

– Я хочу кое-что показать тебе, Фергюс, – по отдельным словам, высказанным на английском языке, с большим трудом можно было понять, что говорит Дмитрий. – У твоего изобретения есть последствия, и им даже есть название. – Дмитрий выдержал паузу. – «Выставка достижений». Так прозвали местные эти последствия.

– Звучит так, словно какое-то из моих устройств дало сбой и привело к плачевным последствиям, – Фергюс перешел на русский язык.

– Твой русский с последней нашей встречи сильно улучшился, скоро сойдешь за стопроцентного русского. Даже завидую тебе. Сам я, как ты понял, не сильно-то продвинулся в изучении английского языка. Значит, теперь нам с тобой не нужен лишний свидетель в обсуждении дел. Переводчика больше не приглашаем. Вот смотри, – Дмитрий приспустил окно, пальцем указывая вперед, на обочину.

– Что это за кладбище летательных аппаратов? – Фергюс буквально навалился на Дмитрия, высунувшись из окна посмотреть на обочину поселочной дороги. – И какое отношение ко мне имеет этот набор квадрокоптеров и дронов?

– Фергюс, считай, что это похвала твоим работам. Каждое такое устройство – это неудачная попытка пролететь над моим гнездом и сделать фотографию, – Дмитрий начал смеяться. – Только одному из них удалось пролететь над территорией, но результат – тот же: у него ничего не получилось. Его самолет снял самого себя.

– Да, размах попыток удивляет, – посмеялся Фергюс, вернувшись на свое место и поправляя галстук. – Но идея с отражающим эффектом все же принадлежит тебе, Дмитрий. Эту систему мы собрали по твоему заданию, и если честно, она пользуется хорошим спросом и у нас на земле. Думаю, ты об этом знаешь по размеру получаемых отчислений от каждого контракта.

– Да, я в курсе. Кстати спасибо, что держишь слово относительно моей доли в продаже.

– Мы же пожали друг другу руки. Ты что!

– Да, это так. Ладно. Поговорим о том, что я задумал.

– Весь во внимании, но заранее извиняюсь за мой журчащий желудок, -Фергюс погладил свой живот, – за разговорами с твоей стюард я толком не поел бортовой обед.

– А зря. Тебя на борту ждали отличные говяжьи стейки. Ну да ладно. Так получилось, сегодня у нас к столу тоже подают стейки. Потерпи немного. Тут недалеко осталось.

– Дим, давай рассказывай. По глазам же вижу, что тебе не терпится.

– Итак, задуманное мной устройство должно принадлежать только мне, без права продажи кому-либо. О нем вообще никто не должен знать, не говоря уже, чтоб кто-то им пользовался! – буквально на одном дыхании проговорил Дмитрий Анатольевич, перейдя на серьезный тон. – Тебе Ефим должен был отправить описание нового устройства. Ты в курсе?

– Да, он прислал мне техническое описание. Я его подробно изучил и готов разработать для тебя это устройство. Но у меня есть пара предложений по нему и некоторые условия… – Фергюс только было начал рассказывать, но не успел. Кортеж въехал на территорию загородного дома.

– Фергюс, размещайся в домике для гостей. Костя тебя проводит. А чуть позже прошу к нашему столу в доме. После обеда поговорим в моем кабинете, – распорядился Дмитрий и пошел к дому. Начальник охраны постоял рядом с Фергюсом, пока тот осматривал дом, затем направился к домику для гостей. Фергюс последовал за ним.

Примерно через семнадцать минут в домик Фергюса постучались. У входа стояли две девушки, одетые в черный приталенный костюм с юбкой ниже колен и в белой рубашке. На шее у каждой из них был повязан алый галстук в виде большекрылых бабочек. Между ними стояла высокая, в три яруса, алюминиевая тележка с обедом. На верхнем ярусе расположилась большая тарелка, накрытая алюминиевой крышкой в виде купола. Плотно прилегающей крышке не удалось предотвратить утечку аромата, который исходил от хорошо прожаренного на углях говяжьего стейка приправленного восточными пряностями. Если выключить звуки окружающей среды, заставить замолчать птиц, распевающих в кронах высоких деревьев, поставить на паузу течение бурной реки, тотчас можно было услышать потрескивание масла на сковородке. А если это соединить-замешать с ароматом свежесваренного кофе, тогда даже самый сытый человек в мире не смог бы удержаться от соблазна.

– Дмитрий Анатольевич просил передать вам, что он, к сожалению, не сможет пообедать с вами. Но после вашего обеда он ждет вас в домике у реки, – высокая девушка в черном обратилась к стоящему в дверях Фергюсу. – Позвоните в этот звонок, и я подойду и провожу вас, – девушка передала небольшое устройство с тремя кнопками.

– Это что, пульт от вас? – кокетливо, на русском, попытался сострить Фергюс, но по отсутствию реакции со стороны девушки и ее надменному взгляду он понял, что здесь не получится, как получалось у него в самолете со стюардессой. – Хорошо, я вас приглашу, – проговорил он на чистом английском языке.

Семь часов перелета из Лондона с поездкой до особняка, флирт со стюардессой вместо бортового обеда и голод в качестве последствия заставили Фергюса за короткое время опустошить все, что было принесено на алюминиевой тележке неприступными девушками в черном костюме. Он лег было отлежаться, но, пролежав не более трех минут резко встал, и нажал на указанную прислугой кнопочку.

– Я готов присоединиться к Дмитрию Анатольевичу в беседке. Можете меня проводить, – произнес Фергюс в устройство. Спустя короткое время к домику подошел Константин.

Домик у реки располагался прямо на выступе горы, который, как навес, выходил над рекой. Впечатление такое, что домик парит над водой, над бурлящей бездной. Проектировщики дома и дизайнеры домика постарались на славу. Они буквально поняли задание Светланы, жены Дмитрия Анатольевича, построить домик без нарушения форм природы с созданием эффекта полного присутствия. Ко всему горному выступу со всех сторон примыкали прочные и прозрачные панели, за счет чего сам выступ был значительно удлинен спереди, нависая над рекой, что создает тот самый эффект полного присутствия. Каждый прогуливающийся по стекленному полу может ощутить себя богом, парящим над водной стихией.

Как бы не старалась Светлана с благоустройством, путь в домик над рекой ей был закрыт. У нее была акрофобия¹⁶. А для Дмитрия Анатольевича это было местом уединения от хлопот, от семейного быта, от указаний своей жены, от унижений с ее стороны. Сидя на краю обрыва, рассматривая, как течет под ним могучая горная река, он очень гордился собой. Ведь он смог отстоять это здание и это место, идя наперекор желанию Светланы снести все это. Кстати, установить прозрачные толстые панели было его идеей. Зачем она на такое пошла с такой фобией не знает даже она сама.

Сегодня после встречи Фергюса, отказавшись от семейного обеда, Дмитрий Анатольевич тотчас направился к домику над обрывом. На прозрачной поверхности панелей, над самой рекой, стоял столик со стеклянной столешницей на алюминиевых тонких ножках, рядом – два черных стула. В темно-синем пиджаке, сложив ногу на ногу, на одном из стульев восседал Дмитрий Анатольевич. Аристократично держа чашку кофе в руках, он смотрел на противоположный берег. Незнающему человеку о прозрачных панелях со стороны может легко показаться, что он парит над рекой.

– Добро пожаловать на небеса! – выкрикнул Дмитрий Анатольевич завидев, как к домику подходит Фергюс в сопровождении Константина. – Фергюс, проходи сюда, если, конечно, не боишься высоты. Тут я для тебя приготовил стул, – Дмитрий Анатольевич раскрыл ему свои объятия.

– Даже если бы я боялся высоты, ни за что не упустил бы шанс парить над бурлящей рекой! – Фергюс взошел на прозрачную часть выступа и остановился на самом краю, упершись о такие же прозрачные, как пол, перила.

Дмитрий тоже подошел к перилам, облокотился на них и, склонив голову, устремился взглядом в ту точку, куда смотрел Фергюс. Река, словно высокий водопад, своим сильным и шумным потоком огибала большие валуны, а те, что поменьше, накрывала собой, словно тот или иной валун – вовсе не камень, а лишь рыбацкий поплавок, периодически уходящий под воду во время поклевки.

– Фергюс, скажу тебе сразу, что мне надо от тебя, – обратился Дмитрий Анатольевич, не отводя взгляда от реки. – Пока ты здесь, мы с тобой должны запустить разработку моего устройства по засвечиванию фотографий. И тебе нужно встретиться с директором банка «Сфера» для ревизии всех уровней безопасности, чтобы быть готовым на тот случай, если банда все же решится ограбить мой банк. Разместиться можешь здесь, у меня. Машину с водителем я выделю в твое распоряжение. Весь обслуживающий персонал и мой начальник службы безопасности Константин – к твоим услугам. Я уже распорядился.

– Да, я заметил твою озабоченность, пока мы ехали с тобой из аэропорта. Управляющий банком Тимур…

– Тахир Бариевич, – поправил его Дмитрий.

– Да. Тахир Бариевич связался со мной. Мы с ним договорились о встрече на завтра. Проведем что-то типа плановой проверки всех систем. Не переживай, Дима. Наша система безопасности безупречна, можешь быть спокоен за банк. Давай лучше обсудим твое устройство, прежде чем я запущу его в разработку. Суть мне ясна и понятна. Мы будем использовать лазерную технологию, чтобы быстро и на дальних расстояниях ослеплять камеры. Но здесь имеется один изъян.

– Ну я же не ты гений, – посмеялся Дмитрий Анатольевич, – я бы удивился если бы ты не нашел изъянов.

– Ха-ха, спасибо за комплимент. Ладно, вот смотри, – Фергюс направил свой указательный палец на край стеклянного пола. – Благодаря прозрачному полу складывается ощущение, что мы стоим в воздухе над рекой. Если нас сфотографировать с того края горы, – Фергюс указал на тропинку, лежащую вдоль обрыва и ведущую к домику, – то на фотографии будет сложно увидеть прозрачный пол. Он сольется с местностью, и его не будет видно на фотографии. Ну или этот пол будет еле заметен.

– Так, интересно, продолжай.

– Теперь мы возьмем и насыплем земли на весь этот пол, чтобы было прям с горкой, и оба встанем на эту горку, – Фергюс сделал шаг вперед, словно вставал на возвышенность. – И, если нас сфотографируют с того же края, что мы увидим на фото?

– Да, я понял, что теперь пол не будет хамелеоном. Его выдаст насыпанная земля.

– Все верно. Ты же с помощью этого устройства не хочешь появляться ни на какой, сделанной без твоего разрешения, фотографии?

– Да, это так, – Дмитрий внимательно слушал Фергюса, перемещая взгляд с воображаемого фотографа на Фергюса. – И что дальше?

– Так вот, если на такого рода фотографии будет засвеченное место, то это вызовет у людей подозрение и приведет их к необходимости делать тщательный анализ фотографии. И, поверь, существует оборудование, которое сможет собрать с засвеченного места полноценную картинку. Но, чтобы не вызывать подозрений у людей, нужно, чтобы фотография получалась как фотография с прозрачным полом, без земли. Тогда никто не будет проводить экспертизу фотографии. Ведь люди не могут сомневаться в том, что получилось на фотографии, поскольку фотоаппарат, или видеокамера, снимает то, что они видят сами в смотровом зрачке устройства. А если они заявят кому-то, что они видели одно, а на фотографии получилось другое, их примут за сумасшедших, – Фергюс покрутил у виска пальцем. – Естественно, они будут молчать.

– Думаешь, возможно сделать так, как ты сказал: слиться с местностью, как этот самый стеклянный пол? – Дмитрий постучал носком по полу. – Конечно же, я не хочу вызывать каких-либо подозрений. Можешь на понятном для меня языке коротко объяснить систему этого устройства?

– Тут все просто. Ты ведь знаешь принцип работы фотоаппарата? – Фергюс выдержал паузу и, не дождавшись ответа, продолжил: – Когда фотограф прицелился и нажал на кнопку спуска затвора, затвор на несколько микросекунд открывается, давая лучам света проникнуть на светочувствительную матрицу. Эта матрица преобразует полученный свет в электрические сигналы. И вот с этими самыми сигналами работает электронная начинка фотоаппарата. Всю информацию фотоаппарат сохраняет на карте памяти, которую мы вставляем в компьютер для просмотра фотографии или для ее дальнейшей обработки. И знаешь что? – Фергюс чуть повысил тон, заострив на этом вопросе внимание Дмитрия Анатольевича. – Мы сами можем послать на эту самую матрицу ту световую информацию, ту картинку, которую считаем нужной. Матрица примет эту картинку вместе с основной картинкой, а мозг фотоаппарата обработает их и выдаст за свои. В результате получится фото, на котором вместо тебя будет изображена посланная нами картинка.

– Хитро, очень хитро. Звучит как рабочий вариант. А какую картинку будет посылать устройство – не всякая же подойдет? – Дмитрий Анатольевич расспрашивал Фергюса со горящими глазами любопытного ребенка, перед которым открывают новогодний подарок.

– Тут тоже, на мой взгляд, все просто, – Фергюс прошелся вокруг Дмитрия Анатольевича. – Устройство будет автоматически постоянно фотографировать место вокруг тебя. И как только оно распознает, что в тебя метится чей-то объектив, сразу же подберет более подходящую картинку. Тут все зависит от угла съемки, удаленности фотографа и так далее. Это мы с технарями обсудим, прикинем и рассчитаем.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

СОБР – специальный отряд быстрого реагирования

Вернуться

2

Банковская ячейка – это металлический сейф разных размеров, который храниться в банковском хранилище под охраной, в специально оборудованном помещении. Банки сдают в аренду такие ячейки любому желающему. Наименование и перечень хранимого в ячейках имущества известно только арендующим ячейки клиентам и остается в тайне для банка и для третьих лиц. Если ячейку вскрыли и украли все ее содержимое то, в этом случае банк не вернет ее содержимое. Владелец украденного имущества может лишь надеяться на возврат украденного только в том случае, если это имущество смогут отыскать следственные органы.

Вернуться

3

Фьючерсный контракт (фьючерс) – производная ценная бумага, которая обращается только на бирже, является договором, по которому продавец обязуется поставить, а покупатель – оплатить и получить определенный в контракте товар в будущем по цене, определенной в момент заключения сделки.

Вернуться

4

Далиты или каста неприкасаемых в Индии.

Вернуться

5

Дизлайк или Dislike (англ.)– не нравится. Это кнопка, с помощью которой читатель показывает свое негативное отношение к новости. Один дизлайк = одному пользователю не нравится новость.

Вернуться

6

Лайк или Like (англ.) – нравится. Полная противоположность Дизлайку. Один лайк = одному читателю нравится новость.

Вернуться

7

Сергей Павлович Королев (1907-1966) – человек, который изменил мир. Благодаря Сергею Павловичу космос открылся для человечества.  Ученый, основоположник практической космонавтики, выдающийся конструктор и организатор работ по созданию ракетно-космической техники в СССР. Он запустил первый спутника и первого человека в космос, а именно Юрия Алексеевича Гагарина (12 апреля 1961 г.)

Вернуться

8

 «При царе Горохе» означает «очень давно». "В то давнее время, когда мир божий наполнен был лешими,

ведьмами да русалками, когда реки текли молочные, берега были кисельные, а по полям летали жареные

куропатки, в то время жил-был царь, по имени Горох" (Народные русские сказки А.Н. Афанасьева)

Вернуться

9

Недвижка, она же недвижимость – в этом случае Константин говорит о документах, удостоверяющих право собственности на одну пяти квартир и на частный дом на 757 кв.м.

Вернуться

10

Облигации на предъявителя. Если простыми словами, то владелец облигации дал в долг компании-эмитенту, которая выпустила эту облигацию. Вы, как владелец облигации, имеете право получить по ней ее номинальную стоимость (сумму которую предоставил в долг ее владелец) и процентный доход. Облигация на предъявителя – по такой облигации право на получения номинала и процентного дохода определяется наличием облигации у держателя на руках. Деньги получит тот, кто предъявит такую облигацию. В этом случае, для получения денег потребуется только сам бумажный бланк облигации.

Вернуться

11

Нал, налик, наличка, они же наличные денежные средства. Это бумажные деньги и мелкие разменные монеты.

Вернуться

12

Болид это очень яркий метеор, возникающий при попадании в слои атмосферы космического тела массой от 100 г до нескольких тонн. Болид это не только гоночный автомобиль, на котором участвуют в чемпионате Формула-1.

Вернуться

13

Карт-бланш это предоставление неограниченных возможностей – банковский счет с открытым лимитом, возможность совершать любые действия без согласования с руководством.

Вернуться

14

Юридическое лицо, простыми словами, это предприятие (компания) ведущая хозяйственную деятельность (бизнес). Для осуществления деятельности, такому предприятию необходимо иметь расчетный счет в обслуживающем банке.

Вернуться

15

Велик и могуч русский язык. Какой фразой вы заполнили бы скобки для придания эмоциональности монологу выступающего? Мат приветствуется. Прошу вас прислать эту фразу на почту rintusbober@mail.ru или в директ Инстаграмм @ashrafzyanovrinat

Вернуться

16

Акрофобия – навязчивый страх высоты

Вернуться