Владимир Васильев
Душа нежити. Подплащерье 1

Глава 1

– Ну что, колдунишка? Загнал себя в тупик? Теперь не смоешься! – главарь бандитов счастливо осклабился и сделал несколько устрашающих взмахов топором. – А если бы сразу нам все отдал, то жив бы остался. Может быть.

Второй бандит тоже довольно хохотнул. Я быстро оглянулся и убедился, что мерзавцы не врали – буквально в нескольких ярдах переулок заканчивался забором в два моих роста. Но и особой проблемы я пока не видел. У разбойников были топоры, а у меня посох, причем, посох только по названию. Скорее уж боевой шест, и владел я им не плохо, чему свидетельствовало распухающее ухо атамана. В узком проходе обойти меня они уже не могли, так что обороняться я могу здесь хоть до утра, а скорее, до появления патруля стражи. Этот город далеко не лучший из сотен поселений, которые я видел, но, по слухам, стражники здесь дело свое хоть как-то, но исполняют.

Солнце только что село, но небо еще окончательно не потемнело, так что я мог хорошо рассмотреть стены каких-то складов по бокам переулка, выглаженную миллионами ног, копыт и колес мостовую и две приземистые фигуры бандитов, помахивающие топорами около входа в проулок, или, скорее уж, тупик. На другой стороне улицы нормальных строений вообще не было, а журчала речушка, бежавшая от соседних гор к близкому морю. Берега ее густо заросли кустами, среди которых торчали какие-то полуразвалившиеся сараи. Судя по всему, у бандитов проблем с утилизацией отходов их грязного промысла возникнуть не должно, но это мы еще посмотрим!

Нападавшие чувствовали себя вполне уверенно, ведь они прекрасно рассмотрели мой плащ и знали, что я могу только называться подмастерьем мага. Ничего смертоносного я скастовать не сумею. А вот мой посох они недооценили, им я и раздал немного «заклинаний». Волшебную оплеуху главарю и волшебный тычок в пузо второму. К сожалению, парни оказались крепкие. Скажем, с сопротивлением к моей магии.

За спину к главарю скользнула маленькая фигурка, в которой я с небольшим удивлением опознал мальчишку, который прислуживал в портовом кабаке, куда я ненадолго заходил, спустившись с корабля. Не ужина ради. В таком месте я есть и ночевать не соглашусь ни за какие коврижки. Я путешественник опытный, и что ожидать от заведения определяю с одного взгляда, но мне надо было хотя бы узнать про более-менее приличные трактиры в городе, чтобы не плутать по ночным улицам. Кружку его лучшего, а значит более-менее терпимого для меня пива, трактирщик мне нацедил с радостью и на вопросы, хоть с неохотой, но ответил. Кому приятно рассказывать про конкурентов? Но я сделал заказ, а значит имею право и на несколько вопросов.

А вот куда делся служка, который размазывал грязь по столам крайне подозрительного вида тряпкой, я не обратил внимания. А он вот где! Значит, тут целая банда. Я порадовался, что не стал безропотно расставаться с деньгами, да и остальным имуществом, услышав сакраментальное «жизнь или кошелек», а сразу врезал посохом. Живых эти типы точно не оставляют, ведь первый же выживший приведет трактирщика на виселицу.

А через секунду мне стало понятно, и зачем мелкий поганец вообще показался мне на глаза. Он подал главарю копье.

– Ну вот тебе и конец, колдунишка, – повторился атаман и в очередной раз осклабился.

Правда, прежде чем взять копье у грязного уборщика-оруженосца, он меня слегка удивил, с мощным хаканьем метнув в меня топор! Я легко отбил тяжелый инструмент дровосека и головореза почти незаметным движением посоха и улыбнулся в ответ. А что? Теперь у меня есть и топор, который я, если что, смогу метнуть с куда большим успехом. Вот если бы он метал ножи, да умеючи, то это могло бы стать проблемой. Ножи я отбиваю не всегда, а топор, он и большой и тяжелый. Нет, против хорошего воина я долго с шестом не продержусь, но это не тот случай. Этим увальням до рыцаря или варвара расти и расти, а точнее, тратить и тратить годы на тренировки.

Копье в руках главаря меня не смутило, даже немного обрадовало, ведь длинное оружие внушило нападающим ложную уверенность. Мальчишка скользнул в сторону, где конечно же продолжит стоять на стреме, а главарь сделал пару шагов вперед и попробовал ткнуть в меня копьем. Я круговым движением отбил древко вверх, резко подался вперед и с размаху снизу врезал самым кончиком посоха между ног атамана.

Разбойник испустил пронзительный вопль, схватился за пострадавшее место и повалился на щербатую мостовую. Копье выпало и загрохотало по булыжникам. Второй бандит ринулся вперед, размахивая топором, но я уже быстро отпрыгнул назад и выставил вперед слегка подрагивающий кончик посоха. Разбойник развивать успех не решился, а просто подобрал копье и застыл рядом со скулящим и катающимся по земле атаманом.

Недостаток шеста в том, что он слишком легкий, и быстро нанести им убийственные повреждения трудно. Но потихоньку-полегоньку я этих типов забью. Главное, не рисковать, ведь оружие грабителей как раз тяжелое, им достаточно будет разок меня зацепить, и всё.

Второй разбойник уже не улыбался. На его роже читалось недоумение и понимание, что им меня, похоже, не взять. Я широко улыбнулся и резко выбросил посох вперед. Бандит, даже не пытаясь контратаковать, отступил на два шага. Я, пользуясь возможностью, крутанул посох и влепил валяющемуся главарю сначала по руке, а потом по носу, оросив стену склада веером кровавых брызг. Тот только обреченно завопил. До него окончательно дошло, что все очень и очень плохо.

Целый разбойник уже раздумывал, не пора-ли делать ноги, пока они еще при нем и не отбиты гибкой палкой. Я уже видел на его морде не слишком тяжелые раздумья о предательстве подельников. Мерзавец уже почти принял решение плюнуть на судьбу атамана и трактирщика и пуститься в бегство, но не успел.

За его спиной возникла невысокая фигурка, закутанная в зеленый плащ, и опустила что-то на его затылок. Раздался глухой удар, и тело бандита мешком осело на мостовую. Фигурка, не теряя времени, быстро скользнула к главарю и с размаху стукнула его по голове короткой увесистой дубинкой. Настала тишина.

Новое действующее лицо распрямилось, сделало два шага назад и медленно скинуло капюшон. Я замер. Бледное красивое лицо девушки портили красные белки глаз и два торчащих тонких клыка из-под верхней губы.

Тут я понял, что все. Будь на моем месте опытный мечник хотя бы в легких доспехах, то справиться с вампиром было более чем вероятно. Но посох… Довольно быстрая тварь просто не обратит внимания на мои удары, ведь мертвые боль чувствуют гораздо слабее. А подобравшись ко мне вплотную, уже пустит в дело хоть острые ногти, хоть клыки, а хоть и ту же дубинку. Есть у меня, правда, кинжал с серебряной насечкой, но… времени, чтобы нанести достаточное количество ударов, у меня не будет.

Однако, вампирша нападать не спешила. Наоборот, она начала обратную трансформацию, или выход из боевого состояния. Белки глаз быстро теряли красноту и становились собственно белками. Клыки тоже укоротились и скрылись под верхней губой. Через минуту на меня смотрела самая обычная девушка, только бледноватая. Впрочем, такая бесцветная кожа особенно ценится среди благородных.

В небоевом состоянии вампиры все равно опасны, но гораздо меньше. Я уже начал прикидывать, что смогу оттолкнуть ее и быстро умчаться к совсем недалеким жилым кварталам. Но пока спешить не стал. Если не напала, то, наверное, и не планирует. Сама уйдет, а мой прорыв может и спровоцировать агрессию.

– Сэр, – вдруг заговорила девушка, – я признаю, что эти два бандита ваш законный трофей. В моем вмешательстве уже не было необходимости. Я хотела вам помочь, но вы и сами прекрасно справились. Но вы, наверное, захотите взять только их кошельки. Может еще оружие. А может вы заберете и бандитов, чтобы отдать их правосудию. Но не могли бы вы великодушно отдать мне одного из них. Вам даже не надо отдавать его вампиру, у светлых богов не будет к вам претензий. Просто заберите что хотите, но не добивайте одного. Он мне нужен живым.

Я замер, пораженный невероятностью ситуации. Вампир просит меня отдать одного бандита на съедение. Понятно, что ей нужна только кровь и жизненная сила, но будем называть вещи своими именами. Неожиданно мне захотелось проявить деликатность, ведь как-никак напротив меня стоит красивая девушка!

– Леди, вы помогли мне в бою. Риск для меня оставался, так что ваше вмешательство было совсем не лишним. Поэтому, вы по праву можете забрать себе обоих этих… двуногих скотов. Но, ради всех богов, почему именно так?

– Я мертва, но я не темная, – грустно сказала вампиресса. – И я не хочу потемнеть. Я могу… э-э-э… употреблять, только совсем темных лю… пусть будет, как вы правильно заметили, скотов.

Я опомнился, прислонил посох к стене, направил ладони вперед и сосредоточился. Только с большим трудом, и помогая себе жестами, я смог подключить свое единственное магическое умение. Даже не заклинание, но хоть что-то. Я замер на две минуты, в которые был абсолютно беззащитен, так как ничего не замечал вокруг.

Постепенно вокруг меня стал проступать магический мир. Сплошная дымка маны вокруг, несколько ярких искорок на фигуре девушки напротив. Амулеты, и немало… Я усилил потуги. Ага… Вот стали проступать ауры. Еле заметное свечение вокруг кустов около реки, пара пятнышек поярче – ночующие в кустах птицы. Яркое многоцветное сияние вокруг моих собственных рук, попадавших в поле зрения.

И конечно-же аура вампирессы. Очень блеклая, с преобладанием серого. Аура мертвеца. Такая аура бывает у недавно погибшего человека. Хотя вру, такие ауры часто бывают и у тяжело больных людей, которые уже не жильцы. Но и правда, черных нитей и пятен я не заметил.

Перевел взгляд на бандитов. Тут как раз все ожидаемо. Яркие ауры живых, и черноты в них более чем достаточно, чтобы не спутать их с нормальными людьми. Вполне сформировавшиеся кандидаты в ад.

Я быстро свернул магическое зрение и выдохнул. Мир вернулся к обычному виду. Вампиресса не успела заметить, что я уже смотрю на нее обычными глазами, и украдкой сглотнула, затем присела и положила ладони на голову одного из бандитов. Точнее, близко поднесла к сальным волосам, явно брезгуя прикасаться. Усыпление. Одно из умений вампиров. В бою таким они воспользоваться не могут, так как требуется хотя бы немного времени. А вот подсесть, в том же трактире, к одинокому выпивохе, на минутку приблизиться, может в глаза заглянуть… И вот уже какой-то человек в капюшоне выводит перепившего собутыльника, аккуратно поддерживая за талию. Нередкие случаи, надо полагать.

И вдруг до меня дошло, что передо мной уникум. Человек, который став вампиром, каким-то образом не стал темным и борется уже много лет. Явно, девушка уже свыклась со своей судьбой и владеет собой отменно.

– Забирайте обоих, – широким жестом предложил я. – Хороший скот, созревший. Я даже могу вам помочь донести одного. Вам потом не искать нового. Будет запас.

Вампиресса с интересом посмотрела на меня, слегка улыбнулась, но покачала головой, хотя и наложила ладони на голову второго.

– Буду рада, если вы поможете дотащить этого до реки, – девушка указала на атамана. – Неплохо бы немного его сполоснуть прежде чем… Они мылись последний раз при прошлой династии, наверное. Но второй мне не нужен. Это может повредить моей…

Вампиресса замялась, и я решил подсказать:

– Вашей диете? – сам не знаю, почему я это ляпнул. Кто-то разве видел толстого вампира?

Но собеседница, похоже, не обиделась на мою неуклюжую бестактность.

– Ауре, – с грустной улыбкой проронила она. – А может и душе. Сейчас он мне не нужен, а если я его придержу на месяц, то подлец может горячо раскаяться. Менее темным он не станет, но… все таки… Не хочу даже малейшего риска. Я охочусь на отпетых убийц, и только в момент их злодеяний.

Мы взялись каждый за одну ногу счастливо посапывающего атамана (не врут, что сон от вампиров дает ощущение счастья!) и потащили тело через улицу. При этом наши руки в какое-то мгновение соприкоснулись, и я невольно вздрогнул. Кожа вампирессы отдавала ледяным холодом. Моя реакция не укрылась от девушки и она печально вздохнула:

– Это последствие боевой трансформации. Но я уже запустила нагрев. Несколько минут и я стану вполне себе горячей.

В кустах около самой мостовой сладко причмокивал во сне мальчишка из кабака. Похоже, он был недостаточно черен для охотницы, а может крови в нем маловато?

Продравшись через кусты, мы столкнули тело в воду и распрямились. Девушка прямо посмотрела мне в глаза, и в ее взгляде читалось: «А не пора-ли вам валить отсюда, сударь? Аппетит я уже нагуляла, а кушать при посторонних стесняюсь».

Но прежде чем галантно распрощаться, я спросил:

– Леди, а вы не могли бы подсказать мне дорогу в обход города? Если я скажу страже, что встретил вас, то за вами могут отрядить погоню, чего мне совсем не хотелось бы. Если же я промолчу, то патруль стражи скоро найдет оставшегося бандита и мальчишку. Они наведут на кабатчика, а тот меня хорошо рассмотрел. Да и плащ у меня приметный. Уже утром меня начнут очень сильно искать, чтобы задать совсем ненужные вопросы. Почему я утаил нашу встречу, особенно.

– Сэр, я очень рада и польщена, что вы так близко принимаете мои проблемы и готовы терпеть неудобства ради меня! – вампиресса облегченно улыбнулась. – За полсотни ярдов до городских ворот есть дорога вправо. А через полверсты, после мостика, будет брошенная мельница. И я буду рада, если вы меня там подождете. Я недолго, полчаса максимум. Вы прекрасный собеседник, а я уже и не помню, когда общалась с таким галантным кавалером. Нет, не обещайте! Просто знайте, что я подойду туда. И… я еще раз благодарю вас!

Я выбрался на мостовую и уже через несколько минут быстрого шага увидел распахнутые городские ворота. А что? Войны нет, город портовый. Ворота в таких торговых городах и не запирают совсем. Стража, конечно, там есть, и даже бдительная. Особенно строго следят за уплатой входной пошлины.

Я свернул на обходную дорогу и быстро добрался до еле заметных в темноте развалин. Можно было, конечно, прошагать мимо, но ночные прогулки не особенно безопасны, в чем я смог убедиться только что. Да и вампиресса меня заинтриговала, так что я был не прочь продолжить знакомство. Но только дружеской беседой. От одной мысли о том, что девушка уже давно мертва, меня слегка передергивало.

А вот страха перед ней я уже совсем не испытывал. Побродил по дорогам я уже восемь лет, повидал всякого, и чтобы напугать меня надо очень сильно постараться. А разум мне говорил, что эта нетемная вампиресса угрозы мне не представляет. Хотя бы потому, что она больше всего на свете боится потемнеть, а первое же нападение на обычного человека вычернит ее не хуже сажи.

Я потратил еще некоторое время на сбор веток для костра и расположился между ручейком и развалинами, чтобы костер было не очень заметно от дороги. Только успел разжечь огонь, как раздалось деликатное покашливание, и в круг света от костра вступила закутанная в плащ фигурка.

Я уже вполне справился с эмоциями, поэтому вскочил и протянул ладонь девушке. Та с благодарностью приняла мою руку и села напротив меня. В этот раз ее ладонь была теплой, даже горячей, да и бледности на лице девушки было заметно меньше.

– Давайте познакомимся, и если вы не против, перейдем на ты, – предложил я, прерывая короткую паузу. – Меня зовут Кейрил. Можно просто Кей. И я подмастерье одного хитрого магистра. По сути, вся моя работа, это носить этот чертов плащ. Как я сам над собой шучу, я профессиональный подплащерье.

– А я Сильвиана. Можно просто Сили, – девушка тоже легко оставила потуги великосветского общения. – И я, к сожалению, вампир. Но я изо всех сил ищу способ стать обратно человеком. Это, наверное, невозможно, так что я более реально мечтаю хотя бы окончательно умереть так, чтобы сохранить душу.

И мне подумалось, что рядом с такой простой, но страшной мечтой, все мои проблемы и вся моя прошлая жизнь, которую я считал трудной и не особо веселой, меркнут как свеча рядом с магическим фонарем.

Чтобы прервать неловкую паузу, я достал свои припасы и предложил Сильвиане разделить со мной ужин:

– Даже неудобно предлагать такое угощение, – хмыкнул я, выставляя на камень мешочек с сухарями. – Но я как-то не успел запастись после морского путешествия.

– А уж как мне-то неудобно, – засмеялась девушка, доставая из сумки бутылку из темного стекла. – Не вяжется с образом хрупкой девушки. Хотя… с нежитью может быть в самый раз…

Я взял бутылку, чтобы открыть и разлить вино в… в единственную железную кружку. А что? Нет у меня запаса посуды. А большая, в меру помятая и закопченная кружка в дороге и как котелок может сгодиться. Но, рассмотрев этикетку, я понял смущение Сили. Далеко не эльфийское вино. И даже не человеческое. Гномья грибная настойка! Та, что прекрасно горит, хотя гномы могут и по шее дать за попытки поджечь, дабы неповадно было переводить ценный продукт. Да и кто проверяет гномьи настойки на крепость поджиганием? Они все горят за милую душу!

– Для дезинфекции держу, – смущенно пробормотала вампиресса, заметив мои поползшие вверх брови. А потом добавила, неопределенно взмахнув рукой. – Мои… клиенты, они обычно с гигиеной не дружат. Вот и приходится протирать шеи…

Я понимающе хмыкнул и плеснул немного настойки в кружку, после чего щедро разбавил водой из ручья. А ничего вкус! Терпкий и горьковатый.

Так и пировали, по очереди отхлебывая настойку и закусывая сухарями. Потом я поставил кружку на костер и заварил кофе.

– Расскажешь мне, кем ты была раньше? – рискнул спросить я.

– Нет, сначала ты о себе расскажи! – капризно надула губы Сили.

– А мне что рассказывать? Все мои родственники погибли во время сонной чумы. Так как мой отец служил в дружине графа, то меня взяли в отряд его малолетнего наследника. Граф, он считает себя светлым, так что старается соблюдать паладинские уложения.

– Но он не светлый по сути? – живо заинтересовалась собеседница.

– Не знаю. Но в храме белого бога в его замке жреца нет. Значит, у бога есть серьезные претензии. Хотя за такие разговоры в городе можно и на каторгу угодить.

– Понятно… в лучшем случае серый. Ты уж поверь, я во всех этих божественных градациях здорова разбираться стала. И что у тебя вышло?

– Я был любимым партнером наследника в тренировках. Но ему давали железный, хорошо что тупой, меч, а мне деревянный, чтобы не покалечил графского сына. Да и деревянным бить особо не дозволялось, так что я хорошо научился именно уворачиваться. А любимым был, потому что дольше всех мог продержаться. Но как-то он меня здорово достал по колену, а лечить граф меня не пожелал, так как это дорого, и отправил в магическую школу.

– Да, да. Пресветлый граф, – скептически хмыкнула девушка.

– Нет, ты не подумай! Я не жалуюсь. Всяко лучше, чем на полях деревья околачивать или в прислуге состоять. Зато на дорогах мне эта воинская наука очень даже пригодилась. Так вот, в магической школе мне понравилось. И колено мне за два года подлечили. Старшие ученики тренировались в исцелениях.

– Но что-то пошло не так?

– Я научился накапливать ману и даже видеть магические поля и ауры. Освоил два заклинания и мог по книгам прочитать еще несколько несложных. Но потом один из наставников опробовал на мне новый рискованный метод развития концентрации. Неудачно. Моя концентрация свалилась почти в ноль. Но средства на мое обучение уже потратили, так что меня собирались отправить в шахты, на вечную отработку.

– А что? Концентрацию восстановить маги не могли?

– Это очень непросто. Пара месяцев постоянных занятий с архимагом. Ученик таких трат не стоит.

– Не повезло значит?

– Ну это как посмотреть! Я предпочитаю смотреть с хорошей стороны. Школу заканчивают не более четверти начавших обучение, каждого шестого вообще выносят вперед ногами. А всех отбракованных отправляют на отдаленный остров. Там серебряные шахты. Не каторга, конечно, но всю жизнь проработать на шахтах тоже приятного мало. А король требует, чтобы потраченные на неучей деньги максимально вернулись в казну. Я же подсуетился и вот, надел этот чертов плащ-неснимайку.

– А что, правда вы эти плащи снимать не можете?

– Снять-то можно… Но каждое снятие отодвигает счастливый миг окончательного расставания с ним. Примерно месяц за минуту. На минуту снял, на месяц ношение продлилось.

– А как же мыться? – удивилась девушка, и ее нос непроизвольно подвигался, как бы пытаясь учуять вонь застарелого пота. Заметив, что я не упустил этот жест, Сили смутилась и даже покраснела. Похоже, сегодняшний разбойник пошел ей на пользу!

– Мыться можно в плаще, – рассмеялся я. – И мытье, и стирка. Даже рубашку переодеть легко получается. Руки из рукавов плаща вынимать можно. Так что трудно только первый год. Потом привыкаешь!

– А после окончания носки вам правда миллион золотых обещают?

– Миллион золотых за плащ покупатель платит, а иногда и два может отвалить, если плащ удачный. Архимаги за ними в очередь выстраиваются. Шутка-ли! Магическая сила в таком плащике мало что не утраивается. А подплащерьям обещают сто тысяч, но это если плащ, после всех лет носки, в отличном состоянии остался.

– А что с ним может случиться?

– Можно порвать, можно прожечь. Это шелк. Хоть прочный, но мало ли в какие передряги можно попасть за двадцать-то лет!

– Двадцать? – охнула девушка.

– Минимальный срок семнадцать лет. Это если не пропустил маршрут ни разу. Максимум двадцать два года. После этого тряпка перестает накапливать пользу, и начинает терять.

Минуту помолчали, поочередно отхлебывая горячий кофе, потом вампиресса хихикнула:

– Получается, что великие архимаги ходят в ваших обносках?

– Получается так. Иной раз можно встретить такого благообразного старца, наряженного в совсем уж непотребный плащ. Весь в заплатках и потертостях, – мечтательно улыбнулся я. – Хотя, конечно, поверх таких обычно накидывают что-нибудь обшитое мифрилом и каменьями. Но такие плащи уже совсем немного стоят. Относительно. А подплащерье в награду получает разве что пинка.

– А тебе много осталось так бродить? И потерь у ткани много? – сочувственно спросила девушка.

– Восемь лет отходил, девять осталось. Пропусков у меня пока нет. А вот с дырками хуже. Бывало, дрался… Бывало, стреляли в меня. Растения всякие… шипастые, бывало, дорогу перебегали. Но пока еще ничего. По крайней мере, наставник… чтоб ему икалось… в последний раз орал на меня не очень сильно… Да нет! Все хорошо! Путешествую, мир смотрю. Еще и зарплату платят кое-какую. Да и подзаработать иной раз получается. Вот так… Может и ты что-то о себе расскажешь?

– У меня сложнее. Может быть слышал про нашествие черного властелина на Броундаль? Собственно, после этой войны того королевства и не стало.

Я напряг память и вспомнил что-то о последнем крупном нашествии армии нежити с сильнейшим некромантом во главе. Да, где-то здесь все это и происходило. Нашествие с трудом отбили. Но какое-то королевство, действительно, не пережило катаклизма. Его земли и остатки населения поделили благодарные соседи. Но! Так это же было еще до моего рождения! Лет тридцать назад.

– Двадцать девять лет назад королевство погибло. Правящая династия тоже. А я была там младшей принцессой.

Я пораженно уставился на девушку. На вид ей было от силы лет двадцать. Вампиры долго сохраняют молодость, но все же вполне себе стареют.

– Не смотри так. Я знаю, что я старая, – вздохнула вампиресса.

– Ну что ты! – быстро возразил я. – Я бы тебе больше шестнадцати ни за что не дал!

– Врешь, а все равно приятно, – усмехнулась Сили. – Мне было семнадцать, когда меня обратили. Совершенно моего желания не спрашивая. Но я подсчитывала – я за весь этот долгий срок жила только шесть лет, а остальное время проспала. Вампиры так умеют. И вообще, смерть, она неплохо консервирует.

Я согласно покивал, а девушка продолжила с печальной улыбкой:

– А самое плохое знаешь что? Я к тому времени была уже изрядно темной. И не спорь! – взмахом руки она остановила уже почти вырвавшееся у меня возражение. – Я совершенно точно знаю. Читала. Вампиром может стать только человек с темной душой. Если вампир выпьет крови человека, но не до смерти, то тот или выздоровеет, или умрет, или обратится. Последнее со светлой душой невозможно. А я действительно делала плохое. Издевалась над служанками, бывало била их. Да и другим доставалось от моих злых шуток. Вот и получила.

– Я же посмотрел твою ауру. Там, в переулке. Я не заметил в тебе ничего темного!

– А ты так умеешь? Не только магический взгляд, но и ауру? Посмотри еще, пожалуйста!

Я несколько раз вдохнул-выдохнул, выставил вперед ладони и сосредоточился. Через минуту мир начал меняться. Второе применение способности за несколько часов давалось заметно труднее. Но все-таки дело пошло. Океан маны вокруг, ауры растений, и блеклая аура вампирессы.

Я внимательно оглядел ее с ног до головы. Взял за горячую дрожащую руку. Задрал рукав, осмотрел повыше. Попросил глухим голосом ее встать и повернуться. Потом попросил расстегнуть плащ и внимательно рассмотрел грудь и живот, прикрытые тонкой блузкой. Хм… действительно. Ни одной, даже самой тоненькой, черной нити.

Перевел взор на свою грудь и живот. Среди яркого буйства красок сразу разглядел несколько черных нитей. А что? Я же человек, а не монах-отшельник. Бывает, совершаю не слишком благовидные поступки. Но такая чернота как появляется, так и развеивается со временем. Кто-то этот мир придумал очень грамотно, иначе все поголовно попадали бы в ад.

Я рывком вылетел из медитативного состояния, и чуть не упал со своего камня. Хорошо, что еще держался за ладонь девушки и внезапно ставшая крепкой рука легко вернула меня в вертикальное положение. Все! На ближайшие пару дней я наколдовался.

– Да ты святая! – начал я успокаивать собеседницу. – У себя я плохие следы заметил. У тебя же ни одного!

– Но как же так? Как такое может быть? – пораженно пробормотала Сили.

– Может избавление мира от разбойников засчитывается за светлые деяния? – предположил я, разведя руками, после чего припал прямо к бутылке с гномьей настойкой. Всего один глоток огненным клубком прокатился по пищеводу и резко поставил мои мозги на место.

– Так я больше не черная! – радостно зашептала вампиресса. А потом озорно сверкнула глазами. – А может ты еще раз внимательно посмотришь? Ничего не пропустил? Может мне снять блузку?

– Так, – слегка напрягся я. Речь уже шла не об ауре. Мое магическое опустошение Сили не могла не заметить. Но и прямо отказать девушке было бы неосмотрительно. Такая обида не факт, что забудется, но я быстро нашел выход. – Если мы сейчас сделаем то, что нам хочется, то можем оба почернеть. Не стоит…

Вампиресса враз погрустнела и закуталась в плащ. Несколько минут мы глазели в огонь, потом я разбавил еще настойки, и постепенно беседа наладилась. А еще через полчаса настроение девушки резко пошло вверх. Она откровенно радовалась моим наблюдениям в ее ауре. Но игривость уже не переходила определенную черту.

– А знаешь, Кей? – после продолжительного разговора «ни о чем», неожиданно спросила Сили. – Может ли одна ну хоть чуточку прекрасная принцесса, пусть и бывшая, нанять одного более чем благородного мага, выполнить одно сложное, но ответственное поручение?

Смена темы меня несколько напрягла, как и сама формулировка. Принцесса… надо же! Я даже еще не осмыслил, что вот так запросто сижу у костра и делю пару горстей сухарей и гномью настойку вперемешку с кофе с самой настоящей принцессой. А как она меня назвала! Благородный. Я себя ущербным не считал, но благородным я не был по рождению, да и по магическим умениям мне это уже давно не светило.

Я постарался ответить как можно более дипломатично:

– Нанять конечно же нет! Но вот попросить этого подплащерье, конечно же можно. Я приложу все силы, и так далее, и тому подобное.

– Мне очень надо, чтобы ты нашел какую-нибудь информацию, как можно оживить непочерневшего вампира. Ну или как можно этому вампиру умереть, не потеряв душу. Я читала, что такое возможно. Я ведь в первые годы изучила все дельные книги о вампирах в нашей дворцовой библиотеке, но в обеих из них только упоминалось, что такое возможно. А вот как это сделать, или хотя бы где можно поискать подробности, не было ни слова.

– Хм.. А я могу взглянуть на эту библиотеку? – попробовал я перевести разговор в деловое русло, хотя и очень не хотелось. Надо же! Обе книги. Подумать только! Надеюсь, это были не сборники сказок? Про оживление я раньше не слышал как-то…

– Нет. Теперь уже вряд ли. Уже четверть века во дворце живет местный герцог. Ему отдали город после окончательного раздела моего королевства. Я туда проникнуть не смогу, не говоря уж о том, чтобы тебя провести.

– Договорились! Я поищу что-нибудь в библиотеках. Мне доводилось уже их посещать. А ради тебя я посвящу поискам все доступное мне время. Как я смогу передать тебе результаты?

– Приходи ко мне. Я живу в Бронбурге. В потайной комнате в старой городской стене. Туда можно попасть через маленький сарайчик за сортиром при сторожке городской стражи около трактира «Старая плесень». Там хранятся лопаты, метлы всякие, и такая же фигня. Надо повернуть на левой стенке четвертый сверху и второй от дальней стены камень. Это запор замаскированный. Потом надави на правый край каменной кладки, и дверь отворится. Дверь деревянная, просто сверху обложена пластинками камня. Если меня там не будет, то подожди. Я не покидаю убежище больше чем на неделю. Обычно на два-три дня.

– Бронбург, плесень, стража, сортир, сарай, слева, четыре-два камень, дверь, – пораженно прошептал я, удивляясь необычному адресу. А потом до меня дошло, что вампиресса только что открыла мне свое убежище. Да уж… Дела… И город-то совсем не этот. До Бронбурга верст сорок, если по суше. По морю поменьше, конечно. Хитрая бестия эта Сильвиана! Охотится, похоже, по всему побережью, а здесь крупных торговых городов штук пять вроде бы. И принадлежат они аж трем королевствам. А раньше их было четыре.

Но доверие! И чем успел заслужить? Или это что-то большее? Ладно…

– А если твое убежище раскроют? – все-таки решил уточнить я. – Мало-ли…

– А если раскроют… Если раскроют, а я выживу… Я на двери этого трактира нацарапаю руну «Любовь». Там много чего нацарапано. Но любви еще не было.

Пораженный потенциальной силой любви, я только проронил:

– Тогда встречаемся на площади около ратуши на закате в новолуние.

– Ты молодец! – только и сказала Сили, потом мгновенно вскочила и чмокнула меня в щеку.

Когда легкая суматоха с опрокинутой бутылкой гномьей настойки и вспыхнувшим подобно драконьему пламени костром улеглась, я уточнил:

– А ты не пробовала сама до нормальных библиотек добраться?

– А я не могу, – просто ответила девушка. – За пределами этого полуострова, на котором мы сейчас, уже есть тайные убежища вампиров, и они меня ждут. Я у них как бельмо на глазу. Они даже сюда пару раз посылали малые группы, но тех жрецы и паладины выловили. А если я там появлюсь, сразу почуют. И всё.

– Убьют?

– Хуже. Усыпят и запрут в комнате. А рядом привяжут ребенка. Я может месяц-другой продержусь, а потом сойду с ума от голода. В этот момент и проснусь. И… стану черной. Как они.

– А почему ты им так нужна?

– Их бог заставляет. Их вампирий. Очень ему не нравится, что появился нечерный вампир.

– Ну а сходить в храм светлых богов ты не пробовала? Может там что-то подскажут?

– Пробовала. Еще в первый год. Но оттуда меня выгнали. Еле ноги унесла.

– Так это когда было? С того времени ты уже темной быть перестала. Сходи еще раз.

– Так храмы светлые всё… кончились. Уже лет пятнадцать пустые стоят. Ни жрецов, ни, я так понимаю, присутствия самих богов.

Опустевшие светлые храмы я представлял. В резиденции ковена магов Новополе было что-то подобное. И пусть к божественной благобратии я относился прохладно, но все равно. Как то это тревожит, когда какая-то часть из них начинает покидать этот материк.

Мои непростые раздумья опять прервал веселый голос вампирессы:

– Так может хотя бы возьмешь немного денег? Это в моих же интересах, чтобы тебе легче было искать информацию для меня. Надо только или пройтись до Бронбурга, или подождать меня где-нибудь с недельку.

– Нет, некогда мне. Сроки… Да и не надо мне пока, – я даже не скромничал особо. Последнее жалованье от скупого учителя я еще не потратил, и увесистый кошелек все еще оттягивал мою дорожную сумку. – На библиотеки у меня хватит, а через пару месяцев я загляну к тебе. Тогда и будет ясно, какие траты могут случиться.

– Ну возьми хотя бы, что у меня с собой, – вампиресса принялась складывать около костра свои ценности. Да уж, «хоть что-то» тянуло на пару тысяч золотых! Но я уверенно отодвинул обратно самое ценное, десяток амулетов.

– Мой плащ не дружит с любыми магическими артефактами. Несколько минут еще туда-сюда, а вот больше, ну никак не перенесет.

Осталось пара брошей и колец. Золота там, само собой, кот наплакал, но есть вполне себе крупные камешки. Можно продать аж за две-три сотни золотых. Обычно благородные носят мифриловые украшения, но не вампиресса, конечно же. Мифрил нежити неприятен. Не как напряженное серебро, но тоже не сахар.

Я еще раз внимательно посмотрел на украшения… Мда… Даже обычным взглядом было видно, что это тоже магические штучки. Так что я с улыбкой вернул и их.

Мы еще поболтали немного о разном. Я поймал себя на мысли, что в нас есть какое-то сходство. Оба зеленоволосые. Только мои были темные, а у Сили светло-зеленые, почти изумрудные. Оба в плащах, которые носим в любою погоду, причем, не по велению моды. Еще угадывалось какое-то сходство гораздо глубже. В отношении к миру, в душах… Да… в душах.

А потом северо-восток окрасился бледным светом, и я засобирался в дорогу. Лучше утопать подальше, а то скоро, может статься, меня начнут в этом славном городе разыскивать для совсем не нужной мне беседы.

Сильвиана проводила меня несколько верст по пустынной еще дороге, а потом, тяжело повздыхав, решила разворачиваться.

– Как ты пойдешь под солнцем-то? – забеспокоился я.

– Да как всегда, – беспечно пожала плечами девушка. – Солнце для нас несмертельно, если немного. Это как для тебя брести по пустыне в самую сильную жару. Тяжело, но терпеть можно. Ну а если капюшон пониже натянуть, то можно и целый день ковылять. Мало кто внимания обратит. Старуха и старуха по храмам шарится.

Я проводил маленькую сгорбленную фигурку взглядом и быстро зашагал мимо просыпающихся городков и замков навстречу солнцу. Всего-то дороги… Верст сто пятьдесят до хорошо знакомых мне мест.

Глава 2

Через три дня я дошел до хорошо знакомого мне города, и даже вздохнул с облегчением. Ну наконец-то славный Ломс! Место, где подплащерья часто встречаются и не вызывают лишних эмоций.

А Баганский полуостров, который я недавно покинул, местами силы не богат, да и в стороне от обычного нашего пути. Мои коллеги на него забредают весьма редко, но это не значит, что там о нас не слышали. В этом я убедился на собственной шкуре.

За три дня пути мне шесть раз пытались подать милостыню, дважды собирались побить, а уж мальчишки старались крикнуть что-то вроде «нищий миллионер» или «дай тысячу золотых» в каждом третьем городке, около которых я проходил.

Ну дикари, что с них взять?

Милостыни я избежал состроив суровую и властную морду. Об драчунов немного обтесал костяшки пальцев, благо те были совсем примитивные любители. Только против мелких паршивцев у меня не было метода, а те, обладая почти бесконечным временным ресурсом, могли бежать за мной аж до следующего города, где эстафету подхватывала следующая стая. Только один раз мне удалось оторваться, сшибив кончиком посоха осиное гнездо, которое я заметил в развилке ветвей над дорогой. Опешившие от человеческой наглости насекомые организовали карательную экспедицию как раз когда их достигли мои преследователи.

Что поделать, если мои коллеги за сотни лет сформировали соответствующую коллективную репутацию? Вороватые, плохо пахнущие стайки плащеносцев бродили по всему западу материка. Половина населения считала их чем-то вроде ордена юродивых, другая половина страшно завидовала, сочиняя сказки про немыслимые богатства.

Еще простых людей бесили несколько запретов. До сведения всех было доведено, что плащи принадлежат нескольким магистрам магии, так что не стоит даже пытаться отнять эту ценную тряпку. Плащ, кстати, становится ценным только после обработки «учителем», так что нажиться на продаже отнятого у бродяги не получится.

Да и сами плащеносцы проходили по разряду подмастерий мага, поэтому совсем уж сильно обижать не смей. Я поначалу долго недоумевал, почему аж подмастерий, а не гораздо более скромных учеников. Только потом сообразил, что ученика требуется учить, а от подмастерья требуется, в первую очередь выполнение поручений. По какой-то неведомой мне причине, какие-то боги следили за этой терминологической ерундой, а маги к своим покровителям относились с определенным пиететом.

Так вот. Убивать подмастерий нельзя, и плащи отбирать тоже. А вот пересчитать зубы и заодно вывернуть карманы высокопоставленным, относительно крестьян и простых горожан, бродягам, многие считали вполне себе допустимым делом. Еще немалый ущерб наносили молодые отпрыски мелких дворян. Те, конечно же, карманы не выворачивали, но погонять стайку бродяг под дорогими плащами считали за великую доблесть. Особым шиком считалось загнать бедняг в колючие кусты или пришпилить развевающийся плащ к деревьям стрелами. Как можно догадаться, на пользу тряпкам такие развлечения не шли, но и магам особо предъявить наглецам было нечего. Ну подумаешь, пара дырок… Не велика потеря! А пара за парой, так и получалось постепенно что-то похожее на решето.

Конечно же, выходки против подмастерий позволял себе от силы один из ста, так называемых, добрых жителей королевств, но и этого хватало для непосильного усложнения бродячей жизни.

Два года назад у меня случилась интрижка со служанкой моего как бы «учителя», когда я в очередной раз посетил Новополь для ежегодного отчета. Та веселушка-хохотушка и открыла мне глаза на некоторые неприглядные вещи. Ежегодно на солнечные и ветреные просторы выходило около сотни моих коллег, а продавалось в год всего около пяти кондиционных плащей. С отчетом в год являлось около тысячи подплащерьев.

Я тогда прикинул цифры. Расход на жалованье для тысячи бродяг получался около трехсот тысяч в год. Ну пусть за сто новых плащей в год еще пишем в расход сотню тысяч. Пятеро счастливчиков с обветренными мордами и прореженными зубами получали еще полмиллиона. Итого, приход пять миллионов, а расход девятьсот тысяч. Ну пусть еще какие-то расходы на надзор за нами и попытки найти и наказать редких разбойников, которые позарились на тряпку и вывели в расход ее начинку. Все равно остаток впечатляет!

В какой-то книге я прочитал, что когда-то давно, пару сотен плащеносцев возили караваном на всем готовом. Но уж больно много местных владетелей, по чьим территориям шел караван, хотели поучаствовать в прибылях. Организаторам оставалось недостаточно много, вот ушлые магистры и увеличили количество нашей братии, и отправили всех на вольный выпас.

Нет, конечно не все девяносто пять процентов неудачников из подмастерий складывали головы за свою драгоценную тряпку. Примерно половина. Остальных снимали с дистанции при очередном посещении штаб-квартиры. В какой-то несчастливый визит, плащ признавали половой тряпкой и реализовывали за сколько получится, а начинку отправляли на отработку потерь. Нетрудно догадаться куда. Все тот же остров с серебряной шахтой.

С этого острова возвращались нечасто. Как правило, долг был большим, а жалованье маленьким. Плюс немалые проценты, еще и штрафы. Во всех приличных королевствах нашего материка рабство запрещено, но кем еще можно назвать отправленных на остров? Может за такие вот острова и стали пустеть храмы светлых богов?

В Ломсе я задерживаться не стал, только купил припасов на недельку. Срок уже поджимал, а моя цель лежала верстах в двадцати восточнее. В предгорьях длинной гряды, отходившей от самих Великих гор, раскинулось одно из ключевых мест силы, где мне предстояло провести дня три. Плащу просто необходимо было напитаться магической благодатью, смешанной с моей аурой. Все более чем рутинно. Отдохну, подумаю. Опасностей особо ожидать не стоит. Территория там довольно безлюдная, так как место силы время от времени радует появлением какого-нибудь элементаля. Осторожному опытному путешественнику тварюга не страшна, главное вовремя убираться с дороги, а вот дома и сады с дороги сверхтупого создания не уберутся. Вот и безлюдно здесь.

Но только не в этот раз.

– О! Кто пожаловал! – засветились мне навстречу пять улыбок разной щербатости, едва я поднялся на удобную площадку для лагеря, а вожак продолжил. – Наш доблестный паладин Кей! Что? Не восстановил еще справедливость во всем мире?

Улыбаться-то они мне улыбались, но посматривали как-то недобро, оценивающе.

– И вам поменьше дырок на плащах, – усмехнулся я в ответ.

Эту ватагу так называемых коллег я неплохо знал. Пересекался несколько раз в резиденции и на путях. Раньше их было восемь, а теперь вот пятеро осталось, причем, один вроде бы новичок в этой компании. А скорее всего, и вообще новичок. Совсем еще пацан, и плащ на нем с иголочки.

– Помянем Лонкера? – потряс внушительной бутылью с чем-то мутным еще один из старожилов ватаги. Похоже, они пришли совсем немного опередив меня, но уже успели неплохо отметить это событие. А может уже и пришли такими.

Судьба несчастного Лонкера как раз указывала на то, что злоупотреблять горючими жидкостями в этом месте не стоит. Место упокоения относившего пятнадцать лет плащ подмастерья было тут же, буквально в трех ярдах, помеченное руной «покой». На вусмерть пьяного мужика два года назад наступил проходивший мимо свежевылупившийся гранитный элементаль. А мог потоптаться и по всей площадке, на которой тогда мертвецким сном спала вся ватага. Ему недолго.

Я отрицательно качнул головой и собрался уходить, но так просто меня отпускать не захотели.

– А у нас к тебе претензия, паладин ты эдакий! – пьяным голосом вступил в беседу кряжистый желтоволосый парень с довольно свежим фингалом под глазом. – Нас в Долине Роз из-за тебя избили. Это же ты там в прошлом году не смог пройти по человечески?

Ну я. Собственно, из-за того приключения в этот раз я и решил отправиться из Градодара на Баганский полуостров морем. Короткий круиз на обшарпанной каракке оставил меня без изрядного количества денег и стал причиной немалого сожаления. Хотя… теперь я почему-то не так уж и печалился о потере золотых. Ведь иначе я не встретил бы принцессу Сили. А в ней что-то есть… Определенно есть!

В Долине Роз уже несколько лет назад подросла кучка молодых наследников окрестных баронских гнезд. И развлекались они от всей души! Чудачества их с каждым годом становились все наглее и злее. Я каждый раз, пробираясь по чудесно красивой местности, надеялся, что баронята уже достаточно насолили кому-нибудь из сильных мира сего, и их уже прикопали поблизости или в фамильных склепах. Тем не менее, мои переходы там завершались удачно. До последнего года. Два молодых негодяя подловили меня когда я перебирался через неширокую, но бурную реку в сотне ярдов от моста. Их сопровождающие скучали где-то на дороге.

Когда конники выскочили на меня, я уже был готов, так как создаваемый шум не расслышал бы только глухой и слепой, так как от грохота копыт облетали даже лепестки с диких роз.

Я, подставил посох под первую плетку с усеянным шипами кончиком, а потом, схватив за штаны, выкинул наездника из седла. Затем, опираясь на посох, подпрыгнул и ударом кулака вышиб из седла и второго. А сам нырнул в густые заросли и вскоре затерялся в кустах. Можно считать за везение, что на драгоценном плаще я получил всего четыре довольно небольших дырочки. Всего четыре дырки на мириады шипов целого леса этих чертовых райских роз! Я везунчик!

А вот баронята везунчиками не были. Первый, которого я аккуратно выкинул за портки, ухитрился приземлиться на левую сторону пятой точки. На тонкий и длинный сучок, так что коварная деревяшка проткнула ему край ягодицы аж насквозь. Залечить-то никаких проблем, как и никаких проблем с кличкой на всю оставшуюся жизнь.

А второй, которого я хотел вышибить из седла ударом кулака в плечо, увернулся. Да так ловко, что я своротил ему челюсть. Ну и зубов там вылетело от двух до пяти, по разным версиям. У меня потом еще неделю кулак болел немилосердно.

Причем, за побитых дворян ко мне не могло быть претензий у местного закона. Подмастерье мага это не простолюдин, а, можно сказать, заготовка благородного. Но это у закона.

Так что теперь меня там ждали с распростертыми объятиями. По всем правилам военной и егерьской науки, с осведомителями на дальних и ближних подступах, системой сигнализации и патрулями из боевых слуг. Вряд ли я ушел бы оттуда живой. Хотя папаши пострадавших и внушали отпрыскам, что не стоит ссориться с могущественными магами, но тут уже, как говориться: «отомстить хоть ценой своей крови».

Попутно отлавливали моих коллег, но особо не усердствовали. Все как и обычно. Иначе бы я действительно дождался, что моих новоявленных врагов зароют сильные мира сего. Хотя меня, наверное, тогда тоже под горячую руку наставники прихлопнули бы.

И как назло, обойти эту долину очень и очень сложно. Места, что на запад, что на восток, все труднопроходимые и опасные. Горы там везде. Часто перевалы располагаются уже выше океана маны, а плащ такой прогулки не перенесет. Низкие же перевалы плотно заселены полудикими горцами, вот и пришлось мне обплывать недружелюбное место.

– Ну отметелили вас, – я равнодушно пожал плечами. – Так вас там каждый раз метелят. Пора бы уже и привыкнуть.

Оппоненты еще немного поворчали, но по существу им возразить было нечего, да и связываться со мной они боялись. На узкой тропинке я их посохом просто отстегаю по одному. Не сильно даже, но обидно.

Я удалился в узкую каменистую лощинку за высокой скалой и принялся разбивать лагерь. Хотя что там за лагерь? Костер, да лежанка из травы под нешироким скалистым навесом.

Костер мне нужен только для кофе. Вся еда сухпайком. У меня теперь даже есть банка новомодных консервов. Дорогая штука, но вкусная. Вычурная фарфоровая баночка с оловянной, намертво припаянной крышкой. Гномы расстарались. Говорят, что только один из десяти травится, да и то не насмерть. Это, конечно, к людям относится. Гномы, несомненно, и не замечают порченного. Мне думается, что гном у грифа обед отберет и закусит им свою грибную настойку. И разве что в пузе у него побурчит лишний раз.

А фарфоровая кружка мне потом пригодится… Когда я еще раз с Сили ночные беседы вести буду. Тьфу, черт! Неужели только из-за баночки и купил?

Я решил потренировать свое магическое зрение. Собственно, единственное магическое умение, мне сейчас доступное. Оно как-то почти пережило давний эксперимент бывшего наставника. Мне говорили, что у меня к нему врожденная склонность, потому и осталось. Ну и за прошедшие годы я его натренировал немного. Вот и сейчас потренирую.

Я привычно провел ритуал и осмотрел окружающий пейзаж. С восхищением полюбовался бьющими в небо потоками всех оттенков зеленого, в которых время от времени возникали завихрения. Красивая и опасная картина. Если завихрение будет особенно сильным, то там может возникнуть земляной элементаль. Тот соберет в себя камней и начнет чудить, пока или не убьется по дурости, или не напорется на приличного мага или серьезного рыцаря.

Упс! А что это там? Я разглядел за отдаленной скалой веер многоцветных нитей. Аура дракона. Судя по размеру, сейчас он в человеческом облике. Даже ничего совсем уж неожиданного. Драконы такие места тоже любят.

Я закончил рассматривать ману, проморгался и поднялся на ноги. Путь до скалы занял всего несколько минут. А что? Люди с драконами не враждуют уже несколько столетий. Главное, соблюдать несколько правил и можно поговорить.

– Сэр дракон, – начал я издалека и очень витиевато, – не позволите ли вы составить вам компанию?

Немолодой мужчина в простом костюме лениво взглянул на меня и приглашающе махнул рукой. Когда я приблизился, дракон хитро взглянул на меня и показал рукой на камень:

– Присаживайтесь, сударь.

Неплохой признак. Если дракон начал вести себя свысока, то лучше сразу откланяться. А сейчас вроде бы нормально, значит готов поговорить.

– Угощайтесь, – предложил тем временем мужчина и указал на остатки какого-то небольшого, но волосатого быка. От животного осталось совсем немного. Голова и самые крупные кости, на которых еще оставалось немало вполне свежего мяса. Все свидетельствовало о том, что еще несколько часов назад дракон был в гораздо более грозном обличье.

Впрочем, рядом с костями лежала совершенно нетронутая голень. Приличия соблюдены. Дракон – это не благородный из людского племени. Никогда не попытается так примитивно унизить собеседника, предложив объедки.

Помня, что надо вести себя естественно, я взял голень, положил рядом со своим камнем и поблагодарил.

– Не согласитесь ли вы ответить на два вопроса? – еще одно правило. Говори по существу и четко формулируй. Иначе… Могут и посмеяться.

– Давайте попробуем, – откровенно заулыбался собеседник. Похоже, он тоже читал то руководство по общению с драконами. А может, вообще, писал?

– Как оживить непотемневшего вампира женского пола обратно из нежити в живую женщину? Как окончательно упокоить непотемневшего вампира женского пола, чтобы сохранить душу?

– Влюбился что ли? – откровенно наслаждался разговором дракон. – Десять тысяч золотых. Это не ответы. Это цена моих ответов на оба вопроса. Всё что знаю.

Приплыли…

– Благодарю вас! Буду иметь в виду.

Я встал, коротко кивнул, подхватил голень быка и побрел на свою площадку.

Попозже, сварив кофе и подвесив жариться неожиданно прибывшее мясо, я принялся обдумывать беседу. Ну и как все это понимать? Может этот крылато-хвостатый тип даже и ответил частично на мои вопросы. Десять тысяч это довольно много, значит и ответы должны быть не совсем пустые, вроде «не знаю» или «не возможно».

Драконы не всезнающи, просто живут долго и память у них хорошая. Но встречалось ли ему на жизненном пути такое специфическое знание? Специально науками они вроде бы не занимаются. По крайней мере, никто не слышал о драконьих университетах или библиотеках. А вот о том, что драконы охотно продают подвернувшиеся им книги и свитки, как раз хорошо известно. Значит самим не нужны, в отличие от золота и драгоценных камней.

Попробую предположить, что ящер все-таки ответил. На незаданные вопросы. То есть «все это возможно», а вот «как» это уже за деньги. Десять тысяч золотых… Сколько там золота? Пудов двадцать… Естественно, и сам дракон не предполагал, что если бы я согласился, то привел бы караван ослов с золотом. При таких суммах всегда подразумевается эквивалент в драгоценных камнях.

Золото, вообще, металл довольно бесполезный. Только на украшения да амулеты и годится. Ну и на монеты. Несколько тысяч лет назад, как пишут в книгах, золото было весьма дорогим, но постепенно гномы накопали и намыли его неимоверно много. Вот и подешевело до того, что иной раз хорошая оружейная сталь по весу ценится дороже.

Но вернусь к ответам дракона… По хорошему, надо было задать четыре вопроса. Можно ли оживить? Как? Можно ли упокоить? Как?

Но в том же кодексе по общению с драконами было написано, что задавать можно только один вопрос. Ну, максимум, два. Дракон это не справочная и попросить его ответить на кучу вопросов, это прямой путь разозлить не отличающегося излишним терпением ящера.

Но все равно получалось, что я сглупил. Надо было спрашивать только про возможность оживить и как это сделать. Ну что ж… Встречу еще одного, спрошу правильно.

Запутавшись в размышлениях, я плюнул на все и пошел спать. Под утро меня разбудило хлопанье огромных крыльев, а потом и пронзительные вопли и ругань с площадки, на которой ночевала ватага. Похоже, кто-то из них не спал, а может и все уже проспались под утро. Но, в любом случае, неожиданный отлет дракона вызвал там и панику, и ненужную суету, жертвой которой пала бутыль горячительного. В пропасть, на камни, вдребезги.

Еле дождавшись положенного срока, я чуть не бегом отправился в Ломс, и первым делом подался в библиотеку. Я в ней уже несколько раз бывал. За один золотой можно было хоть целый день торчать в общем зале и напитываться знаниями. Здесь было множество учебников по магии и наиболее распространенных книг на все темы и случаи жизни. Однако, можно было легко предположить, что того, что мне надо, здесь не найдется.

Так что в этот раз мне пришлось отдать аж два золотых, но с правом побродить по всей библиотеке. Сопровождал меня мелкий мальчишка. Как бы для помощи в доставании тяжелых томов и аккуратном, до трепетности, переворачивании страниц совсем уж древних книг, но я подозревал, что ответственный ученик приставлен ко мне для надзора, дабы не возникло соблазна не мучиться с переписыванием нужных абзацев, а тихонечко изъять страницу-другую. По крайней мере, когда я попытался послать провожатого за парой листов бумаги, тот наотрез отказался покидать меня.

Всего часа блуждания в бесконечном лабиринте залежей мысли мне хватило, чтобы прийти в полнейшее уныние. Тысячи почти не систематизированных томов. Многие на незнакомых мне языках, только малая часть на родном мне языке запада и северо-запада нашего континента. Большинство фолиантов, ожидаемо, и к счастью, были написаны на курни, всемирном языке ученых, купцов и наемников. Но что это был за курни! Чтобы понять смысл написанного, мне приходилось перечитывать все по несколько раз. И совсем не потому, что я малограмотный. Просто большинство магов и ученых считали пошлым и недостойным своего величия писать простыми и ясными предложениями.

Да в этой, далеко не самой великой библиотеке континента, можно было проторчать годы! И не факт, что найду что мне требуется.

Я узнал расценки на услуги библиотекарей. Составить список дельных книг, где упоминаются вампиры, те могли, но попросили пятьсот золотых. И времени несколько месяцев. Формулировать запрос более узко я побоялся. Языки у этих стариканов без костей, как бы не возникли проблемы со жрецами и какими-нибудь паладинами. Да и стоить услуга по поиску знаний в текстах будет еще больше. Может тот дракон не такой уж и жадный?

Окончательно осознав бесполезность попыток моего обращения в книжного червя, я засел в общем зале и обложился картами и атласами. За несколько часов я перерисовал на большой лист бумаги расположение всех обозначенных мест силы в доступной части материка. Также перенес обозначение самых крупных храмов и замков белых рыцарских орденов.

Потом задумчиво отметил эльфийские леса. Вот уж кто обладает просто неисчерпаемыми запасами знаний от самых истоков мира. Но попробуй их убеди поделиться этими самыми знаниями! Эльфы те еще типы. Высокомерные и необщительные. Хотя, кто как не они обеспечили всех людей, да и многие другие расы, неисчислимым разнообразием полезных растений? Да и торговлю с ними ведут избранные купцы. Самими эльфами и избранные, конечно.

На обед я не пошел. Время дорого. Золотых у меня немало, но и пригодятся они мне в ближайшее время. Есть такое предчувствие.

– А принеси-ка мне толковых книг по богословию, – приказал я приставленному ко мне мальчишке. Хватит ему прохлаждаться и шпионить, чем именно я интересуюсь. – Мне надо почитать авторитетные источники по потемнению и посветлению души… и ауры.

Мелкий паршивец с готовностью сходил до полок и притащил мне первый попавшийся увесистый фолиант с какими-то скучнейшими наставлениями. Ну да, он ко мне приставлен как «протри пыль, переверни страницу, перепиши абзац, пошпионь», а не как полноценный библиотекарь.

Пришлось идти и просматривать полки самому. Зато, с не менее ехидной улыбкой я принес несколько книг по истории и генеалогии, и посадил ученичка-соглядатая переписывать сведения о королевских и других наиболее влиятельных династиях Броундаля и соседних королевств. А заодно историю раздела земель несчастного государства. Какие-то сведения по изменениям в персонах за последние тридцать лет могут пригодиться принцессе. А какие-то могут и на будущее пригодиться.

Сам же вчитался в крайне любопытную книгу, написанную очень серьезным светлым жрецом со слов, как он утверждал, аж целого бога.

Вообще, я как нормальный, пусть и неполноценный маг, к богам относился весьма и весьма прохладно. Это пошло еще с обучения. В первый год у нас наставником был очень здравомыслящий старичок. Магистр Зинт. Жаль, что потом он удалился на покой в какую-то замшелую башню.

– Запомните, раз и навсегда, – говорил он нам дребезжащим от древности голосом, – боги, они, конечно, дают какие-то блага в обмен на молитвы и другие почитания. Но не так уж и много. Зачастую, крестьянин не соображает, что если он потратит время на обработку своего сада, а не на протирание коленями дырок в полу храма того бога, который может этот урожай ему увеличить, то в итоге больше и соберет.

Мы сидели тесными рядами за длинными столами затаив дыхание. Кто слушал, а кто не очень, но тишина в паузах голоса лектора стояла мертвая. Те кто считал, что в магической школе можно пошалить или (подумать только!) пошутить над преподавателями, быстро отправлялись на заветный остров.

– Можете представить себе, для лучшего понимания, что каждому из вас в день прибывает по горсточке благодарности, которую вы можете передать богу при обращении к нему. Можете всю горсть сразу, а можете по частям. Чем больше вы благодарности отдадите богу, тем вероятнее, что он обратит внимание на вашу просьбу. Количество передаваемого за раз зависит от вашего внутреннего желание получить просимое. Но, если вы обратитесь в день к пяти богам, каждый получит только часть, пусть эти части и не равные.

Старичок окинул нас суровым взглядом, откашлялся и продолжил:

– Если вы не будете тревожить богов дурацкими просьбами целый месяц, то накопите тридцать горстей благодарности. Но больше копиться не будет. Все новые горсти будут уходить тому богу, к которому вы обращались в последний раз. Даже глупец поймет, что с большим запасом попросить бога можно о большем, и помощь получить намного вероятнее. Причем, стенать и заламывать руки совсем не обязательно. Достаточно попросить про себя. Ну-ка, Кейрил, приведи пример, как правильно маг с маленьким резервом маны должен обращаться к богам.

Я был одним из лучших учеников, хотя мой резерв как раз оставлял желать лучшего. Плюс, во мне еще бурлили манеры и некоторое общее образование, полученные в дружине малолетнего графского наследника. Поэтому наставник любил предлагать мне сочинять примеры, пока он сам отдыхал, попивая горячущий кофе, всегда стоявший на его столе в маленькой жаровне.

Я быстро, не обращая внимания на боль в колене, вскочил и начал дозволенную речь, лихорадочно придумывая на ходу достойный пример:

– Э-э-э… у меня маленький резерв. Поэтому, я не должен обращаться ни к каким богам ни с какими просьбами. А только один раз… Э-э-э… Обратиться к богине магического резерва Лаканатарии, просто произнеся про себя: «Лаканатария, увеличь мне магический резерв»!

– Наглый мальчишка, – хмыкнул учитель. – Желательно обращаться повежливее. Богиня как-никак. К тому же женщина. Например так: «Великая Лаканатария, увеличьте, пожалуйста, мой магический резерв! Благодарю вас!» Ладно… продолжай.

– Дальше мне не надо обращаться к богине. И к другим богам тоже. Мой резерв, надеюсь, подрастет. Но если мне через месяц потребуется очень сильно колдовать… Ну, например… если я уже буду магом и буду владеть заклинанием вязкости… И если я встречу вампира, то я могу с очень большим желанием обратиться про себя: «Великая Лаканатария, увеличьте, пожалуйста, мой магический резерв! И побыстрее, пожалуйста! Благодарю вас». И мой резерв может вырасти раза в два, и я смогу наложить заклинание не четыре раза подряд, а целых восемь.

Дальше я продолжить не смог. Наставник смеялся так, что у него потекли слезы. Кофе расплескался, шипел на углях и впитывался в мантию старика. Другие ученики тоже осторожно подхихикивали, хотя и не понимали, что именно так развеселило Великого и Всегда Серьезного.

– Хороший пример, – кое-как успокоившись сказал учитель и махнул мне садиться. – Но если ты будешь напротив вампира в поле, то ничего скастовать ты уже не успеешь. Если же ты будешь в каком-то коридоре, и вас будет разделять завал, то да. Накастоваться ты успеешь, и вампир устанет чудь больше, преодолевая вязкость, пока раскидывает преграду. Но только нагуляет аппетит. А ты умрешь с опустошенным резервом, что на твои гастрономические качества не повлияет. А вот если перед тобой будет стоять, пусть даже еле обученный мечник в доспехах, то да, ты сможешь замедлять тварь, а мечник в это время разделается с ней. По отдельности вы с вампиром не справитесь, а в паре запросто.

Наука была ценная, но и это еще не все.

– Надо внести ясность. От обращения к Лаканатарии, твой резерв вряд ли увеличится аж в два раза. Может процентов на двадцать на полчасика и подрастет. Что тоже не мало. Еще, в бою к этой богине стоит обратиться, только если напротив вашей пары стоит угрюмый человек-наемник из вражеского войска. Если вампир, то лучше уж к какому-нибудь из светлых богов. Против нежити самое то. Тут тебе и резерв могут добавить, и сосредоточенность, и концентрацию, и много чего еще.

Еще более ценная наука! Так что имена самых ключевых богов стоит запомнить, и потом еще не забыть в горячке схватки.

– А чтобы окончательно закрыть тему о вреде излишней набожности, для магов особенно, я поясню, – голос наставника стал обычно строгим и все ученики разом утихли и подобрались. – Если постоянно молиться богам, то к вашей горсточке благодарности добавится еще шепотка. Это называется «навымаливать». Матерые богомольцы могут почти удваивать свою горсть, но это надо всю жизнь посвятить стучанию лбом и тасканиям от храма к храму.

На всю дальнейшую жизнь мне хватило того давнего урока, но вот теперь пришла пора уже разобраться в хороших и плохих деяниях, их влиянии на душу и на ауру.

Большую часть довольно увесистого томика я прочитал по диагонали, так как время уже поджимало, а вечером меня отсюда попросят.

Но кое-то интересное вычитать все-таки удалось. Чернота в ауре может появиться, если ты кого-то несправедливо обидел и тот пожаловался богам. Если же кого-то убил, то пожаловаться может его душа. Тоже почернеешь. Если сделал что-то хорошее, и тебя поблагодарили перед богами, то чернота будет уменьшаться.

Так что, похоже, моя вампиресса, убивая бандитов, вызывала искреннюю благодарность от неизвестных ей людей, хотя те, скорее всего, и не знали кому шла польза от их молитв. А может и знали. Такие, значит, это были людишки, съеденные ей, что за их убийство благодарили даже нежить.

Если же кто-то ухитряется творить гадости так, что никто об этом не знает, то его аура может быть светлой, как у святого. Еще, многие маги умели вычищать из своей и чужой ауры большую часть черноты, что позволяло постепенно вызревать черным магам среди их более принципиальных коллег. И только когда черноты становилось столько, что даже ее часть выдавала злодея с головой, тому приходилось убираться в малолюдные места. Строить свою черную цитадель со всеми вытекающими.

– Неплохая способность, – пробормотал я себе под нос, – уметь простирнуть ауру. Меня посещают смутные сомненья, что моему «учителю», пастырю подплащерий, она совсем не чужда.

А вот на душу внешние эффекты не влияют, и цвет она визуально не меняет. Для людей. Хотя уменьшить тьму в душе можно хорошими делами, и разберутся со всем этим уже только после смерти. Но не люди, конечно, а специально уполномоченные боги. А вот при жизни на черноту души может вполне указать посещение светлого храма. Светлые боги могут рассмотреть душу. Так что, просто приди туда и принеси жертву. Достаточно бросить монетку в копилку. Если ничего не произошло, то как минимум, для тебя еще не все потеряно. А если примчится разгневанный жрец и начнет прогонять тебя, то все… на перерождение души можешь уже не рассчитывать.

Так это же отлично! Достаточно моей вампирессе посетить светлый храм и расстаться с монеткой. Все будет ясно. Правда, один раз ее туда не пустили… Но там тупой жрец горой встал. Бог, может, ни ухом ни рылом. По крайней мере, попробовать стоит.

Совершенно в смешанных чувствах я покинул библиотеку. Ну как, покинул. Меня оттуда выгнали с приближением вечера.

Я нашел какой-то трактир в ремесленной части города. Да, пришлось искать ночлег в неплохо знакомом городе. И ничего странного! Последние два года я останавливался у одной милой служаночки в ее маленькой комнатке во флигеле особняка пожилой купчихи. Но в последний мой визит меня застали там ее отец с братьями. Ну что такого? Люди взрослые. Да ничего такого особого и не было бы, если бы они не приехали как раз, чтобы забрать девушку для выдачи замуж.

Их простые крестьянские души не могли согласиться с тем, что меня там могли заметить и родственники с противоборствующей стороны, которые должны были подъехать с минуты на минуту. Я даже не стал никого обижать, а просто убегал и уворачивался от молодецких замахов. При этом мой шикарный плащ на голое тело сильно сбивал парням прицел, так что дальше они все сделали сами. Пара ушибов и одно падение в навозную кучу. Было бы о чем сожалеть!

К сожалению, все мои вещи остались на разграбление налетчиков, и я их потом видел в сточной канаве. Пришлось все покупать новое. Хорошо хоть верный посох так и простоял всю битву прислоненный в тенечке за крыльцом, и я сумел его потом тихонько стянуть. В моих ушах еще долго стоял задорный смех моей пассии, которая наблюдала корриду от начала и до конца. Только быков было аж четверо, а плащ синий. Девушка прекрасно понимала, что лупить ее уже не будут, так как компрометация перед лицом покупателей в интересы продавцов не входила. Умеет она соображать когда хочет! Да еще и красивая.

И еще что-то мне подсказывает, что, то давнее солнечное утро любви местных жителей к подплащерьям не прибавило.

А старинный трактир, в котором я останавливался в прежние годы, за это время успел сменить хозяев. Теперь там заправляла толстая неаккуратная тетка, бывшая карманница из гильдии воров. Ну как так? Весь город и даже нечастые гости знают, кто состоит в этой славной гильдии, а стража не подозревает? Но воровка может и не плохо резала кошельки, однако с трактиром у нее так не вышло. Приличные клиенты быстро закончились, а ворье больше гадило, чем платило.

Так что я остановился в новом трактире. Можно сказать, и не прогадал. Что душа требовала, то и получил. Вечером меня собрались бить какие-то подмастерья портных. Я, как опытный путешественник, еще за полчаса понял, что назревает потасовка, но, вопреки обыкновению, не смотался в свою тесную, но безопасную комнатку. Ну дни трудные были. Слишком много думал! Захотелось острых ощущений.

Драка началась классически. К моему столу подошел пошатывающийся парень и высморкался в мою кружку с остатками пива. Я оправдал его ожидания и свернул на бок его сморкалку. Другие подмастерья были намного трезвее. Вероятно, они послали застрельщиком самого пьяного и по этой причине самого дурного. Мы немного помахались. Ну просто для здоровья. Если кто-то думает, что при драке в трактире, заведение получает несовместимый с дальнейшей деятельностью урон, то он ошибается. Что ломать? Массивные столы с закругленными как раз на случай драк краями? Лавки, на которых может плясать тролль? Камин? Можно опрокинуть несколько кружек и кувшинов. Расходный материал. Помять зазевавшегося невинного посетителя, разве что… Но в трактире таких обычно не водится. Не в храме мы.

Я всех пятерых оппонентов в итоге отметелил, а значит, им и возмещать невеликие убытки трактирщика. Однако и мне в этот раз досталось. Один шустрый малый достал меня в нос. Хорошо что не сломал, но кровищей я полплаща залил… Хотя тут же и отстирал погружением в бочку на заднем дворе.

Хороший город Ломс!

Глава 3

На рассвете я двинулся на юг. Обычно, из Ломса путь моих коллег лежит на север, так как здесь крайняя южная точка континентального путешествия плащеносцев. Простой маршрут. Полгода на юг, полгода на север. Южная точка здесь, северная в Новополе. Там же и ежегодный отчет перед «учителем». По сто пятьдесят золотых платят авансом на юге и на севере. Остальное в твоих руках. Или ногах. Посещай разные места силы, на одном место долго не сиди.

Шагать можно вполне себе не спеша. Пара тысяч миль за полгода, три тысячи с отворотами от основной дороги. Всего надо пройти за эти полгода не менее двадцати пяти мест силы. На новой точке надо оказаться не позднее, чем через две недели после предыдущей. Совсем обязательных только две, южная и северная. В каждой надо посидеть минимум трое суток, в остальных достаточно пробыть два часа. Вот и вся наука подплащерий.

Я не раз ходил непривычными маршрутами, восточнее или западнее основного тракта. Но я такой был не один. Буйный нрав относительно молодых недомагов часто закрывал от них или отдельные городки, или целые королевства. Вот и топтались малохоженые нами дороги, а иногда и пыльные тропки.

Но мест силы и южнее Ломса достаточно, туда я и направился. Вернуться на север за полгода успею.

Места эти среди моих коллег были не популярные. Их обвиняли в том, что там плохо знали про неприкосновенность плаща. Могли и снять недешевую тряпку. Но это редко, в целом там люди намного более мирные, чем на обычных маршрутах.

Да, еще язык там был другой. Курни знали только маги да торговцы. Ну и дворяне, естественно. С простыми жителями общаться было непросто.

Я прошел через центр Ломса и миновал хорошо знакомый мне гномий банк, в котором обычно получал половину своего годового жалованья. Но не в этом году.

Когда я сказал принцессе, что с жалованьем проблем нет, то я немного лукавил. Скорее перед собой. В последний отчет «учитель» был мной недоволен. Хотя плащ и был еще в хорошем состоянии, но с последнего отчета он все-таки изрядно пострадал. Чтоб икалось тем баронятам из Долины Роз!

В итоге мне срезали жалованье. Всего двести золотых на год. Сразу и выдали. А что такое двести золотых? Приличный крестьянин в год имеет доход в семьсот. Рабочий в шахте или на строительстве так же. В плюсе то, что подплащерье не тратится на семью и дом. А в минусе то, что есть и ночевать приходится в трактирах, а это дороже, чем под хозяйственным управлением строгой и экономной супруги.

А в этот раз я еще отвалил кучу денег за сомнительный морской круиз. Если бы не подработки, то хоть милостыню собирай. Впрочем, половина моих коллег этим и грешила.

Я прошагал до раннего вечера и остановился в маленьком городке.

– А что, уважаемый, – обратился я к трактирщику, отодвинув миску из под вполне приличного рагу, – не водятся ли в вашем городе приведения?

Худой и подвижный мужичок посмотрел на мой плащ, посох. Позавидовал. Черт его знает, чему. Может его манит сказка дальних странствий? Впрочем, толстая рябая тетка, раскатывающая за открытой дверью кухни тесто скалкой размером с небольшое бревно, намекала, что мужичка тянет не «куда», а «откуда».

Трактирщик, ожидаемо, не нарушил извечное правило трактирщиков «да не возмолчи» и сказал мне, что да, есть в замке на краю городка привидение. Очень сволочное и назойливое. Недавно вот вызвало… это… как сказал пожилой городской маг, «непроизвольниус дефикациус» у старого графа. Причем, прямо в библиотеке. А тот, между прочим, ветеран шести войн, и это самое мудрое выражение с ним раньше не случалось. Хотели вызвать мага из Ломса, но тот запросил за визит несусветные сто золотых. Вот, размышляют.

Ну что ж. Вот и подработка! Я расплатился за ужин, но комнату на ночь снимать не стал. Мои подработки, они такие. Заранее тратиться на комнату не следует. Бывает, приходится срочно делать ноги.

Я постучался в ворота замка и отрекомендовался подмастерьем мага, который может поискать их привидение. Ни слова лжи. Подмастерье? Да. Поискать? Да. Развеять не смогу. Но если подлый призрак привязан к какому-нибудь предмету, то последний достаточно разрушить. За все удовольствие всего двадцать золотых. Оплата после выполнения работы.

В итоге меня приняла дочь графа, немолодая простоватая женщина, ненаследная вдова соседнего барона, и широким жестом предложила десять золотых на моих условиях. Мы поторговались и в итоге сошлись на одиннадцати. Дама торговалась куда лучше меня.

Я поспрашивал слуг и составил картину преступлений духа. Призрака наблюдали всего несколько раз. Все случаю имели место на лестничной площадке второго этажа. Только один случился в примыкающей к ней библиотеке, где и имел место тот самый «дефекациус».

– Так, – сказал я, потирая руки. А что бы их не потереть в ожидании аж одиннадцати легких золотых? Тут все понятно. Место привязки где-то тут. Разглядеть сумею. За работу! – Прошу всех удалиться не менее, чем на пятьдесят шагов от этого места.

И тут я опять нисколько не схитрил. Когда ловят призрака, тот может метаться на довольно большие расстояния. Бывают случаи вселения в неподготовленных. Ничего непоправимого, но «дефекациус» может быть просто фееричным.

В принципе, на лестничной площадке не было ничего, кроме скрещенных мечей на фоне щита на дальней стене и постамента со статуей писающего мальчика в самом видном углу. Причем постамент, даже на мой неискушенный взгляд, был на три головы лучшей работы, чем статуя. Его явно ваяли эльфы в незапамятные времена, и стояла тогда на нем какая-нибудь богиня утренней росы. Мальчик тоже был тонкой и талантливой работы, но не эльфийской. Любой перворожденный от одной мысли о таком сюжете повесился бы на ветке мэллорна.

Кто и когда припер эту статую от неизвестного фонтана и водрузил в замке, это тайна покрытая мраком. Может кто-то из великих предков опоздал к дележу трофеев при взятии очередного города и схватил что оставалось? За прошедшие века какие-то ханжи отбили мальчику то, откуда он писал, так что теперь композицию, с тем же успехом, можно было назвать и девочкой в интересной позе, так как других половых признаков не наблюдалось.

Ну где тут прятаться призраку, кроме как в одном из мечей или в щите?

Не угадал.

Я принял свою любимую позу и через минуту рассматривал постамент от статуи. Но вместо еле заметной в магическом зрении статуи гермафродита, проступала призрачная женская фигура. Заметно мерцали только дама и постамент.

– Ну что, радуйся, колдунишка, – прошептала женщина. – Нашел меня.

– Ну радуюсь. Нашел, – ответил я, почему-то тоже шепотом. – А вы кто?

– Я кто? – возмутилась дама и попыталась принять величественную позу. – Я хозяйка этого замка и города! Супруга того обдриставшегося негодяя!

Дама не выглядела какой-то уродливой или страшной, но почему-то хотелось оказаться от нее на расстоянии миль в сто. Впрочем, с призраками такое бывает.

Я выдохнул и вышел из медитации. Призрак не исчез, только колыхался поверх мальчика. Да и смысл уже прятаться?

– Что вы хотите? – спросил я. Это очень важный вопрос. Иногда призраки хотят какую-то ерунду, и стоит ее выполнить, развеиваются. Впрочем, сейчас это не имеет значения. Предмет привязки я видел отчетливо. Постамент. Стоит его расколотить на несколько кусков, и всё. Я не умею развоплощать призраков, но расколотить что-то – это запросто!

– Я хочу статуи! Памятники!

– Где? Здесь? – я ткнул пальцем под ноги писающему гермафродиту.

– И здесь тоже! И при входе в замок! И на городской площади! Две статуи. И перед главным храмом! И в храме! – шепот дамы приобрел надрывный характер. Понятно. Кукушечка поехала. Редкий призрак сумеет пережить в ясном уме более года-другого, а этому уже много больше.

– Извините, леди, я с вами прощаюсь, – непреклонно сказал я. – Впрочем, с полчаса у вас еще есть. Если что-то совсем сильно сделать хотите.

– А может договоримся? – в шепоте приведения исчезли все истерические нотки. Только сухой, деловой тон.

– Давайте попробуем, – я несомненно заинтересовался.

– Я открываю тебе клад, а ты уходишь отсюда и больше в этом городе не появляешься.

– Только в замке, – возразил я. – Мало ли, вдруг придется проехать по этой дороге. Не появляюсь в замке по своей воле. С завтрашнего дня и сто лет. Никому про вас не говорю. Сейчас говорю, что вы привязаны ко всему замку, и что вы спрятались навсегда. Так пойдет? Какой клад вы предлагаете в обмен?

С призраками надо строго формулировать. По крайней мере стараться. Это такие твари…

– Минимум на одиннадцать тысяч золотых там наберется, – ехидно улыбнулась дама.

– Что в нем? – я приподнял бровь. Стоит уточнять. Был случай, когда незадачливый маг получил указание на склад армейских портянок. Мало того, что там возить – не вывозить, так еще и погнили к черту.

Тетка сразу стала строже. То-то же! Неужели сразу не поняла по моей формулировке клятвы, что имеет дело с опытным человеком?

– Не далее десяти миль отсюда. Доступ нормальный. Без известных мне ловушек. Без известной мне охраны. Драгоценные камни. Ликвидные. Не менее одиннадцати тысяч золотых по ценам двадцатилетней давности. Не ювелирные цены.

– Согласен на обмен.

– Согласна на обмен.

Не знаю, зачем такие сложности, но многим нравится. Тут, вообще, сложно. Дамочка меня обмануть может, только если в конечной точке меня ждет какая-то гадость, которая убьет сразу и насмерть. И я это буду учитывать.

Я же могу забрать клад и явиться для расправы с ней. Или даже в городе шепнуть кому-нибудь из слуг. Нет на самом деле гарантий.

Вот только пишут, что на душу такое нарушение наложит немаленькое черное пятно. Я и раньше бы не нарушил обещание, а теперь, поначитавшись теологических страшилок, тем более.

Далее бывшая хозяйка замка рассказала мне точные координаты и ориентиры клада.

– Прощайте, леди! – собственно попрощался я. – И постарайтесь не сильно попадаться на глаза.

– Сама знаю, щенок! – прошипели мне вслед.

Я сказал напряженно ожидающей хозяйке, что привидение привязано ко всему замку, и что я напугал его до того самого медицинского термина. Так что хоть на пять золотых рассчитываю. Но был просто с позором выгнан за ворота. Предложили только дать в дорогу полкраюхи хлеба и луковицу. Я гордо отказался и, насвистывая, отправился в трактир, где кутнул, заказав жаренную утку и пару бокалов неплохого вина.

На утро я откопал клад. Никаких проблем! И бодро направился дальше на юг.

Уже к обеду я пересек границу. Сразу после таможни, где с меня содрали двадцать медяков, я повстречал замок белых паладинов, затем замок местного феодала, а чуть дальше деревню. В наших королевствах деревень нет совершенно, только городки за каменными стенами. А здесь вот как. Надо же! Не боятся.

Идиллия немного подпортилась только к вечеру. Последняя деревенька, которую я проходил, запиралась на ночь довольно основательно. Крепкие двери и ставни, сараи со скотиной тоже из бревен. Похоже, и здесь что-то неладно. Хотя стук кружек и заунывные песни во дворах, а также шныряющая по кустам молодежь, показывали, что не все так плохо, а запираются скорее по привычке, в память о каком-то прошлом нашествии кого-то неприятного.

Я остановился в трактире с огороженным бревенчатым частоколом двором, стоявшем прямо на тракте. А потом получил тяжелое потрясение, на грани с психической травмой. Когда я в комнате решил потренировать свое магическое зрение, то заметил изрядное количество черных нитей в собственной ауре. Много. Раз в десять больше, чем было раньше.

Если бы я сидел на стуле, то, наверное, свалился бы на истоптанный пол. Хорошо, что тесная комната не предполагала таких мебельных излишеств. Я поудобнее устроился на кровати и задумался. Несомненно, так меня вычернила моя успешная финансовая операция с призраком. Ну да. Там был целый букет преступлений. И мошенничество с неприятной вдовой, и вымогательство.

А может еще и попытка убийства призрака. Вот почему многие маги не берутся за изгнание приведений. Кто там разберет, опасный это дух, или просто живет и никого не трогает? Не всегда уместно сказать заказчику, что опасного развею, а более-менее мирного не трону. Для заказчика они все на одно лицо, особенно если пугают до мокрых штанов.

А вообще, я здорово начал! Полгода такого прогресса, и моя вампиресса не сможет отличить предмет своей любви от очередного злодея и выпьет просто по ошибке. Хотя, она же не видит ауры… Но все равно, я сейчас чернее нее, нежити.

Ладно. Делать-то что? Жертвовать добычу на светлый храм бесполезно. Это так не работает. Все жрецы и книги так говорят.

Надо искать возможность совершить какие-то добрые дела. Подавать нищим не поможет. Точнее поможет, но трудов будет лет так на двадцать. Какие добрые дела я делал? Помнится, наколол дров и поправил дверь одной молодой знахарке в маленьком домике под самой стеной одного пыльного городка. А потом скрасил ей пару дней одинокой жизни. Нет. Там не было ничего плохого, но и святостью не пахло.

Вот. Я могу отметелить какого-нибудь насильника, который нападет на прекрасную пастушку. Да-да… На каждом углу встречаются все персонажи. Ну пусть будет пьяница и… да просто любой человек. Это уже вероятнее, но тоже довольно медленно дело пойдет. Не каждый же месяц встречаются такие житейские ситуации. А за один раз осветлиться можно? Почему нет? Если пьяницей будет, к примеру, дракон. Тогда меня похоронят с заметно побелевшей аурой.

Еще можно вылавливать убийц на улицах городов, как это делает Сили. Да, это хороший метод. Правда, вампирессе потребовалось несколько лет. Но я же не привязан к вампирьему голоду, поэтому могу постоянно патрулировать. Надо только купить оружие и доспехи. С городским отребьем я скорее всего справиться смогу.

Я немного успокоился и решил при первой же возможности начать отбеливаться.

Утром, первым делом, я поинтересовался, не шалят ли на тракте разбойники.

– Шалят, как не шалить? – успокоил меня трактирщик. – Обычно с крестьян и купцов дань собирают. Бывает и путника какого могут раздеть до исподнего. Есть тут дальше по тракту банда, так те раз в два-три месяца на караваны нападают. Целые битвы происходят.

Как и везде. Ничего неожиданного.

Почти неделю я прошагал по тракту и даже посетил одно место силы. Никто на меня не напал. Даже досадно. Хотя ловить на себя разбойников идея так себе. Для хорошего дела надо помогать другим, а не спасать свою шкуру.

Наконец я дошел до цели – очень почитаемого в народе храма Челизии, богини справедливости. Одна из светлых, причем, с пониманием. Могла даже закрывать глаза на не слишком благовидные поступки, если они имели своей целью справедливость. Без перебора, конечно.

Что? Нельзя было найти что-то поближе? В наших землях все храмы белых богов, которые я встретил в последнее время, были этими самыми богами брошены. Уже здесь я прошел парочку святилищ очень светлых богов, но больно уж те были принципиальные и бескомпромиссные. А у врат одного, особо почитаемого паладинами, стояли такие внушительные жрецы, и такая высокая лестница вела к святыни, что спрашивать там про одну вампирессу было откровенно боязно.

Впрочем, я шучу. Я и заходил, и спрашивал. Меня внимательно выслушали, но посоветовали только упокоить нежить. Тем более, я сам уже выяснил, что душу она, наверное, сохранит. Так чего мне еще надо? Все-таки посмотреть на нее, черная у нее душа или белая? А зачем? На божественном суде разберутся. Так может ей можно пожить еще на земле, если она и не черная вовсе? Нет! Нежити на земле не место! Никакой.

Надо было поискать храм с более покладистыми, готовыми к компромиссу жрецами, которые сначала попробуют хотя бы спросить своего бога, прежде чем отказывать мне в помощи.

Теперь я осматривал белоснежный храм, стоя на углу широкой, не менее полусотни ярдов, площади. С противоположной от святилища стороны раскинулись торговые ряды и стояло не менее полудюжины трактиров на разные кошельки. Ближайший городок краснел черепичными крышами на другом берегу реки, за горбатым и замшелым мостом.

Небольшая стайка бедно одетых паломников жалась под высокими деревьями и с ужасом посматривала в сторону торговых рядов. Я подгадал к великому празднику, Дню Пресветлой Богини Справедливости Челизии. По этому случаю напротив храма шла разнузданная гулянка аж с самого утра. Вино, пиво и крепкие настойки лились рекой. Кто-то горланил песни. И рожи вокруг сверкали как на подбор. По этому виселица плачет, а по тому каторга.

Похоже, эта богиня как-то уж слишком покладиста! С минуты на минуту, с полуденным ударом часов на ратуше городка, ожидалось явление верховного жреца и начало торжественного богослужения.

Пока на площадь никто не совался, кроме нескольких тел, которые похоже уже не видя ничего перед собой от перепоя, сумели прошагать несколько ярдов к сияющему храму, но обессилили, и теперь замерли живописными кляксами на тесаной брусчатке. Но до жертв любви к богине никому не было дела.

– Ты з-знаешь, как я страдал в д-детстве? – еле ворочал языком, размазывая пьяные слезы по ряхе размером с задницу тролля, остро воняющий детина в десятке ярдах от меня. – Нет! Ты н-не знаешь ниичаво. А т-теперь наш атаман с-сказал, что надо десятину б-богине жертвовать. Эт-то если со жмурами д-дело было. А если без крови, то д-двадцатую. И н-нам м-место в раю обеспечено! Это с-справедливо? С-справедливо! Наша б-богиня. С пониманием!

Его собеседник что-то мычал в ответ, но за другими голосами было не разобрать. Сейчас как раз стихийно зарождалась уже третья попытка затянуть божественный гимн. Но гимн как-то плохо вязался с пьяным хором, и получалось только многоголосое завывание.

Я краем глаза осмотрел расставленные на телегах и прямо на земле подносы, где среди кое-как вытертых остатков жратвы были насыпаны горки монет и различных украшений. Кольца, серьги, браслеты, цепи, посуда и так далее. На некоторых вещичках я, кажется, рассмотрел пятна крови.

Я уже подумывал развернуться и уйти, но тут начали бить часы на ратуше. С первым ударом, рядом с главными воротами храма открылась дверь поменьше, и из нее важно вышел толстый жрец в белоснежном хитоне из ослепительно сияющего на солнце шелка. С блеском ткани успешно конкурировали крупные драгоценные камни, которыми было щедро расшито одеяние. Я стоял в стороне, и мне было хорошо видно, как еще с полдюжины жрецов выстраивали процессию под боковым портиком.

В руке верховный держал посох из чистого золота. По крайней мере, переставлял он его с трудом. Навершие украшал рубин размером с кулак.

Жрец величественно доковылял до середины крыльца и начал толкать речь:

– О, Великая Светозарная Челизия! Приди и узри праздник в твою честь!

Главные ворота храма с грохотом распахнулись от мощнейшего пинка. В темном проеме стояла огромная тетка в бордовом обтягивающем брючном костюме с бешено выпученными глазами.

Мгновенно настала мертвая тишина, только мерно, как метроном, икал какой-то пропойца. Богиня сделала шаг вперед и схватилась за золотой посох. Жрец, смотревший на нее в ужасе, начал медленно оседать на колени. Но не успел. Женщина приподняла ногу и легко пнула его в грудь. Затем резко взмахнула посохом и опустила его на голову верховного. Бросила посох в начавшую растекаться лужу крови и совершенно невменяемыми взглядом провела по толпе на другом конце площади.

Секунда, другая, и над обжорными рядами начал раскручиваться белоснежный вихрь. Бандиты и примкнувшие начали понимать, что сейчас что-то будет и сделали попытку разбежаться.

Не успели, конечно. Раздался грохот и резкий треск. Из вихря ударили сотни тонких и хищных молний. Досталось всем. И не по разу. Толпа разразилась многоголосыми воплями и визгом. Резко запахло жаренным мясом.

Возникла короткая давка, пока бандиты разбегались. В общем и целом удалось сбежать почти всем. Один, с дымящимися волосами, пробегая мимо меня, крикнул:

– Тикаем, паря! Видишь, мать не в духе!

Часть бандитов кинулись к городу, но напрасно. Перепуганные стражники захлопнули ворота так, что аж пыль полетела.

На месте растоптанных торговых рядов осталось с полдюжины трупов. Получается, часть молний были мощнее?

Еще несколько человек, прежде чем убежать, похватали по паре горстей враз ставших бесхозными сокровищ. Вот что значит профессионализм! Одному такому, правда, не повезло. Тот кинул первую горсть в рот, а в руки схватил еще по одной. Но, похоже, в спешке подавился. Постоял, хрипя и синея, а потом и рухнул.

Обычные паломники тоже метнулись в лес, но оставили два тела, хотя по ним ничем не прилетало. Похоже, бедолаги потеряли сознание от потрясения.

Я отступил за толстое дерево и решил понаблюдать еще немного. Рядовые жрецы, которые было кинулись врассыпную, теперь на деревянных ногах медленно шагали обратно, заходя в храм через боковую дверь, как будто подтягиваемые невидимыми веревками. Богиня со зловещим шелестом вынула из заплечных ножен сверкающий меч и тяжелыми шагами вошла в ворота своего храма.

Пока ничего не происходило, я попытался оценить увиденное заклинание. По уровню превышает очень сильного архимага. Что-то неизвестное. Ничего удивительного, богиня, как-никак! Но применено заклинание неправильно. Надо концентрировать на меньшее количество целей, тогда бы человек двадцать уложила, а не жалкую полудюжину. Хотя, если надо разогнать вражеский строй, то тоже ничего.

Богиня вышла из храма и села на нижнюю ступеньку. Из дверей выскользнули два мальчишки. Начинающие служки, похоже. Не успели еще проштрафиться, поэтому и переживут этот праздник.

– Притащите мне их, – богиня показала на бесчувственных паломников.

Мальчишки бросились исполнять, а Челизия посмотрели на меня и поманила пальцем:

– И ты подойди.

Служки подтащили бесчувственные тела двух старичков, и женщина поочередно наложила им ладонь на головы. Бедолаги вмиг очухались.

– Вы в паломничество пришли? – спросила богиня тихим голосом и показала ладонью себе за спину. – Можете помолиться, если еще хотите.

Из дверей храма как раз начала вытекать внушительная лужа крови.

– С-с-с-п-п-пасибо, м-мы п-позже зайдем, – с трудом проблеял один старичок, и оба, непрерывно кланяясь, отступили спиной к деревьям.

– Понимаю… – тоже обернулась к воротам храма богиня. Кажется, только я один заметил как она смахнула украдкой слезинку, – напитались уже благодатью…

Затем женщина отправила служек в город:

– Пусть пошлют гонцов к паладинам. Надо бы переловить всю эту шушеру.

Как-то неожиданно мы остались вдвоем.

– А ты чего хотел?

– Да просьба у меня была… – я замялся. – Но я может тоже лучше попозже зайду?

– Говори, что хотел, – голос богини был уставшим и бесцветным, но все равно в нем было столько властности, что монархам и не снилось.

– Вампирессу нетемную оживить.

– Однако… Но не могу.

– Тогда хотя бы посмотреть цвет ее души.

– Пошли.

– Хм… тут далеко…

– Значит, далеко пойдем.

Я сначала поразился, что целая богиня готова идти со мной черт-те куда, чтобы посмотреть на нежить. Но потом догадался, что Челизия просто не хочет оставаться около храма. А тут я так удачно подвернулся.

Около часа мы шагали молча, но потом спутница спросила, что за вампиресса и куда надо идти. На предстоящее длительное путешествие просто пожала плечами. Типа «мне как раз в ту сторону и надо». А вот на мой рассказ про Сили отреагировала довольно стандартно:

– Влюбился что ли? – и как-то очень по женски хихикнула.

А потом вдруг резко сменила тему.

– Ты представляешь, Кей. Стоило мне отлучиться на десяток лет, так эти подонки мой храм, ты видел во что превратили. Я создала аватар, думала сделать приятный сюрприз почитателям. А тут такое… Погорячилась немного.

– Молния ветвящаяся у вас хорошо получилась, – поддакнул я. – Сразу видно, что с магией у вас все здорово!

– Хм… с магией у этого аватара вообще-то еле-еле…

– А как же?

– Да как-то само вырвалось.

– А разбегавшихся жрецов вернуть? А мысли читать? – не мог согласиться с таким «еле-еле» я.

– Так в своем храме и со своими жрецами любой бог может все что угодно сделать.

Богиня немного задумалась и опять сменила тему:

– А что же ты сам такого отмочил, и недавно, что так резко заметно почернел?

– Э-э-э… – замялся я, – так получилось…

– У всех так получается. А все-таки?

– У призрака клад вымогал, я думаю.

– Тебе никто не говорил, что ты оригинальный? – весело засмеялась Челизия. – Влюбиться в вампирессу, как ты ее называешь, ограбить призрака? Может еще есть что-то такое?

Так и подмывало сказать: «А еще я богиню выгуливаю», но я благоразумно воздержался. К счастью, моя спутница мысли посторонних людей читать не умела.

– Еще я подплащерье, – буркнул я.

Пришлось рассказать про мою работу. Во время рассказа, богиня совсем оттаяла и даже потрогала мой плащ.

Потом немного помолчали, а я лихорадочно размышлял, что может, а что нет, моя спутница. Из книг мне было известно, что аватары богов какими-то совсем уж невиданными и смертоносными умениями не обладают. По сути это человеческие (или других рас) тела, которые боги создают себе, чтобы немного пошастать по земле. Развеяться, получить новые впечатления. Стандартно все себе подключают умения чувствовать ложь, видеть ауру, часто еще навык располагать к себе. Еще часто берут воинские умения. Реже магические. Чем сильнее аватар, тем больше каких-то особых сил требуется богу, чтобы его создать.

Еще я читал, что если убить аватара, то бог, конечно, не погибнет. Но ему придется немало времени восстанавливаться, при этом он или она будет выключен и из земной, и из эфирной жизни.

Еще боги в виде аватаров ведут себя довольно скромно. Военный поход возглавить или королевой стать абсолютно исключено. Это может сильно нарушить равновесие, о котором в божественной семейке очень трепетно пекутся.

За размышлениями мы почти дошли до какого-то городка на берегу широкой реки.

– Как мне вас называть? – решил уточнить я. – Вы, наверное, будете путешествовать инкогнито?

– Верно, – согласилась женщина. – Пусть будет… Светлейшая Лизия.

Я остановился и применил магическое зрение. К моему удивлению, аура у аватара оказалась вполне обычная, даже с парочкой черных нитей. Фальшивая значит. Логично. Я даже побоюсь предположить, какая реальная аура может быть у светлой богини.

– Так не пойдет, – веско возразил я. – Если инкогнито, то надо или дворянка, или магесса. Хотя Вам больше бы подошла легендарная амазонка. Но есть ли они в реальности, я и не знаю…

– Есть, не сомневайся. И легенд о них сложено дочер… много. Я сама когда-то была амазонкой. Но на этом континенте их нет, ты прав. Разве что несколько авантюристок за последнюю сотню лет доплывали… Но амазонка не годится в любом случае. Что можно амазонке, то не к лицу светлой богине.

Мне показалось, что Челизия мечтательно улыбнулась самыми уголками губ, будто припоминая что-то очень и очень давнее. И тут я с ней не мог не согласится. Если хотя бы четверть того, что говорят об амазонках легенды, да и книги, правда, то ну совсем не к лицу.

– Есть еще вариант жрицы, – задумчиво продолжила дама. – Но это на крайний случай. Не хочется что-то.

Ну да. Можно и жрицей, но маскировка будет так себе. Такие величественные жрицы просто так где попало не шляются, да еще и без должной свиты.

– Но надо все-таки определиться, – вернул я разговор на грешную землю. – Придумать титул и должное обращение. Подобрать костюм. И имя, конечно, соответствующее. Я могу сойти за вашего сопровождающего, хотя сначала желательно придумать что-то правдоподобное, зачем около вас трется плащеносец.

– Тогда предлагай, – развела руками богиня. – Только не думай, что мы, боги, тупые. Просто на многие земные вещи не обращаем внимания. Особенно это касается светлых богов. Как ты можешь догадаться, всякие штучки, хоть каплю отдающие тьмой, для меня совершенно неприемлемы.

Я надолго задумался. Богиня выглядела как довольно привлекательная женщина лет тридцати, но атлетического сложения. И рост заметно повыше, чем у меня. На такую, да чтобы не обратили внимания?

Явно дамочка выбрала себе аватаром что-то похожее на свою давнюю земную внешность. Но не подумала, что здесь амазонки, мягко говоря, экзотика, да и правдоподобностью поведения не обеспокоилась. Нет, я ни в коем случае даже не думаю, что боги тупые… Но что-то такое все-таки в мыслях проскальзывает.

Как сложно со светлыми богами! И как ее маскировать? Еще и хитрости очень ограничены. Титул, значит, отпадает. Остается только один вариант. Магесса. Не простолюдинка же. Ее какой-нибудь пьяный дворянчик в трактире по обтянутому брюками заду хлопнет. И всё. Нет дворянчика! А может и трактира. Да и уважение богине хоть какое-то надо оказывать.

– Придумал кое-что… – вяло сказал я, опасаясь жесткой критика моего предложения. – Вы будете магесса, Леди Ли. Магичкам очень много позволяется. Степень вашу всем встречным-поперечным озвучивать совсем не обязательно. Намек, конечно, будет на архимага. В крайнем случае магистра. Но это кто что себе понапридумывает. Его дело. Еще можно даже оружие носить. Желательно, конечно, не очень напоказ. Обращение «Леди» указывает на благородство. Или наследное, или полученное сильным магом. Но это не титул, так что ничего не присваиваете.

– Сгодится, – немного подумав, согласилась богиня.

– Но есть еще момент, Леди. У вас фигура… Очень выдающаяся! На вас будут глазеть буквально все. Я схожу в город и куплю вам плащ. И какой-нибудь символ магов, если встречу. Еще надо бы вам комплект сменной одежды.

– И белья, – живо подхватила Челизия. – Но это на заказ только. Нет. Пока не надо. Вижу тут порт есть. Узнай про корабль. Тут есть где-нибудь недалеко крупный город?

Я достал карту.

– Так… Есть ниже по реке. Местная столица. День-полтора пути, думаю.

– Ну вот туда сегодня и поплывем. Не успею запаршиветь, – усмехнулась богиня.

В городе я сначала купил самый лучший плащ самого большого размера, какой нашелся. Ничего другого по-быстрому подобрать не удалось. Потом зашел в порт, но там меня ожидало разочарование. Ни одного корабля никуда отплывать не собиралось. Время-то уже было ближе к вечеру.

Но я понимал, что моя спутница не хочет здесь задерживаться, так что пришлось посуетиться. Около пристани скучал небольшой кораблик. На палубе тесной кучкой сидели пара десятков совершенно трезвых мужиков и пели какую-то чудовищно заунывную песню. На мои расспросы ответили, что идут вниз по реке. На рассвете и отчалят. Пассажиров берут, но каюта есть только одна, капитанская. Договариваться, это к капитану. Он, вон в кабаке наливается, а замученную жаждой команду на берег не отпустил. Человек такой… нехороший. Ну да, за залет в прошлом порту. Ну не смог он собрать пьянствующих тружеников. Ну так по мордам уже дал. Чего сейчас-то на борту держать? А ночью мы можем. Вон у нас и гном есть. Он ночью лучше кошки видит. На мель не налетим. Только не плыть, а идти. Плавает, сам знаешь что.

Я дошел до кабака и нашел там еще не успевшего дойти до кондиций капитана, по совместительству владельца суденышка.

– Приходите на рассвете, – едва услышав мой вопрос, сразу сказал он. – По десять золотых с каждого.

Я предложил сотню за отправление через час. Плюс, мне нужна каюта. Речной волк заартачился. Каюту им подавай! Но сразу попросил двести. Это же и отплывать на ночь, и каюта самого капитана, и премию надо бы команде за излишнюю спешку.

Но я уже узнал расценки конкурентов и был готов к торгу. Поэтому просто сказал, что утром мы на нормальном корабле отбудем. За пятьдесят золотых. И мы ни от кого не убегаем, просто в этой дыре торчать нет желания. А сейчас дам ему сотню, это и за спешку, и премия, и за его, совсем не уверен что приличную, каюту.

Капитан для виду поворчал, но все таки выторговал у меня еще десятку сверху.

– Как придете, так сразу и отчалим, – сказал он мне, вставая. – Завтра к вечеру уже и прибудем.

Я еще прикупил в лавке лучшей еды и явился пред светлые очи богини. Та без меня развлекалась, собирая цветочки. Незабываемое зрелище! Особенно когда наклоняется.

Плащ более менее скрыл стати бывшей амазонки, а вот с мечом вышла закавыка.

Полуторник, который богиня таскала за спиной, под плащ было надевать глупо. И получалась какая-то неуклюжая копна вместо женщины, и фиг вытащишь, если потребуется. Поверх плаща получалось не лучше. Портупея обтягивала фигуру. И плащ теперь быстро не скинешь. На пояс такое длинное оружие не повесишь, а в руках магички такая орясина тоже смотрелась неуместно. Так себе волшебная палочка!

– Давайте я за вас его поношу. Был у меня посох, будет посох и меч. Единственно… если что, вы можете оказаться безоружной, – сказал я, оценивающе взвешивая ножны с мечом, которые мне поручили подержать.

Но не успел я закончить фразу, как величественно стоявшая фигура взметнулась в молниеносном движении, и вот она уже стоит спиной ко мне, сжимая меч в одной руке и кинжал в другой. Вопросов у меня больше не было, кроме такого, что в нашей паре если кто кого и будет закрывать собой от врагов, то явно не я.

– Если тебя хорошенько откормить, – заметив мой кислый взгляд, засмеялась амазонка, – то у нас вообще отличная пара выйдет. Враги будут опасаться тебя с мечом, а я стану большим сюрпризом.

Ну и кто говорил что светлые богини деликатные?

Глава 4

Когда мы поднялись на борт, маленький кораблик стразу отчалил и развил просто неслыханную скорость. Течение, косой парус, поймавший почти попутный ветер, и дюжина мужиков, которые, заняв большую часть палубы, качали рычаги, через шатун вращая гребное колесо за кормой.

Каюта, ожидаемо, не впечатлила. Роскошью там и в лучшие времена не пахло. А сейчас еще и воняло пренебрегавшим излишней гигиеной мужиком. Но, вопреки моим опасениям, Челизия особо не огорчилась. Более того, заметив мой смущенный взгляд, пояснила:

– В походе переночевать можно в любых условиях. Есть возможность устроиться в комфорте, хорошо. Нет, тоже не страшно.

Но все-таки весь вечер мы проторчали на палубе, отвлекая матросов от их потовыжимающих трудов. А ночевал я на полу, хотя Челизия, по походному расписанию, предложила лечь с ней на кровать. Но я испугался, что во сне сделаю что-нибудь не то. Бодрствующий-то я только любоваться ею себе и позволял.

Женщина поняла мои опасения и посмеялась:

– Не бойся. Если во сне меня облапаешь, не убью. Ну так. Разок только по зубам двину. По товарищески.

– Да что-то мои зубы мне дороги как память о тысячах совместно съеденных обедов, – буркнул я, устраиваясь на полу.

А через сутки, как и было обещано, мы приплыли в местную столицу. Устроились в одной из лучших гостиниц и заказали минимальный комплект одежды для богини у одной из лучших швей. Та, когда ей сказали, что все надо пошить за парочку дней, сначала возмутилась. Срок на приличную работу минимум полмесяца, понимаете ли! Но потом рассмотрела Леди Ли, резко изменилась в лице и, охая и причитая, пообещала отложить все заказы и уложиться в три дня.

– Похоже, ваше инкогнито, здесь не очень и инкогнито, – заметил я, когда мы вышли из лавки, на что богиня только махнула рукой.

Я все больше удивлялся этой пресветлой. Сначала она делала что-то непонятное несколько лет, да так, что в ее главном храме на этом континенте завелся первостатейный бардак. Потом создала себе аватар, вообще не продумав, что и как она будет делать. Она явилась на грешную землю только с мечом, кинжалом и в том что было на нее надето, причем максимально привлекающее внимание. Возможно, конечно, она планировала пожить в том храме и разжиться барахлом. А может и деньгами.

Нет, я тоже путешествовал только с тощей сумкой, но сменная рубаха и белье у меня были. К тому же, статусы у нас маленько отличаются. Самую капельку. Подпдащерье мага и светлая богиня!

Вдобавок, Челизия оказалась, страшно подумать, у меня на содержании. Нет, понимаю, что я ее попросил о помощи, а она взяла и согласилась, да еще и с выездом к заказчику. Так что оплата поездки за мой счет, это вопросов не вызывает. Все остальные траты я предлагал сам, а она только соглашалась. Сама не просила, хотя может ей что-то и надо было. А что она будет делать когда я ее покину? Стать ее сопровождающим надолго не могло мне присниться и в кошмарном сне.

Хорошо, что я нежданно разбогател, но и тут какая-то чертовщина. Светлая богиня благосклонно принимает траты из тех сокровищ, за которые я довольно здорово почернел. А может она дает мне шанс как раз справедливо распорядиться неправедно нажитым?

И если я, не блистая неслыханным умом, все это понимаю, то богине должно быть тем более понятно.

Еще оказалось, что Челизия совсем не представляет, чем ей заняться. Как-то получалось, что все развлечения, которые может предложить большой город, ей, как светлой, были по статусу не положены. А замутить что-то эпохальное во славу света, богам вообще, находясь на земле, запрещено.

Так и получилось, что богиня стала меня сопровождать. Я сходил в место силы, в паре верст от города. Она со мной. Я пошел в библиотеку. Она тоже сходила, но там как-то с ленцой только полистала несколько книг. Я же, удалившись в другой зал, попросил у библиотекаря что-нибудь авторитетное про распределение ролей богов. Про проявления мудрости. Или глупостей. В итоге мне принесли любопытную книженцию.

– Это весьма интересное исследование известного богохульника и мага Риггара Тощего, – улыбаясь сказал библиотекарь. – Он прожил почти тысячу лет и умер примерно полторы тысячи лет назад. И был он орком, оборотнем в дракона. Магом и исследователем. Всеми богословами эта книга считается недостоверной и клеветнической. Но ходили слухи, что некоторые боги давили на своих последователей для запрета этого труда, что только прибавило ей популярности в узких кругах.

Я с энтузиазмом бросился изучать ценный том. Ну что сказать? Автор исследовал, чем занимались люди и другие разумные, прежде чем они стали богами. Какие поступки совершали уже оказавшись в сонме небожителей. Чем они помогали своим последователям.

Информацию Риггар собирал веками. Проверить все это было затруднительно, но вот выводы меня заинтересовали. Во-первых, он разделил богов на понятных и откровенно сомнительных. В смысле, что непонятно было, чем они занимаются.

Яркий пример понятного бога, это богиня легкой смерти. Убьет любого, кто попросит ее об этом. Звучит страшно, но по сути автор утверждал, что ее не сделали светлой только потому, что ее услугами пользовались и совершенно темные люди и другие существа. Еще совершенно понятно было что, например, просить от богини здоровья или бога силы.

А как пример бога «ни о чем», приводился как раз бог справедливости. При жизни автора это был мужчина. Очень древний. Бог светлый и очень уважаемый. Уйма людей ему поклонялась и приносила жертвы, а вот что он давал в ответ на молитвы, вообще непонятно. Справедливость она такая. У каждого своя.

Еще Риггар писал, что среди богов много весьма недалеких существ. Особенно среди мелких. И делают они часто какую-то ерунду, и развлекаться в виде аватаров на земле любят самыми незамысловатыми, зачастую осуждаемыми в обществе, способами. А еще, что в их божественном мире хватает зависти и склок, в том числе по самым незначительным поводам

Главный вывод таков – если хочешь получить какие-то важные ответы, то это только к самым умным богам. Бог мудрости, бог магии, бог истории и так далее.

Но все боги по сути, это некие существа, раньше бывшие обычными разумными, которым поручили какие-то задачи. Вот они их и решают в меру сил. А по настоящему могучие и великие боги, это только трое верховных. Лика, Никол и Исинолд. Но они как раз, никому и ничего не дают. И храмов не имеют, и даже молитв не принимают.

В общем, я сделал грустный вывод – от Челизии я вряд ли получу ответы на какие-то важные вопросы. Если, конечно, все что написано правда, хотя с моими наблюдениями здорово совпадало.

С другой стороны, главное, что мне надо было, это узнать про душу Сильвианы. А моя богиня это сделать могла. Так чего жаловаться?

За три дня мы немного обросли имуществом. Челизия теперь была с легким мечом на поясе и десятком амулетов. Еще у нее завелась солидная сумка. А я все также таскал ее полуторник, который богине был чем-то дорог.

Мы уже собирались с утра отправиться вниз по реке и дальше к Баганскому полуострову, но планы пришлось менять. Вечером я отправился по естественным надобностям и только занял дощатую будочку около конюшни, как моих ушей коснулось знакомое слово «Челизия». А если принять во внимание рядом с какими словами стояло это имя, то тем более:

– У тебя есть что-то срочное об этой чертовой дуре Челизии? Зачем ты меня так срочно вызвал? Да еще и послал слугу из трактира. Сколько тебя учить, как правильно делать твою работу? – голос был сильный, уверенный в себе. Кажется, говоривший еще и позвякивал кольчугой.

– Они завтра собираются уезжать, – этот говорил торопливо и потише, временами срываясь на свистящий шепот.

– Ну и что? Зачем было меня так срочно звать? Мы об этом знаем. Перехватим их по дороге. Гортан уже к ночи будет здесь.

– Но они собираются не ехать, а уплыть.

– Вот черт! Ладно. Значит придется нанять пиратов. Хотя это плохо. Может, попробуем перехватить их еще по дороге в порт.

– Ты, это… передай Гортану, о моей трудной работе. Может наградит сверх оговоренного.

– Что это у тебя трудного? Ты два дня наблюдаешь в дырку за красивой бабой. Многие готовы за такое приплатить! – уверенный голос захохотал. – Подглядываешь, как она там кувыркается с этим придурком в плаще. Или этот идиот не снимает плаща и тебе ничего не видно?

– Да ничем они не занимаются. По-моему, он ее боится еще больше, чем я. Ты просто на нее долго не смотрел. Красивая. Но даже когда раздевается, все мысли, только о том, что хочется упасть на колени и отползти куда-то подальше. Вот и прошу приплаты.

– Ты просто трус. Это обычная баба сейчас. Но ладно. Посмотрим. Может и приплатим тебе за твою тяжелую работу по подглядыванию.

Я попытался разглядеть говорящих в щелку, но они стояли за углом конюшни. Тем временем, говорившие совсем не тепло распрощались, и я смог разглядеть идущего ко входу в трактир довольно щуплого, хорошо одетого человека.

Когда я, выждав пару минут, тоже зашел в зал, шпиона там, естественно, не было. На всякий случай я спросил подавальщицу, в каком номере живет тип, который только что прошел. Та мне охотно ответила, что тот живет в соседней с Леди комнате. И странно, что я этого не знаю. Когда тот вчера заселился, то спрашивал о госпоже и попросил номер по соседству. Как все просто! А я где-то слышал, что работа шпионов сложна и секретна.

– А как он спросил про нас? – мне стало любопытно.

– Он зашел вчера утром и спросил хозяина, не останавливалась ли здесь высокая статная госпожа в брючном костюме. Может быть со спутником в плаще. И у нее есть полуторный меч. Хозяин еще уточнил, что меч был у спутника. Тогда господин попросил комнату по соседству, и даже дал несколько золотых прежнему жильцу, чтобы тот переселился.

Замечательно! Но если все так просто, то сделаем еще проще! Я решил совместить приятное с полезным. А то что это я так скромничаю? Вон, уже даже неуважаемые шпионы придурком называют.

Я зашел в комнату к Челизии. Особо не мудрствуя подошел к ней, и подал ей руку. Дама с легким недоумением вложила ладонь в мою, и я рывком поднял ее из кресла. Хотя, как поднял… Я потянул и она встала. Тогда я обнял ее и очень тихо шепнул ей в ухо:

– За нами наблюдают. Из соседней комнаты.

Вопреки моим опасениям богиня никак не отреагировала на мое хамство. Только слегка приподняла бровь, как бы ожидая и «что дальше». А после моих слов, сначала бровь приподнялась еще выше, а через мгновение глаза сверкнули сталью. Но голос, которым она громко ответила, был даже каким-то воркующим:

– Я так ждала тебя, Кей! Разбери пока кровать. А я за ширму. Я стесняюсь…

Да, в комнате даже была ширма. Это был очень хороший трактир. Амазонка сдвинула ширму так, что она полностью скрыла входную дверь от наблюдателя. Через несколько секунд мне под ноги вылетела бордовая куртка, и почти одновременно еле слышно скрипнула дверь.

Я пожал плечами и начал делать, что мне и сказали. Но не успел даже снять покрывало, как богиня уже вернулась, крепко держа слабо дергающегося соседа с зажатым ртом.

– Этот любитель посмотреть так прилип к дырке, что не услышал как я кинжалом поддела засов, – усмехнулась Челизия. – Просверлил дырку под потолком, подлец.

Мы привязали шпиона к стулу и обеспечили его кляпом. После этого богиня достала кинжал и менторским тоном начала:

– Ты шпионил. За это положена смерть. Но ты еще и подглядывал за богиней! За это отрезают причиндалы. Сейчас я это сделаю, потом буду тебя допрашивать. Но ты можешь мне сам и сразу все рассказать, тогда, так и быть, отрезать ничего не буду.

Мужик отчаянно закивал.

Когда через четверть часа допрос был закончен, Челизия опять достала кинжал и задумчиво приблизилась к человеку.

– Но вы же обещали! Я все сказал! – шепотом закричал тот.

– И выполню. Причиндалы отрезать не буду, – амазонка зажала мужчине рот и всадила сталь в сердце.

– Гортан, значит, – задумчиво проговорила богиня, вытерев и убрав кинжал. – Не очень хорошо. Это бог лютой справедливости. Он темный. Для темного бога убить светлого, это большой соблазн. То что мы оба аватары, сильно снижает ценность убийства, но все-таки… Все-таки…

– Предлагаю уехать сейчас, – я уже вполне привык к новости, что нас собираются убивать и успел обдумать планы.– Предлагаю купить коней и отправиться на север. Там нас не будут ждать. Потом свернем на юго-запад.

– Кони хорошо. А вот на север смысла нет. Они нас найдут в любом случае. По ауре. Поисковым заклинанием. Если расстояние не очень большое, то справятся.

Мы знали о врагах довольно много. Гортан приготовился к путешествию по миру людей гораздо лучше Челизии. Он владел несколькими очень полезными заклинаниями и жил среди людей уже около года.

– Этот подлец давно планировал убить меня. Узнал, что я хочу сделать аватар, и терся, значит, где-то неподалеку от моего главного храма со своим отрядом, – пояснила мне богиня. Впрочем, я и сам это только что слышал от шпиона.

Я еще подумал, что если бы Челизия вышла в наш мир не в главном храме, то фиг бы ее нашли. Слишком предсказуемый поступок! Ей еще очень повезло, что ей подвернулся я, со своей дурацкой, для великих мира сего, просьбой. И если бы она не была в расстроенных чувствах и сразу не ушла со мной в леса, то тут бы ей и пришел конец. В ее собственном храме ее, конечно, не достать. Но мало какой бог делает аватара, чтобы так и просидеть в том месте, где он всегда может очутиться и в своем астральном теле.

А еще я подумал, что Челизия в очередной раз показала себя не слишком предусмотрительной, но, конечно, ничего говорить не стал. Особенно с учетом того, что эти глупые события привели к нашему знакомству, хотя немного смущало, что я оказался на острие атаки очень даже могущественных сил.

Силы же оказались задействованы действительно серьезные. Гортан получил почти неограниченную поддержку начальника тайной службы местного короля, хотя убиенный нами соглядатай не знал, чем заинтересовал темный бог одного из видных царедворцев почти светлого королевства.

– Я думаю, что подлый темный бог, как обычно, пообещал ему знания в шпионаже, которые помогут тому стать одним из первых советников короля, – предположила светлая богиня. – Обоим это выгодно. Человек возвысится, а бог подорвет одно из последних светлых королевств на этом континенте. Хотя королевство не сказать, что совсем светлое, но пока еще тяготеет к свету.

Вот так и получилось, что за нами начали охоту аж два отряда. Очень даже боеспособное отребье Гортана и личный отряд начальника тайной службы королевства. Всего человек от тридцати до полусотни.

– Еще не плохо бы купить доспехи, – наконец дама высказала здравую мысль.

– Купим, – уверенно кивнул я. Хотя откуда такая уверенность? На улице уже начинало смеркаться. Ну что ж. Придется тревожить торговцев в неурочное время. Но если деньги есть, то это проблема решаемая.

Мы быстро собрали вещи и покинули трактир. Говорить, что мы съезжаем, не стали. До утра все оплачено, и чем позже узнают, тем лучше. Мало ли, придет кто-то навестить нашего шпиона. Одно дело когда все сбежали, а другое, когда просто ушли куда-то.

С доспехами вышло не очень. Купили что подошло без подгонки. А подошло так себе. Богине кольчуга, усиленная толстыми пластинами, стальные наручи и шлем. Мне стальные доспехи были противопоказаны. Точнее, моему плащу. Так что пришлось обойтись прочной кожаной курткой и кожаными наручами. Только шлем стальной. Еще взяли один щит. Про запас. Я со щитом умел работать хуже, чем с шестом двумя руками, так что хватит и одного. Также выгребли у оружейника весь запас метательных ножей. Челизия могла с ними в руках поспорить в боевой мощи с малым отрядом лучников или арбалетчиков.

– Запросто, – похвалилась богиня. – Я мечом отобью стрелы, пока не подбегу поближе, а там уже закидаю ножами. Хорошая тактика. Стоят в каком-нибудь ущелье пяток стрелков под прикрытием щитоносцев. И думают, что их позиция непробиваема. Хоть сотню на них посылай. Ага. Или сотню, или одну амазонку. Эх, были времена!

Также с малой переплатой купив пару коней, мы выдвинулись на запад. Ночью пришлось ехать медленно. Дорога не сильно ровная, и коней гнать опасно. Миновали полдюжины городков и далеко за полночь въехали в скалистую местность.

В это время сзади засияли огоньки, которые с каждой минутой становились ярче, а вскоре и преследователи показались. Отряд не менее двадцати всадников ходко рысил по дороге, освещая себе путь световыми шарами. Четыре огня. Минимум четыре мага.

По команде Челизии мы спешились, привязали коней за ближайшей рощицей, а сами углубились в небольшой лабиринт скал и огромных валунов, густо поросший кустарником. Колючим, что я быстро и определил, к своему разочарованию. Ну аллергия у меня на колючие кусты! Симптомы – всплески жадности, когда понимаешь, что каждый разрыв, это минус несколько сотен золотых при сдаче плаща. Если я, конечно, до того мига доживу.

Всадники не проехали мимо, на что была малюсенькая надежда. Значит, точно за нами. Мы неторопливо стали удаляться от дороги. Коней наших уже нашли, но преследовать нас им все равно придется пешком. Кусты и скалы. Можно было бы попытаться оторваться бегом, но это опасно, так как наверняка есть и второй отряд. А может и третий.

Впрочем, пусть я уже и убедился, что богиня мне досталась весьма недалекая, но это в чем угодно, кроме тактики. Уж в этом не доверять амазонке у меня оснований не было.

За нами с заметным отставанием ломились преследователи. Огни они погасили, но постоянно громко перекликались, из чего постепенно стало понятно, что идут широким фронтом, по амулетам определяя не только направление на богиню, но и расстояние.

В какой-то момент Челизия обернулась, что-то прикинула и сказала:

– Обходим эту скалу и атакуем. Там человек пять, думаю. Маг один. Держись у меня за спиной.

Так и атаковали. Впереди амазонка с полуторником в одной руке и с метательным ножом в другой. Сзади я, груженый как осел. Обычный меч, щит, мой любимый шест-посох и еще ножны от полуторника. Да и две сумки.

Когда выскочили из-за скалы, то в свете луны сразу наткнулись на тесную кучку из трех латников. Сзади маг, который сразу начал энергично махать руками, складывая пальцы в крайне замысловатые фигуры.

Я сразу швырнул на землю всю поклажу и с посохом повернулся к кустам, где кто-то копошился. Ага. Следопыт. Выскочил на открытое пространство и замер напротив меня, сжимая длинный узкий меч.

По первым же движениям я понял, что с этим типом мне так просто не сладить. Если, вообще, не лучше убежать. Опытный солдат в приличных доспехах. Такого посохом долго щекотать придется, но сдержать некоторое время я его сумею.

Тот попробовал атаковать меня, но я просто отступил. Челизия в это время успешно теснила всех троих латников. Одного уже задела, да и остальным недолго осталось.

Маг в это время разродился-таки заклинанием. Привычный, в общем, файербол. Но сложный. И летел дугой. И взорваться должен сильно, оглушив и сбив с ног. Впрочем, для опытного воина никакая не проблема, особенно когда пехота подавлена. Богиня могла отскочить, но предпочла сложный вариант. Метнула нож, и шар взорвался на достаточном расстоянии. Даже латников слегка ошеломил. В это время мой противник решил не гоняться за второстепенной целью, а атаковать главную. Но не успел он двинуться к моей напарнице, как я подсек ему ноги, и тот рухнул на землю. Пока он не откатился и не встал, я успел пару раз вытянуть его с размаху своей гибкой палкой.

Челизия за эти секунды успела гораздо больше. Она обежала строй из латников, метнула два ножа в мага и опять встала напротив развернувшихся врагов, не давая им обойти себя. А потом несколькими взмахами покончила со всеми. Вроде бы один был еще почти боеспособен, но преследовать его амазонка не стала. Бросилась ко мне и быстро проткнула моего противника.

– Отступаем! – крикнула она мне и помогла подхватить наше имущество.

Маленько не успели. Сзади щелкнули арбалет и два лука. Не попали. Ну почти. Одна стрела пробила мой плащ. Ну что такое? Он же так скоро станет как решето!

Мы быстро оторвались от вялого преследования и вскоре вышли к неширокой реке, за которой, в начинающемся рассвете, проглядывали частые перелески. Места здесь были малообжитые, хотя выше по реке проглядывали стены городка, а среди перелесков виднелись башни двух замков. Но нам все равно туда было не надо. Преследователей мирные жители и жидкие отряды стражи не остановят, только появятся лишние жертвы.

Речка была глубиной фута в три, так что мы сняли сапоги со штанами и шагнули в быстрый и холодный поток. Челизия, правда, предложила перенести меня на руках, но я наотрез отказался.

– Зря морду воротишь, – выговаривала мне амазонка на переправе. – Мы в бою. Тут рыцарские штучки неуместны. Если враг на хвосте не висит, то надо действовать не спеша, сберегая комфорт. На боеспособность все мелочи влияют. Так что, зря упустил момент. Рассказывал бы в старости по кабакам, как тебя богиня на руках носила. Да еще голозадая.

Когда мы уже удалялись от реки, из-за скал стали выскакивать первые преследователи. От них мы бы легко убежали, но на узкой дороге от городка появился отряд во главе с высоким воином в черных доспехах.

– А вот и Гортан, – пояснила мне амазонка. – И нам самое время отступать со всех ног.

Мы помчались к лесу с максимально доступной магам скоростью.

Вообще, скорость магов ограничивается океаном маны. В нем все, что содержит в себе ману, не может двигаться быстрее, чем около двадцати двух верст в час. И маги, и волшебные существа, и артефакты с маной. Это действует на расстояниях более двух ярдов. Если у тебя в руках меч с встроенными заклинаниями, то можешь махать им хоть молниеносно. Но вот наконечник такой же алебарды, при широком взмахе, пройдет быстро только два ярда, а дальше резко затормозится. По этой же причине не бывает заколдованных стрел.

Поэтому и от нежити простой человек всегда может убежать. Нежить всегда магическая, а значит на короткое расстояние человек, не являющийся магом, может бежать заметно быстрее. Некоторые маги умеют выплескивать свой резерв маны. Также можно его истратить на заклинания. После этого маг может бежать или скакать на коне как обычный человек. Только амулеты надо сначала выкинуть. Во время бега резерв пополняться не будет. Но после остановки довольно скоро хоть частично наполнится, и снова разогнаться так просто уже не удастся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.