Мария Янова
Кофе со сливками

Глава 1

2019 год.

Я, Надя Шпак, мне семнадцать, и я отчасти дура.

Когда дойдете до последней точки в этой книге, посмотрите снова на это предложение и подумайте еще над моими качествами. Конечно, я не виновата, но все так пропустить мимо ушей…

Дождь тихо барабанил по моему стеклу.

Я сидела в своей комнате, поедая макароны быстрого приготовления. Передо мной стоял мой компьютер, который я хотела продать уже две недели назад, но что-то меня вечно останавливало. Он показывал эфир онлайн-лотереи. Онлайн-лотереи, которая сделала мою жизнь чуть-чуть лучше.

Ну, как сказать: «чуть-чуть»? Значительно лучше!

Я безнадежно уставилась на компьютер. Не знаю, чего я ожидала, что бы могло произойти… А вот что:

«Надя Шпак, поздравляю, кажется, сегодня ваш день!..»

Я замерла в ожидании чуда. Макаронины, которые пластмассовая вилочка должна была доставить в мой рот, начали скатываться обратно в тарелку.

«Двадцать миллионов у вас в кармане!»

Я начала смеяться носом, выдыхая воздух, а потом глубоко вздохнула, облокачиваясь на спинку стула.

– Я знала, что это случится.

И да, я до сих пор не верила, что в нашей семье кризис снесло ветром, не оставив следа.

Я вышла на кухню, встав напротив брата, который с грустным видом уплетал хлопья. Приподняв его лицо указательным и большим пальцами за подбородок, с усмешкой, но спокойно, я сказала:

– Можешь идти в «Gucci», «Harry Winston». Куда пожелаешь. Ты теперь свободен, как раньше.

Он явно не понял меня. Тогда я повернулась к маме.

– Ты можешь снова открыть свой клуб. Наш бизнес!

– Милая, о чем ты?

– Мам, мы закроем все кредиты. Завтра же. Лотерея сделала свое дело!

Переглянулись. Вдруг Дима встал, чуть не опрокинув тарелку с хлопьями на стол.

– Мы свободны, что ли? Ты шутишь.

Я отрицательно помотала головой. Искренне.

Дима выдавил пару смешков, не веря происходящему.

– О Боже…

Моя загадочная улыбка заставила их поверить мне, я расставила руки и приняла все возможные обнимашки и ласку. Будто я готовилась к этому месяцами.

Если бы я снималась в кино, мое лицо показали бы крупным планом. Мое злорадно-счастливое лицо. Покрутили бы вокруг моей головы камеру, и через секунду я бы уже оказалась в дорогущем магазине.

Я зажила счастливой жизнью. Ни в чем себя не упрекая, ходила в самые лучшие бутики, обедала в лучших ресторанах и, конечно, оплатила обучение в своей школе.

Меня могли вышвырнуть оттуда, без денег там нечего делать.

Раньше у папы была хорошая работа, у мамы собственный клуб (как-никак, она навсегда останется подростком, которому хочется потанцевать с друзьями, поэтому на своих детей у нее времени не было).

Денег было очень много. Все члены семьи сходили с ума от них. Ну конечно, и папа нашел себе веселье. Голова перестала нормально думать. Он взял небольшой отдых от работы, а возвращаться не стал. Знаете слово «лень»? Тогда оно прекрасно подходило.

Папа часто уходил гулять минут на пятнадцать и сразу же возвращался. Но однажды, вместо него домой пришла полиция. Мы сразу поняли в чем дело. Его забрали в тюрьму. К нам домой иногда приходили полицейские, даже без предупреждения. Допрашивали меня и брата: кто, куда и когда ходил. Мама стала работать в аптеке, ради меня и Димы, чтобы нас не забрали.

И хотя походы полиции постепенно прекратились, но все полетело к чертям.

Веселящие вещества, как видите, не очень хорошо влияют на жизнь.

В клуб стало приходить меньше, по неизвестным причинам, людей (да, он все еще работал), следовательно, и денег стало меньше. И арендодатель просил деньги за помещение. Мы уже думали закрывать мамино дело.

Пищей стали только макароны, каши и яблоки. Я думала, это конец.

Но в один вечер я купила билетик за сто рублей и, через месяц, доедая макароны и смотря прямой эфир лотереи, я снова стала богатой. Мы стали богатыми.

И вот, сейчас, я стою перед зеркалом в примерочной Versace…

Возможно, вы серьезно думаете, что это самое обычное начало самой обычной книги про школу, какую-нибудь любовь и дружбу. Вы не правы. Читайте дальше. Хотя… Возможно, частично и правы!..

Это та история, которую нужно прочесть каждому человеку, почувствовать все, каждую частичку. Она не обычная. Она уникальная. Она моя.

Глава 2

По коридору были развешаны плакаты, на стенах приклеены наклейки.

«С первым учебным днем, ученики!»

От таких ярких рисунков рябило в глазах.

Я шла с моей лучшей подругой Евой под ручку.

Я думала, что все смотрят на меня и чувствовала себя (как бы это не было смешно) королевой. Хоть и никто кроме Евы не знал о моей истории с финансовыми трудностями и лотерее (выигрыш все-таки), я все равно себя так чувствовала. А кто сказал что это плохо?

Первый день я решила провести на релаксе, не смотреть ни на кого токсичным взглядам и ни с кем не ругаться.

Я наслаждалась этим днем.

Все такие красивые, улыбаются, обнимаются после долгих разлук.

Я посмотрела на подругу. Любимая Ева, или так называемая мной, «Крошка». Она была очень милая и уверенная одновременно. Осветленные волосы небрежно летали над спиной, длинные черные реснички, припудренный носик и щечки. Если бы я была бы мальчиком, я бы обязательно пригласила ее на свидание. Но честно, мне очень нравилось что она моя лучшая подруга.

Мы уверенно шагали вперед, как в замедленной съемке. Я остановилась около своего шкафчика с прошлогодней надписью разноцветными буквами "N a D i a".

– Боже, что за ужас? Надо будет отклеить это потом…

Ева не ответила. Я даже не знаю, удивилась ее молчанию или нет. Ну а что она должна была ответить на это?

К четвертому уроку мы пробрались в столовую (ура). Я потянула Еву за рукав свитера к нашему любимому столу, где обычно мы сидим. На половине пути я остановилась.

– Что это? – ноги вкопались в землю, рука отпустила кофту Евы.

– Что ты встала? – спросила она.

– Смотри.

Наши взгляды устремились на наш стол, за которым сидела кучка темнокожих.

Ева хмыкнула, косясь на меня.

– Ужасный сюрприз, школа. Просто ужасный.

В моей школе всегда учились только белые. И будут учиться! Я посмотрела на свои изящные белоснежные руки, а потом на их неприятный тон кожи.

Эти люди были такими спокойными, скромными. И они явно знали, что на них все пялятся. Все.

За столом сидели два парня и девушка.

* * *

Боже, как же не хочется произносить это вслух, но мне скоро сорок. Да, сейчас мне уже тридцать девять и эти моменты мне очень стыдно вспоминать. Что ж, читайте.

Я в спешке подошла к ним, не обращая внимания на то, идет за мной Ева, или нет.

– Итак, – я наклонилась над столом, опираясь на него кулаками. – Вы сейчас встанете и пересядете на другое место.

Девчонку скривило по-хорошему.

– С чего это, простите? – сорвалась она. – На нем что, написано, что он ваш?

– М-м, мы всегда сидим за ним.

– Поздравляю, но мы никуда не уйдем.

Я кинула на нее короткий агрессивный взгляд.

– Что ты делаешь? – сзади подкралась Ева. – Боже, ладно! Мы сядем за другим, – когда мы отошли, и подруга поняла, что я все-таки молчу, она кое-как подбодрила меня. – Я так и знала, что от них ничего хорошего не стоит ожидать.

– Крошка, что это было?

Ева не обратила внимания на мой вопрос.

– Смотри, там Марк, Моисей и Саша. Пойдем к ним?

Через несколько рядов сидели наши друзья. Те самые Марк, Моисей и Саша. Я даже не помню, как мы все познакомились, как это было давно.

– О Боже, привет, дорогие и богатые, – пошутила я, окидывая всех игривым взглядом.

– Ха, – так Саша оценивал мои шутки. – Когда же ты научилась так шутить?

– Лето – на то и есть – лето, чтобы научиться чему-нибудь.

– Ладно, взгляни на Марка.

– Господи, я даже не заметила тебя сначала, Марк.

Он обновил себе прическу. Его каштановые волнистые волосы стали заплетены в маленькие дреды.

Либо я еще не привыкла, либо ему стало хуже.

– Марк! – я взяла в руки одну его прядку, приглядываясь поближе, потом отклонилась назад, щуря глаза и оценивая его обновку. – Да тебе чертовски идут эти дреды!

– Спасибо, – улыбнувшись, он продолжил. – Мы все прекрасно знаем, что у Нади скоро день рождения.

Я замерла, ожидая продолжения, и поочередно начала замечать на себе игривые взгляды. Люблю внимание, никак иначе!

– В общем, мы решили сделать тебе сюрприз.

Я неуверенно посмотрела на Еву, та подмигнула мне.

– К-хм, ну хорошо. Плетете интригу, так плетите ее дальше.

Марк привстал из-за стола, собираясь уходить, но будто не спешил.

– Так уж и быть. Готовь свое тело для клуба твоей мамы.

– Что? Нет-нет, в ее клуб я не хочу.

– Поздно! – он усмехнулся и скрылся за дверьми столовой.

Глава 3

Вы как хотите, но у меня в вечер пятницы напрягается только одна часть тела, – палец. И максимально, на что он способен в такой день – это нажимать кнопку переключателя каналов на пульте от телевизора.

Я просмотрела все возможные каналы, передачи. Меня даже занесло на кулинарное шоу. Смешно, но, кажется, я научилась готовить сырники.

Уведомление. Ну вот, все начинается с уведомления.

Поковырявшись в подушках дивана, я достала телефон.

Ничего себе, наш классный руководитель создал общую группу, куда были добавлены все наши одноклассники.

Он скинул нам ссылку и приписал: «Вы должны выбрать одну тему из выше перечисленных, забрать макет выбранного проекта завтра у школы и сделать его к среде! Самый лучший – красивый и рабочий, будет представлен в зале школьникам, родителям и учителям. Это – отличная возможность поднабрать дополнительные баллы для последних экзаменов. Возможность попасть в хороший университет! Обязательно всем. Удачи!»

Я неодобрительно качнула головой, переходя по ссылке.

• Галактика

• Робот

• Вулкан

Самый легкий в работе – Вулкан. Но я не ищу легких путей. Придется делать Робота. Мой проект должен быть на высоте, идеально выполнен. Он должен стоять на маленьком столике перед огромным количеством зрителей. И хочу попасть в хороший университет.

Я выключила телевизор и завалилась на кровать, не чистив зубы, не умываясь. Я просто решила поспать минут на десять побольше, ведь завтра мне придется идти в школу за этим непонятным макетом для проекта.

Я встала в семь. В восемь начинается раздача макетов, я не должна была опаздывать.

Дима приготовил блинчики на завтрак, но я не стала их пробовать, увидев лицо мамы, которая размазывала ложкой Нутеллу по тарелке.

Да и есть мне особо не хотелось.

Вернувшись наверх, я умыла лицо холодной водой, одела огромную серую толстовку и сделала себе непонятный пучок (если это можно назвать пучком, конечно). Наконец-то, я чувствую свободу. В спортивной одежде намного удобнее, чем в школьной…

Подходя к зданию школы, я уже издалека видела кучу одноклассников или просто знакомых. К слову, я знала всех. Но для столь значимого для меня проекта, я готова была стать им маленьким конкурентом.

Школьники разделились на три очереди.

В первой, самой длинной, они забирали маленькие картонные коробки. Тот самый Вулкан.

Требовалось собрать и сделать его действующим. Какие ингредиенты должны заменять искусственную лаву, а из чего сделан сам вулкан – не знаю. Вулканы забирали те, кто хотели просто поднять оценки и, конечно, успеваемость. Для тех, кто учится на "удовлетворительно".

Вторая очередь была самой большой. Галактика. Планеты. Если все красиво сделать, можно прекрасно поднять свой уровень оценок последнего месяца учебы на «отлично», шанс попасть в нормальный университет, но не претендовать на лучший.

Мой взгляд сфокусировался на третьей очереди. Уголок рта приподнялся наверх, внутри все приятно закрутило, появились бабочки. Это будет ожесточенная битва. Еще одиннадцать человек претендовали на прекрасный университет. Я хотела в МГУ. Там учится подруга Димы, ей очень нравится. Но в идеале, конечно, я бы улетела заграницу, поступать в Лигу Плюща.

Я встала в очередь. Посмотрела на небо, на кроссовки, Боже, если каждый рассматривает свою огромную коробку как минимум по минуте, мне тухнуть тут еще одиннадцать минут. Уже десять. Я посмотрела на мужчину, сидящего за столиком в этих пыльных макетах, подписывавшего что-то на листочках, наверное, имя и фамилию претендента, и поочередно доставая коробки школьникам.

Я вгляделась в очередь: Катя из параллели, Илья, тоже из параллели, Алина из моего класса, они всегда были отличниками… И два новеньких… Те самые, неприятные темнокожие. Мое лицо скривилось, я выпрямила спину и сделала глубокий вдох и выдох. Что за черт? Но они пришли всего две недели назад… В нашей школе и за месяц отличником не станешь. Интересно, а где третий? В очереди стояли только девочка и тот самый скромный парень, который, конечно, совсем не оказался скромным. А может, я и путаю… Может, скромный парень не пришел вообще, или стоит где-нибудь позади, в толпе школьников, которые еще точно не определились, какой проект им взять. Для меня они все равно, все одинаковые на лицо. Я засмотрелась на него, подумав, почему он не остался в Африке или в Америке? Какой смешной вопрос, не правда ли? Возможно, он почувствовал мой дикий взгляд и обернулся. На меня. Я заморгала, быстро переводя глаза на асфальт.

Не знаю, что он подумал, но, во-первых – меня точно не волнует ничье мнение, во-вторых – мне уж точно было неприятно и некомфортно от его взгляда.

Я оглядела очереди в поисках третьего темнокожего парня. Но вместо него нашла Сашу. Он стоял во второй очереди с проектом Галактика. Он был, правда, умным для такой темы.

Саша заметил меня, всплеснул руками и улыбнулся. Потревожив за плечо, впереди стоящего парня, и что-то сказав ему, подбежал ко мне. Стоп, я что, нашла третьего темнокожего? Да! Он стоял прямо перед Сашей, в очереди за Галактикой. И как я могла его не заметить? Хоть один замороченный вопрос решен.

– Хей! Как дела? – Саша был очень веселым сегодня. – Решила выбрать самый сложный проект?

– Привет. Да! Хочу пробраться в МГУ…

– Робот связан с физикой, информатикой. Датчики, сигналы, прочая заморочка. Я помню, эти предметы – не самые легкие для тебя. Могу помочь!..

Я задумалась. Правда, точные науки мне хуже давались, а робот связан с ними. Но если я не сделаю этот проект, еще и самым лучшим образом, я могу забыть про один из лучших университетов.

– А почему ты не хочешь встать в эту очередь? Твоя любимая физика, ты с ней хорошо ладишь.

– Мне не нужно. У моих родителей нет огромных денег, чтобы позволить себе МГУ или МГИМО. Нужно дать образование ещё четырем детям кроме меня. А обучение, все же, не бесплатное. Проект – это только дополнительные баллы для большей вероятности поступления туда.

Я понимающе кивнула.

Он не рассказывал про своих братьев и сестер. Как много я о нем не знаю. Думаю, он мне прелестно поможет, и за время работы я могу узнать больше о жизни Саши, наконец-то сдружиться с ним. Но не противоречит ли работа с человеком, которого я хочу ближе узнать, качеству проекта?

Глава 4

– Конечно! Безусловно, хочу, чтобы ты мне помог. Я даже и не подумала про ужасную сложность Робота. Спасибо.

Парень улыбнулся, сделав два уверенных шага назад.

– Встретимся завтра, в парке? Сегодня ты осмотришь проект подробнее, а завтра приступим к работе вместе.

– Хорошо. Но как твой проект? Ты же тоже должен его делать…

– Не беда. Я просто хочу помочь тебе! – он опять улыбнулся и зашагал к себе в очередь. – Увидимся, Надя.

Я обдумала и проанализировала наш разговор и посмотрела на свою очередь. Три человека.

Темнокожая девочка забирала свою коробку. Ловко подперев макет ногой, и освобождая руку от груза, она помахала кому-то, подавая знак. Выглядела чертовски уставшей. Ее рукав от футболки задернулся, показались прекрасные мышцы. Она была спортсменкой? Кем бы она ни была, я бы отдала все за сильные руки, пресс, но лень делала свое дело. Хотя с другой стороны, ее руки были похожи на мужские. Сильно перекачала. Нет, я хочу оставить свою женственность. Тоненькие, аккуратные ручки. Я все равно красивая и меня в себе все устраивает.

Придя домой и, поставив коробку на пол (да, я ее забрала!), я выдохнула. Мое настроение было – уснуть и не вставать. Меня бесило все. Все не так. Все плохо, неудобно. Нужно было отвлечься. Но как?

И почему Саша решил помочь мне? Вдруг я нравлюсь ему? Он назначил на завтра встречу в парке. Мы будем заниматься только проектом или это повод для свидания? Боже, нет. Это так тупо, что даже свинье бы в голову не пришла такая мысль. Мы в одной компании. Мы как братья… Я бы не раздувала такие думы, если бы, например, Марк предложил мне помощь. Саша просто нравится мне, вот и все. Нет-нет-нет. Нет. Я буду дружить с ним.

Я разглядела Сашу, сидящего на лавочке перед набережной, уже когда пробиралась сквозь деревья.

Место он выбрал крутое. Было четыре часа вечера. Птички пели, мне все нравилось.

Услышав шорох за своей спиной, Саша оглянулся. Думаю, как он и предполагал, там стояла я.

Красиво обогнув скамейку и подбежав, он крепко обнял меня.

Честно, мне до сих пор не верилось, что именно тот самый парень, которого так привычно видеть с остальными ребятами, сейчас стоит тут, передо мной. И больше никого нет. Только мы. Я и он. А, и птички, конечно.

Он не стал тянуть. Выхватил у меня коробку, которую мне было достаточно тяжело держать, и поставил на скамейку.

Вчера я даже не раскрывала ее, чтобы посмотреть на содержимое.

– Ты не изучала макет? Скотч в таком же положении.

– Нет, – я подошла ближе, подковырнуть краешек клейкой ленты ногтем. Я так легко это сделала, как и сказала слово «нет». Мне понравилось.

Зачем-то приклеив длинненькую ленту скотча на спинку скамьи, Саша начал доставать из коробки разные интересные штуки. Провода, части от пульта, от робота, отвертки.

Я села рядом, на край скамейки, и прочистив горло, начала громко читать найденную инструкцию.

Нам было весело. Искренние эмоции – самые лучшие эмоции.

Мы то замолкали и сосредотачивались на проекте, то снова вставляли нелепые шутки и смеялись, что есть мочи. Птицы не переставали петь, и наше настроение не ухудшалось. Этот день я бы отложила в воспоминаниях на много веков. День, когда все идет прекрасно. День, который создан для меня.

Но работы впереди еще очень много, нужно было откладывать на другие дни.

– Я не смогу завтра. Мама с папой уезжают, а я как старший должен следить за сестрами. Я познакомлю тебя с ними, обещаю! Они классные.

– Жаль, что не сможешь. Да, очень хочу увидеть твоих сестер.

– В понедельник, после школы на этом месте. Мы должны постараться и доделать.

Это было ответственно. Он весь сам был попросту ответственный. С его стороны желание так сильно мне помочь очень будоражило. Это же прекрасная мотивация! Хорошо, когда есть такие друзья. Хорошо, что у меня есть Саша.

В школе темнокожие хоть и выделялись, но уже не так сильно. Мы привыкли. Но, думаю, они все равно задевали взгляды учеников. Наверное, много кому было абсолютно все равно на их существование. Темнокожие были всегда такими спокойными, делали вид (а может и не делали) что им неважно мнение других.

Одновременно скромные снаружи и буйные внутри. Но я думаю, каждый ученик пытался заглянуть в их мир, узнать подробнее. В любом случае, у них не получится. Они кажутся слишком секретными, чтобы узнать их от и до.

Как никто ничего не хотел узнавать в точных подробностях, так и столкнуться с ними или сидеть за одной партой уж точно. Но мне пришлось рулить в этой ситуации своими методами. Не бойтесь, ничего страшного нет, вы скоро все узнаете.

Глава 5

– Как прошел вчерашний вечер с сестрами?

– Мне пришлось делать с ними математику. Это было сложно.

Саша посмотрел мне в глаза и улыбнулся. Я с честью приняла его милый взгляд, и мы приступили к проекту снова.

Как и в прошлый раз, светило закатное солнце, пели птицы. Хотелось надеть купальник, перелезть через ограждение между набережной и речкой и прыгнуть в воду. Да, была осень, но очень теплая. Надеюсь, она продлится еще долго.

Мы усердно поработали. Изучали инструкцию по несколько раз, умело передавали детальки друг другу. Соединяли проводки. Аккуратно собирали части пульта и вставляли антеннки.

У нас ушло на это три часа, солнце окончательно скрылось за рекой. И вы можете не верить, но робот готов! Мне так нравилась проделанная работа!

Саша взял пульт, когда-то он был кусочками пластика, которые мы склеили, и нажал на единственную кнопку. Она отвечала как за команду «Вперед», так и за «Стоп». Робот сразу задвигался по направлению к нам. Он мог идти так бесконечно, пока не нажмешь на ту судьбоносную кнопку.

– Да ты герой, Надежда!

Надежда? Он назвал меня Надежда? Ненавижу свое полное имя!

– А вот и нет! Герой у нас тут – ты. Я и правда не знаю, что бы делала без тебя. Спасибо, что решил помочь. Нам было даже… Весело? Да, весело!

Постояв секунды две с руками в задних карманах джинсов и глядя вниз, на робота, я решила все-таки подарить ему теплые обнимашки, заканчивая поцелуем в щечку. Я никогда не делала ничего лишнего.

И все оставшееся время, мы просидели тут, на лавочке, слушая журчание реки и смотря на звезды.

Напоминаю, мне сейчас почти сорок, и я совершенно точно могу сказать – это был хороший опыт, скоро узнаете в чем. Не смейтесь над моими детскими забавами, ведь это было слишком хорошее время. Как хорошо, что я чувствовала то, что хотела чувствовать.

Через полчаса, конечно, позвонила мама. Думаю, вы знаете цель звонка. Но я просидела бы с Сашей вечность.

Мы еще раз крепко обнялись, и, забрав робота (наконец-то уже полноценного!), я пошла своим путем домой. Честно, я очень удивилась, почему Саша не захотел меня провожать. Но и просить его об этом я не хотела, мне все же надо отдохнуть от всех встревоженностей за сегодня.

Я сделала глубокий вдох, услышав прекрасный запах леса. Людей уже не было, такая атмосфера как будто ты король этих деревьев.

Я шла по главной дороге, освященной фонарями, но такой пустой и некрасивой. Стал накрапывать дождь. Я боялась за робота в коробке и за свою будущую жизнь студента. Мое сердце колотилось от смешанных чувств. Я думала о сегодняшнем дне, о завтрашнем. Об МГУ.

Да хоть о погоде. Мне было приятно на душе, но одновременно так страшно.

Вдруг я вспомнила об очень хорошем месте для ностальгии. Старый, не отреставрированный, аквапарк. От него уже давно остались только развалины, но воспоминания никогда не станут забытыми. Тут многое связано с моим папой, с детством, с беззаботным временем.

Свернув с главной дороги, я перешагнула каменный порог. Это остатки от недостроенного забора аквапарка. Думаю, новым, он будет очень красивым и аккуратным. Зайдя на «территорию», я чуть не поскользнулась на примятой дождем траве. Везде были лужи, через асфальт пробилось уже много растений.

Я перешагнула балки, еще множество бежевых кирпичей. Так же повсюду валялись деревянные длинные палки с узорами. Возможно, это было бы основание бара аквапарка, куда приходили бы дамочки в бикини или накаченные парни. Забирая свой заказ с вкуснейшим бургером в их жизни и алкогольным напитком, они бы шли к лежаку, наслаждаясь хорошим вкусом диджея. А в нескольких метрах от них визжали бы самые счастливые подростки, катившиеся на плюшке, рассчитанной на четырех человек, с самой опасной горки.

Впрочем, все это было, ходили дамочки в бикини и накаченные парни, но очень редко. Когда его принялись реставрировать, думали, что он станет более популярным.

Мы бы тоже пришли сюда с Евой, Марком, Моисеем и Сашей. Наша компания ничуть не отличалась бы от всех остальных посетителей. Правда, жалко, что все истории, которые рассказывают про этот аквапарк, с акцентом на бы.

Ходят слухи, что его перестали строить не из-за банкротства, а из-за того, что вокруг деревья, шум леса. Посетителям так хотелось бы услышать море, или, по крайней мере, видеть горы. Конечно, лучше все и сразу.

Думаю, про аквапарк вам совсем надоело слушать, поэтому я скажу, что я удачно поскользнулась на очередной луже во второй раз.

Молний я не видела, а гром был точно. Возможно, он олицетворяет мою маму, которая явно была не рада, что я так поздно, еще и в дождь гуляю по развалинам аквапарка.

Вспомнив про маму, я решила закругляться. Обернувшись по сторонам, на лужи, на одинокие фонари, выглянув через поддоны и еще какие-то развалюхи, я решила пройти весь аквапарк, и выйти через второй выход. Мой шнурок развязался, я решила не обращать на него внимания, как и на очень странный и громкий звук. Я дрогнула, сердце заколотилось. Я ускорила шаг. Звук повторился, но уже другой, не похожий на прежний. До второго выхода идти где-то минуту или полторы. Но если тут живут бомжи, желательно не издавать ни малейшего звука, так как, не знаю, что им может прийти на ум. К несчастью, в парке и фонари работали не все, и мой дом находился достаточно далеко. Я осмотрелась еще раз. Никого. Даже птицы петь перестали. Мне от этого стало не по себе еще больше.

Я опустилась на корточки и нащупала в темноте заостренную деревяшку. Как копье, только поменьше. Не знаю, поможет это или нет, но думаю, я драматизирую. Даже бомжу нет дела до ме…

С огромной силой кто-то запихнул тряпку в мой рот. От растерянности и неожиданности я выронила свою защиту из рук, и кричать я не могла. Тряпка вызывала у меня рвотный рефлекс. Из глаз потекли слезы, я стала задыхаться. Кто-то держал меня очень крепко. Я потеряла силы. Вместо крика выходило сплошное нытье, как же жалко это было.

А дальше белое пятно.

Глава 6

– Уже полтора часа просто спит. И телефон постоянно названивает.

– Я не буду звать медиков, Тай, хоть это мои проблемы.

– Ты издеваешься? Хочешь, чтобы с нашим появлением начали пропадать люди? Я не хочу портить репутацию из-за таких, как ты!

– Ха! Я, человек, рожденный для того, чтобы ходить со стволами по улицам, расстреливая каждого мента, который хоть одним глазком посмеет взглянуть на меня. Милый мой, они хотят убить нас. Мне нет дела до этой малышки. Я приехала сюда не сжаливаться над людьми, не меняться в лучшую сторону. Я просто спасаюсь от родных и суматохи, которую все терпят. Тут лучше, потому что на тебя кидают только странный взгляд и все. На большее они не способны. И… Я не знала, что это именно она. Это мог быть Канг.

Шаги, шаги, шаги по мокрой траве. Глубокий вздох и тяжелое дыхание мужчины. Тишина. Теперь гробовая.

Я очнулась на своей кровати. Рядом стояла мама.

– Собирайся, – ее голос был тихий и явно не веял теплотой, с которой иногда раньше она меня будила. – Школа, проект. Не пропускай, – она собиралась уходить.

Я заметила мятую коробку в углу комнаты, в которой, вероятно, был мой робот. Почему она мятая? Быстро протерев глаза, и почувствовав ужасную головную боль, я сказала:

– Мам? – та развернулась в проеме двери. – Мам, что… произошло? Почему ты такая тихая и спокойная?

Ответа не последовало, это уже означало – день скорее не удастся.

Я с непониманием усмехнулась, готовясь к очередным препятствиям.

Когда я пришла в школу, мир как будто изменился. Все были как в тумане, я не видела ни Еву, ни ребят. Я просто зашла в актовый зал со своим несчастным проектом в руках.

На самом деле, кроме проведения праздников и уроков музыки, тут можно было отдохнуть. Мое любимое место для отдыха во время ужасного дня. Рассмотрев все ряды зала, я увидела Сашу. Закрыв глаза, он релаксировал на последнем ряду. Черные волосы были небрежно раскиданы по сиденью. Они не были густыми, но зато волнистые, их кончики красиво прилегали к щекам, если он за ними следил, или болтались и бились о лицо, если был неаккуратен.

Возможно, Саша почувствовал чей-то взгляд на себе, поэтому, встряхнув головой, поднялся и осмотрелся. Увидев меня, помахал. Конечно, зачем подходить ближе, да, Саша? Лучше сидеть в пятнадцати метрах друг от друга и махать.

Разумеется, сама я подходить не захотела. Во-первых, у меня жутко болела голова, и я хотела обойтись без разговорчиков, посидеть одной. Во-вторых, э-э… Второго я не придумала, но думаю и одной причины достаточно.

Положив проект на учительский стол к остальным сданным коробкам, я села на первый попавшийся стул. Убрав с лица улыбку, которая раньше предназначалась Саше, я начала обдумывать вчерашний день, думала, что у меня еще есть немного времени, до того как сюда войдет куча учеников и учителей.

«Я доделывала проект на лавочке в парке вчера, рядом был Саша. Все? Это все, что я помню? Я помню еще ночной кошмар с темными улицами, по которым я одиноко блуждала, а в конце меня чуть не убил владелец какой-то пекарни. Я будто видела этот закоулок когда-то, где может быть покупала булочки… Фу, что за гадость мне снится? Но почему на меня так странно посмотрела мама сегодня утром? Вероятнее, это ее личные причины, просто настроение плохое, "встала не с той ноги".

Но не успела я обдумать все свои мысли, как в зал ворвались бешеные учителя и ученики. Все бегали с коробками, своими проектами, небрежно кидали их на стол к остальным работам на проверку. Учителя рассаживали детей по местам.

На сцену вышел директор нашей школы, начал поправлять микрофон. Как обычно и как полагается, раздался оглушительный писк (наверно, чтобы дети оглохли), все заверещали еще больше. У меня даже заложило уши.

Директор решился сказать первые слова:

– Раз, Два. Раз, Два, Три. Слышно.

Меня затошнило, стало очень тесно и душно. Во всей этой суматохе, я казалась единственным одуванчиком, среди шумной зеленой травы. Даже смешно было наблюдать это со стороны. Наконец-то все стали постепенно затихать, пока не услышали очередные слова директора:

– Внимание, ребята, приветствую! Рад вас видеть всех вместе! Прямо как в первый школьный день… – он улыбнулся, на грани риска засмеяться, но увидев, что обратной реакции совсем нет, вдруг запнулся и вновь продолжил. – Мы собрались тут, в зале, по случаю очень важного для вас события – получения дополнительных баллов. Этот проект может сыграть огромнейшую роль в жизни, а может просто поднять оценки за год. Вы сделали свой выбор, решив, какой проект вам больше подойдет. Так же, мы определим и лучшего ученика в нашей школе. Отличников стало предостаточно, чтобы выбрать лучшего. Но ведь лучший должен побороться за этот титул, отличникам придется хорошо потрудиться в этом году. Ну, удачи им, еще много времени до лета, чтобы определить победителя. Мы переходим к проектам. Спасибо! – директор отошел от микрофона и скрылся за кулисами.

А вот мое сердце прильнуло к пяткам. Мне придется очень потрудиться, чтобы стать лучшей в этом году. Но и не забывать про отдых, про друзей. Как мне это совместить?

Все засуетились, на сцену вышли наши учителя, которые стали проверять каждый проект «Вулкан» на красоту и работу. Напоминаю, он самый легкий, чтобы поднять оценки. Мы просидели двадцать минут, и пришла еще куча учителей, более серьезных, как считала наша школа. Еще тридцать пять минут ото дня. Наконец-то нас выпустили на небольшую перемену в холл. Как по мне, это была самая мучительная перемена, да и день за всю мою жизнь. И результаты должны были прийти лишь через два дня. Меня разрывало от несправедливости. Почему не сейчас? Почему мы так долго сидели в зале, глазели на чужие проекты, чтобы нам сказали эти слова? Ну, хотя бы, я пропустила математику, физкультуру и информатику.

У нас еще не было информатики за год вообще. Все уроки откладывались по разным причинам. Даже сегодня – проекты. Правда, от нас ушли целых два учителя, не успев поработать, но обычно, их заменяли какие-нибудь математики, преподавая свой предмет.

Хоть я и была отличницей, но информатику я всегда могла списать (еще в прошлом году). Пять стоит, не важно, от чего, но дело сделано. Может, она начнется со следующей недели? Нового учителя вроде нашли… Только что…

К нам подошел директор и своим простуженным басом сказал:

– Дети, войдите обратно в зал. У нас новость, наконец-то она уже точная.

И все начали ломиться в эти узенькие стеклянные двери. Мне казалось, что они скоро треснут, как в фильме, разлетятся на маленькие кусочки. Что все будут в крови, валяться на полу, а директор и учителя купят пострадавшим могилки, на которых будет написано: "умер от нападения стекла". Но это всего лишь фантазии, рожденные в моей голове, пока я стояла в душном холле.

Когда, наконец, все прошли через те самые убийственные стеклянные двери и расселись на прежние места, на сцену вышло новое лицо.

– Меня зовут Бергольц Мартин Андреевич, я проверяю проекты «Робот». Так же, к счастью или, к сожалению, я ваш новый учитель информатики.

Глава 7

Я стояла в очереди в столовой, уже уставшая ждать свой омлет и апельсиновый сок.

– Можно выпросить у тебя соточку на шоколадку? – меня спугнул Марк, как обычно просящий денег.

– Ха! С чего это я должна давать тебе мое добро, а? – я игриво улыбнулась. – С чего шоколадки начали стоить по сто рублей?

– Это Dove, милочка, он всегда дорого стоит, – и склонив свою голову чуть на бок, он с честью принял мою бумажку, которую я так долго искала в карманах сумки.

– Гречку и воду.

Мы посмотрели на темнокожего, который ворошился в своем кошельке, заказывая ту самую гречку и воду.

– Сто двадцать рублей, – сказала повариха, бросив на него скучающий взгляд, какие обычно поварихи бросают на учеников.

Тот все еще искал мелочь.

– Десятки не хватает, – сказал он спокойно.

– Ну, все тогда, я не могу ждать, – женщина посмотрела на нас с Марком. – Следующий.

Она убрала в сторону поднос темнокожего и махнула рукой, чтобы он отошел.

Я взглянула на бедного парня. Он не испытывал никаких эмоций, впрочем, как и всегда, просто удалялся из столовой.

– Что это такое? – очнулся Марк.

– Молодой человек, что вы хотите? – продолжала повариха. – Может, уже скажете, что будете брать?

Марк поднял на меня голову, а потом посмотрел куда-то вдаль.

– Что будете брать? – повысила голос повариха. Она видела ту очередь, которая хотела есть, а Марк летал в облаках, явно не собираясь реагировать на ее звуки.

Я вновь решила взглянуть на измученную женщину. По ее глазам можно было буквально прочитать – она уже не желала добра Марку.

А я вот, человек – действие. В секунду сообразив, что если ей не помочь сейчас, то тут и вправду может начаться большая разборка. Хотя, Марка выгнали бы точно так же, как и того темнокожего парня.

Пришлось толкнуть его немного локтем. Он сразу же пришел в себя. Огляделся, забрал поднос с едой того пацана и скрылся за дверьми.

Я, даже не успев осмыслить все происходящее, озвучила свой заказ бедной поварихе, которая тихонько выругалась себе под нос и, сразу же извинившись, назвала цену.

– С его подносом, шоколадкой и твоим подносом – триста пятьдесят рублей.

Черт! Триста пятьдесят рублей за проделки Марка? Он получит у меня!

– Ладно… – еле слышно сказала я и, утащив с собой свой поднос, последовала путем виновного.

Я прислонилась левым боком к ближайшей стене и увидела Марка, который уже собирался ко мне навстречу.

– Навел порядок, – сказал он, усмехнувшись.

– Ты совсем дурак?! Я потратила триста пятьдесят рублей! И мне было так стыдно за тебя перед поварихой! Теперь я не знаю, как ходить за едой, Маркуша!

– Эй, ты, Маркуша! – опять засмеялся он. – Успокойся. Я просто подумал, что так будет правильнее.

Я посмотрела на темнокожего парня и, столкнувшись с ним взглядом, отвела глаза. Он даже не притронулся к еде.

– Что такого в помощи людям? Ты имеешь что-то против? – опять возник Марк.

– Нет, – я развернулась к дверям столовой и зашагала. Он последовал за мной. – Просто…

– Что, просто? – я прочитала на лице Марка огромный вопрос.

– Просто, он же… темнокожий…

– Ха-ха-ха! – резко засмеялся он. И затем, так же резко остановился. – Стоп, и что?

– Нет, нет, ничего. Что он сказал тебе?

– Он ничего не сказал. Ну, может только кивнул. Разговор может содержать только кивки, не так ли?

Я промолчала.

– Я верну тебе хоть пятьсот рублей. Ты уж извини, но не оставлять же парня без еды и все такое…

– Ох, ладно, – посмотрев на него уставшим взглядом, сказала я. – Делай, что считаешь нужным.

Мы прошли через всю столовую. Вместо того, чтобы выбрать ближайший свободный столик в помещении, Марк взял меня за локоть и потащил на улицу. Было холодновато, особенно нам, одетым в одни рубашки. Но прикосновение Марка к одному локтю, как будто бы рассеивало тепло по всему телу. Я даже чувствовала, как все сосудики покрылись защитной оболочкой, оберегающей от холода. Но как только мы подошли к нашей цели, к которой стремились, Марк отпустил мою руку. «Блин» – подумала я про себя. – «Мне же было тепло…»

Стол был красиво усыпан разноцветными листьями. В большей степени – желтыми. Одним движением Марк стряхнул листья со скамьи и подал знак руками: "Дамы вперед! Садись!". Я послушно устроилась на холодной дощечке и принялась разглядывать все вокруг. Листочки не переставали падать, и совсем скоро, рядом со мной, образовалась еще одна маленькая разноцветная кучка.

Перед нами прошел охранник, в утепленной курточке. Он курил сигарету и напевал какие-то песенки. Увидев нас, мужчина осторожно, закрыв спиной свои действия, потер кончиком сигареты о мусорку, выкинул окурок и пошел дальше.

Запахло сыростью и дождем. Меня раздражала такая погода, особенно, когда находишься на улице, без куртки и в тонких колготках.

От дальнейших размышлений о погоде меня отвлек Марк. Он внимательно посмотрел мне в глаза и спросил:

– Не хочешь прогуляться куда-нибудь после школы? – он спросил это очень быстро, я еле разобрала вопрос. – Я куплю тебе мороженое. Помнишь, как раньше?

Раньше, у нас в компании зарождалась традиция – по выходным покупать мороженое с маршмеллоу и печеньем. Ее придумала Крошка Ева, но когда мы все перессорились по своим дурным причинам, традиция затерялась. Так потерялось много разных интересных воспоминаний, фотографий. Эта традиция – одна из немногих, которую я запомнила.

– М-м-м… – помедлила я и перевела взгляд на Марка. – Нет.

– Что? Почему? – его лицо побледнело от неожиданности моего отказа.

– Я не хочу и все! – это была большая ссора. С непониманием и плачем по ночам. Мне казалось, что я потеряла друзей в тот день. Не хочу это вспоминать.

Да, я переборщила, но что поделаешь, я не хотела никуда с ним идти.

Дверь входа в столовую распахнулась и из нее вышли Ева, Моисей и Саша в куртках, неся свои подносы с едой. Я уже успела перевести свое внимание на них, но мне показалось, что Марк тихо сказал: "Ладно, прости".

Глава 8

По пути в школу я встретила Еву. Мы мило чмокнулись в щечки три раза и продолжили идти. Провисло молчание, странно, что мы не разговорились, как обычно. Шарканье ног по разноцветному асфальту – единственный звук, который был с нами. Иногда проезжали машины, и от их скорости листья летали в метре от земли, плавно падая к остальным братьям.

– Знаешь какой урок сейчас? – наконец сказала она. – Не поверишь!

– Эй, я вообще-то в расписание смотреть умею. Информатика. Хуже некуда.

– Да хватит скучать! Новый день. Веселись!

Я проигнорировала ее предложение, и мы еще три минуты ковыляли по застеленной листьями дороге, опять в тишине.

Зайдя с Евой в класс, мы начали осматривать наших соседей по партам на этот урок. Заходили и наши, и параллели. Все. Саша так же был с нами. Он уселся чуть ли не на последней парте в среднем ряду и разложил учебники на стол.

Ева, не растерявшись, решила, что компания Саши мне не помешает. Толкнув меня к его парте, с милой насмешкой, она быстро устроилась перед нами и, повернувшись, бросила на меня ехидный взгляд. Я передразнила ее и посмотрела на Сашу, не заметившего беды (меня). Он пожал плечами, будто сказал: «А я тут при чем?»

Через пять минут пришел учитель. Мне кажется, если бы он ничего не сказал, никто бы и не понял, что он появился. Все ковырялись со своими вещами, шептались. Некоторые позволяли себе говорить громче шепота.

– Я представлялся ранее. Бергольц Мартин Андреевич.

Шум утих.

– Я не запомню вас всех сразу, конечно же. Поэтому если буду неправильно ставить ударения на фамилии, неправильно их произносить или назову вас другим именем – не обижайтесь. Но я запоминаю достаточно быстро, поэтому, надеюсь, такого не случится. – Мартин Андреевич немного запнулся и посмотрел куда-то вниз, к ножкам его стола. Прикусил губу и продолжил. – Я отвечу на вопрос, который будет задавать каждый ученик, выбравший тему проекта «Робот». Результаты посмотрите после урока, они вывешены на доске. Терпение. Проявите терпение. Гм… Тетради готовьте. Будем писать кое-что. Кое-что напишем, да.

Его голос стал задумчивым, мне казалось, что он явно не думал о теме урока.

Вдруг в дверь постучали. Два раза.

Мартин Андреевич даже и не заметил, если бы ему не сказали девочки с первых парт.

– Входите.

В дверях появился тот самый темнокожий, которому Марк вчера относил поднос.

– Я не люблю, когда на мой урок опаздывают, – обратился Мартин Андреевич к опоздавшему.

– Кто же любит… – пробормотал, или, скорее даже, пробубнил он.

Учитель впал в ступор от такой наглости. Это можно было увидеть на его лице, хоть он и пытался не подавать эмоций.

Он рукой указал на одно из свободных мест, рядом с моей Крошкой.

– Садись. Как странно, что я не могу тебя наказать.

Опоздавший не отреагировал и отправился к назначенному месту.

Он задержал на мне очень странный и долгий взгляд, но я отвернулась.

– И-и!.. Скажи мне, пожалуйста, свое имя и фамилию.

– Тайлер Баерс.

Мартин Андреевич посмотрел на Тайлера косо и записал что-то на розовом стикере.

Бедная Ева повернулась ко мне с таким растерянным лицом, переполненным отчаянием и разочарованием. Она отодвинула свой стул к самому краю парты, настолько далеко, насколько это можно было, и опять уставилась на меня. Я покачала головой в качестве соболезнования – я бы правда не хотела оказаться на ее месте.

Опять вспомнив про вчерашнюю выходку Марка, я повернулась к Саше и прошептала:

– Почему Марк и Моисей не пришли?

– Они оба на статистике и теории вероятности. Другой урок, другой учитель, другие классы, другое время. Ты знаешь.

– Да, знаю. Но странно. Я думала, мы будем все вместе на информатике.

Саша промолчал. А что еще ему надо было ответить?

Мартин Андреевич сел на свое место и уставился в учебник. Он сидел долго и усердно листал страницы бедной книги в поиске чего-то нужного. Затем начал читать отрывками. Наверное, мы должны были это записывать, но учитель читал так быстро, что я не могла понять некоторые слова.

Мы записали некие термины, какие-то таблицы и алгоритмы. В момент он начал тараторить все больше терминов, определений. Черкал фломастером по доске. Если бы я записывала все – у меня бы вышли страницы четыре. А потом он внезапно притих. Уютно сел на стульчик и просто замолк. В классе стало даже как-то пусто. Мартин Андреевич то ли разглядывал картинки, то ли вправду читал текст. Конечно, больше я склоняюсь к первому варианту.

Тишину нарушил Тайлер.

– Когда скажут результаты проектов?

Мартин четко построил свое мнение о темнокожем.

– Господи! – повышенным голосом сказал он. – Соседка по парте, расскажи своему приятелю, пожалуйста, когда и где надо брать информацию.

Тайлер сидел с непонимающим лицом. Он же просто спросил о его работе…

– Простите, Мистер… Мартин… Мартин Андреевич, но я не хочу. И, поправочка, он мне не приятель! – возмутилась Ева, откинув свою ручку так далеко и сильно, что она отлетела на метр от парты.

– Да что, черт возьми, с вами происходит! Если вы учитесь в частной и одной из лучших школ, то это уж совсем не значит, что вы должны так себя вести! Как вы обращаетесь с учителями? Я не хотел кричать. И не собираюсь больше, – дальше он снизил тон. – Вы претендуете на лучшие университеты. Не забывайте.

У меня вырвался маленький смешок.

– Вот, видите. Красивая, милая девочка, сдающая самый сложный проект. – он подошел и наклонился прямо передо мной, так что я почувствовала запах сигарет. – А если посмотреть глубже? – а еще у него был твердый голос.

Хоть у меня и вспотели руки, но я не сдалась.

– Вы курите?? Интеллигентный с виду человек! Как не стыдно!! Вам не следовало выдыхать прямо у моего носа, я же не тестер на никотин.

Все засмеялись.

Да, иногда я задумываюсь, что мне не хватает серых клеточек, но я никогда не жалею о сделанном. Если сделано – значит так надо. Таков мой характер.

Перемена. Мы обступили информационную доску. У меня еще больше вспотели руки, настолько это было волнительно.

Наталья Корнева – 34%

Екатерина Ивановская – 66%

Лада Осипова – 55%

Герман Двойных – 22%

Тайлер Баерс – 98%

Илья Корж – 55%

Алина Сованова – 79%

Труди Баерс – 97%

Надежда Шпак – 98%

Моисей Петровский – 45%

Алина Костромская – 15%

Кристина Савушкина – 91%

Дети, кто набрал 90 % и выше. Подойдите к кабинету директора на пятой перемене, перед обедом. Спасибо за участие.

Глава 9

– Молодец, Надюшка. Ты всех порвешь там! Мы заработаем много денег после универа и уедем куда-нибудь.

Ева сидела на подоконнике и со мной за компанию ждала, когда меня примет директор. Можно поговорить о будущих планах. Она всегда была такой рискованной, сильной (морально и физически кстати!) и смелой. Мне кажется, ей подходят такие качества. Она никогда не плачет по пустякам.

И не дает плакать мне. Это человек, который может меня действительно поддерживать, который ценит нашу дружбу и понимает все мои странноватые действия и желания. Да, у нас были ссоры, но мы всегда мирились. Особенно, когда нам обеим нравился Саша. Это было очень сложно, мы не общались три месяца. Но, устав от безответной любви, мы все помирились, чувства прошли. А уже через месяц я поняла, что опять влюбилась. На этот раз уже одна. И до сих пор не могу понять, что происходит. Я не знаю, чувствовала ли Ева что-то еще, или уже нет. В любом случае – мы договорились больше не влюбляться в одних и тех же парней.

– И никогда не забывай эти слова. Мы должны это сделать еще раньше! – сказала она чуть громче.

– Не забуду.

– Кажется, мы пришли очень рано. Ни малейшего признака жизни.

– Ага, – я посмотрела на часы, висящие над дверью директора. – Ну, можно пообсуждать кого-нибудь!

У Евы заискрились глаза, и она похлопала ладонью по подоконнику рядом с собой. Поняв намек, я запрыгнула на холодный кусок пластика (он действительно был ужасно холодным) и мы начали болтать о разных людях, вспоминать те ужасные ссоры, конечно, смеяться, не замечая, что уже заходят ученики. Я люблю так проводить время. Надо ценить его.

– А помнишь, как мы гуляли девятого февраля с Моисеем и Марком? – она спрашивала у меня, ища фотографии в галерее ее новенького телефона.

– Ха-ха-ха, ты запомнила даже число? – а я удивлялась, как она держит так много дат в голове и продолжила. – Они тогда свои шапки кинули с третьего этажа торгового центра и попали прямо на маникюрный салон, и администратор не хотел их возвращать.

– Точно! – усмехалась она и показывала найденное видео падения шапок с третьего этажа девятого февраля.

– Черт, было весело.

– Да.

Все замолчали, было лишь слышно, как я стучу ногтями по экрану телефона, листая ленту Инстаграма. Ева уже перестала искать фотографии и смотрела куда-то вдаль. Я видела это боковым зрением.

– Почему ты вечно преследуешь нас? – вдруг так резко сказала Ева, что я аж подпрыгнула и оторвала глаза от экрана.

Передо мной стоял Тайлер, явно игнорирующий слова Евы. Ну, он был в десяти метрах от нас, не совсем близко, но он слышал. Или это был не Тайлер, а второй темнокожий. Они так похожи. Он повернул свою голову, только совсем в другую сторону – на свою темнокожую подружку. Может, он почувствовал ее шаги? Откуда мне это знать? Может, у него скрытые супер-способности? Я это не узнаю. Но приближение подружки своей он почувствовал точно.

Она встала напротив него, прислонившись к стенке, совершенно скопировав позу Тайлера. Они даже не поздоровались.

– Для начала – меня посадили к тебе не по моей воле. А во-вторых – я набрал больше девяноста процентов, – даже странно, что после такой долгой паузы он ответил. – Какие-то проблемы?

Мы с Евой переглянулись и внезапно рассмеялись.

– Смотри, какой серьезный! – через смех пыталась сказать я.

– Ага. Боже мой.

Ева спрыгнула с подоконника и через секунду оказалась перед лицом Тайлера.

– Зачем? Мы в России, мальчик. Тебя не признают нигде, если будешь строить из себя святошу. – Она похлопала его по плечу… – расслабься и будет тебе счастье.

Вдруг его подружка подлетела к Еве и прижала ее к стенке. Тайлер сохранял спокойствие, но в его руках все равно мелькнул перочинный ножик.

– Хватит! – сурово сказала она.

– Ой, Божечки, – Крошка с легкостью оттолкнула ее от себя. – Хватит вам выпендриваться, действительно. Нормальными сложно быть?.. Скучно! – последнее слово она произнесла с небольшой ухмылкой, снова усевшись на подоконник рядом со мной. – Повторяю: расслабься!

Я же говорила, что она храбрая.

– И как ты пронес это в школу? – удивилась я.

Ответа не последовало. Но Ева не сдавалась.

– Мы не в Америке, не в Африке. Мы вас не убьем, если вы так думаете…

– Хотя следовало бы… – сказала я чуть тише. Будто боялась, что Тайлер сейчас набросится на меня. И правильно, что боялась.

Я почувствовала на себе три пары выпученных глаз. И Ева сразу исправила мою ошибку.

– Ладно, думаю, она не в серьез. Правда, дорогая? И… убирай свое оружие, Тайлер, или как тебя там, пока не спалил директор.

Подруга быстро спрыгнула с подоконника и потянула меня за рукав, так что я чуть не упала. Дверь директора открылась, мы зашли внутрь, а Ева помахала рукой и проговорила губами: "Удачи!"

Я никогда не была у директора. Да и видела я его самого раз десять за всю жизнь.

Стиль его кабинета сильно отличался от стиля всей школы. Он был весь в дереве, со старыми столами и стульями. С ужасным ковром на полу. На окнах висели ободранные жалюзи.

Ну а внешность самого директора зашкаливала. Конечно же, стильный костюмчик с галстучком. Если ему одеть косуху, он бы смахивал на рокера. Седые, волнистые волосы до плеч, немного хриплый голос, наверно, тоже курит. Рядом сидел наш благой Мартин Андреевич и еще какая-то женщина, лет тридцати.

Мы поздоровались и расселись на стулья. С нами была еще одна девочка, Кристина, из моего класса. Я ее не очень любила, она была очень завистливая и странная. Да и безбашенная.

К ней обратились раньше, ведь даже сейчас, например, она одета не по-школьному.

– Кристина. Как вы сегодня одеты? – спросил ее директор своим хриплым голосом.

Она разглядела свою одежду. На ней был неоновый топик и белые штаны с завышенной талией. Сбоку виднелась барсетка, тоже неоновых цветов.

Она помедлила с ответом, протянув короткое "Э-а".

– Не трогайте ее, Василий Васильевич. Она имеет право хоть иногда одеваться, как ей хочется, – эта женщина вступилась за Кристину. – Тем более, девочка одна из лучших учениц.

Она показалась мне миловидной и доброй.

– Я Ангела Кондратьевна, можете меня просто называть Ангела. Не люблю официальность, – она улыбнулась, и я почувствовала, что ей можно доверять. – Я школьный психолог и, помимо психологии, занимаюсь так же вашими проектами, а так же, помогу поступить в университет мечты.

Она немножко помолчала, будто бы сканировала нас с ног до головы и сказала:

– Вижу, как светятся ваши глаза.

Они и правда у меня светились. Ну, очень уж хотелось мне поступить в МГУ. Она будто читала наши мысли.

– Ладно, начинаем, – продолжила она. – Василий Васильевич, доставайте реквизит.

Он послушно вынул из ящика листы бумаги и раздал каждому.

– Заполните эти тесты. Это для Ангелы Кондратьевны и для поступления в университет.

Прошло пять минут, он стал шептаться с Мартином Андреевичем, который все время молча сидел, или ковырялся в бумагах.

Наконец Ангела бодро заговорила:

– Как вы знаете, вы все молодцы и все успешно выполнили этот проект. Мы это ценим, и вы попадете в список, который ведут уже тринадцать лет, для всех одиннадцатиклассников, – она замолчала, но вскоре, быстро вернулась к теме. – Среди вас будет один победитель. Вы должны стараться за титул лучшего. Тогда, ваши шансы попасть в хороший университет повысятся. Они и так высоки, но по некоторым причинам, вам все же могут отказать в поступлении. А вообще, таких, как вы, обычно принимают. Если вы, правда, хотите, мы предложим вам различные курсы, задания, а потом итоговые тесты. Если не желаете – откажитесь сразу. Даем вам на размышления три дня. Это все. Информацию найдете на пробковой доске, перед вашими шкафчиками. Но еще раз говорю, понадобится много сил…

Глава 10

Сегодня была пятница, а это значит, что наша компания отправляется гулять. На мой телефон пришло уведомление от школы с закрепленными заданиями. Вот оно – начало битвы. Отправив сообщение в групповой чат, о том, что я не пойду гулять, я включила фонарики, зажгла свечки. Сделала домашнюю и уютную атмосферу и села за свой стол. Задания были не сложные, я управилась за тридцать минут и сразу выслала ответ с фотографией моей работы.

Я выглянула в окно. Мы жили на тридцать пятом и тридцать шестом этажах (да, с лестницей между ними) и у меня из окна открывался просто прелестнейший вид на город. По вечерам я всегда наблюдала за розоватыми облаками от заката, правда окна не всегда были чистыми, а точнее, никогда. Тогда было уже темно, то самое время, которое я обожаю, когда смотрю на маленькие желтые огоньки в домах поменьше. По телу прошла дрожь, мурашки плавно бежали вниз, превращаясь в холод в ногах. Бабочки назойливо кружились в животе, иногда ударяясь о сердце, а мозг накрыло волной приятных воспоминаний.

«Этот вид чертовски прекрасен, вызывает ностальгию и привыкание» – подумала я и отправилась на кухню, перекусить любимым бутербродом БЛТ (бекон-латук-томат).

Я полюбила этот бутерброд с тех пор, как моя бабушка приготовила его на день рождение Димы. Казалось бы, всего лишь бутерброд, но он невероятно вкусен. Тем более, по рецептам самой бабушки. Она была шеф-поваром одного известного мясного ресторана в свое время и частенько придумывала рецепты для бургеров. Мама говорила, что когда мне было около трех, мы ходили всей семьей к ней в ресторан, притаскивали с собой друзей, чтобы отведать ее новинки. Наверно, это были замечательные времена, но сейчас я могу съесть его только дома, да и мама перестала уделять нам внимание.

Когда я спускалась по лестнице, меня окутал аромат ванильного кофе. Он всегда застревает в носу, плавно перетекая в глотку. От запаха как-будто меняется голос, становится мягче и эстетичнее, а дела больше и больше хочется делать. Вот такой магической силой обладает кофе.

Его варит Дима по вечерам, усугубляя свое здоровье. Я мысленно улыбнулась и прошла мимо, к холодильнику.

– Твои друзья мне обписались, – сказал мне брат, развернув торс в мою сторону. – Зовут тебя гулять.

Я хмыкнула и принялась за свой долгожданный перекус. Мы постояли немного в тишине.

– А что если я не пойду? – мой рот был набит хлебом, беконом и бесконечными листьями салата, так что не каждый бы смог разобрать мои слова.

– Ну… – протянул Дима. – Я не знаю. Говорят, у них там какой-то сюрприз. Может, прогулка выльется во что-то поинтереснее?

Я задумалась. Действительно, моя компания слишком загадочная, они в любой момент могут устроить что захочешь. В плохом смысле и в хорошем. Я бы вышла, если бы Дима не врал.

– Даша сегодня приезжает?

– Да.

– Так поэтому ты придумал сюрприз? Чтобы вызволить меня из квартиры?

Дима, наконец, развернулся всем телом, облокотившись на столешницу, приподнял брови и посмотрел на меня как на дуру.

– Нет. Я не вру и не пытаюсь от тебя избавиться.

– То есть сюрприз – правда?

– Правда.

Я удивилась его словам. Даже не тому, что мои друзья как бы готовят что-то, а тому, что мой собственный брат не пытался побыть наедине со своей девушкой, которая вот-вот приедет. Обычно Дима специально придумывал причины, чтобы мы вышли из квартиры, а сейчас он был серьезен, как какой-нибудь бизнесмен. Это было одновременно смешно и странно.

Я пожала плечами и облизнула пальцы, на которых оставался сыр от БЛТ.

Когда я вышла на улицу, меня обдало теплым ветерком, волосы прилипли к блеску на губах. Отклеив их, я остановилась, пытаясь вспомнить места, где мы всегда любили гулять, но это не понадобилось, так как из-за угла моего дома вышла компания моих друзей. Мы пообнимались, и мне вручили банку Колы.

Все болтали между собой, смеялись. А я никак не могла насмотреться на небо. Мне нравилось разглядывать звезды и месяц.

– Надя? – окликнул меня кто-то из мальчиков.

– Надя! – повторился уже другой голос.

– Да слышу я! – я резко развернулась и увидела незнакомое лицо. От неожиданности, возможно, у меня выпучились глаза. Я почувствовала это.

– Это Акулина, – сказал мне Моисей. – Моя двоюродная сестра.

Девочка мило улыбнулась. Возможно, эта улыбка могла охарактеризовать ее полностью, но я не почувствовала такой теплоты, как например, от нашего психолога, Ангелы.

Я не могла разглядеть Акулину полностью. Было темно, но могу сказать точно, у нее было много румянца на лице, много хайлайтера (да, она светилась даже при плохом освещении) и ни одного изъяна. По-моему, она сказала своим порам: «Пока!»

У нее были каштановые волосы, в ушах – огромные сережки-кольца, а на голове виднелась жемчужная заколка.

Чем-то стиль Акулины смахивал на Евин, но внутри, думаю, они совершенно разные люди.

У нас нашлись общие темы, она понравилась всем мальчикам и выглядит она привлекательно. Но все равно, я не могу с ней открыто общаться. Может, нужно время, чтобы привыкнуть к новой девчонке в компании, ибо у меня все же было странное предчувствие. Хорошо, что она не переходит в нашу школу. Есть повод радоваться.

По традиции, мы с Евой в конце прогулки сели вдвоем на лавочку и начали обсуждать сегодняшний день. Я не знаю, как заканчиваются прогулки у других людей, но мы заканчивали именно так.

Разошлись по домам мы на фразе: «Надеюсь, нам не навредит новенькая», сказанной почти одновременно. Мне полегчало от того, что хоть кому-то не нравится Акулина.

Глава 11

Через два дня моей маме пришла просто «сногсшибательная» идея – уехать на дачу. Она находилась в километрах ста от нас, и мы тащимся туда обычно по пробкам три-четыре часа на машине.

Хоть я и люблю ездить в нашем уютном домике на колесах, но не четыре часа – это уж точно!

Раньше, еще когда папу не забрали в тюрьму (Боже, я ненавижу это вспоминать!), мы жили на той самой даче. По пробкам, каждый будний день мы таскались туда и обратно в школу. Еще мы с папой раз в неделю ездили по ужасно извилистой дороге в какой-нибудь большой магазин по типу «Ашана». Покупали разные продукты и прочее… И от запаха папиных кожаных сидений в салоне я поняла какого это – блевать от укачивания.

Что ж, я почему-то все равно искренне ненавидела наш «дом» на тот момент, как бы там хорошо не было. Действительно, там я провела все свое детство. До сих пор по фотографиям вспоминаю, как я, еще тогда с белоснежными волосами, в желтой шапочке, которую привезла мне бабушка с рынка, в маечке и с улыбкой до самых ушей сижу рядом с садовым гномом. На мне не лежит никаких обязанностей, на душе так легко и одни лишь мечты о самой большой кукле «Baby Born». Помню, как я проказничала, играя в телефон вместо того, чтобы учить стих по литературе. Это была маленькая Надя, не подозревающая о наказаниях, которые приготовила ей мама. Я знаю, у Димы тоже много воспоминаний о том времени, но он точно не помнит, как мы вдвоем, помогая маме с готовкой, в тихую уплетали сырое тесто для печенья. А, когда мама развернулась к нам, не выдержала и от злости начала есть с нами. Мы заливались смехом около двадцати минут, не желая останавливаться. Но вдруг у Димы скрутило живот, и мы перестали смеяться. Правда, смеси на новую партию печенек почти не осталось. А жаль, они бы получились еще вкуснее, чем те, что мы съели.

Конечно, у нас был и милый огородик. Мама проводила там все свое время, сажая какие-нибудь растения и кусты. Была и кошка Тиша, которую сбила машина. Мы заводили и рыбок, и даже хомяка. Дима с друзьями уезжал на велосипеде глубоко в лес, в поля. Рассказывал, что там у него была даже собственная корова, белая, с огромным черным пятном на спине и на ухе. Когда мы решили переехать, он бесконечно ныл маме, чтобы она разрешила забрать ее. Я запомнила это, потому что мама сама обращалась за советом ко мне, как же успокоить старшего брата. Там же, когда мне было девять, у меня была первая любовь (если так можно сказать). Никогда не забуду, как Костян, один из друзей Димы (они общаются до сих пор иногда), почти каждый день забирался по дереву с ромашкой, постучать мне в окошко. Поначалу, я улыбалась, принимала с радостью эту бедную и помятую ромашку и махала ему рукой, когда он слезал и уходил. Через две недели ежедневного лазанья, я перестала открывать окна, а когда слышала, что кто-то снова карабкается, уходила из комнаты. Вскоре визиты прекратились, но в последний день нашего пребывания на даче, Костя опять залез ко мне в окно и ждал, пока я появлюсь в комнате и получу свой заветный цветочек. Когда я, наконец, сдалась и вошла в комнату, думая, что Костя ушел, я остолбенела. Передо мной все еще стоял мальчишка с огромным букетом разных полевых цветов. Он потянулся ко мне, и я подумала: «Что за дичь он творит?» А потом я поняла, что Костя хотел поцеловать меня! И поцеловал! «Настоящий поцелуй!» – думала я про себя. Моя щека до сих пор иногда чувствует его губы. А передо мной иногда всплывает его лицо. Все в веснушках и с курносым носиком, а рыжие волосы небрежно разделены на две части, лежа ровно. Вот такой вот у меня был ухажер. Интересно было бы взглянуть на него сейчас.

Мама загружала стиральную машинку, косо смотря на меня.

– Как это, ты никуда не поедешь?

В ее голосе уже прорывались нотки злости и капли разочарования. Я представила, как в ее голове куча мелких пазликов из мыслей пыталась собраться в единое целое, чтобы понять смысл настойчивого утверждения дочери и понять насколько высока ее настойчивость.

– Н-ну, ты же не против, если я не поеду?

Мамино лицо напряглось до неузнаваемости. Засунув последнюю наволочку в машинку, она уставилась на меня.

– Против.

Я досадно вздохнула, походила взад-вперед по прачечной комнате, подумав о поражении, но не сдалась. Я так долго думала, что не заметила, как мама ушла, а барабан машинки уже вертелся вовсю.

Тиранша гремела тарелками на кухне. Отравилась туда. За столом сидел Дима, мило болтающий по телефону о чем-то со своей подружкой Дашей. Она уехала от нас в ту же ночь, когда и должна была приехать. Возможно, мама даже не заметила ее дома.

Решив, что здоровье превыше всего, я облокотилась на стол возле мамы и бесстрашно заявила:

– Меня вырвет прямо на твои кожаные сидения. Неужели, тебе так хочется потом отмывать это и заглушать любимыми духами запах, который въестся надолго?

Мама опять посмотрела на меня как на дуру.

– Ты мне угрожаешь? – она выглядела серьезно, но я все равно увидела ухмылку на ее лице. – Оттирать будешь ты. Твоих же рук дело.

– Не рук, а рта! И глотки! И живота! И вообще – мозга!.. – вмешался Дима.

– А ты разговаривай больше, – чуть не одновременно сказали мы с мамой и уставились на него, поднявшего руки, в знак мира и своего поражения.

– Да ладно вам, ладно! Я лишь хотел подбодрить и сказать, что нас уже заждались.

– Кто?

– Угадай.

Я мельком подумала, но думать в основном было не о чем – ответ очевиден. У меня не было друзей раньше никогда. Ну, только Ева в школе. Компания набралась только где-то к концу девятого класса. А так…

– Ко-о-остя, – протянула я с облегчением и откинулась на спинку стула. Стал появляться интерес ехать на дачу. – Но я все равно не поеду.

Дима пожал плечами и отвернулся.

– А что, собственно, ты будешь тут делать одна? – мама была занята салатом, но изредка поглядывала на меня.

– Гм…

В голову не приходило ничего полезного и занимательного, поэтому я резко ответила. Ложью, конечно.

– Да… В школе задали много всего… Да… Всего. Всяких проектов там…

Мамина бровь поднялась, она снова посмотрела на меня очень странно. Не поверила.

Повисла тишина. Никто не хотел ее нарушать. Треск тарелок, нож, аккуратно режущий какой-нибудь перчик или огурец, шипение в сковородке.

Дима притих за столом. Понятия не имею, что он делал, ибо сидел спиной ко мне. Я просто наблюдала за мамой. Не знаю, почему я не шла к себе. Просто залипла на ее работе. Как она аккуратно действует, следуя рецепту, как ловко закидывает овощи в кипящую воду.

Кулинария заняла около часа, достаточно быстро, но я тупо глазела на ее движения.

Повесив полотенце на стул и расправив его от складочек, она наклонилась очень близко ко мне, видимо заметив мой пронзительный взгляд.

– Надежда, ты едешь.

Я заковыляла в комнату, все еще не понимая, почему я не могла подняться к себе раньше.

Мы должны были уезжать завтра, поэтому я раскрыла свой лиловый чемоданчик, привезенный из Франции, и набросала туда пару толстовок и кеды.

Поковырявшись в ящиках туалетного столика, я обнаружила таблетки от укачивания, просроченные на два месяца. Не беда. Я бросила их в чемодан и завалилась на кровать. Будь, что будет.

Честно, мне было все равно на слова мамы, я знала, что дольше десяти минут не продержусь в машине. Даже если мама не беспокоится о грязном салоне, в котором будет все ужасно вонять, то ее дочь точно боится. Мне не хотелось бы ездить в машине, зная куда и на какие места именно меня рвало. Почему мама не может учесть этого момента? Почему она не может удобрить свои растения без меня? Я не поеду. Этим все и сказано.

Глава 12

Утром меня разбудил Дима. Он пнул меня ногой в бедро три раза, прежде чем я проснулась.

– Доброе утро, Ваше Величество. Меня послала Ваша маменька. Вы готовы блевать без устали на протяжении двух с половиной часов?

Когда моего ответа не последовало из-за злости на его шуточки, брат сделал размашистый кувырок через всю кровать, чуть не свалившись в другом конце комнаты. Я только и успела, что поджать ноги под себя.

– Да ладно тебе. Переживешь, – он подмигнул.

Я потерла глаза руками и села рядом с ним.

– Ди-и-им, – я заморгала. – Дима!

Он был достаточно высокий, а я сидела на кровати, поэтому ему приходилось смотреть сверху вниз.

– Не окажешь услугу своей любимой сестре?

– Какую именно?

– Подумай!..

Мне не пришлось наблюдать за тем, как он напрягает свои мозги, смотря в потолок и пытаясь вспомнить о моих желаниях.

– Пфф… – Дима так фыркнул, что его передние пряди каштановых волос немного подлетели. – Ты серьезно думаешь, что я буду один тухнуть в этой машине?

Я закусила губу и посмотрела вниз, на коленки.

– Нет. Не будешь, наверное…

Он обогнул кровать и уже завернул за дверь, но я догнала его.

– С меня ящик пива. Завтра. Ой… Ну, когда ты приедешь.

Дима развернулся и уставился на меня.

– Как ты купишь пиво, если тебе нет восемнадцати? Знаешь ли, я и сам могу купить себе алкоголь…

Я подошла к нему ближе, прямо вплотную и прищурила глаза.

– Зря ты… Мне придется рассказать маме о том вечере, когда Даша нагрянула к нам в квартиру. А ведь мама так обрадуется новой девушке…

Я озорно улыбнулась и медленно начала отходить назад, к комнате, радуясь победе.

Через час ожиданий Дима объявился у меня.

– Жди бабушку сегодня в пять.

– Что?! – я уставилась на Диму. – Бабушка?

Он пожал плечами.

– Мы не обсуждали детали. Ты просто не едешь. Я передал тебе слова мамы, она боится оставлять тебя одну.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.