Красная Шляпа
Ника Мор

© Ника Мор, 2021

ISBN 978-5-0055-6447-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

ВСЕМ НА УДИВЛЕНИЕ, НАЧИНАЕМ ПРЕДСТАВЛЕНИЕ!

Часто ли вы попадаете в Другой мир? Вот! И я впервые. Открываю глаза, а напротив меня волк. Страшный, лохматый и улыбается. Закрыла глаза.

«Господи, сделай так, чтобы меня отпустило. Аминь.»

– А во что мы играем? – раздалось над ухом. – Ты же проснулась. Проснулась же?

Не, не, с галлюцинациями разговаривать нельзя. Только втянешься в диалог, все, пишите письма мелким почерком, в дурку потом можно приходить, как к себе домой, со словами – «мне как всегда, пожалуйста»…

НАЧИНАЕТ СКАЗКА СКАЗЫВАТЬСЯ. В НЕКОТОРОМ ЦАРСТВЕ, В НЕКОТОРОМ ГОСУДАРСТВЕ…

Ну, не совсем в царстве. Я из небольшого областного городка, где жизнь зиждется только потому, что уехать отсюда нереально. Градообразующий завод скорее мертв, чем жив. А жизнь вокруг него скорее теплится, чем бьет ключом. Жителей немного. Из серии, когда люди прям замечают, если в городе становится больше на одного человека. Ну и понятно, что мы все знакомы. Мне тридцать, детей нет, третий брак треснул, как патина на фальшивых яйцах Фаберже.

Не, я не расстраиваюсь. Я, собственно, не особо и обольщалась. В качестве мужа мне достался бывший Зинки. До этого бывший Нюрки. Первый муж, правда, был девственен, в плане записей гражданского состояния. Но это не мешало ему быть первым кобелем на деревне. В общем-то, он после меня был передан той же Нюрке, на воспитание. Под честное пионерское, что она сделает из него мужика.

Сделала или нет, не знаю. Но, вроде как, он резко стал капитаном дальнего плавания, и в один из дней отплыл к помойке выносить мусор и не вернулся, пришвартовав свои причиндалы еще у одной нашей подруги. Фактически, происходил круговорот мужиков в природе. Их мало, они все на строгом учете, поэтому броуновское движение неизбежно, и мы смирились.

В этом, знаете ли, есть даже своя прелесть. Мы же общаемся. Жалуемся на мужей, рассказываем, где он косячит. И вот, прибивается он к твоему бережку, ночует. Утром ты ему щетку зубную выдала и ждешь под дверью. Знаешь, что эта зараза тюбик с пастой не закрыл. А он выходит тепленький, улыбается, и ты ему в ответочку:

– Володя, етить-колотить, ты дебил, а? Ты че пасту не закрыл? Индеец недоделанный! Хочешь, чтобы я ей на лице тебе ночью боевой раскрас изобразила что ли???

После таких выходок, всех баб, от мала до стара, у нас считали ведьмами. А мы и не спорили. Чинно и благородно посещали культурно-массовые мероприятия – очередную свадьбу, зорко выглядывая мужиков, которые находились в сильном резонансе и совершали колебательные движения влево. В общем, были в миллиметре от побега на вольные хлеба.

С такого мероприятия я и возвращалась накануне. Настроение было поганейшее. Среди подруг я была одна, кто не сподобился родить кровиночку. Как итог, на мне поставили крест. За спиной перешептывались, скорбно поджимали губы и охали. Я ходила по докторам, уточняла, спрашивала, сдавала анализы, но медики только разводили руками, я была абсолютно здорова.

Посидев и погоревав, дала себе слово, в тридцать родить лапочку дочку или ангелочка сыночка. К этому времени я знала, как растить и воспитывать что угодно. Поэтому, пусть летит все к чертям, рожу для себя и все! Надо будет – буду шарашить в последнюю ночь, но своего добьюсь.

Как назло, на свадьбе не было ни одного претендента, который мог бы пройти тендер на звание достойного отца. Даже с нарушениями некоторых заявленных требований. Представленные мачо, конечно, не были слабоумными, но и доверие не вызывали. В общем, пришлось идти домой в компании с бутылкой вина, взятой в качестве компенсации за несбычу мечт.

Выдвинулась в путь, и тут мне приспичило. Идти домой не вариант. Во-первых, я давно не узнавала местность, во-вторых, минут десять уже передвигалась исключительно в горизонтальном положении. Пришлось сфокусировать взгляд, найти природу, и покатиться туда, словно я какой-то арбуз. Потом провал…

– Ай! – вскрикнула, поняв, что углубилась в воспоминания, а в это время меня кто-то тыкал веткой в бок.

– А тебя, как зовут? – спросило лохматое чудовище. Все, здравствуйте, дорогие паранойя и галлюцинация.

Я вздохнула и посмотрела на животное, надеясь, что оно увидит в моих глазах все казни Египетские и отстанет. Оно улыбнулось. Я застонала.

– Лера меня зовут. А тебя? Или я сама могу придумать? Не, давай, скажи ты. Я должна знать, как сильно поврежден мой мозг. Удиви меня. – и повернулась к чудовищу, которое нависало сверху огромной глыбой.

– А меня Изариэль. Приятно познакомиться. – и сует мне лапу. А там размер – мою голову можно в качестве набалдашника на трости использовать. Ну, вы понимаете, глюк-глюком, а подзатыльник выдаст, и все, на всю жизнь дура-дурой останешься.

– Эмммм…. Приятненько? Давай, ты Изей будешь?

– Давай.

– А мы где, Изя?

– А демон его знает.

– В смысле?

– Так меня тоже сюда затянуло случайно. Правда, лет пятьдесят назад. Теперь вот и тебя затянуло. Хоть поговорить будут с кем.

– Так, Изя. Что значит «будет с кем поговорить»? Здесь, что, кроме нас никого нет? Ты сожрал всех? И меня сожрешь?

– Здесь никого разумнее меня не было. Так, скотина всякая.

Да… Было понятно, что сегодня, практически на ровном месте, жизнь нанесла мне удар. Могла бы предупредить, между прочим. Не чужая вроде.

– Хорошо. Изя, не к ночи будет спрошено, конечно, но ты кто? Ты волк? Собака? Неведома зверушка? Есть, конечно, еще вариант зрительных глюков. Но это крайний вариант, не хочется прощаться с собственной адекватностью.

– С какой адекватностью? Ты не одна?

– Одна, соколик, одна! Ты кто, чудище лесное?

– Волк. Оборотень я.

– А страшный такой почему? Ты понимаешь, что я с трудом сдерживаюсь, чтобы не опростоволосится из-за страха?

– Чё?

– Говорю, описаюсь от страха сейчас!

– А! Так это я в боевой ипостаси.

– Нафига?

– Ну, может, ты монстр какой.

– Серьезно? Быстро поменял ипостась! Я может и малохольная, но морду отполирую на раз под бутылочный цвет, если ты меня пугать не перестанешь! – у волка отвисла челюсть и он на несколько минут задумался. Потом весь его корпус подернулся дымкой, он уменьшился и стал обычным волком. Я бы даже сказала, собакой. Да, на хаски стал похож.

– Ну, вот! Нормальная собака.

– Чтоооо???

ВСЯКОЕ ДЕЛО В МИРЕ ТВОРИТСЯ, ПРО ВСЯКОЕ В СКАЗКЕ ГОВОРИТСЯ. ЖИЛИ-БЫЛИ…

– Да, все – все, волк ты, волк. А то на нервах сейчас снова в чупакабру перекинешься. – ответила, гладя животинку между ушей.

– Я не понимаю, мне нужно обидеться? Ты обзываешься или хвалишь меня? – заглядывая мне в глаза, спросил волк.

– Конечно, хвалю, мне ссориться с собственной галлюцинацией нельзя. Кто мне экскурсию проведет? Я же верно понимаю, здесь из разумных ты, да я, да мы с тобой?

– Нууууу….

– Что ну?

– Есть еще существа за куполом.

– За каким куполом?

– За прозрачным.

– Так, не зли меня. У меня в свое время был пудель, и в плане дрессировки равных мне нет, я хуже старшины в учебке. Ферштейн?

– Аргумент. Вон за тем. – И эта образина вытянула лапы в разные стороны, а потом хаотично стала махать ими, указывая на все, кроме земли. Ну не скотина разве?

– Так… Изя, кажется мы в миге от членовредительства… Отключай режим мельницы.

– Да что не так-то? Я же говорю, купол! Он со всех сторон!

Я задумалась. Ну, да, здесь мой косяк, вопрос задан некорректно. Требовались разъяснения.

– В какой стороне, цивилизация за куполом, ближе всего к нам?

– В этой! – волк встал, прошел пару метров и у перся мордой в прозрачную преграду. – Видишь её? Я могу задом прижаться, там шерсти много, видно, где она смялась.

– Не надо задом, достаточно и этой демонстрации. А кто у нас за куполом живет?

Изя плюхнулся на попу и стал размышлять вслух.

– Ну, я видел, как дракон прилетал. Потом мужик с рогами приходил, наверное, демон. Какие-то смазливые парни с заостренными ушами, зуб даю, эльфы, не иначе. Ну, и так, по мелочи, люди разные, гномы.

– А что ты тогда здесь сидишь? Почему не выходишь?

– Так я не знаю, как. Снаружи существа пытались что-то сделать. Приходили, в купол всякие заклинания бросали, клинками рубили его, замораживали, огнем жгли – ничего. Но уже лет десять никто не приходит. Скучно стало. – и глазки грустные, слезинка в них застыла. Красота ж ты моя! Села рядом, стала наглаживать, уверяя, что все изменится, и скучать теперь ему не придется. Изя млел, подставлял пузо, вывалив язык и слегка помахивая хвостом.

– Изя, а дом у тебя есть? Очень кушать хочется.

– Конечно, есть! Что я, шавка помойная что ли? Пошли за мной! – и он весело потрусил в лес.

Самое странное, что я не понимала, как относится к происходящим событиям. Был вариант, что я либо упилась до дурдома, либо мне в бандитской разборке прострелили мозг и я в коме. Да, у нас была своя мафия, в лице деда Семена с двустволкой. Он крышевал бабку Анфису, которая гнала самогон и за услуги этого престарелого бодигарда сия уважаемая дама рассчитывалась исключительно натуральным хозяйством, в общем, самогонкой его снабжала. Поэтому, молодым и пьяным он чувствовал себя круглосуточно. Мог и шмальнуть, в процессе флирта.

Но, опять же, все так… реально. Можно потрогать, понюхать. Увидеть, само собой. Нужно срочно напрячь мозг, наверняка где-то в фильмах говорили, как понять, в реальности ты или в фантазиях. Минут через пять блуждания «в чертогах разума», я вспомнила аж два способа: пересчитать пальцы, их должно быть пять на каждой конечности и попробовать что-то прочитать. Посмотрела на руки и пересчитала пальцы – по пять на каждой. Уже гуд.

– Так, Изя, привал! У меня срочное дело образовалось. – села на траву, сняла мокасины и пересчитала пальцы на ногах. Все норм, по пять пальцев на каждой ноге. —Изя, скажи, волки у нас грамоте обучены?

– Естественно! – ответил четвероногий, и выкатил грудь колесом.

– А письму?

– Обижаете, девушка!

– А как ты пишешь? Зубами что ли?

В этот момент Изя снова утонул в дымке, и на его месте появился высокий, стройный молодой мужчина. Меня парализовало. Гормоны устроили бразильский карнавал, отплясывая фламенко на сердечной мышце, захватив при этом власть над мозгом, и активно вырабатывая новую яйцеклетку.

– Что написать? – спросила будущая жертва насилия.

– Амммм… А ты женат? – не, ну понятно, мозг не функционирует. На ком он тут женится? На белке? На каморах? С куполом распишется?

Изя нашел палку, выдрал траву, и на земле стал выводить «А ты женат?». Огосподи, хорошенький-то какой! Спасибо тебе, боженька! Не женат, не пуган и никакой конкуренции! Ну и что, что он иногда собака, а иногда вообще страхолюдина! Просто не буду бесить его! Делов – то!!!

Дописав текст, довольный собой мужчина повернулся ко мне и изменился в лице.

– Ух ты ж, Лера! Ты сильно, видимо, есть хочешь! Вон, весь подбородок в слюнях, и на землю капает. Хочешь, я донесу тебя? – спросил эталон мужского тестостерона.

Дурачок! Конечно же, хочу! Кто ж из женщин на ручки не хочет, нет таких дур!

– Неси! – я томно и великодушно согласилась на щедрое предложение, в надежде еще и пощупать привалившее мне счастье.

– Слушай, Изя, а годиков тебе сколько?

– Мне ровно сто лет! – не без гордости ответил мужчина.

– … И тут возникают вопросы. Либо ты хорошо сохранился, либо длительность твоей жизни сильно больше моей. – округлив глаза, обратилась к мужчине.

– Я вроде не портился. А живем мы около трехсот лет. Если не убьют раньше.

– К вопросу убийства вернемся позже, у меня мозг не может обрабатывать больше одной операции.

– А что он сейчас обрабатывает?

– Расчеты производит. Хочу понять, светит ли мне статья за совращение несовершеннолетних.

На лице моего Супермена появилась благоговейное выражение, и он понес мою тушку с должным пиететом. Нежно прижимая к груди.

Ну, допустим, у нас мужики живут, в среднем, лет до шестидесяти. Делим триста на шестьдесят, получаем пять лет. Сто делим на пять, получаем двадцать лет. Молод, конечно. Грустно, местами трагически.

Пока шла и активно пользовалась серым веществом, не заметила, как инстинкты взяли верх. Не знаю, до куда дошарила руками, в чувства меня привел скрежет зубов местного секс символа.

– Ты что? Болит что-то? – испуганно спросила мужчину. Он же только в руки мне попал, а я уже сломать его успела.

– Нет, не болит. Пока… – и лицо такое красное, точно давление скакнуло.

– Так, ставь меня на землю, ногами пойду. Чай не баре, не переломимся на своих двоих топать. Далеко ли нам до дома, хозяин?

– Пришли уже.

– И где наш замок?

– Какой замок? Тебе замок нужен? – и паника прям на лице, бровки нахмурил, побледнел, ручки о штанишки трет.

– Шутю я, я ж не прынцэсса. Мы люди простые. Так, где?

– Вон, под деревом.

И тут наступил эпик фэйл… Потому что под деревом стоял покосившийся шалаш. Я, конечно, дама без претензий, но не настолько же!

– Боюсь спросить, что у нас на обед. Питательный бульон из воды и ноги мухи?

Мой герой покраснел еще сильнее, и стал вглядываться вдаль.

– Я сейчас на охоту пойду и дичь принесу. Потом на костре приготовим. – Перекинулся в волка, и умчался в лес.

Дааааа. Детский сад, штаны на лямках. К такому жизнь меня не готовила. Нужно что-то делать. Идеальный вариант – выбраться отсюда. А то, как плотник и строитель Изя страшная бездарность, а прожить до старости в куче палок мне не улыбается…

Зашла на коленях в шалаш. Ну, что сказать. Все, как ожидала: палки, сено, сверху, вместо лампы, висят красные семейные трусы. Ну, кстати, правильная вещь. У меня дома на люстре тоже висели красные ажурные – абажурные трусы. Ну, вы понимаете, из достоверных источников известно, что они прям притягивают денежный дождь. Так это или нет – не знаю, за весь период висения моих люстрированных трусов на халяву мне достались только сто рублей, обнаруженных во время генеральной уборки.

Отметив для себя, что мой новый дом нифига не пятизвездочный отель на Мальдивах, решила, что утром пойдем шатать купол.

Звезда моя вернулась с тушкой кого-то только что освежеванного. Я демонстративно тошнилась в кустах остатками вчерашнего банкета. Изя верно понял посыл и следующая презентация ужина происходила уже в готовом виде.

Ночью оборотня обесчестила. Да… Падшая я женщина…

Изя после всего случившегося молчал. Минут десять, наверное, молчал. Потом вышел прогуляться. Через час вернулся, обнял меня и засопел. Ну, может и не сильно его контузило, от моего напора то.

СКОРО СКАЗКА СКАЗЫВАЕТСЯ, ДА НЕСКОРО ДЕЛО ДЕЛАЕТСЯ

Утром проснулась от легкого покалывания во всех конечностях. Знаете, когда отлежал руку/ногу и эта часть тела прикидывается дохлой змеей, отказывая подчиняться законам физики. В принципе, в моем возрасте это случалось с завидной регулярностью: встала с кровати – в глазах потемнело, встала в ванной – личный салют просмотрела, уснула пьяная и не двигалась – частичный паралич и шрам на пол лица от подушки. Но вот чтобы прямо все отростки организма потеряли чувствительность – это впервые. Открыла глаза и поняла, что лежу сверху на Изи. Он, конечно, не пуховая перина, но все лучше, чем палки и солома. Солому потом еще весь день из трусов выковыривать.

Пока лежала, чувствовала себя рептилией, греющейся на глыбе мышц. Хорошо! Ну, прям, как комар на динозавре! Но, счастье должно выдаваться дозированно, а то я сразу буду просыпаться немного сумасшедшей, и в организме кольнуло.

Потом природа взяла свое и настоятельно требовала собрать себя в кучу, да отнести в ближайшие кусты, в сторону лесного клозета. Хорошее место, кстати. Лопухи рядом, цветы благоухают круглосуточно. Сиди себе спокойно, мух отгоняй. А вид-то какой!

Перво-наперво, после пробуждения, решила восстановить тонус. Начать пришлось с малого – с растяжки. Растянула пальцы. Так, пару раз согнула – разогнула. Все, закусилась, понеслась к олимпийским рекордам! Оперлась на руки и приподняла свою тушка над торсом личного Аполлона. И тут Изя дернулся и вскочил. Я приложилась челюстью в ребра своего ненаглядного, прикусила язык и безвольной тушкой скатилась в угол нашего пентхауса.

– Дратути! – поздоровалась из угла.

– Лера! Не убилась? Жива? Меня обожгло что-то, я не сразу сообразил, что ты сверху лежишь. —меня выковыряли из западни и подняли.

Я взглянула на мужчину и потеряла дар речи. На животе Изи, ну, там, где вот эти волшебные кубики пресса на пузике, виднелись два красных отпечатка ладони. Смею предположить, что моих, что в общем- то нелогично, поскольку я нифига не утюг. Но ведь и других баб с ладошками и утюгами здесь тоже нет. Что за…????

– Ты куда так рано собралась??

– А куда, по-твоему, утром собирается свежеподнятый человек?

– Ну…

– Изя, скажи, у тебя ничего не болит?

– Нет.

– А горчичники себе ты не ставил?

– А что это?

– Ничего, забудь

Тараканы в моей голове самозабвенно вихляли задом в озорной ламбаде, пили Дон Периньон и праздновали победу! Свершилось! Я не просто попаданка! Я везучая попаданка! Я попаданка горчичник! Меня можно прикладывать к телу, банке, сковородке! Не задастся карьера ведьмы, устроюсь термоподом!

– Лера, ты что молчишь? Ударилась?

– Изя, здесь есть врачи?

– Лекари? Должны быть. Но за куполом.

– Нам нужно туда.

– Может не надо?

– Надо, Изя, надо. Седлай коней.

– Нет у нас коней. На мне можешь поехать.

– Вариант. Седлай собак.

– Лера!

– Пардон, мусью! Седлай волков!

Изя скрипнул зубами и сообщил, что пойдет собираться. Что он там собрался с собой тащить? Мешок сена? Палки-копалки? Он же не думает, что мы двинемся пирамидкой: он – я – вязанка хвороста?

– Лишнее не бери, на месте все есть, чего нет – купим! – проорала в спину удаляющегося оборотня.

Собрался мой попутчик через час. Поклажи аж целых два узла. В одном из них лежал НЗ из только что пойманной животинки.

– На кой? – спросила у мужчины.

– На обед! – довольно ответил Изя.

Я тяжело вздохнула, и решала, что буду думать только в позитивном русле. Изя не контуженный на всю голову, он просто переживательный.

И мы тронулись в путь. Ну, как тронулись… Изя понесся из пункта А в пункт Б, пытаясь преодолеть это расстояние максимально быстро. Опыта частных перевозок в Яндекс такси у него не было, поэтому о клиенте он забыл мгновенно, прямо в первом прыжке и забыл. Скакал в свое удовольствие, как горный козел, перепрыгивая деревья, ямы и прочий строительный мусор в лесу.

Добравшись до купола, он остановился и замер. Поди, пытался вспомнить, болезный, зачем его нелегкая сюда притащила. Сел на попу. Я в это время отстыковалась от спины волка и рухнула ровнёхонько на обратную часть своего тела, то есть, на спину. Лежала в позе эмбриона, со скрюченными руками и ногами, застывшими от напряжения.

Распласталась, небом любуюсь. Часть волос на моей головушке вырвана и гордо реет где-то в лесу, на ветках деревьев, лицо все в царапинах, как у недобитого индейца, зубы, кажется, покрылись мелкими трещинами, как на старом фарфоре. В общем, в хоррарах можно сниматься в своем, без грима. Эххх… Мне бы только сил набраться, чтобы встать и выдать поджопник своей зазнобе.

– Прибыли! – радостно сообщил мужчина.

Балллииинн… А я-то ведь и не заметила…

В общем, посмотрела на волка так, что он испарился с горизонта в ближайшие кусты. Минут через пять кряхтя встала и осмотрелась.

– Где ты, тело космическое? Чтоб тебя метеорит таким же нагрузкам подверг. – обратилась к кустам.

– Злишься? – уточнили кусты.

– Иди сюда, ссыкло! Будем что-то с куполом решать.

Из кустов вынесся радостный волк и прижался задом к прозрачной преграде. Ох уж эти его демонстрации купола… Надеюсь, тем, кто был снаружи, он не демонстрировал бесконечно свои ягодичные мышцы. А то можно и не выходить. Нас сразу повяжут за развратные действия и неуважение к власти.

– Изи, отойди от купола, я поняла, где он. Шарахнет еще.

– Ты думаешь я дурак что ли? – спросил волк и стал пятиться вбок, так и прижимая зад к преграде. И тут его звездануло чем-то так, что от шерсти пошел запах паленого и заструилась тонкая дымка.

– А я смотрю, ты себе шанс прямо оставляешь, да?

Но самое примечательное не в этом. Изи слегка покачнулся и выпал за пределы купола. Внутри у меня все оборвалось… А как же я??? Я же одна здесь вообще пропаду, с таким-то комфортом и лишениями!

– Изяяяяяя! – Заорала и бросилась к контуженному волку.

И только я переступила через край купола, он восстановился и вокруг стали появляться всполохи. За шкирку дотащила раненного в зад красноармейца в ближайший окоп-овраг. Из всполохов стали появляться вооруженные люди и настороженно озираться. Я заняла стратегическую позицию и стала наблюдать из засады.

– Шэм эта меня прилошило? – спросил пришедший в себя Изя. – О! Люди!

И эта обнаглевшая орясина чуть не спалила контору, ломанувшись в сторону местного ОМОНа. Пришлось выдать звездюлей и вернуть на место.

– Ты же сама хотела к лекарю! – шепотом пытался вразумить меня волк.

– Хотела. А что, ты здесь кого-то с набором первой медицинской помощи видишь?

– Нет.

– И я не вижу. И цветов не вижу. И не думаю, что сабельками и луками они нас одарить хотят.

– Может спросим у них, чё хотят? Что они плохого могут сделать? – робко спросил Изя.

– Могут сдать в зоопарк или пустить на опыты. Хочешь в зоопарк?

– Нет.

– И я на опыты не хочу.

В общем, мы лежали в кустах, наблюдая, как вокруг купола носятся вооруженные существа, не понимая, что произошло. Было эпично! Купол рубили клинками, жгли, поливали водой, ядами. Купол, в свою очередь, слал клуб этих юных мечников и отравителей в глубины половой анатомии.

– Да… Планета непуганых идиотов. Интересно, наверное, будет.

В общем, не дождались мы с Изей окончания этого блокбастера, кто победил – непонятно. Нас сморил сон, и окончание этого остросюжетного фильма мы досматривали в глубоком забытье.

Утром проснулись в отличном расположении духа. Нас ждали приключения и новый, волшебный мир.

НЕ НАДО ПОКУПАТЬ НИ ДРОВ, НИ ЛУЧИНЫ; ЖИВУ СЕБЕ БЕЗ КРУЧИНЫ

– Слушай, Изя, нам нужна легенда. – сообщила волку, пока он готовил палочки разной длинны.

Зачем палочки? Ну, как… Куда идти мы не знали, да нам, собственно, было фиолетово, куда направить свои ноженьки. Поэтому, так сказать, для чистоты эксперимента решили бросить жребий. Я загадала для каждой палки свое направление, Изя вытянет одну, и мы отправимся в путь.

– Какую легенду?

– Ну, как какую. Мы же не местные, обычаев-законов не знаем, одеты странно, вычислят нас мгновенно.

– И что потом?

– И потом останется от нас только инопланетная оболочка.

– Да, ну… Не может быть! Или может?

– Может, Изя, может! Давай, придумаем, кто мы и откуда.

– Брат с сестрой? Из чащи? Из глухого леса?

– Вариант. Только на брата с сестрой мы не тянем. Мы не похожи, и ты волк. Я же тоже должна быть волком, верно?

– Не обязательно. Ты можешь быть ущербной сестрой.

– Изя, еще раз захочешь сделать меня ущербной, реакция моя будет похожа на стихийное бедствие и приведет к катастрофическим изменениям в твоем организме.

– Не понял.

– Руки с ногами выдерну и местами поменяю. – Изя открыл рот, потом закрыл.

– Я же придумываю нам легенду. – обиженно проговорил мужчина.

– Ты придумываешь нам туманное прошлое, а не легенду. Так… Запоминай. Мы с тобой оба когда-то жили неподалеку, потом вместе пошли в лес и заблудились. С тех пор живем одни, грамоте не учены, законов не знаем, ходим в чем попало.

– А чем твоя версия отличается от моей? Кроме родственных отношений, конечно.

– Изя, не беси меня. В моей версии больше подробностей. И хватит разговаривать, пора отправляться в путь. Ща, подожди, я только найду что-то вроде уздечки.

– Для кого?

– Ясен-красен, для себя. Буду периодически за вожжи дергать и орать – «стопэ Лерка, не в ту сторону тебя несет».

– Ты лошадь?

– Изя, ты сейчас резко перестанешь быть симметричным мужчиной.

– Почему?

– Потому. Непонятливый мой. Уздечка для тебя. Я не выдержу, если ты вновь забудешь про меня и начнёшь носиться по лесу, как подстреленный горный козел.

– А что не так-то?

– То, яхонтовый мой! У меня раньше коленки дрожали от волнения, а сейчас что? Сейчас от езды на тебе.

В общем, на уздечку Изя не согласился, но дал честное пионерское, что будет везти меня, как хрустальную вазу. Поверила на слово. Но обещала, что если гравитацией меня выкинет к едрене фене с его спины, и шибанет о любой твердый предмет, я найду его из-под земли, через передачу «Жди меня» вычислю, и завяжу таким кренделем, что чемпион по развязыванию морских узлов не поможет. В общем, волк впечатлился, и мы медленно двинулись в путь.

Едем мы, значит, никого не трогаем. Нашли дорогу какую-то, решили дальше двигаться по ней, она точно в поселение приведет.

– Лера!

– А?

– А за что ты меня так сразу полюбила?

– С чего ты взял?

– Ну, у нас же с тобой любовь, контакт был, может, даже, волчата будут. Это же ты меня, получается, сразу, как увидела – полюбила. Да? У тебя был парень до меня?

Начинается. У нас разница в возрасте десять лет, конечно, был. У меня был не просто парень, у меня было аж ТРИ мужа. Что ты хочешь, чтобы я тебе ответила? «У меня был только ты и еще один достопочтенный рыцарь?».

– Был. Но ты лучше. И вообще, я не хочу больше ничего вспоминать. У меня другая жизнь, с чистого лица.

Изя попытался еще что-то спросить, но тут, навстречу нам, из-за поворота, выехал небольшой конный отряд. Ёперный театр, кажись настал наш звездный час…

– Стоять. Кто такие, куда едете? – спросил первый всадник. Командир, наверное.

Вообще, я аборигенов видела только на расстоянии и увиденное вблизи мне очень-очень понравилось. Все статные, фигуристые богатыри с тонкими, красивыми чертами лицами. Это вам не эконом класс, это лакшери.

Один из них, я поняла по ушам, эльф. Два похожи на людей. И еще один был с красной кожей и небольшими рожками. И цвет кожного покрова, знаете, ну такой, как загар у креветки. Демон, поди.

– Мы из Тмутаракани, неграмотные, необученные и почти голые! В лес пошли, потерялись, живем одни! – радостно ответил Изя. Я мысленно хлопнула себя по лбу. У всех мужики, как мужики, а у меня бракованный сказочник.

– Хм… Допустим. Но если вы родились в поселении, и заблудились тогда, когда умели ходить, то на вас должны были поставить магический знак с именем и положением в обществе. Но я не вижу и не ощущаю никаких магических символов на ваших телах.

Ё-моё, мушкетеры недоделанные… Не могли мимо проехать что ли? С нашей стороны прокол, конечно. Но откуда мы могли знать, что у них здесь не паспорта, а татуировка магическая?

– Так, че с нас взять-то? Мы ж, почитай, когда с тятькой, да мамкой жили, в деревне не больше трех дворов было. До ближайшего поселения три дня пути. О нас, поди, лет сто, еще тогда, никто не вспоминал. Какие уж тут магические знаки, господа хорошие? Мы ж и лекаря-то никода не видели! – ответила на вопрос мужчины, они сузили глазенки. Такая, собака подозревака из каждого получилась.

– Следуйте за нами в отделение правопорядка. Там разберутся, откуда вы и куда вас определить.

Пришлось плестись за отрядом, шансы на удачный побег были минимальными. Всадники были вооружены и наверняка хорошо обучены.

– Лера, у нас все хорошо? Мы сейчас куда движемся? Где окажемся?

– Где, где… В беде мы окажемся. В заложниках у обстоятельств.

– Может сбежим? Я их пугану.

– И что мы будем делать? Всю жизнь под кустом, в комарах сидеть? Нет, не нужно ни сбегать, ни пугать. Глупо было бы расстаться с нашими визави сейчас. Может мы сможем еще что-то узнать, или нас смогут легализовать.

Добрались до цивилизации только через два часа. Ехали медленно, бережно. Все, как я хотела. Не рассчитала я только, что мои нижние конечности никогда не находились так долго в положении неполного шпагата. В течение всего пути полежала на волке вдоль, поперек, наискосок. К концу пути повисла безвольной тряпочкой.

– Странно. Вы говорите, что в лесу вдвоем жили? – обратился ко мне эльф.

– Ага.

– Но вы такая слабая. Вы же рано остались одни, должны были много ходить, охотится.

– А мужик мне на что?

– Тогда хотя бы ходить. Вы же в лес ходили? За травами, за грибами, за ягодами.

– А то, конечно. И за грибами, и за ягодами, и зимой за подснежниками на лыжах. Вот так, бывало, встану в лыжах посреди комнаты и представляю, как шарашу в снег и пургу за цветами. – эльф отъехал задумчивый.

Ближе к городу смотрю, все ближе и ближе ко мне подбирается креветка из состава нашего конвоя. Причем, старается делать это незаметно. Ну или он думает, что незаметно.

– Как зовут тебя, богиня? – спросил демон-креветка, подобравшись максимально близко к нам.

– Лера. – ответила и затрепетала ресничками.

– Лера, хочешь скрашивать мне ночи?

И вот тут я врубила жесткого аутиста. Ко мне просто ни разу не обращались с таким предложением в лоб малознакомые мужчины. Намеки были, конечно. Но так – « Подь сюды. Хочешь большой, но чистой любви? Тогда приходи, как стемнеет, на сеновал» – это впервые. Я даже не знаю, повысило это предложение мои активы или понизило? Хотелось, конечно, ответить в унисон – «А морда не треснет?», ну или что-то про кузнеца, но тогда конспирация полетит к едрене фене.

– Идите с богом, болезный. – ответила, улыбаясь всеми сохранившимися в моем возрасте зубами. Демон сдвинул бровки к переносице, выпустил дымок из ноздрей, стеганул свою коняшку и умчался в даль.

Доехали мы, наконец, до поселения и повели нас в эти самые органы, которые должны были нас чипировать и определить дальнейшую судьбу. Сидим в коридоре. Ждем. Нас маринуют. То ли ждут, когда мы явку с повинной напишем, то ли ждут, когда Бобик сдохнет. Хотелось поймать главного в этом лепрозории, прижать к стене и с чувством произнести – «да горите вы все в аду». Но, к моей печали, старший в этом доме скорби никак не идентифицировался.

Через два часа, когда мои флюиды ненависти к окружающим заполнили все свободное пространство, нас повели на аудиенцию в кабинет местного авторитета. Зайдя, увидели мужчину, лет тридцати, с пронзительными синими глазами и черными волосами, собранными кожаным шнурком в высокий хвост.

– Добрый день. Прошу прощения, что вам пришлось ждать, у меня были срочные дела.

Изи начал говорить о том, что не произошло ничего страшного и мы с удовольствием составили компанию всем преступникам, которых проводили мимо. Я мужественно молчала. Просто боялась, что могу невзначай продемонстрировать широту русского языка.

Пока мужчины разговаривали, я чувствовала себя неуютно. Было ощущение, что по мне ползает тысячу мелких насекомых. Я даже пару раз оттягивала ворот футболки и заглядывала внутрь, чтобы убедиться, что по мне не марширует полчище муравьев/мух/пауков/тараканов.

– Делион, что скажешь? – отвлекся наш пленитель и посмотрел в дальний, темный угол. Оттуда вышел высокий худощавый блондин с бордовыми зрачками, торчащими клыками и светлой, можно сказать алебастровой, кожей. Грёбаный ёж! Это же вампир!

– У юноши точно ликантропия, а вот у девушки источник только проснулся, и я плохо вижу, что это будет. Меток действительно нет. Нужно обучать, заложен хороший потенциал. Молодого человека отправить к драконам. Девушку в мою академию.

– Не понял. Вы хотите нас разделить? – срывающимся голосом спросил Изя и уставился на этот экспонат анатомички. Я тоже сверлила дыры в незнакомце.

– Да. – ответила эта протоплазма.

ВОТ ТЕБЕ СКАЗКА, А МНЕ БУБЛИКОВ ВЯЗКА

В смысле разделить? Я русская женщина! Я в ответе за того, кого совратила. Прижала голову Изи к груди и посмотрела с возмущением на вампира. У того, в свою очередь, вытянулось лицо.

– Нас нельзя разделять! – заявила вампиру.

– Позвольте, но трансформации обучают только у драконов. Видите ли, у вашего друга, скорее всего, проснулась только одна ипостась. А в природе оборотней заложен генетический код нескольких животных, та сущность, которая проснулась на сегодня доминирующая, но могут быть и другие. Сам он их разбудить не сможет.

Я отодрала голову Изи от груди и посмотрела в глаза мужчине. Кто там еще может быть? Тушканчик? Ихтиозавр? Нужно ли будить его многочисленные эго?

– Ну, я не знаю… Изи, ты знаешь, что в тебе может зародиться еще несколько жизней? – спросила у волка.

– Ипостасей. – поправил меня вампир. – Формально, личность у них у всех одна. Есть, конечно, особенности характера животных, которые отразятся на вашем друге. Но, в принципе, он останется прежним.

– Нет, я не знал. Это правда? – и Изи с детским восторгом посмотрел на кровососа.

– Зачем мне врать? – хитрый гад. Ни да, ни нет не сказал. – И вы можете пойти в академию драконов на один год, потом перевестись к вашей подруге и продолжить обучение в академии, возглавлять которую имеет честь ваш покорный слуга.

– Кто бы это мог быть? – спросила я. Не, я поняла, что он это про себя. Просто дико хотелось бесить его. Мне с волком переспать пришлось, чтобы он на меня с таким благоговением смотрел, а этот, ландыш серебристый, зоопарк пообещал и герой!

– Ну или можете остаться у драконов, закончить обучение там, если понравится. – проигнорировав мой вопрос, продолжил вампир.

Ах ты ж, едрёна вошь! Это он, что, пренебрег моим вопросом? А вот хрен ему на весь макияж! Никуда Изя не пойдет!

– А с чего вы решили, что мы собираемся по этим вашим академиям шастать?

Тем более, что Изи уже оборотень, а во мне, скорее всего, только дополнительный нагревательный элемент и никакой магии.

– С того, что, если вы не пройдете обучение, где вас научат управлению ипостасями и магией, вас со 100% уверенностью лишат и того, и другого. Чтобы вы и сами не убились, и других не покалечили.

В этом месте Изя побледнел и слегка качнулся. Так… Понятно, загнали нас, ироды, в угол. Я потянула Изи подальше от представителей власти.

– Что будем делать? – спросила, глядя на поникшего мужчину.

– Не знаю. Но я с волком живу столько, сколько себя помню.

– Мнда… Тогда вариантов нет, нужно идти в эти их академии. – не стала говорить, что меня, скорее всего, выпрут из учебного заведения в первый же день, поскольку ничего сверхмагического во мне нет и взяться неоткуда. Но я-то, пожалуй, выкручусь. Работы не боюсь, руки-ноги при мне. Лишь бы волка не мучали и не пытали.

– Хорошо, мы согласны. Что нужно делать? – спросила, развернувшись к вампиру.

– Ничего. Я отправил вестника ректору академии драконов. Он прибудет с минуту на минуту. Изи отправится с ним, вы со мной.

Не успел вампир закончить предложение, комнату озарила вспышка и нас стало больше на одно существо. Прям близко ко мне стало больше на одно существо.

Чтоб вы понимали, в паре сантиметров от меня стояла глыба. Метра два в высоту, метра полтора в ширину. Моя грудь уперлась этому бодибилдеру ровно в район пупка. Я вспотела, представив, чтобы было, будь он выше сантиметров на десять-пятнадцать.

– Где мой рекрут? – зычным голосом спросил дракон и сделал шаг вперед.

Не, ну я понимаю, что я невысокая, стою близко, в угол зрения не попала, но ты, твою мать, хоть под ноги смотри, когда направление для движения выбираешь!

В общем, запнулся он об меня, и мы стали падать общей композицией. Я, со злобно поджатыми губами, и он, с выражением крайнего удивления на лице. Мне б, конечно, по-хорошему нужно заорать – «Караул! Спасите-помогите! Хулиганы чести лишают! Выполните свой гражданский долг, уберите этот туристический автобус с меня, а то я не переживу, если он меня переедет!». Но, заорать я не успела. Вес дракона, видимо, придал нам ускорение, и мы через мгновение оказались на полу. И ладно бы я сверху…

Дракон-то через секунду вскочил, но было уже поздно. Меня под ним смяло в какую-то неведомую загогулину. Я была размазана и выжата, как белье после стиральной машины с функцией сушки. Хотелось найти кроватку и там разглаживать себя, и сращивать все, на чем потопталась эта машина для убийств.

– Только не говорите, что это мой рекрут. – раздалось сверху.

Вот ты хвост поросячий, сам меня попортил, а сейчас, видите ли, я его не устраиваю в качестве рекрута. Я развернула глаза в сторону своего убивцы и постаралась его препарировать взглядом.

– Да, нет. Вон твой рекрут. А ЭТО мне достанется. – ответил вампир.

– Делион! Удачи тебе! Что-то мне подсказывает, что все будет непросто. Рекрут за мной.

– Но как же Лера? Я должен остаться и помочь ей! – ответил ему Изи.

– А ты лекарь? – уточнил дракон.

– Нет. – ответил оборотень.

– Ну, тогда пусть ей лучше вампир поможет. У него целый факультет лекарей. Давай, пошевеливайся. У меня еще дела есть.

Сверкнула вспышка и мужчины пропали. Рядом со мной присел на корточки Делион.

– Да, действительно, придется через лечебницу в академию зачислять.

Он аккуратно взял меня на руки и вошел в сполох света.

Если честно, я не скажу, чтоб прямо умирала от нанесенных травм. Да, что-то в спине потянула, пару синяков заработала. Но не смертельно. Вот, я как-то пьяная на не чищенном крыльце нашей пятиэтажки поскользнулась и потом метров десять катилась под горку, встречая разными частями тела малые архитектурные формы во дворе, тогда, да, тогда было страшно. И в плане болезненных ощущений, и в зеркале. А здесь – ерунда. Но на душе была хмарь и тоска, поэтому на ручках я чувствовала себя не такой несчастной и одинокой.

– Очень больно? – спросил мужчина.

– Нет.

– Тогда сами пойдете?

– Нет.

– Но я вас несу потому, что думал, что вам плохо. Вам не совестно?

– Нет. Я настойчиво борюсь со своей совестью.

– Понятно. К лекарю нужно?

– Это бесплатно?

– Да.

– Естественно нужно. – вампир остановился, внимательно оглядел меня, хмыкнул и понес к красивому белоснежному зданию. А я думала о том, что прямо сейчас срочно нужно успеть пройти профосмотр. Неизвестно, когда в следующий раз мне будут доступны услуги лекаря.

Внутри лечебницы все было белое, чистенькое, стерильненькое и пахло травами. У меня аж в глазах рябить стало и в носу чесаться. Ректор занес меня в комнату, видимо смотровой кабинет, и посадил на стул.

– Я сейчас проверю, кто дежурный лекарь и приглашу его. – сообщил он, разворачиваясь к дверям.

– Меня же не студент смотреть будет?

– Студент?

– Ну, не ученик академии?

– Не адепт? Может и ученик осмотрит, если он дежурит. С четвертого курса адепты лекарского дела занимаются врачеванием под присмотром дипломированных лекарей. Но что-то простое они делают и самостоятельно. Не думаю, что у вас что-то сложное. Мазью вас и адепт может обработать. – я нахохлилась и сложила руки на груди. Накрылся мой профосмотр медным тазом.

Минут через пять в комнату вошел стройный молодой мужчина с серебристыми прямыми волосами до пояса, заплетенными в причудливую косу, с глазами цвета молодой травы, заостренными ушами и идеальными, тонкими, интеллигентными чертами лица. Эльф… Я перестала моргать. Где у них накопитель, в котором разводят таких сногсшибательных самцов?

– Добрый день, юная леди. Что вас беспокоит? – спросила ожившая девичья мечта.

Я молчала. Просто боялась забрызгать его слюной, если хоть чуть-чуть разожму зубы. А после слов «юная леди» я вообще растеряла последний мозг.

Немного помолчав в ожидании ответа, мужчина вздохнул, обошел меня, встал сзади и стал делать пасы руками. Я, немного похрустев позвонками, оторвала взгляд от стены напротив и запрокинула голову, в надежде увидеть мистера Вселенная.

– Что вы делаете? – спросил мужчина.

– Вам помогаю. – ответила похрюкивая.

– Чем? Доламываете позвоночник?

Он вернул мою голову в обратное положение, что-то понажимал на спине, сказал, что все в порядке, пояснил, как добраться до ректора и стремительно вышел. Не знаю, почему так быстро усвистал. Здесь два варианта: либо его тошнит от всех женщин, либо у меня парфюм говняный. А так, вообще, обычно, мужчинам я нравлюсь.

Отходила от визита этого красавца еще минут десять. Сидела, пускала пузыри и предавалась фантазиям 18+. В общем, похабщину всякую представляла. Когда сознание и стыд вернулись, пошла искать коняшку, которая переместила меня в это волшебное место. Ректора разыскивать поскакала

Пока топала до административного здания, осмотрела территорию академии, учебные и жилые здания, увиденное понравилось. Контингент тоже ничего. Молодых людей столько интересных. И все красивые, сильные, улыбчивые. Бабы, конечно, страшные. Красивые, но страшные. Недобро они так на меня смотрели. И главное, непонятно почему.

Дойдя до нужного здания, не нашла вход. Мой внутренний GPS навигатор сообщал, что я прибыла, но дверей не было. Хотелось прямо на стене оставить матерный комментарий. Сзади раздалось:

– Я же внятно объяснил вам дорогу. Почему вы не заходите?

Я обернулась и увидела того же эльфа, который проводил мне сеанс тыканья в спину. Хорошенький такой! Бровки нахмурил, ручки сзади сцепил, пыхтит стоит.

– Так… А как я войду? Двери-то нет.

– Есть. Вы ее просто не видите. Ректор оденет на вас браслет академии, и вы будете видеть все указатели, входы, и направления.

– Волшебно. Но сейчас-то я без браслета и ее не вижу. Как я войду?

– Она перед вами. Просто идите в стену.

И что я сделала? А? Как думаете? Да, да! Я шагнула в стену, впечаталась в кирпич башкой и отлетела назад. Вот за что он меня так ненавидит?

– Вы убиться хотите? – бросился ко мне эльф – После ваших попыток войти, стену неделю от крови отмывать придется.

– Вы же сами сказали – входи. Я вошла.

– Понабирают черти кого в академию и мучатся потом! – бубнил себе под нос эльф, пытаясь придать моей тушке вертикальное положение и вытирая кровь из разбитого лба. Потом взял меня за руку и потащил снова в стену. Я зажмурилась. Но удара не последовало.

Немного приоткрыла один глаз. Мы стояли в коридоре, напротив широкой лестницы.

– Вам на второй этаж, первая дверь справа.

– А я ее увижу?

– Увидите. – эльф развернулся и вышел из здания. Я поплелась наверх.

Вошла в нужный кабинет. В приемной сидела секретарь. Юная нимфа с фиолетовыми волосами, красными глазами и небольшими клыками, выглядывающими из-под верхней губы. Еще один вампир. Гнездо у них здесь, что ли, устало подумала и села на диванчик.

– Вы что-то хотели? – колокольчиком прозвенела девушка.

– Я – нет. Это ваш ректор что-то от меня хотел. Он меня сюда притащил.

Ровно с последним звуком, произнесенным мной, юная дева превратилась в монстра с колтуном на голове, впавшими глазами, черными мешками под ними и клыками, как у саблезубого тигра. Я вжалась в диван и подогнула ноги. Етить – колотить! И биться сердце перестало!

– Я все про тебя знаю! Все! – прошипела эта мымра. Я сидела и лихорадочно соображала, что она такое может знать обо мне??? Я сама о себе-то ничего не знаю! А она-то, откуда может знать?

– Феля, прекрати. Не пугай девочку. Лера проходите в мой кабинет. – пока я соображала, как катапультироваться с дивана в окно с наименьшими потерями для собственной костной системы, не заметила, как в приемной появился ректор. Если б меня в этот момент слушались руки и ноги, я бы уже изображала коалу и взбиралась к шее своего спасителя. Чтобы повиснуть на ней и не оцепляться, пока меня не выведут из-под обстрела.

– Простите ее, Лера. Феля не хотела вас напугать. – проговорил ректор и указал на кресло.

– Уважаемый, давайте проясним. Я девушка из глубинки. Грамоте и письму не обучена, магией не владею. Обманывать вас не хочу, поэтому – спасибо этому дому, пойдем к другому! Вышла чудовищная ошибка! Вы меня с кем-то перепутали. – я развернулась, чтобы выйти из кабинета, и уйти из этого пугающего места навсегда.

– Сядь, я сказал.

Я неторопясь развернулась. Ректор сидел за столом и сверлил меня тяжелым взглядом. Голодный поди. Сожрет, как пить дать, сожрет меня.

– Я знаю, что и ты, и Изи вышли из купола. Мы проверили и просканировали вас, пока вы спали в овраге.

Медленно села в кресло. Твою мать… Как кур во щи…

– Изи будет учиться у драконов, ты здесь. И это не обсуждается.

– Но у меня нет магии.

– Есть. Нет, не так. Она в тебе просыпается.

– Но я правда не знаю алфавит и элементарные вещи.

– Я знаю. У тебя будет несколько тяжелых дней. Ты проведешь их погруженная в сон. Твой мозг синхронизируют с амулетом знаний. Это неприятно. Но за процессом будет следить декан факультета лекарей. Он сегодня тебя осматривал.

– Это опасно?

– Под его присмотром – нет.

Ага, под его присмотром – нет. Он меня сегодня об стену убить пытался.

– А альтернативные варианты есть?

– Нет. Тебе нужно начать обучение как можно скорее. Без базовых знаний это невозможно.

– Эвона, как. Вариант без вариантов. И когда вы планируете надругаться надо мной?

– Завтра, после завтрака. Сразу проверим, какая магическая стихия будет тебе подвластна.

– Поняла. браслет дайте, а то я до завтра не доживу.

– Конечно.

Ректор выдал мне браслет, вызвал коменданта корпуса для преподавателей и попросил определить меня временно в квартире рядом с ним. До выяснения природы моего магического дара. Потом, конечно, выделят мне комнату в общежитии. А до этого я буду находиться под его присмотром.

Я помахала головой, в знак согласия. Потом пошла с комендантом смотреть выделенные хоромы и на экскурсию по территории. Ну и, само собой, по ходу движения разработаю тактический план отхода. Короче, план побега из этой кунсткамеры.

СТАНЬ, БЕЛАЯ БЕРЕЗА, У МЕНЯ НАЗАДИ, А КРАСНА ДЕВИЦА НАПЕРЕДИ!

Экскурсия, нужно сказать, была обзорная. Встали в центре академического парка: направо пойдешь – мужа найдешь, факультет боевиков; налево пойдешь – жизнь потеряешь, факультет некромантов; прямо пойдешь – коня потеряешь, факультет артефакторов и зельеваров, прут, все, что не приколочено; назад вернешься – жив будешь, да себя позабудешь, факультет лекарей, ну, там все ясно, лечить они пока не научились, одно лечат, другое калечат. Вот тут жрут, вот тут… – на этом достопримечательности закончились.

Следующим по списку стояло – определить меня на постой. Судя по лицу коменданта, задача не архиважная, и будь его воля, он бы сена мне набросал прямо в месте проведения экскурсии. Да, этот достопочтенный гражданин сомневался в моей адекватности и наличии проблесков хоть какого-то интеллекта. А все почему? Потом, что пока мы шли в центр сада, я пристально разглядывала выданный мне браслет. Ну и аккуратно выспрашивала про его свойства.

Что оказалось, знаете? Этот гребанный гиперболоид одевался на руку в начале учебы и снимался только при отчислении или окончании академии. По-другому никак. Ну, есть еще сомнительный вариант с отпиливанием руки, но это тоже, так себе вариант. Поскольку еще в процессе членовредительства браслет передаст шифровку в Центр. В общем, по этому агрегату отслеживали самочувствие адепта и его местоположение. Нормально, да??? Ах у ели, ах у ели, ах у ели злые волки! Я было возмущена до аппендикса! А как же свобода? Право на личную жизнь?

– Чё? – выдал комендант на мою пламенную речь.

И тут я его удивила! Я, жестом иллюзиониста и движением балерины с артритом, со скрипом и сомнительной грацией, закинула ногу на ствол ближайшего дерева и одела браслет на щиколотку! А? Как вам, многоходовочка??? Меня тут же шарахнуло разрядом и в голове раздалось – «неверное место закрепления браслета, следует переместить его на руку». Я спокойно сняла браслет. Снова одела на ногу и получила очередной разряд тока, правда уже посильнее. На ноге браслет работал не хуже, чем на руке, то есть, я видела все указатели, двери, проходы и, при этом, мне ничего не мешало его снять.

Но, едрена кочерыжка… Бежать нужно, как можно скорее из академии. А то я до личного электрического стула доснимаю браслет. Шарашило током с каждым разом сильнее. Видимо, по принципу собаки Павлова. Не туда надел – а-та-та! И на тебе, получи фашист гранату!

И вот, дошли мы до выделенной в мое личное распоряжение комнаты. Комендант под бубнеж о полоумных бабах в академии, я под периодические разряды тока и легкое амбре паленых волос. Ну, собственно, что могу сказать. Мы с комендантом были довольны сотрудничеством. За столь короткий период общения мы оба смогли подобрать себе новые интересные фобии. Я браслетобоязнь, он бабобоязнь. А так, все пучком, тепло попрощались, и я осталась осматривать помещение.

Что могу сказать: дорого-богато, вычурно-мохнато. Можно сказать – мечта цыганки. Щас бы гитару, юбку в пол и «Ай, ромалэ, ай, чавалэ!». Но решила стопорнуть и идею с плясками оставить до лучших времен.

Осмотрелась. В наличии имелась одна спальня, один кабинет, одна гардеробная, совмещенный санузел и гостиная. Шоб я так жил… В родном мире у меня квартира состояла из одной комнаты: прихожая-кухня-столовая-гостиная-спальня и санузла с сидячей ванной. Зато своя. Как в песне:

Не беда, что самолётик маленький,
Что боится тучи грозовой,
В этой жизни есть простое правило —
Лучше маленький, но свой!
(В. Курас)

Потрясение меня, кстати, ждало именно в клозете. Там я впервые увидела себя в отражении. Не, не, я не стала голливудской красоткой, и не изменилась до состояния «мамо это не рожало!». Никаких офигительных волос до попы, глаз в пол-лица, тонких станов и прочей лабуды. В отражении была я. Только какая-то не такая. Однозначно помолодела, немного схуднула и что-то еще. Что-то неуловимое. Знаете, как разница между черно-белым и цветным мультиком. Какой-то WOW эффект. Такая ванильная пуся получилась. С наивным выражением лица и незамутненным взглядом. Да… Кого-то ждет страшное разочарование, просто чудовищное…

При детальном обследовании гардеробной комнаты: открыла все ящики/коробки/дверцы, была найдена форма адептов. Я думаю, что адептов. Два темно серых платья, спортивная одежда, туфли, мягкие сапожки. Натянула на себя платье, чтобы не выделяться, спортивные обтягивающие штаны под низ, практично, кстати, и сапожки. Полюбовалась собой и осталась довольна.

Но, дела сами себя не сделают, нужно осмотреть периметр и выяснить, есть ли забор вокруг альма-матер. Я бодро потрусила на улицу. Обслюнявила палец и выставила его вверх с умным выражением лица. Не знаю зачем. Видимо, ночью буду по разбрызганным слюням ориентироваться. В общем, дала себе мысленно леща, чтобы перестала придуриваться и пошла… да, прямо пошла. Смысл выбирать направление если все равно не знаешь, куда идти?

Шла минут пятнадцать. Уже и голову напекло, и от голода пухла, и от жажды, и в боку кололо, а забора все не было. Гиблое место. Хоть бы указатель какой повесили. Иду, и как дура не знаю, я уже сбежала, или еще до забора не дошла? Да хоть бы повстречался кто, дорогу спросить. И тут я вышла к стадиону. Дыхание перехватило! Мама дорогая, это они только до стадиона столько добираются? У меня такая тахикардия началась от мысли, что мой недавний марш-бросок нифига не марш-бросок! А ведь запал с фитильком догорели и потухли метрах в трёхста от этого клондайка олимпийских резервов!

– Франкенштейна мне в подмышку! Больные люди! Зачем себя так мучить? Есть всякие приятные способы самоубийства. Нет, им надо через сопли и страдания калечится. – прокомментировала увиденное и двинулась в сторону полуголых мужиков.

Там, конечно, были и девушки в спортивных костюмах, правда, смотрели они недобро и вероятность получить помощь от молодых людей была гораздо выше.

Пока топала, соображала, к кому подойти. К толпе подходить палевно, поэтому, выбрала двух молодых людей, стоящих в отдалении. Резко сменила траекторию. Мужчины напряглись.

– Привет! – прокричала еще в процессе резкого старта в их сторону. Мужчины нахмурились.

Так… Что-то делаю не так. Что? Включила пониженную передачу и замедлилась. Дезертируют ведь с поля боя еще до наступления кульминации, где я тогда новых героев искать буду? Расстояние при этом сокращалось катастрофически, а в голове пусто, как в безлунную ночь в Тихом океане.

– Эммм. Хорошая погода сегодня? – пыталась прощупать почву.

– Неплохая. – ответил один из Аполлонов, через пару минут.

– Ну, не немой и то хлеб. – ответила и облегченно выдохнула. – Я уж думала, все, заколдовала вас злая волшебница! Пока волшебные туфельки и костюм из латекса не наденете – не расколдуетесь! А где я вам здесь такой костюм найду? Правильно! Нет здесь такого! И слава богу! А то и сна, и покоя лишусь.

– Простите, вы что-то хотели?

– Да. Спросить хочу. Вы же здесь учитесь?

– Ну, да. А что?

– Вы, вроде взрослые. Последний курс?

– Ну, да. А что?

Я подошла и взяла одного из мужчин за локоток, он вздрогнул. Оу! Нельзя было трогать? Рано еще? Да?

– У меня три вопроса.

– Спрашивай.

– Первый – как вас зовут? Второй- где стена? Третий – как уходите в самоволку?

– Меня зовут Генри, это Жорж. – ответили мои новые знакомые. Нужно запомнить, светленький Ж, темненький Г. Больше все равно не отложится в черепной коробке, память на имена и лица, как у деда с Альцгеймером. В голове остаются только черные дыры.

– Отлично! Сектор ПРИЗ! Переходим ко второму вопросу.

– Какой приз? – спросил Жорж.

– «Речка, небо голубое – Это все твое родное.» (В. Орлов). Следующий вопрос.

– Какой забор вас интересует? – уточнил Генри.

– Ну, вот… – я изобразила руками крендель в воздухе – вокруг этого волшебного места.

– Вокруг академии? – уточнил Жорж.

Не, ну мужики здесь тупые. Я так понимаю, режимное учреждение здесь одно, и это не столовка и не местный террариум. Да и вокруг себя я заградительных сооружений не видела.

– А есть варианты? – уточнила у блондина. Он покраснел. Идритский огнемет! Как мило! Будем считать, не все потеряно у мужчин!

– Забор находится в 15 метрах от нас строго на юг. Это ближайшая к нам стена. А вообще, как вы верно заметили, он ВОКРУГ всей территории академии. – ответил Генри.

Беру свои слова обратно. Хамло на хамле. Во-первых, где я этот ваш север-юг искать буду? Я же нифига не бойскаут. И муравейника, вроде, не видела. Ну и по поводу ВОКРУГ, я как бы, и без сопливых понимаю.

– Очень помогло. Рукой махните в нужную сторону. В сторону ближайшей стены

Генри махнул себе за спину. Я прищурилась. Не видно нифига. Лес там.

– А в самоволку уходите?

– Как это?

– Нуууу… Пить же на территории академии нельзя?

– Нельзя.

– А праздники все равно бывают. Дни рождения всякие, окончание экзаменов. Вы же отмечаете их?

– Допустим.

– Когда отмечаете выпиваете?

– Допустим.

– Но на территории академии пить нельзя?

– Да.

– Значит, вы пьете за ее пределами?

– Да.

– Но ведь вас не могут отпустить из академии, если вы скажете, что пойдете пить, верно?

– Да.

– Значит, вы уходите из академии без разрешения и в стене где-то есть дыра. Где она?

Мужчины задумались.

– Да, вполне вероятно, что есть дыра. – задумчиво ответил Жорж.

– Вечером пойдем искать. И веревки возьмем. Еще сверху перемахнуть её попробуем. Где-то брешь в защите. – ответил ему Генри.

– Отлично! Я с вами! Где встречаемся?

– Зачем ты нам?

– Это моя идея! Я требую собственного присутствия во время проведения следственного эксперимента.

Мужчины переглянулись, и сказали ждать их в 20:00 здесь же.

Мои новые знакомые ушли, а я задумалась… Вот, зачем им меня с собой тащить? Проще же сдать. И, в принципе, их даже наградят и медаль размером с Индийский океан выдадут. В общем, вариант один – замазать их в соучастники нарушения правопорядка, проще – в подельники. Тогда кто ж меня сдаст? Мы ж корешами станет!

Вернулась после ужина в комнату. Сытая и счастливая, перевернула с ног на голову всю свою жилплощадь. Из полезного нашла только плохо спрятанный мини бар. Смешала все в небольшой вазе для цветов, залила вареньем, добавила воды. Получился очень приятный морсик. С данным священным сосудом я и пошла на встречу с будущими асоциальными личностями.

Мужчины пришли вовремя. Одетые, собранные, обвязанные веревками, гарпунами, ножами, лопатами. И я с вазой и компотом внутри неё.

– Странный выбор, конечно… – прокомментировал мой арсенал Жорж.

– Чем богаты, тем и рады! Отведайте, добры молодцы, напиток бодрящий, всякие блоки и кодировки снимающий!

– Лечебный? – уточнил Гари.

– Естественно! – соврала я.

– Хм… Вкусно. Очень освежает. – отпив третью часть, прокомментировал Гари.

В общем, дегустация закончилась уже через тридцать минут. Все нажрались и были пьяные в цветную вермишель и даже, кажется, видели единорогоа. Но это не точно. Нужно сказать, что пьянка – это вообще моя стихия! Я возмужала, приняла присягу и несколько раз вышла замуж во время похожих мероприятий. Мои нижние девяностые давно настаивали на подвигах!

– Ну! Встали, пошли искать дыру! – пьяненько агитировала я мужчин. И мы выдвинулись…

КОНЬ КОПЫТОМ БЬЕТ, УДИЛА ГРЫЗЕТ

Ну, как выдвинулись. Эти тимуровцы встали и вибрировали куда попало, причем, вообще не синхронно, от чего постоянно сталкивались: то друг с другом, то со стационарными объектами. В общем, как в деревенском шапито: шумно, весело, бессмысленно. Пришлось прислонять их к стене, чтобы они перетекали по ней, и не меняли направление.

Прошли мы метров пять. Потом проголосовали за привал. Два человека за, один против. Ясен пень, против была я, но на мое мнение положили болт, и мужская часть нашей экспедиции рухнула в ближайшие кусты. Практически коллегиально решили, что раз привал, значит нужен костер и шашлыки, как говорится – «Федя, дичь!». Собственно, все получилось! Решили – сделали! Генри щелкнул пальцами и поджег куст, в котором они валялись. Над нами поднялось сигнальное облако из черного дыма, в воздухе отчетливо витал аромат курицы гриль. Твою ж дивизию…

Мужчины лежали в эпицентре катаклизма, в куче золы. Одежда частично обуглилась и дымилась, на лице слой сажи, в глазах изумление и недоумение, волос нет. Первая мысль – Ленин жив! Вытерла испарину со лба. Что могу сказать, Йоды криворукие, чтоб им по трезвой башке так же колдовалось.

Стали думать, как быть дальше. Фактически, ноги сильную часть нашего коллектива не держали, они жили отдельной жизнью, и вертикальное состояние долго сохранять не получалось. Лежа, кстати, тоже было не фонтан, поскольку мужиков накрывали «вертолеты». С колдовством вообще труба.

Мои компаньоны в какой-то момент пытались слиться, и перенести поход на другое время, но я, как нормальная русская баба, закаленная в боях с ПМС «хочу на ручки – руки б… свои убрал», разводила их на слабо. Ну, примерно так:

– Не говорите ерундой, господа, в смысле перенести мероприятие на другую дату? Вы, давайте, соберитесь, дрюсюсели! Про ваши подвиги еще Ипатьевско-Колотитьевскую летописсссь напишут!

В общем, большую часть моего монолога они не поняли, но приняли стратегическое решение – не идти искать дыру, а лезть на стену.

– Я ща туда гарпун кину. – пьяненько проинформировал нас Жорж.

Закинул. Раз пять, наверное, закинул. Правда, все пять раз метательное оружие так и не долетело до нужной высоты. Вследствие чего Жорж и получил по кумполу. Гарпун решил вернуться для последнего «прости-прощай». Потом дважды по темечку схлопотал Генри. Поняв пьяным мозгом причинно-следственную связь: отправка гарпуна в космос – удар по башке, в третий раз мужчины решили спасаться бегством. Сложно объяснить, почему друг в друга. В этот раз они синхронно лишили друг друга сознания выверенными ударами квотербека, метнувшись навстречу и приложившись лбами. В пятый раз, слава святым помидорам, мужчины договорились о направлениях стратегического отступления с поля боя, поэтому жертв не было. Воодушевленный успехом, Жорж кинул гарпун сильнее. Тот, в свою очередь, со свистом перелетел через забор, с другой стороны кто-то выругался.

Так… Что-то пошло не так. Гарпун за стеной, мы здесь.

– Жорж, а ты что, веревку к гарпуну не привязал что ли??? – заплетающимся языком спросил Генри. Жорж нахмурил бровки, сложил губки куриной попкой и выдал:

– Точно! Веревка! – да, етижи пасатижи!

– Ладно! У меня крюк есть, щас к нему привяжем веревку и кинем. – спас товарища Генри.

Крюк закинули с первой попытки. Подергали, он зацепился за край стены. Генри пьяненько изобразил гусара, щелкнув каблуками и нарисовав себе невидимые усы под носом. В нашем случае, конечно, видимые. Поскольку стер пепел под шнобелем.

– Дамы вперед. – Сообщил он и махнул в сторону веревки. Я посмотрела на эти две довольные морды. Вот ведь, гондольеры недоделанные, сами не лезут, меня в расход пускают. Но, выбирать не приходится, мне на свободу нужно сильнее чем им.

– Ладно. Только я не очень по веревке… Точнее вообще никак.

– Ниче, не торопись. – выдал Жорж.

Ну и я полезла, помолясь. Вспотела вся, руки мокрые, платье мешает, а забор метров пять в высоту. Я почти до половины доползла. И вдруг, где-то очень рядом, прям совсем близко, раздается:

– Друг, у меня к тебе интимный вопрос. Зачем нашему соратнику по восхождению на стену брюки под юбкой? Это какое-то новое веяние? Мода такая?

– Не могу ответить, Жорж, впервые с таким сталкиваюсь.

Я медленно опускаю голову и смотрю через плечо. Ну и, чтобы вы понимали, руками я цепляюсь за веревку, ногами упираюсь в стену, чтобы не биться об нее. Юбка у меня широкая, длинная, практически в пол, и она развивается, как бутон колокольчика. И вот из этого бутона торчит мужское тело без головы и частично без плеч. Вопрос в зал! Где голова и плечи?

Чуть ниже этого всадника без головы, висит еще одно тело и взгляд его тоже направлен к тычинкам и пестикам внутри бутона.

– Вы что там делаете, а? – истерично ору этим охламонам.

– Страхуем тебя! – раздалось из недр юбки.

– Немедленно вылазь оттуда! В гробу я видала такую страховку! – нервничаю, покраснела вся, слюна во все стороны, визг такой, что мертвого поднимет! И ведь непонятно, что делать? Вверх заползти быстро не смогу, вниз тоже путь закрыт, там только задом на лицо этому знатоку моды сесть можно. В общем, куда не кинь – везде клин.

– Лера, да ты что, мы ж никому не скажем! Мы могила! – подливал снизу масла в огонь Генри. Я начала нервничать. Что там у меня такое, о чем нельзя рассказывать?

– Знаю я ваши могилы, знаешь ты, знает все кладбище! – показалось, что через штаны я ощущаю чье-то прерывистое дыхание. Давление скакануло, начала греться, как электрочайник.

– Да мы даже не смотрим! -орал Генри – Скажи ей Жорж!

– Ну… – раздалось задумчивое со стороны моей попы. Нижние девяносто резко сжались.

– Так, Лера, не переживай, я щас наколдую туман под юбкой и все будет хорошо! – произнес Генри.

Я вспомнила, как Генри наколдовал костер… Перед глазами пронеслись все части Пилы. Отменить его широкий жест не успела, раздался взрыв. Последнее, что увидела – злое лицо ректора.

– Лера! С тобой одни неприятности! Ты специально все разрушаешь? – кричал он в моё ускользающее сознание.

Мой воспаленный мозг, ощущая себя Штирлицом чудом избежавшим провала, выдал:

– Служу Советскому Союзу! – все, дальше анабиоз.

Очнулась от того, что мне на лицо брызгали водичкой. Тело все болело, в спину упирались какие-то острые камни, голова гудела, как гидростанция. Открыла глаза. Сверху на меня смотрели наклонившиеся ректор и декан лекарей, эльф. Оба злые.

– Вы не представляете, что здесь случилось! Мы здесь такую атаку отбили! Защищали стену из последних сил! – хриплым голосом выдала я. Мне-то, собственно, пофигу, но жалко, если парни пострадают из-за меня.

– Ну, мы видим. Прямо, не жалея живота своего, защищали. Вставайте, Лера! Вы последняя, кого мы в чувства приводим. – ответил на мою пламенную речь ректор.

Я приподняла голову и увидела грустных и, кажется, трезвых ребят. Надеюсь, они сообразили, что не нужно про самоволку рассказывать. Провела инспекцию организма. Так… Вроде, все части тела в наличии и искать по помойкам руки – ноги не придется. Приподнялась на руки и скрипнула зубами. На одну из них был одет браслет. Эльф сиял, как медный таз. Ладно, еще посмотрим, на чьей улице грузовик с лещами перевернется. Встала, отряхнулась.

– Расскажите подробнее, кто напал на нашу академию. – попросил декан лекарей. И такой сарказм в голосе! Он мне не верит что ли???? Я скосила глаза на парней, они активно семафорили глазами, но я же не местная, не поняла, что хотят. Прочистила горло.

– «Страшен был зверь лесной, чудо морское: руки кривые, на руках ногти звериные, ноги лошадиные, спереди-сзади горбы великие верблюжие, весь мохнатый отверху донизу, изо рта торчали кабаньи клыки, нос крючком, как у беркута, а глаза были совиные.». – вдохновенно врала я.

– Так, все, хватит. Лера, мы здесь с самого начала, поэтому прекрати фантазировать.

– С какого начала?

– С момента, как ты встретилась со своими подельниками и вы дружно напились.

– А как вы узнали, когда мы встречаемся? – врет поди, что ж мы, не заметили бы их что ли?

– Мне Жорж и Генри сообщили. Кстати, разрешите вас представить друг другу. Жорж – магистр, преподаватель боевых искусств и владения холодным оружием. Генри – магистр, преподаватель огненной магии. – мои подельники опустили глаза до полу и покраснели.

Сказать, что я удивилась, ничего не сказать. Я была возмущена до нервного тика, до некрасиво нарисованного простатита в разрезе. Хотелось отоварить мужиков половой тряпкой по свеже нарисованным усам, а потом найти интимную смазку пролонгированного действия и воплотить в жизнь всякие извращенческие извращения, которые были, есть и будут в недалеком будущем! Но единственное, что смогла – хлюпнуть носом, задрожать нижней губой и выдать:

– Что б вас телегой переехало! – и гордо ушла в закат. Бежать смысла не было. С ректором, деканом и магистрами-предателями было еще человек двадцать крепких мужчин. Я так понимаю, они сейчас резко в Джамшутов заделаются и дыру в стене реанимируют. А раз дыры нет, пойду я лучше отдыхать. Все равно вечер по бороде пошел.

Пришла к себе, приняла ванну, легла и задумалась. Завтра тяжелый день. Нужно как-то убедить ректора в том, что отдавать меня в руки эльфа опасно, он мне точно отмстит, нарастит на лбу рог, или хобот вырастит. А мне тогда придется сбежать с бродячим цирком и выступать в полосатом купальнике, как у льва Бонифация из мультиков. А это стресс для всех. И для труппы, и для зрителя.

С такими думами я стала погружаться в крепкий сон. Последняя, проскользнувшая мысль – «Нужно спросить, как зовут эльфа, мне ж ему еще мстить».

НЕБЫЛИЦА В ЛИЦАХ

Утром встала в думах. Топать к ректору не хотелось, поскольку терпеть что-то неприятное, а тем более болезненное, не хочу и физически не могу. Но вряд ли процедуру отложат. Плюнула и решила идти на закланье – двум смертям не бывать, а одной не миновать. Одела спортивные штаны и кофту. Штаны одевала долго – долго. Натянула одну штанину – полежала. Вторую – полежала. Потом решила, что мне нужен раб, поскольку делать ничего не хочу, и как следствие, нифига не успеваю.

Соскребла себя в штанах с кровати и вышла красивая-одетая из временно пристанища. За дверью столкнулась нос к носу с магистрами. Генри и Жорж стояли, облокотившись на стену напротив двери. Испепелила их взглядом, задрала нос, развернулась, параллельно посылая лучи поноса мужчинам, и врезалась в эльфа. Обложили, гады.

– Не доверяете что ли? Боитесь, что сбегу? – спросила у декана, которого так беспардонно протаранила.

– И вам, доброе утро, Лера. Следуйте за мной.

– А что вы не одни, а с гвардией? Боитесь не справиться со мной? – уточнила, мило скалясь ну и, само-собой, нарываясь.

– Боялся, что прибью вас на месте. – нахамил в ответ эльф.

Я удивленно вздернула бровки, декан развернулся и пошел в сторону выхода. Сзади послышалась возня. Обернулась, позади заградительной стеной стояли магистры. Бровями же, собственно, и показала, что я думаю об этих Д’Артаньянах. Они, в свою очередь задали мне направление для движения. Я расстроилась. Прынцэсска во мне обиженно надула губы.

Под мое сопение наша недружная компания дошла до серого каменного строения. Знаете, такая средневековая церковь из серого камня, с серой крышей, серыми дверьми. В серой-серой комнате, на сером-сером полу, стоял серый-серый алтарь.

Жорж и Генри остались снаружи.

– Нам точно сюда? – спросила у эльфа. Он осмотрел мою тушку тяжелым взглядом и ответил:

– Да.

– А можно узнать подробности ритуала?

– Зачем?

– Больше знаешь – крепче мстишь.

– Нет нельзя. Оденьте. – мужчина передал мне белую хламиду.

– На одежду или вместо одежды?

– Вместо.

– А где мой будуар?

– Что?

– Переодеться где можно?

– Прямо здесь, я не смотрю.

Не смотрит он, конечно. Что я, не знаю, что ли? Вчера вон, «товарищи – алкоголики», Тимон и Пумба, тоже не смотрели, но штаны как-то увидели. В общем, решила натянуть этот парашют на себя, а потом снимать частями собственное одеяние. Для нашей женщины же нет невозможного. Мы и лифчик из рукава достанем, и забытые колготки из штанины.

В итоге, в процессе избавления от одежды, несколько раз навернулась, уронив канделябры, какие-то металлические плошки, ложки и рассыпав что-то из мешков и банок.

– Я не понимаю, что вы там делаете? – спросил, нервничая эльф.

– Меня мало кто понимает. Я тоже не особо врубаюсь. Не отвлекайте меня, я и без вас отвлекусь. – ответила, слегка запыхавшись.

– Вы можете быстрее раздеваться?

– А вы, что? На вечерний экспресс опаздываете? – психанула в ответ – Не торопите меня. Меня, когда торопят, сильно рискуют, поскольку вдохновляют на подвиги моего внутреннего серийного убийцу.

– Какого убийцу?

– Который пока тихонько дремлет внутри.

– Кошмар.

– Так, я готова.

Декан лекарей обернулся и вздрогнул. На полу в творческом беспорядке валялась мебель, посуда и навалено какое-то гавнище, в котором с трудом узнавались ингредиенты для предстоящего магического действа. Ну и пентаграмма, начерченная на камнях, тоже, по бороде пошла.

– Ложитесь на алтарь.

– Что, прямо так? Прямо на камень? А почки? Вы про цистит знаете?

– Нет, не знаю. Я вообще не понимаю, о чем вы говорит.

– Я расскажу!

– Не нужно. – эльф закрыл лицо рукой и о чем-то думал. – Я расскажу вам, что будет происходить.

– Ура! Настало время очумительных историй! – взобралась на алтарь, который, кстати, оказался тепленьким, и села внимательно слушать.

– Я погружу вас в сон, поверхностный. Это нужно для того, чтобы вы могли очнуться, если почувствуете боль, или вам станет страшно. Процедура у всех происходит по-разному, поэтому сказать, что вы будете ощущать, я не могу. Я надену на вас артефакт обучения, как только вы уснете.

– А вы часто используете такие артефакты?

– Нет. Крайне редко. И в основном для тех, кто утратил память в результате каких-то трагических событий.

– А те, к кому применяли артефакт, живы?

– Не все.

– Ну, было интересно, я пойду. – я ведь практически сразу впадаю в депрессию от неприятных новостей, поэтому собрала подол в узелок и стала отдирать зад от алтаря. С ужасом поняла, что не могу сдвинуться с места. Да… Вот тебе и 50 оттенков волшебства…

– Вы не можете уйти, процесс уже запущен.

– Кем запущен? – шепотом спросила у эльфа.

– Мной.

– Врагу не сдается наш гордый варяг! – я уперлась ногами и руками, пытаясь отодрать прилипшую часть тела.

– Лера, у тебя не получится, ты не сможешь сойти с камня. – с безнадегой прокомментировал мои трепыхания декан. Я вытерла пот с лица.

– Ну паровозик смог, и я смогу! – уперлась посильнее ногой, она соскользнула с камня, и выстрелила базукой, как в замедленно съемке, врезавшись в нос эльфа. БИНГО! Мужчина получил нокаут и сполз на пол. Я перегнулась через край алтаря, посмотреть, что мне светит в будущем, относительно статей уголовного кодекса. Эльф не двигался. Утро переставало быть томным, на горизонте маячили неприятности.

– Эй! Эльф, ты жив? – Блиииин! Хотела же спросить, как его зовут! – Мужчина! Проснитесь! Срочно просыпайтесь! Вы же что-то запустили там… – неопределенно махнула рукой в куда-то – Меня может сейчас на оливье покрошит, а вы валяетесь там, прохлаждаетесь.

Пока я истерила, процесс, видимо, начал входить в решающую фазу. Печалей стало больше на одну. Меня стало клонить в сон. Ну то есть, вот где-то прямо в эту секунду, дебил внутри меня должен пройти стадию окукливания и очнуться гениальной бабочкой! Но кокон прячь не из чего! Артефакта обучения нет! И взять негде.

Осмотрелась. На декане был одет какой-то медальон. Собственно, как говорится, на безрыбье и рак лобстер, решила позаимствовать украшение. Не буду рассказывать, как я его доставала и снимала. Во мне, под выразительное перечисление матерков, хрустнули и потянулись такие кости и мышцы, о существовании которых я даже не подозревала. При этом мужчина тоже понес некоторый урон. Часть волос, выдранных из шевелюры бесчувственного декана, пришлось закидывать в кучу мусора, которую я так удачно организовала переодеваясь.

Спрятав улики членовредительства, стала думать, что делать с упавшим на меня счастьем, читай стыренным ювелирным украшением. Куда его приложить?

От сердца и почек – дарю вам цветочек.

От рук и коленок – десяточек гренок.

К рукам? Ногам? Сердцу? В общем, поводила им по телу – ничего. Пристроила – «а во лбу звезда горит», тоже ноль. Задумалась. Стала в голове перебирать органы, к которым не прикладывала украшение в целом и в частности. Начала дремать. Легла на бочок, подложила медальон под висок, засыпая напускала слюней на него и тут меня как шарахнет! Нифига себе неприятные ощущения! В общем, меня вырубило!

Сознание вернулось, когда за окном наступили сумерки. Меня тряс за плечо эльф. Открыла глаза.

– Профессор! Амариэ! – обратилась к эльфу и вздрогнула. Мужчина был чернее тучи.

– Что ты наделала, Лера? Я прибью тебя! Ты зачем МОЙ амулет взяла.

И тут я поняла… Я знаю абсолютно ВСЕ, ВСЕ, ВСЕ, что знает декан. Я залила себе в мозг файлик с его памятью. О господи, неудобно-то как получилось!

– Так, другого же я не нашла. А процесс вы запустили, и как-то неосмотрительно ушли в астрал.

– Я ушел? Это ты меня вырубила.

– Ну, знаете ли, так себе вы лучший мечник страны, если даже простой хук пропустили. – фразу еще не договорила, а понять успела, что мозг даже не фильтрует информацию внутри черепной коробки, а выдает ее напрямую, так сказать нон стопом. У Амариэ вытянулось лицо.

– Как? Как ты смогла получить доступ к моему амулету? Как перенесла все знания и воспоминания?

– Я просто прилегла на него.

Эльф обессиленно стек на пол и прислонился спиной к алтарю. Я слезла с камня и села рядом.

– Говорить об этом никому нельзя. Невозможно считать информацию с амулета живого существа. Это можно сделать только после смерти владельца.

– А как же у меня получилось?

– Не знаю. Сложно, знаешь ли, вести наблюдение за пациентом, когда ты сам лежишь без чувств.

– Прости. Я не хотела, честно.

– Ладно, идем. Нам нужно к ректору. Говорить буду я.

– Пфффф! Я и не собиралась.

И мы пошли к вампиру. Пока шли, совершенно иначе рассматривала здания, аллеи, сад. Знала, где можно сократить путь, где есть потайной вход. Что сказать, весьма полезная информация для первогодки.

Навстречу нам шли адепты, преподаватели. Без ложной скромности могу сказать, что эльф знал и помнил имена практически всех обитателей академии. Вдруг нас окликнул женский голос. Я вспотела и возбудилась. В голове кавалькадой пронеслись картинки 18+. Етижи пассатижи!!!

– Какое похабное место! – вырвалось у меня. Амариэ четвертовал меня взглядом.

К нам подплыла юная преподавательница зельеварения и начала что-то щебетать. Эльф смотрел на нее со скучающим видом и улыбаясь одними уголками губ. Я прямо восхищалась его самообладанием. Потом она ушла, оставив после себя легкий шлейф духов. Декан повернулся ко мне.

– Ты почему покраснела?

– Ваш ассоциативный ряд относительно данной дамы, помноженный на мой мозг, дали странную реакцию организма. Давление скакануло и кровь прилила не туда. Хочется догнать мамзель и … «Вон оно чё, Михалыч…» – Что конкретно должно войти в это «и» я не знала, поскольку таким опытом не обладала, а знания эльфа пыталась блокировать, чтобы не нанести себе психическую травму. В итоге просто закатила глаза, как припадочная.

Эльф молча препарировал меня взглядом, а я страдала от давления, слыша удары своего сердца даже без статоскопа. Не дождавшись внятного пояснения эскапады, декан схватил меня за руку и потащил к ректору. Я развевалась во время забега, как Андреевский флаг.

Придя в кабинет вампира, Амариэ посадил мое покрытое нервными красными пятнами тело в кресло и выдал графин с водой. Пила прямо из него. Стало легче. Ректор смотрел с недоумением. Я улыбалась перекошенным лицом.

– Амариэ, все прошло хорошо? – спросил он у декана, с подозрением разглядывая меня.

– Да.

– Знания усвоились?

– Да.

– Может начать обучение?

– Да.

– Выяснил, какой магический дар?

– Да. Огонь. Но он не стабильный и стихия может поменяться. Пусть учится у меня. Будет под присмотром.

– Ты уверен? Ты же хотел, чтобы она тебе даже на глаза не попадалась.

– Видимо, не зря не хотел. – пробубнил себе под нос эльф. – Ректор, я справлюсь. -ответил громче.

– Хорошо. Лера, скажи, ты умеешь читать и писать?

– Ясен пень! Конечно умею! – ответила ректору и попыталась улыбнуться пошире.

Жил-был старик, у него было три сына. Старшие и младший

Мы вышли от ректора и резво потрусили… А куда, кстати?

– Уважаемый, а куда мы спешим? – спросила у мужчины, весело прыгая сзади в попытке не отстать.

– Что? А, да, прости, задумался. Наверное, каждый к себе идет.

– А где у меня «к себе»? Я же верно понимаю, вы меня приняли на факультет лекарей?

– Да.

– Отлично! Я прям лечить буду?

– Если сможем тебя обучить и закончишь академию.

– Я не пойму, это вы сейчас сомнение что ли выразили? В связи с чем такое недоверие к моим умственным способностям?

– Начать перечислять?

Я открыла рот, чтобы возразить, но на этом месте в мозгу всплыл «1001 способ скрытия симптомов отравления ядом желтых толстопузиков или синегнойного плюща». Закрыла рот. Странное чтиво предпочитает наш декан на ночь. Приподняла бровь, собрала губки куриной попкой, сощурила глаза и с подозрением посмотрела на эльфа.

– Что? Даже знать не хочу, что у тебя в голове происходит. – ответил он, глядя на мою пантомиму. – Хотя, нет, хочу. Хочу вскрыть череп и посмотреть, что внутри.

В голове всплыла клятва лекаря и законы государства. Я радостно хрюкнула, поняв, что он меня просто пугает.

– Я, в общем, что хотела сказать. Я резать человека не смогу. А кишки, почки и прочие потроха вообще в руки брать не стану. Я как-то себе прыщ выдавила, так меня потом неделю мутило.

– Вы что, у себя там режете кого-то?

– Ясен красен. Что-то зашивают, что-то отрезают.

– Страшное место. Тебе тоже что-то резали?

– Конечно. Мне аппендикс вырезали. – Договорить я не успела. Амариэ впечатал мое лицо в пуговки на своем кителе, рассказывал, что здесь меня никто не обидит и резать меня не разрешит никому. Ну, может, только себе. Если очень достану. Я усердно переживала приступ его гуманизма, ковыряя золотое шитье на близко расположенной к глазам одежде. Когда мужчину отпустило, он снова задумался.

– Так. Нужно определить тебя в наш корпус, поселить с адептами. Я сейчас ментально свяжусь с племянником, будешь жить с ним. Он тоже адепт. Правда третьего курса.

– Вот прям жить? Прям в одной комнате?

– Почему в одной? В одной квартире, в разных комнатах.

– А сколько комнат в квартире?

– Четыре.

– Коммуналка какая-то. – недовольно пробубнила.

В это время к нам подошел высокий красивый молодой человек. У меня закололо сердце. В памяти всплыл образ трехлетнего мальчугана абсолютно голого, плескающего в море. Эротические фантазии засохли на корню. В мозгу билась одна мысль – «солдат ребенка не обидит». Вот нафига декану такие воспоминания?

– Финвэ, познакомься, эта юная леди будет жить с вами в квартире. Ее имя Лера. У меня к тебе просьба, присматривай за ней. Если она будет предоставлена сама себе, нас всех ждет катастрофа.

Я с осуждением посмотрела на декана. Я не против, чтобы интерес ко мне подогрели. Но не вскипятили же!

– Хорошо, дядя.

И все? Никаких уточнений? Никаких – «а почему я», «смотри сам», «у меня другие планы», на худой конец – «откуда к нам такую красивую девочку занесло?».

– Я могу помочь вам донести вещи? Где они? – обратился ко мне племянник.

Хотелось ответить – «в Караганде». Поскольку вещей у меня не было. Только казенная одежка.

– Финвэ, я помогу Лере перенести вещи. Открой дверь в комнату, где девушка может разместиться, мы в нее перенесем вещи.

– Хорошо, дядя. – ответил юноша и ушел.

– Вещей у тебя нет, верно я понимаю? – спросил декан, развернувшись ко мне.

– Откуда бы?

– Одежду тебе выдадут, канцтоварами тебя Финвэ обеспечит. Пошли, отведу тебя к коменданту нашего факультета.

Комендант мне выдал всесезонную одежду: на лето, весну-осень, зиму. Тащить одежду пришлось самой. Недобрым словом вспоминала декана. Надеялась, что икать он будет часа два, не меньше. Квартиру нашла с трудом. Пришлось спрашивать всех встречных-поперечных, где живет Финвэ. Дважды приходила не туда. Так и узнала, что в академии у племянника декана как минимум двое тезок. На втором адресе, кстати, уже готова была остаться, поскольку хозяин комнаты был молод, красив и немногословен. На мои вопросы отвечал или киванием головы, или кашлем. В принципе, меня все устраивало. Но он зачем-то решил проявить благородство и отвел меня к искомой двери. Открыла ее пинком. Злая, уставшая и потная.

Внутри квартиры, напротив входа, стоял незнакомый мужчина и осматривал меня и ворох одежды со мной.

– Простите, вы, наверное, этаж перепутали. Девушки живут ниже. – приятным баритоном сообщил он. Наивный чукотский мальчик! Зачем нам девочки?

– Финвэ здесь живет?

– Да, но…

– Племянник декана лекарского факультета?

– Да, но…

Я осмотрелась. Нашла взглядом открытую дверь и потащила туда загвазданную одежду. Да, я не грузчик, а кладовщик не упаковщик. Не удивлюсь, если по пути моего следования где-то валяются одинокие трусы или чулки, поскольку мой нехитрый скраб несколько раз выпадал из слабеющих рук.

Зайдя в комнату, бросила одежду посредине и упала на кровать. Все, если меня сегодня попросят сделать еще хоть что-то, я буду прикидываться куском инфантилизма с обострившимся геморроем.

Осмотрела комнату. Да… Это вам не апартаменты рядом с ректором. На стенах были какие-то жуткие обои в мелкий цветочек. Цвет их напоминал оттенок тяжелого несварения, вызывал апатию и необузданное желание включить телек для просмотра программы с участием Малышевой – «пукать это правильно, пукать это хорошо», при этом попивая чай с ромашкой и придерживая на животе грелку. У окна стоял поживший стол со стулом, в углу шкаф. Большую часть комнаты занимала кровать. Не Версаль, хочу вам сказать.

В дверь постучали.

– Лера, можно к тебе зайти? – спросил Финвэ из-за двери.

– Заходи.

В комнату зашли Финвэ и незнакомец, которого я встретила возле входа. Мужчины нашли меня взглядом на кровати, покраснели и вышли, закрыв за собой дверь.

– Лера, ты позови нас, когда будешь готова. – прокричали они.

Я приподнялась на локтях и осмотрела себя. Штаны на мне, рубашка на мне, все застегнуто.

– Входите! – сцена повторилась. Зашли-вышли. Я оживилась. Как только дверь закрылась за ними второй раз, снова проорала:

– Входите! – мужчины зашли злые. Я радостно улыбнулась. Потом покопалась в файлике декана и поняла, что лежа принимать господ нельзя. Соскребла себя с кровати и усадила на стул.

– Лера, мы бы хотели провести тебе экскурсию. Показать, что и где находится. И я хочу представить тебе соседей.

– Хорошо. Но экскурсию территориально ограничим квартирой.

– Почему?

– Я долго тебя искала. Ты знаешь, что у тебя два тезки в академии?

– Три.

– Слава богу, что встретила я не всех.

– Дядя тебя не проводил?

– Как видишь.

– Мне очень жаль, я не знал. – начал оправдываться мужчина, я прервала поток его самобичевания.

– Ты представишь своего друга?

– Да, это Волтэр. Он учится на отделении магии крови.

Я слегка зависла. Что это за отделение? У них есть что-то типа городских станций переливаний крови? А зачем? Они ж не делают операции. Аааа! Это может на тот случай, если тебя ранят в бою, ты потеряешь много крови и ее срочно нужно будет восполнить!

– Кровь собирать на станции будете? – спросила у мужчины.

– Какую кровь? Зачем собирать? На какой станции? – спросил обескураженный друг эльфа.

– А что вы с кровью делаете?

– Я вампир. Нам подвластна магия крови. Мы можем вылечить болезни крови, испортить ее, ускорить или замедлить движение, отследить по ней человека, считать краткосрочные воспоминания. Ну и еще много чего.

Я посмотрела за спины мужчин, чтобы проверить, есть ли замок на моей двери. Замка нет. Не, ну понятно, декан решил от меня избавиться. Нет тела, нет дела.

– А третий кто? – ну, пусть уж добьют меня. Смысл растягивать удовольствие?

– Зирэл, он на факультете зельеваров учится.

– А Зирэл у нас кто?

– Фей.

Ну, так-то да, нам только фея не хватало. Закрыла ненадолго глаза. Непросто, наверное, мне здесь будет.

– Так, познакомились, пошли на экскурсию.

В принципе, экскурсия была недолгой. Мне показали дверь клозета, гостиную и двери, в которые нельзя было входить ни в коем случае. Даже если наступит Армагеддон. Как вы понимаете, это двери их опочивален. Я состроила печальное выражение лица и сообщила, что у меня географический кретинизм. Поэтому если они не жаждут моих визитов, пусть нарисуют кресты на дверях. Меня это отпугивает даже в пьяном виде. Мужчины задумались, я вернулась к себе и легла спать. Завтра начиналась учеба.

Утром проснулась еще до общей побудки. Оделась и вышла в гостиную. На соседних дверях были нарисованы разноцветные кресты, на моей мишень. Вот, паразиты. Но, паразиты инициативные и с фантазией. Решили облегчить мне процесс идентификации собственной двери, чтобы я, не дай бог, не промахнулась.

Заглянула в комнату с желтым крестом, на кровати спал незнакомый мужчина, видимо, фей. За дверью с красным крестом был вампир. С зеленым эльф. Зашла к нему.

Финвэй спал на спине, раскинув руки и пуская пузыри. Волосы разметались по подушке, простыня спустилась до пояса, обнажив сильные руки и плечи, кубики пресса и косые мышцы живота. Что сказать, хорош. Глядя на кубики, стала задумываться о замужестве.

– Финвэй, ты спишь? Финвэй! Просыпайся! – я потянулась и взяла мужчину за руку. В следующую секунду мое тело подпрыгнуло, взлетело и стремительно понеслось в угол комнаты. Я озадаченно соображала, что могла произойти. Додумать не успела, поскольку мой полет прервала стена и встреча с ней лишила меня сознания.

Очнулась от того, что мне на лицо брызгали воду.

– Лера, прости, я не хотел, я не знал, что это ты! Это инстинкт, самозащита. – с виноватым лицом произнес эльф. Рядом сидели вампир и фей. Я с грустью думала о том, что не те инстинкты он в себе развивает.

– Ах ты сссс… самый лучший день! – прошипела, когда, при попытке приподняться, голову прострелила вспышка боли.

– Надо бы ее лекарям показать. Может нос сломан. Вон, как опух. И синяки такие некрасивые. – обратился вампир к Финвэю.

Огосподи! Я же только ручку с карандашом хотела попросить! Собрала всю силу воли, встала и пошла в туалет. Что сказать…

– Пи***ц, – произнесла негромко, комментируя недавнее событие. В этом слове было всё: описание ситуации, удивление, разочарование, вопрос и даже чуточку юмора. Лицо приобрело цвет бабкиных обоев. – Это ужас! Вы же лекари! Сделайте что-то! Я не могу так пойти!

– Но мы пока не можем практиковать. – ответил эльф.

– А бить женщин можете? – спросила у него, он густо покраснел.

– Хорошо, но я не гарантирую результат. Зирэл, можешь принести зелье обезболивающее?

Фей принес склянку с отваром, я выпила. Зря выпила. Было ощущение, что я хлебнула кислоты. Они растворяла все: желудок, кости, кожу, мою жизнь… Я покраснела и с трудом сдерживалась, чтобы не познакомить мужчин со своим внутренним миром. Эльф стал водить руками перед моим лицом. Через пару минут меня снова отправили к зеркалу, чтобы оценить результат. Отек ушел, синяки пропали. Я с облегчением выдохнула. Вернулась, выдала подзатыльник эльфу, потом поцеловала в лоб. Пообещала, что после следующего такого полета выдерну этому Аполлону и руки, и ноги. Я просто не знала, чем он меня так приложил, поэтому осознанно решила угрожать всем органам движения.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.