Александр Аввакумов
Душман. Зачистка

Ничто так не приближает людей друг к другу,

как оптический прибор снайперской винтовки.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Шла весна 1996 года. Несмотря на то, что в Москве еще лежал кое-где снег, в Пятигорске было тепло и зелено. Вокруг города цвели сады и легкая дымка из бледно-розовых цветов, делали привычные глазу пейзажи, какими-то фантастически красивыми. Весенний воздух был наполнен ароматом, от которого слегка кружилась голова. Прежде, чем приступить к выполнению полученного из центра задания, Лавров приступил к изучению города. Несмотря, что город был не очень большим, ему потребовалось несколько дней, чтобы побывать на всех его улицах и переулках. Он всегда помнил слова своего боевого командира:

– Запомни, «Душман», на всю свою оставшуюся жизнь одно единственное правило, которое не раз спасет тебя в этой жизни. Прежде, чем куда-то войти, подумай, как оттуда выйти.

Павел хорошо усвоил это правило и всегда пользовался им, в сложных жизненных ситуациях. Вот и здесь, в этом благоухающим ароматами городе, он не забыл о нем, так как полученное им в Москве задание, было не из легких.

Лавров сидел за столиком летнего кафе и внимательно рассматривал посетителей этого небольшого, но довольно уютного заведения. Перед ним на столе стоял бокал красного вина, а в металлической пепельнице, с какими-то иностранными наклейками, лежала недокуренная им сигарета. Посетителей было не так много, было занято всего четыре столика. Люди, напуганные войной в Чечне, не рвались на отдых на курорты Северного Кавказа и некогда курортный город, тихо «дремал». Местные санатории и дома отдыха были заполнены лишь наполовину. С наступлением темноты, улицы и переулки Пятигорска быстро пустели, жизнь била ключом лишь на территориях санаториев и домов отдыха, откуда неслась музыка и смех, отдыхающих курортников. Город и его окрестности содрогались от слухов о налетах местных бандитов на мирные дома жителей, о многочисленных и бессмысленных жертвах этих налетов. Местные городские и краевые власти не подтверждали, но и не опровергали все эти бытовые слухи.

Павел сидел в этом кафе уже более двух часов, однако тех людей, ради которых он сюда пришел, пока не было видно. Он достал очередную сигарету и закурил. Неожиданно для себя, он почувствовал на своей спине чей-то пристальный взгляд. Энергетика этого взгляда была столь сильна, что заставила его сначала поежиться, а затем обернуться. За его спиной сидела одинокая довольно симпатичная женщина лет тридцати. Ее красивые темно-русые волосы были аккуратно уложены, на лице, словно два больших изумруда сверкали большие зеленые глаза. Он улыбнулся ей и подмигнул левым глазом. Посчитав это за своеобразное приглашение, она встала из-за своего столика и, прихватив с собой бокал с вином, направилась в его сторону.

– Привет! Скучаешь? – обратилась женщина на ты, словно, они были знакомы с ней не один десяток лет. – Мне тоже скучно. Сейчас, сидела за столиком и немного жалела о том, что не послушалась мужа, который предлагал мне ехать отдохнуть в Турцию, а я приехала сюда. Ты сам, откуда? Судя по одежде, ты из Москвы или Ленинграда?

– Нет, вы не отгадали. Я из Казани, – коротко ответил ей Павел. – Однако, последние два года я мотаюсь по России в поисках лучшей жизни. Вот приехал сюда посмотреть, как живут здесь люди. Много слышал об этом месте, но раньше здесь никогда не бывал. Если сказать честно, то немного разочарован. Ожидал лучшего. Кстати, меня зовут Андрей, а вас?

Она на какую-то долю секунды задумалась, а затем улыбнулась ему своей очаровательной белоснежной улыбкой.

– Зовут меня Елена. Моя мама хотела назвать меня Светланой, но папа настоял на этом имени.

– Вот и познакомились, – произнес Лавров. – Вы, где Лена остановились?

Она замялась. Видимо заданный им вопрос, застал ее врасплох. По ее лицу пробежала едва заметная тень.

– Я остановилась в доме наших старых друзей. Дом у них небольшой, но очень уютный. Я впервые останавливаюсь у них и они, чтобы не мешать мне, на время моего отдыха уехали к своим родственникам, которые проживают в Кисловодске.

Она замолчала и пригубила бокал с вином. Поставив его на стол, Лена достала из сумочки зеркальце и стала подкрашивать свои губы.

– Ты, что так на меня смотришь? Не смотри, а иначе я покраснею, – произнесла она и засмеялась.

– Вы очень красивая женщина, Елена и грех не любоваться вашей красотой. Да, вы и сами хорошо об этом знаете.

– Скажешь тоже, красивая. Я самая обыкновенная женщина. Мой муж очень богатый человек и я раньше всегда считала, что богатые люди счастливы. Ты знаешь Андрей, я сейчас бы отдала многое, чтобы снова вернуться в свою старую жизнь, в которой я была свободна не только в прямом смысле этого слова, но и в своих суждениях и высказываниях. Мне, просто, противно иногда изображать из себя куклу, которая ничего не понимает в этой жизни и довольствуется очередной блестящей безделушкой, которую ей подарил ее муж.

– Странно, Лена. Вы жалеете о том, к чему всегда можно вернуться. Многие женщины нашей страны отдали бы полжизни, для того, чтобы пожить, как живете вы всего хотя бы один день.

– Может, ты и прав, Андрей. Однако, так думают лишь те, кто не знает, что такое жизнь в «золотой клетке». Ты знаешь, почему я здесь? Ты не поверишь, но мне просто удалось незаметно покинуть дом, который, как консервная банка напичкан моей личной охраной.

Она замолчала и посмотрела на Лаврова. Глаза ее стали еще зеленей и ему показалось, что она готова разрыдаться от этих слов.

– Андрей, ты не угостишь меня сигаретой. Моему мужу не нравится, когда я курю, поэтому у нас в доме не бывает сигарет.

Павел достал из кармана пачку сигарет и протянул их ей. Она закурила и, выпустив струю голубоватого дыма в воздух, снова посмотрела на него, словно ожидая от него каких-то действий. Она, молча, достала из сумочки шариковую ручку и написала на сигаретной пачке номер телефона.

– Это мой номер. Когда тебе станет плохо, позвоните мне. Да, не смотри на меня так? Ты просто мне симпатичен. Мне кажется, что я вижу в твоих глазах какую-то глубокую и не разделенную боль. Похоже, тебе Андрей пришлось много пережить в этой жизни.

– Вы не ошиблись, Лена. Моя жизнь в отличие от вашей жизни, не усыпана розами. Кстати, эти люди, похоже, ищут вас? – произнес Павел и кивком головы указал ей на двух молодых атлетически сложенных людей, вышедших из большого черного джипа.

Она подняла глаза и посмотрела на них. Глаза ее неожиданно потухли, словно кто-то выключил там лампочки.

– Ты угадал. Они действительно приехали за мной. Позвони мне, я буду ждать твоего звонка.

– Обязательно, – ответил он ей и улыбнулся. – Вы не поверите, но я рад нашей встрече .

Она не дослушала Павла. Лена взяла в руки сумочку, встала из-за стола и направилась в сторону выхода из кафе. Прежде, чем выйти из кафе, она помахала ему рукой.

***

Проводив Елену до машины своим взглядом, Лавров снова перевел свой взгляд, на отдыхающих в кафе людей. Согласно полученной из центра оперативной информации, в кафе должен был находиться наемный убийца, который должен был уничтожить «вора в законе» Эдика Тбилисского, который должен был прибыть сюда на встречу со своим потенциальным врагом «Мальком». Вражда между ними переросла в локальные стычки, в которых гибли верные им люди и сегодня они должны были отрегулировать свои взаимоотношения.

Около кафе визгом тормозов, остановился большой джип, из которого вышли двое мужчин. Они словно затравленные звери, с опаской стали осматриваться по сторонам. Не заметив ничего опасного, один из них открыл дверцу бронированного автомобиля. Из салона машины вышел по-спортивному подтянутый мужчина кавказкой национальности, и вальяжно направился к дверям в заведения.

« А, вот и сам Эдик, – невольно подумал Лавров, сравнивая его внешность с фотографией, которую он видел в Москве. – Как он и ожидал, довольно импозантная внешность».

Эдик вошел в зал и взглянул, на стоявшего по стойке смирно, официанта. Тот как-то неестественно засеменил ногами и повел его к заказанному еще с утра столику. Двое мужчин оглядев присутствующих в зале клиентов, сели за соседний стол. Через минуту в зал вошел третий мужчина, по всей вероятности водитель, который встал около входа. Это были именно те люди, ради которых Павел сидел в этом кафе уже несколько часов. Один из мужчин подал знак официанту и тот быстро накрыл им стол. Официант разлил коньяк по рюмкам и как часовой встал за их спинами. Эдик один сидел за пустым столом и маленькими редкими глотками пил минеральную воду. Несмотря на налитые в рюмки спиртное, мужчины не спешили пить, они явно кого-то ждали.

Лавров посмотрел в сторону Эдика. В голове, словно в немом кино, закрутились строки оперативной справки. «Вор в законе» Эдик Тбилисский, по данным оперативных служб МВД и КГБ был смотрящим на Северном Кавказе. Все здравницы этого благодатного края не зависимо от их принадлежности, платили ему деньги. Тех руководителей, кто отказывался платить этот установленный им оброк, ожидали большие неприятности, начиная от проверок налоговой инспекции и заканчивая обычным пожарном. Все кому приходилось с этим сталкиваться, считали, что лучше отдать эти деньги добровольно, чем внезапно исчезнуть из этой жизни. Сам, Эдик Мкртчан, родился в Тбилиси, в семье учителей. Мать его преподавала в средней школе, а отец, в техникуме. Рос он послушным сыном и все его родственники и люди, знавшие его родителей, пророчили ему большое будущее. У него был неплохой музыкальный слух и голос. Ни один школьный утренник не проходил без его выступления. Однако, перед самым окончанием средней школы, он был арестован следственными органами милиции за кражу денег из кассы магазина. Родители были в шоке от этой новости, и предприняли все попытки, чтобы оставить его на свободе. Однако, суд оставил все его положительные характеристики без особого внимания и назначил ему три года лишения свободы с отбытием срока в колонии для несовершенно летних преступников. После отбытия этого заключения, последовало другое, третье. В местах лишения свободы он близко сошелся с «ворами» и вскоре его два «вора в законе» попытались его короновать, однако часть «воров» не поддержала эту инициативу. Эдик не особо огорчился этому и вскоре после освобождения, убыл в Грузию. Именно там, на сходке «грузинские воры» надели на его голову корону «вора». После коронации он снова перебрался в Россию и подмял Северный Кавказ.

Сейчас, он сидел за столом этого небольшого кафе, расположенного в центре города, он ждал приезда «Малька», «вора в законе», коронованного два года назад в «Черном дельфине». Именно «Малек» предъявили ему претензии на всю курортную зону Северного Кавказа, считая Эдика не «вором в законе», а самозванцем, незаконно претендующего на эту богатую деньгами территорию России. На днях их люди встречались по данному вопросу, однако, никакого решения принято не было. Никто не хотел отдавать этот лакомый кусок территории.

У Эдика явно сдавали нервы. Он несколько раз уже смотрел на свои золотые часы, которые носил на правой руке. Сидевший напротив него мужчина, поднялся из-за стола и направился к бармену. Он что-то спросил у него и тот, молча, поставил на стойку перед ним телефон. Прежде чем набрать на телефоне номер, мужчина посмотрел на Эдика. Когда тот кивнул ему головой, тот начал накручивать диск телефона. Павел внимательно смотрел на него, пытаясь по движению губ определить, что он шепчет

Около кафе остановились старенькие «Жигули» шестой модели. Из машины вышел молодой человек в клетчатой рубашке, завязанной узлом на животе, и чуть ли не бегом устремился в помещение кафе, держа в руке пистолет ТТ. Лавров моментально все понял и сразу же пригнулся. Парень влетел в зал, недолго думая, открыл беспорядочную стрельбу. Первый его жертвой стал мужчина, звонивший по телефону. Пуля угодила ему в голову, окрасив витрину бара брызгами крови и мозгов. Стоявший у входа молодой человек, выхватил из-за пазухи пистолет, но воспользоваться им не смог. Выпущенная парнем пуля, намертво пригвоздила его к стене. Пока стрелявший перезаряжал свой пистолет, Лавров вскочил с пола на ноги и в два прыжка оказался около него. Стрелок перезарядил пистолет и направил его на Эдика, который словно завороженный смотрел, как этот парень в упор расстреливает его личную охрану. Выстрелить он не успел. Павел нанес ему сильный удар в область горла. Стрелок выронил пистолет и, схватившись двумя руками за горло, свалился на пол. Он не стал ждать приезда милиции, и тут же перепрыгнув через небольшую ограду, отделявшую летнюю веранду кафе от улицы, бросился бежать. Последние, что он запомнил, это были удивленные глаза Эдика, в которых был страх.

***

Конспиративная квартира организации «Белая Стрела», в которой проживал Павел все эти дни, находилась на окраине города. Дом был небольшой, высокий забор полностью закрывал его от любопытных глаз соседей и прохожих. Лавров лежал на небольшом диванчике и детализировал действия личной охраны Эдика в этой перестрелке. То, что он сделал в этом летним кафе, было полнейшей его импровизацией. Сейчас, он пытался разобраться, правильно ли он поступил в этом инциденте или ему стоило все-таки дать убийцы возможность расстрелять Эдика и его людей.

Павел встал с дивана и вышел на улицу, достав из кармана сигареты, он закурил. Лавров снова, уже в который раз, вспомнил Москву, конспиративную квартиру, где они встретились: генерал Антипов, полковник Машин и он. Павел глубоко затянулся дымом и, выпустив его обратно из своих легких, закрыл глаза. Его память стала медленно прокручивать перед ним картинку за картинкой. Вот сидит он, напротив, слегка развалившись в кресле, сидит полковник Машин. Не вставая с места, он докладывает об оперативной обстановке на Северном Кавказе. Павел отчетливо помнил, как потемнело лицо генерала, когда он услышал фамилию Эдика Тбилисского. Генерал-майор встал с кресла и подошел к окну. Он слегка отодвинул штору. Полковник прекратил свой доклад и посмотрел на генерала, который продолжал стоять к ним спиной. Наконец, он повернулся к ним лицом.

– Слушай меня внимательно, «Душман», – тихо произнес он, обращаясь непосредственно к нему. – Завтра ты срочно выезжаешь в город Пятигорск. В этом городе находится логово этого «вора в законе» Эдика Тбилисского. Сейчас, главный его противник – вор в законе «Малек», который обосновался в городе Кисловодске. Между ними вот уже несколько месяцев идет незримая война, гибнут люди. Эдика, поддерживают кавказские «воры», «Малька» – наши российские. Вот и представь себе, какая там сейчас ситуация. Там все так накалено, что можно ожидать практически все. Это бомба, которая готова взорваться в любой момент. Мне не жалко «воров», если они постреляют только сами себя. Единственно, что меня беспокоит, это огромная армия отдыхающих там людей. Мы не должны допустить, чтобы эти люди пострадали в этой необъявленной преступниками войны.

Генерал делал небольшую паузу, подошел к столу и, отхлебнул из чайной чашки уже давно остывший чай. Поставив чашку на стол, он посмотрел на полковника Машина.

–Леонид Павлович! – обратился он к нему. – Я не буду больше отнимать у вас драгоценное время. Прошу вас лишь об одном, тщательно проинструктируйте Лаврова, обеспечьте его оружием, соответствующей экипировкой и по возможности техникой. Не забудьте обеспечить документами прикрытие, а самое главное жильем и деньгами. Они ему там пригодятся».

Полковник Машин встал с кресла, и молча, кивнул в ответ головой.

– «Душман»! – снова обратился к Лаврову генерал. Ты должен сделать все, чтобы не вспыхнула эта криминальная война. Я санкционирую все необходимые действия, вплоть до физического устранения этих «воров», а также преступных авторитетов, подогревающих этот конфликт. Надеюсь, задача ясна? О связи с «центром», тебя проинструктирует полковник».

Лавров поднялся с кресла и вытянулся по стойки смирно.

– Товарищ генерал! Я готов приступить к выполнению поставленной задачи.

Антипов посмотрел на него. По лицу генерала пробежала едва заметная улыбка.

– Вот и хорошо, «Душман». Не буду скрывать, операция сложная и опасная. Скажу прямо, не всем по силам. Поэтому я выбрал для нее тебя. Я верю тебе, знаю твои исключительные возможности. Там о тебе Лавров, не знает никто, даже наш связной. Мне, наверное, нет необходимости тебя предупреждать, что в случае твоего провала, я всегда буду утверждать, что у нас в штате сотрудника по фамилии Лавров, или как ты будешь там называться, никогда не было. Это не моя прихоть, так надо. Делай из этого соответствующий вывод.

Сказав это, генерал встал из-за стола и, пожав им с полковником руки, неторопливо направился к двери. Полковник помог ему накинуть на плечи кожаный плащ, и они вместе с ним вышли на улицу. Проводив его до машины, Машин вернулся в квартиру.

– Ну, что «Душман», теперь слушай, что я буду тебе говорить.

Павел, молча, слушал, записывал телефоны, адреса, чтобы потом все это хорошо запомнить.

– «Душман»!! Надеюсь, ты все запомнил? – поинтересовался у него Леонид Павлович. – Да, впрочем, о чем я тебя спрашиваю? Это, какое у тебя по счету задание?

– Шестое, товарищ полковник.

– Вот видишь, шестое. Ты, «Душман», боец опытный и все хорошо и без меня знаешь. Запомни, только одно, в нашем деле мелочей не бывает. Не стоит недооценивать врага. Они люди опытные, прошли лагеря, хорошо знают нашу оперативную работу. Однако и бояться их, тоже тебе не стоит. В общем, действуй по обстановке, не бойся импровизировать. На помощь милиции особо не рассчитывай, она насколько я в курсе, на их стороне.

– Все понял, товарищ полковник. Разрешите идти готовиться к выезду?

– Свободен.

Павел встал с кресла и направился в прихожую. Надев куртку, он вышел на улицу. Из всей услышанной в этот вечер информации о Пятигорске, больше всего его заинтересовал случаи бесследного исчезновения водителей дорогих автомашин, приезжавших отдохнуть на курортах этого благодатного края. Как сообщил ему Машин, за последние шесть месяцев текущего года бесследно пропало двадцать семь человек. Местная милиция только разводила руками, расписываясь в полной своей беспомощности раскрыть все эти загадочные исчезновения. Насколько он понял, что одной из поставленных перед ним задач была и эта задача, а если точнее, то установить конкретных лиц, причастных к исчезновению водителей и их транспорта.

Сигарета обожгла его пальцы. Лавров швырнул ее на землю и затоптал ногой.

Зайдя в дом, он сел в кресло и включил телевизор. По нему показывали местные новости. Главной новостью была перестрелка в летнем кафе, в результате которой погибло два человека.

«Нет, Лавров, ты поступил правильно, – решил он. – Ты же видел, какими глазами смотрел на тебя Эдик? Эти люди помнят добро и если еще раз попасть ему на глаза, то он обязательно вспомнит об этом. Именно через него можно не только узнать об исчезновении водителей, но и уничтожить этих людей его руками».

Еще немного посидев в кресле, Павел встал и стал одеваться. Лавров оделся и, сунув нож в ножны, прикрепленной у него на правой ноге, вышел на улицу. Закурив сигарету, он неторопливым шагом направился в сторону ресторана «Арарат», в котором насколько он знал, любил отдыхать Эдик. Чем ближе он подходил к ресторану, тем громче стучало у него сердце. Остановившись около входной двери, он подавил в себе волнение и толкнул дверь ресторана.

***

Войдя в вестибюль ресторана, Павел невольно зажмурился от яркого света, который бил ему прямо в глаза. Стоявший у двери человек в зеленой форме с золотыми галунами, вежливо открыл ему дверь. В зале пахло жареным шашлыком, зеленью и вином. В дальнем углу играл ансамбль. В зале кружились в танце несколько отдыхающих пар. К нему подошел администратор, который был одет в черный костюм. На шее его белоснежной рубашки была бабочка.

– Извините меня, вы один? – поинтересовался он у Лаврова.

Получив утвердительный ответ, он проводил его за дальний стол. За столом помимо него сидела молодая супружеская пара.

– Извините, не помешаю? – спросил он у них.

– Садитесь, будем рады хорошему человеку, – ответил молодой человек и вопросительно посмотрел на девушку.

Лавров сел за стол и, взяв в руки меню, стал его изучать. Положив меню на краешек стола, он знаком руки пригласил к себе официанта и сделал заказ. Пока официант исполнял заказ, Павел стал присматриваться к людям, которые сидели за столами: пили вино и ели вкусные шашлыки из молодой баранины. Неожиданно его взгляд остановился на столике, на котором стояла табличка «Занято». Насколько он знал, это был, чуть ли не именной столик Эдика Тбилисского. Однако, стол был пуст.

«Наверняка, Эдик не появится сегодня в ресторане, – подумал он. – Зачем дважды испытывать судьбу? Второй раз убийца может и не промахнуться».

К нему подошел официант, и ставить тарелки с закусками. Он налил себе в бокал красного вина и сделал глоток. Вино было не качественное и сильно отдавало спиртом. Поставив бокал на стол, он стал заедать выпитое вино шашлыком. Мимо его стола прошел мужчина, он на секунду задержался и проследовал дальше. Увлеченный шашлыком, Павел даже не обратил на него внимание. К нему подошел администратор и, наклонившись к плечу, тихо прошептал:

«Извините, товарищ, но вас приглашают пройти вон в ту комнату».

Лавров поднял на него глаза. Он, молча, указал ему на массивную дверь. Павел, конечно, ожидал этого приглашения, но не думал, что это произойдет так быстро. Положив салфетку на стол, он встал из-за стола и направился вслед за ним. Он остановился около двери, и трижды постучав в нее. Выждав секунд десять, он приоткрыл ее и пропустил его внутрь. Лавров вошел в комнату и остановился в дверях. Моментально около него появились двое молодых людей, которые, не церемонясь, обыскали Павла с ног до головы. Он не удивился тому, что они не нашли его нож, который находился в ножнах на правой моей ноге. Этот обыск скорей был простой формальностью. Закончив обыск, они, словно, по команде отошли в сторону и стали по обе стороны двери.

–Проходи, друг. Садись за стол. Кушай, что хочешь, – произнес Эдик, сверля Лаврова своими черными, как сливы, глазами.

Рядом с ним за столом сидело еще четверо мужчин, которые, не скрывая своего интереса, бесцеремонно рассматривали Павла. Он пошел к столу и, взглянув на мужчин, сел за стол.

– Пить будешь? – спросил его Эдик.

Лавров промолчал. Посчитав его молчание за согласие, он налил в рюмку коньяк. Павел не знал, что ему делать пить или не пить. Судя по настрою этих людей, его отказ мог вызвать у них приступ ярости, так как они могли расценить это, как, неуважение к хозяину стола. Павел поднял рюмку и выпил.

–Вот и хорошо. Запомни, тот, кто не пьет, тот продает.

Сидевшие мужчины громко засмеялись. Он пристально смотрел на него. От его взгляда Лаврову стало, как-то не по себе, словно он сидел перед ними голый, но при галстуке. Глаза Эдика были похожи на глаза удава, который, не отрываясь, смотрели на свою жертву.

– Ты кто такой? Ты, что делаешь в этом городе?

– Я, обычный человек и оказался в этом городе по воле случая. У меня здесь товарищ пропал без вести. Вот я и приехал узнать, как это произошло.

– Скажи мне, как ты оказался днем в этом летнем кафе? – словно не слыша его ответа, задал он свой очередной вопрос.

– Просто зашел поесть. Если бы я знал, что там произойдет, то никогда бы туда не пришел.

Видимо его ответ не совсем убедил Эдика.

– Скажи мне, человек, кто тебя так научил так драться? Ты одним ударом убил этого стрелка. Кстати, мне доложили, что ты просидел в этом заведении несколько часов. Скажи, ты кого ждал?

От этих слов Лавров невольно вздрогнул. Он пристально посмотрел на Эдика. Ему показалось, что он готов дать команду своим бойцам, чтобы те «поставили» меня на ножи.

«Блефует или нет? – лихорадочно крутилось у в голове Павла. – Может, стоит попытаться каким-то образом вырваться из этой комнаты, которая становится для него судилищем».

– Вы правы, да я действительно там просидел около двух часов. Просто, мне нечего было делать. Я бывший спецназовец, прошел Афганистан. Там я и научился убивать людей без оружия. Могу сказать лишь одно, в кафе я не хотел убивать этого парня, просто, так получилось. По всей вероятности не рассчитал силу своего удара.

Лицо Эдика было абсолютно спокойным. Нужно отдать ему должное, он хорошо владел своими эмоциями. Лавров перевел свой взгляд на сидевших рядом с ним мужчин.

«Похоже, играет на публику. Другие по сравнению с ним держаться намного хуже», – успел подумать он.

Словно оправдываясь перед ними, Павел начал сбивчиво оправдываться.

– Вы знаете, я не знаю, кто вы, но я не хотел убивать того человека. Там, в кафе, мне показалось, что этот человек готов убить всех кто был там. Поэтому я его и ударил, но убивать его я не хотел.

Мужчины снова засмеялись. Им явно нравился этот импровизированный концерт, устроенный их шефом.

– Откуда ты родом? – задал вопрос один из мужчин.

– Сам я из Казани, но в настоящее время живу в Москве. Раньше работал в охранной структуре, но после того, как пропал мой товарищ, уволился и приехал сюда.

Лавров замолчал, надеясь, что его ответ удовлетворил их интерес. Лицо «вора» было по-прежнему спокойное, словно это был не живой человек, а мраморное изваяние.

– Эдик! – обратился к нему один из мужчин. – Ты, знаешь, я ему не верю. Ничего просто так не происходит. Появляется здесь этот фраер и тут же происходит покушение на тебя. Давай, мы его просто зарежем здесь и все?

– Зарезать мы его сможем всегда. Надо подумать, что с ним делать дальше. Ты, где живешь, спецназ?

Павел назвал свой адрес. Эдик переглянулся с мужчинами, а затем, повернувшись к нему, тихо произнес:

– Иди, отдыхай. Будешь, нужен, я найду тебя.

Лавров встал из-за стола и направился к выходу. Охранник, молча, открыл ему дверь, и он вновь оказался в зале ресторана.

***

– Шеф! Что с ним будем делать? Может и вправду, поставить на ножи? – спросил Эдика седоватый мужчина средних лет, седевший справа.

– Это мы всегда успеем сделать, «Крот». Ты, вот сам подумай, если он человек «Малька» и был в кафе в качестве контролера, то зачем ему нужно было глушить этого стрелка? Кто ему в тот момент мешал дождаться, когда он разрядит в меня обойму, а лишь затем глушить его. Здесь, что-то не так, но, что конкретно, я еще не знаю. Ты, знаешь «Крот», я тоже ему не верю. Но, что этот человек работает на «Малька», едва ли. Да и второй момент, почему он не свалил из города, ведь это не логично после всего этого оставаться здесь? Он, что не боится милиции или бойцов «Малька»? Будь я на его месте, то я давно ударился в бега, а он остается. Спрашивается, зачем?

– Эдик! Может, пройдемся по его связям. Посмотрим, где он живет, с кем общается? Если он и вправду приехал сюда в поисках своего товарища, это одно. Если его интересует другое, постараемся разобраться в этом. Будь моя воля, я бы его специально навел бы на людей «Пахтакора» и посмотрел, что он предпримет. Не знаю, как тебе, но мне «Пахтакора» не жалко. Во-первых, насколько мне известно, он сейчас работает с «Мальком», пусть этот человек и заглушит его. Это же хорошо решать подобные вопросы чужими руками. В случае чего, мы здесь не причем.

– Идея конечно не плохая. Но, в ней есть одно но, а что если он выйдет через него «Тягу»? Впрочем, гадать не будем. Пока ты «Крот» поройся, понюхай кто он, а там посмотрим, как его использовать в наших интересах.

«Крот», молча, кивнул Эдику и вышел из комнаты через запасной выход. Вскоре он вернулся в комнату и снова сел за стол.

– Все нормально. Отдал команду, люди «Хряща» посмотрели за ним. Ты прав, спешить нам не стоит.

Один из мужчин взял в руки бутылку с коньяком и разлил его по рюмкам. Повернувшись к главному лицом, он поднял рюмку и опрокинул ее содержимое себе в рот. Вслед за ним это сделали и другие, не обратив свое внимания на то, что Эдик лишь пригубил свою рюмку и поставил ее на стол.

– Гиви! Что говорит начальник милиции?

– Пока ничего определенного, Эдик. Стрелок молчит.

– Гиви! С ним тянуть не стоит. И так все ясно, от кого и зачем он приехал сюда.

– Все понял. Считайте, что его уже нет в живых.

– Погоди, гнать волну. Вот когда он там подохнет, как собака, тогда и доложишь. Я смотрю, вы все привыкли порожняки гонять туда-сюда.

Гиви моментально вспыхнул. Внутри его закипела кровь. Ему было неприятно это замечание. Он ведь хорошо понял, что, не смотря на то, что Эдик все это произнес во множественном числе, оно касалось именно его и больше никого. Он вскочил из-за стола и швырнув белоснежную салфетку на пол,

– Эдик! Разве я тебя хоть раз подводил? Вспомни хоть один случай! Не нужно меня обижать и упрекать! Я не заслужил подобного обращения!

– Заткнись! Ты не на дипломатическом вечере, здесь все свои. Не стоит психовать, оставь эти слова для своих людей. Здесь, за этим столом, говорю и решаю лишь я один. Ты случайно рамсы не перепутал? Ты, что краев не видишь? Ты, не вор, чтобы делать мне замечания. Понял!

По лицу Эдика пробежала тень. Он до хруста в пальцах сжал салфетку, а затем протер ее вспотевший от напряжения лоб.

Несмотря на полученное замечание, он снова вспыхнул от негодования. Он как не старался, но не смог подавить в себе это раздражение.

– Ты, Эдик забыл, кем ты был в этой жизни, – начал Гиви. – Если бы не я и не мои ребята, ты давно уже был бы на ноже. А, сейчас, ты прилюдно затыкаешь мне рот, говоря, что я не вор. Если бы я столько сделал для «Малька», сколько сделал для тебя, то наверняка, был бы уже давно коронован!

Он демонстративно встал из-за стола и направился к выходу из комнаты. Все затихли и устремили свои взгляды на Эдика, но тот сидел спокойно, словно его не интересовал, весь этот демарш. Когда за ним захлопнулась дверь, тот повернулся лицом к молодому мужчине.

– Егор! Кто с нами еще не расплатился? – тихо спросил он его. – Может, мне вместо тебя ездить по точкам и собирать деньги? Если мы так плохо будем отрабатывать свои направления, то скоро нам придется, есть не эти вкусные шашлыки, а довольствоваться пшенкой.

Лицо Егора покрылось красными пятнами. Однако, поступить так, как поступил минуту назад Гиви, он не решился.

– Эдик, я все понял. Завтра сам переговорю с должниками.

– Вот и хорошо, Егор. Я на тебя надеюсь дорогой.

Егор разлил коньяк по рюмкам, и они снова выпили.

– Вот, что? Вы давайте, гуляйте, отдыхайте, а я поеду, отдохну немного. День сегодня был сложным.

Эдик встал из-за стола и направился к запасному выходу. Вслед за ним из-за стола поднялись и мужчины. Проводив его до машины, они все вернулись к столу.

***

Лавров этого ничего не слышал, так как сидел за столом в ресторане и доедал свой уже остывший шашлык. Ансамбль закончил свое выступление, и в ресторане стало слышно, как стучат ножи и вилки о фарфоровые тарелки. Он оглянулся и сразу обратил свое внимание на молодого человека, который сидел за столом и делал вид, что увлечен поеданием шашлыка.

«По-моему, еще минуту назад, этого парня здесь не было. Похоже, это хвост, – сразу определил он, продолжая изредка бросать на него, свой взгляд. – Парень явно не специалист этого дела, поэтому ведет себя, слишком нагло и нервозно. Нельзя же так внимательно рассматривать человека, за которым ты будешь работать».

Сидевшая с ним молодая пара, пожелав ему приятного отдыха, расплатилась с официантом и ушла. Теперь он один сидел за столом и сейчас ему никто не мешал наблюдать за отдыхающими в зале. Доев свой шашлык, он подозвал к себе официанта. Тот оторвал счет и положил его на стол перед ним. Взглянув на сумму, Павел достал из кармана деньги и, расплатившись с ним, направился к выходу. Выйдя из ресторана, он достал из кармана сигареты. Он стал ждать этого молодого человека. Ждать пришлось не так долго. Парень, словно ошпаренный выскочил из ресторана и, увидев его, облегченно вздохнул и улыбнулся, словно старому знакомому.

– Ты представляешь, – обратился Лавров к нему, – хотел бросить курить, но видимо не получится. Стоило немного выпить, как рука автоматически потянулась за сигаретой. У тебя огня не будет?

– Я тоже несколько раз хотел бросить курить, но у меня тоже ничего не получалось, – ответил парень и протянул ему коробок спичек.

Беря из его рук спички, Павел невольно обратил внимание на его руки. На кисти левой руке было выколот то ли закат, то ли восход солнца, на котором неровными буквами было написано слово «Север». Пальцы правой руки украшали синие перстни.

«Богатая, похоже, у тебя биография, молодой человек, – подумал Лавров. – Насколько я понимаю в этих наколках, ты был дважды судимым, а одно из своих наказаний ты отбывал где-то на севере».

Прикурив сигарету, он вернул ему спички и неторопливым шагом направился в сторону своего дома. Парень брел за ним на расстоянии метров сорока-пятидесяти, делая вид, что, также не торопясь, идет к себе домой. Однако, стоило Лаврову лишь ускорить свой шаг, он делал тоже самое. Павлу не хотелось раньше времени показывать им свое место жительство, ведь идущий за ним молодой человек не знал, что он назвал Эдику свой домашний адрес. Он свернул за угол дома и, перемахнув довольно высокий забор, затаился среди кустов. Заметив его внезапное исчезновение, парень растерялся. Он несколько раз пробегал мимо него буквально в трех метрах, однако темнота и кусты сделали Павла невидимым для него. Он покрутился на этом месте еще минут пятнадцать, громко выругался матом и, махнув безнадежно рукой, направился обратно в сторону ресторана. Лавров перебрался обратно через забор и, убедившись в отсутствии хвоста, направился к себе домой.

Путь его лежал мимо автовокзала. Осмотревшись по сторонам, он вошел в зал ожидания и открыл автоматическую ячейку камеры хранения. Забрав из нее спортивную сумку, он поставил ее на стол. Порывшись в сумке, Павел забрал из нее оружие, а сумку снова поместил в ячейку. Выйдя из здания вокзала, он спокойным шагом направился к себе домой. Недалеко от дома Лавров снова встретил своего преследователя. Судя по его внешнему виду, он был смертельно рад этой встрече и готов был, чуть ли расцеловать его. Павел сделал вид, что не заметил этих сияющих от счастья глаз и снова попросил у него спичек.

– Слушай, давай, познакомимся. Я в этом городе не так давно и еще трудно ориентируюсь. Ты я чувствую парень местный. Может быть, ты поможешь мне ориентироваться здесь.

Он явно не ожидал этого предложения. Парень на какую- то долю секунды замешкался, а затем протянул ему руку.

– Андрей, – коротко представился он Павлу.

– Я, тоже Андрей. Выходит мы с тобой брат тезки.

Лавров прикурил и протянул ему обратно спички.

– Ты, что Андрей, похоже, где-то рядом живешь или просто гуляешь по ночному городу?

Он заметно смутился.

– Я, живу на другом конце города. Просто у меня не так далеко от тебя живет тетка. Вот я к ней и решил заглянуть.

– А, не поздно? Смотри на часы, скоро уже двенадцать ночи.

– Все нормально. Она всегда рада видеть меня и днем, и ночью.

– Ну, что Андрей, тогда до встречи. Я пошел отдыхать, время поздние и нормальные люди уже давно спят.

Они, молча, пожали друг другу руки и разошлись. Лавров вошел в дом и, не зажигая света, отодвинул занавеску в сторону. Напротив дома, прижавшись к забору, стоял Андрей. Павел невольно усмехнулся над ним и стал раздеваться. Перед тем, как лечь спать, он снова посмотрел на улицу. В этот раз улица была пуста.

***

Лавров неторопливо шел по утренним улицам города. Было еще не так жарко. Улицы были полны народу, все куда-то спешили, кто на работу, а отдыхающие на процедуры. За ним, стараясь не потерять меня из вида, шел Андрей. Он сменил одежду, но он все равно его заметил. Павел специально остановился около входной двери милиции и, достав из кармана сигарету, закурил. Андрей, спрятавшись за припаркованными машинами, наблюдал за ним. Дважды затянувшись, он бросил недокуренную сигарету в урну и вошел в здание городского отдела милиции. После яркого солнечного света, в помещении милиции было сумрачно и сыро. Лавров подошел к зарешеченному окну дежурной части и, нагнувшись, обратился к дежурному.

– Товарищ майор! Скажите, пожалуйста, с кем из сотрудников уголовного розыска я могу переговорить. У меня в этом городе пропал друг. Представляете, приехал отдохнуть и пропал. Прошло больше месяца и никаких вестей.

По лицу дежурного офицера пробежала гримаса не довольства. Видимо этот вопрос ему был явно неприятен. Он оторвался от журнала, в котором что-то писал и посмотрел на него.

– Кто у вас пропал? – спросил он его. – Назовите фамилию, имя, отчество и дату рождения.

– Я же вам сказал, мой товарищ. Фамилия его Грачев Борис Александрович, 1963 года рождения, уроженец и житель города Москвы. Пропал он месяц назад.

– Заявление о розыске кто подавал?

– Заявление подавали в Москве. Там же мне сказали, что розыскное дело направлено в ваш адрес, так как это было его последнее местонахождения.

– Откуда вы это знаете?

– Он отсюда разговаривал с женой по междугороднему телефону. Звонил он с главпочтамта. Это уже установлено.

– Кем, это установлено?

– Оперативниками из Москвы. Они направляли запрос и им это подтвердили.

Лицо дежурного перекосила гримаса злости, словно он ему, что-то сказал неприятное или отобрал у него любимую игрушку. Офицер снова посмотрел на него и тихо произнес:

– Пройдите в двадцатый кабинет. Розыском, пропавших без вести людей занимается капитан Гришин. Вот с ним и поговорите.

– Спасибо товарищ, майор.

Лавров повернулся и увидел Андрея, который стоял не так далеко от него. Заметив, что он заметил его, парень махнул ему рукой и вышел из отдела. Павел отошел от окна дежурной части и направился по длинному и узкому коридору разыскивать этот двадцатый кабинет. Нужный ему кабинет оказался в самом конце коридора. Прежде чем войти в кабинет, он дважды постучал в дверь, лишь только после этого толкнул ее. Дверь оказалась закрытой на замок. Из соседней двери вышел молодой человек, и удивленно посмотрел на него.

– Вы, что не знаете, что Гришин вот уже вторую неделю находится в отпуске?

– Мне об этом никто не сказал, в том числе и ваш дежурный по отделу. А, кто сейчас занимается розыском вместо него?

– Розыском? Антонов! Но, его тоже сейчас нет. Он болеет.

Заметив его замешательство, он посоветовал Павлу подойти дня через два. Он поблагодарил сотрудника и направился обратно на улицу.

– Привет! – раздалось у Лаврова за спиной.

Он оглянулся и увидел стоявшего около него Андрея.

– Ты, что здесь делаешь? – спросил он его.

– Вот пришел в милицию, чтобы узнать, как она ищет моего товарища, который пропал здесь вместе с машиной месяц назад.

– И, что?

– А, ничего? Пришел, поцеловал дверную ручку и ушел. Оперативник по розыску – в отпуске, другой, который его замещал, на бюллетени. Просто какой-то замкнутый круг. Хожу, чуть ли не неделю и ничего не могу узнать, ищут его вообще или нет?

– Голяк! Ты здесь ничего не узнаешь. Насколько я в курсе этой проблемы, он пропал здесь не один. Таких людей, как он, без вести пропавших с машинами, здесь десятки. Ты понимаешь, Андрей, это бизнес – деньги, машины. Говорят, что машины уходят в Дагестан, Чечню. Там их ставят на учет и продают.

– А, ты Андрей, откуда это все знаешь? Может, поможешь мне поискать своего друга?

– А, я догадливый. Могу даже подсказать, кто здесь, на чем делает деньги. Вот, например «Пахтакор». Ты знаешь тезка, сколько машин прошло через его руки? Ты бы поговорил с ним, может он тебе и даст наколку на нужных тебе людей.

– Андрей! А, где его можно разыскать, этого «Пахтакора»?

– У него автосервис около рынка. Походи, посмотри, может что-то и узнаешь.

– Спасибо. Прямо сейчас и пойду. Может, поможет чем-то?

Они пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны.

***

«Пахтакор» выглядел намного старше, чем на той фотографии, которую Павел видел в его досье в «конторе». «Пахтакор», он же Назарбаев Искандер родился в городе Целинограде, был трижды судимым за мошенничество. После отбытия последнего срока в Мордовии, он решил осесть на постоянное место жительство в городе Пятигорске. Город ему понравился сразу и уже через полгода, он стал владельцем самого большого в городе автосервиса. Местные жители поговаривали, что он тесно связан с «ворами в законе», однако, это ему не мешало делать хорошие деньги. Он был официально не женат, жил в гражданском браке, от которого имел двоих детей. В последнее время дела «Пахтакора» шли не совсем удачно. В этом он винил Эдика, который поднял для него планку денежных отчислений в «воровской общаг». Последняя его встреча с Эдиком каких-либо реальных выгод и поблажек ему не принесла. Один из приближенных Эдика, обвинил его в том, что тот ведет двойную игру. Что он отдавал деньги в «общаг» не только Эдику, но и его кровному врагу – «Мальку». Тогда ему удалось вывернуться из этой непростой ситуации, но рассчитывать на подобное везение в следующий раз, было бы наивно.

Лавров вошел в здание автосервиса и остановился около группы слесарей, которые что-то бурно обсуждали. Заметив его, они вдруг замолчали и с любопытством посмотрели на него.

– Ты, что здесь делаешь? Ты случайно не заблудился, здесь молодой человек? – поинтересовался у него мужчина средних лет, в грязной спецовке. – Ты, кого здесь ищешь?

– Ребята! Вы знаете, у меня друг пропал в вашем городе. Он приехал сюда на своей автомашине. У него был «Мерседес» – 350 черного цвета. Машина была совсем свежая.

Слесаря, услышав его вопрос, вдруг, словно по команде развернулись и направились по своим рабочим местам. Павел повернул голову в сторону и увидел «Пахтакора», который пристально смотрел на него.

– Иди сюда! – крикнул он Лаврову и в подтверждении своих слов, махнул ему рукой.

Павел подошел к нему. Он смерил его своим взглядом с ног до головы, лишь только после этого он поинтересовался у него:

– Ты, что здесь трешься, парень? Вообще ты кто такой и что ты здесь делаешь?

Лаврову ничего не оставалось делать, как повторить свою легенду снова. Когда он закончил свой рассказ, «Пахтакор» усмехнулся. Его узкие карие глаза, скрылись за его круглыми раздутыми, словно у хомяка, щеками.

– Ты, ошибся парень. У меня здесь паленых машин нет. Я работа без криминала, просто не хочу ссориться с милицией. Зачем мне все это? Я не молодой и проблемы мне не нужны. У меня бизнес, а деньги не любят шума. Скажи мне, кто тебя прислал ко мне?

– Никто. Я просто шел по рынку, увидел автосервис, вот и зашел. А, почему вы меня об этом спрашиваете?

– Ты мне здесь пургу не гони! Я тебя насквозь вижу! Если ты еще раз появишься здесь, я тебя зарою. Ты, надеюсь, понял меня?

– А, что не понять? Не лох, понял.

– Раз так, парень, то вали отсюда, пока тебя отсюда не вынесли ногами вперед. Я дважды не повторяю.

Павел, молча, вышел из бокса автосервиса. Он посмотрел на «Пахтакора», который все также стоял у ворот и неотрывно наблюдал за ним. Больше не останавливаясь, он медленным шагом направился в сторону городского рынка.

Хозяин сервиса, проводив его взглядом и убедившись, что он ушел, вернулся в автосервис. Он поднялся на второй этаж и, пройдя мимо секретаря, вошел в свой кабинет. Он пододвинул к себе телефонный аппарат и стал быстро набирать знакомый ему номер.

– Эдик! Привет! Это «Пахтакор» тебя беспокоит. От меня только что ушел молодой человек, который разыскивает своего друга. Тот пропал месяц назад вместе со своей машиной.

– Ну, а я здесь причем? Мало ли людей пропадает на этом свете. Другие живут, не подозревая, что любой момент могут внезапно исчезнуть.

– Я не об этом, Эдик. Тот парень интересовался другом, который пропал на «Мерседесе»-350 черного цвета. Ты же отлично понимаешь, о чем я говорю. Эта та машина, которую ты подарил своему товарищу из Тбилиси. Ты понял, о чем я говорю или нет?

– Выпусти пар, «Пахтакор». Я никогда и ничего, никому не дарил. Это раз. Во-вторых, этот человек пришел к тебе, а не ко мне. Что ты от меня хочешь? Просишь защиты? Что ты, поэтому вопросу не обратишься к своему другу – «Мальку»? Ты же ему тоже платишь, пусть он и решает этот вопрос, если сам не можешь его решить. Что у тебя перевелись надежные люди?

– Эдик! Ты же знаешь, что это не правда, про «Малька». Я никакого отношения к нему не имею. Я работаю лишь только с тобой. Мы просто раньше чалились у одного хозяина и не более.

– «Пахтакор»! Не мне тебя учить, что нужно делать в этом случае. Я же никогда у тебя не интересовался, каким способом ты приобретал все эти машины? Если у тебя есть люди, которые таскают тебе эти машины, значит, у тебя всегда есть возможность самому решить эту проблему. Главное не паникуй! Это обычный мужик и вопросы у него самые обычные.

– Нет, Эдик! Это не обычный мужик. Я сердцем чую, что это не обычный мужик.

– Ты бы поберег свое сердце, «Пахтакор». Надо работать головой, а не чуять сердцем.

На том конце провода положили трубку. «Пахтакор», немного подумав, положил трубку на рычаг телефона.

***

Эдик положил трубку и посмотрел на Гиви. Взгляд его был настолько тяжелым, что тот почувствовал, как по его спине сначала пробежали мурашки, а затем между лопаток стало так холодно, что он поежился от внезапно охватившего ощущения.

– Гиви! Ты знаешь меня давно. Мы вместе с тобой бегали по лужам и делили между собой кусок хлеба.

– Да, это так, Эдик.

– Тогда скажи мне дорогой друг, почему до сих пор жив этот человек? Почему ты не отомстил до сих пор ему, за то, что он хотел убить меня? Ты же знаешь, что я не люблю, когда не выполняются мои приказы?

– Эдик, я сделал все, что мог. Но, его забрали люди из шестого отдела и перевели в другую камеру. Сейчас, я ищу людей, которые могут это сделать.

– Дорогой! Не стану тебя лишний раз расстраивать, но это твоя проблема. Ты ведь сам добровольно взял на себя эту проблему. Вспомни, как ты уверял нас всех, что в милиции у тебя все схвачено и за все заплачено. Скажи мне дорогой, может, я был тогда пьян и неправильно тебя понял? Может, ты вообще ничего подобного не говорил и ничего не обещал?

В комнате повисла тяжелая тишина, разрываемая тяжелым дыханием Гиви. Он хорошо знал Эдика и догадывался, к чему может привести этот тихий вкрадчивый голос хозяина. Не дожидаясь конца его речи, он вскочил с кресла и быстро заговорил:

– Эдик не торопись с решением. Я все сделаю, чтобы этот человек умер в ближайшие дни.

– Хорошо. У тебя одни сутки. Я дважды на одну и ту же тему не разговариваю. Жизнь Гиви, коротка и если я дважды буду говорить, об одном и том же, то тогда буду похож на попугая. И еще, я все-таки хотел бы знать, знакомы ли эти два человека между собой, этот афганец и стрелок?

– Эдик я все сделаю, что ты просишь. Ты же знаешь меня?

Мужчина встал с кресла и, пятясь спиной назад, вышел из кабинета. Эдик перевел свой взгляд на «Крота».

– Ну, а, ты, что скажешь?

– Пока ничего интересного. Вышел из ресторана и направился домой. Никуда не заходил и ни с кем не встречался. Сегодня с утра заходил в милицию, интересовался розыском друга. А, затем, после подсказки «Хрящ»а, пошел в автосервис. Ведет себя спокойно, не дергается.

Эдик встал из-за стола и подошел к окну. Отодвинув в сторону штору, он посмотрел на улицу.

– Ты знаешь, мне звонил «Пахтакор», он начал психовать! Говорит, что этот парень нарисовался в городе не просто так. Испугался. Обратился ко мне, клянется, что никаких отношений не поддерживает с «Мальком», но я ему не верю. Ты знаешь, «Крот», я ему посоветовал самостоятельно решить эту проблему. Как ты на это смотришь?

– Мудро. Посмотрим, что он будет делать?

– Вот и я говорю ему, ты делай, а мы посмотрим, что у тебя выйдет. Ты ему на всякий случай шепни адресок этого афганца.

– Все понял, Эдик. И еще, поинтересуйся у ментов, ищут они его или нет? И вообще, что они на него имеют. Это я к слову. Вдруг придется с ними торговаться, можно отдать им этого афганца. Кто он нам? Понял?

«Крот», молча, кивнул.

– Раз все понял, иди, выполняй.

«Крот» вышел из кабинета и, миновав двух охранников, сидевших около двери, направился на улицу.

***

Павел шел по рынку, чувствуя каждой клеткой своей спины, идущего за ним Андрея. Когда он оборачивался, тот неумело прятался за спины торговцев, а затем снова шел за ним. На рынке Лавров закупил продукты и пошел в сторону дома. Свернув за угол здания, он резко развернулся и направился в обратную сторону. Они столкнулись с «Хрящем» лицом к лицу. Павел схватил его за грудки и прижал его спиной к стене дома.

– Слушай, ты тезка! – прохрипел он. – Я прошел три года Афганистана, имею ордена и медали. Я тебя, пешехода, еще вчера засек, как ты только двинул за мной из ресторана. Хочешь, я прямо здесь, тебя закопаю? Поверь, у меня рука не дрогнет.

Лицо Андрея покрылось капельками пота. Было, похоже, что он ни капли не сомневался в его возможностях.

– Андрюха! Братан! Не шуми! Ты знаешь, я человек подневольный. Мне сказали, посмотри за этим человеком, я и смотрю.

Лавров расслабил хватку, а затем совсем отпустил его. Он поправил на себе шелковую рубашку и, отойдя от него в сторону, произнес:

– Вот, что солдатик! Ты больно из штанов не выпрыгивай. Здесь, банкуют другие солидные люди, для которых ты словно пищевая моль. Раз, тебя ладошкой и нет тебя.

– Думаешь, что напугал меня? Я все три года ходил по лезвию бритвы и многое видел. А, сейчас, вали, отсюда, пока я тебе ноги не сломал, невольник.

Павел повернулся и пошел дальше. «Хрящ», постоял минуты две в раздумьях, а затем, махнув рукой, последовал за ним. Около дома он нагнал его и, схватив меня за руку, попросил, чтобы он его выслушал.

– Что тебе от меня нужно? Давай, говори, видишь, я тороплюсь домой

– Андрей! Хочешь, расскажу о человеке, который причастен к исчезновению здесь людей? Думаю, что это поможет тебе найти своего друга.

Лавров невольно усмехнулся и посмотрел на него. Он просто не мог поверить этому человеку, который вдруг неожиданно для него решил помочь ему.

– Да, ты Андрей, не отмахивайся. Я тебе расскажу, а ты сам дальше решай, верить мне или нет.

– Я, просто, не могу поверить, что человек, приставленный ко мне «ворами», вдруг проявляет какое-то сочувствие и решается мне помочь в поиске моего товарища. А, ты будь на моем месте, поверил бы или нет? Поэтому, я не знаю, что тебе сказать? Если ты действительно хочешь мне помочь, то рассказывай, если решил просто приколоться и рассказать мне какую-то сказку, проваливай дальше.

«Хрящ» задумался. Этот молодой человек, прибывший сюда из Москвы в поисках своего товарища, явно вызывал у него уважение, однако, помимо всего этого, где-то в глубине его души, маленьким червячком шевелился страх, за свое будущее. Наконец он решился.

– Давай, отойдем в сторону и поговорим по-хорошему, – предложил «Хрящ». – Я не хочу лишнего светиться. Город у нас маленький и мы все здесь друг друга хорошо знаем.

– Ну, что? Пойдем, поговорим. Тебя устроит это кафе или нет? – произнес Павел и рукой указал на небольшое летнее кафе.

– Пойдем. Это лучше, чем торчать посреди улицы и вести базар.

Они свернули в переулок и направились к кафе.

***

Они зашли в небольшое кафе. Бармен, стоявший у стойки, узнав «Хряща» и засуетился. Он быстро вытер стол в дальнем углу зала, и они прошли к указанному им столу. Заказав по кружке пива, Павел стал слушать рассказ «Хряща»:

– Андрей! Когда ты говоришь, пропал твой друг? Месяц назад? Я три недели назад я видел этот черный «Мерседес» в автосервисе «Пахтакора». Мой кореш, Илья, лично сам перебивал номера на кузове и двигателя машины. Я думаю, что эта машина принадлежала твоему другу.

– С чего это ты решил, что это была машина моего друга? Мало ли таких машин в России?

«Хрящ», хитро улыбнулся и таинственно посмотрел на него.

– Все дело в том Андрей, что это был единственный «Мерседес» -350, черный, который они потрошили в своем автосервисе. Больше таких машин за последние четыре месяца у них не было. Были другие машины, но такой машины, не было.

– Выходит, к исчезновению людей причастен «Пахтакор»? А, как же Эдик? Ведь «Пахтакор», наверняка, ходит под ним?

– Интересно, как ты говоришь? У тебя язык, как у следователя. А, в отношении Эдика могу лишь сказать одно, у него здесь все схвачено. Зачем Эдику кровь? Он человек не глупый, он «вор», а не убийца. По «воровскому кодексу», «вор» не может быть убийцей, бандитом или грабителем. Он «вор» и этим все сказано. «Пахтакор» и так ему отстегивает неплохие деньги. Чего ему еще нужно?

– Выходит, все это дело рук самого «Пахтакора»?

– Нет. «Пахтакор» фармазон, то есть мошенник. Он имеет дело лишь с машинами, клиентами и не более. Здесь все делает один человек или группа, но извини брат, я этих людей не знаю. Я и так тебе слишком много рассказал. За подобные рассказы, братва на ножи сажает.

– Вот скажи мне тезка, почему ты мне все это рассказал? Если ты мне скажешь, что я тебе симпатичен, я тебе никогда не поверю. Какой у тебя интерес в этом деле?

Лавров замолчал и пристально посмотрел на «Хряща». Он поежился под его взглядом, а затем, оглянувшись по сторонам, нагнулся поближе к нему и заговорил вкрадчивым голосом:

– Андрей! Огород городить не буду. Если ты подвинешь в сторону «Пахтакора», то этот автосервис может, легко перейти ко мне. Не бегать же мне всю жизнь на побегушках у «Крота». Они брат все особняки имеют, пьют коньяки, жируют, я тоже хочу немного такой жизни. Так, что наши интересы в какой-то степени пересекаются. Тебе нужен друг, а мне место под солнцем. Ну, что брат, по рукам?

– Погоди, тёзка! Мне теперь понятен твой интерес. Скажи, почему я должен тебе верить, может, ты меня специально на «Пахтакора» выводишь?

– Клянусь, мамой! Зачем мне напускать туман? Сам посуди? Ты поговори с ним, тогда и сделаешь свой окончательный вывод?

«А, может, он действительно не врёт? Ты же сам заметил, как забеспокоился «Пахтакор», когда увидел тебя в автосервисе? Нет, здесь, что-то есть, просто так он бы не стал рисковать своим здоровьем?», – подумал Павел, продолжая всматриваться вспотевшее от напряжения лицо собеседника.

– Ты, что потеешь, тёзка, словно мы с тобой пьем пиво в парной? Может, боишься чего-то?

– Чего мне бояться? Жарко, Андрей, вот и потею.

– Считай, что я тебе поверил. Теперь давай, выкладывай, с кем работает «Пахтакор»? Я никогда не поверю тебе, что ты не знаешь этих людей. Как ты сам мне только что говорил, городок маленький, все друг друга знают. Я в темную не играю, на кону жизни людей. Мне же помимо твоего «Пахтакора» нужно найти хотя бы труп своего товарища.

«Хрящ» заерзал на стуле. Лавров впервые за все это время подумал о том, что он действительно боится. Судя по выражению его лица, было видно, что он был уже не рад, что связался с ним.

– Если бы я их знал, то обязательно бы сообщил тебе. Но их, я не знаю. На сто процентов уверен, что они есть, но кто такие, я не знаю.

– Хорошо, тёзка. Будем считать, что договорились.

– Вот и хорошо. Значит по рукам.

Он протянул мне руку. Павел сжал его кисть, она была влажной от волнения. Заплатив за пиво, он покинул кафе и направился к себе домой, чтобы обдумать полученную информацию.

***

Весь остаток дня, Лавров провел в раздумьях. Если сказать честно, то, он не знал каким образом ему реализовать полученную информацию, а самое главное, что так тревожило его, насколько она достоверной. Он не верил в подобную удачу, чтобы вот так, как сегодня, она свалилась на него в виде человека Эдика.

«Думай, Лавров, думай. Ты же знаешь, что не бывает безвыходных ситуаций. Есть просто неприятные решения, – уговаривал он себе. – Для чего тебе была передана эта информация? Если все это так просто, то почему об этом не знают оперативные сотрудники городского УВД? Нет, здесь что-то не так, но что? Может это элементарная ловушка, я туда сунусь, это пустышка».

От всех этих мыслей у него заболела голова. Павел невольно вспомнил Афганистан. Там было все предельно ясно. Там не нужно было гадать, кто это друг или враг, идущий по караванной тропе с автоматом в руках. Здесь же, все по-другому. Ухватился не за тот кончик нити и только со временем можешь понять, что тянул не ту нить. Он взял со стола сигареты и направился во двор, чтобы очередной раз покурить и снова попытаться просчитать эту комбинацию.

Мимо забора дома прошел мужчина. Он в какой-то степени отвлек его от этих тяжелых мыслей. Внешность этого человека показалась Павлу знакомой, и он невольно переключился на него.

«Где же я его видел?», – прикидывал он.

Неожиданно он вспомнил лицо этого человека. Он, молча, наблюдал за ним, когда Павел разговаривал со слесарями в автосервисе, а затем подошел к «Пахтакору» и что-то сказал ему на ухо.

«Интересно! Что он здесь делает? Живет или просто так прогуливается?», – подумал Лавров. – Здесь редко кто гуляет, это окраина города и здесь нет ни музеев, ни баров, ни ресторанов?»

Встав со скамейки, он открыл калитку. Мужчина, словно, растворился в воздухе. Улица была абсолютно пуста, лишь где-то в ее конце все также играли дети.

«Странно? Куда он мог исчезнуть? – крутилось в голове Павла. – Не мог же он просто испариться в воздухе?»

Лавров ещё с минуту постоял посреди улицы и направился обратно в свой дом. Какое-то внутреннее беспокойство моментально поселилось где-то внутри его. Предчувствие нависшей надо ним беды заставило Павла достать из тайника пистолет. Чтобы как-то успокоить себя, он быстро разобрал его и, протерев детали чистой тряпочкой, снова собрал его. Приподняв правую штанину, он убедился, что нож надежно прикреплен к его ноге. Сердце громко застучало в груди, словно он опять вернулся в горы Афганистана и увидел, показавшийся в туманной дымке караван моджахедов.

«Без паники, Лавров! У тебя в жизни были ситуации и покруче этой. Кого ты испугался? Этого человека, который случайно прошел мимо твоих окон? Мало ли кто может бродить под ними. Город маленький и все здесь ходят под чьими-то окнами», – пытался успокоить он сам себя.

Чтобы отвлечься от этих мыслей, Лавров включил телевизор, и удобно разместившись на диване, стал смотреть художественный фильм. Увлекшись сюжетом, он не заметил, как на улице стало темно, и зажглись фонари.

По экрану телевизора побежали титры. Он встал с места и, потянувшись, направился к двери. Достав сигарету из пачки, он закурил. Просмотренное кино ему понравилось и сейчас, периодически затягиваясь дымом, он в очередной раз прокручивал отдельные сюжеты этого фильма про себя. Бросив сигарету в стоящую рядом с домом урну, он повернулся и направился обратно. Сильный удар по голове сбил его с ног. Перед глазами у Лаврова все закрутилось, Земля зашаталась под ногами, ноги стали словно ватными, цепляясь за косяк двери, он понял, что падает. Сколько он пролежал без сознания, Павел не знал. Сначала он услышал голоса, которые доносились из соседней комнаты. Судя по тембру голосов, в комнате находилась два человека.

– Ну, где же водитель? Сколько его можно ждать? – возмущался один из незнакомцев.

– Заткнись и не психуй? Выпусти пар, а иначе взорвешься. Раз он обещал подъехать, значит, обязательно это сделает. Он хоть раз подводил нас с тобой? Вот и я говорю, что он и в этот раз не подведет.

– Слушай, Слава, а «Пахтакор», как в воду глядел, насчет этого пассажира. Вот сам подумай только, откуда у простого мужика может быть пистолет? Он, явно из милиции или КГБ. Я еще утром срисовал его, когда он появился у нас в автосервисе. Ходит, вынюхивает! Интересно, кто его направил к нам? Ведь до этого никто к нам никогда не приходил, ни милиция, ни прокуратура, а здесь, вдруг взял и нарисовался.

У Павла сильно затекли ноги. Он пошевелил одной ногой и в темноте задел стоявшую у кухонного стола табуретку. Я замер.

– Слушай, что там на кухне? Сходи, посмотри, – произнес один из них.

– А, почему я? Ты, что сам сходить не можешь? Боишься оторвать свой зад от дивана?

Мужчина встал и направился на кухню. Лавров замер, стараясь не показать ему, что он пришел в себя. Гость зажег свет и посмотрел на него, а затем подошел к нему и с силой надавил своим ботинком на его лицо. Павел стерпел эту сильную боль. Мужчина повернулся и направился обратно в комнату.

– Как клиент?

– Отдыхает. Видно ты сильно приложился дубиной к ее голове.

Они громко засмеялись.

– Ты же это хорошо знаешь Слава, что я бью все два раза, один раз по голове, а второй раз по крышке гроба. Ничего, сейчас подъедет машина и все будет нормально, бетон и никаких следов.

Лавров осторожно подтянул к себе свою правую ногу и стал шарить по ней связанными руками.

«Дилетанты, – подумал он, – кто же связывает спереди руки своей жертве? По всей вероятности, они думали, что надолго отключили меня».

Наконец он нащупал ножны ножа, которые съехали почему-то в сторону. Павел вытащил нож и, сунув нож между ног, стал пытаться разрезать веревку, которой были связаны руки. С него ручьем катился пот, но он продолжал свое дело. Наконец, веревка ослабла. Лавров сделал еще несколько движений и верёвка, ещё недавно крепко стягивающая его руки, ползла с запястий. Он осторожно поднялся с пола и, прижавшись к стене, встал за дверью кухни. Прошло ещё минуты четыре, прежде чем напротив окон его дома остановилась машина.

– Вот и он, – произнес один из мужчин. – Давай, берем нашего клиента и грузим в кузов.

Павел услышал шаги и в кухню вошли двое мужчин. Один из них протянул руку к выключателю, чтобы включить свет. Выключатель находился за дверью и сейчас, эта пропахшая бензином и маслом рука, шарила по стене буквально в сантиметрах десяти от его лица. Лавров ударил по руке ножом. Человек взвыл от боли и шарахнулся обратно в комнату, едва не сбив с ног своего напарника. Павел ворвался в комнату и сильно ударил второго мужчину кулаком в лицо. Он тихо охнул и, распластав в разные стороны руки, с грохотом рухнул на пол. Он нагнулся над ним и достал из-за его пояса свой пистолет. Передернув затворную раму, он направил его на своих врагов.

« Ну, что мальчики, приплыли? – с угрозой в голосе произнес Лавров. – А, теперь, встань с пола свяжи ему руки и ноги. Веревку возьми на кухне».

Мужчина сорвал на кухне веревку, начал ей связывать руки своего раненного товарища. Закончив его вязать, он поднялся на ноги и посмотрел на Павла. Лавров ударил его рукояткой пистолета по голове. Он упал на пол, словно куль, сброшенный с машины. Он быстро связал ему руки и вышел на улицу. Около дома стоял ГАЗ зеленого цвета. В кабине машины сидел водитель и курил, ожидая по всей вероятности появление своих друзей. Заметив его, он попытался завести машину, но двигатель, словно заговоренный никак не хотел заводиться. Он поднял пистолет и приказал ему выйти из машины.

– Ты, что творишь мужик? Ты, наверное, не понимаешь, что с тобой сделают, если с моей головы упадет, хоть один волосок?

– Потерявший голову, о волосах не плачет, – ответил ему Лавров. – Давай, двигайся. Сейчас, ты отвезешь меня туда, куда хотели твои приятели. Я хочу посмотреть то место, где должна была упокоиться моя душа.

Когда он перетащил своих товарищей на себе и положил их в кузов, Павел сел в кабину рядом с ним и, уперев ему в бок пистолет, приказал трогаться.

***

Машина быстро выехала за пределы города и помчалась по трассе. Лавров сидел рядом с водителем и молча, смотрел в окно машины, за которым было темно и лишь иногда, словно трассирующие пули вдали возникали цепочки огней, которые исчезали в ночи.

– Еще далеко? – поинтересовался он у водителя.

– А, что? – со страхом спросил он его.

– Просто рука устала упираться стволом пистолета тебе в бок. Боюсь, что могу выстрелить раньше, чем мы с тобой доедим до места.

Он вздрогнул. Несмотря на темноту, Павел заметил, как на его лбу выступили мелкие капельки пота.

– Вы меня убьете?

– Пока не решил. Почему ты меня об этом спрашиваешь? Ты же убивал людей, почему я должен жалеть тебя?

– Вы знаете, лично я, никого не убивал. Убивал Антон. Он мастер своего дела. Я только отвозил трупы в новое строящееся здание автосервиса и сбрасывал в яму, а затем все заливал бетоном.

– Кто такой Антон?

– Это один из тех, кто сейчас лежит в кузове машины.

Впереди в темноте показался темный объект, который рос буквально у них на глазах. Это был новый, стоящийся автосервис. Водитель стал притормаживать машину. Остановив, свой ГАЗ около ворот стройки, он вопросительно посмотрел на Лаврова.

– Чего сидишь? Выходи, показывай!

Он осторожно вышел из автомашины и, открыв ворота, вошел на стройплощадку. Павел последовал вслед за ним. На объекте было очень темно, и лишь свет фар, стоявшего автомобиля, позволил ему рассмотреть кое-какие детали.

– Значит, вы всех здесь закатывали в бетон? И сколько сейчас здесь лежит?

– Семнадцать человек.

– Где остальные? Вы же убили тридцать два человека?

– Раньше закапывали, где придется. Потом решили закатывать здесь.

Неожиданно для Павла он толкнул его руками и нырнул в темноту. Лавров несколько раз выстрелил в темноту. Было очень темно, и он не мог произвести прицельные выстрелы.

«Прокололся, ты Лавров. Решил, что человек морально подавлен и не готов оказать тебе преступление. Расслабился, вот и получил то, что получил. Теперь придется плотно поработать с этими двумя убийцами. Они, наверняка, в курсе всех этих захоронений», – подумал он и направился к машине. Стащив их на землю, он поинтересовался кто из них Антон.

– Ну, я, – чуть ли не с вызовом произнес один из них.

Павел выстрелил в него. Подойдя к нему ближе, он снова нажал на курок. Пуля расколола голову Антона. Лавров повернулся лицом к второму мужчине. Он рыдал, штаны его были мокрыми, а под ногами была небольшая лужа.

– Ну, а ты, что мне расскажешь? Может, тоже решил молчать?

– Я все расскажу, – залепетал он. – Это все Антон. Это он убивал, а я лишь помогал ему.

– В чем ты ему помогал?

Он не договорил. Темноту ночи разорвал выстрел. Мужчина упал на землю и засучил ногами. Второй выстрел и он, замер.

Павел сел в автомашину и направился в сторону города. Искать водителя в этой темноте было бесполезно и не безопасно. Недалеко от города Лавров остановил автомобиль и пешком направился к себе в дом.

Остановившись около палисадника, он осмотрелся по сторонам. Было тихо, улица тонула в утреннем тумане и была безлюдна. Павел толкнул калитку и вошел во двор. Он сразу же понял, что произошло что-то неординарное. Дверь дома была почему-то открыта настежь. Он достал пистолет и осторожно вошел в дом. Осмотрев кухню, Лавров, осторожно ступая, приоткрыл дверь в комнату. Посреди комнаты, около стола на полу была большая лужа крови.

«Кровь еще не свернулась, следовательно, эта лужа образовалась здесь совсем недавно», – подумал он.

Лавров сделал еще несколько шагов и увидел сам труп. Он лежал в небольшой кладовке. Павел сразу же догадался кто убитый. Им был водитель автомашины, который сбежал от него на стройке. Он вытянул труп водителя за ноги и, замотав его в покрывало, вынес тело в сарай.

«Нужно что-то делать с трупом, – подумал Павел. – Главное сейчас не паниковать. Успокойся и все обдумай».

Он закрыл на замок сарай и дом, и направился к месту, где он оставил автомобиль. Павел быстро завел машину, подъехал к своему дому и, загнав машину во двор, положил труп в кузов машины. Отогнав ее за пределы города, он облил ее бензином и поджог. Вернувшись, домой, Лавров быстро убрал все видимые следы борьбы и крови. Вскрыв пол, – собрал всю землю, пропитанную кровью, в ведра и высыпал эту землю в уличный туалет. Закончил он все это часам к девяти утра. Измотанный и усталый, он лег на диван и быстро уснул.

***

Лавров проснулся во второй половине дня. Сильно хотелось есть. Быстро собравшись, он направился в сторону городского рынка, где находилось небольшое, но довольное уютное кафе, где неплохо кормили посетителей. Выбрав столик в дальнем конце зала, он сел за стол и заказал себе ужин. Пока повара колдовали что-то с продуктами на кухне, он попросил официанта принести ему пиво. Павел, медленно потягивая пиво из бокала, размышляя о своих ночных злоключениях. Сейчас, в тишине, он имел возможность оценить и проанализировать ситуацию, в которую попал, послушав совет своего тезки. Теперь он уже ничуть не сомневался, что это была элементарная подстава с его стороны. Лавров теперь не сомневался, что вчера он находился под плотным наружным наблюдением. Иначе трудно было объяснить, как водитель грузовика оказался намного раньше в его доме. По всей вероятности водителя привезли к нему какие-то люди, а затем расправились с ним прямо у него дома, стараясь показать хозяину, что их не сможет никто остановить – ни он, никто-то другой. То, что об этом убийстве не знает никто в городе, говорит о том, что его совершили люди Эдика. Вот этот факт, Лаврова сильно и напрягал, так как за молчание нужно платить и вопрос об этом должен стать, как он догадывался, буквально на днях.

Уезжая из Москвы в Пятигорск, Павел, конечно, догадывался и предполагал, что выполнение поставленной перед ним задачи, будет связано с большим риском. Кстати об этом ему и говорил генерал Антипов. Однако, он никогда не думал, что станет той разменной и ключевой фигурой, в борьбе двух преступных группировок, возглавляемых «ворами в законе».

– «Душман»! Приедешь, осмотришься на месте, изучишь маршруты передвижения объектов. Пара выстрелов и обратно, домой, – инструктировал его полковник Машин. – Мы рассчитываем, что все это займет у тебя не более полутора месяцев. Начни там свою деятельность с розыска пропавших граждан. Сейчас, этой проблемой занимается МВД, но, похоже, у них ничего положительного в этом направлении нет. Было бы здорово, если бы ты вышел на этих людей. С лицами причастными к их исчезновению можешь особо не церемониться, у них руки по локоть в крови».

Однако, на месте все оказалось намного сложней, чем это видели руководители «Белой стрелы» из своего московского кабинета. Словно по разработанному кем-то сценарию, его изначально вывели на «Пахтакора», чьи люди непосредственно совершали убийства отдыхающих и завладевали их автомобилями, а затем просто на просто обрубили это направление.

– Здравствуйте! Если я не ошибаюсь это вы два дня назад приходили в милицию и пытались узнать результаты розыска вашего товарища, пропавшего более месяца назад? – произнес молодой человек, присаживаясь за его столик.

Лавров сразу узнал в нем оперативника, который предложил ему зайти в милицию дня через два или три. Он, молча, протянул Павлу руку. Он пожал её и подвинул свою кружку с пивом ближе к себе.

– Знаете, вы можете зайти завтра, начальник милиции отозвал Гришина из отпуска. Так, что приходите, поговорите с ним. Кстати, моя фамилия Шатов, я заместитель начальника уголовного розыска города.

– Сорокин Андрей, – представился он оперативнику. – Я из Москвы.

– Я это знаю. Выходит, это вы ударили убийцу в кафе? Не делайте удивленных глаз. Мы уже вчера знали об этом. Мир не добрых людей, подсказали. Мне нужно вас опросить по данному факту. Сейчас мне некогда, я только что приехал с места преступления. Полночи пришлось проторчать там. Три трупа за ночь. Давно такого здесь не было.

– Убитые, отдыхающие?

– Нет. В этот раз все они местные жители. Работали в автосервисе местного воровского авторитета «Пахтакора».

– И, где их нашли, если это не секрет?

– Какой секрет? К вечеру об этом будет гудеть весь город. Их нашли недалеко от города. На недостроенном автосервисе «Пахтакора».

– Может, они попали под машину и их затащили туда? На трассе часто подобное бывает.

Шатов, усмехнулся. То ли его вопросы вызвали у него эту усмешку, то ли что-то другое, о чем он не знал.

– Нет. Они убиты выстрелами в голову. Похоже, их поставили на колени и тупо застрели.

Где-то внутри Лаврова, что-то екнуло.

«Неужели их так быстро нашли? Странно. Мне показалось, что стройка давно заморожена и там практически не бывает людей, тем более, ночью, – промелькнуло у него в голове. – Интересно, кто им об этом сообщил?»

– Что-то случилось? – поинтересовался у Павла Шатов. – Вы почему-то побледнели?

Лавров невольно вздрогнул от этого вопроса. Он быстро взял себя в руки и повернувшись к нему улыбнулся.

– Вы знаете, я воевал в Афганистане и никогда не думал, что, вернувшись в Союз, снова услышу об убитых и раненных.

Шатов затянулся дымом сигареты. Стряхнув пепел на пол, он произнес:

– Сейчас у нас жизнь по круче, чем в Афганистане. Там хоть были явные враги: одеты по-своему, лица заросшие бородами. Здесь же все по-другому. Сидишь с ним за одним столом, пьешь пиво и не знаешь, что он враг. Повернулся к нему спиной, а он тебе ножом в спину.

– Да, работа у вас сложная. Вы всегда в зоне критики и риска. Вот только платят вам почему-то мало. Выходит, не ценит ваш труд государство.

– Вы правы. Работать сейчас особенно сложно и трудно. Кого-то можно трогать, а другого не смей. Все решают деньги, а вернее их количество.

Офицер замолчал и стал с жадностью поедать свой скромный ужин. Заметив на себе его пристальный взгляд, он улыбнулся и произнес:

– Ты знаешь, Сорокин, со вчерашнего вечера ничего не ел. Голодный, как волк.

Лавров тоже ему улыбнулся и перевел свой взгляд на улицу. Неожиданно, он увидел «Хряща», который знаком руки предлагал Павлу выйти из кафе. Отодвинув в сторону кружку с недопитым пивом, Лавров вышел из кафе и завернул за угол.

– Привет, Андрей! – поздоровался с ним «Хрящ». – Ты слышал, что трое слесарей, о которых я тебе говорил, «зажмурились» сегодня ночью. Это не ты их глушанул?

Лавров удивленно посмотрел на него и улыбнувшись похлопал его по плечу.

– Ты случайно не заболел головой, Андрей? Зачем они мне? Я друга ищу, а не его врагов.

– Зря ты так говоришь, головой я не страдаю. У тебя был к ним конкретный интерес, вот я и подумал. Кстати, так думают многие в этом городе. Между прочим, на месте обнаружения трупов, обнаружены кое-какие вещи, принадлежащие тебе.

«Вот это новость! – подумал Лавров п. – Здорово придумано! Убрать конкурентов и все повесить на меня».

– Ты не расстраивайся раньше времени, Андрей! Ты же знаешь, все можно уладить, замять. Есть люди, которым ты пока нужен и сейчас твоя свобода, и жизнь зависит от простого их желания.

– Кто эти люди и кому я могу быть нужен в этом городе? Я здесь недавно и никого, кроме тебя, не знаю.

– Это тебе так кажется. Тебя знают многие уважаемые люди, такие, как Эдик Тбилисский, «Крот», Гиви, «Пахтакор». Разве этого мало? Сейчас опера начнут рыть землю. Они обязательно нагрянут в автосервис, а там все расскажут о человеке, который накануне убийства приходил в автосервис и интересовался машиной своего пропавшего друга. Сечешь, о чем я говорю?

Павел без его комментариев понимал, что попал в хорошо организованную бандитами Эдика ловушку. Посчитав его молчание за согласие, «Хрящ» продолжил:

– Ты, сейчас брат, находишься в подвешенном состоянии, и все зависит только от тебя. Ты должен выполнить одно задание Эдика. Задание сложное, но вполне выполнимое для тебя.

– Что я должен сделать для него? Говори!

– Не повышай на меня голос, Андрюха! Кто ты мне? Так, что закрой свое поддувало и замри на месте. Крутить не буду, ты должен убрать одного человека. Для тебя это ничего не стоит. Ты хорошо владеешь оружием, как говорится специалист своего дела. Нажал, раз и нет человечка. После чего ты свободен и возвращаешься к себе в родной город Казань или Москву. Ты понял меня или нет?»

– Мне нужно подумать, – выдавил Павел из себя. – Я давно не убивал и не знаю, смогу ли я снова убить человека. Кто эта жертва?

– Ты подумай. До вечера ещё есть время. Пока. Много не пей, а то заболеешь, – произнес «Хрящ» и скрылся за углом дома.

***

Вернувшись в кафе, Лавров сел за стол и пододвинув к себе кружку пива, сделал глоток. Холодная, насыщенная углекислым газом жидкость, приятно обожгла пересохшее от волнения горло.

– Что-то случилось? – поинтересовался у него Шатов. – Что ты снова Сорокин побледнел?

– А, что? Заметно?

– Да, как тебе сказать? Судя по твоему лицу, да. Оно у тебя стало, как у студента перед сдачей экзамена, сосредоточенное.

Павел невольно улыбнулся.

«Что-то ты совсем раскис, Лавров! Стал, словно книга, читай – не хочу, – подумал он, глядя на оперативника. – Видишь, как он прекрасно читает тебя?»

– Скажите? А, по этому убийству подозреваемые люди имеются или нет?

– Это ты, про какое убийство меня спрашиваешь? Про ночное? Да, как тебе сказать? Подозреваемые люди по любому уголовному делу имеются. Главное наша задача, это доказать их причастность к совершенному убийству.

Павел сделал удивленное лицо, как будто впервые слышал эти прописные истины сыска. Что не говори, но лекции, прослушанные им в Елабужской школе милиции, не прошли даром, а практическое применение их в своей прежней милицейской деятельности навсегда застряла в его голове.

– А, что-то было изъято с места преступления? – спросил он оперативника. – Наверняка, преступники оставили на месте какие-то следы?

Теперь уже Шатов с интересом посмотрел на него, видимо его профессиональные вопросы заставили оперативника по-другому посмотреть на него.

– А, ты случайно раньше не работал в органах? – спросил он Павла. – Слишком правильно ставите свои вопросы.

– Нет. Я в системе не работал. Я бывший спецназовец, командир группы, воевал в Афганистане.

– Странно, а я то подумал, что мы с тобой почти коллеги. Ладно, скажу. На месте обнаружения трупов мы нашли записную книжку. Кому она принадлежит, пока я не знаю, но скоро обязательно узнаю кому.

Внутри Лаврова в очередной раз, что-то ойкнуло.

« Как же я не заметил, что с тумбочки исчезла моя записная книжка?», – холодея от этой мысли, подумал он.

Шатов быстро доел свой ужин и, пожав Павлу руку, направился к выходу. Остановившись около двери, он повернулся к нему и напомнил, что завтра он ждет Лаврова в милиции. Допив пиво и оставив свой ужин почти не тронутым, он вышел из кафе и направился к себе домой. Хорошо зная работу милиции, Павел снова занялся уборкой в квартире. Он тщательно завыл полы, а затем обработал их специальными реагентами, чтобы невозможно было выявить на стенах и полу следы крови. Закончив уборку, он собрал все свои вещи и закрыв квартиру, направился на другой конец города, где находилась вторая конспиративная квартира КГБ.

«Если я сейчас останусь здесь, то у людей Эдика возникнут определенные проблемы. Им придется помучиться, чтобы отыскать меня снова в этом городе. А, вдруг они прибегнут к возможностям милиции? Нет, светить новую квартиру нельзя. Я должен вернуться обратно в старый адрес. Я просто оставлю все свои вещи на новой квартире, а жить по-прежнему буду там», – немного подумав, решил он.

Лавров вышел из дома и медленным шагом направился к центру города. Дождавшись, зеленый сигнал светофора, он стал переходить улицу.

– Андрей, Андрей! – услышал он у себя за спиной.

Павел не сразу понял, что обращаются именно к нему. Он обернулся на всякий случай и увидел знакомое лицо.

– Извините меня, Елена. Я просто задумался и не сразу понял, что вы зовете именно меня.

Она одарила его белоснежной улыбкой и, взяв под руку, повела к кафе.

– Андрей! Почему у тебя в руках сумки? Ты случаем не собрался уезжать? Давай, посидим, поговорим, – неожиданно предложила она. – Ты наешь, как мне надоели эти дебилы, которые словно тени ходят за мной. У них одна извила на лбу и та, по всей видимости, от фуражки.

– А, кстати где они? – спросил он ее.

– Вон в черном джипе. Сидят, разглядывают по всей вероятности тебя в бинокль, гадая, кто ты такой. Скажи, Андрей, а ты бы мог похитить меня хотя бы на ночь?

– Вы так шутите, Елена или говорите это серьезно?

– Почему шучу? Я вполне серьезно. Андрей, я хочу, чтобы вы меня украли на ночь.

Павел улыбнулся ей и отвел своей взгляд в сторону, туда, где в тени большого каштана, стояла автомашина с охраной.

– Вот и вы испугались! А, я раньше думала, что вы настоящий мачо, готовый выполнить любой каприз красивой женщины.

– Лена! Можно один вопрос? Скажите, что вас толкнуло в объятия не любимого вами человека? Ведь вы хорошо знали, что вас ожидает?

– Молодость. Хотелось красивой сытой жизни. Прозрение пришло позже, когда поняла, что я его не люблю.

– Хорошо. Считайте, что я согласен похитить вас, но мне нужно для этого подготовиться. Вы оставьте мне свой адрес и нарисуйте план дома. Я не хочу вас подставлять и поэтому, нужно все это сделать профессионально.

– Интересное слово – профессионально. Вам, что приходилось воровать невесту?

– Нет. Поэтому и прошу вас помочь мне.

– Тогда договорились, Андрей. Давайте, завтра здесь встретимся, и я вам передам план дома.

– Тогда, до завтра, – произнес Павел и встал из-за стола.

***

Оставив свои сумки в новой конспиративной квартире, Лавров побрел вдоль узенькой улицы. Стояла полуденная жара. Солнце нежадно палило, лоб быстро покрылся потом. Он шел, маневрируя между людьми и машинами. Вскоре показалось здание главпочтамта. Павел открыл дверь и вошел внутрь здания. Внутри помещения было влажно и прохладно. Откуда-то сверху дул холодный воздух, он невольно поежился и посмотрел на работающий у потолка кондиционер.

– Девушка! Посмотрите, пожалуйста, есть ли корреспонденция на фамилию Сорокин? Мне должно было прийти заказное письмо?

Она лениво встала со стула и, взяв в руки его паспорт, стала перебирать лежавшие в ящичке квитанции. Найдя, адресованную ему, она, молча, подала ее и, положив рядом с ней свой паспорт, попросила его заполнить квитанцию.

– Вот возьмите. Я все заполнил, – протянул Лавров ей листочек.

Порывшись в ящике, девушка положила перед ним пакет, скрепленный сургучной печатью. Поблагодарив ее, он вышел из здания и направился в парк. Порвав пакет, он стал внимательно изучать полученную инструкцию. Москва требовала от меня активизировать свою работу по устранению «воров в законе». В конверте Павел обнаружил фотографии людей из ближайшего окружения «Малька», Эдика, их адреса проживания, счета в банках и так далее. Перебирая эти документы, он нашел среди них сведения и о «Хряще». Тот оказывается, находясь в местах лишения свободы, длительное время сотрудничал с администрацией колонии.

«Это хорошая новость, – подумал Лавров. – Теперь тезка, ты от меня никуда не денешься. Будешь работать на меня, а иначе тебя просто зарежут, как свинью».

Павел еще раз перечитал все инструкции и наставления, запомнил все адреса, а затем положив конверт с бумагами в урну, поджог их. Дождавшись, когда все бумаги сгорят, он встал с лавочки и направился к себе домой. Не доходя до дома метров сто, он заметил автомашину «Жигули», которая стояла около его калитки.

«Выходит, не соврал «Хрящ», они действительно ждут меня. Интересно, что они мне предъявят и что потребуют за это взамен», – подумал он, подходя к дому.

Заметив его приближение, из машины вышел «Хрящ» и, широко улыбаясь, как старому другу, направился в его сторону.

– Ещё раз привет, Андрей! – произнес он и широко расставил свои синие от наколок руки, постарался обнять его.

– Давай, без рук, Андрей, – резко произнес Лавров, отстраняя его руки. – Не нужно так широко расставлять руки, могут распять, как Христа. Что тебе в этот раз от меня нужно? Здорово, ты вчера подставил меня. А, говорил, что я тебе друг, товарищ и брат.

«Хрящ» громко засмеялся, обнажив желтые прокуренные зубы. Не знаю почему, но он был рад этому замечанию.

– Ты на меня не обижайся. Ты, лох, а лохов нужно учить жить.

– Вон, ты как заговорил. Лох, говоришь? Может, ты и прав, «Болт». Не всем же быть таким умным, как ты?

При слове «Болт», он вжал свою небольшую лысеющую голову в плечи и словно затравленный волк, посмотрел на Павла.

– Чего испугался, «Хрящ»? Не думал, что я знаю об этом? Жизнь сейчас такая, сам понимаешь, кто кого. Вот ты думал, что ты такой умный, взял и подставил меня на ножи. Нет, брат, ты ошибаешься. Это я тебя подставил. Давай, не будем здесь говорить, для этого разговора у меня есть дом. Пойдем….

Лавров открыл калитку и вошел в дом. Сзади него шел «Хрящ». Плечи его опустились, и в эти минуты он напоминал ему побитую хозяином собаку.

– Присаживайся, «Болт». Давай, поговорим.

Он, молча, сел на диван и с нескрываемой ненавистью посмотрел на Павла.

– Не смотри на меня так. Я тебе ничего не должен. Во-вторых, ты сам, добровольно согласился помогать администрации колонии. Я хорошо тебя понимаю, тяжело, конфликтная ситуация в зоне. Но, моей вины в этом нет. Я тебя не держу, можешь встать и уйти, дело твое. Я просто рассчитывал на твою помощь, а ты меня зарядил с этим «Пахтакором».

– Откуда я знал, кто ты? Мне сказали, что ты фраер, лох.

– Понятно. Теперь ты знаешь, кто я. Что будем делать, «Болт»?

– Не называйте меня этим именем. Для всех я, «Хрящ».

– Я не против этого, «Хрящ». А, теперь давай рассказывай, что было здесь после моего отъезда из дома. Единственно о чем я хочу тебя попросить, только не крути. Мне сейчас не до этого. Ты понял, меня?

Он кивнул и начал свой рассказ.

***

– Как ты знаешь, все началось с того, что «Крот» мне приказал посмотреть за тобой. Эдик и «Крот» не поверили в то, что ты просто так оказался в этом кафе, где должна была произойти его встреча с «Мальком». «Крот» человек умный, начитанный и он предложил Эдику ту самую комбинацию с «Пахтакором». Они были давно не довольны им, так как он стал в последнее время все чаще и чаще поглядывать в сторону «Малька». Они решили через меня вывести тебя на него. Как и ожидал «Крот», у «Пахтакора» моментально сдали нервы. После твоей встречи с ним, он тут же запаниковал почему-то и начал звонить Эдику, но тот культурно его отшил от себя. Это «Крот» посоветовал «Пахтакору» разобраться с тобой самостоятельно. У «Пахтакора» была своя бригада отморозков, которая специализировалась на разбойных нападениях, на отдыхающих. Объектами нападений, как правило, становились лишь те отдыхающие, которые имели дорогие импортные автомашины. Они уже завалили более трех десятков людей, и в принципе терять им было уже не чего. Одним больше, одним меньше, какая разница. «Крот» просил «Пахтакора», чтобы не убивали тебя сразу, а сначала поговорили с тобой. Они должны были вывести тебя на стройку, узнать, откуда ты сюда залетел. Но, произошло то, что и произошло. Тебе удалось их не только нейтрализовать, но и завалить. Но, самое страшное, и непредвиденное, произошло, когда ты захватил водителя. Этого никто из них не ожидал и поэтому они здорово испугались. Когда ты повез всех на стройку и один из них рассказал тебе об этом захоронении, они решили убрать водителя. Ты, в ту ночь не догадывался, что за тобой следили и поэтому, был удивлен, увидев в своем доме труп водителя. Это «Крот» решил зачистить все, что можно в этом деле. Они в твое отсутствие привезли его в город и застрели. Чтобы отвести от себя подозрение, «Крот» велел мне оставить твою записную книжку на этой стройке. Посоветовавшись с Эдиком, «Крот» спрятал на время «Пахтакора», так как хорошо знал, что оперативники начнут работать с его автосервиса. Пока «Пахтакор» жив, но это временное явление. Они устранят его, тогда, когда захотят.

«Хрящ» посмотрел на Лаврова и попросил немного воды. Он кивнул ему на кувшин с водой, который стоял на столе. Он налил полный стакан воды и выпил его содержимое одним залпом.

– Скажи, зачем я им понадобился. Чего они от меня хотят? Ты же крутишься с ними и наверняка, знаешь об этом?

– Зря ты так думаешь. Я из пехоты и командиры, не делятся своими мыслями с нами. Я могу лишь догадываться.

– Ну и о чем ты догадываться?

– У Эдика есть приближенный. Они знакомы с ним с детства. Зовут его Гиви. Это очень могущественный человек в нашем крае. У него здесь все схвачено. Он в приятельских отношениях с местным начальником милиции, прокурором и даже с отдельными сотрудниками КГБ. Начальник милиции в курсе всех этих событий и сейчас, ждет отмашку этого Гиви, чтобы упаковать тебя за это убийство. Утром мне удалось подслушать разговор «Крота» с Эдиком. «Крот» предлагал ему направить тебя в Кисловодск, чтобы ты там ликвидировал «Малька». После ликвидации, тебя должны будут тут же убить люди «Крота», кто эти люди, я не знаю. Если тебе удастся уйти от них, то «Крот» здесь убивает «Пахтакора», подбрасывает на место преступления несколько улик против тебя. Гиви дает команду начальнику милиции, а там все идет по расписанному ранее сценарию. До суда ты не доживешь, тебя убьют или люди «Малька», или Эдика. Вот такой, брат расклад.

– Да, неплохо придумано, – тихо произнес Павел. – Надо отдать им должное, «Крот» действительно умный мужик.

– Поэтому, даже Эдик его уважает, а не то, что другие люди.

Лавров встал с дивана и медленно прошел по комнате. Рассказ Хряща невольно заставил его совершенно по-другому взглянуть на эти события.

–А, сейчас ты, куда меня должен был отвести? – поинтересовался Павел.

– В ресторан. Ну, в тот, где ты встречался с Эдиком.

– Слушай, «Хрящ». Ты всех в этом городе знаешь. Ты вот мне скажи, кто проживает по этому адресу, – обратился он к нему и протянул листочек бумаги, на котором был записан адрес Елены.

Он мельком взглянул на листочек и улыбнулся.

– Этот дом я знаю. Там живет «барыга» Эдика. Насколько я знаю, Эдик через него отмывает свои деньги. Они знакомы давно. Насколько я знаю, еще с Москвы. Там этот Кузмин обратился к нему за помощью, когда на него наехала местная братва. Вот с той поры они и вместе. Слушай, Андрей! Откуда ты знаешь, это погоняло, я имею в виду «Болт»?

– Сорока на хвосте принесла, – ответил Павел. – А, ты на что рассчитывал, что об этом никто и никогда не узнает?

– Но, «кум» мне обещал, что никто не будет этого знать и что он лично уничтожит это дело, после моего освобождения. Выходит, ты из конторы, что ли?

– Не знаю, что он тебе обещал, «Хрящ», но дело твое я видел и читал, – слукавил Лавров. – А, откуда я, это не твое дело. Понял? Если понял, замри и береги меня, чтобы со мной ничего не случилось.

Через минуту Павел пожалел об этих словах. «Хрящ» внезапно вскочил со стула и, схватив со стола кувшин с водой, попытался нанести им удар, по его голове. Лавров отбил этот удар рукой и сам нанес «Хрящу» сильный удар в область горла. Он захрипел, словно раненный зверь и упал на пол. Когда Павел взял его за руку, то моментально понял, что убил его.

«Как же так, Лавров? – спросил он сам себя. – Ты явно поторопился расправиться с ним. Ты, похоже, крепко подсек «Хряща» и он этого сильно испугался. Зря, он мог бы тебе ещё не раз пригодиться».

Павел вышел во двор и, открыв ворота, загнал его машину к себе во двор. Завернув тело Хряща в полиэтиленовую пленку, он вынес его из дома во двор и положил в багажник машины. Прибрав все в доме, он выехал со двора и поехал в сторону стройки, где он оставил ночью трупы людей Пахтакора.

***

Вечером Лавров зашел в ресторан и, заметив свободный столик, направился к нему. Он хорошо знал, что о его приходе уже известно «Кроту», а возможно и Эдику. Внимание Павла привлек один из отдыхающих в зале человек, который с нескрываемым весельем и внутренним азартом, бросали деньги под ноги танцующей женщины. Надо отдать должное, женщина отлично исполняла танец живота. Наконец танец закончился, женщина собрала с пола деньги и быстро исчезла за занавесью. Он перевел свой взгляд на соседний столик, за которым сидел начальник городского отдела милиции и незнакомый Лаврову мужчина средних лет. Он видел начальника милиции лишь на фотографии КГБ и сейчас, про себя отметил, что предоставленная ему фотография разительно отличалась от сидевшего напротив его оригинала. Та, на фото, он выглядел молодцевато, а здесь перед ним сидел уставший от работы и жизни мужчина, вески которого были покрыты сединой. Кто-то положил ему на плечо руку. От неожиданности Павел вздрогнул и, вскочив из-за стола, повернулся к нему. Это был молодой симпатичный парень лет двадцати пяти. Лицо его пересекал большой и страшный шрам, который все-таки не портил его внешность.

– Афганец?

Лавров, молча, кивнул. Второй молодой человек стоял у входной двери и наблюдал за его действиями. Несмотря на молодой возраст, вес этого человека был килограмм сто двадцать – сто тридцать. Его кривые изломанные ушные хрящи говорили о том, что ранее он занимался борьбой. Руки парня напоминали Павлу два кузнечных молота. Они бы были очень большими и мощными.

– Следуй, за мной. Тебя ждут, – в приказном тоне произнес парень.

Павел встал из-за стола и молча, последовал вслед за ним. В этот раз за столом помимо Эдика сидело еще два человека.

– Здравствуйте, – поздоровался он с ними.

Эдик слегка кивнул ему головой.

– Ну, что нашел своего товарища? – спросил он Лаврова. – Говорят, что ты ходишь в милицию, в надежде, что они найдут его.

– Пока, нет. А, куда мне еще ходить, как не в милицию».

–Ты не поверишь, но мне тоже не нравится все это. Люди приезжают сюда отдыхать и исчезают бесследно. Насколько я знаю, ты вышел на людей, причастных к их исчезновению. Знай, это я помог тебе в этом.

Лавров изобразил некое удивление на своем лице.

– Спасибо, Эдик. Я вам очень благодарен за это, но мне никто и не чего не передавал.

Теперь пришло время удивиться Эдику. Он играл очень искусно и не знающий его человек, мог бы поверить в это. Он сделал паузу.

– А, я вот пожалел, что навел тебя на них. Я не думал, что ты их убьешь. Я тебя хорошо понимаю, но убивать их, не стоило. Нужно было сдать их в милицию и все. Самосуд – дело последнее, – закончил он и затянулся сигаретой.

– Но, я никого не убивал. Я не знаю и не представляю, о ком вы говорите.

– Хитрый ты человек, Афганец. Ты, что мне пургу гонишь? Ты думаешь, я поверю в то, что их покарал Бог? Это ты их убил и никто другой. Ты знаешь, что там, на месте нашли твою записную книжку? Пока милиция не знает, кому она принадлежит, а если узнает? – словно подводя черту под сказанным, произнес он.

Павел стоял и молчал, так как в этот момент ему было абсолютно безразлично, о чем он говорит.

– Чего молчишь?

– Но, я действительно никого не убивал. Клянусь!

– Оставь эти клятвы для оперативников, они мне не нужны. Сейчас, твоя жизнь находится в моих руках. Захочу, и нет тебя.

–Эдик, ты же «вор» и ты не можешь дружить, а тем более помогать операм.

– А, ты меня не учи правилам, фраер. Ты, не «вор», чтобы судить или учить меня правилам поведения. Заруби это на носу. Я пока не собираюсь сдавать тебя операм. Ты мне пока самому нужен. Выполнишь мое задание, я замну этот вопрос с блокнотом, а на нет и суда нет.

Он сделал небольшую паузу и внимательно посмотрел на Лаврова. Он по всей вероятности хотел увидеть в его глазах страх, однако, его там не было. Он бросил недокуренную сигарету в пепельницу и начал говорить:

– Ты, Афганец, должен убрать одного человека. Не буду скрывать, он мой личный враг. У него охрана и он очень осторожен. Уничтожить его не просто, но ты я думаю, сможешь это сделать. Зовут этого человека «Малек». Он «вор в законе», для того чтобы убрать его нужно собрать сход, все обосновать, а уж затем поступить так, как решит наше общество. Процесс длительный и довольно сложный. Я принял решение убрать его без всяких никому не нужных разговоров. Ты, Афганец, человек нейтральный. Если сам не скажешь, то никто и никогда не подумает, что это я тебя послал туда. Сечешь? Всего один выстрел и ты свободен, как птица, – улыбаясь, произнес он.

– Если я вас правильно понимаю, другой альтернативы у меня нет?

– Ты, не дурак и все быстро понял. Я ценю таких людей, которые все схватывают налету. Вдобавок, у тебя хорошее самообладание, Афганец. Ты правильно все понимаешь. Тебе в этом будет помогать твой тезка-«Хрящ». Кстати, где он? – спросил он, повернувшись лицом к «Кроту».

– Я не знаю. Может, ты что-то скажешь, где он, может быть? – спросил Павлв «Крот».

– Я не контролирую его перемещение по городу. Он заехал ко мне, передал, что вы меня ждете в ресторане, и уехал.

– Ты не переживай, Афганец. Говори по спокойнее. Мы найдем его. Будешь работать с ним.

– Хорошо.

Эдик махнул кистью руки, давая ему понять, что разговор окончен. Он встал из-за стола и вышел из комнаты.

***

Вернувшись обратно в зал ресторана, Лавров сел за свой стол и посмотрел в сторону начальника милиции. Он улыбнулся ему и подмигнул, словно старому другу.

«Что такое? – невольно подумал Павел. – Почему он мне подмигивает? Странно, я с ним не знаком и вдруг подобный знак внимания моей персоне. Неужели он знает, что найденная оперативниками записная книжка принадлежит мне?»

От этой мысли ему стало, как-то не по себе. Он внимательно посмотрел на свой стол. Так и есть, с моего стола бесследно исчез фужер для воды. Лавров махнул официанту рукой и когда тот подошел к нему, я поинтересовался у него, куда подевался его фужер.

– Извините, я не трогал приборы у вас на столе. Не переживайте, я сейчас принесу вам новый фужер.

«Если он не убирал, тогда, кто же забрал мой фужер? – подумал Павел. – Все ясно, Они решили пробить мои пальчики по информационной базе МВД. Пусть пробиваю, если верить заверениям полковника Машина, меня не должно быть в этой системе. Да и умер я давно».

Через минуту на столе Лаврова стоял новый фужер. Он наполнил его минеральной водой. Он посидел в ресторане еще с полчаса и, расплатившись с официантом, направился домой. Недалеко от дома, его остановил неизвестный мужчина.

–Афганец? – спросил он его и, не дождавшись ответа, продолжил. – Пошли, я давно тебя жду.

– Куда, пошли? Я никуда не пойду.

– Поменьше болтай. Здесь я говорю, а ты исполняешь. Ты, понял меня, козявка?

В этот момент Павлу вдруг так захотелось ударить этого человека, что он еле сдержал себя от этого искушения.

– Меня зовут «Грек». А, ты значит Афганец. Считай, что мы с тобой познакомились. Переночуешь у меня дома, а завтра с утра мы с тобой поедим в Кисловодск.

– Почему с тобой, «Грек»? Мне сказали, что я поеду с «Хрящом»?

– Мало ли что говорят люди? Сказал, что поедешь со мной, значит, так решено. А, теперь, топай, за мной. Я живу не далеко от тебя.

– Слушай, «Грек»! Дай, я хоть смену белья возьму с собой, не таскаться же мне все время в одной и той же рубашке. Жарко!

– Хорошо. Давай, забирай, все необходимое и подходи сюда. Я буду ждать тебя здесь.

Лавров направился к себе дом, где быстро сложил необходимые ему вещи в спортивную сумку. На дно сумки он положил пистолет, а ножны с ножом по привычке нацепил на ногу.

«Кажется все», – прикинул он, осматривая комнату.

Отключив электричество и газ, Павел вышел на улицу и направился к ожидавшему его «Греку».

– Ну, что я готов. Погнали! – произнес Лавров и двинулся вслед за ним.

Он жил в конце нашей улице в небольшом доме. Дом находился посреди цветущего сада.

«Надо же, как хорошо живут бандиты, – подумал он. – Люди из Сибири едут сюда, чтобы немного погреться на солнце и попить живительную воду «Ессентуков», а эти, устроились здесь и живут на этом вечном курорте. Не справедливо!»

– Чего застыл, как истукан? – грубовато произнес «Грек». – Давай, проходи. Нечего маячить на улице.

Павел, молча, вошел во двор и направился к дому.

– Ты куда пошел? – спросил его «Грек». – Наше с тобой место в сарае».

– Как в сарае?

– Дома жена, двое детей. Я не хочу, чтобы жена видела тебя у нас в доме.

– А, где у тебя сарай?

– За домом. Давай, пойдем потихоньку, чтобы нас никто не заметил?

Они, осторожно стараясь не шуметь, прошли к сараю. Открыв дверь, они повалились с ним на своеобразные нары и быстро заснули. Павел проснулся оттого, что луч солнца настойчиво был ему в глаза. Он открыл глаза и посмотрел на спящего напротив него хозяина дома. Словно почувствовав на себе взгляд, он открыл глаза.

– Ну, что? Пора? – поинтересовался он у него.

Они быстро встали. «Грек» слазил в погреб и достал из него продукты. Позавтракав, они вышли на улицу. Вскоре к дому подъехала легковая машина, и они поехали в Кисловодск.

***

Кисловодск, встретил их сильным проливным дождем. Водитель, немного поплутав по городу, вскоре остановился около двухэтажного панельного дома.

– Все, приехали, – произнес «Грек». – Выходим!

Лавров вышел из машины и стал осматриваться по сторонам, стараясь определить в какой части города они находимся. Он никогда не был в этом курортном городе и вскоре он понял, что все его попытки тщетны.

– Чего крутишь головой? Знакомых ищешь?

– Я впервые в этом городе и знакомых у меня здесь нет. «Грек», если ты будешь говорить со мной в таком тоне, то стрелять будешь сам. Мне плевать на всех вас. Я просто уйду в бега, и попробуйте тогда найти меня.

– Ты, что мне указываешь, как мне с тобой говорить! Мы в отличие от вас офицеров, кадетских корпусов не оканчивали и разговариваем так, как можем. Когда ты еще ходил в школу, я уже чалился на «киче». Понял? А, в отношении того, что уйдешь в бега, выбрось из головы. Мы не милиция и от нас нигде не спрячешься. Если найдем, порежем на кусочки. Понял?

Павел промолчал. Ему не хотелось с ним спорить. Они вошли в подъезд дома и поднялись на второй этаж. Он постучал в дверь условным стуком, и они стали ждать, когда их впустят в квартиру. Наконец, дверь открылась, и они все вошли в квартиру. В комнате помимо старой хозяйки, присутствовал еще один человек. Это был молодой человек в возрасте двадцати пяти лет, и судя по наколкам на руках, ранее судимый.

– Привет, Зуб! – поздоровался «Грек» с ним. – Все нормально?

– Да. Все под контролем.

– Знакомься, это Афганец. Он профессионал.

Парень протянул руку Павлу. Рука у него была сильной.

– Зови меня «Зуб».

Водитель, привезший их в город, стал прощаться. Пожав им руки, он повернулся и вышел из квартиры. Вслед за ним вышел и «Грек».

– Это куда они? – поинтересовался Лавров у «Зуба».

– Эти, что ли? Они поехали обратно. Мы будем работать с тобой вдвоем. Я в городе уже две недели и все уже вынюхал. Объект каждый день ужинает в одном и том же ресторане. Охрана, три человека.

– Я бы сам хотел посмотреть это место. У меня лишь один выстрел и я, не хотел бы, стрелять впустую.

– О чем речь, Афганец. Я всего лишь твой помощник и не более. Я сделаю все, что ты скажешь.

– Тогда поехали на место. Хочу посмотреть.

Лавров поставил сумку в угол и направился к выходу. Вслед за ним из квартиры вышел и «Зуб». Они сели в стоявшую у дома «девятку» и поехали в центр города. Павел с интересом рассматривал городские постройки, старался запомнить улицы.

– Приехали, – коротко произнес «Зуб». – Вон видишь на той стороне ресторан. Это здесь он каждый день ужинает. Если валить его здесь, то самое лучшее место, это чердак вон того дома. Я там был, место просто отличное. Все как на ладони, да и отходить оттуда довольно легко. Машину для отхода можно поставить прямо во дворе.

– Погоди, «Зуб», не тараторь. Дай, мне самому осмотреться на местности. Я сам решу, где и откуда мне стрелять.

Павел вышел из машины и направился в сторону указанного им дома. Он вошел в подъезд и поднялся на третий этаж. Чердак был открыт и он, толкнув дверь, оказался на чердаке. Осмотревшись по сторонам, он направился к слуховому окну. Выглянув на улицу, Лавров увидел вход в ресторан и прилегающую к нему площадь.

«Неплохо, «Зуб» поработал, – невольно подумал он. – Хорошее место нашел».

Он спустился вниз и вышел на улицу.

– Ну и как? Скажи, место просто классное.

Лавров промолчал и сел в машину.

– Ты, что, Афганец? Навоза наелся? Разговаривать со мной не хочешь?

– Заткнись! Здесь я командую. Понял? Сейчас поедим к дому «Малька», и ты мне покажешь, где он живет.

«Зуб» замолчал. Судя по его выражению лица, его команда обидела парня.

– Хватит дуться, «Зуб», можешь, лопнуть, – примирительно произнес Павел. – Давай, посмотрим, как живут «воры». А, вдруг и ты вором станешь «Зуб»? Мало ли что? Ты молод и главное не дурак.

– Нет, вором я стать не могу. Я в армии служил, да и женат был.

– А, что, это основные преграды для этого? А, как же ваш Эдик Тбилисский? Вот «Малек» и все российские «воры» считают его самозванцем, а ему плевать на всех.

– Этик Тбилисский – авторитет, нет слов. Его поддерживают кавказцы, а это сила и деньги.

– Сложная у тебя жизнь «Зуб». А, если снова окажешься там, я имею в виду, в местах лишения свободы, тебе же никто не простит то, что ты толкаешься в шестерках у Эдика. Тебя же там, в первую же ночь порежут на куски.

– Не знаю, что тебе сказать Афганец. С одной стороны ты прав, но тогда скажи мне, почему ты нанялся работать к тому Эдику? Тебе самому не страшно? Ты там не бывал, поэтому не представляешь, что это такое. Ладно, если сразу замочат, а если опустят ниже плинтуса? Как жить дальше?

– Мне, что? Я стрельнул разок и смылся. Россия большая, можно всегда найти место, где можно укрыться.

За разговорами о жизни, Павел не заметил, как они доехали до дома, в котором жил «Малек».

– Кучеряво живет «Малек», словно не «вор», а нефтяной олигарх. Черт! Говорят, что «воры» не должны так жить? «Вор» живет для товарищей, а здесь такая роскошь. Наверное, все деньги из общага спустил на этот дом.

– Все говорят, что «Малек» арендует этот особняк, но я в этом тоже сомневаюсь. Они брат одно нам гонят, а сами живут по другим правилам. Слушай, а может, это братва ему этот дом подогнала?

– Если бы подогнала, все бы об этом знали, в том числе и ты.

Лавров вышел из машины и не торопясь, обошел всю местность, прилегающую к дому. Когда он возвращался к машине из ворот особняка вышел охранник и направился в его сторону.

–Эй, парень! Ты, что здесь высматриваешь?

– Кто тебе сказал, что я здесь что-то высматриваю? Просто хожу и смотрю.

– Здесь не музей и смотреть здесь нечего. Давай, проваливай, отсюда.

«Нет, здесь стрелять нельзя. Ни одной приличной позиции. Проникнуть в дом практически невозможно. Я видел четырех охранников, собаки», – подумал Павел, направляясь к машине.

Сев в машину, он повернулся к «Зубу» и задал ему вопрос:

– Скажи, что у тебя в наборе, какой инструмент?

– Снайперская винтовка, два пистолета, три гранаты и гранатомет «Муха».

– Хорошо. Поехали домой.

Минут через сорок они были дома.

***

Прошло еще три дня, прежде чем Лавров принял решение каким способом ликвидировать «Малька».

– «Зуб»! Ты можешь достать для меня мотоцикл?

Он удивленно посмотрел на него. Немного подумав, он произнес:

–Ты, же знаешь Афганец, что сейчас, проще достать машину, чем мотоцикл. Да и зачем он тебе нужен? Ты же, сам убедился, что лучшего места, чем тот чердак в этом городе не найти. Давай, бросай валять дурака, что-то я тебя никак не пойму!

– Слушай, «Зуб»! Тогда сам и вали этого «Малька»! Зачем вы меня сюда привезли, если можете все сделать сами?

– Хорошо, только не психуй, я не люблю все это. Так и быть, я постараюсь найти тебе мотоцикл. Главное сделать дело. Представляешь, раз и ты в дамках.

В подтверждении сказанного, он вытянул вперед и с имитировал, выстрел из пистолета.

– «Зуб», не будь клоуном. Пойми, мне не до шуток. Слушай! Давай, сегодня сгоняем в Пятигорск. Мне должно прийти письмо из Москвы. Мы махом, туда и обратно.

Он удивленно посмотрел на Павла, стараясь найти в его словах, какой-то скрытый для него подвох.

– А, если об этом узнает Эдик?

– Откуда он узнает, если ты сам ему об этом не расскажешь? Для меня это очень важно. Может, друг мой и вернулся обратно домой, а я здесь кручусь, разыскиваю его?

Он немного подумал и, встав из-за стола, молча, направился на улицу. Проводив его взглядом, Лавров сел за стол и стал разбирать и чистить переданный им пистолет Стечкина. Не знаю, где хранился этот пистолет, но он оказался довольно грязным. Ствол был весь в ржавых пятнах. Павел вычистил пистолет и, собрав его, оттянул затвор пистолета, нажал на курок. Раздался сухой щелчок. Положив пистолет на стол, он вымыл руки и вставил в него обойму. Пистолет был готов к бою.

–Афганец! – обратился вошедший с улицы «Зуб». – Так и быть, поехали в Пятигорск. Хочу предупредить, только до почты и обратно. Ты понял меня?

Лавров встал из-за стола и, сунув пистолет за пояс брюк, направился на улицу.

– Слушай, Афганец! Я вот все смотрю на тебя и никак не могу понять тебя. Зачем ты подписался под все это? Ты же не блатной и тебя все это разборы не касаются. Какая тебе разница, кто из них самозванец, а кто истинный вор?

– Это ты зачем меня спрашиваешь об этом? Ты, заешь, если собаку загнать в угол, то она обязательно бросится на человека. Считай, что я собака.

– А, кто этот человек? Не «Малек» же загнал тебя в угол?

– «Зуб»! Не будь ментом! Зачем тебе все это. Сейчас ты спишь спокойно, вот так и живи. Это жизнь загнала меня в угол, вот я вынужден бросаться на тех, кто находится ближе ко мне. Такие хозяева жизни, убили во мне любовь, вот я и мщу им за это.

– Мудрено говоришь. Кто убил, что за любовь? Кстати, вчера разговаривал с «Кротом». Ты знаешь, опера нашли пропавшего «Хряща». Его кто-то завалил прямо в машине.

От этой новости, Павел почему-то вздрогнул. О том, что «Хряща» могли найти, он не сомневался, но то, что его нашли довольно быстро, насторожило его.

– И, где его нашли, если это не секрет? Ты знаешь, он перед исчезновением приезжал ко мне домой, предупредил меня, что меня ждут в ресторане, и уехал. Куда и зачем поехал, ничего не сказал.

– Наверняка, его замочили люди «Малька». У него тоже везде свои люди. Первоначально, это он должен был завалить «Малька», но потом выбор Эдика упал на тебя.

– Может, он здесь примелькался, вот они и убрали его?

– Все может быть, но «Крот» считает, что это ты его завалил?

– Мне все равно, что считает «Крот». Вот разберусь с «Мальком» и уеду отсюда.

– Фантазер, – тихо произнес «Зуб», останавливая свою машину на посту ГАИ. – Вот, сейчас, мы и проверим насколько ты фартовый!

– Это, в каком смысле этого слова? – спросил Лавров его, доставая из-за пояса пистолет.

– Ты, что Афганец, с ума сошел? Убери пистолет! Это же обычная проверка документов и не более. Правда, люди о вас говорят, что все вы чокнутые, кто там побывал.

Павел положил пистолет на колени и прикрыл его курткой. Зуб вышел из машины и, улыбаясь во все свои тридцать два зуба, направился к сержанту милиции.

– Привет, командир! Это вы кого здесь ловите?

– Твое, какое дело, воровская рожа. Это твоя машина?

– Нет. Это ты мне ее подарил сегодня утром. Документы у тебя, ты и смотри, чья это тачка.

– Не груби, а то пожалеешь, – произнес сержант. – А, это, что за пассажир? Что-то рожа его мне не нравится?

– Слушай сержант, не выпрыгивай из штанов. Ты же знаешь, кто я. А, это мой кореш. Кстати, ты случайно не «голубой»? А, то я смотрю, ты с какой-то непонятной любовью смотришь на него.

«Зуб» громко засмеялся над своей шуткой. Лицо сержанта стало серым. Лаврову показалось, что он был готов ударить его. Однако, он сдержался и вернул ему документы обратно.

– Давай, вали, отсюда, пока я тебя не растер в пыль.

– Вот и хорошо. Душевно поговорили.

Он сел в машину, и они поехали дальше.

***

Павел быстро получил пакет на главпочтамте и, не выходя из здания, тут же вскрыл его. Москва по-прежнему торопила его с выполнением задания. Помимо новой инструкции, полковник Машин сообщал, что в отношении его поступил запрос в информационное управление МВД России. Судя по всему, его проверяли по отпечаткам пальцев.

«Это хорошо, что он контролирует развитие этой ситуации. Интересно, что они ответили на этот запрос», – подумал он.

Лаврову стало немного обидно, за то, что там, в Москве, почему-то думают, что это так легко, взять и убить двух лидеров преступного мира. Сам он, наверняка, хорошо знает, что просто так до них не доберешься и, тем не менее, почему-то торопит.

Павел хотел уже порвать конверт, как из него вдруг показался тонкий лист папиросной бумаги, на котором было напечатано дополнительное задание. Ему предписывалось уничтожить Кузмина Антона Николаевича.

«Это же муж Елены, – промелькнуло у него в мозгу. – За что его? Наверное, за то, что отмывает деньги Эдика Тбилисского. Других причин нет!»

Он порвал все бумаги и швырнул их в урну.

– Ну и как? Получил свое письмо? – спросил Лаврова «Зуб».

– Пишут, – многозначно ответил он ему.

– Стоило из-за этого сюда ездить? Мог бы позвонить сюда и узнать, пришло тебе письмо или нет?

– Так бы они тебе и ответили на это? Откуда они знают, кто звонит? Я или ты? Пока сюда не приедешь, никто тебе ничего не скажет. Так, что поехали отсюда, чтобы не засветиться в городе.

Они сели в машину и поехали обратно. Лавров сидел и молча, смотрел на цветущие кусты сирени, которые словно солдаты кучками стояли вдоль дороги. Это новое задание, заставляло его, коренным образом менять план устранения «Малька».

«Нужно расправиться с ним буквально завтра. Главное для этого, найти мотоцикл. Значит, все зависит от «Зуба»», – решал он.

– «Зуб»! Ты мне так и не ответил, мотоцикл будет или нет? Пока, все упирается в мотоцикл!

– Хорошо. Я найду тебе сегодня мотоцикл. «Ява» подойдет?

– А, почему нет? «Ява» хороший мотоцикл. У меня такой был в свое время.

– Тогда считай, что он снова у тебя есть?

– Он на ходу?

– Вот это я не знаю. Постараюсь отыскать тот, который на ходу. Только не пойму, зачем он тебе? Я ведь сам могу тебя подхватить после того, как ты завалишь «Малька».

– Зачем нам рисковать вдвоем? Я сам могу все сделать один.

Павел замолчал. Машина мчалась по трассе, глотая километры дороги. Он снова начал думать о предстоящей ликвидации «Малька». Что не говори, но все предложенные «Зубом» варианты его не устраивали. Во всех их был заложен большой риск. Лавров мог лишь предполагать, что «Зуб» должен ликвидировать его или на чердаке здания, после его выстрела, либо при выходе из подъезда. Лучших вариантов просто не придумаешь. Он посмотрел на его сосредоточенное лицо. Он, похоже, тоже думал об этом.

– «Зуб»! Может, сегодня немного кутнем в ресторане? Как ты на это смотришь?

Он улыбнулся. Видимо его мысль о ресторане, сняла с него напряжение.

– А, почему бы и нет? Тем более, если ты угощаешь!

– Тогда по рукам.

Он оторвал руку от руля и протянул ее для пожатия. Он пожал ему руку и снова задумался:

«Так в жизни бывает. Сейчас, он жмет мне руку, чтобы завтра всадить в мой затылок пулю».

Лавров отвернулся от него и стал смотреть в боковое окно машины.

***

Утром Павел встал, как обычно рано. В соседней комнате, широко раскинув руки, спал его контролер, а скорее человек, в задачу которого входило ликвидировать его, после убийства «Малька».

«Может, его прямо сейчас задушить? – внезапно возникла у него мысль. – Может, не стоит ждать, когда он всадит пулю в мой затылок?»

Словно, почувствовав мои мысли, «Зуб» открыл глаза и посмотрел на него.

– Ты, что уставился на меня? Храпел, что ли? Смотришь, словно убить хочешь?

– Дурак, ты «Зуб». Если бы хотел тебя убить, то давно бы убил.

Он сладко потянулся и улыбнулся ему. Лавров отчетливо услышал, как затрещали его суставы. Он вскочил с кровати и побежал в туалет умываться. На кухне старенькая женщина готовила им завтрак.

«Интересно, кем она ему приходится? – подумал Павел. – Родственница или так, пустила нас с ним, как квартирантов?»

– Чего задумался? – поинтересовался он у него. – Думай, не думай, сто рублей не деньги. Пошли завтракать.

Лавров, молча, последовал за ним на кухню. Тетя Маша разложила им в тарелки приготовленный завтрак и тихо удалилась с кухни.

– «Зуб»! Кем она тебе приходится?

– Никем. Я с ее сыном вместе «чалился» в Мурманске. Его задавило лавой в шахте. Вот я сюда к ней и приехал. А, почему ты спрашиваешь меня об этом?

– Просто мне стало интересно, кем она тебе приходится?

Он засмеялся.

– А, я то, подумал, что ты тоже готов здесь бросить свой якорь.

– Нет, «Зуб»! Ты можешь спать спокойно. Я свое дело сделаю и обратно для начала в Москву, а там будет видно, что делать дальше. Кстати, ты не забыл после вчерашнего ресторана о мотоцикле?

– Я все помню, Афганец. Мне не нужно дважды повторять одно и то же. Через часок мотоцикл будет на месте. Скажи, зачем он тебе?

– Узнаешь, потом.

Позавтракав, они вышли на улицу и закурили.

– А, вот и твой мотоцикл. А, ты боялся.

Во двор дома заехал мотоциклист. Остановившись посреди двора, парень заглушил двигатель и, повесив мотоциклетный шлем на руль «аппарата», подошел к «Зубу». Они отошли в сторону и о чем-то стали шептаться. Переговорив, молодой человек пожал ему руку и быстрым шагом направился со двора на улицу.

– Зуб! Скажи, он знает, для чего нам нужен мотоцикл?

– Конечно, нет, зачем ему это. Его дело подогнать нам мотоцикл и все.

Павел подошел к мотоциклу и стал внимательно его осматривать. «Ява» была старенькой, но ещё в довольно приличном состоянии. Он сел в седло мотоцикла и одним движением ноги, завел двигатель. Павел осторожно выехал со двора и, сделав два небольших круга, обратно заехал во двор.

– Ну и как, машина?

– Я доволен. «Ява» в хорошем состоянии. А, теперь пошли в дом, нужно все обсудить.

Вернувшись в квартиру, они сели за стол и стали обсуждать предстоящую операцию.

– Ты, на своей машине, должен ждать меня вот около подъезда этого дома. Поэтому, ты должен приехать туда за полчаса до начала. Машину поставишь так, чтобы не привлечь к себе внимания жильцов дома. Перед тем, как встать, сними с машины регистрационные номера. Понял?

– Нет, не понял! Выходит, что ты не будешь в него стрелять с чердака, – с чувством некого разочарования спросил он его. – Я здесь на корячках месяц ползал и все коту под хвост?»

– Почему коту под хвост? Люди «Малька» по всей вероятности тоже думают, как и ты, что стрелять в него могут лишь с чердака этого дома. Ты сам-то обратил внимание, как они выходят из машины? Они закрывают этот сектор обстрела своими спинами. Для того чтобы поразить «Малька» с чердака, нужно сначала убить одного из его охранников. Но, второго выстрела может и не быть, если они повалят его на асфальт и закроют его своими телами. Вот, поэтому я и отказался от твоего плана и разработал свой. Какой, узнаешь потом.

– Что не доверяешь мне?

– Боюсь сглазить.

Он промолчал. Ему явно не нравилось изменение плана, а тем более то, что он не мог контролировать все это. Закусив губу, он тихо произнес:

– Давай, Афганец. Жираф большой, ему видней. Только я не собираюсь отвечать, если все у тебя сорвется. Каждый должен нести свой чемодан.

Лавров, молча, пожал ему руку и, достав пистолет Стечкина из тайника, направился к выходу.

***

Павел ждал уже больше часа, появление машины «Малька». Многие жители дома, во дворе которого находился он, с нескрываемым любопытством и интересом наблюдали за ним. Им по всей вероятности было интересно, почему он за все это время ни разу не снял с головы свой мотоциклетный шлем. Подняв забрало шлема, Лавров закурил. Это была его вторая выкуренная на этом месте сигарета. Увидев на улице знакомую машину «Малька», он загасил сигарету и, бросив ее на асфальт, растер ее ногой. В стороне от него, проехала ожидаемая им машина. Он завел свой мотоцикл и устремился вслед за ней. Черный «Мерседес -600» остановился на перекрестке. Павел остановил свой мотоцикл рядом с автомобилем. Зная о том, что «Мерседес» «Малька» бронирован, он слегка постучал пальцем по боковому стеклу пассажирской дверцы. «Малек» опустил боковое стекло и посмотрел на Лаврова.

– Что нужно? – спросил он. – Что стучишь, как дятел?»

Недолго думая, Павел выхватил из-за пояса пистолет и трижды выстрелил ему в лицо. Прежде, чем охрана пришла в себя от такой наглости со стороны его, он проскочил перекресток на красный сигнал светофора и, прибавив скорость, помчался по улице. Несколько раз, свернув в небольшие, но уже знакомые ему переулки, Лавров оказался на нужном месте. Столкнув мотоцикл в котлован строящегося дома, он снял с себя шлем и швырнул его в кусты. Сняв с себя кожаную куртку и перчатки, он сунул все в полиэтиленовый пакет. Выйдя на улицу, Павел сунул пакет в одну из урн и направился в сторону рынка.

«Вот и все, Лавров. Одно задание ты выполнил», – подумал он, останавливаясь около торговой палатки.

Он вошел внутрь, и не торгуясь с продавцом, приобрел себе новую рубашку. Переодевшись прямо в палатке, Лавров вышел из нее и не торопясь, направился к дому, около которого его ожидал «Зуб» со своей машиной.

– Поехали. Дело сделано.

– Расскажи, как ты его завалил? – обратился он к Павлу. – Чего молчишь? Мне же интересно?

– Сегодня все услышишь по телевизору. Чего стоишь? Я же сказал тебе, поехали!

–Где «волына?», – неожиданно для него спросил «Зуб».

– Сбросил все и мотоцикл и ствол. Не таскать же мне паленый пистолет с собой.

Похоже, его ответ удовлетворил «Зуба», и он немного успокоился. Машина выехала из Кисловодска и помчалась в сторону Пятигорска.

– Где моя сумка?

– В багажнике. Зачем она тебе нужна?

– В сумке джинсы и обувь. Мне нужно переодеться и умыться. На лице и одежде могут остаться следы пороха. Неплохо бы где-нибудь немного помыться.

– Ты, афганец не суетись. Скоро будет родник, там и остановимся.

Они проехали ещё километров десять, и «Зуб» стал притормаживать автомашину.

– Вот за тем поворотом родник. Сейчас немного передохнем и поедим дальше.

– Хорошо.

Вскоре он остановил машину. Лавров вышел из машины и, открыв багажник, достал свою сумку. Порывшись в ней, он взял джинсы, обувь. Пока «Зуб» смотрел в другую сторону, он сумел сунуть в джинсы свой пистолет. Вода в роднике была такой холодной, что невозможно было мыть руки. Павел быстро умылся, поменял штаны и сунув за пояс пистолет, направился обратно в сторону машины.

– Эй, Афганец! – окликнул его «Зуб».

Лавров поднял голову и увидел в руках его пистолет.

– Неужели, ты убьешь меня? «Зуб», а я думал, что мы с тобой товарищи.

– Мы разной масти, Афганец, ты красной, а я черной и поэтому мы не можем быть друзьями. Ты, мужик не плохой, но ты не наш.

– А, чей я тогда?

– Не знаю. Не мне решать, чей ты. Мне приказали ликвидировать тебя, вот я и выполняю этот приказ.

– Слушай, «Зуб». Сейчас ты мне напоминаешь Иуду, продавшего Христа за копейки.

Он громко засмеялся. Парень был настолько уверен в себе, в свое превосходство надо ним, что не сразу понял, что произошло.

Павел выхватил из-за пояса пистолет и трижды выстрелил в него. Две пули попали ему в грудь, а третья, снесла половину черепа. Лавров затаил дыхание, по трассе мчалась милицейская автомашина. Проводив ее взглядом, он быстро оттащил труп в ближайшие кусты. Забросав труп ветками, он сел в машину и поехал дальше, туда, где в дымке виднелся город Пятигорск.

***

Подъехав к рынку, Лавров вышел из машины и, достав из багажника тряпку, начал протирать внутри машины. Мимо него проходило множество людей, однако ни у кого из них, все его действия не вызвали никаких негативных мыслей. Уничтожив все свои следы, Павел достал из багажника машины свою спортивную сумку и закрыв машину на ключ, направился в сторону своего дома.

– Сорокин! – кто-то окликнул его. – Погодите!

Лавров оглянулся и увидел догонявшего его заместителя начальника уголовного розыска Шатова. Дождавшись его, он протянул ему свою руку. Тот крепко сжал ее и посмотрев на него, спросил:

– Сорокин! Ты, где мотался? Я тебя уже третий день разыскиваю? Как не заеду, а тебя все нет и нет дома.

– Вы знаете, я все ещё ищу своего товарища. Я все еще надеюсь разыскать его. Что толку рассчитывать на вас, вы же его все равно не ищите?

– Мы же с тобой тогда договаривались, что ты утром придёшь ко мне в милицию. Почему не пришел? Все играешь в казаки-разбойники, всё хочешь сам отыскать своего товарища?

– Неужели, продолжать надеяться, что вы найдете его. Насколько я знаю, вы даже не объявили его машину вперехват. Как же после всего этого, мне еще надеяться на вас?

Он промолчал. Павлу не хотелось спорить с Шатовым. Какая-то внутренняя усталость валила его с ног.

– Давайте, перенесем наш разговор на завтра. Я очень устал и сейчас хочу лишь одного, это вытянуть ноги и закрыть глаза.

Он на секунду задумался, а затем, улыбнувшись, произнес:

– Хорошо, Сорокин. Будем считать, что мы договорились. Не придешь добровольно, доставлю в наручниках. Понял?

Лавров, молча, кивнул и направился дальше по улице. Оставив на второй квартире свой пистолет, он направился к себе домой. Павел принял ванну и налив в фужер немного красного вина, сел в кресло и включил телевизор. Диктор телевидения вел репортаж с места убийства вора в законе «Малька»:

– Сегодня в десять часов утра, неизвестный преступник на мотоцикле на глазах сотен отдыхающих и горожан, расстрелял в машине одного из лидеров преступного мира. Из неофициальных милицейских источников стало известно, что покойный являлся одним из подозреваемых в покушение на вора в законе Эдика Тбилисского. Однако, покушение оказалось не удачным. Стрелявший в Эдика человек был задержан сотрудниками милиции и водворен в ИВС УВД города Пятигорска. Сейчас с ним плотно работают сотрудники местного городского Управления. Источник не исключает, что убийство «Малька» мог организовать Эдик Тбилисский. Сейчас эта версия отрабатывается сотрудниками милиции.

Дальше диктор сообщал о приметах стрелявшего человека. Эта информация вызвала у него определенную усмешку. По таким приметам, приведенным диктором телевидения, можно было задерживать половину мужского населения Кисловодска. Он поднялся с кресла и выключил телевизор. Выйдя во двор дома, Павел достал сигареты, и присев на лавочку закурил.

«Это хорошо, что все так удачно получилось. А, если бы «Малек» не открыл окно, то стрелять через бронированное стекло было бесполезно, – подумал он. – Риск большой, могла убить охрана «Малька», мог убить и «Зуб», но, что сделаешь? Это был приказ Москвы, приказ, который нельзя было не выполнить».

– Эй! Афганец! – Лавров поднял глаза и увидел около забора молоденького паренька лет шестнадцати. – Мне велели передать, чтобы ты сегодня был в ресторане. Понял?

Он, молча, кивнул и, загасив сигарету, вошел в дом. Взглянув на часы, Павел разделся и лег на диван. Он не заметил, как заснул. Ему в очередной раз снился все тот же странный и непонятный сон. Будто он шел по каким-то горам и увидел не то небольшой холм, не то курган. Везде бушует зелень, лишь только на этом кургане желтая сухая трава, будто выгоревшая на солнце. Он медленно поднялся на вершину этого кургана и останавливаюсь в изумлении. Вся вершина покрыта человеческими костями. Они лежали всюду, словно белые островки в этой желтой траве. Он делал несколько шагов и, споткнувшись о торчавшую из земли кость, упал на сухую землю. Он старался подняться с земли, но у него ничего не получалось. Синие кисти мертвеца, торчавшие из земли, крепко держали его на месте. Он снова делал несколько отчаянных попыток вырваться из этих цепких объятий, но из земли появились все новые синие кисти мертвецов, которые впивались своими синими пальцами в его тело. Он закричал от боли и, приложив все свои силы, вырывался из этих цепких объятий.

Лавров проснулся от крика, который вырвался из его горла. Во рту у него сухо, а голова просто раскалывается от охватившей ее боли. Наконец он пришел в себя и понял, что все, что произошло с ним, всего лишь сон и не более. Он встал с кровати и направился в туалет. Холодная вода окончательно вернула его к действительности. Умывшись, Павел начал одеваться. Через тридцать минут он уже был около ресторана.

***

– Афганец!

Он обернулся. Перед ним стоял «Крот».

– Пошли со мной!– в приказном тоне произнес он.

Лаврову ничего не оставалось, как последовать за ним. Свернув за угол ресторана, он остановился.

– Где, Зуб! – прошипел он и выхватил из-за пояса пистолет.

– Я не знаю. Почему ты меня спрашиваешь об этом? Он довез меня до рынка, я пошел домой пешком, а он куда-то поехал. А, что с ним случилось? Пропал?

Он схватил Лаврова за грудки и, уперев ствол пистолета ему в живот, прижал Павла к стене.

– Ты, сука не крути хвостом! Это ты убил его, я это знаю!

В какой-то момент ему показалось, что он готов всадить него полную обойму и от этого внезапно охватившего чувства, ему стало страшно. Страшно оттого, что он не может ничего сделать, чтобы предотвратить свое убийство.

– Слушай, «Крот»! Ты меня на «понт» не бери, – неожиданно произнес Лавров. – Ты сначала докажи все свои «предъявы».

– Что? Я тебе должен что-то предъявлять? Да, я тебя сейчас прямо здесь козла завалю! Понял!

– Слушай, «Крот»! Убери свой ствол! Ты же хорошо знаешь, что я нужен Эдику. Подумай, за меня тебе будет нужно отвечать перед ним, – тихо произнес он.

Однако, он словно не слышал его слов и по-прежнему давил стволом пистолета в его живот.

– «Крот»! – кто-то окликнул его из темноты. – Тебя Эдик зовет.

Он на какую-то долю секунды ослабил давление и повернулся на голос. Этого оказалось Павлу вполне достаточным, чтобы вывернуть ему кисть руки. Он тихо охнул. Пистолет выскользнул из его руки и упал на землю. Через секунду, их места у стены поменялись. Теперь уже Лавров упирался ему стволом пистолета в открытый и окровавленный рот. Он видел, как из уголков порванного им рта «Крота», тонкими струйками текла кровь.

– Ну, что? Что ты мне теперь предъявишь? Сейчас, нажму на спуск, и твоя голова разлетится на сотни мелких частей. Ты, этого хочешь?

Он, что-то промычал Павлу в ответ и покачал головой. В этот момент он понял лишь одно, что нажил себе еще одного кровника. Теперь если он его не убьет, то он обязательно убьет его в первый же подходящий для этого момент. Но, убивать сейчас не входило в планы Лаврова. Он вытащил из его окровавленного рта ствол пистолета и посмотрел на него. Лицо «Крота», было белым от страха и практически не выделялось на фоне белой стены.

– Живи, «Крот»! Я пошутил, – тихо произнес Павел и, открыв дверь запасного входа, вошел в уже знакомую ему комнату.

Яркий свет электрических ламп ослепил Лаврова. Он прикрыл свои глаза рукой. Сильный удар по голове сзади свалил его на пол. Последнее, что он запомнил, это было улыбающееся лицо Эдика. Очнулся Павел оттого, что кто лил ему воду на лицо. Он открыл глаза и не сразу сообразил, где он находится. Лавров лежал на бетонном полу, какого-то строящегося здания. Правая рука была крепко прикована наручниками к батарее. Перед ним стояли двое мне незнакомых людей и светили Павлу в лицо фонарем.

– Вот видишь, он и очухался, – произнес один из них. – А, ты говорил, что он склеил ласты.

– Это не я тебе говорил «Рашпиль», а «Крот».

– Какое это имеет значение? Ты, он. Главное, что он живой.

«Рашпиль» подошел к Лаврову и сильно ударил его ногой в бок. Боль просто прострелила все его тело. Он невольно ойкнул и застонал от боли.

– Чего стонешь, козел? Хочешь выйти отсюда живым, расскажи нам, как ты завалил «Зуба» и «Хряща»? Эдика интересует, кто ты и зачем приехал к нам в город?

– Зачем? Это он знает. Кто я, он тоже знает. А, в отношении «Зуба» и «Хряща», я ничего не знаю. Я их не убивал. Зачем они мне эти шестерки?

Новый удар. Перед глазами стало темно. Сколько он пролежал без сознания, Павел не знал. Ведро холодной воды и снова все эти же вопросы. Сколько сейчас времени и сколько он находится в этом подвале, он не знал. Время для него перестало существовать.

–Слышишь, выведи меня в туалет, – обратился Лавров к одному из своих мучителей.

– Вали прямо здесь, в штаны, – ответил тот и громко засмеялся.

– Хорошо. Если вам это нравится, то прямо сейчас наложу в штаны.

– «Рашпиль»! Он в туалет просится. Что делать?

– Выведи его. Только смотри, чтобы не сорвался.

Охранник нагнулся надо Павлом и стал отстегивать наручник от батареи. Когда замок слабо щелкнул, и рука почувствовала свободу, он схватил его за волосы и крепко прижал его голову к себе. Рука автоматически нащупала его горла и сжала его так сильно, что тот даже не попытался вырваться из его объятий. Его тело несколько раз дернулось и застыло. Перевернув его на спину, Лавров стал лихорадочно шарить по его карманам. Наконец он нащупал то, что искал. Он достал из его кармана пистолет и передернул затвор.

– «Ханурик»! Ты, что там застыл? Может, ты ему там зад вытираешь, – крикнул в темноту «Рашпиль».

Павел что-то пробубнил ему в ответ. Встав с пола, он, шатаясь от голода и побоев, направился вверх по лестнице. Остановившись напротив двери, Лавров глубоко вздохнул и толчком ноги открыл дверь. «Рашпиль» сидел за столом. Перед ним стояла бутылка водки, два пустых стакана и, лежавшая на газете, закуска. Глаза его округлились от удивленья. Рука «Рашпиля» машинально потянулась к нагану, лежавшему на столе. Он нажал на курок первым. Пули намертво пригвоздили бандита к спинке стула. По комнате поплыл привычный для него запах пороха. Лавров толкнул дверь и оказался во дворе строящегося дома. Недалеко от дома стояла автомашина. Он рукояткой пистолета выбил боковое стекло автомашины и открыл водительскую дверцу. Сев в машину, он вырвал пучок проводов и, соединив два из них, завел машину. Через минуту, Павел уже мчался в Пятигорск.

***

Оказавшись дома, Лавров быстро переоделся в чистую одежду. Остановив проходящую мимо него машину, он назвал водителю адрес второй своей квартиры. Пройдя в дом, Павел достал из тайника пистолет и пачку патрон. Набив два магазина патронами, он положил их перед собой на стол.

«Лавров! Похоже, ты решился на этот шаг? – спросил он себя. – Если это так, тогда вперед».

Он с силой загнал обойму с патронами в пистолет, передернул затвор и поставил его на предохранитель. Теперь Лавров был готов к любим неожиданностям. Закрыв дверь дома, он сел в ожидавшую его машину. Мимо автомобиля, сверкая проблесковыми маячками, проехали милицейские «Жигули». Пропустив ее, водитель облегченно вздохнул. Проезжая мимо рынка Павел невольно посмотрел на открытые двери автосервиса. Там облокотившись на капот машины, стоял «Пахтакор» и о чем-то разговаривал с незнакомым мужчиной.

«Выходит, они специально прятали его от меня, рассчитывая по всей вероятности, что меня убьют в Кисловодске. Но, они ошиблись, там я выжил. Тогда они решили разделаться со мной здесь, но и эта их акция провалилась, – подумал он. – Интересно, знает ли «Пахтакор», что я сумел освободиться и сейчас проезжаю мимо него? Наверное, пока не знает и это самое главное. Сейчас, он не ожидает от меня каких-то реальных действий и ведет себя спокойно. Необходимо воспользоваться этим моментом».

Водитель по его просьбе притормозил свою машину недалеко от автосервиса. Не обращая внимания, на идущий ему наперерез народ, Павел устремился в сторону автомастерской. Когда он вошел внутрь, увидел, как «Пахтакор» усаживается в свою автомашину. Через мгновение машина, управляемая им тронулась и поехала по улице. Увидев ехавшую по улице машину, Лавров чуть ли не бросился ей под колеса.

– Слышишь, друг, выручай! Нужно, догнать вон ту машину. Плачу любые деньги! – выпалил он, открывая дверь автомашины.

Водитель бросил на Павла оценивающий взгляд и коротко махнул рукой. Преследование длилось недолго. «Опель» «Пахтакора» остановился около небольшого кафе. Лавров расплатился с водителем и, выбрав удобную позицию, начал наблюдать за входом в кафе. Время шло, но «Пахтакор» не выходил из кафе. Какое-то внутреннее предчувствие заставило его подойти ближе к кафе и заглянуть в его окно. «Пахтакора» в кафе не было.

«Как он мог уйти из него не заметно от меня? – спрашивал он сам себя. – Ведь я не спускал с выхода своих глаз. Неужели он почувствовал наблюдение и ушел из кафе через запасной выход».

Лавров снова вернулся назад и решил еще постоять немного. В том, что он его не увидел в зале кафе, это еще ни о чем не говорило. Он мог находиться в этот момент и в туалете, в кабинете директора и в других трудно просматриваемых местах. Закурив сигарету, Павел сел на лавочку. Мимо него стайкой промчались мальчишки, нарушив тишину улицы своими звонкими голосами. Он невольно вспомнил свое детство, когда вот также безмятежно бегал босиком по теплым лужам. Его воспоминания были прерваны громкими голосами, доносящимся со стороны кафе. Он повернул голову в сторону заведения и увидел «Пахтакора», который громко ругался с каким-то незнакомым ему мужчиной. Мужчина был среднего возраста, с большим животом и лысой головой и чем-то напоминал Лаврову какого-то артиста. Он был настойчив и, похоже, не собирался отступать под напором «блатной фени» «Пахтакора» и держался вполне достойно в этой стычке.

– Ты меня не пугай, «Пахтакор». Ты не «вор» и не нужно здесь качать свои права. Если я в чем-то виноват, то готов держать ответ перед обществом, но не перед тобой.

– Запомни, «Арбуз». Я тебя предупредил о возможных последствиях. Если я выкачу против тебя предъяву, ты от нее не отвертишься. Никому не нужна крыса, которая ворует у своих же ребят.

– Ты фильтруй свой базар, если хочешь таскать ноги. А, то вон мои мальчики уже готовы загнать тебе перо под ребра.

«Пахтакор» повернул голову и посмотрел в сторону стоявшей группы молодых людей. Махнув рукой, он направился к своей автомашине, которая стояла в переулке. Он открыл дверь водителя и собрался сесть в машину, когда Павел уперся стволом пистолета ему в бок.

– Тихо, «Пахтакор»! Ты меня знаешь, я шутить с тобой не собираюсь. Давай, садись, в машину, нужно поговорить.

Он беспрекословно выполнил приказ. Лавров сел у него за спиной, по-прежнему держа пистолет на уровне его спины.

– Чего стоим? Поехали!

– Куда?

– Туда, где нет света. Лучше будет, если это место окажется за городом, ну, к примеру, на твоей стройке.

Машина тронулась, и вскоре Пятигорск остался где-то позади нас.

***

– Тормози! – приказал Лавров «Пахтакору».

Машина съехала с дороги и остановилась.

– Выходи из машины!

Павел скорей почувствовал, чем увидел в этой окружавшей их темноте, лицо «Пахтакора».

– Ты убьешь меня, Афганец?

– Ты же убивал людей, не спрашивая их, хотят они жить или нет? Почему ты сейчас спрашиваешь меня об этом? Страшно? А, разве тем несчастным, которых вы убивали, а затем заливали бетоном в фундамент дома, было не страшно?

– Это не я. Сам, я никого не убивал. Все делалось по приказу Эдика. Ему нужны были дорогие иномарки, которые он перегонял в Грузию. Вот и товарища твоего, тоже убили по его приказу. Ему очень понравился его «Мерседес».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.