Алексей Мельников
Последний портрет

Все персонажи и события вымысел. Любые совпадения – случайность.

Пролог

С тех ужасных во всех смыслах событий прошел год. Я пережил смерть любимой бабушки, аварию лучшего друга и встречу с нечто необъяснимым и опасным. Бабушка оставила мне в наследство состояние и свои гостиницу, друг остается лежать в коме, а нечто необъяснимое до сих пор мучает меня по ночам. Порой я просыпаюсь в поту, падаю с кровати и дрожу. Как же мне повезло, что я встретил ее, мою Алису. За год я свыкся с кошмарами по ночам и тревожным мыслям, но сегодня, меня словно пронзили все опасения, что я заточил ровно год назад…

Сон из детства

– Пойдем со мной, мой папа поможет тебе, – произнес мальчик и протянул руку.

Девочка сидела на упавшем сыром дереве, ее тело дрожало, а из глаз падали слезы.

– Артем, нужно уходить из леса, скоро стемнеет, – отец положил на плечо тяжелую руку.

– Мы не можем оставить ее здесь, ей нужно помочь.

– Пойдем, – он дернул сына за руку и потянул вперед.

***

Артем подскочил с кровати, со лба скатилась капля пота. Последнее время сон из детства стал тревожить его все чаще. Каждая ночь превращалась в кошмар.

Девочка в лесу тревожила его с пяти лет, но вскоре сны прекратились. И лишь спустя двадцать лет что-то заставило их вернуться.

Артем вошел в кухню, и включил конфорку на плите. По ногам прошелся сквозняк, дверь в квартиру была приоткрыта. Парень точно знал, что закрыл ее перед сном.

В ключнице, как и всегда весел ключ. В прихожей все находилось на своих местах, но страх того, что по квартире ночью кто-то гулял, укоренялся с каждой секундой все сильнее.

Ключ мог остаться только у бывшей жены, но зачем ей приходить в квартиру к человеку, которого она бросила год назад.

Артем набрал ее номер, но в ответ услышал только автоответчик. Квартиру он приобрел больше года назад, и в тот же день поменял все замки. Кто бы это ни был, он не хотел показать свое лицо.

Мысли перебил внезапный звонок. На заставке телефона они до сих пор вместе, счастливые и мечтающие о совместном будущем. Кажется, их фотографировал друг на вторую годовщину.

– Артем, привет, ты что-то хотел? – Ее голос, по-прежнему заставлял волноваться.

– И да, и нет, ты не помнишь, где твой комплект ключей от моей квартиры?

Тяжесть паузы разрывала его сердце в клочья, подобное молчание предшествовало их расставанию.

– Вроде, в тумбочке, – девушка вздохнула, – что-то еще?

– Я скучаю…

В ответ девушка снова промолчала и повесила трубку.

Артем нашел ее ключи там, где она сказала. На кухне закипел чайник и уже начинал свистеть. Через пару минут квартира наполнилась запахом ароматного кофе. Этот напиток приводил его мысли в порядок и помогал проснуться.

***

Кристина никогда в него не верила, провинциальный художник самоучка, бесцельно пачкающий бумагу. Беготня по съемным квартирам и экономия на всем ей стала надоедать, и постепенно она стала выказывать свое недовольство Артему.

Он пытался ей противостоять, но все безрезультатно. Скандалы повторялись изо дня в день, денег не хватало, и он это понимал, но его расстраивало то, что любимый человек не верит в него.

В один из таких вечеров скандал зашел слишком далеко. В разгаре скандала Артем не выдержал напора девушки и ударил ее. Он осознал все, что произошло лишь после того, как Кристина упала на пол и на пол стали падать ее слезы. Его ладонь и пальцы горели, а сердце остывало и трескалось от боли.

Тот вечер стал концом для их семьи. Когда девушка успокоилась, она просто собрала свои вещи и поехала к подруге. Артем в мгновение стал для нее чужим. Она понимала, что иногда перебарщивала с нападками, но жить так больше не могла и предвидела подобный исход событий.

На следующий день она подала на развод. Все обещания и уговоры Артема стали для нее пустым звуком.

Артем стал браться за любую работу, что так или иначе связывала его с творчеством. Но ситуация все равно вынудила его вернуться в родной город. За пятьсот километров от города его мечты. Кристина осталась в Питере.

Друг помог ему найти квартиру и оформить ипотеку, ему казалось, что это отличный вариант за те деньги. Кристина один раз приехала к нему для разговора, Артем не терял надежды и каждый веер названивал ей. Но это становилось для нее невыносимым.

В конце разговора он отдал ей второй комплект ключей.

– Возьми, пожалуйста. – Его рука дрожал, протягивая связку, а в глазах таилась надежда, – возможно, ты завтра передумаешь.

– Прости, но нет, – Кристина остановила его рукой, но понимала, что он просто так не отстанет от нее, она молча взяла ключи и ушла.

На следующий день она принесла их назад, с тех пор Кристина и Артем больше не обмолвились ни словом.

Прошлый владелец оказался его ровесником и отличным парнем. Единственное, что Артему в нем не понравилось – много денег и свобода. Парень в одночасье избавился от квартиры, а Артему предстояло работать на нее еще тридцать лет. Друг ему рассказал, что у продавца квартира в центре Санкт-Петербурга, чем еще сильнее расстроил своего товарища.

В новой квартире дни пролетали один за другим, в провинциальном городе мало кому нужны начинающие художники. Вечерами, чтобы хватало на еду и ипотеку ему приходилось подрабатывать грузчиком, а днем он рисовал и продавал свое творчество через интернет. Иногда его просили украсить интерьер квартиры, изобразить что-то на стене или потолке. Однажды ему пришлось нарисовать звездное небо на потолке, как ему показалось с тысячей маленьких звезд, но заказчик щедро оценил его работу.

Некоторые события происходят неслучайно, один день может изменить всю жизнь, один диалог отношение к человеку, которого ты знал всю свою жизнь.

Еще до развода с Кристиной, Артем планировал посетить новую выставку в городе на Неве, но пришлось отложить билеты подальше. Подобные выставки вдохновляли его, ведь каждый великий художник начинал с малого. Плюс ко всему на таких мероприятиях нередко можно встречались полезные люди.

Артем достал билеты, смахнул с них невидимую пыль. Выставка через три дня, но он решил поехать заранее, чтобы занять номер в гостиной. Где-то в глубине души томилась надежда, что он встретит Кристину.

Надежда на лучшее

Влажный воздух наполнил легкие, поезд медленно отходил от перрона, кто-то смеялся от радости встречи с родными, кто-то плакал, а его встречало лишь яркое теплое солнце.

Артем улыбнулся и произнес: «Я дома».

Еще вчера он созвонился с другом, чтобы тот помог найти ему гостиницу на набережной. Денег еще хватало благодаря щедрому любителю ночного неба, через пару дней нужно вернуться домой и желательно с наличными в кошельке.

Как и обещал друг, окна номера выходили на Неву. Для кого-то это обыденно и не вызывает эмоций, но Артем долго не мог уснуть, мечтая, что может вернуться в этот город и начать жизнь с чистого листа. Он дождался, когда мосты будут сведены и налил себе еще кофе. Его тянуло к холсту, безумное желание что-нибудь нарисовать, но под рукой находился лишь блокнот и гелиевая ручка.

Огни мегаполиса отражались в водной глади, а свежий воздух через форточку освежал его комнату, приподнимая и опуская тонкие листы блокнота. Гель от ручки высох, четкие линии изображали мрачный дом с силуэтом на балконе.

***

Картины на выставке олицетворяли ужас, словно автор собрал все свои кошмары, чтобы перенести их на холст. Перекошенные лица, ужас в глазах натурщиков и боль. Некоторые образы были размыты, словно сопротивлялись во время работы художника. Но кроме портретов на выставке присутствовали пейзажи и отдаленные образы, словно заснятые со стороны фотографом самоучкой.

Не каждому по душе подобное искусство, но эти картины отображали четкие эмоции, заставляли прочувствовать все, что чувствовал изображенный человек, как живой. На выставке присутствовало мало гостей, но каждый из них приобрел себе одно из произведений. Организатор сообщил, что все вырученные деньги пойдут на благотворительность. То была воля, представленного автора. Он умер в прошлом году, так и не успев прославиться.

Одна из картин сильно напомнила Артему сон из детства. Тот же лес, солнце опустилось и слегка пробивалось сквозь густую листву деревьев, но бревно, на котором он встречал девочку, пустовало. Эта картина поглощала Артема, как сон, хотелось узнать, что же будет дальше, а минуты в это время превращаются в мгновения. Воздух окутывал его и окружал запахами свежей листвы и мха.

– Молодой человек, – кто-то за спиной нарушил тишину. – Вам понравилась эта картина?

Взгляд нехотя оторвался от пейзажа, и Артем повернулся в сторону собеседника. Он сразу узнал, кто его побеспокоил.

– Не может быть, – на лице Артема появилась чуть сжатая улыбка.

– И вы здесь, – им оказался тот парень, что продал ему квартиру. – Какая встреча, я очень рад вас видеть на моей выставке, – он протянул руку. – Так чем вас так заинтересовала эта картина? Я наблюдал за вами, полчаса у одного произведения, что это точно значит.

– Она мне кое-что напоминает, – Артем опустил глаза, – кажется, сон из детства.

– Вы бывали там? – молодой человек заинтересованно взглянул на Артема.

– Не совсем.

– Что это значит?

– Я видел это место во сне, – Артем понизил голос. – Но мне кажется, что она не совсем полная. В смысле, автор что-то в ней упустил. Но он не мог видеть мой сон.

Организатор уже стоял лицом к картине и что-то в ней высматривал, на лбу у него появилась испарина. А пальцы сжались в кулаки.

– А сколько еще продлится ваша выставка, – сказал Артем, вырывая своего собеседника из сна.

– Что? – Он отдернулся в сторону, словно что-то увидел.

– С вами все в порядке? – Артем чуть отстранился.

– Да, все в норме, просто показалось. – Молодой человек покачал головой, словно вытряхивая дурные мысли, – так что вы спрашивали?

– Сколько продлиться выставка?

– А, выставка до конца недели, – он сживал и разжимал пальцы, словно он онемели. – Хотите привести друзей?

– Выставка ведь без имени, – Артем разглядывал свои руки, стесняясь поднять глаза.

– Совершенно, верно.

– Могу ли я принести свою картину. Дело в том, что я художник. – Его щеки покрылись румянцем. – И одна из моих работ очень похожа на эту, – Артем указал на лес, – за исключением одного момента. Я нарисовал ее перед отъездом сюда.

– Я переговорю с наследницей автора, но я думаю, она согласится, – организатор загадочно подмигнул, пожал руку и ушел на выход.

Артем остался один на один в окружении картин и черной визиткой в руке. Пальцы просились смять и выбросить ее в ближайшее помойное ведро, но сдерживала жажда доказать миру, что он еще на что-то способен.

– Молодой человек, выставка закрыта. – Перед ним стоял седовласый мужчина, Артему пришлось немного опустить глаза, его собеседник оказался на голову ниже, а глупые усы на его лице вызвали усмешку.

– Да-да, я уже ухожу.

Усатый охранник закрыл за последним посетителем двери.

До конца поездки на съёмную квартиру, Артем не выпускал из рук визитку. Как так могло получиться, что человек, который ему был практически невыносим, мог изменить его жизнь. Уголки слегка смялись к его остановке, и визитка отправилась в карман. К тому же его вдохновил диалог в галерее, впервые одна из его картин окажется на выставке.

Артем промолчал об одной мелочи, его картина еще не готова. Наброски и очертания, но он давно знал, что на ней изобразит и в каких красках, но организатору об этом знать не нужно. Впереди ждала бессонная ночь, чтобы мир о нем узнал.

***

Артему очень повезло, что хозяин съемной квартиры оказался кофеманом и разрешил пользоваться кофемашиной. Спустя десять минут комната наполнилась ароматом, а краски лежали в ожидании плодотворной работы.

В голове Артема мелькали кадры сновидения.

– Пожалуйста, я хочу остаться здесь. – Словно наяву прозвучало в его голове.

Пальцы сами управляли процессом, кисти аккуратно гладили холст, выводя пока еще смутные образы. Артем на мгновение остановился, его взгляд остановился на еле заметном силуэте девочки. Она стояла у дерева. Он помотал головой и продолжил. Каждый новый слой красок сдвигал очертания девочки ближе, к поваленному дереву.

Артем ощущал страх и в тоже время восторг от работы над этой картиной. Иногда пальцы сопротивлялись, словно им хотелось изобразить что-то иное, показать что-то неизвестное. Художник ощутил, как комнату наполняет свежесть соснового леса. Он это называл: «полное погружение в работу». Словно ты часть того мира, что сам создаешь.

Все тело погружалось в работу, но спустя несколько часов на ногах даже кофе и вдохновение не могут остановить усталость, и навязчивый сон. Оставалось всего несколько штрихов, образ девочки находился на своем месте, Артему удалось побороть желание, изобразить ее в другом месте.

После того, как черный карандаш оставил в углу картины подпись, Артем с облегчением выдохнул и его тело приняла мягкая кровать. Теперь можно было насладиться сном, завтра новый день и возможно, первый успех.

***

Артема разбудил мобильный телефон. Номер не определился, но последние цифры с визитки совпадали.

– Доброе утро, Артем. Узнал? Мы вчера с тобой встречались на выставке, обсуждали твою картину.

– Да-да, – Он привстал с кровати, взглянул на угол, где стояла картина и вначале не поверил своим глазам. Кто-то полностью подготовил его картину. Рядом с мольбертом стояла рамка, а на холсте поблескивал лак.

– Картина готова? Я решил все организационные вопросы, можешь приносить ее сегодня вечером на выставку. – Артем понял по его голосу, что тот улыбался. – Посмотрим на твой шедевр. И да, не против, что мы на ты?

– Конечно, так даже проще. – Он ощущал подъем сил, хоть ему и не понравилась ухмылка в голосе организатора. Однако, первый раз в жизни у него что-то получается. Опять вспомнилась Кристина: «сейчас бы она мной гордилась».

– Отлично, тогда до встречи?

– Да-да. Во сколько мне подойти?

– Будь на выставке в восемь.

– Понял, буду, как штык. – Артем попытался улыбнуться.

– Удачи…

Художник не успел ничего ответить, как динамик телефона издал короткий писк.

Артем встал с кровати и пошел готовить кофе. Время предостаточно, чтобы подготовиться и отдохнуть. Любой человек в такие моменты ощущает себя иначе, словно мир наконец-то подчиняется твоим правилам, ведь с этого дня на тебя смотрят иначе.

Погода в тот день радовала глаза и тело, солнце отражалось от всех блестящих поверхностей и передавало тепло даже через окна. Настроение ему испортила кофемашина, у которой сбили настройки. Она выплеснула ему на брюки горячий кофе.

Хук с правой

Перед выходом ему позвонил организатор и сообщил, что Артему необходимо прийти с картиной чуть позже, под самое закрытие. Хозяин выставки хотела вначале познакомиться и оговорить некоторые вопросы. Встреча переносится на пару часов.

Деваться некуда. Артем поставил картину в прихожую и решил прогуляться по двору. Питерские вечера вдохновляли его, он мечтал, что еще наступит то время, когда он сможет вернуться сюда. И свежий влажный воздух будет окутывать его каждый вечер.

Прогулки вдохновляли его. Иногда, гуляя вечерами он мог остановиться и смотреть на закат, в голове мелькали образы, как мультфильмы, а затем короткий сюжет мыслей формировал в его сознании картинку. После чего Артем мог бегом вернуться домой и поделиться с холстом своими образами. Художник искренне считал, что любой портрет – это не просто изображение, а часть чей-то жизни, просто пока незнакомой жизни.

В конце его двора находилась кофейня. Последнее место, где он побывал, перед отъездом в родной город. Невский переполняли толпы туристов и коренные жителей северной столицы. Артем зашел в кофейню и сел за ближайший столик. Через минуту к нему подошел официант, девушка в черной блузе и белым бейджем. Она поприветствовала Артема и положила на столик меню.

– Я подойду к вам через пару минут. – Ее очаровательная улыбка показалась ему очень знакомой.

Его голова качнулась, а глаза опустились на список напитков. Ему казалось, что это самое спокойное и душевное место в городе. Иногда туда приходили шумные компании, но взяв стаканчик кофе, сразу же уходили. Чаще всего он видел там худощавого паренька лет двадцати, в потертом свитере и широких джинсах, с ноутбуком под мышкой. Блогер или писатель, думал Артем, тот постоянно что-то набирал на клавиатуре и лишь иногда поднимал голову и задумчиво вглядывался в потолок.

– Вы уже определились? – Неожиданно поинтересовалась официантка.

– Сделайте капучино и круассан с шоколадом. – Палец Артема остановился на кофейном напитке, а глаза вглядывались в лицо девушки.

– Хорошо, вам добавить в кофе сироп?

– Не нужно, не люблю, когда слишком сладко. – Артем улыбнулся и встретился с ее изумрудными глазами.

– Десять минут, пожалуйста.

За окном темнело, и лишь купол Исаакиевского собора переливался золотом несмотря ни на что. Мимо кафе проходили люди, кто-то спешил домой, кто-то прогуливался в отпуске, кто-то посетил этот город впервые. Артем несколько раз встретился взглядом с девушками, и обменялся с ними улыбкой.

– Ваш капучино и круассан. – Девушка в спешке поставила заказ на стол и удалилась к кассе.

Артем не успел ее поблагодарить. Вечерний кофе в сочетании с рыжим закатом за окном не сравним ни с чем. Оставалось лишь мечтать, что у него все получится. Его картины попадут на лучшие выставки города. А может даже страны. И он сможет доказать, что Кристина все это время была не права. Он сможет вернуться сюда.

Художник поднял руку и помахал официантке. Кофе кончился, а до встречи на выставке оставался всего час. Его сердце трепетало все сильнее от мыслей о вечере, о том, кто эта хозяйка картин, и почему она хочет с ним поговорить.

– Вы хотите оплатить заказ?

Артем кивнул и улыбнулся. Но девушка стала напряженной, глаза покраснели и намокли, она молча положила расчетницу и ждала около стола, словно она хотела что-то сказать, но не могла себя пересилить. Словно ждала, когда первым заговорит он.

– Насть, подойди сюда, – позвал ее мужчина в строгом деловом костюме.

Она развернулась и медленно направилась к нему.

– Девушка, извините, – попытался остановить ее Артем.

Она не ответила и продолжила идти. Художник быстро положил деньги за кофе к счету и последовал за ней. Артем видел напряжение в глазах мужчины, а за метр разглядел бейдж администратора. Мужчина протянул руку и сжал запястье девушки.

– Я не понял, что это за хрень, Насть. – Закричал он.

За дальним столиком обернулись посетители и уставились на происходящее. Изо рта агрессора разило алкоголем. Артем двинулся и выставил руку перед девушкой.

– А ты кто такой? – огрызнулся мужчина и пронзил взглядом защитника.

– Я не знаю, и знать не хочу, какие у вас отношения с этой девушкой, но вы делаете ей больно.

– Очередной твой любовничек? – Администратор снова переключился на официантку и размахнулся.

Художник успел встать перед девушкой и щекой поймал хороший хук с правой.

Первые опасения

Сергей обнимал полуобнаженную девушку, стоя у нее за спиной. Алиса старательно красила свои глаза, выводя стрелки.

– Зачем тебе этот парень? – сказал чуть слышно Сергей, целуя нежное ухо своей жены.

– Я вижу в нем потенциал. Ты разве забыл, как хотел открыть галерею для молодых художников в своей гостинице?

– Помню, но почему именно он? Сразу же видно, что в нем нет таланта…

– А для чего ты ему предложил встретиться еще раз? – Алиса резко развернулась и посмотрела ему в глаза.

– Мне хотелось дать ему надежду. За год я стал понимать творческих людей больше, и я понял, им всегда нужна поддержка.

– Странный ты, Сереж. Если пообещал что-то, то лучше довести дело до конца.

– А ты доводишь свои дела до конца? – Мужчина улыбнулся и обхватил тонкую талию Алисы.

– Стараюсь, но что было бы со мной, если бы не ты?

– Нам суждено было встретиться. Знаешь, после той истории с призраками и моим отцом, я стал верить в судьбу и предназначение. Я бы нашел тебя даже среди миллионов женщин.

Щеки девушки нарумянились, а глаза пронзали губы Сергея. По коже побежали мурашки, Алиса все сильнее прижималась к теплому телу своего мужа. До встречи оставался час.

– Ну, Сереж, я только накрасилась.

Кровать скрипнула под их телами. Тишину нарушило сбивчивое дыхание…

– Я люблю тебя, Алис.

– И я тебя.

***

Спустя час Сергей ушел прогревать машину. Он не знал, о чем хочет поговорить Алиса с этим художником и почему она так заинтересовалась им. С того момента, как он сообщил о встрече с Артемом, жену словно подменили. Она стала говорить о каких-то новых выставках, договариваться с залами, словно знала что-то, но не хотела этим делиться. Двигатель ровно мурлыкал, а на радио начались новости.

С тех пор, как Саня попал в аварию, а Томас исчез в своем призрачном мире, Сергей не знал, с кем можно поделиться его опасениями. Иногда ему казалось, что прошлое пытается вернуться, особенно после встречи с Артемом. В ту ночь ему снился лес. Девочка сидела на поваленном дереве и плакала, вскоре к ней подошел мальчик и стал уговаривать уйти…

– Я тут! – Воскликнула Алиса и плюхнулась в кожаное кресло машины. – О чем задумался?

– Ни о чем, – ответил Сергей и улыбнулся, но глаза его наполняла тревога.

– Хорошо, тогда поехали. На еще нужно заехать в магазин, хочу взять себе бутылочку шампанского. – Она горела от счастья, словно впереди ее ждал праздник. Это первая выставка, на которую она так спешила попасть.

– Ладно, только постарайся недолго вести свои переговоры, мне еще готовить отчет для налоговой.

– Дай мне полчаса, дорогой. – Она пододвинулась к Сергею, и ее губы коснулись колючей щеки.

***

Вокруг выставочного центра горели десятки фонарей. Эта постройка выделялась, как золотая звезда, упавшая в море. Вблизи здания толпились люди, позже в кассе сообщат, что в тот вечер пришло около трехсот человек. Сергей не мог не заметить билборт практически у самого входа, на котором изображалась картина с тем лесом из сна, а сверху надпись, слова гласили: «Сегодня и потом, мы увидим возрождение…».

Сергей повернулся в сторону Алисы, ее глаза сверкали, а на лице застыла улыбка. Теперь он понимал, почему его жена так предвкушала эту выставку и почему попросила перенести встречу на пару часов. Она надеялась, что Артем сможет восстановить часть картин ее дяди.

Сергей боялся, что это может вернуть события прошлых годов, возвращение Даши и всех тех, кто не хотел, чтобы дом в лесу сгорел.

– Они успели, – произнесла Алиса, с ее лица не сходила улыбка.

– Кто и что успел?

– Они успели все подготовить. Сереж, ты только посмотри какая красота.

Стоянку переполняли машины, Сергей свернул ближе к зданию, перед капотом медленно поднялся шлагбаум, даже на закрытой площадке осталось всего пара мест. Что же Алиса устроила?

Только машина остановилась, как Алиса распахнула дверь, слегка задев рядом припаркованный внедорожник.

– Прости, оставь мою визитку на его лобовом. – Крикнула она и побежала к черному выходу.

Сергей достал визитку и оставил ее под дворником, а на двери внедорожника в свете фонарей блестела свежая вмятина. Он покачал головой и нажал на брелок, фары моргнули на прощание.

Настя

– Проваливайте от сюда, что бы я вас больше здесь не видел, – кричал администратор кафе. – А ты получишь расчет на карту, можешь даже не возвращаться.

Девушка присела на мокрую ступеньку кафе и опустила лицо в ладони. Моросил дождь, а холодный ветер продувал тонкое бежевое пальто. Настя тихо всхлипывала и дрожала.

– Прости, что так вышла, я не мог смотреть, как он с тобой обращается, – сказал Артем и обнял девушку за плечи. Он крепче прижал ее к себе и услышал аромат ее духов, ее волос.

Настя молчала, ее дрожь передавалась художнику. А он не знал, что ему делать, раньше он не попадал в такие ситуации. Раньше его жизнь протекала спокойно и размеренно, пока он не расстался с Кристиной.

Артем ощущал, как его щека начала болеть, скорее всего будет красивый фонарь под глазом и как теперь идти на встречу?

– Черт, – он резко подскочил со ступеней и посмотрел на часы. – Я опаздываю.

Наконец лицо Насти показалось из-под ладоней. Красные глаза блестели в свете любимого кафе, а на щеках высыхали слезинки.

– Куда ты опаздываешь? – спросила она и тоже привстала.

– На очень важную для меня встречу. – Артем суетился, копался в карманах, пока не нашел визитку. – Мне срочно нужно позвонить.

– Хорошо, – ее голос звучал тихо и ласково, словно мурлыкал котенок.

Художник быстро ввел номер телефон и нажал на вызов. Человек на той стороне не отвечал, Артем подумал, что слишком поздно, он опоздал, и его мечта рухнула, не начавшись. И все это из-за очередной девчонки, которая не могла за себя постоять.

– Алло!

– Да, это Артем, я немного опаздываю. – голос Артема дрожал, – вышло недоразумение, я очень сожалею.

– Артем? Тот, что должен принести свою картину?

– Да-да.

– Не переживай, все равно моя жена будет разговаривать с тобой после мероприятия. – Артем слышал в голосе собеседника разочарование и напряжение. – Но сильно не опаздывай, она хочет тебя представить. – После этого Сергей повесил трубку и прозвучали короткие гудки.

Художник снова присел на ступеньки, штаны уже достаточно промокли, но он обдумывал услышанное. Дождь, как на зло усиливался, Настя присела рядом и снова задрожала, словно ждала, когда он ее обнимет.

– Она его жена? – Артем говорил сам с собой, словно пережевывая. – В голове не складывается, хозяин выставочного центра и его жена хозяйка выставки.

– Ты о чем? – прошептала Настя.

– Да так, о своем. – Он взял девушку за руку и помог встать, – пойдем, тебе нужно согреться и отдохнуть.

Она широко раскрыла свои серо-голубые глаза и уставилась на него. Ее пальцы крепко сжимали его ладонь, ладонь ее защитника.

– А где ты живешь?

– Вон там, за той многоэтажкой с синим узором. – Он выставил руку вперед для наглядности.

– Почему ты заступился за меня?

– Потому что тебе это было нужно.

– Но ты же меня совсем не знаешь.

– Разве для того, чтобы помочь беззащитной девушке, нужно вначале познакомиться с ней поближе? – Губы Артема растянулись в улыбке.

– Ты прав, спасибо тебе большое. Это уже не первая ссора с начальником, но никто и никогда раньше не заступался за меня. А он позволял себе унижать меня при посетителях, постоянные гости уже не обращали на это внимание.

Вскоре они подошли к его дому. В подъезде пахло сыростью, под ногами хрустели стекла от разбитой лампы, стояла полная темнота.

Настя обхватила руку Артема и прижалась, словно бездомный котенок. Художник и представить не мог, что его жизнь начнет так меняться после его сна. именно с ним он почему-то проводил связь. Сон натолкнул его на мысль о картине, о выставке и все это привело к встрече с Настей. После развода с Кристиной, он ощущал себя брошенным и ненужным, а тут эта девушка, которая, куда несчастнее него.

– Артем, почему здесь так темно? Куда ты меня привел?

– Я привел тебя к себе домой. – Он взглянул на нее и улыбнулся. Глаза девушки блеснули, а губы дернулись. – Не думал, что в этом городе бьют лампочки в подъездах.

– Не делай из этого города что-то особенное, в любом месте придурки. – Она встала на носки и нежно поцеловала в щеку. – Но ты не такой…

Артем повернул ключ, и дверь распахнулась, молодых людей встретил аромат кофе. Наверняка, каждый, кто до этого останавливался в этой квартире наслаждался бодрящим напитком каждое утро, неспроста в шкафу стоит несколько пачек молотого и зернового кофе.

Художник развернулся к девушке и взглянул и в ее глаза. Ее взгляд выглядел еще чуть напуганным, Артем взял ее руки и улыбнулся.

– Ты замерзла, может я приготовлю… – Ее губы перебили его, девушка двигалась вперед, пока спина Артем не уперлась в стену.

– Так согрей меня… – на этот раз перебил он. Он запрокинул ее ноги к себе на пояс и прижал, словно обнимая всем телом. Ее сердце колотилось, а дыханием сбивалось, тело стало мягким и податливым. Художник положил девушку на кровать, и его пальцы тут же принялись расстёгивать пуговицы, одну за другой.

Артем забыл про счет времени, его интересовала лишь Настя, тепло ее губ и гладкая кожа. Он гладил ее и целовал каждый сантиметр тела.

Словно на зло раздался телефонный звонок.

– Прости, Насть, мне нужно ответить, – Артем подскочил с кровати и вцепился в трубку. Номер не определился.

– Я вас слушаю.

– Артем, это Алиса, разве мой муж не передал вам о времени встречи?

Артем ощутил, как его щеки начали краснеть, а уши гореть от стыда. Он променял важную встречу на секс с первой встречной девушкой.

– Я в пути… – Он смотрел в этот момент на идеальное тело Насти и понимал, что врет.

– Поспешите, мне нужно очень многое вам прояснить. – Договорила Алиса и повесила трубку.

– Артем, что-то произошло? – Настя приподнялась с подушки, ее нежную грудь прикрывало одело.

Художник не смотрел на нее, он просто не знал, как ему поступить. Девушка его мечтаний, пришла к нему домой, смотрит на него так, как не смотрела ни одна в его жизни, даже Кристина. И в то же время его ждут, чтобы предложить что-то важное для его будущего. Важное не только для него, но и для тех людей на выставке. Брать ее с собой на выставку он не хотел, не в этот день.

– Насть, мне срочно нужно уехать. – Он продолжал смотреть на телефон. – Если хочешь, ты можешь подождать меня здесь, надеюсь, что я быстро.

Девушка улыбнулась и слегка качнула головой в знак согласия.

– Только оставь мне ключи.

Лишь сев в такси, Артем подумал, насколько было безрассудно оставлять почти незнакомую девушку в чужой квартире. Он же совершенно ее не знает… Но ему казалось, что он знает ее не один год.

Хочу вам представить

Я поднялся на второй этаж, где обычно проходили наши выставки. В зале играла спокойная музыка, Алиса пробегала между столами, периодически здороваясь с гостями. Я не знал, что она устроит подобное мероприятие и все ради чего? Или правильнее сказать кого?

Я дождался, когда она будет как можно ближе ко мне и позвал ее:

– Алис, – Она тут же обернулась, с ее лица не сходила улыбка.

– Подожди секунду, я сейчас к тебе подойду, – ее волосы развивались, Алиса в прямом смысле этого слова бегала по рядам.

Она даже установила трибуну и небольшой подиум-сцену. Что она задумала, я мог только догадываться. И как это все воспримет Артем, он даже не догадывается, что моя жена приготовила для него праздник. А мне оставалось искренне надеяться, что это все не зря.

– Сереж, что ты хотел? – Алиса подбежала сзади и ухватилась за мою руку, лицо красное, дыхание сбито.

– Что ты задумала?

Она ответила не сразу, пару раз тяжело вздохнула и отпустила мою руку.

– Ты разве не видишь? Я хочу с достоинством представить нашего нового художника. – Ее глаза посерьезнели.

– Почему ты в нем так уверена?

– Сереж, если ты не видишь, то это твои проблемы, но я увидела в нем большой потенциал. – Ее брови чуть напряглись, – в отличии от тебя, я хорошо разбираюсь в людях. И поверь мне, этот парень принесет нам миллионы. Кстати, где он ходит? Скоро начало…

Я решил промолчать, но знал, что делать ставку на неопытного художника слишком рискованна. Если только я чего-то не знаю. За год с небольшим, я ни разу не замечал за ней обмана и секретов. И я продолжал надеяться на лучшее, со всем не подозревая, что меня ждут впереди.

Алиса давала указания официантам, гости постепенно усаживались за заранее подписанные столы. Я и представить не мог, что мою галерею можно превратить в ресторан…

– Он немного опоздает, – быстро сообщила мне Алиса и пошла в сторону выхода.

Я уже успел пожалеть, о том, что пригласил этого парня на презентацию, и если честно, я думал, что выставку в тот день Алиса посвятит картинам своего дяди.

В памяти всплыл наш с ней разговор, когда на меня накатывали беспокойства о событиях прошлого года, Алиса всегда старалась успокоить меня и убедить, что подобное просто не может уже повториться. Если бы не она, я бы, скорее всего, попал в психушку.

В один из таких дней она, когда мы уже готовились ко сну, а за окном совсем стемнело, сказала, что ей очень бы хотелось найти такого художника, который смог бы восстановить коллекцию ее дяди. Мне показалась эта идея безумной, но в то же время я не хотел выглядеть полным параноиком, так как искренне надеялся, что все беды кончились после того, как я сжег галерею в доме. Однако, той ночью мне так и не удалось уснуть…

– Он уже подъезжает, займи нам столик, – Алиса снова неожиданно меня вспомнила, так неожиданно, что я дернулся. Она любила периодически вырывать меня из мыслей.

– Хорошо, – ответил я на автомате и побрел искать свободный столик. Уму не приложу, чего она такого пообещала коллекционерам, что в зале даже присесть некуда.

Только я успел присесть, как зашипели динамики, к трибуне подошла Алиса и демонстративно постучала пальчиком по верхушке микрофона. И когда она успела переодеться? Вначале, я подумал, что мне показалось, но этот цвет я запомнил на всю жизнь, однако на ней идеально сидело это платье, огибая каждую линию ее фигуры, платье цвета ультрамарина.

– Дорогие гости, – в ее голосе чувствовалось волнение, но по лицу было заметно, насколько серьезно она настроена. – Мы с моим мужем пригласили вас сюда, чтобы в первую очередь, выразить благодарность за поддержку нашей галереи, – неужели, она про меня еще помнит, – а во-вторых, чтобы поделиться с вами отличной новостью. Мне неоднократно поступали предложения о продажи картин моего дядюшки, но я была не готова, – я не верил своим ушам, – сегодня все измениться, этот день для каждого из нас с вами станет знаменательным. Сегодня каждый из вас, сможет приобрести одну из картин в свою коллекцию, – я скрестил под столом ноги, мне стало настолько неуютно, что захотелось сбежать, – но приобрести можно будет лишь по одной картине на руки. Но это еще не все, в конце нашего мероприятия вас ждет не менее приятный сюрприз. И так, дамы и господа, – на ее лице расширилась улыбка, чуть-чуть не оголяя зубы, – я объявляю торги открытыми.

Договорив, Алиса стала медленно спускаться со сцены, какой-то молодой мужчина с короткими темными волосами подал ей руку, по тому, как хорошо на нем сидел дорогой костюм, я догадывался, что это один из наших спонсоров. Не знаю почему, но я никогда не ревновал свою жену, хотя любил ее без ума, но в тот момент, у меня под ребрами что-то кольнуло.

– Как тебе начало вечера Сереж? – Она словно издевалась надо мной, или я настолько был погружен в свои мысли, что дергаюсь при ее появлении? – Как тебе новость, не слишком пафосно я выглядела на сцене?

– Нет-нет, ты превосходна, – я выдавил из себя улыбку.

– Я закажу нам поесть, – ее тонкие пальчики щелкнули над головой, и через пару мгновений перед нашим столом материализовался официант.

– Я не голоден, – действительно, из-за дурного предчувствия ком в горло не лез.

– Хорошо, – официант внимательно смотрел на Алису, крепко сжимая планшет, – первым делом принесите шампанского, – Алиса вопросительно посмотрела на меня, я покачал головой, – эх, и один бокал, пожалуйста. Затем цезарь и стэйк сильной прожарки.

Я достал мобильник и начал проверять почту, чем еще заниматься, когда мир крутился где-то в стороне, игнорируя тебя. Ты как бы должен быть заинтересован в происходящем, но в то же время, ты никто.

– Сереж, – Алиса прикрыла ладонью мою руку, – я понимаю твои переживания, но я уверена, что беспокоится не о чем.

Неожиданно для самого себя я повысил на нее голос, соседний столик обернулся, после чего я убавил обороты:

– Ты что творишь? – Она внимательно смотрела на меня, ее большие черные ресницы взмахнули от неожиданности. – Зачем ты решила распродать коллекцию?

– Это реклама нашей галереи, в первую очередь твоей, плюс ко всему это хорошие деньги, Сереж. – Официант подошел так тихо, что мы его даже не заметили, он наполнил бокал шампанским и так же тихо удалился в зал, – я не понимаю твоего беспокойства.

– А для чего распродавать ее по частям? Ты меня наталкиваешь на странные мысли, любимая, – Алиса знала, что если я разговариваю с ней в таком тоне, значит, ей удалось вывести меня из себя.

– Сереж, успокойся, я просто хочу набить цену, я хочу, чтобы картины моего дяди всегда были в цене, ты представляешь, какие могут быть баталии вокруг коллекции?

Мне хотелось ей верить, но если бы ее беспокоили деньги и реклама, она бы в первую очередь поговорила об этом со мной. Предчувствие мне подсказывало, что выйдя из этого здания, моя жизнь больше не будет прежней… и оно не ошибалось.

– Ты боишься, что я снова их сожгу…

Долгожданная встреча

Споткнулся о поребрик и чуть не угодил голов в такси, серебристая иномарка только подъехала, и на его мобильник пришла СМС. Молчаливый водитель преклонного возраста встретил его кивком и молча надавил на педаль газа.

Артема переполняло волнение, то и дело сталкивались мысли о Насте и встрече в галереи. Если бы только он знал, что его ожидает через пятнадцать минут. О лобовое стекло разбивались, затем скатывались ленивые капли дождя.

– Вы чем-то обеспокоены? – поинтересовался водитель, глядя в зеркало заднего вида, – конечно, это не мое дело, но на вас лица нет.

– Все в порядке, просто устал так жить, – Артем рассматривал проезжающие навстречу автомобили, мечтая о том, что когда-то так же будет кататься по любимым улицам.

– Я вас понимаю… – на выдохе ответил таксист, и машина медленно тронулась со светофора.

Артем предвкушал свою победу, он не знал наверняка, но хорошее предчувствие вдохновляло его. Сейчас бы им гордились родители, возможно даже Кристина передумала и увидела в нем настоящего мужчину, способного чего-то достичь. О родителях он вспоминал с болью в груди, прошло меньше года, как не стало его матери, прошло два года, как он видел своего отца…

– Куда мне лучше припарковаться? – водитель перебил его мысли. Вокруг все светилось, словно они въехали на цирковую арену, стоянку заполнили дорогие автомобили, но на улице не было ни души.

«Все самое интересное происходит внутри…» – подумал про себя Артем и ответил таксисту:

– Можете подъехать к входу?

– Как скажете, – машина медленно приближалась к зданию. Артем чувствовал, как все внутри него сжимается, ладони вспотели, а мысли путались.

Как подойти к организатору? Что сказать? Как они отреагируют на ссадину на лице? Артем оплатил поездку и закрыл дверь такси. Он остался один на один со своими страхами, мечтами, предвкушением чего-то нового, не обращая внимания на дождь.

Высокие стеклянные двери, какие обычно устанавливают в гипермаркетах, разъехались в стороны. В нос ворвались запахи дорого парфюма, они перемешивались, словно аромат в цветочном магазине. Молодой парень в черном костюме с бабочкой указал Артему на гардероб, наверное, он заметил мокрые плечи пиджака, и что гостю неуютно.

– Спасибо, – Артем протянул верхнюю одежду, – вы бы не могли мне помочь?

– К вашим услугам, – улыбнулся парень, – но кажется, я знаю, кто вы, – его белоснежная улыбка стала еще шире. – Вас зовут Артем?

Художник чуть заметно кивнул, но парень это заметил:

– Славно, вас уже все заждались. – Его рука поднялась в направлении закрытой двери.

В тот момент Артему стало не по себе, виски пульсировали, голова заболела, но ноги знали, куда им нужно идти. Он пытался перебрать в голове фразы, построить внятное предложение, чтобы не упасть в грязь, рука потянулась к дверной ручке, но не успела ее поймать. Кто-то его опередил…

– Артем? – глаза Сергея в начале расширились от удивления, а после сузились, – моя жена заждалась тебя, нехорошо опаздывать, тем более на первую деловую встречу. – Щеки Артема тут же вспыхнули, он отвернулся, чтобы скрыть желтеющий синяк у себя под глазом.

– Простите, я просто попал в небольшую передрягу, – он протянул Сергею руку, тот нехотя ответил тем же.

– По большому счету, мне все равно, это Алиса беспокоится… – хозяин праздника прошел мимо гостя, слегка задев его плечом. – Передай ей, что я пошел курить.

Мысли

Я закурил сигарету, маленький огонек постепенно превращал табак в пепел, словно это моя маленькая жизнь постепенно сгорала, осыпаясь на мокрый асфальт.

Алиса добивалась своего не смотря на мои желания и требования. Я во многом уступал ей, все из-за того, что часто считал себя должным ей. Она вытащила меня из депрессии, помогла пережить самые тяжелые времена, помогла забыть прошлое, помогла встать на ноги и приобрести все то, что я сейчас имею. И за это я безумно ее полюбил…

Последнее я стал замечать, как в ней просыпаются желания достичь своих целей вопреки моим желаниям. Именно она настояла изменить тему моих выставок, переделать галерею под свой вкус, продать бабушкину квартиру и купить новую, поближе к центру. В чем-то она все же была права, но некоторые ее действия создали мне множество хлопот.

А теперь появилась новая безумная идея – распродать коллекцию, «выживших» картин, предложить Артему написать новые, вернее воссоздать старые. Если бы не дом в лесу и не воспоминания из прошлого года, которые стали с напором возвращаться ко мне в голову, я бы расценил все эти маневры хорошим маркетинговым ходом, но все не так просто…

Сигарета практически догорела, но мне не хотелось туда возвращаться, скорее всего они уже начали обговаривать деловые моменты, она пообещала ему оклад, или может быть предложила платить ему сдельщину. Я не знал. И не хотел знать, в глубине души мне искренне хотелось, чтобы он отказался. Возможно, Алиса бы расстроилась, скорее всего даже психанула.

Я ощутил, как моя улыбка поползла по сторонам, пепел осыпался на мокрый асфальт. Из окон моей, пока еще, галереи доносилась музыка. Еще немного и Алиса предложит переделать ее в ночной клуб. Пальцы сжали бычок от сигареты… Я закрыл глаза, наслаждаясь мелким дождем.

Моя жизнь находилась в руках любимой женщины и ничего не мог с этим поделать…

Предложение

– Добрый вечер, – парень из гардеробной подвел молодого художника к столу, за котором Алиса допивала третий бокал шампанского, ее глаза заметно блестели.

– Наконец-то, – она всплеснула руками и тут же встала из-за стола, – Артем, пообещай больше так не делать, я уже начала беспокоится, присаживайся. – художник не успел прикрыть щеку, – у тебя что-то случилось? Что с твоим лицом? Нужна помощь?

– Нет-нет, все в порядке, это виновата моя неуклюжесть, – соврал Артем, его левая сторона губ чуть приподнялась, – зацепился за дверь, когда выходил, спешил.

– Господи, нужно быть аккуратнее, – девушка улыбнулась в ответ, тут же появился официант и положил перед художником меню, – Николай, принесите молодому человеку блюдо от шеф-повара и выпить, что он попросит.

– Спасибо, но я…

– Ничего не говори, ты мой гость, – она кивнула официанту, ее брови дернулись, указывая официанту путь на кухню, он тут же побежал, по указанному ему пути.

Артем заметно волновался, на лбу появилась испарина, а пальцы рук стучали по коленкам, выбивая беспорядочный ритм.

– Прости, я не представилась, – Алиса наполнила четвертый бокал шампанским и отставила пустую бутылку в сторону. – Меня зовут Алиса. И давай сразу договоримся, что ты ко мне будешь обращаться на ты?

– Хорошо, очень приятно, – щеки Артема вновь запылали.

– Подождем, когда ты покушаешь и согреешься, а после преступим к обсуждению моего предложения, а пока можешь рассказать о себе, – она сделала маленький глоток, – кстати, ты по пути не встретил моего муженька?

– Он, кажется, пошел курить, – художник почесал затылок, – он так сказал.

– Он же не курит уже полгода, – ее брови нахмурились, – он не охренел?

Артем пожал плечами и опустил глаза.

– Ладно, не обращай внимание, я с ним дома поговорю.

Спустя несколько минут появился официант, он поставил бутылку виски и два бокала на стол. Артем удивленно взглянул на Алису.

– Я же не хотел пить.

– Сегодня лучший день в твоей жизни, наслаждайся, – она залпом допила шампанское, – у тебя сегодня праздник, так что веди себя соответствующе, – последнее слово у нее вышло коряво, но собеседник ее понял.

***

Сергей прошел мимо своего столика, Алиса стрельнула в него недовольным взглядом, но промолчала. В зале затихла музыка, за соседними столиками тихо переговаривались гости. Каждый из них надеялся отхватить картину, хоть владелица и обещала, что каждый получит свое, но сможет ли она устоять от соблазна заработать больше.

– Как же я устала, все вокруг думают лишь о собственно выгоде. – Алиса облокотилась на стол и внимательно посмотрела Артему в глаза. – Ты только послушай их…

– Я ва, – начал говорить Артем, но успел исправиться, – я тебя понимаю.

– Неужели? – Ее глаза блестели толи от алкоголя, толи от интереса к собеседнику.

– Да, я вырос в бедной семье, стал учиться, но провалился на четвертом курсе, в армию меня не взяли из-за проблем с поджелудочной. – Артем сделал три маленьких глотка и сморщился, – вскоре женился. С детства я увлекался рисованием. Принимал участие во всевозможных соревнованиях, но чаще всего занимал последние места. Говорили, что мои работы неформат, – он посмеялся, – я и сам это знаю.

– А разве великие художники были форматом? Вспомни классиков.

– Знаю, но даже если у меня есть талант, неформальное искусство не накормит меня, не даст жилье… – Артем сделал еще один глоток, он ощутил, как теплый виски разливается по горлу и опускается вниз.

– Теперь тебе не придется об этом переживать. Давай, откладывай свою тарелку в сторону, я не могу смотреть, как ты переживаешь.

Артем послушно сдвинул тарелку в сторону. Алиса опустила руку в свою сумку и достала из нее пакет документов. Художник внимательно смотрел за ее действиями. Перед ним один за другим ложились странные договора, он слышал о подобных, но никогда бы не подумал, что они окажутся под его рукой.

– Все это мне необходимо прочесть за вечер? – Его глаза расширились, когда хозяйка положила перед ним последнюю стопку бумаг. – Я даже…

– Тут половина твоих, половина моих. Подписи моего мужа и мои уже проставлены. Для мотивации можешь прочесть статьи с поощрениями, затем устно обговорим мои требования, и я дам тебе день, чтобы ты все обдумал. – Ее ладонь слегка хлопнула по столу, – но, твой ответ мне нужен уже сегодня, если ты откажешься, то больше ни одна галерея не примет твои художества. – Ее улыбка чуть криво отобразилась на лице, – шучу.

– Когда я сюда ехал, предчувствовал, что у меня не будет выбора, – его лицо посерело, глаза бегали по строчкам в поисках выгоды, – помоги мне.

– Давай сюда, – она повернула к себе стопку бумаг и тут же остановила палец на одном из пунктов, – сразу хочу тебя обрадовать и предупредить, некоторые пункты в моем и твоем договоре будут различать, например, этот.

– Это же самый центр города.

– Да, но в моем договоре, твоя квартира находится на окраине. – Она закурила, – ни в коем случае, ты меня слышишь, об этом не должен узнать мой муж.

– Почему? – Артему стало не по себе, ему все больше казалось, что его втягивают в семейные разборки.

– Буду с тобой честна, – тонкая струйка дыма коснулась его лица, – последнее время у меня с мужем появились некоторые разногласия, касательно галереи и картин моего дяди. В том числе, он не очень доволен, что я хочу работать с тобой. А ты будешь в соседнем доме от нас.

– Если честно, я обеспокоен.

– Не стоит беспокоится, с ним я все улажу. Главное, постарайся говорить с ним, как можно меньше. Он считает себя большим боссом, а ты обычный художник, которого курирует его жена, так будь незаметным. Я создам на первое время образ голодного, бедного творца. Но только на время. – Ее улыбка стала загадочной. Зал прекратил шумные обсуждения, словно прислушиваясь к их разговору. Алиса резко развернулась в сторону кухню, – Николай, подойди сюда.

Казалось, что ее голос еще звучал, а официант уже стоял перед ней. Хозяйка что-то шепнула ему на ухо. Он встрепенулся, сделал жест рукой, и тишину заполнила музыка.

В гостях у друга

Она очень редко так на меня смотрела, первый раз был, когда у нас сорвался отпуск и пропали дорогие билеты. Мне тогда пришлось ехать к матери, подозрение на сердце, к счастью тогда все обошлось, но Алиса долго мне напоминала об этом.

На этот раз, она прекрасно знала, каково мое отношение к новому художнику и к ее последним идеям. Ее взгляд предвещал серьезный разговор. Я прошел мимо, словно мне наплевать на их беседу, по факту, это и было так. Они обсуждали сделку, а я в ней лишь владелец галереи, а она его куратор.

Перед тем, как покинуть выставку, я заглянул в бар, бармен с улыбкой мне вручил бутылку виски. Хотелось напиться, я уже знал, что дома буду категоричен, мой ответ по поводу Артема: «нет».

Когда я вышел на улицу, дождь закончился, а перед входом стояло такси. Я открыл бутылку, пробка предательски выскользнула из руки и укатила в темноту. Всю дорогу мне пришлось держать бутылку на весу, но к концу поездки, половина ее содержимого уже бултыхалась во мне. Подъехав к своей квартире, я развернул такси в сторону поликлиники.

Больше всего год назад досталось не мне, больше всего пришлось пережить моему другу Сане. Призраки не любят, когда пытаются менять их мир, я уже знал об этом, но не успел ничего предпринять. Мой друг лежал в платной палате с лучшим оборудованием, поначалу помогал его отец, но когда мои дела пошли в гору, я полностью забрал на себя ответственность. Он пострадал, помогая мне. К тому же у его отца начались проблемы с Налоговой, по этой же причине пришлось оставить Саню в государственной больнице.

Саня единственный друг, с которым я мог поделиться всеми своими болями и трудностями, но сейчас он был прикован к постели. Врачи говорили, что шансы пятьдесят на пятьдесят, что он останется жив, и такое же предположение о том, будет ли он ходить. Надеюсь, он хотя бы меня слышал. Уже не первый, когда я приезжал к нему и просил безмолвной помощи, для меня он стал кем-то вроде талисмана, я продолжал верить, что если поговорю с ним, то мы обязательно найдем выход.

Из такси я практически вывалился, не заметил, как наклонилась бутылка, часть виски выплеснулось на сиденье, но к моему счастью, водитель, высадив меня, поспешил уехать.

Двери в больнице уже заперли, пришлось немного постучаться, пока сонный сторож не вышел на улицу. После хорошего финансирования, меня знали даже уборщицы в этом богом забытом заведении.

– Сергей Михайлович, что у вас случилось, – он осмотрел меня с ног до головы, а затем его приняло брезгливое выражение, – вы пьяны?

– Пропусти меня к Саше, – я протянул ему практически пустую бутылку.

– Я не пью, – он сделал шаг назад.

– Я не предлагаю тебе пить, хотя зря отказываешься, – я допил содержимое и кинул тару в кусты, – знал бы ты, сколько это стоит.

– Я могу позвать дежурного врача, – всем своим видом он показывал, что у него нет желания пропускать меня внутрь. Его тучное тело загораживало проход, а очки ужасающе отражали лунный свет.

– Уйди с дороги, франкиншейн. – Не знаю, почему я его так назвал, но алкоголь явно не мое.

– Сергей Михайлович, при всем моем уважении, я прошу вас вызвать такси и ехать домой, отдыхать иначе мне придется…

– Что? Вызвать полицию? – я махнул рукой. – Валяй, командир.

Мой голос эхом разносился по всему двору, видимо это и заставило выйти главврача на улицу, а вместе с ним молодую медсестру.

– Что здесь происходит? – Главврача я помню еще с волосами и без седой бороды. Помню, в детстве отец привез меня именно к нему, смутно припоминаю, что они были приятелями.

– Лев Константинович, – охранник встрепенулся и хотел начать оправдываться, но не успел.

Главврач поднял руку в останавливающем жесте и с ног до головы просканировал меня добрыми голубыми глазами, словно я, как в детстве пришел к нему на прием, а не устроил пьяную выходку.

– Сережа, что произошло? Что-то с мамой? – Его глаза отражали искреннюю доброту. Он протянул мне руку. Я ответил тем же.

– Нет, Лев Константинович, с мамой все хорошо. Я просто хочу пообщаться с ним. – Я сразу и не заметил, что мои глаза намокли.

Он без слов подошел ко мне, я ощутил его теплую тяжелую руку у себя на плече. Так меня раньше обнимал отец. Соленые слезы стекали по губам, за тот вечер мне еще долго будет стыдно.

– Пойдем, – одной рукой он отодвинул охранника в сторону, одарив его сверлящим взглядом, а второй толкал меня вперед.

Войдя в палату под номером «73» я тут же упал на колени и подполз к другу, сил больше не осталось, мне хотелось остаться там и не уходить пока Саня не проснется. Но где-то внутри какая-то трезвая часть меня осознавала, что это невозможно или возможно, но точно не сегодня.

– Сань, я опять стою у пропасти. Я не знаю, мне кажется, что вот-вот упаду и не смогу подняться. Алиса что-то задумал, я, конечно же, скажу ей «нет». Но ты же знаешь ее. – У меня вырвался смешок, – Забыл, вы же не знакомы, но помнишь, я как-то приводил ее сюда. Да, это было ее желание увидеть моего друга. Первое время она не верила, что у меня есть друзья, конечно, она не говорила это вслух, сам не понимаю, что я несу. – Слезинка упала на белую простыню, оставив пятнышко. – Мне как никогда нужен твой совет, что мне делать. Помнишь Дашу? Не будем вспоминать, чем все закончилось, но ты мне помог разобраться. Я ведь в этом ничего не понимаю, – моя голова опустила, лоб коснулся чуть теплой обездвиженной руки друга, – но это не самое страшное, что меня беспокоит. Я чувствую, что они скоро вернуться…

Я не помню, что сказал еще той ночью, проснулся через несколько часов на каталке, рядом с окном. Видимо, Лев Константинович помог мне устроиться. Голову переполняла боль и стыд. Ноги потяжелели, но встать и не упасть я смог. Из моей руки торчала трубка, судя по всему, мне сделали капельницу, вот почему я так быстро пришел в себя.

Быстрым шагом я прошел мимо кабинета главврача, охранник встретил меня неодобрительным взглядом, но промолчал. С каждым шагом мне становился все неприятнее на душе. Я достал из кармана мобильник: «пять часов утра». Алиса про меня даже не вспомнила. Появлялись странные мысли, что она с художником, на нашей кровати, а мне осталось только придти и учинить сцену ревности. Но тут же вспомнил его худощавое лицо, прыщавый лоб, и фингал под глазом? Мои размышления перебил телефонный звонок. Не может быть…

– Да.

– Где тебя носит? Ты время видел? Я себе места не нахожу, – она говорила очень быстро, и как мне показалось, очень громко, каждое слово болью отзывалось в висках и затылке.

– Я ходил к Сане, – тихо ответил я, мой взгляд устремлялся прямо по коридору.

В ответ я получил лишь тяжелый вздох. Но помолчав, она ответила:

– Давай домой, у меня с тобой намечается важный разговор.

Я первый повесил трубку, зная, что это за разговор. Неужели они не спала или только что проводила своего любовника, или она до сих пор так же искренне переживает и любит меня? Если честно, мне не хотелось возвращаться домой. Я так же знал финал нашего разговора: мой отказ от ее планов, слезы, разочарования, возможно осколки посуды на полу и кто-то из нас захочет уехать на пару дней из дома.

В телефоне сохранился номер такси, мне сразу ответил оператор и пообещал предоставить машину через пять минут. На улице рассветало, солнце пробивалось на горизонте и отражалось в окнах больницы. Мне безумно хотелось закурить. Кажется, я вчера пообещал таксисту бросить эту привычку и оставил ему целую пачку сигарет. Паршиво…

Через пару минут подъехала красная «Ауди», за рулем сидел молодой водитель в черных капельках. Он с улыбкой поприветствовал меня, уточник адрес и с душой нажал на педаль газа, меня вдавило в кожаное сиденье. Не самая удачная идея разболтать человека с похмельем, но я промолал.

Всю дорогу до дома я пытался сложить слова, чтобы Алиса приняла мой отказ, но в голову ничего не лезло.

Ответ Артема

– А что будет от меня требоваться? – Артем стал смелее, скорее всего, начал действовать алкоголь.

– Тебе просто нужно будет делать то, что ты любишь больше всего, то есть рисовать. – Ответила Алиса. Некоторые гости стали собираться на выход, не каждый смог выдержаться несколько часов ожидания туманного обещания.

– Но, что я должен буду рисовать?

– Правильный вопрос, Артем. Оглянись по сторонам, что ты видишь?

Артем вытянул шею и над головами гостей просканировал зал.

– Гостей, но я так понимаю, не это главное. Я вижу на стенах картины. – Художник опустился и улыбнулся, довольный своей догадкой.

– Правильно, ты ничего не заметил в этих картинах? – Алиса подальше отставила свой полупустой бокал, вино больше не лезло.

– Они похожи на мои наброски, – ответил неуверенно Артем, почесывая макушку.

– И опять в яблочко, мой друг. После того, как ты подпишешь со мной договор, я дам тебе несколько холстов. Ты хорошенько их изучишь. А затем, я привезу тебе, поврежденные, тебе нужно будет их восстановить. Так тебе нужно будет поработать с набросками моего дяди…

– Так, стоп, – он внимательно посмотрел на Алису и облокотился на стол, – мне нужно будет работать с готовым материалом? А как же творчество? – В его глазах застыло непонимание.

– Что тебя смущает? Ты же видел свой гонорар, за такие деньги тебе сейчас предлагают работать практически с раскрасками, – ее губы скривились, не совсем удачное сравнение, но она продолжила, – если ты напишешь что-то подобное из головы, против никто не будет, но вопрос в другом, хватит ли тебе на это времени?

Артем закрыл глаза и потер худощавыми пальцами переносицу. Он окончательно запутался, голова кружилась из-за виски, а мысли метались из стороны в сторону, но предвкушение гонорара перевесило все его сомнения.

– Я согласен, – он откинулся на спинку стула и залпом допил свой бокал.

– Я безумной рада, – Алиса вытянула правую руку для рукопожатия и в тот же момент левая рука пододвинула художнику стопку бумаг.

Ее палец, точно штамп, падал на страницу за страницей, а Артем спешно оставлял свою подпись. С этого момента его жизнь не станет прежней. Появились мечты и надежды, сомнения ушли вместе сожалением.

– Кажется все, – он претворился, что смахнул со лба пот и улыбнулся.

– Не совсем, и еще, я бы тебе посоветовала поработать над своей подписью, ты ведь теперь крутой художник. – Алиса сверкала от счастья.

– Приму к сведению, босс.

Они вместе засмеялись на весь зал. Гости оборачивались в непонимании и вновь утыкались в свои тарелки и бокалы.

– А теперь самое интересное, – хозяйка приподнялась со своего места, придерживая подол платья, затем подозвала торопливого официанта рукой, он чуть не споткнулся, глядя на нее.

– Что вам угодно? – На его лбу блестел настоящий пот, не вымышленный.

– Принеси мне, пожалуйста, микрофон. – Говорила она шепотом. – Все немного поменялось, не хотелось бы, чтобы гости увидели в моей походке две допитые бутылки шампанского.

– Одну секунду.

Он сбегал до подиума и вернулся практически мгновенно, как и обещал. В правой руке отражая свет, торчал серебристый микрофон.

– Спасибо, – ответила Алиса и тут же намекнула официанту, чтобы он так же быстро испарился. И повернулась к залу. – Дорогие гости, настал тот момент, ради чего мы сегодня здесь собрались. В первую очередь, я бы хотела представить вам нового художник, – она показала Артему рукой, чтобы он встал, он послушался. – Его зовут Артем, пока его фамилию я не буду раскрывать, но в скорее, он продемонстрирует вам свою работу и она так же будет участвовать в аукционе.

– Зачем нам работа неопытного автора? Мы пришли, чтобы покупать картины вашего дяди, что вы за чушь придумываете? – Крикнул из-за стола полный мужчина в клетчатом пиджаке, который никогда бы не застегнулся на его животе.

– Вы меня не дослушали и перебиваете, а потом хотите, чтобы я продала вам больше одной картины… – Алиса отвернулась от обидчика, концентрируясь на остальных. – Итак, сейчас вам раздадут яркие карточки, чтобы было виднее, кто поднял руку для увеличения ставки, и затем мы приступим.

– Мне уже можно садиться? – Глаза Артема почти закрывались от усталости, язык заплетался, и ко всему художника немного покачивало из стороны в сторону.

– Подожди, сходи и принеси свою картину. Начнем с нее. – Парень удивленно взглянул на хозяйку, в его глазах блеснул страх. – И поторопись.

Артем сорвался с места, задев стул, тот с грохотом упал на мраморную плитку. Он поднял правую руку и склонил голову, как бы извиняясь, но продолжал движение в гардеробную. Его пиджак давно просох, и тут Артема словно прошило насквозь током, на плече своей одежды он увидел длинный женский волос. В голове закрутились картинки, постель, Настя, она одна в съемной квартире… Он схватил одежду, холст и побежал в зал, на этот раз он столкнулся с официантом, у той злосчастной двери.

– Простите, – произнес официант. – Я сегодня сам не свой.

Художник ничего не ответил и пронесся до Алисы, встал рядом с ней и протянул холст.

– Умница, – сказала она и снова повернулась к залу. – Начнем мы с картины моего друга, как только она будет продана, вы сможете приобрести остальные…

Тяжелый разговор

Дверь в мою квартиру оказалась не заперта, на кухне шумела кофемашина, а гостиной играла музыка. Я снял обувь и прошел на кухню. Алиса уже нарезала бутерброды.

– Как у Саши дела? – опередила она меня.

– Стабильно плохо, – ответил я и присел за стол. Передо мной тут же появилась тарелка с яичницей и двумя ломтиками батона.

– Что говорят врачи? – у меня складывалось ощущение, что Алиса не хочет рассказывать про Артема и прошедшее мероприятие. – Есть какой-то прогресс?

– Вчера мне удалось с ними это обсудить, – я схватил вилку и приступил к завтраку.

– Да уж, мне звонил Лев Константинович, сообщил в каком ты состоянии и настоял, чтобы тебе поставили капельницу. – Передо мной появилась чашка ароматного кофе. Алиса отошла к окну и прислонилась спиной к подойнику, я ощущал ее пронзающий взгляд, хоть мои глаза и устремлялись в завтрак.

– Мне безумно стыдно за вчерашний вечер, – говорить было не очень удобно, не успевал пережевывать, желудок радовался каждому куску, ведь последний раз я ел почти сутки назад.

– Поверь, мне тоже… – она вздохнула и повернулась лицом во двор, но спустя мгновение вновь развернулась ко мне и села за стол. Алиса не переставала на меня смотреть, внушая мне чувства нашкодившего пса.

– Как прошел вечер? – Я не выдержал, нужно было начинать разговор, иначе она меня уничтожит.

Готовила она всегда так, что позавидуют многие шеф-повара, это одно из тех ее качеств, за которые я ее полюбил. Но в то утро я заметил, что она пересолила, хотелось скорее утолить жажду. У многих творческих людей можно заметить личные боли и переживания в их творческих работах, у Алисы это была готовка. Я прекрасно понимал, что расстроил ее чувства, но она еще не знала, что получит отказ в моей поддержке.

– В большей своей части, прекрасно. Конечно, если бы ты остался и поддержал меня, я бы была счастлива, но ты решил… – ее рука поднялась, когда заметила, что я хотел снова извиниться, – достаточно извинений, Сереж, мир не крутится только вокруг тебя. Аукцион прошел тоже превосходно, разобрали все лоты, даже картину нашего нового художника. – Она заметила мои глаза и тут же дополнилась. – Здесь нечему удивляться, ты же знаешь, что я умею находить таланты.

«Еще бы тебе быть чуть скромнее», – подумал, но не сказал ради своей моральной безопасности.

– Он превосходный художник, – глаза Алисы уставились на руки, она рассматривала свои ногти. Еще бы отдавать столько денег на маникюр.

– Что ты хочешь этим сказать? – остался последний кусочек моего бутерброда, который я решил посмаковать. – Он теперь работает по твоему проекту?

– Не совсем, я дала ему задание восстановить несколько лучших картин. – На ее лице появилась улыбка, – я же помню про твое отношение ко всему этому, я решила, что нескольких будет достаточно. Остальные работы будут его. Он молодой и перспективный художник, а коллекционерам нравятся молодые звезды, пусть они и быстро сгорают, попробую на нем заработать больше денег.

С трудом, но я поверил ей, неужели она прислушалась ко мне? А все мои предположения и страхи перетекли в паранойю? Не хватало мне еще попасть с этим расстройством к психиатру. После плотного завтрака меня потянуло в сон, веки буквально стали тяжелеть каждую секунду. Я встал из-за стола, поцеловал теплые губы Алисы и сон утянул меня в спальню.

Безумный день закончился

Артем не мог осознать, что с ним происходит. Что договор и все обещания Алисы не пустой звук. Он успел на последнюю электричку в метро, напротив него сидел мужчина в оборванной одежде, кроме него никого. Мужчина спал, а он думал.

Неразборчивый голос сообщил станцию, Артем взглянул на карту, еще пять станций. Если бы только все обещания оказались правдой, ожидание всегда тяжело проходит, а ожидание быстрого благополучия в жизни еще трудней.

Телефонный звонок нарушил тишину. Рука художника нехотя опустилась в карман. Желание поделиться новостями переполняла его, пусть даже с незнакомцем с навязчивым предложением из банка. Но звонила Настя.

– Алло, Артем, – она говорила, не дожидаясь его ответа, – пришел хозяин квартиры, спрашивает про тебя, про меня. Что ему ответить?

– Скажи, что я задержусь у него на пару дне, не больше… – интонацию в его голосе переполняла уверенность, словно он уже способен управлять своей жизнью.

– Хорошо. – Она немного помолчала. – Когда тебя ждать?

– Через двадцать минут, – он постепенно возвращался в реальность. Мужчина в рваной одежде пошевелился. Артем на мгновение подумал, как бы он проживал свою жизнь, оказавшись на месте бездомного, где бы мылся, ел, и смог бы он при этом заниматься творчеством. Рисовал бы на чистых стенах или на помойных контейнерах?

Голос объявил, что электричка проехала очередную станцию. Это, как этапы в его жизни, вчера он в бедном городе экономит на всем, сегодня подписывает контракт и ужинает в присутствии богатейших коллекционеров. А что случится послезавтра, в метро все просто, есть карта, но его жизнь похожа на хаотичное расположение станций с множеством поворотов, за которые отвечает только он. Артем бы назвал любую, но путь приведет в неизвестную ему точку.

Он достал папку с бумагами, чтобы еще раз перечить, что ему полагается за работу. Каждый пункт грел его изнутри, сердце билось чаще, слова опьяняли и кружили голову. Квартира в центре Санкт-Петербурга, машина премиум класса, зарплата, о которой он не мог и мечтать. Но он не до конца осознавал, что за это ему придется сделать, и почему Алиса готова внести столько денег, чтобы ее художник восстановил старые картины. Все слишком просто…

Перечитывая свои обязанности, он так и не смог найти пункта «пожизненное рабство», но с тяжелым предчувствием он так и не смог справиться. Неразборчивый голос наконец объявил его станцию.

Путь от станции занял пару минут. Бездомный продолжил свой путь в неизвестном направлении. с неба моросил дождь, отрезвляющий, охлаждающий. Артем поднялся на свой этаж и потянул за дверную ручку. Дверь не открылась, но тут же послышался щелчок затвора.

– Артем, я уже думала, что мне придется охранять твою квартиру в одиночестве, – на Насте была надета его рубашка, в квартире по-прежнему оглушительно пахло кофе, и играла спокойная музыка.

– Как же хорошо, что этот безумный день закончился, и меня встречает дома такая девушка.

Щеки Насти нарумянились, как в первый раз. Она приблизилась к Артему и поцеловала его в губы. Рубашка оказалась не застегнутой, художник ощутил все тепло ее тела, сердцебиение и теплые, нежные руки у себя на спине.

Он закинул ее ноги на талию, девушка оказалась очень легкой, нежные руки обхватили шею и не собирались отпускать до конца пути. Несколько часов их ждала разобранная, большая кровать.

– Артем, – произнесла он шепотом.

– М?

– Мне кажется, это самый лучший день в моей жизни. Я бы не хотела, чтобы он заканчивался…

Артем ничего не ответил и положил девушку на кровать. Его рубашка с легкостью снялась с ее тела. Он был готов подписаться под каждым словом своей ной девушки, ведь этот день изменил его жизнь навсегда, даже так, как он еще не мог себе вообразить.

Новости из больницы

Меня разбудил телефонный звонок. Вернее, второй телефонный звонок, я подумал, что это будильник и тут же скинул.

– Сергей Михайлович, прошу прощения, если я невовремя, но это важно. – Голос главврача дрожа, толи от испуга, толи от переполняющей его радости. Я не понимал даже сколько времени.

– Да, я только проснулся, – глаза опустились на часы, полчетвертого дня.

– Надеюсь у вас в се в порядке, – ответил врач и тут же вернулся к своей теме, – я хотел вам сообщить новость об Александре, его отец не отвечает.

– Что-то случилось? – Мое сердце готовилось выпрыгнуть из груди, а ноги залети в тапки рядом кроватью.

– Случилось, но ничего ужасного. – С этого и нужно было начинать. Я с облегчением выдохнул. Я убедился, что врач говорил больше с радостью, чем с тревогой.

– Не томите.

– У Александра замечена странная мозговая активность. – Значит не все так радужно? Что может обозначать слово «странная» в медицинской терминологии?

– Как это понять?

– Долго объяснять, вам лучше приехать самому. Я расскажу свои предположения и опасения. – Дыхание врача пришло в норму, от этого становилось не по себе, трезвая констатация. Интересно, таким голосом, он бы мне сообщил, что мой друг умер?

Я не заметил, как уже стоял в прихожей, шнурки непослушно выскальзывали из пальцев, но я проспал полдня, из меня должна была сочиться энергия, и шнурки сдались под моим напором.

На такой температуре кожаный салон разогрелся до состояния раскаленной сковородки, я тут же выехал со двора, не обращая внимание на сигналы светофора. Состояние полной отстраненности от внешнего мира, если его отец не отвечает, то единственная помощь, на которую мог рассчитывать Саня, могла исходить лишь от меня. Еще один красный светофор, мимо меня проскочила ярко-красная иномарка, издавая оглушительный сигнал вперемешку с визгом тормозов.

Через пять минут я стоял у входа в больницу, главврач курил на крыльце. Я не понимал откуда у меня последнее время такое внутреннее беспокойство, но курящий человек на крыльце, с многолетней выдержкой, заставлял меня волноваться еще сильнее. Он видел, что я подъехал, но внимательно продолжал наблюдать, как тлеет его сигарета.

И откуда взялась такая жара? Еще из детства помню разговор маминых гостей: «от такой жары очень много умирает людей», в тот год ставили температурные рекорды…

– Сергей Михайлович, как хорошо, что вы подъехали? – Сказал главврач, не протянув мне руку он тут же прошел в здание. – Пойдемте быстрее…

Я кивнул и послушно последовал за ним, из его роста он делал два шага, а я один, однако, мне не всегда удавалось его догнать. Сколько же мыслей сплелось в моей голове по пути в палату.

– Сергей Михайлович, – он остановился около койки Сани, – посмотрите на него и скажите, что вы видите?

– Вы издеваетесь? – Мне показалось, что многолетний опыт врача не уберег его от безумия. Но он явно хотел, чтобы я чего-то увидел.

– Что за глупости, – его глаза расширились, – посмотрите на своего друга, хорошо, посмотрите на его лоб.

Брови сани блестели от влаги, а лоб покрывали мелкие капельки. Доктор позвал меня средь белого дня, чтобы посмотреть на то, как мой друг потеет?

– Это же, пот? – Я состроил удивление, захотелось подыграть. – Не удивительно, столько градусов на улице.

– Да, это пот, – глаза доктора закатились, – надо было сразу начать с главного. Пойдем присядем за стол.

На моем лице держалась улыбка, и кажется, его это раздражало, но статус и воспитание не позволяли ему подать вида.

– Так в чем же дело?

– Вы обратили внимание на температуру в палате? – Я промолчал, но он понял. – А нужно было, здесь же свежо, как в холодильнике для цветов, опережу ваш вопрос, самочувствие у вашего друга превосходное, за исключением сознания. Жара у него нет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.