Ольга Рыжая, Алиса Кравцова
Сомнения моего сердца

Пролог

Летом светает довольно рано, поэтому, не имея под рукой часов, было тяжело ориентироваться во времени.

Сейчас, маленькие часики в углу экрана показывали пять утра, поэтому я упорно не могла понять, что такого сверхъестественного должно произойти в жизни человека, что заставило бы его ни свет, ни заря посетить круглосуточное кафе на краю дороги.

Гуляк видно сразу, они только-только вышли из клуба и, не желая расходиться, решили продолжить сабантуй в кафе.

А кто все остальные? Кто эти люди, расплачивающиеся с таксистами и улыбающиеся администратору, будто старому другу?

Ланч перед работой? Тогда что это за работа такая, заставляющая покинуть уютную кровать в пять утра, а ведь встали они намного раньше…

Я сижу здесь с шести вечера, и, если честно, не представляю, что делать дальше. Денег хватило бы на несколько месяцев квартплаты, при условии, что успею снять однушку у черта на куличиках. Пора всерьез заняться поиском работы.

Меня отнюдь не прельщало идти работать по специальности, просто, потому, что большую часть учебы я прогуляла. В больнице такие кадры не нужны, в том числе в лаборатории.

Поежившись, сильнее укуталась в теплый плед. Кто же знал, что раннее утро в самом разгаре лета ничуть не уступает осенним теплым денькам. К сожалению, легкое нежное платье и туфли на высоченной шпильке никак не желали греть свою хозяйку.

Увы, выбирать мне не пришлось. Меня выгнали из дома, в чем была, и не чужой человек, а самый родной, благо хоть вещи мои заранее собрали, и на том спасибо.

В голове не укладывалось, что такая ситуация могла произойти именно со мной…

Глава1

Ровно в пять часов вечера я стояла перед дверью родной квартиры и пыталась найти в сумочке ключи. Признаться, я до сих пор не понимала, как умудрилась запихнуть столько ерунды в маленький черный клатч.

К счастью, мучения мои длились недолго. Замок щелкнул, дверь открылась, являя моим глазам отца и Еву, его нынешнюю пассию.

Сейчас мне было глубоко плевать на наши разногласия с новой мачехой, я была счастлива.

– Папа! Смотри, красный диплом!

О том, как я на него вышла, отцу лучше не знать. Всю учебу тащила на голой теории. А вот практика… шла у меня очень тяжело. Память избирательная, видите ли. Я не запоминаю надолго то, что мне неинтересно. В большинстве случаев, выучив что-то новое, я забывала старое. Но это не мешало помнить книги, прочитанные в далеком в детстве.

Родитель мельком взглянул на ламинированный пластик, и, скупо улыбнувшись, вымолвил:

– Молодец. Теперь я могу со спокойной совестью отпустить тебя в большой мир.

– В смысле? – напряженно улыбаясь, спросила я.

Адреналин все еще играл в крови, и это сильно мешало голове работать.

– Тебе давно уже пора начать жить одной. Устраивать свою жизнь, преследовать свои цели…

– Ты все же решил купить мне квартиру?! – неверяще спросила я, мысленно представляя, как в первый же день соберу там всех друзей.

– Нет, Алевтина. Я в этой жизни всего добился сам. И хочу той же участи и для тебя.

Эм… это мне так тонко намекнули, что пора слезать с папенькиной шеи?

– Ты должна повзрослеть Аля, и если для этого придется выгнать тебя из дома, то я так и сделаю!

Я видела, как тяжело отцу даются эти слова. Он не понаслышке знал, каково это – в один момент оказаться на улице.

– Я ушел из дома, не имея ни копейки за душой, без вещей, телефона и прочих мелочей. У меня даже образования толком не было. Зато посмотри на меня сейчас…– Он развел руками.

В принципе, все не так плохо. Жить одной – мечта любого подростка. А работа… будем реалистичны, папа меня не бросит. Правда ведь?

– Вот твои чемоданы. В боковом кармане конверт с деньгами, распоряжайся ими с умом.

Ну вот, я же говорила, что он меня не бросит…

Когда, не прощаясь, родитель закрыл перед моим носом дверь, я не поверила своим глазам.

И все?! Вот так просто?!

Мне даже домой не дадут напоследок зайти? А вдруг они забыли положить мои любимые туфельки и розовый жакет, который я собиралась надеть на первое в своей жизни собеседование?

Скептически взглянув на два больших чемодана, я разозлилась.

Мне даже вещи собрать самостоятельно не дали. А их у меня было много, некоторые и вовсе еще с бирками висят.

Что же сейчас было упаковано в эти два малюсеньких чемодана, я не знала. Но была свято уверена, что самое лучшее осталось дома.

Ломиться домой, выясняя отношения, было бессмысленно. Когда отец настроен решительно, его просто невозможно переубедить. Пройдет пару дней, он перебесится, тогда-то я и смогу спокойно прийти домой и взять нужные мне вещи.

Так я думала тогда… а на деле все оказалось совсем не так.

Я по-прежнему не знаю, что за вещи мне упаковала мачеха, но до конверта с деньгами я все же добралась.

Каково же было мое удивление, когда обнаружила там всего лишь шестьдесят тысяч. И что мне с ними делать? Да месяц арендной платы, в элитном районе стоит гораздо больше!

С трудом дождавшись, шести утра, я тут же принялась звонить отцу. Ничего, я не сплю, и он не поспит.

После первых же гудков девушка милым голосом оповестила меня о том, что абонент не абонент.

Ладно… пожалуй, квартиру на первое время все же нужно снять, не сидеть же мне все время в кафе. Тем более что так папочка увидит, что его любимая дочка и впрямь взялась за ум.

– Доброе утро, могу я угостить вас чашечкой кофе? Или дама желает чего-то покрепче?

Непонимающе подняла взгляд на говорившего мужчину, а после перевела взгляд на стол.

– Официанты вообще обленились! – в сердцах воскликнула я, сгорая от стыда.

Дело в том, что сидела я за четырех местным столиком, поближе к розетке, так сказать. И сейчас добрая половина стола была занята вчерашними заказами. Шесть бокалов, несколько стопок и кальян, со слабо тлеющими угольками.

М-да, и как я еще на ногах держусь? Ладно, шесть бокалов мохито, – это мелочи, но запить все это тремя стопками текилы… Теперь понятно, почему я уже несколько часов подряд пью кофе, спать хочется неимоверно.

– Прошу прощения, но для крепких напитков еще рано, а кофе у меня пока еще есть…

– Но он же, скоро закончится, – миролюбиво заметил мужчина, – можно присесть?

Внимательно взглянув на него, я не смогла найти причину, по которой могла бы ему отказать.

Определенных корыстных намерений у него не было. Выглядел он вполне прилично, я бы даже сказала солидно. Навскидку ему было лет сорок-сорок пять, увы, с определением возраста у меня были явные проблемы.

– Как вам угодно, – пожав плечами, подвинула кальян поближе к себе.

Уголек уже начал затухать, поэтому нужно было прилично потрудиться, что бы вновь вернуть его к жизни, увы, манипуляции со щипцами мало что дали.

– Вам ведь это не нравится, – вдруг заметил мужчина.

Удивленно посмотрев на него, не смогла сдержать улыбку, он прочел меня слишком легко. Неужели это понятно с первого взгляда?

– Извините, но меня с детства учили, что с взрослыми незнакомыми дядями, общаться нельзя.

– Константин, и можно на ты.

– Алевтина.

– Довольно редкое имя, – заметил новоявленный знакомый, – и все же, почему вы курите?

– Мне нравится наблюдать за процессом приготовления. И не важно, что из-за этого меня мучают головные боли.

Он усмехнулся каким-то своим мыслям, но, внезапно приняв серьезное выражение лица, пристально на меня посмотрел.

– Что вы здесь делаете?

Это было странно, но отчего-то мне казалось важным ответить ему, рассказать всю правду, пожаловаться на сурового упертого родителя и злую расчетливую мачеху. Тряхнув головой сбрасывая наваждение, все же выложила частичную правду, не видя смысла врать.

– Ищу работу…

Не договорив, отвлеклась на всплывшее, на экране ноутбука сообщение.

Очень мило со стороны подруг все же вспомнить о моем существовании. Ведь с момента моего ухода ни одна из них не удосужилась мне хотя бы позвонить.

Их не волновало, добралась ли я до дома, и решилась ли, наконец, поговорить с отцом. Поэтому и меня абсолютно не волнует, что они в очередной раз от меня хотят. То, что подруги писали только тогда, когда им была нужна моя помощь, я знала, но отказать не могла.

– А если я предложу вам работу и крышу над головой, пообещав высокий оклад, что вы ответите? – внезапно спросил Константин, отвлекая меня от отнюдь не радужных мыслей.

– Скажу, что это слишком подозрительно.

Черт. На вид такой располагающий к себе мужчина, а на деле… Неужели я нарвалась на маньяка?

Еще раз, придирчиво осмотрев на мужчину, я была вынуждена отказаться, прекрасно понимая – бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

– Я все же оставлю вам визитку. До скорых встреч, Алевтина.

Оставшись одна, принялась искать квартиры с посуточной оплатой, ведь уже завтра я планировала ночевать в своей родной и уютной кровати.

Пожалуй, сегодня в этом мире виноваты все, кроме меня, любимой. Виноват риелтор, полтора часа водивший меня по самым злачным местам Москвы. Арендодатели, которые хотели слишком много и слишком часто. Таксисты, не умеющие предугадывать пробки, и подруги, которые без устали названивали последние два дня, разряжая телефон до критической отметки.

В итоге риелтор содрал с меня кругленькую сумму, квартира оказалась более чем невзрачной, благо в ней не так уж и давно делали евро ремонт.

Как назло, время было уже давно за полночь, и ни в одном нормальном круглосуточном магазине алкоголь не продавали. Пришлось заказывать пиццу, зато вместе с ней мне привезли апельсиновый сок, что тоже, в общем-то, неплохо. Можно было и вовсе обойтись без лишних калорий, но, говорят, жилье нужно обмыть, что бы удача сопутствовала новым хозяевам.

До отца, между прочим, так и не дозвонилась, оставалось лишь надеяться, что он не уехал в незапланированный отпуск.

И почему мне никто не сказал, что искать работу так тяжело? Да меня даже официанткой отказались брать в приличное кафе, мотивируя свой отказ отсутствием опыта. А где его взять, этот опыт, если без него никуда не берут, но все его требуют?

Решительно плюнув на свою гордость, я все же решила съездить домой. Каково же было мое удивление, когда обнаружила на дверях новые замки.

Не переставая уповать на несправедливость этого мира, раз за разом набирала отца, все еще надеясь на глупую ошибку, но телефон не отвечал.

Похоже, теперь мне и впрямь придется научиться жить самостоятельно. Неофициально устроившись на автомойку, я тихо-мирно вела свое существование, практически оборвав связь с внешним миром.

Единственные подруги быстро довели меня до ручки, потребовав оплатить счет в клубе практически в три часа утра. В былые времена я бы безоговорочно помогла девочкам, с которыми просидела за одной партой не один курс мединститута, но не сейчас, когда от керхера руки болели так, что по утрам расплескивался кофе, настолько сильно они дрожали.

Мой первый месяц свободного плавания подходил к концу, а вместе с ним таяли и мои финансы. Заработная плата, которую по факту должны были выплачивать каждую неделю, не спешила озолотить мои руки. Начальник всячески меня избегал, а ребята в боксе смущенно отводили глаза.

Веселая у нас страна. И хозяйка квартиры тоже веселая, звонит не переставая. Неужели хочет поздравить с праздником Ивана Купалы? Хотя, скорее, боится, что купаться полезу, не дай бог мавки позарятся да под воду утащат. Кто тогда ей счета оплатит?

Интуитивно ощущая надвигающийся армагедец, я оттягивала разговор с Валентиной Александровной, сколько могла, но совесть взяла свое.

И чего это я раньше времени панику поднимаю? Ну, подумаешь, за месяц проживания хозяйка ни разу не звонила, может, случилось что… всякое ведь бывает, правда?

– У тебя есть три дня, чтобы освободить квартиру. В среду приезжает моя племянница, не на вокзале же ей ночевать?! – быстро прогундосила женщина бальзаковского возраста и бросила трубку.

А то, что на вокзале могу оказаться я, не страшно. С кем не бывает.

Допивая в зоне отдыха отвратительно горький кофе, пришла к выводу, что терять мне особо не чего. Поэтому я вполне могу позволить себе уйти пораньше. И не важно, что рабочий день начался всего пару часов назад. Я личность творческая, мне нужны воздух и солнышко, а в этих боксах все, что можно заработать, это болячку на свои горячо любимые ножки.

А может, ну ее эту работу, а? Все равно толку от нее, похоже, не будет.

Через час, все работники сервиса с открытым ртом лицезрели, тлеющую форму, о чистоте которой так пекся владелец автомойки.

Дома первым делом я принялась обзванивать оставшихся друзей, надеясь, что те войдут в мое положение. Тщетно, товарищи один за другим давали односложные ответы, уповая на вселенскую занятость и строгих родителей. Врали, понятно же.

Внезапно я вспомнила о визитке, оставленной Константином в самом начале лета.

– Да не-е-ет…– с сомнением в своих умственных способностях, протянула я. – Я же не дура.

Гипнотизируя края черного пластика, на котором багряным золотом был выведен номер мобильного телефона, я честно пыталась найти другой выход из ситуации. Но, ничего так и не придумав, решила позвонить.

– Здравствуйте. Константин? Это Вас Алевтина беспокоит. Девушка из кафе, вы мне оставляли свою визитку, – произнесла практически на одном дыхании.

– Здравствуйте Аля. Очень рад, что Вы решили присоединиться к нашему дружному коллективу, – раздался в трубке бархатистый мужской голос. – Подъезжайте по указанному на визитке адресу и спросите отдел кадров, там Вам все объяснят и помогут, – добавил уверенно Константин и положил трубку.

***

Интересно, чтобы я делала, окажись он взаправдашним маньяком? Наверняка кормила бы рыб на дне местного лесного озера, которое на всю округу славилось своим необычным уловом. Периодически всплывавшие трупы придавали особую перчинку нашему захудалому городишке, делая его в какой-то мере популярным.

Но вот я стою перед небольшим серым зданием и пытаюсь понять, что это за организация такая, и что я вообще здесь делаю.

– Константин, значит…– тягучим голосом протянул мужчина, с легкой неприязнью изучая меня с головы до пят. – Немного фамильярно звучит, вам так не кажется? – снова окидывая меня взглядом, произнес незнакомец, у которого я пыталась узнать, где отдел кадров.

– Мне нужен отдел кадров, – сдержанно повторила, всеми силами пытаясь не выдать раздражения, вызванного одним из сотрудников организации.

– Мы и есть отдел кадров, – уверенный девичий голосок прозвучал из самого дальнего и темного угла кабинета.

Прищурив глаза, попыталась рассмотреть говорившую. Голос шел из-под кипы бумаг, слегка подрагивающей от ее дыхания.

– Не беспокойся. Она так от начальства прячется, – произнесла миловидная блондинка из-за соседнего стола.

– И ничего я не прячусь, – обиженно запыхтела кипа бумаг.

– Да-а-а? Еще скажи, что не похмеляешься там втихую, – хохотнула блондинка.

– Р-р-р-р!

Эта троица была странной. Хотя нет, само существование этой организации было странным, если не безумным.

– Юлиана, перестань пугать новенькую. Вы ведь пришли к нам на работу устраиваться, я правильно понимаю?

– Да, – растерянно кивнув, мысленно окрестила себя умалишенной.

Ведь, добровольно подписываясь на работу с психами, – можно считать таковым и себя.

– А вы знаете, на какую должность вас взял Константин? – осторожно спросил мужчина.

– Нет, он просто сказал подъехать и найти отдел кадров.

Переглянувшись, сотрудники выжидающе уставились на подозрительно притихшую кипу бумаг. Несколько минут напряженной тишины, и уныло вздохнувшая стопка зашуршала, выпуская из своего прикрытия растрепанную спящую красавицу.

– И нечего орать, я и без вас все прекрасно поняла, – буркнула коротко стриженная брюнетка, отчаянно зевая.

«Да кто кричал- то?» – пронеслось у меня в голове.

– Пойдем, что ли, устрою тебе экскурсию по нашим пенатам.

– А как же…

– Не беспокойся, Алевтина, это стандартная процедура. Подписание договора о найме на работу происходит только после ознакомления с рабочей обстановкой.

Кивнула, мысленно соглашаясь с ее правотой. В конце концов, я ведь до сих пор не знала, кто здесь работает и чем именно они занимаются.

– Скажи, а почему на дверях вашего кабинета написано «Оперативники»?

– Скоро сама поймешь, – с легким весельем в голосе ответила она, задорно стреляя в меня глазами.

Остановившись, оперативница протянула для рукопожатия ладонь.

– Юля.

–– Аля, – пожав руку, я несколько секунд изучала лицо девушки, пытаясь понять, почему разрешила называть себя этим именем.

Она была довольно миловидной, но умело сделанный макияж и светившиеся озорством глаза делали из нее стерву, а таких, как мы, знаем, мужчины любят.

Сотрудница уверенно вела меня вглубь помещения, мимо многочисленных дверей, количество которых вводило в замешательство, ведь по моим подсчетам мы уже давным-давно должны были достигнуть тупика, но коридор продолжал казаться бесконечным.

Миновав обеденный зал с поистине огромным дубовым столом, мы наконец, вышли к массивной двери, которая, как оказалась, вела во внутренний двор.

На веранде за маленьким столиком сидело четверо мужчин, внимательно наблюдавших за тренировкой одетых в камуфлированную форму бойцов.

Мама дорогая, куда я попала?!

Дверь за нашими спинами оглушительно захлопнулась, невольно выдавая наше присутствие.

– Юлиана, рад вас видеть. Как обстоят дела с делом номер пять?

– Плохо, Мастер, никаких зацепок.

Мужчина в строгих очках из черной оправы недовольно покачал головой, вновь устремляя взгляд к тренирующимся.

Пожелав всем удачного дня, мы было двинулись дальше, но были остановлены гневным окриком.

Угловатое лицо, черные волосы, сжатые в тонкую полоску губы, и зеленые глаза выражавшие крайнее недовольство, нашим нахождением на тренировочной площадке, запомнились мне надолго.

– Юля, почему на территории посторонние?

– Простите, Мастер, приказ командира.

– Новенькая? – в голосе мужчины нет ни капли интереса, как и в беглом взгляде, которым он окинул мою скромную фигуру.

– Sajat?*

– Hem.**

Коротко кивнув, мужчина продолжил свой путь, направляясь в сторону тренирующихся парней.

– Юлиана… а, эм… я не совсем уверена…

– Что подходишь нам?

– Как в этом вообще можно быть уверенным, если я до сих пор не понимаю, кто вы, собственно, такие? Раздраженно прервав девушку, на секунду прикрыла глаза, пытаясь таким образом взять себя в руки.

Покусав в нерешительности губы, наконец, смогла подобрать правильные слова:

– Просто боюсь, что меня прикопают по-тихому, если вдруг окажется, что я вам не подхожу…

– О, то есть на офис это больше не похоже?

– Если бы…– буркнула я, с опаской поглядывая на людей, которые в данный момент отрабатывали приемы боевых искусств.

Мамочка, роди меня обратно! Может, еще не поздно передумать?

– Поздно!

С удивлением посмотрела на девушку, которая только что буквально ответила на мои мысли, после перевела взгляд на бойцов за моей спиной, и мне моментально становится плохо от осознания собственного невезения.

– Это секретная служба, да?

– Ага, – весело кивнула Юля.

Кажется, мне пришел писец. Тот, который полный.

–– Нам сюда.

Я так задумалась, что даже не заметила, как мы подошли к двухметровым воротам, на которых висело предупреждение об опасности.

– Сюда ведь хода нет…

– И правильно, – кивнула Юля. – Тому, кто не любит и не умеет общаться с животными, – здесь делать нечего, задерут ненароком.

Пожала плечами, полностью соглашаясь с ее словами. Многие животные своенравны и очень чувствительны к негативным эмоциям, поэтому некоторым и вправду лучше держаться подальше от таких вольеров, если не хотят попасть под горячую лапу.

– А что там за животные? – с интересом спросила я, вытягивая шею.

– Сама увидишь.

Загадочно улыбнувшись, она открыла засов на тяжелой металлической двери и, предоставив мне, возможность первой ступить на территорию к животным, вошла следом, наглухо запирая дверь.

В загоне было довольно тихо, а еще там гораздо больше растительности, чем снаружи. Кусты, деревья и высокая трава говорили о том, что проживающие здесь животные любили прятаться, оставалось только надеяться, что здесь нет змей, иначе эту работу я покину очень быстро и в бессознательном состоянии.

Тихий хруст веток привлек мое внимание, заставляя замереть на месте. Домашние питомцы себя так не ведут.

– Ю-ю-юль! – паника захватывала мое сознание, и я, отбросив фамильярность, принялась взывать к девушке, которая, собственно, и привела меня сюда.

– Не бойся, – решительно ступив вперед, ответила оперативница, направляясь к затаившемуся животному.

Опустившись на колени и протянув руку в сторону шевелящихся кустов, – тихим размеренным голосом произнесла:

– Успокой свои эмоции, ты его пугаешь.

Нормально, да?

Кое-как совладав с эмоциями, отступила назад, так было гораздо удобнее держать себя в руках, да и, если честно, безопаснее.

Спустя несколько секунд к нам навстречу вышел черный лев, популяцию которого совсем недавно внесли в Красную книгу.

Увидев это чудо природы, я позабыла о своем страхе, подступила ближе, желая, как и девушка, запустить руку в роскошную гриву, и ощутить вибрации, которые издавало это животное при мурчании.

– Это нереально… – выдохнула я.

Глава 2

– Интересно, что же ты скажешь, когда увидишь остальных, – хмыкнула оперативница, а потом, помолчав, добавила: – Это Кай, вожак прайда.

– Прайда…– заторможено повторила я. – Подожди, их что, здесь много?

– Да, можно сказать, это их земли. Дальше владения пум, севернее хозяйничают волки и прочие хищники. И если присмотреться, то на деревьях можно заметить лемуров.

Что же, теперь хотя бы понятно, чем питается местный царь зверей.

– Но вольеры ведь маленькие… как здесь уживается такое количество животных?

Девушка подняла на меня полный решимости взгляд и, не переставая чесать льва за ухом, спросила:

– Алевтина, ты веришь в магию?

– Что? – переспросила я, уверенная, что ослышалась.

– Эти загоны, как и наш дом, были подвергнуты пространственной магии, ты ведь заметила, что дом изнутри выглядит больше, чем снаружи?

И хоть на этот вопрос хотелось ответить положительно, я покачала головой, теперь уж точно уверившись в психическом расстройстве окружающих.

– Большинство незрячих не могут видеть то, что сейчас увидишь ты.

Время остановилось.

Я как завороженная следила за приближением хищников, решивших покинуть свое укрытие.

Но отнюдь не они вызывали во мне чувство первозданного ужаса, меня бросало в дрожь от проникновенного звериного взгляда оперативницы, чьи глаза из сочной зелени превратились в расплавленное золото с вертикальными зрачками – щелками.

Происходящее никак не желало укладываться в голове. Мысленно я принялась молиться всем известным мне богам и архангелам, моля их вызволить меня отсюда.

Но чуда не произошло. «Чудо», закрыв глаза и воспользовавшись дыхательной гимнастикой, подступило ко мне уже с совершенно нормальными глазами.

– Пора показать тебе второй вольер.

– Знаешь, что-то мне не…

– Не спорь Алевтина. Так надо, – произнесла оперативница твердым голосом.

Поняв, что от меня так просто не отстанут, пока не покажут все. Сжав кулаки, первая направилась к выходу из вольера, желая как можно скорее выполнить все, что она хочет, а после отправиться домой, надеясь забыть обо всем, как о страшном сне.

За оградой мне стало легче, вроде бы… я не уверена, ведь все на что была сейчас способна, это невидяще смотреть себе под ноги, раз, за разом вспоминая пугающие глаза оперативницы.

– Это ты еще с красноглазками не сталкивалась, вот там страх полнейший!

– Кто такие красноглазки? – безжизненным, без эмоциональным голосом спросила я.

– Мелкие демоны, поглощающие душу человека, тем самым временно занимая ее место для исполнения собственных нужд.

– А, понятно.

– М-да, шок на лицо, – обреченно вздохнула Юля, – опять мне достанется от Костяныча за то, что травмирую нежную психику его новой протеже.

– Кто такой Костяныч?

– Так Константин же, просто из-за его родословной все зовут его именно так.

– А что не так с его родословной?

– Так он же правнук Кощея!

Нервно хмыкнув, ступила в распахнутые двери второго вольера, будучи свято уверена, что теперь-то уж точно готова ко всему.

– Пойдем, я думаю, здешние обитатели тебя сильно удивят.

Не переставая щипать себя за руку, послушно шла за оперативницей, желая как можно скорее закончить.

К сожалению, боль была вполне реальной в отличие от того, что предстало перед моими глазами. Внезапно все поплыло, и свет померк.

Просыпаться совершенно не хотелось.

Позволив себе поваляться еще какое-то время, все-таки открыла глаза и в ужасе уставилась прямо перед собой. В ужасе, потому что не припомню, чтобы накануне я делала ремонт в квартире. А он был. Вот прямо свеженький и такой одновременно «старенький». Ну, точнее сказать, косил «под старину».

Первой мыслью было классическое в таких случаях «я, конечно же, сплю», но уже второй «ой, мамочки, это, по ходу дела, реальность». И эта вторая пришла сразу же после того, как я пребольно ущипнула себя за руку. Это тоже классический прием, по крайней мере, так поступают во всех книгах, если что-то вдруг идет не так.

Все еще безумно тараща глаза, с нотками паники и восхищения рассматривала комнату: огромная кровать, два на два, не меньше, и я, кстати, сейчас на ней сижу; отделанная под старину мебель, тяжелые портьеры на стенах и темные, нагонявшие жути, картины на стенах.

Бр-р…

В комнате царил полумрак, оттого я не сразу заметила чужое присутствие.

Усомниться в реальности произошедшего мешал один ма-а-аленький нюанс, сидевший в кресле подле моей кровати.

Мужчина со скучающим выражением лица, взглянул из-под опущенных ресниц, бегло оценивая мое состояние. Поднявшись, направился в сторону двери, обронив напоследок:

– Наконец-то выспалась…

И уже совсем тихо:

– Думал, сдохла.

– Вообще-то, я все слышу! – мгновенно отреагировала, на его высказывание.

Мужчина резко подскочил, и дверь с оглушительным грохотом за ним захлопнулась, отдавая острой болью в моей голове.

Ой, мамочки! Это что вообще такое? Это что сейчас было? Это как так вышло? Где я? Нормально, да? И что я ему вообще сделала, спрашивается? Получается, он все это время сидел и смотрел, как я сплю?! А если у меня во время сна слюни текли, или, может, я и вовсе храплю? Стыдно- то ка-а-ак….

– Эй, мужик. Выпусти меня, слышишь! Выпусти, говорю немедленно! Мне на работу надо, на новую…

И осеклась, вспомнив, что это и есть та самая новая работа. И все сразу как-то встало на свои места. Помнится, меня так впечатлило увиденное, что, видимо вырубило. Ну хоть не прикопали по-тихому, и то хорошо.

Вспомнились события до того, как я так бессовестно потеряла сознание. Лев, пумы, лемуры… Юлиана с ее трансформацией и бойцы на тренировке. Неужели все это, правда и магия существует?!

Эх… а ведь я, как и все дети в одиннадцать лет, ждала сову из Хогвартса… и когда вместо него, мне вновь пришлось идти в надоевшую школу, – моя вера в магию иссякла. Да если бы я только знала!

Мои мысли прервал стук в дверь. В проеме показалась растрепанная макушка Юлианы, а потом и она вся.

– Наконец-то ты очнулась, я уже думала, мне придется тебя здесь до утра караулить.

– Только не говори, что я проспала весь день!

За окном уже и вправду сгущались сумерки, и мне стало немного неуютно оттого, что обременяю людей своим присутствием, но Юлиана, решительно вошедшая в комнату, махнула рукой.

– Ты проспала целые сутки, так что еще двенадцать часов я бы уж как- нибудь выдержала, – при этих словах девушка нервно хмыкнула.

Кажется, у меня начал развиваться нервный тик, слишком уж часто в компании оперативницы у меня дергается глаз.

– Ско-о-олько?!

– Не кричи, пожалуйста, у меня и так голова раскалывается. Твое состояние полностью соответствует норме. Просто тело перестраивалось под дар, который до этого момента спал глубоко внутри, – ответила Юлиана, чуть поморщившись.

– Дар? – недоверчиво хмыкнув, я ненадолго замерла, прислушиваясь к внутренним ощущениям, – О чем ты? Я ничего не чувствую.

– И не должна… это придет позже, а пока наша с тобой задача – понять, что ты умеешь. Позволишь? – Крепко обхватив теплыми руками мою ладонь, девушка зажмурилась.

Несколько томительно долгих минут ничего не происходило, а после у меня затекла рука, и голова разболелась пуще-прежнего.

– Ничего… я ничего не вижу…

В ее зеленых глазах читались тревога и растерянность, а в моей душе укреплялась вера в собственной безнадежности.

– Я безнадежна, да?

Устав сидеть в тишине, все же задала мучавший меня вопрос, ответа на который у оперативницы по-прежнему не было. Но сейчас мне казалось, что если не спрошу, не узнаю точно… то, просто сойду с ума, не смогу жить спокойно, зная, что магия все же существует… А меня обошла стороной, опять. Сначала сова, теперь вот это вот! Безобразие!

Помнится, в какой-то момент в своей жизни я возненавидела книги. Книги, в которые с самого детства была влюблена по уши, которыми жила, дышала, и была готова перечитывать по несколько сотен раз… Я настолько привыкла избегать реальности и тонуть с головой в поистине сказочных историях, что неосознанно принялась ждать чуда. Верила в него, так, как дети верят в Деда Мороза. И тем сильнее было разочарование… Поэтому сейчас от ответа Юлианы зависело многое. Мое хрупкое равновесие, практически смысл жизни, который я упорно не видела без своей хоть и глупой, но согревающей сердце, веры.

– Нет, возможно, я просто еще не встречала людей с таким даром… Увидев, что ее слова не возымели на меня должного эффекта, брюнетка поспешила меня заверить: – Поверь, – ты одна из нас, Константин не ошибается.

Этого было мало,… но вполне достаточно, чтобы не умереть от любопытства, а после я надеялась все же поговорить с местным начальником, который по совместительству был еще и правнуком Кощея. Надо же, как говорила Алиса из Страны Чудес, – «Все чудесатее и чудесатее».

Только подумать – настоящий Кощей! Здесь, в России!

– Кстати, о нем… слушай, а он и в правду бессмертный?

– Ну… – Оперативница отвела глаза и, повернувшись к окну, стала вглядываться в свинцовое небо,. – Все мы смертны, Алевтина, но он все же проживет чуточку дольше…

В ее голосе слышалась затаенная грусть, а фигура, которой позавидовала бы любая девушка, сейчас выглядела уставшей и сгорбленной, словно на плечах этой молодой девушки лежал непосильный груз.

– Ты права, Аля, ноша действительно слишком велика для меня…

Вздрогнув, я плотнее закуталась в одеяло, внезапно ощутив себя полностью обнаженной перед этой… магичкой. А ведь я тогда приняла ее слова за шутку. Неужели она и вправду умеет читать мысли?

– Умею, – все еще не глядя на меня, кивнула она, тем самым подтверждая мои слова. – И ты себе представить не можешь, как же это неудобно!

– Но почему? – искренне удивилась я, – Это ведь столько возможностей!

– И никакой личной жизни! – зло отрезала Юлиана, поворачиваясь ко мне лицом.

Сейчас я не видела в ней ту роковую красотку, за которой штабелями вились мужчины, как и не видела той, которая проявила себя в том вольере. Сейчас передо мной стояла самая обычная женщина, у которой на душе скребли кошки. Ее глаза были полны печали и боли… боли, которой она не готова была поделиться с другими.

***

Константин заглянул справиться о моем самочувствии, когда на небе уже стали появляться первые звезды. Извинившись перед Юлианой, которую все по-простому звали Юлей, он отпустил ее домой, поблагодарив за лишние хлопоты.

Уже несколько минут мы сидели в абсолютной тишине. Правнук Кощея подбирал правильные слова, а я… я витала в своем собственном мире, представляя, как сильно теперь изменится моя жизнь.

– Этот мир довольно жесток, вам так не кажется? – внезапно спросил мужчина, нарушая тишину.

Кивнула, полностью соглашаясь с его мнением. Увы, этот мир прогнил: люди перестали доверять друг другу, участились случаи терактов и насильственных смертей, бунты, грабежи, и природа, которая бунтует вместе с этим миром. Порой мне кажется, что всем нам не хватает сильной встряски, события, которое заставило бы нас отринуть рутину, снять розовые очки и зажить по-новому. Но, все идет своим чередом. Ничего не меняется, ничто не развивается, и от этого становится немного грустно. Пусть в душе я все еще ребенок, который упорно не может понять, почему при наличии денежных печатных станков страны не могут вылезти из нищеты. И хотя, где-то в глубине души я все же знаю ответ на этот вопрос, но просто не хочу его принимать. Я верю, что мир измениться, если люди того захотят. Ведь мир – он внутри нас.

– Мир, в котором есть магия, намного хуже.

– Почему? Ведь знай, люди о магии, они бы смогли избежать многих проблем.

– Ты веришь, в добро и зло?

Я вновь кивнула. Трудно было не верить в такие вещи, когда люди уже давным- давно поделились на плохих и хороших.

– Есть маги, которые считают себя выше других. Они мнят себя богами, у которых есть право вершить правосудие. А также есть магзвери, с частью которых ты уже успела познакомиться в нашем питомнике.

– Почему вы их не убьете?

– Потому что мы не звери, Алевтина. Не мы даровали им жизнь и не нам ее забирать.

Как по мне, если существо источает угрозу, – от него стоит избавиться, во избежание, так сказать. Да, животных, несомненно, было жаль, но от одной только мысли, что из-за магических существ могут пострадать невинные люди, бросало в дрожь.

– Я не совсем понимаю ваш мир, – покачав головой, тихо произнесла я, тем самым показывая свою позицию в данном вопросе.

– Вы привыкните. – Миролюбиво улыбнувшись, Константин протянул мне желтые бумажные папки, которые сжимал все это время. – Ознакомьтесь с этими документами.

Я не спешила что-либо брать из его рук, поскольку меня все еще мучили сомнения, которым я не могла найти логического объяснения.

– Могу ли я отказаться от такой участи?

Да, я всю жизнь верила в магию, более того хотела стать частью ее, но… Почему-то сейчас реальный мир вызывал у меня лишь липкий ужас, вырисовывавший в голове отнюдь не радужное будущее.

– Вы уже часть этого мира, после осознания, вы не сможете жить, так, как жили раньше. Но вы все еще можете отказаться от работы с нами.

– Может, наконец, объясните, чем вы тут занимаетесь? Кощей… простите, не знаю, как вас по батюшке…

Правнук Кощея хмыкнул, и поскольку я так и не взяла бумаги из его рук, аккуратно сложил их на краю кровати, интуитивно стараясь держать между нами дистанцию.

– Вячеславович, – любезно подсказал он,. – Но можете просто называть меня Константин, так все же привычнее.

Кивнула и, покосившись на документы, не могла не спросить:

– Что там?

– Ответы на все ваши вопросы. Загадочно улыбнувшись, он покинул помещение, сославшись на позднее время.

Вероятно, даже бессмертным нужен сон. Я же, после длительного обморока, чувствовала себя слишком бодрой, чтобы последовать его примеру, поэтому принялась штудировать оставленную мне литературу, которая оказалась очень занимательной, ведь все, что там было описано руками старательных оперативников, больше походило на сказку, нежели на отчет о проделанной работе.

К примеру: Оперативница Юлиана с кодовым именем Ветерок, имеющая редкий уникальный дар убеждения, смогла убедить ренагавка – человека, который питается исключительно эмоциями, – присоединиться к группировке нелюдей, именующих себя Антимагической контрразведкой. Далее шли подробные описания учиненных бед, приписки о нарушении Магического закона о Ведьмовстве…

Как оказалось, ренагавк был сущим ребенком, который родился и вырос в сиротском приюте. Мать, которая до этого работала там воспитательницей и по совместительству нянькой, понесла от директора приюта и после родов позорно сбежала, опасаясь осуждения со стороны. Ребенок рос нелюдимым,… и это сыграло с ним злую шутку. В голоде и холоде раньше положенного срока организм, спасая носителя силы от вымирания, пробудил свои чудовищные способности. Тогда-то и произошло первое убийство. Произошедшее списали на горячку, которая в те дни сморила половину приюта… никто даже не удосужился вызвать медиков, да и те бы ни за что в жизни не догадались, о причине летального исхода.

Ребенка было откровенно жаль, ведь, по сути, он ни в чем не виноват. Винить следовало лишь мать, которая беспощадно бросила одаренное дитя.

Руководители Антимагической контрразведки были полностью со мной солидарны, поскольку далее в отчете описывались реабилитационные часы и помощь в раскрытии дел, в котором, собственно, и участвовал уже вполне контролировавшии свои эмоции шестилетний мальчик.

В папках были и другие похожие случаи с участием всех оперативников данного отдела, из отчетов которых мне стало вполне понятно, для чего мужчины на заднем дворе отрабатывают различные приемы.

Если во мне обнаружится дар, который может быть полезен для данной организации, тренировки, тесты и испытания – это то, что ждет и меня. Все это было прописано в договоре, который лежал в последней папке.

В документе были вереницы заумных правил для посвященных в тайну Волшебного мира, нарушение которых строго каралось Ведьмовским Судом. Далее оговаривались обязанности сторон, и срок подписания контракта. Пожалуй, это было самым странным – контакт был бессрочен. Проще говоря, поставив подпись, я обязывалась посвятить этой работе всю свою жизнь.

Расписывалась я без малейшего сожаления и колебания. Во мне не изменилось абсолютно ничего, разве что только мировоззрение, которое поменялось сразу после прочтения десяти отчетов. Все они были разные, с плохим концом или хорошим, но теперь каждого посвященного, осознавшего или и вовсе магзверя не хотелось убить во избежание. Теперь их хотелось спасти, ведь каждый из них, по сути, был маленьким потерявшимся ребенком в этом огромном мире, и наша задача оберегать их от опасностей своего сознания.

Теперь, когда у меня была работа и крыша над головой, я съездила на съемную квартиру и забрала свои вещи. Мои красивые и дорогие платья, обувь и прочие нужные и милые моему сердцу штучки, которые разместились в двух чемоданах теперь, как и я, весело стуча по дороге, отправлялись со мной в другую жизнь, туда, где есть магия, странные люди и магические животные. Мне выделили ту самую комнату, в которой я очнулась после того, как упала в обморок, и теперь, несмотря на предстоявшие мне трудности и освоение дара, я была счастлива.

Дни протекали странно и довольно быстро. Сразу после подписания договора меня безбожно бросили в самую гущу тренировок, и если вы думаете, что единственную девушку хоть кто-то попытался пожалеть, то вы ошибаетесь. Как самую слабую, меня гоняли вдвое больше остальных, и никого не волновало, что я не могу сделать правильный захват или повалить соперника, и не важно, что мой оппонент весит каких-то сто килограмм, не можешь – значит, недостаточно стараешься.

Что-то все же у меня получалось, и это придавало сил и энтузиазма настолько, что на тренировку я шла с предвкушением, безнадежно пытаясь скрыть улыбку. Это трудно объяснить, но мне и правду нравилось чувствовать себя разбитой в конце дня, нравилась тянущая мышечная боль, которая по утрам буквально приковывала к постели, а еще мне просто нравилось то, что я делаю. Впервые в жизни я почувствовала себя комфортно, и если бы не косые взгляды Мастеров и отряда быстрого реагирования, то я бы с уверенностью могла сказать, что чувствую себя здесь как дома.

Как-то незаметно для себя я оказалась на кухне, где впервые в жизни, не без помощи интернета, конечно, приготовила обед. Как ни странно – получилось вполне вкусно. Никогда не считала готовку главной обязанностью каждой женщины, и отрицательно относилась к тем людям, которые считают, что место женщины на кухне… Но, видя, как взрослые мужчины, которые мне в отцы годятся, идут за добавкой, я определенно испытывала приятные эмоции. Наверное, именно поэтому на следующий день мне хотелось удивить их чем-то особенно вкусным, и, отмечая благодарные взгляды изголодавшихся бойцов, я решительно взяла готовку в свои руки.

Таким образом, я нашла общий язык с некоторыми людьми, которые тут же взяли меня под свою опеку. Для них я была ребенком, которую в шутку называли дочерью полка. Меня принялись всячески оберегать от тех, кто хоть раз проявлял ко мне интерес. Это было странно… но почему-то с этими великовозрастными мужчинами я себя чувствовала лучше, чем в компании сверстников. Никогда не думала, что истории из далекого прошлого, могут быть не просто интересными, но и поучительными. Никогда не любила слушать о том: «Как же хорошо жилось в Советском Союзе». Прошлого не вернуть, для страны это экономически не выгодно, поэтому горестно вздыхать, вспоминая былое, с моей точки зрения было глупо. Но… эти мужчины, которые прошли жизнь буквально вдоль и поперек, рассказывали интересные, немного босяцкие истории, от которых все понимающе смеялись… а я впервые в жизни делала выводы и запоминала, не желая становиться на те же грабли.

Самыми тяжелыми часами для меня оказались ежедневные тренировочные работы с Мастерами. Им я не нравилась больше всех. Я была слабым звеном, а значит, занозой в их заднице. Особенно тяжко было при работе с оружием. Казалось бы, зачем одаренным огнестрельное оружие? Этим вопросом задавалась каждый божий день, когда скрипя зубами, без помощи интернета, на одном единственном показанном примере я разбирала, чистила и заново собирала начищенное до блеска оружие. Как бы это смешно ни звучало, но у меня постоянно оставались лишние детали. При виде такой вопиющей бездарности у Мастера, отвечающего за «огнестрелку», начинал нервно поддергиваться глаз. Он не стеснялся в выражениях и не гнушался бить меня по рукам каждый раз, когда я что-либо делала не так. Самое обидно, что, когда у меня, наконец, начало получаться, я не услышала ожидаемой похвалы, а лишь заработала очередное язвительное замечание. Теперь мне требовалось разбирать и собирать оружие на время.

– Зачем? – не выдержав, спросила я, раздраженно отбрасывая шомпол.

– Затем, что оружие иногда дает осечки. В основном это происходит из-за неосторожного обращения или износа частей. Это не игрушка, про которую можно забыть, убрав в нижний ящик стола, ему нужен постоянный уход, – отстраненно ответил Данияр, осматривая мою работу.

Глава 3

За считанные секунды, разобрав пистолет Макарова на детали, он вновь придвинул их ко мне.

– Еще раз.

– Я спрашивала не про чистку, читала о причинах осечки и их предотвращении. Не могу понять, почему я должна уметь разбирать и собирать оружие на время?! Раздражение все еще скользило в моем голосе, но я покорно взялась за свою работу, чертыхаясь, каждый раз, когда из-за перепачканных в смазке пальцев, то и дело выскальзывали мелкие детали.

– Ты еще не освоила свой дар, а значит, после обучения присоединишься к группе быстрого реагирования. А за стенами этого здания случаи бывают разные, поэтому время – это то, чего у нас нет. Учись!

Мастер ушел, как обычно не оставив мне задания, но я-то уже знала, что лучше будет посидеть еще пару – тройку часов, практикуясь в обращении с оружием, чем с утра получать нагоняй за то, что я, оказывается, не усвоила.

Уже на выходе из здания, мужчина вновь обратил на меня свое внимание.

– Ты и правда читала про осечки?

Молчаливо кивнула, а Мастер, никак не прокомментировав мой ответ, вышел в ночь, спеша к своей семье.

И хоть он ничего и не сказал, на моих губах невольно появилась улыбка, ведь сегодня в его глазах я впервые увидела одобрение.

Я реально думала, что, овладев необходимой информацией, тут же стану отличным стрелком? Ну-ну…

Хотя, казалось, всего-то и требовалось: встать в стойку и навести оружие на мишень, которую для новичков ставили специально всего в двадцати пяти метрах от стреляющего.

«Тут попадет даже слепой!» – ухмыльнулась я, поэтому, не особо целясь, выпустила в мишень всю обойму.

Но все оказалось не так-то просто. Руку ощутимо подбрасывало вверх при каждом нажатии на спусковой крючок, отчего я отчаянно боялась не попасть в желаемую десятку.

Из двенадцати пуль ни одна не попал в цель… Разочарованию моему не было предела.

М-да… а не стоит доверять боевикам, чьи герои, имея стальные яйца и непоколебимую волю, могут стрелять не метясь.

За эту выходку Данияр отвесил мне ощутимый подзатыльник, а после, заняв место по левую руку от меня, приказал:

– В стойку!

– Но…

– Я сказал, в стойку!

Послушно выполнила его указание, и тут же охнула от боли, чудом не выпустив из ослабшей руки пистолет. Кажется, только вчера мы учили, как правильно нужно держать оружие такого плана.

Досадливо поджимая губы, мужчина ушел, не оставив мне никаких распоряжений, что означало лишь одно – Мастер находится в крайней степени бешенства.

А мне впервые в жизни стало обидно до слез, ведь я и вправду была уверенна, что смогу сделать выстрел без фиксации руки, в которой, собственно, и находилось оружие.

Вчера я не раз получала за то, что, фиксируя руку, неосознанно поднимала локоть. В такой позиции мне и вправду было удобно, чувствовалось напряжение мышц, и это придавало некоторую уверенность… Но как, оказалось, так выставлять руку могли лишь те, кто безрассудно желал ее лишиться.

Мне доходчиво объяснили, что так делать нельзя, и настолько хорошо продемонстрировали, что рука ныла до сих пор, а локоть пришлось смазывать на ночь охлаждающей мазью.

Тогда-то я и решила все сделать по-своему, будучи полностью уверенной в своих силах. Вот только кого этим я хотела удивить?

Утерев непрошенные слезы, принялась собирать гильзы, прекрасно помня, что бывает с теми, кто позволяет себе загрязнять двор. Их отправляли в вольер с земными животными. И хоть те не обладали мистическими способностями, но все же ощутимо доставляли провинившимся проблем.

Попав в свою комнату, к которой прикипела всей душой, тут же принялась чистить оружие. Это занятие вошло в привычку с того самого дня, как, расписавшись за него в специальном журнале, получила его в личное пользование. К оружию прилагались две коробочки из плотной бумаги, в которых, собственно, и находились патроны. Казначей недвусмысленно намекнул, что их сохранность будет проверять лично, прекрасно зная, сколько расходуется патронов на каждом занятии.

Придав оружию должный вид, принялась убирать свою комнату, которая казалась маленькой лишь на первый взгляд. Она не была увеличена пространственной магией, как все стены этого дома, ей это просто не требовалось. Большая просторная комната, с поистине огромными окнами, за которыми возвышался забор из бетонных блоков, навевавший тоску, но не настолько, чтобы отказать себе в желании во время дождя распахнуть створки и усесться на подоконник, блаженно вдыхая чудотворный аромат. Между кроватью и окном стояла тумбочка, а у противоположной стены трюмо, сколоченное, вероятно, еще во времена Советского Союза, но не потерявшее от этого своей ценности.

Каждая девушка с раннего детства мечтала о таком столике, и сейчас вытирая пыль с покрытой лаком поверхности, я улыбалась, вспоминая, что у той девочки из рекламы двухтысячного года, туалетный столик был намного хуже.

Закончив с комнатой, направилась вглубь помещения. Там, через семиметровый, ничем не освещаемый коридор, я попадала в такую же темную ванную комнату. Стены коридора и ванной были выложены камнем, что придавало этому месту еще больше мрачности. Единственным источником света были софиты, расположенные над зеркалом, подходить к которому первое время мне было страшно, ведь раковина выполнена из черного мрамора, и, поскольку я приподняла софиты, чтобы они на чуточку больше озаряли ванну, раковина казалась сплошной черной дырой. Когда в первый день уронила туда наспех снятое кольцо, то подумала, что оно было мне не так уж и дорого. В ванной комнате так же имелась стиральная машинка, которая прекращала работать разве что ночью. Помимо моей комнаты спальных мест оказалось примерно десять, вроде бы были еще две комнаты, но все домочадцы старались обходить их стороной. Невзирая на число проживающих, в общем распоряжении были всего один душ, и одна стиралка, так что я миролюбиво позволила парням пользовать своей, прекрасно понимая их желание постирать вещи после длительной тренировки.

В целом, ванная комната была идеальным местом для любителей романтики, вот только романтик из меня никакой, а вот любитель ужасов – замечательный. Именно поэтому после принятия ванны любитель ужасов в пугающей темноте, стремительно сверкая пятками, бежал в сторону спасительного света.

Я не верила в призраков и чудовищ, но находиться в темноте было неуютно. Начинало казаться, что кто-то там, за спиной, следит за каждым моим движением и только и ждет того, когда его жертва, замешкавшись, позволит себя утащить во мрак… кхм, в моем случае под ванную, поскольку других нор для предполагаемых чудовищ в комнате больше не было. Разве что стиральная машинка, которая работала по ненормированному графику.

Вдалеке хлопнула дверь, извещая о нежданном госте. Короткий перестук каблуков, и вот уже черная макушка девушки виднеется в проеме коридора.

– Аля, ты там? Давай собирайся, мы идем на задание.

– На задание?! Здорово! – воскликнула я излишне радостно, даже не представляя, что меня там ждет. Но, тем не менее, быстро собралась и направилась к общему месту сбора.

Честно скажу, от первого в своей жизни задания я ожидала большего. Вся моя работа заключалась в наблюдении за объектом, и все бы ничего, но, чтобы одиноко сидящая девушка не вызывала подозрений, мне выделили напарника, Николая. Этот мужчина был частым гостем у Константина, и хоть характер его оставлял желать лучшего, свою работу он знал назубок. Манера общения, походка и взгляд, которым он сканировал пространство, выдавали в нем рабочую машину, в чьей жизни не было места обыденным прелестям жизни. Про таких говорят – «женат на работе».

– Может, расскажете, как Константин Вячеславович нашел вас?

С минуту подумав, решила рассказать лишь малую долю правды, решив умолчать о деталях нашего знакомства. Такие детали в нашем мире воспринимали предвзято, обо мне и так уже ходили малоприятные слухи. Откуда у них растут ноги, я, конечно, догадывалась, но без доказательств предъявить ничего не могла.

На объекте мы сидели уже вторые сутки, и поскольку мне достался не самый разговорчивый в мире напарник, я чувствовала, что потихоньку начинаю засыпать. Решительно встав и потянувшись, обернулась к мужчине и предложила:

– Не хотите пройтись?

Вначале отрицательно покачал головой, а после, будто о чем-то вспомнив, поднялся, решительно направляясь в сторону стоявшего невдалеке супермаркета.

Достав телефон, Николай коротко известил остальные группы о том, что мы отлучимся и, приказав им не сводить глаз с объекта, отключился.

– Вы не голодны? – как – бы, между прочим, спросил он, заходя в магазин, в котором дурманяще пахло свежей выпечкой.

– Да, но я не брала с собой денег…

Усиленно пытаясь скрыть смущение, я внезапно вспомнила, что Юлиана не единственный сотрудник в подразделении, способный читать мысли. Денег у меня осталось критически мало, поскольку переезжать пришлось в срочном порядке, а большинство принадлежностей и вовсе пришлось покупать заново.

За крышу над головой мне теперь платить не приходилось, да и продукты, насколько я знаю, всегда покупал мой сегодняшний хмурый напарник, но вопрос с деньгами остро вставал ребром, ведь, невзирая на то, что у меня по сути все было, – у меня не было ничего. Я не могла себе позволить пойти в тот же Макдональдс, чтобы, отстояв длинную очередь, купить себе три любимых чизбургера и разбавленную водой колу. Не могла и выбежать в магазин, захоти я, например, мороженного или чего-то другого, к чему привыкла и любила.

В договоре ничего не говорилось об оплате, а спрашивать мужчин было как-то неудобно. Юля же практически всегда пропадала на занятии, поэтому спросить мне было не у кого.

– Я оплачу, – просто ответил напарник, даже не взглянув в мою сторону.

Есть хотелось безумно, о чем и поспешил напомнить живот, огласив магазин громким урчанием. Но, согласись я сейчас на его предложение, не вызову ли виток новых слухов?

– Если только остальным вы сделаете такое же предложение, – осторожно ответила я, искоса глядя на Николая, который принялся грузить в тележку еду. – Хотя бы потому, что ребята в отличие от нас сидят на солнцепеке в наглухо закрытой машине, а сейчас, на секундочку, уже тридцать пять градусов.

Николай окинул меня придирчивым взглядом, а после, чему-то, улыбнувшись, внезапно хлопнул меня по плечу, отчего я чуть не познакомилась с деревянным прилавком.

– Молодец, считай, проверку на вшивость ты прошла! Миролюбиво улыбнувшись, направился вдоль рядов, придирчиво глядя на цены.

Нормально, да? Я, конечно, понимаю, что баба на корабле – к беде, но устраивать проверку новичкам…

«Было весьма разумно», – заметил внутренний голос, и мне пришлось с ним согласиться. Как иначе они узнают, кому можно верить, а кому нельзя? Я бы, к примеру, не захотела поворачиваться спиной к человеку, который не внушал бы мне доверие. Сотрудники, среди которых были практически все Мастера, с благодарностью приняли прохладную воду и сэндвичи, при виде которых лично у меня уже текли слюнки. Наспех перекусив, мы вновь заняли прежнее место, просидев там до глубокой ночи.

Девушка, которую подозревали в продаже магических средств обычным людям, так и не пришла, зато появился некто другой. Мужчина в темном плаще с глубоким капюшоном, который полностью скрывал его лицо. Мы сразу все напряглись, напарник попытался связаться с «базой», но у него ничего не вышло, и я занервничала еще больше. Мужчина в плаще стал озираться, словно ища кого-то, наверное, ту самую девушку, которая подозревалась в продаже магических средств простым гражданам. Значит, он простой человек, не маг, и его можно не опасаться? Я хотела было переадресовать свой вопрос напарнику, но он замер с каменным лицом, в его руках сразу заметила маленькую коробочку, из-под крышки, которой пробивался синий свет.

– Жди меня здесь! Никуда не дергайся, это, похоже, магический преступник, сфера на него среагировала, – произнес Николай тихим голосом. – Пойду «базу» проверю, – пояснил он, и скрылся в темноте, а мне оставалось только наблюдать.

Странный мужчина, поднял голову и принялся водить ей туда-сюда, словно принюхиваясь к чему-то. А затем резко развернулся и посмотрел в мою сторону. «Меня не видно, меня не видно» – принялась повторять про себя, желая остаться незамеченной. Может, мои «заклинания» и вправду сработали, но этот преступник резко поднял руки, и я увидела, как блеснуло лезвие ножа. Невольно дернулась рукой к бедру, где обычно в специальном поясе носила свои метательные ножи, но тут же ее отдернула. Они остались в сейфе «учебки». Как это все не вовремя и где напарник с «базой»?!

Мужчина в плаще тем временем начал рассекать воздух ножом, но не абы как, а со смыслом, нож после каждого движения оставлял полосы ярко-синего цвета. Пентаграмма! Самая настоящая! Вот, что, оказывается, он, рисовал ножом в воздухе! Одной рукой маг принялся вертеть этой светящейся пентаграммой, направляя заключенную в круг звезду в разные стороны. «Он ищет проход и еще, что-то очень ценное и ему необходимое, артефакт», – пришло вдруг осознание, наверное, мой дар, наконец, решил проявить себя.

Неожиданно цвет пентаграммы изменился, а рисунок стал вогнутым вовнутрь. Маг усмехнулся, и темнота зашелестела листвой деревьев и сухой травой. Увидев, кто к нему выходит из темноты, чуть не вскрикнула. Это была Верочка. Девушка-оперативница, как, оказалось, имела дар предчувствия, который позволял ей жить безбедно и помогать другим. Ее словно поцеловала сама судьба, она была настолько удачлива, что многим хотелось направиться вместе с ней в Вегас. И вот сейчас Вера, бледная, с потухшим взором, будто на аркане, приближалась к магу.

Что же делать, что же делать, как помочь?! Заметались мысли у меня в голове. Похоже, помощи ждать не откуда, ведь девушка была в фургоне «базы», а значит, с оперативниками, как и с моим напарником, что-то случилось.

Пользуясь прикрытием темноты, стала осторожно подниматься. На, что надеялась, не непонятно, ведь атакующей магии у меня нет. Прижав девушку к себе, мужчина, резко наклонился к изгибу ее шеи. Вампир?! «Он сейчас будет пить ее кровь!» Мелькнула невероятная мысль. Я стала лихорадочно осматриваться, вдруг мне повезет, и среди травы окажется палка, которой смогу ударить мага, ну или вампира. Однако никого ударять не пришлось, он резко откинул от себя Веру, и она упала на землю сломанной куклой. От этого, капюшон свалился, и в свете пентаграммы, я увидела молодого мужчину с длинными черными волосами. Его можно было бы назвать симпатичным, если бы не страшный взгляд черных глаз без белков.

Мужчина снова принялся крутить звезду, заключенную в круг, с различными закорючками на каждом луче. Рисунок снова прогнулся, в этот раз из темноты магический аркан вытащил молодую девушку с простой коричневой тряпичной сумкой наперевес. Маг, как и в первый раз, притянул к себе девушку и припал к изгибу шеи, только она не была похожа на марионетку, а очень даже активно всхлипывала и, что-то бормотала на неизвестном языке. Мне вдруг так отчаянно захотелось узнать, о чем она говорит, что сжала руки в кулаки и вся напряглась, пытаясь уловить хоть какие-нибудь знакомые, или понятные фразы. Внезапно перед глазами все поплыло, а в ушах зашумело, а затем так же резко все прекратилось.

– Не ври мне! Еще раз спрашиваю, где ключ?! – негромко, но со сталью в голосе произнес мужчина, слегка встряхнув жертву.

Посмотрев на всхлипывавшую девушку, вдруг поняла: никакой она не продавец, специально пустила слух, что в определенное время и в определенном месте будет совершена сделка между простым человеком и магом. Знала, что магический надзор обязательно явится и схватит преступника, которому она обязана отдать ключ-артефакт от хранилища, где лежит другой артефакт, только очень мощный и дорогой. Его специально украли, для него, а девушка была вынуждена выступить в качестве посредника, а она все сделала по-другому, не желая, чтобы артефакт оказался у злодея.

К сожалению, все пошло не так, как она задумала: маг-преступник опоздал, сказалась разница течения времени между мирами. Поняв, что магический надзор в нашем лице ей больше не помощник, решила действовать самостоятельно и спрятала ключ среди других похожих ключей-артефактов. И вот сейчас этот маг пытается узнать, где настоящий ключ.

– Последний раз спрашиваю, где ключ?! – сомкнул пальцы он у девушки на шее и поднял ее.

– Он у меня в сумке, – обреченно ответила она. Стальные пальцы на мгновение разжались, и этого, ей вполне хватило, чтобы сбежать.

Яркая вспышка озарила округу, взрывной волной меня отбросило на землю, и дождь из коробочек с украшениями посыпался на преступника, которые он принялся лихорадочно собирать. Одна из коробочек упала возле меня и раскрылась, на белой подушечке лежала красивая подвеска из белого металла и маленькими камушками. Она была похожа на стрекозу с распахнутыми крыльями, впрочем, украшение можно было принять и за цветок. Рука сама потянулась к коробочке. Потом отдам оперативникам, может быть. Надев подвеску на шею, сразу ощутила прилив сил и странного тепла, кончики пальцев загудели и зачесались, так странно.

Резкий рывок оторвал меня от земли, я даже толком испугаться не успела, как оказалась в плену пентаграммы, которая, как верная собачка, приволокла меня своему хозяину. Хотела закричать, позвать на помощь, даже попыталась освободиться, но все мои попытки оказались тщетны. Притянув к себе, мужчина уткнулся носом в изгиб шеи и стал жадно втягивать воздух.

– Кажется, я нашел, что так долго искал. Ты пойдешь со мной! – произнес он довольным голосом.

– Не так быстро! – услышала я голос своего напарника.

– Освободи девушку, и я обещаю, ты будешь помилован! – произнес второй мужской голос, в котором я узнала одного из оперативников.

– Магический надзор не вправе что-либо обещать преступнику, да и девушка мне нужна. Лучше поберегите силы, вы не настоящие маги, поэтому советую не тратить силы и отступить, – проговорил он с усмешкой и взмахнул свободной рукой.

Темнота летней ночи мгновенно озарилась множеством светящихся сгустков. А я стояла в коконе этой пентаграммы. Ни пошевелиться, ни позвать на помощь, ничего! Я слышала крики, непонятные звуки ударов, но по-прежнему ничего не могла сделать, и это жутко раздражало. Внезапно раздался жуткий грохот и женский вскрик, по телу, словно волна вибрация прошла, и я, не отдавая себе отчета, повернулась, скидывая с себя невидимые путы.

На маленьком пятачке пространства шел настоящий магический бой, это было совершенно не похоже на то, что показывают в кино. Здесь шла борьба не на жизнь, а на смерть! Маг разделился на несколько копий и стал загонять оперативников в импровизированный круг. «Они все умрут, если я ничего не предприму», – пронеслась отчаянная мысль в голове. И тут взгляд упал на обломок ветки. Так себе оружие конечно, но хоть отвлеку… Что он со мной сделает после этого, было страшно даже подумать, но я вроде как ему нужна, а значит, не тронет, надеюсь.

Взгляд заметался по освещенному пространству, пытаясь понять, с какой стороны лучше подойти к магу. Иллюзорные копии, которые он создал, не были для меня помехой, я их прекрасно различала. Сжав палку, отступила в тень, и поймала на себе презрительный взгляд одного из оперативников, он наверняка подумал, что я сбегаю с поля боя. Заметив краем глаза, как, что-то блеснуло и погасло, присмотрелась, и увидела искореженную «базу», возле машины лежала молодая девушка, от предплечья к запястью она была вся залита кровью. Надо срочно «скорую» вызывать или нашего магического доктора.

Сейчас с магом разберемся и вызовем, пообещала я сама себе. Пробежала под прикрытием темноты несколько метров, и со всего размаху кинула палку в преступника. Мой удар пришелся прямо в цель, любого нормального человека, такой мог и убить, но только не мага. Зарычав, он, сверкая глазами, повернулся в мою сторону, и на миг замер, потом метнул взгляд на меня, а затем снова на место, где я стояла. Проследив за его взглядом, покачнулась и чуть не упала: на том месте, где я находилась всего несколько минут назад, была моя иллюзорная копия, удерживаемая пентаграммой.

Маг, что-то прорычал и взмахнул рукой. Меня словно магнитом потянуло к своей копии, спустя мгновение, я наблюдала, как очень злой маг идет в мою строну. Что-то будет… Радовало в этой ситуации только одно: оперативники вместе с исчезновением иллюзорных копий мага, падали на землю освобождаясь от невидимых пут.

– Ты сейчас умрешь! – произнес маг, мне прямо в лицо, и стальные пальцы, сжались у меня на горле.

Глава 4

Я шла по красивому городу, напоминающий мне Древний Рим, таким как его, изображали на картинах или любой другой древний город. Мраморные статуи, колонны, красивые дома, деревья шелестели листвой, и я, одетая в подобие римской тоги, иду по совершенно пустому городу, а на плече у меня сидит феникс. Да, да, самый настоящий феникс, и это меня совершенно не удивляет. По-настоящему удивляет, как я здесь оказалась, последнее, что помню, это как стальные пальцы магического преступника сомкнулись у меня на горле, а потом наступила темнота. Очнулась, уже здесь. Дивные деревья с необычными зелеными листьями в виде сердечек, поражали воображение. Они росли повсюду, а зеленые лианы с маленькими красными и желтыми розочками опутывали большинство домов и зеленым ковром стелились под ногами. Везде было очень красиво и пустынно… Где же все люди?!

Похоже, город очень много лет стоит пустынным. Пройдя дальше, увидела большое белое здание с колоннами, как ни странно, оно было меньше всех увито лианами. Площадка перед ним была чистой, трава, которая пыталась отвоевать территорию у каменных плит, здесь отсутствовала. Подняв голову, увидела, что над входом высечены слова, которые я, к своему глубокому удивлению, смогла прочитать.

«Знание – сила, берегите его». Наверное, когда-то это была библиотека. Пройти мимо, просто не смогла! Поднявшись по белоснежным мраморным ступенькам, с настороженностью вошла в здание. Гулким эхом меня встретил просторный холл, на полу под слоем вековой пыли я увидела выложенный мозаикой круг, в котором были изображены развернутый свиток, и перо с чернильницей. Да, похоже, это действительно библиотека.

Может, здесь я найду информацию, куда попала и почему этот город стоит пустым? Видимых разрушений я не заметила, следов внезапной болезни тоже, везде было, чисто и светло. Решив узнать истину, пошла наверх по невероятно белой лестнице, поднявшись на второй этаж, увидела холл и три плотно закрытых двери, от которых веяло магией. Подходя по очереди к каждой, прикладывала руку и даже ухо, пытаясь понять, что меня там ждет, но везде было тихо. Внезапно правое плечо пронзила боль, не сильная, но очень не приятная.

Это феникс, до этого смирно сидевший на плече, выпустил когти и впился в мою нежную кожу. Зашипев от боли, хотела уже высказать фениксу, все, что я о нем и его когтях думаю. Но прекрасная алая птица с желтыми, как огонь, всполохами на кончиках крыльев и хвосте вдруг слетела с моего плеча и полетела в сторону боковой двери, а затем, словно колибри, зависла в воздухе, демонстративно указывая на дверь, словно говоря: «Что стоишь? Заходи!». С сомнением посмотрела на дверь, а затем услышала, как со стороны прохода в другой зал, ко мне медленно, с краткими перерывами приближается шелест. Так будто кто-то, сделав несколько шагов, прислушивается, а затем опять начинает идти, шурша чем-то по – полу. На душе сразу стало тревожно. Кто может находиться в библиотеке, в которой вот уже несколько веков никто не появлялся?

В этот момент показалось, что феникс как-то укоризненно посмотрел на меня, и я, с тревожно бившимся от страха сердцем, за несколько шагов преодолела расстояние до двери и нажала на ручку. По руке мгновенно пробежал магический импульс, и дверь бесшумно открылась. Застыть на пороге мне не дал шорох и отчетливо услышанные мною шаги. Сюда явно кто-то шел.

Прислонив ухо к двери, услышала, как прошелестело мимо двери, остановившись на несколько долгих секунд напротив, и шаги стали удаляться. И тут я прямо нутром почувствовала, что избежала серьезной опасности. Надо выбираться отсюда и как можно скорее, но сначала надо посмотреть, что интересного есть в помещении, куда я попала. Обернувшись, увидела длинные ряды стеллажей, на которых стояли книги и лежали древние свитки. Кругом была идеальная чистота, наверное, это как-то связано с помещением и теми странными железными квадратами, которые были установлены на каждом стеллаже. Читая название книг, которые были написаны на разных языках, (но я их понимала без труда), восхищалась библиотекой все больше. Трактаты древних ученых-магов, которые считались утерянными, стояли на полках в идеальном состоянии. Двигаясь вдоль стеллажей, заметила винтовую железную лестницу, уходившую наверх. Любопытство взяло верх над осторожностью и тягой к знаниям.

Проверив надежность лестницы, поднялась и, оказалась в круглом кабинете с куполообразным прозрачным потолком, сделанным из стекла. Стены кабинета украшали картины с изображением природы и города, когда тот еще был населен людьми. Особенно среди картин выделялся портрет молодой, светловолосой девушки, с прозрачными крыльями за спиной, и в очень красивом платье цвета расплавленного золота, белый шлейф, был вышит красивым рисунком, золотыми нитями. Она была изображена на фоне цветущего луга и грозового неба. С легкой задумчивостью на лице девушка смотрела на красивую птицу, которая сидела у нее на вытянутой руке, второй она придерживала шлей. Подпись под портретом гласила «Милария».

Такой красивой картины я раньше никогда не встречала, и чем дольше смотрела на картину, тем больше тянуло прикоснуться к птичке. Она манила, и я, не осознавая, что делаю, протянула руку и осторожно, лишь кончиком пальца коснулась ее. Внезапно, птичка встрепенулась и взлетела под самый потолок! Сделав круг над стеллажами, зависла надо мной и, громко чирикнув, отлетела на незначительное расстояние, явно предлагая пойти за ней. Пошла, раз так настойчиво просят! Поняв это, птичка целенаправленно полетела к дальнему стеллажу. «Виды магических животных. Фамильяры» – гласила надпись на нем. Как интересно, может, здесь и про моего феникса есть, который куда-то подевался, стоило войти в это хранилище.

Увидев, что я подошла к стеллажу, птичка, громко чирикнув, взялась лапкой за корешок книги и потянула его на себя. Какие интересные птички здесь водятся, однако! Вопреки моим ожиданиям, книга не упала, а на соседней стене появилась железная дверь. Птичка, громко зачирикав, взмыла вверх и пролетела у меня над головой, а затем, снова чирикнув, понеслась прямо на дверь! Что она делает? Она ведь так убьется!

Птичка со всего размаха врезалась в дверь и исчезла, вместо нее, на двери появился огненный рисунок феникса.

Раздался тихий щелчок, и дверь открылась. Осторожно войдя в нее, оказалась в точно таком же кабинете, единственным отличием которого был отдельно стоявший шкаф со стеклянными дверцами. К нему меня потянуло с неведомой силой. При моем приближении шкаф открылся, на стеклянных полках, было множество различных свитков, но только один привлек мое внимание. Взяв его дрожащими руками, сразу почувствовала окутавшее меня тепло. Развернув его и пробежав глазами по строчкам, испытала легкое разочарование. Прочитать, что там написано, я не смогла, наверно еще не время, лишь в самом конце были выделены особым руническим написанием слова «надежда, жизнь, любовь». Мое внимание привлекли еще два свитка, которые засветились белым светом. Их, взяла, даже не раздумывая.

Мне хотелось осмотреть этот параллельный кабинет и особенно, что там за окном происходит. Мне показалось, что я слышала голоса, цокот копыт по мостовой и грохот повозок. Стол, на котором лежали свитки, тоже очень сильно привлекал мое внимание, но требовательный крик феникса из зала заставил меня вернуться. Стоило только переступить порог, как дверь закрылась и исчезла, стена снова стала чистой. Окинув взглядом сокровищницу знаний, мысленно пообещала непременно сюда вернуться. Даже если для этого мне снова придется встретиться с тем преступником.

Посмотрев еще раз на портрет девушки и с тоской, на ценные книги, вышла за дверь. Стараясь не шуметь и прислушиваясь к каждому шороху, спустилась в хранилище библиотеки. С замиранием сердца подошла к железной двери, за которой меня ждала неизвестность. Немного постояв и убедившись, что подозрительных шагов и шуршаний не слышно, осторожно открыла дверь: все тихо. Быстро спустившись по ступеням, вышла на улицу и, замерла, определившись с направлением, поспешила вглубь города. Зачем мне туда идти, я и сама не знала, просто перед моим внутренним взором, словно кто-то невидимый расстелил карту и отметил крестиком место, до которого я должна дойти. Услышав хлопанье крыльев, подняла голову и улыбнулась: мой феникс снова со мной, с независимым видом он опустился мне на плечо.

«Карта» привела меня к неприметной калитке, расположенной в огромной стене, которая, вероятно, была окружной стеной или одной из них. За несколько шагов до калитки, феникс протяжно крикнул и взвился в небо, а затем на полной скорости врезался в черную железную дверь. Я ожидала, что, как и в прошлый раз, на ней появится рисунок и дверь откроется. Но от столкновения с дверью на меня посыпались алые перья феникса, которые от соприкосновения со свитками вспыхнули ярким пламенем. Я пыталась сбросить с рук пламя, которое больно обжигало запястья, а еще мне было ужасно жалко свитки, ведь я так и не прочитала, что в них написано.

Калитка в стене распахнулась, и в дверном проеме появился магический преступник, который чуть не придушил меня.

– Наконец-то очнулась, сколько можно валяться, третий раз захожу! – воскликнул он и снова закрыл дверь.

Не понимая, что происходит, начала оглядываться. Город исчез, вместе со свитками, фениксом и оградительной стеной. Остался только подвал, темный и холодный, и к тому же у меня руки связаны, наверное, чтобы не колдовала, или не сбежала. В ответ на мысли о теплом камине или костре в руках появился крошечный огонек! Невероятно, у меня есть дар огня! Бросив взгляд на руки, поняла, что они связанны, и до возвращения «тюремщика» мне надо прожечь веревки.

Сама не понимая, как я собралась это делать, ведь огненной магии у меня нет. Или все же есть? Настроилась и стала мысленно призывать магию огня. И, конечно, у меня ничего не получилось. Это, наверное, было помутнение сознания, ведь этот гад мне сдавил сонную артерию, вот и пригрезился мне город и феникс, и магия огня…

– Ай! – невольно воскликнула от боли в запястьях. Веревка, что связывала мои руки, чуть дымилась и тлела, обжигая нежную кожу. Значит, у меня есть магия огня?!

От зловещего скрежета ключа в замочной скважине, вздрогнула всем телом одновременно, так сильно я была напряжена. Дверь со скрипом отворилась, и в дверном проеме, появился знакомый маг.

– На выход! – гаркнул он, командным голосом. – Когда Мастер с тобой закончит, я приду навестить тебя, готовься, эта ночь будет долгой. Мы ведь с тобой так и не выяснили, куда делся ключ, – наклонился он ко мне слишком близко.

Подавила в себе желание, ударить его головой или лучше заехать локтем в нос. Сначала надо выяснить, куда я попала, кто такой этот «Мастер» и зачем я ему понадобилась, а потом уже можно и бить.

Страшно было, конечно, до дрожи в коленках, руки я предусмотрительно сжала в кулак, чтобы мелкая дрожь не выдала страх. Вот тебе и оперативник магического надзора, умудрилась попасть в плен на первом же задании. Утешало и давало надежду, что меня обязательно найдут, ведь мы своих в беде не бросаем.

– Кто ты такая?! – спросил молодой мужчина с проницательным взглядом, к которому меня привел маг. – Почему на тебе стоит огненная защита?!

Мужчина прищурился и внимательно посмотрел на меня, а затем медленно потянулся ко мне рукой, но сделать ничего не успел. От удара весь дом сотрясся, а со стен посыпалась штукатурка. Мужчина испуганно пригнулся и заметался по комнате, делая пассы руками.

– Магический надзор?! – посмотрел он на меня удивленно. – Сталар, Дренар! – крикнул он, делая очередной пасс рукой. – Отведите девчонку в хранилище и заприте, – ткнул он в меня пальцем. – И поторапливайтесь! Скоро, здесь будет очень жарко, – с нехорошим прищуром произнес он.

Двое мужчин, которые прибежали на зов Мастера, молча кивнули и, схватив меня за руку, потащили в неизвестное хранилище. Приходилось бежать, чтобы поспеть за ними. Миновав длинный и узкий коридор, мужчины остановились около железной двери с мощным засовом. В середину, которой был впаян большой кристалл в золотой оправе, артефакт – накопитель, сразу как-то поняла я, он поддерживал охранное заклинание, которое, словно паутина, опутывала дверь и стену. Это было одновременно очень красиво и страшно. Один из мужчин приложил к артефакту руку, и «паутина» охранного заклинания исчезла.

Меня грубо втолкнули в раскрытую дверь, и я оказалась, среди множества различных вещей. Коробки, ящики, стопки книг, различные железяки, глиняная посуда. Все это в огромном количестве лежало на полу и занимало практически все пространство комнаты. Почему Мастер велел меня запереть здесь, я примерно догадывалась. В этом месте была самая большая защита, и найти меня за сильным магическим фоном будет очень тяжело. А я не торопилась быть найденной. Книги на непонятном языке, но зато с понятными картинками, на которых были изображены пистолеты и автоматы. И много еще различного оружия и непонятных мне изображений. Дом сотрясали удары, я чувствовала, как вибрируют пол и стены от магического воздействия. Значит, мои спасатели скоро пробьют защиту дома, или где там я нахожусь, и будут здесь. Набегут, натопчат, порушат, а потом уже будут разбираться, и вздыхать, что испортили ценные артефакты и книги из других миров, которые были собраны в этом хранилище.

Чем сильнее становились удары, тем ожесточеннее я рылась в коробках и просматривала книги. Самые, на мой взгляд, ценные, запихивала в невзрачную на первый взгляд сумку, которая оказалась, зачарована заклинанием расширения пространства. Занимаясь разбором книг, потеряла счет времени, и насторожилась, только когда стены и пол прекратили содрогаться под мощными ударами.

Меня вдруг охватило тревожное ощущение, что это затишье перед бурей. И вскоре мои опасения подтвердились. Целая серия мелких взрывов сотрясла дом, а затем где-то наверху раздался мощный взрыв, который не только сотряс дом, но и заставил стены покрыться трещинами. Магический светильник стал резко тускнеть, а затем и вовсе погас. Но в полной темноте я не осталась, защитные и блокирующие магию руны вспыхнули ярким светом. Ими были испещрены все стены, потолок и пол. Несколько незнакомых рун-закорючек, вспыхнули зеленым светом и погасли, следом за ними стали гаснуть защитные руны. И это мне совершенно не понравилось. Руны, блокирующие магию, тоже стали стремительно бледнеть, укрепляя мои самые худшие подозрения. Внезапно взгляд зацепился за красивую коробочку с ювелирным украшением, наверняка какой-нибудь артефакт, потом оперативникам отдам, они быстро разберутся, как он работает.

Но женское любопытство победило, и я решила открыть коробочку, вдруг там вообще ничего нет, а я ее отдам оперативникам, еще подумают, что себе взяла, обидятся. Вот только коробочка не желала открываться. Странно. Следуя внезапному порыву, потерла крышку ладонью, и на темно-синем бархате проявился серебристый рисунок моего кулона-стрекозы. Не задумываясь, как такое может вообще быть, приложила кулон к рисунку, вспыхнул серебристый свет и исчез. Потянув крышку на себя, с удивлением обнаружила, что она легко поддалась, на белой подушечке лежало потрясающей красоты украшение. Большой синий камень необычной огранки, напоминавший ромб без верхнего угла, в обрамлении мелких бриллиантов, от него вниз спускалась совершенно круглая сиреневая жемчужина, которая, в свою очередь, была соединена с большой каплевидной жемчужиной такого же необычного сиреневого цвета. Не удержалась и осторожно коснулась синего камня, от него по руке пробежала магическая волна и устремилась вверх, туда, где висела «стрекоза». А за этой волной, словно на веревочке устремился кулон. Мгновенье спустя два разных украшения стали единым целым, вспыхнули серебристым светом, и погасли. Похоже, оперативникам достанутся только свитки, а может, и они не достанутся… Ведь это были те самые свитки из моего очень реалистичного сна или видения.

Ладно, с этим разберемся позднее, а сейчас надо выбираться отсюда, и чем скорее, тем лучше. Скрежет металла привлек мое внимание. Неужели меня так быстро нашли?! Подбежав к двери, поняла, что-то пошло не так. Железная дверь стала прямо на глазах ржаветь и выгибаться под тяжестью собственного веса и давления извне. Не дожидаясь, когда она полностью проржавеет, а стены начнут осыпаться, ударила по ней ногой. Дверь с громким скрежетом отлетела в сторону, благо Данияр хорошо меня тренировал, взяв сумку с ценными свитками и артефактами, вышла в коридор. И сразу почувствовала неприятный запах и звенящую тишину, а вот это уже совсем плохо. Дом, судя повсему обманка, иллюзия или, что-то подобное. Мысленно пройдя путь обратно, поняла, что там выхода нет, и резко развернулась в другую сторону. Перед моим носом тут же оказалась мужская грудь в камуфляже.

Подняв голову, встретилась с уставшим взглядом карих глаз своего напарника.

– Ну, что, попаданка, нагулялась по другим мирам, пора и домой! – произнес мужчинаон вроде строго, но с улыбкой в голосе. – Пойдем, ребята уже ждут около портала, пришлось изрядно побегать, чтобы тебя найти. Как ты тут, все нормально, не пострадала? – окинул он меня взглядом.

– Да, спасибо, что пришли за мной! – искренне поблагодарила мужчину. – В комнате, где меня держали, много различных книг и артефактов, они все были вывезены из разных миров. – Представляю, как это сейчас наверно дико звучит, но именно так я чувствую.

– Показывай, времени очень мало, этот дом магический, а маг, который поддерживал его энергией, сбежал, и дом стал разрушаться.

– Вот, эта комната, – указала на вход. – Смотри, вот здесь книга, про магию природы, эта про камни, а это вообще какой-то древний свиток, наверняка очень ценный, – перебегала я от одной полки к другой.

– Не мельтеши, выйди в коридор, сейчас я все заберу, – ответил напарник, спокойно. Вскинул руку, и из нее полилась самая настоящая магия, которая опутала сеткой все помещение. Собрав все коробки в одну большую магическую авоську, вторую с появившемся большим перстнем на пальце направил на сетку, и все, что в ней было, исчезло в простом перстне! – Потом разберемся, есть там, что ценное или нет, а пока давай пошевеливаться, парни не смогут удерживать портал вечность. А если дом разрушится, мы все погибнем, – утер он украдкой пот со лба.

Оказывается, за мной послали целую поисковую группу из пяти человек. Четверо, из которых, выглядели очень потрепанными и уставшими.

– Только после вас, леди, – поклонился напарник шутливо. Предлагая первой войти синий круг пентаграммы.

Перенеслись мы в тот самый сквер, откуда меня похитил маг-преступник. Следов сражения я не увидела, значит, я пробыла – страшно даже подумать – в другом мире довольно много времени. Ведь не могли же здесь все убрать за несколько часов? Надо будет потом спросить у ребят, сколько я отсутствовала и как они меня нашли.

Автобусы уже не ходили, а машины нам никто не предоставил, поэтому один из оперативников, живший неподалеку, предложил переночевать у него, и мы отправились вслед за ним. Трехкомнатная квартира была захламленной. Тут и там валялись, лежали и стояли книги, какие-то вещи, горшки из-под цветов и канцелярские принадлежности.

Не обращая внимания на бардак, я, набравшись наглости, первой отправилась в ванную, – мне можно, ведь я пострадавшая, – оставив мужчин на скорую руку сервировать стол. Горячая вода приятно освежала и расслабляла, поэтому из душа выходила свежая и обновленная, с твердой уверенностью в ближайшем будущем купить мужской шампунь. Неважно какой, мне просто хотелось ощущать эти резкие нотки ментола, чувствовать, как тело наполняется силой, а в голове наступает ясность.

Трудно описать чувства, которые овладели мной в тот момент, но, кажется, еще никогда в жизни я не ощущала себя более полноценной. Казалось, за моей спиной стоит мужчина, готовый горы ради меня свернуть… Аромат этого шампуня напоминал мне сводящий с ума запах одеколона, преследующий меня во снах. Это были всего лишь сны, но, тем не менее, я просыпалась, окутанная ароматом хвои и имбиря. Всего лишь сон, в который мне хотелось вернуться сразу после того, как просыпалась. Ничего такого, это обычные сны одинокой молодой девушки, которая верит и ждет своего принца, вот только мой был реальным, по крайней мере, – это он мне так говорил.

Не хотелось влезать в изрядно поднадоевшую за эти дни одежду, а поскольку чистой не было, завернулась в хозяйский халат, надеясь, что Марк на него претендовать не будет. Да и если будет – не отдам. У него тут, наверняка целый шкаф вещей, не то, что у меня. Единственное, что озадачило и немного расстроило, что во время перемещения исчезла подвеска и сумка со свитками, наверное, нельзя вот так просто переносить вещи из одного мира в другой. А жаль, ведь свитки были очень интересными и ценными, а украшение и вовсе показалось особенным, но ничего не поделаешь. Возвращаться и искать их в том доме я точно не собиралась.

За время моего отсутствия мужчины уже изрядно наклюкались, о чем говорила полупустая бутылка рома , и порядком осоловевший взгляд Николая и тяжелый дым сигарет, из-за которого и без того темная кухня погружалась в полумрак. Похоже, оперативники выложились сильнее, чем показалось мне изначально. Ведь магам хватает даже небольшого количества алкоголя, чтобы опьянеть, поэтому почти никогда не пьют.

– Может, окно откроете? – неуверенно переминаясь с ноги на ногу, посмотрела на хозяина квартиры, мысленно пытаясь ему объяснить, что в таких условиях я есть, точно не буду. Марк понимающе кивнул, и тут же открыл окно, не забыв при этом бросить в мою сторону колкую фразу:

– Заболеешь – нянчиться не буду.

Вопросительно приподняв бровь, я хотела было уточнить, почему это его вообще должно волновать, но вовремя прикусила язык, вспомнив, что нахожусь на его территории, а значит, и правила устанавливает он. К тому моменту, как Марк повторно разогрел сиротливо лежавшие остатки пиццы, Николай, пьяно покачиваясь, направился на выделенное ему место, при этом беспрерывно костеря какого-то мужчину. Перевела удивленный взгляд на хозяина квартиры, но тот лишь пожал плечами:

– Даже не спрашивай.

Ну, а мне вообще было все равно. Отчего-то была стойкая уверенность, что с этими людьми я больше не встречусь, поэтому и вникать в их причуды мне не было смысла.

– Выпьешь? – спросил Марк, кивнув на бутылку с ромом.

Оглядев бутылку, от которой веяло терпким спирта, отрицательно качнула головой.

– Слишком крепкое.

– Тогда… вина? – спросил он неуверенно.

Глава 5

Рассудив, что после всего случившегося, мне не тоже не помешает слегка расслабиться и потом крепко уснуть, кивнула. Говорят, у каждого порядочного мужчины в доме должен быть свой бар. Бара не было, был тайник под мойкой, с огромной деревянной бочкой и бесконечными рядами бутылок. – Внушительная коллекция

– Все это я привез из других стран. Не люблю дешевое пойло. В его словах слышалась горечь, но поскольку я не находила причины для таких эмоций, пришлось все списать на расшалившееся воображение.

– А вы… любите выпить? – спросила, стараясь, чтобы мой голос не звучал слишком напряженно.

– Не то что бы… скажем так, таким образом я заглушаю ненужные воспоминания.

Непонимающе посмотрела на мужчину и, сделав маленький глоток самого чудесного вина в мире, которое приятной теплой волной отозвалось в организме , я внезапно произнесла:

– Но ведь плохих воспоминаний не бывает.

Испугавшись внезапного порыва, бросила на него быстрый взгляд, одними губами произнося слова извинения.

–– Вы еще слишком молоды, поэтому…

– Не вам судить о моем жизненном опыте. Горя можно хлебнуть в любом возрасте. Больно всем, и у всех есть ситуации, о которых сожалеют, до такой степени, что хотят вернуться в прошлое, чтобы изменить его… но это невозможно. Но даже так, плохих воспоминаний не бывает. Ведь именно они оберегают нас от ошибок подобного рода.

Марк слишком пристально вглядывался в окно, там, в свете фонарей, все еще можно было различить прогуливающиеся парочки, они крепко держались за руки, весело смеялись, а после замирали, но только для того, чтобы слиться в поцелуе…

Марк тряхнул головой и перевел на меня взгляд. Его глаза расширились от удивления, и сейчас, будто впервые увидев, он осматривал мое лицо, задерживая взгляд на мельчайших деталях.

– Что? Что-то не так? – всполошилась я под его пристальным взглядом.

– Извини, просто внезапно показалось, что передо мной сидит она. Вы с ней так похожи, – с горькой усмешкой признался мужчина и, наполнив свой бокал, сделал большой глоток, посмотрев при этом на меня горящим хищным блеском глаз, что я невольно поежилась.

Кажется, я узнала что-то, чего он никогда не сможет мне простить. Пусть на доли секунды, но разворошила воспоминания, которые делают его слабыми. Воспоминания, которые он отчаянно топит в алкоголе.

– Моя первая любовь… Сейчас из-за освещения твои волосы выглядят темнее, и если бы были кудри, я бы уже писал заявление об увольнении. Невесело усмехнувшись, он одним махом допил содержимое стакана, а после вновь наполнил его до краев.

Невольно поморщилась, глядя на то, с какой «любовью» он прикладывается к бутылке, и я могла бы много чего сказать по этому поводу, но… это не мое дело.

– Вот и она не любила, когда я пью, – произнес он с горькой усмешкой.

Невольно передернув плечами, поспешила расправиться с поздним ужином, если его так можно назвать, и встала, намереваясь уточнить, где я могу расположиться, но у Марка на меня были другие планы.

– Стой, побудь со мной немного, – произнес он как-то жалобно. Мне это все решительно не нравилось, и, если честно, подумывала уже о вызове такси, но Марк остановил меня одним простым движением руки. – Хочешь, объясню, принцип действия магии? – произнес он тихо, а я словно завороженная, опустилась на жесткий стул, ни на секунду, не отрывая взгляда от маленького, светившего синим шара в его руке. Он щелкнул пальцами, и паривший над ладонью шарик растекся дорожкой из синих всполохов по всему телу мужчины. – Магия не приходит извне. Она внутри нас. Сама наша суть – является магией, а наши эмоции – лишь ее отражение.

Он говорил и говорил, а я, словно завороженная, смотрела на сполохи, и думала лишь ободном: вспыхнет или нет? А если вспыхнет, то моментально или я все же смогу избежать лицезрения полуголого мужчины?

– Магия циркулирует по всему нашему телу, но ее сосредоточие находится здесь. – Он приложил руку к груди, где синих огоньков было больше всего.

– А при чем тут эмоции? – спросила я, избавившись, наконец, от глупых мыслей.

– Когда мы испытываем сильные и противоречивые эмоции, наша магия бунтует. Она пытается найти выход из тела, проявить себя, защитить носителя, от этого мы порой ощущаем тяжесть в груди, горечь в горле и жгучее чувство, что раздирает нас изнутри. Знакомые ощущения?

– Кажется да, – неуверенно кивнув, подалась вперед, желая прикоснуться к чистой магии, но Марк не позволил, одним движением руки развеяв чудное мгновение.

– Запомни, Аля, – нельзя прикасаться к чистой магии.

– Почему?! – удивленно воскликнула я, немного обидевшись.

– Это слишком личное. Ты сама это поймешь, когда придет время, – ответил он устало.

Опять загадки, как же это утомляет! Все, что касается пробуждения моих способностей, скрыто за черной завесой недомолвок и тайн, раскрывать которые никто не хотел.

– Так что вы посоветуете, Мастер? – специально его так назвала.

– Разве того, что я рассказал, недостаточно?! – удивленно приподнял он брови, так и не дождавшись никакой реакции с моей стороны. – Попробуй медитацию, Алевтина, говорят, – это помогает.

–– Говорят?! – мой голос чуть дрогнул от злости. Он, что, издевается?! – А как вы пробудили свои способности? – произнесла и моментально пожалела о свой любознательности. Глаза, так напоминавшие мне грозовое небо, заволокла тьма. Его лицо вновь приобрело отчужденность, а в комнате ощутимо опустилась температура, всего на несколько градусов… но уже от одного этого факта меня невольно бросило в дрожь. Кажется, я спросила слишком личное или болезненное. Марк поднялся, и залпом допив остатки рома, и, окинув меня полным неприязни взглядом, спокойно произнес:

–– Не сработаемся.

Всего два слова, по сути ничего не значащие для меня, но именно они в один миг пошатнули мое равновесие. Большинство людей на выделенном для разведки объекте, меня, мягко говоря, недолюбливали. Собственно, эти чувства были взаимны, но все же, как бы там ни было, я старалась со всеми поддерживать дружеские отношения, прекрасно зная, как всего один человек может превратить беззаботную жизнь в ад.

А еще, почему-то его слова меня зацепили, настолько, что срочно захотелось записаться на его вечерние «лекции». Не сработаемся, говорите? Это мы еще посмотрим!

На базе нас встречали как героев и даже устроили вечеринку в нашу честь. И, конечно, не обошлось без эксцессов. Нет, пьяных драк не было, просто я поспорила с Юлианой. А вот когда осознала, готова была побиться головой об стену!

Зачем? Зачем я на это согласилась? Будто мне и без того не хватает забот. Нет, однозначно спорить с Юлианной – себе дороже. И на что? Господи, да об этом даже думать стыдно! А если вспомнить, о том, к каким действиям меня привел этот спор… становиться очень стыдно.

– Печалька! – простонала я, обессиленно опускаясь на диван, утром следующего дня в общей гостиной.

– Грустишка, – раздался рядом знакомый голос.

– Что? – непонимающе переспросила я, посмотрев на оперативника. Вот ведь голова дырявая, я ведь ничегошеньки не помню с того самого момента, как началась вечеринка, только спор с Юлей хорошенько засел у меня в голове. Может, он узнал о моем споре?

– Печалька, – это слишком по-бабски, тебе так не кажется? За глаза прозванный Черт зам командира, дернулся, усиленно изображая омерзение вперемешку с брезгливостью. – И вообще, Тина, что б я от тебя таких слов не слышал! – назидательно произнес он.

– А грустишка, значит, звучит не по-бабски? – решила я уточнить.

– По-мужицки! – кивнул он с довольной ухмылкой. – Пора быть мужиком, Алевтина. Никто не решит за тебя твои проблемы. Так что оторвала свою «грустишку» от дивана, быстро сгоняла за «Растишкой» для поднятия настроения, и пойдем на задний двор.

– З-зачем на двор? – слегка запнувшись, спросила я.

Хоть Черт и был всего лишь славно скалящейся милой птичкой за плечом командира, вечно ироничный, смешливый и периодически жаливший, мужчина не вызывал у меня опасений. Хотя, наверное, в этом месте он был единственным человеком, чьи истинные эмоции я не могла прочесть, как ни старалась… да и не нужно это, ни к чему.

Он умело владел своим лицом, не позволяя остальным увидеть те же отчаяние и надежду на лучший исход, которые в последнее время отражались на лице каждого сотрудника… Но Черт не врал, даже ради благого поступка. И объяснял он это очень легко:

«Чем быстрее ты поймешь, что до вас, никому нет дела, тем легче тебе станет жить. Нужно либо молчать, чтобы собственноручно не стать тем, кто снимет с человека розовые очки, либо говорить правду. Жестоко? Мир давно погряз во тьме, и то, что сейчас происходит, прямое тому доказательство. Нет ничего зазорного в том, чтобы сказать правду. Возможно, вы глубоко обидите жаждущую вашего совета нежную натуру, возможно, даже навсегда отвернете ее от себя. Но! Как только он перестанет убиваться и винить вас во всех смертных грехах, – ему станет лучше, он сможет расслабиться и плыть по течению. А знаете почему? Потому что вы не будете тем, кто собственноручно опустит его на самое дно!» – Вот такое у этого Черта было мнение.

Тряхнув головой, отогнала так некстати всплывшее в голове обидное воспоминание, и поднялась с повидавшего жизнь красного дивана.

– Так зачем? – вновь спросила я.

– Бороться будем, что еще мне там с тобой делать?! – с улыбкой, больше похожей на оскал, ответил он.

Вот что за человек, вроде ничего такого в его словах не было, он просто шутит, я это понимала, но под насмешливым взглядом все же смутилась.

– А вы куда?

Черт был единственным, кого я все еще называла на «вы». И хоть он и предложил мне перейти на ты, я не смогла. Несолидно, что ли? Или все дело в его лице, глядя на которое, хочется покаяться во всех смертных грехах, ну так, на всякий случай. А то мало ли, я ему «тыкну», и он в ответ в меня тыкнет, вилкой, один удар – четыре дырки.

– Музыку включить.

Мелодия мне незнакома, и, скорее всего, встретив ее на просторах интернета, я бы тут же переключила на что-то более нормальное. Но приплясывавший, подпевавший и постоянно менявший тембр мужчина, намертво запечатлелся в голове.

– Кто это поет? – поспешила спросить я, невольно заряжаясь от него зарядом положительной энергии.

– Богемская рапсодия. Моя любимая, – внезапно остановившись, он окинул меня внимательно взглядом. – Ты за йогуртом-то идешь, чудо рыжее?

– Уже не рыжее! – После портала исчезли не только артефакты, но и краска с волос, оставив натуральный цвет. С гордостью перекинув черные, отливавшие фиолетовым, волосы за спину, уверенно добавила: – Нет. Мне не нужна «Растишка», впрочем, как и дополнительная тренировка, тренер отлично справляется со своей задачей. Быть может, на следующее задание я отправлюсь в первой тройке, у меня вроде бы неплохо получается большинство приемов.

– Да ну? Покажи!

«Это мой шанс!» – решила я, уверенной походкой направляясь к абсолютно расслабленному мужчине, как бы невзначай подбив его руку. Теперь нужно выверенными движениями, пока объект не осознал происходящего, скользнуть в бок, и оперативно заломить ему руку.

С последним пунктом пришлось попрощаться – противник ушел с линии атаки. Правильно, блин, ушел, теперь, когда между нами есть дистанция, шансы на мою работу в тройке резко уменьшатся.

Мне его не достать. Я знаю эту стойку, который раз пытаюсь ее повторить.

Мне нравились занятия по айкидо. Нравилось чувствовать себя сильной. Как сейчас помню незабываемое чувство гордости и радости, что затопили мое сердце, когда после громкого «бум», взгляды всех присутствующих устремились к моей скромно потупившей глазки персоне, и моему семидесятикилограммовому валявшемуся на земле оппоненту.

Я считала себя сильной. Думала, что все смогу. Наивная дурочка! Правильно оценив свои возможности, решила сдаться.

Устав дожидаться каких-либо действий, Черт пошел в мою сторону.

Несколько раз смогла выйти из зарождавшегося захвата. Трижды благодаря «липким рукам» сбила пытавшиеся схватить меня за грудки руки, один раз еле вывернулась из сильного захвата.

Мир перевернулся, жгучей болью отдаваясь в солнечном сплетении. Приложил он меня знатно, вот только думать об этом мешала мужская нога, болезненно прижимавшая меня к грубой поверхности пола.

– От-пус-ти, – превозмогая боль, по слогам прошептала я, тут же пытаясь провести удар ногой.

Он перехватил ногу, и сильно сжал, отчетливо давая понять, чего именно мне будет стоить очередная попытка освободиться. Широко распахнув глаза, смотрела в подернутые пеленой аквамариновые омуты, с ужасом осознавая, что это уже не он. А тот, благодаря которому он заслужил себе подобный позывной. Говорят, – в тихом омуте черти водятся, и кажется, сейчас мне удалось познакомиться с одним из них. Обволакивающая темнота, без малейшего намека на звук, нежно баюкала мою уставшую от бытия душу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.