Виктория Беляева
Каррр-жа года

– Настоящая Женщина… Опять опоздала, – хлюпнул лужицей Декабрь Морозыч. С тоской оглядел пустой ёлочный базар. Ни души.

– Братец, не серчай! Ну как я без холодных прекрас? Пока морозец синевой подкрасила, покро́ва сугробного нарастила да снежинок новеньких пошила, ты уходить собрался, – оправдывалась белоснежная девица.

– Пока ты красоту свою наводила, люди уже и подзабыли, что такое настоящая зимняя прелесть. Новогоднего настроения не случается, ёлки-иголки в дом никто не несёт. Превратила меня в близнеца Октября Слякотня. Хоть детишек пожалей, истосковались! Санки да ледянки приготовили, а снега-то нету! В пору круги надувные да лодки доставать, – с тоской и досадой месяц зимний из стороны в сторону хаживал.

– Не серчай, морозный, всё верну, – заметелила, новогоднюю радость по окрестностям завьюжила. Искусно узорничала Красавица. Зима.

Воспрянул Декабрь, силу свою возвращать начал. Города и сёла встречать приготовились настоящую русскую Зимушку.

Издалека хозяйка снежная услышала голосок знакомый, радостный.

– Матушка! Дождался, пришла! А то Осень житья не давала. Слезами извела, ветрами каждую косточку перетрясла, темнотой утомила, – певчий помощник в рябиновом тулупе кружил над давней любимицей.

– Дружочек Стужик! Как же по тебе заскучала! – дыхнула морозцем мастерица сосулек. – Рассказывай, что нового наслучалось?

– Пока ждал тебя, в тереме у Мороза приютился. Хор сладил. Бранил он тебя, что вовремя не явилась. Сани по голой землице не едут, письма да подарки вовремя не переправляются. Запаздывает к сроку.

– Ничего, дело своё знаю. Быстро управлюсь. Снежной пеленой леса родные укрою, речки льдом укутаю, пургой гонцов подгонять буду. Верну настроение старику, – провела морозными руками по еловым макушкам, из рукавов ажурных снежинок присыпала.

Прошлась по просторам, ни уголка не оставила. Везде песня зимняя, снегириная лились.

Исправилась. Теперь можно и к Деду явиться. Может остыл да простил.

– Каррр-жа, каррр-жа! Горе! Ключ от часов Морозовых пропал! У-каррр-ли! – знатная ворона КарКарина разносила тревожную весть.

– Стужик! Как же праздник придёт, если Дед Мороз часы не переведёт на Новый год? – взволновалась холодом Зима, покрепче ударила.

– Надо Деду помочь, без тебя ему не справиться!

Сани ледяные понесли Зиму в Устюг. Везде, где проехала, детский смех слышала. Радость и счастье зимнее вернулись.

В Тереме Деда Мороза уже собрались Времена года.

Лето, кутаясь в рукоплётное пуховое одеяло, пила брусничный чай с малиновой пастилой. Дрожала и придвигалась ближе к печи.

– Явилась, Красавица! Заждались мы тебя!

Где же ты раньше была? – Осень шелестела ярким нарядом.

– Готовилась, красоту наводила. Да и люди эти, сами не поймут, чего хотят. Я им обычно снега искристого, мороза покрепче. Градусов 40. А они на юга летят. Вот в Оймяконе и сижу. Курорт, минус 77! – Зима скинула шубу белоснежную. Холодок прошмыгнул по лютому полу.

– Хороша! А мне отдуваться! Я-то стараюсь только 1 сентября прогулять, детишек порадовать! А ты на месяц опаздываешь! – чихнула Осень. – У меня ноги вечно сырые!

– А ты рыдай поменьше, да держи красоту цветную подольше. Листву не скидывай, – отозвалась Весна. – Правда, жульница, 8 марта себе прибрала. Не даёт мне подарки принять.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.