Сергей Васильев
Рейд Серого. Бегущая по мирам – 8

Глава 1. Разговоры дипло матом

Наш усталый, перегруженный и очень тесный броневик двинулся на спуск на плоскогорье. Но сначала мы всё-таки взяли южнее – к озерцу, где я рассчитывал искупаться и немного отдохнуть. Да и что может быть лучше привала на берегу горного озера.

Ну и разведчица Кора не зря осматривала окрестности в свои тактические очки от демонов – даже раньше меня и гнома с огромным биноклем обнаружила отряд рыцарей, который нас, очевидно, и поджидал. Как раз недалеко от озера отдыхали, тоже уважают правильный отдых у водоёма, но без запланированных мною демаскирующих костров и буйных купаний. А я решил, что спутаю карты и этим неплохим в общем-то воякам, выполняющим приказ своего герцога, поговорим, спасённых девиц с ними отправим – их спасённый кавалер наотрез отказался покинуть наш экипаж и уже изучал несложную науку жреца культа Добра.

Задолго до озера мы начали махать воякам, показывая, что мы их видим и хотим пообщаться. Доехали быстро. Выпустили очередь стрел и пару дротиков, пресекли дурную затею оппонентов с атакой. Я отправился на переговоры. Ну тут несложно прошло.

Красномордый отряд вместе с опытным командиром понимал, что их десятку никак не одолеть вооружённый до зубов броневик с доказавшим отменную боеспособность отрядом. Командир только буркнул, как бы извиняясь, что довольно скромный гарнизон крепости на перевале не может высылать большие отряды.

Выпустили осла, вытащили припасы. Пригласили рыцарей с ожидаемо скромными припасами в наши забавы. Пошли купаться, разогревать мясо, пить вино и пиво, охлаждаемое во впадавшем в тёплое озеро холодном роднике. Только от нас пара бойцов поочерёдно дежурила в запертом броневике – и судя по разочарованному вздоху командира рыцарей, это было не зря.

Я быстро снарядил четырёх освобождённых девиц в нагрузку рыцарям – не пустыми же им возвращаться, а так хоть девиц привезут, которые, конечно, задницу герцога не пинали, но чем богаты – выдал обрадовавшимся и долго благодарившим красоткам по три золотых и по небольшому камушку, подъёмные.

Я долго плескался в озере вместе со своими радостно визжавшими красотками. Неподалёку, за кустами, застенчиво искупались обуреваемые тараканами попаданки Ксюша и Энни. Но после того как я вышел, голый, из других кустов, в которых одевалась тоже ещё застенчивая Сестра, получившая от меня награду за успехи в первом рейде, эти две то ли хамоватых, то ли не знающих чего хотят девицы тоже решили, что я всё-таки не людоед и решили подкатить ко мне, но ожидая, ха, тщательных ухаживаний, судя по их непонятной мне, конечно, ха, болтовне по-русски. Я предпочёл выполнить заветы учения Лои – ну их нафиг, вокруг нормальных девиц полно! До этого они пробовали подкатить к Шевалье, но он радостно рассказал им про Ангелетту и её чудесные пёрышки – нет, наш великан не прост, он тоже чувствует, что с этими девицами не всё нормально. Затем несчастные попробовали на всякий случай пофлиртовать с рыцарями Демба, но бравые вояки дружно послали девиц что-нибудь постирать или помыть – и потом ещё ворчали, что совместные завтрак и купание с объектами неудачного захвата ещё можно объяснить, а вот шуры-муры с их девками…

Через час мы, посвежевшие, отдохнувшие, чистые, сытые и довольные, попрощались с рыцарями и сидевшими за их спинами девицами и бодро понеслись к дороге на запад, завершили спуск на плоскогорье и ворвались в край лесов и лугов. Ну и первая стрела пролетела позади неожиданно слишком резвого для стрелка броневика.

Вскоре мы и достигли раскинувшегося вокруг дороги городка этих нербов – они себя называют нербами, ну и пусть будет нербы, не рабы то есть, хотя их самоназвание толсто намекает, да и они сразу это и сообщали и многократно повторяли, что всех остальных они рабами считают. Нормальное такое поселение вольных паразитов и грабителей. Сухопутные, блин, викинги – тоже живут за счёт других, считают себя героями и храбрецами, но воюют только со слабыми. Грабят слабых, но порой и защищают совсем слабых, нестабильны. И эти сильно с работорговлей не зверуют – но им и нельзя сильно, соседям даже маловероятная Чума от них не нужна – хотя и викинги не все, конечно. Земледелие и кое-какое производство у них тоже есть. Единства нет – куча ватаг и атаманов. Хотя, как пояснили стражи-жрецы, иногда объединяются для набегов и для обороны.

В городке единственный вблизи брод через маленькую речку был перегорожен рогатками из дерева. Мы остановились – я решил попробовать договориться и, чем чёрт не шутит, подружиться, ну или типа того. Толпа по сторонам, но и на расстоянии, особо дружелюбной не выглядела. Парни усердно бряцали оружием. Девицы тоже особо встрече с незнакомцами не радовались. Справа, перед толпой, кучка живописных крепышей с хохотом дописывали письмо на притащенной табуретке, весело проорав нам, что те, кого они отпустят, отнесут письмо герцогу Дембу, а то он что-то давно в поход не ходил, застоялись все уже.

Гор и Бори, торча за стреломётами на крыше, весело курили сигары. Кора за кормовым болтомётами соединила их в пару, а иначе в нынешней тесноте и нельзя, и тоже очень круто курила сигару, надвинув шляпу на глаза. Я отдал приказ стараться не убивать, вышел, взял Биту, а Вулкан оставил, прошёл десяток метров, как раз полпути до гостеприимных занятых эпистолярным творчеством хозяев, достал пару сигар, одну сунул в рот, зажёг и радостно сказал:

– Приветствую, доблестные парни и девицы! Я Серый, дровосек. Хочу поговорить.

Ко мне вразвалочку подошёл крепкий орк в грязной явно с кого-то снятой дорогой и мешковатой одежде, увешанный оружием, и с очень дорогой шпагой, насмешливо осмотрел мои простое копьё и совсем не впечатляющий топор, представился атаманом, сообщил что они не рабы нербы, а не парни, получил сигару, радостно затянулся, махнул лапой, подошёл ещё один. Краснокожий. Этот был только в штанах и тоже увешан оружием. Представился атаманом. Получил сигару. Добавил, что он главный атаман. Первый атаман сказал, что он главнее. Под моим насмешливым взглядом два атамана прям сейчас выяснять главенство не стали. Я предложил дружить, не мешать нашему проезду. Красный сказал:

– Вы едете из Демба. Значит вы их друзья. А они наши враги!

– Мы прошли через Проклятые Шахты, через перевал нас не пропустили. Но, несмотря на определённые трения, мы не враги ни Дембу, ни Думбу. Как и вам. И наверняка вам они не такие уж и смертельные враги.

– У вас в повозке две девицы из каменных топтунов! И наверняка их атаман прячется. А они убили семерых наших. Отдай их нам, – нагло заявил первое, но явно не последнее, требование орк.

Я посмотрел на торчавшие в окне броневика перепуганные мордашки пленниц, дур засветившихся, хотя это не принципиально – если нербы, как и все остальные, хотят придраться, то найдут к чему, да и без причины можно всегда напасть. Энни в панике заверещала, что они просто проходили мимо, отдыхали и заправлялись, на них напали. Дежурный, так и сказала, танк открыл стрельбу, а через минуту и остальные танки начали стрелять, прогнали нападавших, но без жертв не обошлось. Я жёстко улыбнулся.

– Не отдам. Они не виноваты. Командир их погиб. Они мои пленницы. Вы не поймали, нечего и клянчить. Если дружить не хотите, то плакать не буду. А хотите войны, готовьте могилы!

Красномордый первым потянулся к сабле и стал первой… не жертвой, но пострадавшим – я отменно врезал ему по морде древком радостно взревевшего в моей голове бившего очень сильно, только с виду слабого, копья, больше радовавшегося не атакам остриём, а защитам, и бывшим уже раза в два сильнее со мной, чем с другими. Затем я отбил Битой шпагу орка и отменно врезал ему ногой между ног. Кинулся к открытой нашими дверце Бизона. Влетел внутрь. Дора сказала, да и я чувствовал результаты проделок не особо умелого лучника:

– У тебя стрела в спине, не прислонись.

Толпа тупила недолго. Резво кинулись вперёд, рассчитывая, похоже, опрокинуть или разломать броневик, и не совсем понимая, что вес машины несколько тонн. Ну и они почти правильно решили, что раз я не убил их атаманов, то и по ним на поражение мы стрелять не будем.

Мы не стреляли на полное поражение, но по ногам Гор попал отлично, стреляя влево перед толпой в землю. Но толпа не остановилась, но и Гор широкий веер стрел не отвёл, вот и покатились, болезные. Справа и впереди такой же фокус показал Петя, забравший у Шевалье роль стрелка. Сам наш великан через открытое окно отменно влепил здоровенным помидором в рожу одного особенно крикливого и языкастого дурня. А с кормы крутая Кора с яростным визгом выпустила веер болтов перед кинувшейся в погоню толпой девиц, обратив дур в бегство. Затем выхватила пращу и отменно, а это в заваленном барахлом кузове было непросто, влепила жёлудем каменного дуба по толстой попе самой бойкой гномке, и бывшей провокаторшей дурацкой атаки.

Ну и несколько храбрых толпой дурней пострадали от перелетевших наш броневик стрел, целились в Гора или Кору, а ранили, а может и убили своих. Но и Коре в голову стрела попала – защита шляпы спасла, но крови было немало. И Гор смачно размазывал кровь по радостной морде. И в боковых кольчугах на дверях дюжина стрел висела. И в тенте кузова немало. Но больше всего стрел досталось кормовой палатке любви – её истыкали как сито, стреляя нам вслед. Кору обстрел вдогонку не достал, на болтомёте был простенький щит из проволоки и стальных полос типа жалюзи, но отлично справился. Все дружно поржали над удивлёнными мордами нербских стрелков, не знавших, что наш лёгкий отряд неплохо защищён великолепными артефактами.

Нападавшие смешались, а тяжёлый броневик с усиленным после тарана монстра Хаоса носом снёс заграждения, преодолел, подняв тучу брызг и освежив нас, довольно глубокий, как оказалось, брод, лихо вскарабкался на противоположный берег. И понёсся через безлюдный с этой стороны городок дальше, задавив пару куриц и сбив свинью, под оглушительный визг которой и её хозяйки мы и вылетели из негостеприимного поселения.

Я любовался впервые увиденными местными альтернативами коней! Нас начала догонять местная кавалерия. Вперёд вырвались лихие всадники с луками, лёгкими копьями и длинными рапирами на похожих на страусов двуногих и длинношеих динозаврах. За ними скакали привычные лошади. Дальше отставали массивные, похожие на огромных, с неплохого быка, вепрей четвероногие динозавры, с клыками, некоторые из которых несли по паре наездников. Ну и последними спешили, но отставали четвероногие ящеры, размером с небольшого слона, без рогов, или клыков, да и на недлинных хвостах ударные булавы отсутствовали, каждый с отрядом из трёх или четырёх бойцов. Но все ящеры были небронированные.

– По настоящему тяжёлые ящеры, типа трицератопсов, для войны не годятся, скорость низкая, а агрессивность повышенная. Ну и на хищных много не навоюешь. Хотя бывают исключения, Серый вон даже зачарованного к делу приспособил, – солидно пояснил Шевалье нифига не разбирающимся в кавалерии остальным, только начитанная Сестра была в теме и с умным видом кивала. – Но самые лучшие, это лошади! Страдины слабоваты. Вепдины уже медленны. Слодины для узкого круга задач.

– Дураки! – серьёзно добавила Сестра. – Преследовать стреломётную повозку на страдинах запрещено уставом!

Гор, радостно хохоча, тут же проверил слабость страдинов – выпустил очередь по толпе страусов-динозавров с дико верещащими, подбрасывая и ловко ловя копья, всадниками. Да уж, одна стрела и пташка покатилась по земле. Но свалки не получилось, ловкие бегущие следом страдины красиво огромными прыжками перелетели через несчастное животное. Всадники всё же увеличили интервалы.

Дора закончила перевязывать наши раны, потеснила Гора и Бори, просунулась в люк на крыше, встав на бочонок с пивом и вызвав восторженное кряхтение гномов под ней видом из-под коротенького халатика медсестры, и начала стрелять маленькими болтами из арбалетика любви, только не погасшими стрелами похоти, которые нужны для танцев или жульничества, а стальными и каменнодубовыми. Мощность, конечно, никакая. А вот меткость удивила всех, метров за пятьдесят на ходу красотка почти не целясь красиво посадила три болтика в несчастного страдина, пока он не покатился по земле. Ловко соскочивший и побежавший вперёд бывший лихой наездник, переходящий в пехоту и обгоняемый бывшими однополчанами, пообещал Дорочке много разнообразной любви. Я открыл дверь, встал на подножку и тяжёлым залпом линейного мата главного калибра, указав на стреломёт и болтомёт, отвернул в сторону маленькую лаву лёгкой кавалерии. Да и лошадиную кавалерию послал далеко.

Загадку меткости Доры я решил, обняв довольную красотку – с прикреплённой к её ляшечке волшебной палочкой мы составили Трио Хаоса, впрочем, почувствовали и кандидата в Квартет Хаоса радостного осла, чует моя задница, что скоро мы будем вместе скакать на Герцоге – и радостный голос Липы сообщил всем, что она меткости своей любимой подружке и добавляет. Тут же приятный голос затянул наше танго, а Звезда Шерифа добавила мелодию. Но танцевать было решительно негде, и я со смехом поломал такой прекрасный союз.

Остались вепдины и слодины. Ехали мы не на полной скорости, километров тридцать в час, поэтому вдохновлённые погоней вепри нас медленно, но догоняли, а вот слонопотамы если и имели преимущество в скорости, то километров десять в час, да и уже выдыхались от непосильной погони. Бори подождал немного приближения вепдинов и двумя дротиками ранил зверя, который покинул строй, затормозил и рухнул на колени, потом тяжело лёг. Остальные всадники притормозили. Мы тоже сбросили скорость до крейсерской, километров на пять в час, и разлили пиво.

Погоня не отстала. Они отошли на расстояние полёта стрелы и двигались за нами. Периодически кто-то уходил в сторону и кто-то присоединялся к сердитой стае дураков. Я залез на крышу, взял у оруженосца Холопа свой обрадовавшийся лук Ктожзнал, поцеловал на прощанье обмотанную промасленной паклей стрелу, запалил и запустил её над кавалерийской массой. Куча разинутых ртов проводила оставлявшую отлично заметный шлейф стрелу, пролетевшую над ними и упавшую позади. Я не хотел стрелять в толпу и показывать максимальную дальность, хватило и двух километров и немного за ними. Исчезли с глаз моих долой…

Мы проехали ещё через несколько поселений, где уже знали о нас – и страдины пригодились правильно, и летучие мышки наверняка встречались. Страдин даже побыстрее будет, но по прямой и без лесов, кустов, поворотов…

Местное население провожало нас руганью и неприличными жестами. Одна немолодая орчанка даже показала нам голый зад, впрочем Корочка не дремала и расплата в виде каменного жёлудя настигла наглую дуру незамедлительно.

Останавливаться было не с руки. Мы так и ехали, даже заправили основной котёл на ходу, двигаясь на малом котле. Ели, пили, отдыхали. Ксюша сердито спустила на меня кобеля за то, что я взял кусок мяса, который лежал ближе к ней и она на него нацелилась, но не за это, конечно… Кора молча сильно ударила нахалку своей сложенной пикой по спине, после дружного осуждения неправильной расправы остальными девицами приказала раздеваться для порки. Я отменил приказ Коры, оставил насмерть перепуганную ревущую Ксюшу в кабине, отвёл Кору в испещрённую дырами кормовую палатку, раздел и жёстко как бы наказал за рукоприкладство, объясняя, что нельзя бить палкой девицу, тем более она год так получала от тех, кого мы и едем убивать. Умная старшая жена, отдыхая перед второй частью наказания, отдышалась и сказала:

– Что с ними не так? Я же вижу, как ты к ним относишься.

Я на всякий случай на мало используемом даже ими самими ронском языке рассказал об отношении пленниц к нам, об их взглядах на жизнь, сообщил, что мне даже включать профессора коррекционной школы для дурочек с ним не хочется. Кора подумала немного и сообщила:

– Ты корректируешь не всех. И не только девиц. Ты возился даже с могучим и мудрым Доданом! Изменял Гурона и Шевалье. Про Гора и Бори вообще молчу. Кувалда заново родился и стал благородным героем! Изменил короля Вулкана, и его дочка теперь странная. А кого-то тебе проще убить, хотя, конечно, просто вышвырнуть. И девиц для корректировки ты выбираешь только нужных, интуит! Даже мне пробовал запретить выдрать теперь уже жён Пети, потому что они не требуют твоей корректировки, хотя далеко не ангелочки… Не понятно, почему ты так возишься со мной, толку от меня, а ты уже для меня невероятно много сделал!.. Твой топор Ужастик, это… один из самых невероятных и могучих артефактов! Но это никто не понимает, а я молчок… Если научиться пользоваться интуицией, быть интуитом, да с сильным артефактом, то это… сильнее оракула в отряде! Ты мгновенно принимаешь верные решения из сотен вариантов… Я читала… Интуиты редкость у всех рас… кроме оборотней… Кстати, какой расы… ты…

Договорить любопытная и умная Кора не успела – наказание есть наказание, а потом отдыхала, потом я смылся и размышлял, как вести переговоры с оборотнями… Которые никогда ни на кого не нападают! Кора пробовала вернуться к теме, но пробормотала только про то, что только Арду я почти не откорректировал, хотя очень много потратил на неё сил. Затем крошка перепугалась и прошептала на ронском:

– Я теперь боюсь за Ардочку! Если твоя невероятная интуиция требует, а она не меняется, то это значит, что она может что-то не так сделать? Так ведь? Или с ней сделают? Она…

– Я просто играю с ней, – я прекратил ломанье мозгов слишком умной ронки и поцелуем прервал её болтовню.

Тут и Шевалье нас развеселил. На коротком пис-стопе, пока все дружно осваивали кусты – девицы в кустах рядом с броневиком, под охраной внешнего периметра, а парни так вообще не заморачивались – Шевалье, делавший свои малые дела и присматривавший за журчащими кустами с самого дальнего поста, вдруг ринулся в сторону и выволок из-под поваленного дерева брыкающуюся и визжащую краснокожую девицу в шароварах, рубашке и бандане, с лёгкой потёртой саблей и кинжалом. Поднял молча размахивавшую кулачками, даже не пытаясь выхватить оружие, девицу за шиворот крепкой блузки и растерянно произнёс:

– Разведчица… И что с ней делать?

– Пинка под зад, – усмехнулся я. – Там в двадцати метрах ещё два гнома спалились только что.

– Тебе показать, где у нас сеновал?! – дружно воскликнули все наши гномы, кроме Холопа, который не вписывался в их буйную, развесёлую и удалую компашку.

– Так нельзя… – пробасил гномам улыбавшийся Шевалье, кое-как спрятав то, на что таращила глазки девица, потом яростно ругнулся, когда пленница сильно укусила его за руку, отвесил звонкого шлепка. – Ах ты, засранка!

Я услышал, как один гном-нерб тихо, но не для меня, выругался:

– Поймали старшенькую атамана! Чёрт! Нам капец!

– Эту с собой, поехали, – изменил решение я, решив, что ценная пленница может пригодиться для обмена на дружбу, ну или типа того, да и знать может кое-что, а судя по выпученным перепуганным глазкам долго запираться не будет.

Мы попрыгали в броневик. Шевалье усадил ещё разок укусившую его девицу себе на колени – ну просто места не было больше, и всё переднее сиденье сам великан и занимал, а погрузка в боевое отделение дольше займёт времени, чем связать добычу – и начал быстро вязать руки и ноги красотки. А когда она наконец прекратила молчать и заверещала так, что у нас уши заложило, быстро затолкал ей в рот свой платок и красиво обвязал вокруг головы поданным мною платком из орочьего шёлка. Но девица не сдалась, а продолжила яростно сопротивляться, сидя на коленях у покрасневшего Шевалье. Мы уже ехали. Потом мы все услышали в головах её ментальный крик:

– Да что там такое?! На чём я сижу?!

Не успели наши девицы захихикать, гномы объяснить дурочке, что там такое, а Шевалье покраснеть ещё больше, как мы все ощутили неслабый ментальный удар. Мне-то ничего, и Шевалье, как ни странно, не прилетело, хотя он как-то механически и замедленно опустил одну руку вниз. А остальные завопили. Петя вильнул и сильно тряхнул броневик на кочке. Я восхищённо успел подумать, что мы, вернее Шевалье поймал сильную и наверняка не знающую этого менталисточку – которая как в замедленной съёмке приложилась головой о крышу броневика и летела вниз, обратно на колени похитителя – и её надо будет сдать в Школу Магии. Но тут время для меня восстановило ход и все услышали второй ментальный вопль, полный удивления, злости, радости, отчаяния, удовольствия и немного боли! Шевалье замер, пробормотал:

– Я не хотел… затмение… И что теперь делать? Девственность ей не вернуть… А она же правильная…

Я бросил короткий взгляд на продолжавшую активно вертеться на… пусть будет на коленях Шевалье правильную девицу в приспущенных шароварчиках и сказал:

– Доделывать! Совет вам да любовь! Ну и раз у вас жена одна, подумай о наложнице или о дозволении культом Двуликого и двух жён, но… ну ты и хват!.. Значит она тебя ментально атаковала на ЭТО!.. Потом на сеновал, успокаивать как следует, пока она опять всем по мозгам своими тайными желаниями не надавала. Понравился ты ей.

Все громко заржали. Моя шутка про тайные желания и по мозгам оказалась пророческой. Через десять минут мы все опять получили по мозгам. Остановились – через кабину и кузов великан, да ещё с дёргающейся далеко не маленькой девицей в лапах, подавил бы всех, и точно осла. Шевалье унёс девицу в палатку и мы продолжили движение.

Через почти час Шевалье вернулся на своё место и усадил себе на колени почти успокоившуюся всё так же связанную крепкую и физически и ментально тяжело сопевшую девицу. Первый допрос освобождённой от кляпа красотки показал, что она и не знала, что ментально говорила со всеми и раздавала оплеухи. И зовут её Жатика. Ей двадцать лет. Замуж не хочет… не хотела… и любящий отец не заставлял, ждал когда дозреет, а она смеялась, что после тридцати выберет отца внуков своему отцу. Дозрела за пару минут, в правильных-то руках.

Второй допрос отдышавшейся, начавшей есть и пить пиво из рук пленителя и избранника, которому и сдалась, пленницы показал немного интересное. Она старшая дочь авторитетного атамана, у которого сыновей нет, а только три дочки. Сам атаман стар и болен. Вот она и собралась стать воительницей, наследницей воинской славы старинного рода нербов, хотя махать железками её никогда не тянуло, но раз надо, как сама внезапно решила… А тут и первая оказия – вестовые сообщили, что на паровой повозке прорывается отряд дембцев, для них готовят и маскируют яму на дороге, все бойцы собираются в отряды, ведут разведку.

Ну и красотка и пошла на первое в военно-воровской карьере задание. Повезло, повозка рядом с ней и остановилась, умеет значит умница места выбирать. Только нафига она там рядом с орошающим кусты отрядом? Но это от неопытности. А тут она и увидела, как потрясший её – впервые увидевшую всадника-великана, мечту всех краснокожих девиц – Шевалье достал то, что так интересовало её! Невольно пискнула! Дальше мы знаем.

Знаем! И через минуту знали место засады, когда Кора преодолела слабое сопротивление Шевалье, заставила его перекинуть через спинку переднего сиденья ножки и попу пленницы к нам, и только ради любвеобильного великана первый разок стегнула в тесной кабине по трепещущей попе не стягивая шароварчики. Пленница представила вид из боевой рубки, особенно который будет, разревелась и всё рассказала.

Мы все поблагодарили громко ревущую на груди избранника девицу, объехали отлично замаскированную яму, послали воздушные поцелуи яростно желавшей нам счастливого пути выбежавшей позади толпе нербов, и вскоре уже въезжали в земли оборотней. Поднялись на небольшую гряду с красивым, но заброшенным немаленьким замком и присвистнули – крутой спуск вниз и уже еле заметная дорога меняется, становится каменной, поросшей травой, и ныряет под огромные мрачные деревья.

Из леса пахло влагой, землёй, прелой листвой, мокрой листвой, древесным соком, корой, опасностью и смертью. И вой! Негромкий протяжный вой исходил из леса откуда-то недалеко, начался второй. За ним третий. Пока первый на время замолк, подключился четвёртый. Через минуту выли уже с дюжину волков. Оборотней.

Петя весело чертыхнулся, остальные парни кроме меня матюкнулись, девицы взвизгнули. Пленница нашего великана тихонько заплакала, трогательно вытирая сопли о белоснежную рубашку Шевалье, на груди, под расстёгнутой бригантиной. Герцог Мехвод надавил на газ. Несильно.

Через полкилометра дорога вышла к речке с мостиком. И большая поляна была. Я скомандовал остановиться, вышел, оставил чекан Вулкан в броневике. Топор Ужастик не стал снимать – интуиция мне сейчас, да как и всегда, очень нужна. Взял бутылку бренди. Отошёл к лесу, остановился. Открыл бутылку, отхлебнул из горла, закурил сигару, сказал:

– Ну выходите, поговорить надо. Я Серый, дровосек.

Ветки передо мной шелохнулись и появился явно вожак. Отважный! Не побоялся выйти на разговор, но впрочем и не дурак, стоял так, что между могучими стреломётами, впрочем без расчётов, и им был я. Усмехнулся, сказал спокойно и довольно приятным, и без ноток рычания, голосом:

– Говори, пока живой. Я Гревт, вождь.

Мне даже приятно стало, что Гревт не стал глупо рычать нечто наподобие: «Зачем ты вторгся» или «Это наш лес». Поразительно! Я протянул ему бутылку, подал сигару, протянул зажжённое огниво. Он спокойно выпил и закурил. Я коротко рассказал кто мы и откуда, не всё, конечно, и не совсем правду. Но то что надо и как надо. Ну и главное сказал, что вред им причинять не хотим, в идеале договариваться и дружить, если сойдёмся во взглядах на жизнь, ну хоть немного, и что нам замок Дром нужен.

Заодно и оборотня рассмотрел, вернее, зафиксировал образ – ну обычный в общем-то крупный оборотень, пониже меня, метр восемьдесят, лицо полувадское, полуволчье, мощные клыкастые челюсти вперёд выдвинуты, шерсть почти чёрная на теле, немного сутулый, плечи узковатые, но явно не слабак, ступни наполовину волчьи, когти на руках и ногах, глаза горят, чуть не светятся. Большая сабля, небольшой ятаган, мачете, три метательных топорика, небольшая сумка, едва заметная на животе.

Умный оборотень спокойно слушал, поочерёдно со мной отхлёбывал бренди крошечными глотками, курил. Затем сказал:

– Дружить и мы не против, но наши друзья к нам… ожидаемо относятся, норовят что-то получить и в лучшем случае исчезнуть. Если вам очень надо, может быть и пропустим и, если уцелеете, выпустим. То есть мешать не будем. Мы и рыцарские отряды пропускаем, и ватаги не рабов, ха, нербов, если прутся, чего воевать-то… вот одиночек гоняем… Но… лучше валить бы вам отсюда. Да… и совет потребуется… я один такое не решаю, тут общее решение… Что мудрецы, шаманы и маги скажут, я знаю, но вожди могут по-своему решить.

– А может вам помощь нужна? – удивил я собеседника. – Вы живёте вокруг странного замка, которого нет. Нет для войск сильных, которые вы пропускаете, расходясь. То есть вы как бы стражи… Ну и вы не нападаете на соседей и путников, то есть не хотите зло чинить и ответные операции провоцировать… Ну вот чует мой зад, что те, кто вокруг Дрома загадочного живёт, могут быть… прикрытием, а может быть и пушечным мясом… И не обязательно добровольно!

– Хм, – удивился Гревт, долго посмотрел на меня, вздохнул. – Ты меня удивил… Но…

– Пошли! – решился я.

– Куда?

– На полянку, – я тихо добавил. – Где будем ты и я, и твои абсолютно доверенные друзья.

Я махнул рукой друзьям и вслед за Гревтом зашёл в восхитительный прекрасный для ценителей лес. Волшебно! А запахи!

На поляне я дождался когда вождь осмотрит трёх крепких оборотней и кивнёт. Молча и с одеждой превратился в волка! И очень быстро! Рядом медленно превращались в волков Гревт и его спутники, оставив на перевязях оружие и вещи. И мы побежали. И это было прекрасно! Я чувствовал свободу, мощь, восторг и первобытную ярость, но хорошую ярость! Бежал туда, в никуда, за Гревтом. Обратно первым. И отказался от куска сырой оленины. Наслаждался… другим. Всем наслаждался. Но не моим! Я уже не здесь! Здесь для меня уже прошлое, которого не было, сказка, полёт души! Так и сказал понимающе кивнувшему Гревту, который сказал:

– Мы чувствовали твой восторг! Так не изобразить, не сыграть… Ты наш, но и не наш, ты их…

– И даже не их, – философски кивнул я.

– Там дракон, уже Чёрный, – спокойно отвесил мою челюсть Гревт, усмехнулся над ожидаемым эффектом. – Был Золотой, перерождается, уже восемь лет. Хочет… Ну чего ему ещё хотеть, миром хочет править! И маг очень сильный, Великий Маг. Даже в древние времена, до Великой Войны, был из сильнейших. Ещё когда красный был, обычно, но бывал и другого цвета… Менталист, иллюзионист, некромант, големщик, артефактор, да всё почти может… Здесь прятался почему-то, здесь и Золотым стал, но не выходил почти. Сюда призывал монстров из диких земель на западе, они приходили каждый день, а он их жрал, чуть всех не сожрал за три тысячи лет, ну не всех, но там монстров не очень много всегда было из-за драконьей, ха, кулинарии… Нас… ну не поработил, но заставил служить, охранять дальние подступы… обещал защиту и величие нашим предкам. Но всем ясно, хоть и не все наши признают, что нам уготована судьба быть первыми среди рабов! Я… некоторые из нас… хотели бы его убить, пока есть возможность… Но он как где-то, скорее всего под замком, перерождаться в Чёрного начал, оставил эльфийку ведьму и огра, её помощника, научил многому. Их… нашёл… призвал молодыми, лет двадцать назад, подготовил, ведьма очень сильна, как в древние времена… модификатор, в основном по насекомым, от него переняла, боец огня и воды, да и много чего…

Мы закурили по сигаре, пошли к поляне с броневиком, за нами шагали три крепких бойца Гревта тоже с выданными мною сигарами, который продолжил:

– Я командир третьей спецгруппы. Ну и вождь рода. Наши много раз прощупывали оборону замка… Без шансов, костей волчьих там немало осталось, да и искатели приключений и добычи издалека погибают… Мудрецы наши и шаманы против нападения, маги тоже, но они не в счёт, хилые. Говорят, что смириться надо, дракон мир завоют, с его-то мощью! Но нас, воинов, такое не устраивает, чем жить рабами, лучше в бою погибнуть… но и дети и девицы обречены будут… У него много големов. Есть монстры. Скелеты и зомби разные боевые, они слабоваты, но их много, для второй волны завоевания сгодятся.

– Какая защита у замка? Кто где стоит? Кто чем командует? Как убить дракона? – спросил я, прикидывая, что мой воровкой поход на императора неожиданно привёл к даже более важной цели! И очень трудной! Как штурмовать? Кем? Конды, грувцы, гномы Вулкана, наёмники и маги Школ Магии? Маги слабы, против профи только сгубить сейчас…

– Монстры спят, иначе маны не хватит, ждут своего часа, но они явно последняя линия перед логовом самого. Первая линия, страх вокруг наших земель, многие не боятся, но всё равно. Затем иллюзия вокруг замка и уже сильный страх, еще дальше сокрытие. Но это мы проходим. А вот дальше пчёлы! Модифицированные из пчёл, ос и шмелей. Да вот она!

Я начал рассматривать огромную и очень красивую пчелу, под усмешку Гревта даже добежал до близкого уже броневика, плеснул в ладонь сладкого вина, вернулся, подставил ладонь, пчела залезла мне на ладонь и начала быстро втягивать лакомство. Ну и пчёлка! Сантиметров пять длиной, толщиной раза в два меньше, больше похожа на гигантского мохнатого шмеля. И жало как у осы, а не оставляемое в жертве пчелиное. И на её спине сидели шесть пчёл поменьше, длиной примерно с обычную, а в остальном выглядевшие как их авианосец. И ещё шесть совсем мелких пчёл сидели, с полсантиметра.

Гревт пояснил:

– Большая летает далеко и быстро, выпускает мелких собирать нектар или воевать, забирает у них добычу и сама собирает, загружается, потом несёт в улей. Улей даёт мёд и сладкое вино. Вот такие поделки дракона. Мирные, если не нападать. Но вокруг замка Дром им указана полоса, которую они охраняют, набрасываются на любого, кто хочет перейти. Даже ведьма и механик, которые и составляют следующую линию обороны, не могут выйти за пчелиное кольцо! Убивают не всегда, если кто сунулся, а потом сразу убегать начал, то искусают и отпустят, а если кто неумело полезет…

– А если быстро пересечь полосу? – я погладил забавный мех сердито гуднувшей пчелы.

– Тогда на вопли из ворот выйдет огр и убьёт, и утащит на кухню, – криво усмехнулся оборотень. – Да, они оба вадоеды. Эльфийка вадоед! А ещё на оборотней говорят… Хотя… не без урода… Дракон этот тоже немало вадов сожрал, любитель… Но если не орать, то можно вокруг замка, между стеной и пчелиным кольцом бегать, но деваться там некуда, единственные ворота заперты и над ними око.

– Год назад изнутри прорваться пытались… – решил уточнить я.

– Два идиота странно одетых! Прошли пчелиное кольцо, искусанные побежали к лесу, наши вышли, хотели помочь, а они как увидели, дико заорали, и обратно… Ну два раза пчёл не выдержали, перед воротами и рухнули…

Я проводил взлетевшую весело и пьяно гудевшую пчелу, подошёл к броневику, спросил:

– Энни и Ксюша, почему отправили именно вас на паровых танках? Вы, как я понимаю, не самые… подходящие… Может упоминали что… ведьма и огр?

– Ээээ… – промямлила брюнетка Ксюша. – Они ругались, что мы никчёмные, но ОН начал отвердевать и просыпаться, и ждать больше нельзя… А в ловчий портал не лезут… солдаты… есть на примете, но теперь уже не успеют подготовить… Им лететь пора, пока… что-то не случилось… Ковёр-самолёт нужен…

Гревт пробормотал очевидное:

– Они собрались улететь! И пчёл перелететь, и нас! Хоть мы им мешать не обязательно стали бы, но как наши умники решат, а они… наверняка предпочтут этих выродков дракону отдать, чем его гнев навлечь… и будут правы… Маг она сильный, но после пчёл… да в лесу нашем…

– Могли бы в танках уйти, – улыбнулась понявшая кое-что Кора.

– Куда? – размышлял я. – Вокруг королевства, имперцы. Всё равно убьют или поймают… Вернее, нам, авантюристам и героям, это очень сгодилось бы, а они… привыкли жить и вершить чужие судьбы в безопасности… Трусы… А на ковре-самолёте, да ночами… гораздо безопаснее… И танки дракон выследит, свидетелей кучи…

– Дракон? – удивились все мои друзья, пленницы, и… друзья, кто же ещё…

Глава 2. Отчаянный штурм

Мне вдруг очень остро стало понятно, что штурма замка не избежать. Война! И не дурацкие игры, которые были с самой высадки с Дракона. И даже до этого, на Вулкане. И даже наш первый бой с монстрами Хаоса был проще, хотя там были у нас потери. И не уничтожение конвоя чернышей. Война!

Война нашего отряда – за вычетом штатских девиц и Холопа – даже с Петей и Сестрой нас… двенадцать… Всего двенадцать, против десятков големов, монстров, скелетов и умертвий разных. Да ещё ведьма могучая и огр не слабак. Наверняка ещё есть сюрпризы… А в конце, как вишенка на торте – Чёрный Дракон! Но, чует мой зад, вишенку пока можно и съесть, пока не отвердела… А вот очень скоро вылезет наружу на волю, на конец этого мира огромный могучий Чёрный Дракон! Да ещё и могучий маг, Великий Маг во многих дисциплинах!

Но интуиция ещё говорила то, что тяжким грузом опустило мои плечи, сгорбило мою спину… Хочешь войны, готовь могилы… Я утром лихо сказал эту фразу, не понимая в тот миг, что она и про меня… про нас… И могилы не останутся пустыми… Интуиция…

Все видели меня и что со мной… Дураков нет. Вышли из броневика. Шевалье первым сказал:

– Я с тобой! Егерь! Командир!

– Без смертельной драки жизнь пресна, – усмехнулся Гор.

– Моя сабля жаждет крови! – рыкнул Бори.

– Мы в бой! – отсалютовали секирами четыре гнома горных стража и жреца культа Добра.

– Я пойду в бой, как же без разведки, – застенчиво улыбнулась Кора.

– Мои кистени хотят поработать, – рассмеялась не понимавшая опасностей из-за спасительной глупости Дора.

– Я иду с вами, – твёрдо сказал Петя в пиратском мундире. – Герцог Мехвод позор не обретёт!

– Можно я тоже?.. С вами… – растерянно попросила отважная Сестра.

– Моя четвёрка пойдёт с вами, идущие на смерть и за нас, – сказал Гревт, с рычанием наконец.

Я жестом остановил разинувших ротики остальных девиц, сказал:

– Спасибо, друзья… окропим траву красненьким… – обернулся к Холопу, Гале, орчаночке-герцогине, Жатике, Энни и Ксюше. – Вы останетесь около замка. Если мы не вернёмся, то уедете или уйдёте с оборотнями. Холоп, будешь за старшего! Гревт, скажи своим, разрешений шаманов ждать не будем, и вперёд, время уходит!

Через десять минут мы пересекли мост и весело продолжили путь. Теперь тесноту кабины переполняли и четыре весело пивших вино и пиво оборотня. Едущие на возможную смерть и не думали горевать – гордость этого мира, Стальной Взвод! Даже попробовавшие повыть штатские девицы получили шлепков и старались смеяться. Ну а попаданки вообще мало чего понимали.

Часа через два очень быстрой езды по довольно ровной и не особо петлявшей дороге из камня под сенью прекрасного густого леса, превратившейся на половине пути в ещё более ровную дорогу из красного кирпича, встретив пару дозоров оборотней, с которыми наши оборотни быстро обменивались парой фраз, мы приехали. Лихо вылетели из леса на двухсотметровый поросший травой, кустами и камнями участок перед неказистыми, бесполезными и вызывающими ощущение опасности и брезгливости развалинами, не стоящими даже перехода до них. Проехали полсотни метров.

Ужас. Леденящий ужас сковал сердца. Из развалин впереди исходил древний животный страх, вызывающий желание бежать без оглядки. Но Петя, уже в доспехах, скрипнул зубами, весело выругался вместе со мной и, под скрипение зубов остальных парней и визг и вой девиц, пролетел сотню метров до появления замка.

Мы въехали внутрь купола иллюзии и теперь видели замок Дром. Ужас исчез. Но осталась тревога и неуютность – вторая волна ближней ментальной защиты, сокрытие и отваживание. Сокрытие проявлялось в том, что если не смотреть прямо на замок и не думать о нём, то и вот, ну стоит что-то ненужное и неинтересное, да ну его, там и неприятно как-то, пройти мимо, и все дела…

Я представил, как бежали искусанные пчёлами тимбилдеры, бросившие своих девиц на произвол судьбы, прошли через полосу ужаса, и ещё оставаясь в ней, увидели ласково улыбающихся во все зубки и клычки оборотней: «Здрааавствуйте, девочки!». Как бежали обратно, опять пчёлы – да они могли даже от инфаркта или инсульта помереть, раз трусы, а не трусы своих не бросают… Нет, они и впятером, может статься, ничего бы не сделали, но всё равно умерли… и умерли трусами, в Вальхалле такие только тарелки мыть могут…

А вот брошенные ими девицы, может и никчёмные, но могут и спастись… Да куда они и я денемся – вот стабилизирую ситуацию, отстоим миры, и через годик, даже раньше, получат пинка в свои квартирки, в свои спортзалы, в свои офисы, за любимые компьютеры, а там пасьянс косынка и шарики родные, да нет, конечно – соцсети! Вот лайков наберут! И не запрут их – чует моя задница, что к тому времени уже большинство моего первого мира будет знать про магию не меньше моего!

Остановились юго-восточнее. Вышли. Девицы начали разбивать лагерь, а бойцы надевать доспехи, брать оружие и собираться обходить мрачный замок, искать возможности для штурма или просто проникновения внутрь. Замок стоял на небольшом скальном плато с плоской вершиной, возвышавшемся над окружающей поляной метров на семь. С запада на плато поднималась довольно широкая и пологая дорога.

Мы первым делом осмотрели шпиль замка. Там располагалось отлично видимое в прекрасный и незаменимый большой ангельский бинокль око, в развилке штыря на самой вершине. Смотрело на юг. Пыльное какое-то. Гревт сказал:

– Око позволяет обозревать окрестности замка, поворачивается и наклоняется, но, судя по всему, последние лет восемь, как дракон окуклился, не используется. Хотя положение меняло пару раз, но, очевидно, ведьме и огру просто не надо это. Второе похожее око, поменьше, над главным входом, оно используется изредка. Других снаружи нет, вернее, не видели.

– Нас заметили? – спросил Шевалье.

– Нет. Наверняка нет. Им это просто не требуется, если кто мимо прошёл, то и пусть дальше топает, а гости раз в несколько лет, кто прорвётся через пчёл, незамеченными из-за воплей не остаются, наверное. Я так понимаю, их цель просто не светиться до начала завоевания мира. А если атаковать тех кто рядом, то могут убежать и разболтать… Ну а если даже кто и видел замок, а не развалины, то спишут на пагубное влияние дешёвого алкоголя, – усмехнулся Гревт.

Сам замок оказался вполне впечатляющим, высокие мощные стены, башни, балкончики на высоте, но и очень некромантским. Мрачный, повсюду изображения черепов, скелетов и разнообразных монстров. Ну и окна… все окна очень пыльные и даже без отпечатков рук и чего бы то ни было. Оборотни сообщили, что никто никогда не видел мелькание фигур или света в окнах. Я предположил:

– Получается, обитатели наверх никогда не ходят, чего ступени топтать, живут на первом ярусе, места более чем. Значит нас смогут увидеть только через око над входом!

– В подвал спускаются, – добавила Кристина, помогая Доре нарезать салат.

– Пчелиный периметр идёт по краю плато, ширина периметра два метра, ширина плато до стен около ста метров, – доложил один из неразговорчивых оборотней, смахивающих повадками на суровых киношных индейцев, даже луки и томагавки у них были, и перья в волосах и рисунки на шерсти лиц-морд.

Мы, все пятнадцать вояк кроме Доры, дружно взяли сигары, даже Сестра удивила, закурили от костра и двинулись по кругу, по часовой стрелке, не моих, конечно, уже задолбавших беситься часов. Девиц оставили с броневиком и приготовлением обеда без опаски – в лесу мелькали дружественные оборотни, а замок… ну, им не опасен…

Поднялись по пандусу к краю пчелиного периметра, там уже висели тяжёлые пчелоносцы, с которых взлетали сантиметровые и полусантиметровые сборщики-штурмовики. Подлетали ещё пчёлки. Выстраивались по четыре в ряд. И отлично показывали границу дозволенного нам. Я спокойно сунул руку к пчёлам. Одна большая подлетела ко мне, сердито вжикнула, не собираясь нападать. Я дал ей в нос лёгкого щелбана. Пчела ловко развернулась и кольнула меня жалом в руку, не пробила защиту, сердито вжикнула и ударила жалом сильнее. Боль неслабая! Я отдёрнул руку и выматерился, сообщил всем:

– Защита от ядов сообщила, яд малой токсичности, малая доза. Пчела и оса. Они, выходит, не агрессивны, даже когда я нарушил периметр рукой, просто прогнали! Но запрограммированы атаковать внутри коридора.

– И недолго после, – уточнил один их оборотней. – И если пробежать, то уже усевшиеся залезут под доспехи и ужалят. Дым не отгоняет. Ночью не спят.

– Я смогу пройти в доспехах! – решительно сказала Сестра, гладя севшую к ней на руку и жующую кусочек какой-то сладости огромную пчелу.

– Пятисантиметровая тебя не возьмёт, а вот сантиметровые и полусантиметровые под твои доспехи пролезут! – спокойно пояснил Шевалье. – И под мои. Как продуманы эти пчёлы! И они сосредоточили напротив опасности достаточные силы! Только Петя пройдёт! Но ему, хрустальному, и так ничего не грозит.

– Сердце тканевое… и яды на костях… да и тело магией как-то формируется… не всё так просто. Не в первый раз такое наблюдаем, – поразмыслила вслух Кора.

– Пройдём, доспехи герцога можно и перекидывать через полосу и всем перейти… почти… – предположил я.

– Пробовали перекидывать в бочке разведчиков, – спокойно сообщил Гревт. – Один погибший, двое искусанных сильно. Пчёлы любой пролетевший объект облепляют и ждут. Долго.

– Бинокль, – сказал я.

Осмотрел площадку, но там бинокль не особо – много чертополоха с пышными цветами, по которым шарились пчёлы. Камни. Кости. Оружие. Части доспехов. Барахло. Но интересовали меня ульи, расположенные каждые сто метров примерно. Из ульев за пчелиный периметр выходили по две полутораметровых трубочки с краниками. Около одного улья стояли бутылка и миска. Очевидно для хмельного мёда типа вина и для мёда. Ну и на ульях сверху были закреплены какие-то древние пластины…

Когда я это озвучил, Петя сказал:

– Могу сходить посмотреть.

– Нет, – сказал я, снимая портальный ключ. – Двое, обойти плато, посмотреть, есть ли что интересное. А я посмотрю улей. Пуд костей, раздевайся!

Под удивлёнными возгласами и под весёлую ругань гномов, я, сжавшись как мог и выдохнув, втиснулся в затрещавшие доспехи. Боясь кашлянуть, мелко дыша, направился к ближайшему улью. Пчёлы попробовали атаковать, но быстро поняли и летали рядом, даже не облепляя – ждали умницы моего выхода за периметр или избегали прихлопывания. Рассмотрел артефакт на крышке. Ну явно управление периметром, даже двойное кольцо изображено на древней медной пластине. Я осторожно потыкал ногой лежащие на земле древние медные шарики. Приложил зеркало портального ключа в артефакту и приказал выключить. К улью из заслона подлетели две огромных пчёлы, удивлённо гуднули, подлетели ещё.

Я, с трудом даже матерясь, мелкими шагами обошёл четырнадцать ульев, облегченно снял доспехи с помощью уже подбежавших друзей. Отпился пивом. Погладил весёлую пчелу, решившую и пиво разделить со мной. Все рассмеялись. Гор потёр лапы:

– Жрать?

– Убивать, – в тон ему ответил я. – Сначала ведьма и огр. Шевалье, будь готов!

– Всегда готов, – пробасил как в силе искусства, которую он не видел, радостно поглаживая рукоять меча Шевалье, облачённый в основные латные доспехи.

– Заперто, – уставился на меня Бори, подёргав и потолкав большую массивную дверь, являвшуюся частью здоровенных и ещё более массивных – под большую повозку, отряд кавалерии или Чёрного Дракона – ворот.

– Выбить будет непросто, тут даже каменные крушители не помогут, – сообщил Гор. – Каменный дуб, обшитый сталью. И зачарованы, ясен пень. Даже удивительно, что на нас ещё не льют сверху кипящее масло…

– Безалаберность, да и чего им опасаться, как у дракона в подбрюшной сумке жили… – я бормотал и рассматривал неподвижное око, вделанное над дверью, на высоте метра три, примерно посередине огромных врат, немного утопленных в массивную башню с нависавшими над нами отверстиями для полива кипящим маслом и кипятком, сбрасывания тяжестей и обстрела. – Сестра, художница наша… сколько времени у тебя займёт нарисовать то, что видит око… Оно выдаёт плоскую или объёмную картинку… но если перед ним повесить картину, то наблюдатели будут видеть рисунок, а не бегающих перед дверью нас… потом постучать…

– Откроет огр, он боец. Если с ним начать сражаться, даже быстро убить, то ведьма обрушит на нас со стен или в коридорах лавину смети, – сообщил Гревт. – Пары боец и маг у дракона и раньше периодически появлялись… всегда дверь открывал боец. Ну или голем, если не было бойца.

– Для этого и рисунок! – пояснил я. – Огр откроет, а за дверью никого, мы спрячемся… сначала за обрывом плато, а потом и за башней… Постучать Кора и камнем может! Изображение из ока покажет, что пусто, никого нет. Мы ещё постучим… Как вы думаете, злобная жена через сколько времени сама откроет, прогнав ни на что не годного мужа?

Под общий тихий ржач Сестра встала на плечи пары гномов, придерживавших закованные в сталь ножки и как бы недовольно бормотавших, что приличные девицы на плечи парней должны вставать в платьях, и без панталончиков, долго посмотрела на пейзаж глазами ока, испуганно сообщила:

– Нарисовать могу… краски и холсты у меня есть… Но это часов восемь займёт! И всё равно будет не совсем то… это же картина…

– Око пыльное! И они наверняка давно не смотрели через него, – я расцеловал растерянную мордашку спустившейся закованной в сталь художницы, скомандовал. – Восемь часов, это после полуночи будет. Даю тебе, Сестричка… пять часов! Но времени у нас столько нет, импер ждёт, и темно будет, а картина будет день изображать. Значит сделаем так… Мы составим Квартет Хаоса, остановим себе время! Возьмём во временную петлю Сестру и Петю, и Герцог с нами будет. Сестра будет рисовать, а мы её прокачаем, силёнок, быстроты и выносливости немного добавим. Пете добавим скорости. Герцогу сил и выносливости ещё чуток накинем. На него потом стреломёты опять установим! Ну и Шевалье, Гор, Бори, давайте тоже с нами! Во второй партии. Кору уже прокачивали, рисковать не будем. Значит в третьей партии гномы стражи, хотя одного во второй партии. В четвёртой оборотни на прокачку! Всё пригодится, а пять часов в петле, это долго… Но учтите, ваши очереди быстро подходить будут, для вас минут по пять пройдёт или десять… Так как-то. Но сначала обед.

– Герцога, Гора и Бори тоже прокачивали, – усмехнулась не взятая на прокачку Корочка.

– Гора и Бори только на длину… кое-чего, – усмехнулся я, гладя умную головку снявшей для этого шляпу Коры. – Герцог в Квартете, и осёл, ему, как и гномам, мозги ни к чему, а ты умненькая, жалко будет и тебя в дурочки произвести…

– Монстры, метеориты, – спокойно сообщил Шевалье.

– Съедим, – сказал я. – Они обычно позже приходят… Сразу после рисунка и прокачки пойдём выманивать ведьму под Резак Конца. Потом ты, Шевалье, прикончишь огра, только смотри не помри, поединщик, нам ещё подземелья штурмовать, а там горячо будет…

Я ещё рассмотрел замочную скважину в двери, но замок наверняка дополняется засовом, и не похоже, что пыльная замочная скважина вообще используется… по крайней мере сейчас.

Мы уже подходили к богато накрытой поляне около броневика, когда увидели… Блин!!! Неожиданное и невероятное! Две хитропопых дуры, Ксюша и Энни, попаданки, блин, недоделанные, всё-таки добились своего, что вероятно и замысливали – обдурили добрую и безобидную для не врагов дурочку Дорочку! И стояли обе перед мурлыкающей им в спины ведьмой Хаоса. И сжимали две дуры, обе одновременно, в двух руках волшебную палочку, взмахнули, целясь на северо-восток. Мы даже успели услышать неуверенный дуэт:

– Хотим мраморный дворец…

Вместо ожидаемой ругани капризной Липы, тем более когда идиоты требуют невероятное и невозможное, мы услышали весёлый смех проказливой волшебной палочки и перед нами, восточнее плато с возвышавшейся мрачной громадой замка Дром, возник… мраморный дворец! Не такой огромный, как замок, но вполне симпатичный. Три этажа, два флигеля. Невысокое крыльцо с подъездом для карет. Окна от пола, балкончики. Стеклянные двери. Центр здания занимает главный зал на два этажа. Двор спереди и маленький парк с прудиком сзади, обнесённые симпатичным мраморным же заборчиком, не глухим. Цивильный такой дворец, для восторга от жизни, а не для войны. С цокольным этажом, для прислуги надо полагать. И сиял весь как яйца кота! В стёклах солнце отражалось! И занимала конструкция со двором как раз почти все двести метров от плато до густого леса, придавив, вернее совсем заменив бывшие там кусты, траву и камни. Из уцелевших кустов в начале девственного леса выпал и на четвереньках убежал ошалевший оборотень, даже в волка не превратившись…

Пока мы тормозили, ловя разинутыми ртами выкинутых с занятой территории удивлённых пчёл, Липа весело сообщила:

– Ах как миленько! У нас, волшебных палочек, это высший шик! Мраморный, идрит его, дворец! Это же каким надо быть идиотом, чтоб такое пожелать! Поздравляю, дурочки из переулочка! Из собственного переулочка перед собственным дворцом! Наслаждайтесь!

Я заметил появившиеся от дворца к запястьям дурочек из переулочка мерцающие шнуры энергии, понял, что объяснения и разборки надолго, скомандовал:

– Дора, забери Липу, повесь на бедро! Все обедать! Полчаса! Затем в Квартет Хаоса! Быстро!

– Пороть всех троих потом будем? – мило улыбнулась Кора, наливая мне прохладное пиво и весело помахивая розгами.

– Ты же, Липа, сама предложила мраморный дворец пожелать…– удивлённо проблеяли две счастливых дворцевладелицы, пытаясь стряхнуть с рук мерцающие неощутимые пока шнуры.

– Ну вы же не знали, что пожелать, меня и спросили. А я что? – рассмеялась Липа. – Наслаждайтесь! Сорок две комнаты! Зал! Купальня! Парк! Пруд! Беседка! Не жизнь, а сказка! Даже Ужас развеян.

Гор, уже сведущий в волшебных палочках, спросил:

– Серый говорил, что палочки не многое могут и… неправильно, почему это смогла? Ты только для полюбившейся Дорочки исключение делаешь, почему этим врединам даровала? Они даже любви не хотят, мы им предложили отдохнуть на сеновале, так такого наслушались! Зря их Серый нам сразу не отдал!

– Ну, Горинька, миленький, тебе тоже могу дворец подарить, тут место ещё есть! Будете вместе драить дворцы с утра до ночи! Девочки, миленькие, золушки мои, вёдра, швабры, тряпки и всякие шампуни в подвале! Как покушаете, приступайте к уборке! Сорок две комнаты и зал! И в купальне надо будет всё помыть, когда предыдущие владельцы ДОКУПАЮТСЯ! Они не знают ещё…

Бори, ещё два гнома и два оборотня по моему жесту побежали во дворец. А заразка хитрая продолжила хвалиться:

– И это не я сделала, не совсем я. Черти перемещения такие готовят… Они умеют и любят! Шутки у них такие, у вертикальщиков. Но если просто перемещать, то ангелы знать будут, кто переместил, и по остаточному каналу пришлют спецназ, морды бить. А так, пожелали наши красотули, золушки наши, ну что с них взять! Вторжение в горизонталь карается Чумой. Поэтому сейчас и черти, и ангелы ржут, счёт ведут, пари завершают. 208 на 137 в пользу чёртиков.

– А что от чертей переместится? Тоже дворец? – деловито спросил Гор.

– Замок, но чего я… разболталась… Хочешь себе замок? С чёртиком!

– Нет, – рассмеялся Гор.

– Мы не будем драить этот дворец, – пробормотала Энни, растерянно рассматривая кандалы.

– Тогда кандалы будут укорачиваться, пока вы не замрёте навсегда с прижатыми к полу в комнате уборщиц руками, – уже довольно жёстко проговорила Липа. – И умрёте от голода. Вернее от жажды! Чем чище дворец, тем длиннее кандалы. Сейчас длина почти максимальная, вы даже можете находиться рядом с дворцом! Кушайте и вперёд, за уборку! И решите, как будете еду добывать. Можете комнаты сдавать, но это увеличит уборку, постояльцы мусорят и полы топчут. Огород в парке нельзя, вы же дворец хотели, а не ферму.

Кора вытаращила глазки от ужасной кары для дур и убрала розги – да уж, далеко ей до забав демонов, богов и их творений…

Понявшая Ксюша попробовала пореветь, потом допёрла до здравой мысли:

– А как можно избавиться от… этого… от дворца?

– Найти другого желающего мраморный дворец! – сообщила Липа. – Можно даже договориться с демонами… Они на время отпустят в обмен на что-нибудь. Но нельзя прямо предлагать мраморный дворец в дар. Только если три раза спросят, что же пожелать… или трижды попросят подарить…

– Ты же предложила! – почти в истерике закричала Энни.

– Вы три раза спросили, чего и как пожелать, чтобы получилось! Хотели потренироваться. Потом просить сказочные сокровища и перемещение домой.

– Дворец всегда с прислугой! – завопила Кристина. – Где прислуга?

– Ты хочешь пожелать рабов? – зловеще спросила Липа. – Ну же, одно слово, и взмах мною… Это так просто… И так прекрасно… Рабы… Рабыни… А хочешь стать вадоедом? Свежая колбаска из юных эльфиечек! Нет? Жаль…

Мы все поёжились, представив, как можно огрести, пожелав рабов… Ладно, нам не до глупостей… Потом помогу этим дурам… Договорюсь, может продам дворец этот… На природе, ха, в экологически чистом, тихом и спокойном месте… Ну и дуры! Я посмотрел на Гревта, он кивнул, давясь от смеха – ладно, еды оборотни им подкинут… А уборка… Хотели дворец, пусть и драят, это уже не мои проблемы. А нефиг было дурочку добрую и щедрую обдуривать! Да и про палочку волшебную им раз десять девицы рассказали, пока мы ехали, но настоящие дуры с проблемами с моралью решили, что они умнее всех, на своих ошибках учатся, и сразу по-крупному… Но Липа добрая, кого-то палочки и убивают… Хотя этих на пожизненную каторгу, если не помочь мощно. Неизвестно, что лучше…

– Ну и нафига эта куча кирпичей?!! – впала в истерику Энни. – Кому нужны эти сорок две комнаты?! Дебильный зал! Парк посреди дикого леса с оборотнями! Дырявый забор! И всё это будет пачкаться!

– Сияющие стёкла от пола! Даже дорожки мраморные! И всё мраморное и светлое! Это же сдохнешь постоянно мыть! – вторила ей Ксюша в слезах.

– Вы бы, девочки, дворец не ругали… – пробормотал я, глядя на удивлённого и сияющего Бори, несущего на плече голую слабо брыкающуюся и щекочущую его довольную морду небольшими мокрыми крыльями ангельшу с отпечатком пятерни гнома на попе, за ним два крайне удивлённых и ржущих оборотня вели бледного трясущегося упитанного ангела с тоже маленькими крыльями, дав ему замотаться в какую-то их тряпку.

– С чего вдруг?! Дерьмо, оно и в мире воды дерьмо! – заверещала Ксюша так, как будто это я им дворец впарил.

– Не продадите, – обосновал я как в анекдоте, а судя по ошарашенным лицам золушек, анекдот они тоже знают.

Бори весело доложил:

– Во дворце нет нихрена! Ни постельного белья, ни кроватей, ни посуды! Без мебели и обстановки! Только белая портальная плита! В ванне плескались эти! Колдовать не умеют. Слабые! Этот говорит, что хозяин дворца. Девица говорит, что секретарша, личная. Сопротивлялась!

– Какого чёрта… с хозяевами… если даже без мебели… – пробормотал я, размышляя о портальной плите.

– Заберите её, а меня отпустите через портал! Она ещё недели две протянет в горизонтали, развлечётесь… Мне жить надо, я долевик потомственный и богатый, а она десятимиллионщица, таких много… – подло завопил жирный ангел, трепеща крыльями.

– Изысканный демонический юмор, – даже плечиками отсутствующими пожала Липа. – И они, понятно, маги никакие, иначе не перетащили бы их, наломают ещё дров на Чуму… И не бойцы, тогда и под вторжение можно загреметь… Нашли же черти такого недоделка, выследили, долевика потомственного и хилого, но с мраморным дворцом. И с порталом. Но портал ему не поможет, адрес изменился, да и он внутримировой, не работает он сейчас, мусор…

– Это дворец мусор, – обрадовался я, глядя, как расстроенные Ксюша и Энни побрели в свою шикарную собственность. – А плита очень пригодится, активирую и включу в систему. И мусор продам. Да я даже говно продавал… Будет здесь лесной курорт с лесными прогулками для расслабления и надышаться воздуху, и с беготнёй от оборотней для адреналина и нагуливания аппетиту… И транспортный узел, и отель мраморный! Что скажешь, Петя, не учредить ли в этом замке герцогство Мехвод? С оборотнями на совместное герцогство договоришься! Вступите все в королевство… Радости… Или Добра… С Думбом и Дембом. Может и с нербами договоритесь… Если Жатика поможет… А этих долевиков переправим, есть у нас курочки в винном подвале… Если секретарша уговорит Бори отвезти их…

Жатика заявила, что поможет договориться с нербами, если я женю Шевалье на ней.

Оборотни были не против хоть одно герцогство учредить, хоть десять, и в королевство войти на равных условиях были только за – им пофиг как-то, лишь бы дружить нормально, не воевать, а в союзе с признанными вадами это проще. Ну а если и вместе жизни радоваться…

Петя сразу сказал, что стать герцогом у оборотней и других будет только рад, одна беда – скелет оборотня не слаще для большинства народу… Ну желание есть, а там доработаем напильником – если что, Вулканыч кому надо во дворе дворца лавы кубов сто плеснёт, сразу не только скелету радоваться начнут, а и оборотней под хвост расцелуют…

Сообразительная секретарша ангельша, в благодарность за предложение оставить её на смерть, быстренько и краснея, но красуясь прекрасным телом, под Гонг и поданную Корой бумажку, переоформила всё имущество со своего нанимателя на себя в обмен на помощь в переправке его в Сорок Пятый мир Воздуха, и весело помахивая контрактом убежала с Бори в палатку-сеновал. Умеет договариваться! Далеко полетит!

Но все эти планы сбудутся, только если мы победим кучу бяк…

Я обнял Дору, взял за ухо осла. Дора взяла осла за хвост, а в образовавшемся круге стояли Сестра с мольбертом и Петя без доспехов. Грянуло наше танго. Я уже быстро потерял способность нормально мыслить… Отупел. Но наш Квартет отлично соображал, моими типа мозгами! Сестрёнка быстро творила шедевр своей жизни, мы аккуратно добавляли ей сил, быстроты, выносливости и ловкости… Совсем понемногу, конечно, но в бою всё пригодится. И мы увидели у неё дары как у шамана – удар магией, защита магией, лечение магией, но про последнее знали уже. И всё без заклинаний, а только силой мысли типа… Так же, вроде, колдует рагимка, и раграттка будет так колдовать, когда допрёт…

Мы раз в час, в наш час, вываливались из временной петли, к нам забегала очередная порция вояк на усиление, притаскивала еду, вино и пиво, мы осторожно усиливали и их. За это время снаружи, а там меньше часа прошло, остальные, помимо отдыха, улучшили крепление могучей спарки стреломёта и копьемёта для крепления на ставшем ещё круче, но не изменившемся внешне ослике. Эх и зажжём!

Через часов шесть для нас, и меньше часа для остального мира, мы вывалились из временной петли. Небо пробороздил метеор… первый, но не последний! Монстры Хаоса явно разминали щупальца, когти и копыта и точили рога. Но мы уже бежали к воротам – выманивать злодеев и вадоедов, не подозревавших о радикальных переменах вокруг их абсолютно безопасного, ха, логова.

Мы быстренько повесили прекрасный и очень реалистичный пейзаж на уже сделанный гномами из веток кубик без граней, повесили продвинутую рамку с картиной на один из множества не совсем утопленных в ворота гвоздиков, выровняли перед оком. Поржали, перевернули. Все побежали к краю обрыва плато, я подолбил в дверь чеканом и кинулся догонять веселым шёпотом ругавшуюся толпу. Мы нырнули за обрыв, достали зеркальца, а я как самый крутой достал гибкую подзорную трубу, но потом все дружно высунули башки – между камней, да из-за обираемого пчёлами чертополоха, в сотне метров огр не увидит, он вообще не особо глазастый, вернее совсем нифига не глазастый. Я и Шевалье только прорычали не ржать.

Потянулись долгие минуты ожидания. Наконец дверь открылась, появился заспанный и помятый огр в кольчуге поверх халата, с саблей, мечом, шестопёром, кистенём, секирой и чеканом на необъятной длины широком ремне с перевязью, не считая кучи ножей и топоров, жующий какой-то бутерброд. Ещё и с большим кофейником на поясе. Удивлённо осмотрелся, налил в болтавшуюся рядом с кофейником огромную явно очень дорогую чашку из тонкого фарфора кофею, отхлебнул, почесал жопу, замер, зло щурясь на неприятное для него солнце и бормоча про послышится же дуре…

Мы рассмотрели противника. Да уж! Ну и туша! Ростом пониже Шевалье сантиметров на десять, настолько же повыше меня, с Гурона как раз, то есть метр девяносто пять примерно. Но очень широкий. Похож на гнома-переростка. Но очень пузатого и безбородого и лысого. Рожа кривая – одна половина лица, морды, сильно меньше другой, нос поднят вверх чуть ли не как пятак свиньи, один клык торчит вбок сквозь щёку. Ну и всем было понятно, что он очень опасен – и мышцы на немного длинноватых относительно роста ручищах, всё как у гномов, бугрились, и мощные торчащие из-под халата икры были покрыты могучими буграми мускулов, и двигался он довольно легко. Быстрый! Медленнее эльфов, оборотней и меня, конечно, но быстр!

Ну да, совсем медленным в бою делать нечего, их поэтому и нет! Поэтому, получается, даже относительно тормозные гиганты только за счёт мощной защиты и могут сражаться, и за счёт длинных рук, как и делают каменные монстры, но только до специалиста по ним, по их защите.

Но рядом со мной радостным шёпотом ругался Шевалье – как раз спец по таким красавчикам! Но и огр лёгкой добычей не будет – огромная кольчуга с откинутым капюшоном на пузане производила впечатление отлично зачарованной и очень прочной, несмотря на, судя по колыханию, небольшую толщину и вес. Ну и арсенал на огромной типа талии поводов усомниться в тяжёлом бое не давал. Напоследок – харя и вся кожа нашей второй жертвы были ярко-синего цвета.

Из-за его спины очень сварливым голосом – неужели бывшем когда-то приятным и мелодичным – наша будущая первая жертва громко и довольно близко проорала, где её кофе в постель.

Огр достал набитую трубку, зажёг её бывшем на указательном пальце левой руки массивным кольцом! Затем развернулся, громко и долго выпустил кишечные газы, громко захлопнул дверь, щёлкнул засовом. Я потрусил к двери. Чуть не задохнулся даже остатками вони, прислушался – ничего не слышно за толстенным слоем дерева, стали и магии – подолбил чеканом, побежал обратно.

Во второй раз огр быстро открыл дверь, быстро осмотрелся, кинулся в стороны, заглянул за башню, смачно выругался, послушал про то, что он идиот, и надо включить око, почесал жопу, зашёл, закрыл дверь. Я выскочил, прыгнул обратно. Огр открыл дверь, выглянул, вышел, громко и протяжно отравил воздух, зашёл, щёлкнул засовом. Я подбежал и постучал.

В третий раз огр пинком открыл дверь, долго ругался, слушал, какой он недоделок. Орал, что око показывает, что никого там нет. Закрыл дверь. В этот раз я не бегал – хихикающая Кора запустила из пращи три камня. Вскоре вылетел взбешённый терпила, но терпила не от стука в дверь, а от злого пилящего мозги голосочка благоверной, опять сбегал, глянул за углы башни, долго орал, что он всё осмотрел и надо наплевать на этот стук, мало ли, пчёлы взбесились. Послушал про свои мозги, меньше чем у пчёл, и про свой лоб, твёрже чем у пчёл. Закрыл дверь.

Давящаяся от смеха Кора запустила камень. Сразу после удара камня в дверь лязгнул засов и дверь мгновенно открылась! Вылетел огр, но смотрел он выше ещё катившегося между камней и травой камешка, да и не заметил бы наверняка. Поднял башку вверх и огласил окрестности трёхминутной матерной тирадой, стараясь заглушить злобные издевательские вопли жены.

После закрывания двери я сказал, что пора, мы побежали за углы башни. Я сжимал в руке страшный Резак Конца, чекан Вулкан пока прислонил к стеночке. Но следующий раз на мой стук опять открыл огр. С перемотанной мокрым полотенцем башкой и торчащими в ушах морковками. Он выматерился, испортил воздух, вызвав чуть не спазмы у нас, почесался и убрёл внутрь под яростную радостную ругань разошедшейся второй половины.

Я постучал, юркнул за угол, наблюдая в гибкую подзорную трубу. Дверь открылась. В волнах громкой яростной ругани вышла очень высокая, довольно толстая и весьма страшная ведьма. Искривлённая и уродливая, морщинистая с пятнами рожа была украшена длинным загнутым вниз носом и парой огромных бородавок. Светлые волосы когда-то отменной красотки были похожи на куски белой пакли, торчащие из-под банданы, хотя скорее, криво завязанного бандановским способом платка. Бррр… ну и эльфийка! Явно, как и описывала Ланочка, её пытался улучшать неумелый модификатор, да и огра тоже, но тот пострадал меньше. Захотели, блин, пороков каких-то… хотя чего думать – власти, богатства, славы, долголетия… Получили… Получают…

Ведьма, громко вопя про не способного ни дракона замочить, ни ковёр-самолёт добыть, ни даже дверь гостям отпереть мужа-недоделка, осмотрела окрестности, сразу сообразила, отошла на несколько шагов, повернулась к двери и задрала башку. Разинула пасть, продолжив орать нечленораздельно, быстро начав въезжать в нашу отменную проделку.

А я уже нёсся, пригнувшись и отводя могучий резак назад, вниз и вбок, немного похожим на замах косца способом – собственно и собираясь применить орудие божка смерти как то, чем оно и является в глазах обывателей! Я не замахивался сверху, да и сам пригибался, чтобы огромная ведьма меня заметила на доли секунды позже, и поняла, что я не низок, чуток позже, и не сразу поняла, чем я собираюсь её отоварить. Мои друзья тоже выскочили создавать массовку, но их задача юркнуть обратно за стену, как только ведьма посмотрит на них.

Моя жертва заметила движение. Проорала о подмоге, но в общем фоне её воплей не особо и понятно, да и сама слух подмоги ослабила… морковками. Быстро глянула на меня, подарила мне ещё миг, глянув на наших резко укрывшихся за стеной бойцов, мгновенно подняла руки и мгновение думала, чем стрелять, правильно решила и выпустила молнию – самую быструю, но не самую у неё сильную, да и не знала она про мои защиты – попав мне в Звезду Шерифа, но и очень неслабо врезав по мне. Начала очень быстро создавать отменный файербол на второй ладони, но уже не успела. «Вжик», сказала коса, Резак Конца!

Перерубленная страшным ударом от левого подреберья до правого плеча мерзкая туша начала заваливаться, а её левая рука даже успела запустить файербол, но куда-то вбок и вверх. Повисла тишина – она наконец заткнулась! Под радостный тихий, шёпотом, рёв нашего отряда, я проводил взглядом долгий полёт отменного шара огня на огромную – явно больше километра – высоту. И взрыв в небе. Салют в честь конца ведьмы! За это время я успел снять с ещё дёргающегося пальца ведьмы очень притягательное кольцо с мечущим синие и багровые молнии флуоресцентно-зеленоватым контурным черепом на чёрном камне, отбежать назад, отказаться взять протянутый Корой чекан Вулкан, достать сигару, прикурить и сказать:

– Шевалье, у огра кольцо-зажигалка. Наверняка и файербольчиком может приложить!

– Угу, – кивнул великан, вставая чуть в стороне от открытой двери, мы не хотели, чтобы огр увидел толпу и Шевалье, пусть видит только меня с окровавленной неопасной отличной кольчуге косой, полезет разбираться.

Я подумал немного – ведьма всё-таки была эльфийкой… подозвал Сестру, сказал снять перчатки и провести руками над кольцом в моей ладони. Ого! Сильный кивок правого указательного пальчика. Надел кольцо на пальчик ошалело смотревшей на череп девицы, увидел, что ничего плохого не произошло, только глазки блеснули, сказал:

– Быстро наложила на Шевалье защиту! Ты умеешь! Если кольцо на магическую силу, то тебе отлично подойдёт.

Я слушал шаги в открытую дверь, но пока тишина. Сестра подбежала к Шевалье, с нескольких метров вытянула руки, выпучила глазки, начала обводить контур великана, затем просто махать на него руками, пискнула, что она дура, а не маг и создала вокруг подопытного слабо замерцавший кокон.

Я подпрыгнул к продолжавшей подёргиваться и шевелить глазами и пастью ведьме. Стянул и второе кольцо – на нём бежал паук с многообещающим крестом на спине. Сказал негромко, не вставая и выворачивая сумку на поясе жертвы:

– На них явно некромантские заклинания, удержания жизни, стойкости при ранениях, ну типа того… Дёргается! Но… на две части… тут только боги… Второе кольцо наверняка по её любимым насекомым.

Я высыпал из сумки кучу пузырьков и баночек с жидкостями, порошками, пауками и насекомыми. И с монетами – вот нафига они ей, но таскала! Услышал шаги. Не стал вставать. Подмигнул уставившемуся на меня из дверей огру. Пузан вытащил из ушей морковки и спросил:

– А что это вы тут делаете?

Да уж, живость ума явно не его сильная сторона. Я весело подбросил вверх и поймал монету, вынул сигару, жалобно проблеял:

– Я хлебушка хотел попросить, а добрая старушка мне золотой дала! А ты что дашь?

Встал, присматривая краем глаза за огром, брезгливо отпнул начавшую медленно и неуверенно ползти ко мне, цепляясь пальцами за камни, руку не желавшей нормально подыхать ведьмы, отпрыгнул назад от с рёвом понёсшегося на меня, выхватывая саблю, огра. Шуганул врага резаком, с расстояния и безопасно, но просто чтобы пыл убавить. Огр остановился, натянул кольчужный капюшон, крутнул саблю и хрипло расхохотался:

– Твоя коса моей кольчуге ничего не сделает! Но как ты прошёл пчёл?

– Мне тебя и не отдадут, всем хочется тебя прикончить, а я не жадный, – усмехнулся я, кивнув на подходящих друзей и идущего к нему Шевалье.

Да уж – настоящий яростный смертельный бой двух огромных и очень сильных бойцов, это впечатляет! Огр был посильнее. Шевалье быстрее и ловчее. И более умелый боец. Огр начал швырять своё оружие в противника, и весьма умело! И попадал! Оба получили по паре ранений. Затем огр ловко и быстро направил кольцо в лицо Шевалье за забралом и выпустил шарик огня. Наш великан почти уклонился, но файербол задел край шлема и взорвался. Наложенный Сестрой кокон – выходит, от магии, а не универсальный, раз не слетел от ударов оружием – спас нашего великана. Но файербол вынудил Шевалье отпрыгнуть назад. А огр, решив, что повреждения сильнее, прыгнул вперёд, поднимая молот, но замер, насадившись на выброшенный вперёд меч всадника-великана.

Шевалье провернул меч, выдернул, ещё несколько раз проткнул противника. Затем сорвал кольчужный капюшон с башки не желавшего падать врага, отошёл на шаг и мощным взмахом снёс башку огра. Мы все только присвистнули, когда тело не упало! Тело повернулось, сделало несколько шагов, медленно пошарило руками. Затем сняло с пояса небольшой топор из оставшихся, у него их три было, взмахнуло… Шевалье, залитый кровью, но сияющий от радости, крутнул в руке меч.

– Кольчугу не порть, – сказали несколько голосов.

Шевалье размахнулся, присел, отсёк ноги посередине голеней, немного ниже кольчуги. Затем отрубил и руки. К нему побежали вытаскивающая шприц Дора и удивлённо выставившая кольцо Сестра.

Я осмотрелся. Метеор летит. Монстров Хаоса нет пока. Забежал в дверь. Да уж! Чистота и порядок, это не про них.

– Ну прям как на галеасе Лои до корректировки, – вызвал я смех забежавшей за мной части отряда.

Сразу за воротами был огромный холл, переходивший в огромный зал, окна в них были под самым высоченным потолком. То есть это фактически был как бы внутренний двор замка, но накрытый крышей.

Справа от ворот была дверь, за которой и было логово никак не могущей подохнуть перед воротами сладкой парочки. Очень большая комната. Большая грязная кровать. Тут же куча жратвы. Кофейник. Бутылки с вином и из-под вина. Бутыли с мёдом. Кувшин с водой. Бутылка с остатками бренди – Гревт пояснил что оборотни изредка покупали кое-что и передавали через пчёл, последний раз лет десять назад. Куча склянок, флакончиков, мешочков. Сушёные насекомые. Пара магических книг! Грязные ремки. У двери на стене плоское гаснущее изображение пейзажа Сестры над парой пришпиленных дохлых уже пауков – странно, но у них видеодомофон работал только с подкачкой.

Я взял отдельно стоявшую на полке пыльную корзину с бутылкой посередине, подписанной: «Задержка душ, 12 часов, одна ложка», ложкой и шестью флаконами, пронумерованными от одного до шести. На первом было написано: «Оживление для одного, вылить на тело все». Сказал отнести в наш лагерь.

Напротив была лаборатория, где стоял огромный котёл, в котором явно давно варилось какое-то варево. Но не магический котёл. А вполне чугунный. И пауки, тараканы, и прочая братия в вареве плавали вполне… ну типа обычные. И свежую партию только забросила ведьма. И здесь стоял шкаф с полусотней магических книг! Я восхищённо присвистнул. Лежали и записи. Что за колдунья, и что у неё за техника, я сказать не мог. И Кора не могла.

Нафига разводить комедию с колдовским варевом? Ну только если нормальной высокой магии нет… Я решил, что есть высокая магия, как у Ланы. Как в наших древних мирах, до Великой Войны. Есть шаманство – дикая магия, как у Сефки и у Сестры. Ну и вампиры, когда сосут кровь и энергию, так колдуют. Есть суррогатная магия одичавших, как в этом мире. И есть суррогатная магия зелий, как здесь. Отличия мне не известны. Ещё есть кристаллы маны, но это чуть в стороне, вместе с колдовством Вулкана и Оракулши каменной – это ближе к шаманизму!

Но мои изыскания в теории колдовства прервала найденная механическая мастерская – за дверью в стене главного зала – к ней вела тропинка в пыли и грязи на полу. Там лежали несколько каменных танков разной степени готовности и куча частей и узлов разных механизмов. Я попробовал поискать что-нибудь крутящееся – сгодится Стелле для моторов, но ничего похожего. Вообще похоже, что не склонный к порядку и ленивый огр возился так, для души больше, а не для результата… – хлама много, а рабочего ноль. Сволочь – даже украсть нечего!

У выхода из холла в зал были ещё две комнаты, камеры. Для девиц и этого погибшего Хулио, как его называли Ксюша и Энни, вполне возможно обзывая.

Я пошёл дальше по тропе к предпоследней двери. Последнюю, в зале, но с другой стороны от холла, уже осмотрели гномы и сейчас матерились, плевались и сообщали, что там типа кухня и кладовка. Грязно очень. Много консервов, зачарованной, сушёной и солёной монстрятины и других продуктов.

Недалеко от холла в главном зале стояла колонна с выбитыми на ней изображениями монстров, сейчас пыльная и унылая – явно артефакт для вызова на обед зачарованных монстров из местных диких земель.

А за дверью, куда я пришёл, была портальная! Здесь стоял тот самый выключенный сейчас ловчий портал в виде вычурной массивной арки, намертво вделанной в пол. Перед той стороной арки, откуда и выходили жертвы, располагался большой красивый гобелен с пейзажем и подвижными купающимися девицами – как бы довольно далеко и не видно особо.

Перед гобеленом и выше проходила труба с отверстиями внизу, из которых опускался пар, делая картину гобелена размытой, порой сильнее, порой слабее, и не давая хорошо разглядеть и понять, что это тряпка с движущимся рисунком. Ну и над пространством между гобеленом и аркой висела огромная клетка без дна.

Куча всяких приспособлений явно использовались для выслеживания добычи и для создания иллюзий для входивших – гобелен явно пригоден только для долго смотрящих сквозь арку издалека, не решаясь войти, да и бестолковый он. На стене висела стопка карт, верхней была карта Западной Сибири и окрестностей, где и шла облава глупых и борзых ловцов на отряд Ланы, вот ведь, охотники под колпаком!

Но чертыхаться было некогда, монстры уже на подходе, пришёл грохот первого упавшего рядом метеорита. Ну а в противоположной стене была камера, в которой за решёткой сидели пять… ловцов, кто же ещё. Их автоматы и оснащение валялось в углу перед камерой.

Я поднял автомат, осмотрел магазин с патронами со сгоревшим порохом, передёрнул затвор, выбросив не пригодившийся патрон, предохранитель был переведён на стрельбу одиночными… Послушал как один солдат сказал по-русски:

– Охренеть, а это кто? Гномы и…

– Инструктаж забыл? Оборотни. Девочка… хоббит… книги читать надо… наверняка ступни мохнатые! А этот… на человека похож, и в оружии разбирается, – мрачно сказал другой.

– Рыцарь… девушка краснолицая… – сказал третий. – Если схватить мелкую, то могут и отпустить в обмен… Да и рыцаршу можно скрутить. Остальных… не знаю…

Я уже осмотрел барахло – помимо имущества пяти солдат, вернее спецназовцев, конечно, там валялись запылённые вещи явно от пяти предыдущих попаданцев, включая гаджеты и одежду и бельё наших золушек. Больше ничего, что было бы явно от других вадов, не лежало, я сказал своим на Общем:

– Тех пятеро было. И этих пять. До этого не ловили, по крайней мере давно.

– Эльфийский лук, довольно простой, – сказал Гревт, показав лук, вытащенный из угла с нишей. – И там много барахла, лежавшего много лет.

– Лук от ведьмы, значит, – улыбнулась Кора и подмигнула пялившимся на неё солдатам. – Они что, хотят меня поймать?

– Хотят, – усмехнулся я. – Поосторожнее с ними, но лучше не убивать, а вот в глаз…

– И не выпускать из нашего леса, – понимающе кивнул Гревт.

Я обратился к отвесившим челюсти пленникам по-русски:

– Мы вас освободим. И потом, через годик, отправим домой, на Русь-матушку. Но вы не выёживайтесь. Эти оборотни наши парни, но злить их не стоит. Как и нас. Не надо никого ловить, всё равно отсюда вам, даже схватив Кору – ронку с красивыми ножками, маленькими и не мохнатыми – самим не выбраться. Сейчас дружно и организованно берёте своё барахло, ножи можете взять, если пообещаете в нас не тыкать, и топаете во дворец мраморный. Там вас ждут девицы из наших тоже, ваших, две штуки. Одна не русская точно, но тоже наша. И если будут предлагать вам дворец в подарок, отказывайтесь, если не хотите его драить следующие лет сто вместо них. Ферштейн?

– Ферштейн, – ответил быстро пришедший в себя командир. – Вы пришли нас спасти? Ты кто? Вы кто?

– Я Серый, разведчик Князя Андрея, который Лану охраняет, а если вы ловцы, то поняли о чём я. Это другой мир, мир Воды, парный нашему миру Камня, через четвёртое измерение. Наш, в смысле ваш и мой первый, мир далеко. Белка и Стрелка не долетят. Мы вольный спецназ этого мира. Пришли уничтожить злого дракона. Про вас и не знали. Но спасём. Давно вы здесь?

– Двое суток наверно, если скудный свет связан с днём… – солдат кивнул на забранное решёткой окно под потолком, через которое падал свет из главного зала.

– Покормим, вина нальём, – добавил я.

Я посмотрел на здоровенный навесной замок, сказал, что без сопливых разберёмся, на сообщение солдат про то, что неизвестно где ключ. Кора радостно открыла замок своим увеличившимся Золотым Ключиком. Посмотрел как солдаты оторвали взгляды от уменьшившегося ключа, пошёл за ними, объясняя им по-русски и нашим на Общем то, что необходимо.

Два гнома и два оборотня отправились обследовать замок, понимающе сказав, что не будут лезть куда не надо, и взяв мой ключ от всех замков. А мы вышли в свет заканчивающегося дня. Я приказал быть готовыми занять боевые посты и готовиться отражать атаки монстров. Вояки сели обедать, изумлённо глядя на подавшую прохладное пиво из ручья ангельшу, обмотавшую красоты тряпочками. Которая быстро ускакала в палатку-сеновал за не желавшим терять время ухватившим удачу Бори, которому завидовал Гор.

Я быстро проверил огненное кольцо огра на наших. Подошло более-менее нормально только мне и Пете – некромантское значит. И для задохликов разных, а Петя скелет. А я значит некромант какой ни есть, даже для артефакта! Расту! Но кольцо мне нафиг не надо. Выдал вставшему на колено герцогу Мехводу. Проверили, Петя в доспехах и с пижонским кольцом поверх стали на пальце выпустил маленький файербол, вокруг огромного почти круглого яростно сияющего рубина исчезла вторая треть круга. Ясно – остался один заряд. Перезаряжается медленно… судя по полосочке, часов восемь, не меньше… Три не особо мощных выстрела в сутки. Лучше, чем ничего.

Спецназовцы, пригодные у нас только как едоки и как уборщики, восторженно смотрели на наши упражнения. Добавил им эмоций, сказав Пете снять доспехи на пару минут. Поржали я и друзья.

Через пять минут Кора промурлыкала:

– Портал монстра Хаоса.

– По кОням! – весело проорал Шевалье.

– Есть, пить, смотреть и не дёргаться, – коротко приказал я освобождённым.

От дворца завизжали золушки. Гор рыкнул им скрыться во дворце и не привлекать монстров визгом. Наши девицы уселись около полянки с едой – бегать бессмысленно, мы уже знаем, что монстры Хаоса сначала атакуют тех, кто им ввалил.

Я взял у Холопа чекан Вулкан и побежал навстречу тяжелобронированной черепахе в похожем на каменный панцире с истекающим ядом шипом на длинном хвосте скорпиона. Кора из-за моей спины влепила камень в твёрдую башку с торчащими вверх клыками вепря. Я с набега в прыжке опустил выдавший фонтан огня, искр и молний Вулкан на действительно оказавшийся каменным панцирь, расколов его на несколько частей, поднимая чекан отсёк пилообразным топориком опоздавшее жало. Отпрыгнул в сторону от лязгнувших клыков и зубов, крутнул чекан и отсёк башку на довольно тонкой, но покрытой камнями шее.

Вернулся назад, поклонился публике, кинул чекан Холопу, поймал копьё Бита, выхватил топор и побежал мимо добывавшей пятнистую шкуру у пушистого двуногого клыкастого и когтистого козла Сестрёнки, прикрываемой бездельничавшим в ожидании своего крепыша Шевалье.

Я сошёлся с шестиклешневым крабби с ядовитыми хвостами скорпиона – эти всегда мои, если я рядом – очень опасны! Отражал шипастые хвосты Битой, подпрыгивал и рубил клешни. Через пару минут вернулся к отряду, взял чекан и пиво и закурил – у меня перерыв, все хотят монстра. Подключился прикрывать Шевалье в бое с бычарой. Спокойно курил, пока великан изображал матадора. Только разок врезал в лоб быку – Шевалье переоценивает свою скорость, а силой быка не одолеть – но сигару не бросил.

Гор и Бори с Петей на броневике устроили кровавую баню паре монстров, и Кора отлично постреляла с кормы… У нас первые раненые. Гном и оборотень. Счастливый Гревт атаковал и сразил ядовитую многоножку – молодец, быстр, даже быстрые выпады ядовитых длинных члеников, торчавших по бокам, избежал… Затем дружно месили комок змей на теле быка.

Петя показал отменную скорость в бою с крабом с четырьмя клешнями и ядовитыми змеями сзади! Ого, после меня и Стеллы самый быстрый он теперь у нас! Наш Квартет Хаоса прекрасен! Есть теперь кому работать с быстрыми монстрами вместо меня! Даже Кора чуть медленнее, но она девочка и защищена похуже. Забавно было, что герцог Мехвод отбросил свой породистый драгоценный меч и работал прекрасным Каменным Мачете! Меч, сказал, оставит для понтов.

Я всё-таки отдал сигару Холопу. Босс. Босс раз, как оказалось! Знакомый ушастый слоноосьминог. Тут в бой ушёл только я с резаком. После первой ментальной атаки Шевалье радостно проорал издалека:

– Жатике не прилетело! Ментальная защита как у тебя! И Петя молодцом!

Я долго возился с осторожным монстром, Гор всадил в него пяток дротиков для ослабления неуступчивой твари. Я прорвался и в прыжке отсёк уши – живот он прикрыл щупальцами. Навалились толпой. Вскрыли. Обрубили.

Тут вышел босс номер два, последний. Все, особенно освобождённые солдаты, восхищённо и тревожно охнули! Змей Горыныч многоголовый. Ну не совсем Горыныч. Холмыч. Даже поменьше слоноосьминога. И головы – скорее огромные змеи. Плюющиеся ядом. Семь штук. Ну первую башку Холмыч мне быстро продул, сунувшись сдуру под Резак Конца. Затем выпустил очередь плевков ядом – но я уже надел очки-базильки, благодаря Гелю – и продул ещё две башки, решив быстренько со мной покончить. Но затем занял оборону, размахивая и очень когтистыми передними лапками-царапками. Как у слоника небольшого толщиной. И хвостом с ядовитыми шипами махал.

Гор проорал мне отойти и выпустил в тварь кучу стрел и копий. Яростно хохочущий Петя выпустил очередь болтов побольше и поменьше. Развернулся на бегство, когда утыканный стрелами Горыныч двинулся к Бизону. Кора и Гор отстреливались. А я подпрыгнул сзади, дождавшись прекращения стрельбы моей отличной команды, и почти отрезал хвостик недоброго хаотического молодца. А когда он начал разворачиваться ко мне, длинным движением Резака Конца вскрыл и толстое брюхо. Отскочил. Получил недоотрезанным хвостом. Еле убежал. Три глубоких раны. Защита от ядов тревожная. Мануальное лечение Сестрички. Шприц Доры! Оооо! Как я умею материться!

Смех всей компании и меня… Мы смотрели на агонию Горыныча, собирали добычу и шкуры. Отдали оборотням кучу мяса. Любовались закатом. Я отправил освобождённых солдат в мраморный дворец, сказав что драить дворец им необязательно, тем более за так. Рассказал историю счастливых дворцевладелиц. Ну и ржач! Наши парни! Отпился пивом, перекусил. Вроде восстановился.

Жатика восхищённо пробормотала, что такие легендарные герои точно могут стать теми, за кем пойдут очень многие нербы – мы только что все их легенды разом осуществили. Хм… И откуда жившая на хуторе девица может это знать… Которая и парня голого только увидела. Надулась и обиделась – парня ей не показывали, а дела с гостям отца обсуждала… У нербов очень герои ценятся… Может забыла про условие своё? Вряд ли…

Я отправился в мраморный дворец. Вытер ноги о мокрую тряпку у входа под яростный вопль Ксюши, что она вот же только что помыла! Посмотрел на портал… Бедная Ксюша, бедная Энни. Портал намертво вмурован в стену в главном зале, и интуиция говорит, что таскать его не стоит… Да уж… Сказал золушкам, что мыть каждые пять минут необязательно… так, главный зал раза три-четыре за день… Комнаты реже… Во дворе и раза в день достаточно. Послушал завывания, что это я их сюда притащил. Сам себя удивил, сдержавшись чтобы не выпороть напрашивающихся и отказывающихся умнеть дур. Действительно, нафиг они мне и этому миру не сдались…

Я активировал портал. Вызвал по диску связи Проказницу. Сообщил о восьмом портале. Узнал, как идёт осада. Нормально идёт. Есть потери. Сын графа, Варон, виконт малахитовый, ранен серьёзно. Потери немалые… Все устали – за сегодня два штурма выдержали. Мирима ранена, но отбила одна целую башню и ворота помогла отстоять. Рони заплакала:

– Было очень страшно! Я в конде ходила, но когда со всех сторон лезут эти чёрные монстры… Твои гномы бьются как звери, но даже с нашими магами еле удержали наши стены… Мы потеряли двух магов… Гномы три десятка бойцов. Двадцать восемь. Маску надвратную разбили, но она много их бойцов убила, и катапульт сожгла. Их командира легиона молнией убила, двоюродного дядю императора! Ворота выбили, но они уже не смогли прорваться, Мирима второй раз ранена была, её Сефка быстро после первого ранения подлечила, но ворота отстояла, да и гвардия Додана насмерть встала… Но это ужас, какая мясорубка от Трезубца Богов… Додан говорит, что самое трудное позади… они с ходу хотели взять… сотнями гибли, но не отступали. Сейчас черныши подсчитывают огромные потери… До трети они потеряли, а мы… меньше одной двадцатой… Двести семьдесят…

Я не стал спрашивать о помощи… Да и что сделают даже несколько сотен менее подготовленных, чем мы, бойцов. Только потери увеличат очень сильно. У нас расчёт на броневик и стреломёты. А в коридоре со стреломётом, что трое, что триста… Ну если эти трое не погибли, конечно. И мои друзья дружно кивнули, когда я сказал, что нам помощь не нужна… Рони похлопала глазками, не поняв, сказала, что запишет восьмой портал, всем передаст… Передали через портал грустно улыбавшейся усталой ректорше магические книги. Но не все, несколько заныкала Дора, удивив не только меня.

Я сказал из огромной кольчуги огра сделать кольчужную накидку для Герцога. И поножи сделать – они были у огра, как и наручи, только он их не надел, лень было напяливать, бой же он не ожидал… И на голову защиту. Будет бронированная огневая точка! Гномы сказали, что полчаса надо – кольчуга просто на прочность, защиту от ударов и от магии зачарована, можно аккуратно перекраивать. Ну значит через полчаса штурм и начнём.

Мы отправились перекусывать и слушать отчёт об исследовании замка под стук молотков гномов. Ожидаемо полно интересной добычи. Ожидаемо нашли много стрел и болтов, часть которых и для стреломётов Бизона подошла, отлично! Ожидаемо ничего срочного и важного. Кроме огромной двери в подвале. Запечатанной магией, похоже, и закрытой на ключ. И скважина замочная запечатана чем-то вроде сургуча изнутри. А снаружи дверь забита досками явно огром, чтобы даже спьяну, даже случайно не вскрыть…

Шевалье на перекусе и перекуре бормотал:

– Невероятно! Чтобы Грув отразил два штурма Чёрного Легиона!.. Кто бы сказал три месяца назад! И потери меньше в семь раз! Мирима, маска, маги… И Додан даже не послал в бой ополчение, сберёг жизни слабых, только гвардию и резервистов, ну и наёмников Школы Магии… Равное количество, даже меньше… Рони не понимает, что грувцы отбились самой малой кровью! Фантастика! Это как бой Лои с летающими кораблями! Круче только утащенный русалками десант! Но я не могу поверить, что мы сейчас пойдём и прирежем Чёрного Дракона!

– Пошли резать Чёрного Дракона! – радостно завопили гномы, оборотни и Петя.

Сестра и Кора растерянно улыбались, предвидя тяжёлую и опасную операцию. Дора мило улыбалась, готовая идти куда угодно и когда угодно, лишь бы за мной… Ну а я морально готовился к самой опасной в своей карьере операции – не для себя, для отряда, я то ладно, выкручусь. Но и остужать пыл бойцов не стал. Только разобрался с важным, сказал, указывая на корзинку с флаконами оживления:

– Одного погибшего можно будет оживить. Сейчас всем выпить по одной ложке из бутылки. И решить, кого оживляем, если погибших у нас будет больше одного. Меня последнего. Что делать дальше, если я скопычусь… кому надо знают…

Хороший у нас отряд – все сказали, что их оживлять последними… При этом все смялись, шутили, и смотрели на меня. Ну и парни на девиц смотрели… Так что мне помирать нельзя, ну по крайней мере, если не одному…

Липа попросила макнуть её во флакончики, потом сказала, что заклинания и зелья поняла, и вспомнила кое-что, но она не некромантка. Ну и я не некромант, прозвище просто такое, одно из. Приходится всё делать – кто кроме нас!

В сумерках мы снарядили осла, на него за стреломёты села Кора, Герцог легко забрался в кузов по откинутому борту, ментально передавая мне свой восторг. Петя сел за штурвал. Остальные четырнадцать бойцов попрыгали в боевую рубку, кузов и на крышу броневика. Я сел на крышу над пассажирским сиденьем и свесил ноги вперёд. Все закурили сигары и весело начали горланить. Броневик зашипел, зачухал поршнями, выбрасывая облачка дыма и пара и быстро понёсся вперёд! Мы чуть не на полном ходу взлетели по пандусу, пронеслись по плато мимо оттащенных успокоившихся наконец трупов не помогших помощников Черного теперь Дракона, влетели в раскрытые ворота, пронеслись через холл и зал, лихо повернули на пандус вниз, влетели в подвал – здесь всё заточено под громадного дракона, а значит и броневику раздолье – лихо затормозили перед воротами.

Я спустился, бормоча сквозь сжимавшие сигару зубы про понаприбивали досок, сбил чеканом слабые заграждения, сунул чекан в ножны, сунул свой суперключ в скважину, вызвав хруст печати и тяжкий как бы вздох, а скорее всего разгерметизацию и выход воздуха через немало щелей. Ого, какой хитрый дракошка! Хоть сбоку тоннель пробивай, а давление спустишь, и вуаля, получи атаку монстров. Я повернул ключ, убрал его в портсигар и толкнул ногой дверь, доставая восьмисвечник.

Впереди, удаляясь, раздавался грохот металла… похож, да так и есть, на открывание кучи тяжёлых металлических решёток. Ещё какой-то грохот. Потом яростный вой зомби. Отдалённые шаги в стальных башмаках – для психической атаки. Я посмотрел в залитый светом широкий коридор, махнул Пете, подождал когда броневик проедет, подумал секунду, запер дверь и взлетел на своё место на крыше, взял Резак Конца и сквозь зубы процедил:

– Жил-был спящий красавец. Приехала банда и прирезала его. Тут и сказке конец!

Тронулись!

Первого зомби, в стальных ботах, Петя просто снёс передней защитой броневика… Бампером типа, вернее скотоотбрасывателем. Второй выскочил сбоку, и я взмахом косы отправил его башку в полёт. Третьей была ложная филонка, а за ней полдюжины зомби…

Мы теперь знаем, что и на Петю, впрочем ожидаемо, ментальная магия филонок действует, и получше чем на меня. Я-то ещё с трудом, но поднимал лежавший рядом арбалет, а наш малый стальной рыцарь-ловелас остановил броневик и разинув рот смотрел на обворожительно поющую невероятную обнажённую красотку. Но Сестра, сидевшая рядом со мной, тупила недолго, она попялилась на нас, хихикнула и всадила болт в уродливую мерзкую тварь! И Петя открыл стрельбу из курсового болтомёта, но недолго – болты беречь надо – остальных броневик сбил скотоотбрасывателем. Только один, похоже не зомби, а упырь, хотя что я в них понимаю, запрыгнул пузом на капот и пополз, цепляясь за решётки. Ну тут мой Резак очень просто решил вопрос. И залил кровью Петю и сидевшего рядом с ним гнома.

Но нас уже атаковали сзади и справа. Заработали ослиная установка и задний болтомёт. Отбились без проблем. Но зомби и не являются проблемой. Они для разминки. Пошли монстры и големы.

Первым выбежал овцеорк. На него тратить болты не стали. Гор и Бори яростно рыча быстро разделали тварь. Вторым был уже опасный минотавр, в него всадили пару болтов и я и Шевалье плечом к плечу провели короткий бой. Дальше вышел каменный голем. Ревущая – что неожиданно, психическое оружие – двухметровая громада надвигалась на нас. Вперёд пошёл я с чеканом Вулкан. Мне только место нужно… прыгать… прыгать и крушить. Но не всё так просто, за первым топал второй голем. А третий атаковал из бокового коридора. Мы кинули пару лавовых яиц – толку не особо, не тот случай, но кое-что… Подключилась Дора, прикрываемая Гором и Бори. И стрелки с арбалетами, и расчёты стреломётов и болтомётов постреливали мимо нас – мне пришлось меньше прыгать, но иначе нельзя, из-за спин големов лезли зомби и слабые скелеты. И одна филонка погибла бездарно, затесавшись в свалку атаки.

Не успели мы отбиться от этих, как пришли три монстра – пара баранов-ронов и опасный вепрь. И опять лезли справа. Я приказал спустить осла и с группой прикрытия зачистить коридор справа метров на двадцать. Через пять минут взмыленная Кора доложила, что более сорока зомби и три монстра уничтожены, коридор пока чист, боекомплект израсходован.

Остановились. Сделали привал, постреливая вперёд из арбалетов. Установили стреломёты с осла на броневик, включили паровую заряжалку. Закурили. Шевалье убил прибежавшего сзади вепря. Начали лечить раны, к счастью пока лёгкие.

Дальше была атака големов. Потом ещё разные атаки разных тварей. Мы начали уставать и теряться в хитросплетении коридоров, причём прямого пути не было – лабиринт смерти! Сестра начала рисовать схему тоннелей. Стрелы и болты у нас пока были, но запасы таяли. Но и монстры не бесконечны. Немного подотстали. Все сказали, что сосредотачиваются и готовят засаду. Мы поколесили по минус первому этажу, нарисовали схему. По широкому пандусу спустились ниже. Обнаружили засаду. Отправили группу со стрелковым ослом с тыла. Атаковали – я сокрушил голема, а с тыла Кора расстреляла толпу зомби. Собрали стрелы. Часть. Зарядили стреломёты осла.

Спустились на минус третий уровень. У меня возникла ассоциация с компьютерной игрой-шутером. Едем по туннелям, стреляем и месим монстров. Только восстановиться из сохранения нельзя. Но и монстры в играх посильные, вроде. Дора и Сестра лечили раненого Гора. Сопротивление монстров возросло, похоже приближаемся…

Первым у нас погиб гном из числа стражей-жрецов. Просто в бою прорвался козловад какой-то и ударил саблей.

Вторым погиб Бори. Плохо. Тяжело терять бойцов и видеть убитых в кузове. Я атаковал ещё яростнее. Големы. Проклятые каменные громады. Из-за очередного выпрыгнул скелет и выстрелил из арбалета в Кору. Удачно. В сердце. Мы уже яростно и механически рвались вперёд. Минус четвёртый уровень. Минус пятый. Монстры тоже ослабили натиск. Уже перед огромной дверью, пока я открывал дверь суперключом, погиб оборотень.

Мы остановились в огромном зале, заперли дверь. Двенадцать живых выстроились в ряд перед громадой лежащего Чёрного Дракона. Раза в полтора длиннее знакомого мне прекрасного и своего Золотого. Разные они бывают… Этот злым был ещё до Золотого… Маг… А чешуя какая свежая и яркая, сияет…

Дракон открыл глаза, с трудом проговорил:

– Дам миллион монет… И вы поможете мне… С такими героями… А вы станете королями.

– Нет, – ответил я, присматриваясь к шее, наверняка там шкура потоньше, а чешуя ещё не затвердела везде, но там… должна быть тоньше, иначе опять искать, как его прикончить.

– У меня во рту алмазы, – пробормотал дракон.

Я усмехнувшись отрубил медлительные и неловкие со сна многолетнего страшные усики. Затем и один малый язык.

Дальше говорить не стал, хотя медленно шевелившийся дракон пробормотал уже для себя:

– Обманула Великий Оракул… Сказала ещё до Великой Войны: «Не будешь таиться, долго проживёшь! Будешь таиться, Чёрным умрёшь!»

Я резко дёрнул на себя резак и стоя в потоке горячей тёмно-алой крови, почти спокойно сказал:

– Она не может соврать. Может обхитрить. Если бы ты сражался, то может и прожил бы дольше. Цвет при долго проживёшь она не сказала. А ты прятался и подыхаешь Чёрным. Чёрный не значит долго. А долго не значит Золотым или красным. Но твоя ошибка не в этом. А в том, что в погоне за дрянью, ты жизнь просрал!

Мы стояли в луже крови. Перезарядили стреломёты. Заправили броневик. Покурили. Выпили бренди. Послушали, как прекратило биться огромное сердце злого мага. Взяли немного скорлупы драконьего яйца, лежавшей в нише – то ли ностальгировал, то ли для превращения нужна, хотя вряд ли… Золота было немного, насыпали с полсотни кило, зачерпывая из крови… Кровавое в буквальном смысле золото… Открыли дверь и поехали обратно.

Путь Сестра нарисовала. Говорила куда поворачивать. Мы стреляли. Изредка спешивались и сражались. Объехали отряд големов. Выехали. Отперли и заперли за собой дверь. Дверь в коридоры монстров… Там может и сокровища есть, но там и наши друзья погибли, но они с нами… Сестра и Дора заплакали. Забили дверь досками, ох не зря они… Написали предупреждение… Петя потом разберётся с монстрами, как всё устаканится и руки дойдут… Будет у герцогов Мехвод скелет в подвале… большой… очень…

Я смотрел на четверых погибших, лежавших на траве перед нашим лагерем. И уже знал, кого хочу оживить. Но я хотел услышать мнение друзей. Первым сказал Гор:

– Оживи Кору, Некромант. Мы с Бори не шутили, когда говорили, что нас оживлять последними. А погибнуть в битве за мир… Встретимся в Вальхалле!

– Девочку, – спокойно сказал Гревт. – Славная смерть! Споём песню героев!

– Кору, – вытер слёзы командир стражей-жрецов.

Я расстегнул курточку и рубашку на груди безжизненного драгоценного тельца, снял и бюстгальтер, крови мало, точно в сердце убита… Последовательно вылил на маленькое тело ронки шесть флаконов. Мы видели, как затянулась рана. Раны. Как вздрогнула и вдохнула малышка. Тоже шесть зарядов, но возвращаются все четыре души, и она не зомби, а оживлена. Бесподобная говорит, что за такое можно и ответить. Отвечу. За всё отвечу и за всех отвечу. И отвечаю.

Потом Кора сидела, пила бренди и рассказывала, что никогда не забудет, как первые души друзей указывали на неё. Потом отдавали салют. А она отдавала салют им… Мы отдали салют погибшим друзьям, прижав правый кулак к груди.

Рядом стояли наши девицы, спасённые лады из моего первого мира, включая и прервавшихся на ночь с уборкой Ксюшу и Энни. И из леса выходили оборотни. И тихий шёпот летел над лесом: «Дракон мёртв!». И тяжёлая, давящая магия этого места исчезла.

Мы похоронили трёх павших героев рядом с нашей стоянкой. В замке были склепы, но оборотням это совсем не подходит. А гномам… веселее вместе с тем, с кем сражался и погиб в славной битве.

До рассвета мы пировали на тризне. Постепенно перейдя к веселью – провожать надо с радостью! И в поход, и на тот свет. А героически погибших в славной битве, особенно. И через час мы уже весело орали и стучали друг друга по плечам. Потом играло наше танго и мы танцевали. Впервые за много тысячелетий над этим лесом царили смех и весёлая музыка.

Под утро Бизон с поредевшим отрядом выехал на дорогу на юго-запад. Петя, я, Шевалье, Гор, Кора, Дора, Галя, Холоп и Сестра. Ну и пара ангелов. Орчаночку-герцогиню Мехвод номер два и Жатику я оставил во дворце. Или в замке, если захотят. Жатика пусть договаривается с нербами, хоть о чём, а тащить её, будущую могучую менталистку, в круговерть неизбежных в Карсоне драк, совсем не дело. Вторая жена Пети с радостью осталась обживать герцогство и договариваться с Дембами и Думбами, да и в битвы идти она боится. Мы бы и первую герцогиню оставили, но Галя, как Главная Жрица Великого Оракула, не может не искать приключений на свою прекрасную попу.

Ну а гномы и оборотни, понятно, у них свой путь, теперь рядом с нашим, но не сейчас. Гревт сказал, что поможет герцогине и всем, кто околачивается в чистом теперь сердце их леса. А я пообещал ему, что и дороги короткие через их края проложим, и гости будут, тем более что мраморный дворец под постоялый двор отлично сгодится. Нечего сидеть в лесах, если можно начать, пусть и осторожно, но договариваться и дружить. И портал у них есть, а если не спешить, то там может быть очень интересно.

В кузове у нас стояла пара ульев с гудевшими внутри огромными пчёлами, пчёлами поменьше и ещё меньше. Собрать пчёл внутрь можно, дав команду артефакту на крышке – инструкцию по пчёлам для слуг мы нашли в замке. И бочонки с прекрасным мёдом и бутыли с хмельным мёдом мы прихватили.

Гор решительно взял за руку ангельшу, сказал:

– Бори хотел бы, чтобы я не оставил без любви его последнюю красотку. У нас не принято бросать и девиц павших друзей!

– Я теперь поняла, почему душа Бори показывала всем крылышки, секиру и сердечко… – грустно, потом сразу весело улыбнулась Кора.

Ну а ангельша – уже успевшая все уши прожужжать девицам, да и парням, что она теперь сказочно богата, и будет жить в своих дворцах в лучших местах Рая только для долевиков и их слуг, ну и для таких как она счастливчиков, и хоть очень напугана миром Воды и скорой смертью, если не вернётся, но хочет и уже получает все удовольствия новой невероятной жизни – радостно пошла за новым своим гномом на сеновал, путаясь в подаренной не склонной к расточительству, относительно скромно жившей более высокой Сестрой длинной ночной рубашке, здорово похожей на слишком длинную кружевную тунику. Я посмотрел на начавшую оправдываться покрасневшую Сестрёнку, что платье ангельше только до дома, а ей самой нужны, а ночных рубашек у неё в приданом несколько и уже не очень нужны…

Подарил рыцарше-колдунье горсть драгоценных камней и десяток кило золота, включая и ещё один кошель драгоценных для коллекционеров залитых кровью Чёрного Дракона древних золотых – новую жизнь надо начинать в достатке, тем более что заслужила геройством, и ближайшее время будет жить в девятом конде, где уже все очень богаты. Кровавые драконьи золотые я уже выдал ранее всем нашим, включая и оставшихся бойцов легендарного уже Стального Взвода, и наследников павших.

А в кузове, подальше от довольного заслуженного матёрого осла, жался одетый в грязный мешок с прорезанными для рук, головы и хилых крыльев дырами бывший богач Рая и скулил тихонько, уже получив пинка за стоны, что теперь его переведут в десятимиллионники, а может, из-за зависти и мести, и в стомиллионники, и зря он согласился отдать всё за жизнь, оставил бы наследникам… которых нет… и какую же сучку он пригрел на груди и под одеялом… Но сочувствующих он не находил, и вряд ли найдёт!

Глава 3. Весёлая ярмарка

Утром и приехали. Скорость отличная, дорога неплохая. Расстояние для броневика небольшое. Подлетели к городку, рядом с которым и стоял круг из наших повозок-тыкв. Мы опоздали. Короткий доклад. Подробности потом. У наших из конвоя новостей и не было. Мы просто рухнули спать. Все.

– Ну вы и дрыхнуть! – весело орал Гурон. – Утро уже!

Утро… Утро следующего дня! Мы спали почти сутки! Гурон весело проводил нас на крышу второй кареты, где был накрыт шикарный стол! И не такой уж маленький бассейн стоял на корме растянутой на всю длину, как и остальные, кареты. Окунулись, сели завтракать, пить пиво, курить, смеяться и рассказывать… А наш караван бодро двигался по дороге. Впереди ехал наш матёрый заслуженный броневик. Рядом бежал Герцог, общаясь с быками, отбегая в стороны. Кувалда радостно сообщил:

– Быки идут по двадцать часов! И с радостью! Двести километров в сутки! Мы успеваем к сроку! Это не важно, конечно, но принцип!

– Ну не двести, мы не гоним, но к полудню будем в Драбане, – смеялся Гурон от радости утра. – Но скорость невероятная! Часа три постоим и двинем дальше. К сроку успеем. Но… пинка герцогу Дембу!

– И Дракона Чёрного завалили… Стальной Взвод… – восхищённо прошептал Кувалда.

– Ты мне вместо себя девицу приволок, скотина, Сестру! Ученица амазонки, ха, я вам нянька что ли? А как рассказывает о своём рыцаре Сером! – весело смеялась Ардочка, тиская на коленях Кору в пятнистой курточке из лично добытого монстра Хаоса. – А из Коры какую крутую воительницу сделал, ну ты и СКОТИНА! Давай в орлянку сыграем!

– С тобой, лучница криворукая, я могу на дальность пострелять, – усмехнулся я. – Холоп, подай мой Ктожзнал.

– Ах да, у тебя же лук для охоты на мышек теперь есть, – хищно оскалилась амазонка, почти не портя прекрасную юную мордашку. – Ну давай! На месяц мужем по моим правилам! А то уж, когда вы не приехали к сроку, думала, что всё, потеряла муженька…

Под смех Коры, Шевалье и Гора, и под глупую улыбочку Доры я усмехнулся:

– Хватит с тебя, горе-лучница, и дня за каждый РАЗ, во сколько дальше я стрелу отправлю!

Пока Холоп ходил за луком, к нам присоединился Петя в доспехах со стальной уже немного подвижной маской, пробормотал:

– Прошу прощения за опоздание, принцесса Дрета затребовала меня протереть её влажными полотенцами с лосьонами, по старой памяти… хе… Мне надо остудиться, а лучше срочно с герцогиней Галей уединиться… Может скажете ей…

– А кто? Арда? – заржал Гурон. – Нет уж, герцог Мехвод, тебя назначили в начале похода, ты и закончишь, раб и слуга! И паж, блин!

– Я могу, – застенчиво улыбнулась безотказная начавшая вспоминать о своём пунктике на служанку Дорочка.

– Нет уж! – отрезал я, только представив только забытое нытьё про служанку. – Арда, Сестру можно назначить? Раз уж она твоя ученица… заставишь…

– Тебя назначу! Муж доставщицы может и доставляемую протереть, ха, всё равно недотрогу можно только лапать! Восемьсот метров будет! Смотри! Ну а если выиграешь стрельбы, то сама протру толстопопку!

Гор только покряхтел при словах о недотроге, потом обрадовался, что Арда будет возиться с принцессой. Дурень. Из передней двери следующей кареты, с кухней, выбежал Чёрный Рыцарь с огромным уставленным в несколько ярусов едой подносом на одной руке, пробежал по оглобле, прыгнул на заднюю подножку нашей кареты, ловко взлетел по лестнице на крышу, подбежал к нам, отменно лязгая. Быстро составил еду на стол, швырнул поднос к бассейну, стукнулся стальными кулаками с малым стальным рыцарем, поднял маску вверх, поцеловал в щёку сияющую сестру и плюхнулся к нам за стол.

Я взял стрелу, легко натянул тетиву слабого лука под презрительной усмешкой Арды и запустил вдаль. Держал лук и вёл стрелу, поднимая повыше. Кувалда с биноклем сообщил:

– Три… сто!

– Три сто пятьдесят… – растерянно пробормотала Ардочка поднимая маску с растерянной юной мордашки. – Но как? Ты не опускаешь лук… Скотина! Мошенник! Но ты не попадёшь никуда! Давай на меткость!

– Я же говорила, что ты полежишь в моей кровати, – смеялась Корочка. – Четыре дня, подруга и младшая жена! Всё никак не откорректируешься и не поймёшь, что с профессором коррекционной школы для дурочек спорить нельзя! Борща рецептик подкинуть, или помнишь? Будешь соревноваться в меткости забрасывания свёклы в котёл!

А рядом со мной удивлённо хихикала Стелла:

– Выходит, Петя мой папа? Я хочу показать кота и свои моторы для полётов…

Я поцеловал слишком торопливую для прекрасного утра последнюю жёнушку и сказал, что сначала любовь, а потом дела.

Гурон напоследок удивлённо сообщил, что Сестра оказалась очень полезной воительницей – строевой маг-боец, пусть и только с четырьмя заклинаниями, но самыми полезными. Довольно сильный, а для боя лучший, лекарь. Маг защиты, способный наложить коконы от магии и оружия, да такие вообще очень редки, а в девятом конде и не было никогда, а нам предстоят встречи с неплохими магами империи. Ну и ударный маг из девицы тоже неплохой, бьёт чистой маной, но если защиты от магии на противнике нет… да и ударников у нас полно. Встроенная противофилонковая защита! А с учётом хороших доспехов, алебарды, арбалета и меча, и неплохих даже для парня физических данных – да она идеально дополнит любую тактическую группу! Совершенство! И уже побывавшая в сражениях! И у неё теперь целых три доли и отличные подъёмные! Достойная замена погибшему Бори. Выпили за Бори, с улыбками.

Начал утро любви я с Арды и присоединившейся к нам всё более проказливой Коры, облачившейся в наряд горничной с очень коротким платьицем и чулочками. Арда обрадовалась освобождению от варки борща – портить утро даже ей я не хотел, да и стоянка скоро – зато вместо кулинарии я и расшалившаяся подружка отработали с ней несколько очень неприемлемых для правильной высшей амазонки поз. Невероятный час! А сколько во мне энергии и прекрасной ярости после почти суток сна.

Я выпустил разрумянившихся маленькую почти юную теперь на вид и крупную типа совсем юную жертв, перекурил и привёл на расправу следующую пару воительниц – Стеллу и Дору. Ещё сладкая парочка – крепкая малышка и крупная юная… Третьей парой были прощавшаяся трепетавшая крылышками Студенточка, начавшая со слёз и жалоб, что можем больше и не увидеться, и смущавшаяся любви втроём Сестра, но её спросить забыл я. Я отменно и очень приятно попрощался с без пяти минут Великой Учёной рая и прописал в конде воительницу с прекрасным будущим.

Отпивался пивом я уже любуясь пригородами славного порта Драбан. Вернее, стало больше садов и ферм. Проплыла мимо и пара вилл. Впереди слева был уже хорошо виден графский замок.

Но спокойно насладиться кружечкой прохладного пива мне не дали. Ожидаемо Кувалда сообщил:

– Ангельши всё! К ним едет инспекция. Они напоследок спасли долевика, ха, нищего и его богатую секретаршу, она даже всем нам по золотому подарила на бренди, ха, всему конду… Курочка Раз сказала, что как ты и говорил, надо завершать на пике славы, не дожидаться проблем и падения. Кора уже закончила свои научные дела. Стелла уже там. Ждём тебя прощаться.

Я спустился на дорогу за Кувалдой, мы пропустили, потягивая пиво, несколько повозок нашего медленно ползущего за парой купеческих конвоев каравана, запрыгнули в карету разврата, зашли в шлюз, оттолкнув выходившего Альфонса с бумажками. Здесь уже были и еле источавший вино кувшин, и Гурон с Шевалье, и Гор, подарившие последнюю любовь прекрасным курочкам. Которые, во дисциплина, построились ровным строем шесть на десять, затолкав парней в задние ряды, и несколько стояли впереди – опять Раз штат раздула, проказница! В дальнем углу последним вином для долевиков наливался теперь десятимиллионник с фингалом, которого, ясен пень, раньше времени командирша не выпустила. Раз обняла меня, пощекотала мягкими, безумно приятными перьями, пробормотала:

– Вот и всё, заканчивается невероятное приключение… Спасённую курочку тоже приняли в научную банду, младшей научной сотрудницей будет… хочет быть не только богачкой… в гости всех нас пригласила… и в компаньоны… а для не великих учёных это пропуск в запретные земли… Впереди новая прекрасная жизнь… Спасибо, скотина Серый!

Обняла меня, поцеловала. Я расцеловал и мокрую от слёз, но смеющуюся, раз так надо, мордашку Студенточки… Выпили за будущие встречи последние стаканчики последнего набежавшего уже тонкой струйкой восхитительного ароматного розового пузырящегося вина… Ангелочки пошли на выход. И мы вышли вслед за последней выкатываемой бочкой вина, на которой было написано: «Не выжирать. Командирам».

Выдохнули. Дора махнула Липой. Гор торжественно сложил опустевшую палатку. Стелла подняла появившиеся кувшин ввода и жетон из мира Воздуха, затолкала в кувшин приёма – сами сломанные артефакты правильно не разместились. Поднялись на крышу, закурили. Взяли по кружке пива. Рассмеялись.

Кувалда обнял Гетеру, сообщил:

– Логово разврата Гетеры тоже закрыто! Моя красотка нагулялась. Скажи, Некромант, могу ли я жениться на зомбичке?

– Ну Некромант женат же на Доне, – рассмеялся Гор. – Хотя он некромант! А Дона истинная филонка.

– Ну а Кувалда великий сутенёр. А Гетера богиня, – усмехнулся я. – Так что можно. Поздравляю! Тили-тили-тесто, жених и невеста! Вы лучше Шевалье уломайте, а то у него уже две невесты, а он брыкается! А без Жатики труднее дружить с нербами.

– Ан не запрещает многожёнство, а мошенники жрецы чего только не напридумывали, в их трудах можно найти и обязательность не менее трёх жён, если прокормить способен, – проказливо хихикнула Корочка. – А Ангелетту уговоришь, я тебе розги мудрости и любви одолжу. Шубу подари добытую. Метод розги и шубки… Да и необязательно ей говорить сразу… Первые лет сто.

– И многомужество, – хищно улыбнулась не сдающаяся Ардочка.

– Найди, Кора… в трудах жрецов, – просиял Шевалье.

– Книга 817, глава 108, параграф 6, – улыбнулась Кора. – А книги до пяти тысяч все подкульты признают. И не надо так таращиться, обязательная программа в школе, изучение культа, а уж кто что ищет, чтобы от скуки не подохнуть. Там, кстати, в параграфе 7 написано, что до двухсот жён можно. А тебе Арда, глава 202 в той же книге. Великая книга, её великий знаток любви написал, всю жизнь в монастыре целибатном просидевший, ни разу девицу голую не видевший. И по правилам жрецов культов Двуликого таскать возы макулатуры не надо, достаточно назвать книгу, главу и, желательно, для самых умных, чтоб совсем пригвоздить оппонента, параграф. А кто не верит, так это его глупость и незнание первоисточников, пинком под зад из жрецов, если жрец. Ну и желающие проверить сами в библиотеках задницы плющат.

– Где ты раньше была? – с досадой улыбнулся Шевалье.

– Вы же не просили меня, а я не жрица, да и меня до сих пор от этих пудовых связок макулатуры тошнит.

– Давай, Кора, розги, – улыбнулся я. – Добавлю тебе мудрости, ибо я думал, как с нербами договориться, а ты дурочку изображала. И любви добавлю. Шевалье страдал между двух невест, а ты любви пожалела.

Под весёлый визг я сгрёб умную проказницу, повесил себе на левое предплечье, снял с её пояса предусмотрительно таскаемые с собой розги и легонько пяток раз стегнул по вертящейся обтянутой штанишками попе. А все весело желали весело визжащей красотке мудрости и любви. Мы закончили и это приключение! Настроились на продолжение приключений и веселья!

Стелла тоже вклинилась во взрослые забавы с криком про достижение, тоже радостно повизжала, получив разок чудодейственными прутиками по попе, и весело вереща встала на край кареты, крича:

– Смотрите!

Мы смотрели, как она открыла незаметный отсек на спинке – благо новый вырез до попы на спинке эротичного платья Красной Шапочки позволил с лихвой – как высунулись две штанги со сглаженными цилиндрами в захватах, от которых в люк шли по несколько трубочек. Створки отсека сомкнулись, оставив идеальную спинку с торчащими прикольными штырями и трубками. Штанги быстро развернулись, от цилиндров расправились по четыре лопасти и начали вращаться. Всё быстрее и быстрее. Тяжёлый – хотя уже и не столь, менее чем в два раза всего тяжелее Коры – двухмоторный Карлсон с жужжанием взлетел над каретой, сверкая полосатыми трусиками. Стелла вопила:

– Притащенные Серым вентиляторы с пауками крутятся всегда, задают вращение! На них намотаны усиливающиеся при пуске вихри Хаоса, которые мы давно отрабатывали с Дорой, но было нестабильно, не хватало основы! Мощности добавляют кристаллы маны, и пауков подпитывают! Астрал и Хаос вместе! С шаманством магии насекомых, вернее пауков! Ну и бренди ещё добавляет огня и энергии вулканов! Четыре в одном! Уже могу летать минут десять наверно, а сейчас первый полёт вне кузни! Я теперь тяжёлый двухмоторный Карлсон! Серый, скотина, ты гений!!!

– Ладно, вы все тоже ничего… – застенчиво пробормотал я, да кто угодно покраснеет от смущения и удовольствия, когда его скотиной так ласково и с чувством называют. – И раз уж ты всё-таки взлетела, то ты не Карлсон, это значит сын Карла. А ты дочь Вулкана. Будешь Вулдочь. Тяжёлая двухмоторная Вулдочь! С котом… Но пять в одном. Хаос, Астрал, шаманизм, вулканизм и горение. И что с монстрами Хаоса?

– Да! Кот! Но он ещё не летает, его ждёт сюрприз! А монстров съедим, да и вихри слабые. Дора наверняка фонит лишь чуть слабее.

Мы заржали, помня как полетит кот. А Вулдочь добавила ржача:

– В кота пока только интеллект вставлен, это самое простое. Имя придумываем, это сложнее. Ему надо мозги, душу и сердце воткнуть, и сопло отполировать, тебя ждём, профессор големической медицины!

– Проктологии, – усмехнулся я. – Нейрохирург, хирург и проктолог големический аз значит есмь. Хотя ещё и отоларинголог и терапевт.

Наш весёлый ржач от сложных религиозных и научных тем – особенно Ардочка старалась, угорая от проктологии – прервал вызов от Проказницы. Довольный Додан осмотрел нашу компанию, поздравил с успешным продвижением к цели, сказал серьёзно, но чёртики в глазах прыгали:

– Арда, пока Стальной Взвод отсыпался, сообщила мне потрясающие новости об обнаружении Великого Оракула и Великих Древ Мудрости и Любви. И о ликвидации неведомой, но огромной опасности в виде могучего мага Чёрного Дракона. О зачистке и замирении Проклятых Шахт. О готовящемся вхождении Нербии в герцогство Мехвод. И об освобождении и вхождении в герцогство Края Оборотней. О планах включить в герцогство тамошние дикие земли. И о зарождающемся на почве борьбы со скотиной Серым и создания герцогства Мехвод королевстве Антискотия. Я уже выслал герцогам Думбу и Дембу поздравления, вместе с поздравлениями со свадьбой наследников. И предложение дружбы между королевством Антискотия и независимым теперь графством Грув. И царство Риарод выслало такие же послания, – улыбнулся. – Поздравляю, скотина Серый! И Арде благодарность выпишите за оперативные новости!

– Выпишем! И пропишем! Арду, на четыре дня вновь жену Серого, ждут борщи, новые прекрасные позы любви и весёлая бодрящая порка за отменное чувство юмора, – промурлыкала Кора.

Все мы оторжались, включая и графа. Додан вытер слёзы и продолжил:

– У меня тоже есть хорошие новости. Война с империей затягивается. Штурмов больше не будет. Осада переходит в странную фазу. Вчера Чёрный Легион начал под сильной охраной строить осадные машины для долгой осады и более мощного штурма. И для восстановления почти уничтоженного парка катапульт. Но сегодня, под утро, наши и Первой Школы дикобродки, усиленные Сефкой, моей гвардией и наёмниками Серого, с помощью кубических фруктов натравили на стройку рогатых ящеров, затем напустили пару гриторов, дважды зачарованных, древними и сейчас ментально, Ло сумела. Затем атаковали! Из страшного даже имперским гвардейцам леса! Уничтожили и захватили в плен почти всех инженеров и много солдат. Рано утром русалки во главе с раненой, но рвущейся в бой Миримой и наш десант из несудоходной для всех, кроме Лои на Драконе, речки атаковали и захватили бывший в дне пути конвой с продовольствием и материалами для Чёрного Легиона. В итоге, два часа назад я заключил с исполняющим обязанности командира легиона договор, что они стоят укреплённым лагерем в трёх километрах, у дороги, осадные орудия не строят, не нападают, и мы не нападаем. Пропускаем, не трогаем, невоенные конвои и военные продовольственные конвои друг друга. Нам голодные солдаты рядом ни к чему, а наши торговые конвои они сами взамен предложили пропускать… Полчаса назад торговый конвой из Грува под охраной наёмников как обычно вышел к Восточным Вратам, купцы застоялись. Торговля с империей возобновилась. Но и война формально идёт. Рядом возник военный посёлок на четыре тысячи рыл. Невероятно, Серый, что ты натворил! Спасибо!

– Дай ещё натворю… – сказал я. – Начните им еду продавать, цены будут хорошие. И Бэле разреши и прикажи о банных услугах с ними договориться, маркитанток не заменит, но у неё немного другое. Тоже ведь вады, а нам неопасны уже. Подневольные же… И стройку верфей и замка Школы Магии можно возобновить, чего тянуть…

– Невероятно… но почему нет… – бормотал жёсткий, но умный граф, срочно вызывая Бэлу и казначея и откланиваясь.

Мы ещё поржали как кони надо всем подряд, я отменил приказ Коры Арде варить борщ, полюбовался со всеми, как крошка ронка весело гоняется с розгами вокруг наших повозок и домов пригорода Драбана за хохочущей высшей амазонкой, вереща про расслабившегося мужа, но она на страже корректировки. Мы прибыли. Но я ещё успел обсудить с Дорой и Липой, что со мной творится странное – Арда смогла незаметно снять с моей руки диск связи. Липа предположила, что Квартет Хаоса и на меня влияет, не может не влиять. Тоже, значит, становлюсь нестабильным.

В Драбане царило оживление. В порт прибывали на кораблях едущие в Карсон на Большие Игры, отправляясь дальше железной дорогой. И в город по суше, в основном как и мы с севера, прибывали транзитные путешественники. Отправлялись в столицу империи и по тракту – железная дорога не могла перевезти всех, доставку продовольствия никто не отменял, только увеличили. Ехали желающие развлечься, приглашённые гости и участники представлений и соревнований, купцы и жулики, рыцари и мещане, жрецы и артисты, караваны с едой и предметами роскоши. Отдельную и немалочисленную категорию составляли конды. И вся эта братия некоторое время жила в Драбане и рядом с ним, ожидая поездов и караванов, и просто развлекаясь и зарабатывая.

Ну и граф Драбан, вассал императора, устроил, как и большинство правителей провинций империи и соседних государств, свои игры и ярмарку, стараясь ухватить и свою долю общего веселья, оживления, славы и прибыли. Но в Драбане оживления добавляло и свежее ещё, недельной давности, происшествие – наглое похищение почти всего флота империи и Чёрного Легиона русалками. С командами судов, многие из которых были местными, но не годные для любви и войны уже возвращались.

Половину армейского легиона никто особо и не учитывал, кроме вдохновлённых интендантов, пытавшихся списать на русалок как можно больше вверенного имущества, ну и распродать оное до возможной ревизии. Ну и потеря местного воздушного флота большинство местных мало волновала, а меньше всего печалила недовольного лишним присутствием имперцев графа.

Всё это сообщил нам взятый мною за кружку вина и стакан бренди прилично одетый язык с отпечатком башмака на жопе, вылетевший из кабака на въезде в город. Он сообщил и места главных событий ближайших трёх часов. Получил и еды. Начал канючить ещё выпивки, вылетел и с кареты со вторым отпечатком башмака… в копну сена, добрые мы.

Мы проехали через город, выехали через западные ворота, к началу западного тракта, по которому и продолжим путь – здесь проще было найти большой пустырь для недолгой стоянки, поскольку основной наземный поток шёл через южное и северное направления, а земли на западе имеют более короткие для них и менее загруженные дороги напрямую в Карсон.

Мы быстро потеснили пару чьих-то стоянок – пришлось всего-то набить дюжину морд – и поставили повозки в круг. Напротив укреплённого лагеря второй, не похищенной, половины легиона, часовые которого сразу сообщили, что неизвестно ещё что лучше – их похищенные русалками друганы теперь сытые бездельники в море любви. Все рядовые кондеры остались в лагере – Гурон решил, что до Карсона гуляют только командиры и лишь некоторые специалисты. Командовать остался Шевалье. Все остальные мои друзья, включая и Герцога, пошли на прогулку – нам это необходимо, работа у нас такая.

Быки, вот ведь железные парни, сразу направились к пасущемуся рядом стаду коров, привычно и аккуратно прогнали попробовавших выпендриться пастухов и принялись за дело, рассчитывая ещё и поспать. Кувалда быстро организовал расстроенных пастухов с отпечатками огромных копыт на задницах доставить кучу вкуснятины для быков, немного утолив их печаль монетками. Догнал нас.

К нам сразу привязался подозрительный тип, ненавязчиво спросивший, как мы собираемся ехать дальше на поезде, прокакав билеты, и на каком, и где. Радостно осклабился, что даже на крышах вагонов нам не светит. Но наш поезд его интересовал очень сильно. Сестра начала извиняться, что такие сведения вообще-то секретные, и она виновата, но не совсем корректно… Но тут Кувалда взял типчика за шкирку, потащил перед нашей группой командиров и начал по пунктам объяснять, что не его дело, как мы поедем, и совсем не его дело, и как мы поедем дело не его… и так далее. Но изюминкой объяснения было то, что после каждого пункта Кувалда макал собеседника мордой в лепёшки навоза, коих вдоль дороги было полно – и лошадиные, и коровьи, и нескольких видов динозавров.

А мы ржали, топая следом, и из каждой встречной лепёшки дерьма на нас пялилась расстроенная собственной бестактностью морда любопытного разведчика замыслившей отнять драгоценную принцессу Дрету нехилой, получается, банды. И озадаченная Сестра добавляла нам веселья, бормоча извинения каждому образу всех оттенков коричневого. Через некоторое время, когда Кувалде надоело, Сестра смогла извиниться и перед отключившимся от расстройства от глубокого осмысления собственной назойливости оригиналом отпечатков.

Мы попетляли – прошли мимо железнодорожного вокзала, полюбовались на поезда и огромных динозавров-локомотивы. Коротко взглянули на порт вблизи, в котором всё ещё ходили нахрен никому не нужные комиссии и детективы и осматривали место преступления русалок. И на изрядно опустевшую базу воздушных сил взглянули. Ничего интересного.

Прошли по рынку. Гурон поймал карманника, весело стучал по наглой роже и хохотал, что чудесный кошель сообщил! Тут же схватил и второго карманника, решившего срезать кошель во время избиения первого неудачника. Начал стучать их морды друг о дружку. Мы не успели проржаться, как наш тролль пинком повалил третьего карманника и начал его пинать, ругаясь, что у него всего две руки. Мы хохотали до слёз – вот что значит расслабляющий хозяина зачарованный кошель, повешенный и завязанный крайне небрежно, да ещё набитый золотом. Немного уменьшили толщину кошеля, быстренько купив свежих продуктов и пива и отправив в лагерь. Скучно стало, карманники кончились. Отправились на ярмарку.

Огромная ярмарка раскинулась на большом как бы лугу между портом Драбан и графским замком. В этой местности угроз особых не было, да и удобный для замка холм был расположен не рядом с гаванью, так, в общем, получилось – город и порт был обнесён стеной, а в паре километров стоял замок. Стены города и замка соединяла невысокая стена со своими хилыми воротами, огораживавшая пустырь как раз для платных мест для лагерей не желавших пользоваться постоялыми дворами путников, складов малоценного, турниров и ярмарок. Сейчас для ярмарки и совмещённого с ней ристалища для воинских забав.

И вот здесь царила веселуха, и возможности порезвиться прекрасные! Было и стрельбище для состязаний лучников и стрелков из разных видов оружия. И турнирная площадка для пеших и конных. И ринги для драк.

Шла бойкая торговля предметами не первой необходимости и едой для быстрых перекусов. Были и полевые таверны и кабаки. И бордели в палатках не забыли развернуть.

В одном углу были установлены развлекалки большого бродячего парка каруселей и аттракционов. Нам ещё наш язык рассказал, что карусели у них не хуже, чем у других. А вот призовые тиры и разные аттракционы добычи у них сплошь жульнические – из-за этого их и в Карсон не пустили, и они с горя совсем оборзели, совсем не дают никому выиграть. Только такие, как наш язык-алкаш, нанимаются подставными якобы выигрывать призы за мелкую монетку или стакан крепкой дряни. Но гуляющая публика тоже не дураки и уже плохо ведутся на заманчивые развлечения. Поэтому и алкашу нашему не заплатили стаканом бормотухи, и он с горя уже третий день в запое.

Мы рассматривали жульнические аттракционы. Тиры, груши для боксирования, силомеры, проворачивающиеся турники, качающиеся скамейки. Ну и гвоздь программы – тайно смазываемый вытекающим на второй половине высоты салом столб с шестью очень дорогими призами и доступом за целых полмонетки.

Первой выпендрилась Кора. Ронка посмотрела на тир, в котором камнями, можно и из пращи, надо сбивать стальные цилиндры с дистанции метров пятнадцать, получая приз за каждый поваленный цилиндр. Сказала:

– Двенадцать лет назад именно в этом тире, их, выходит, ещё пускали в столицу, и именно с этим жуликом, я хотела добыть деревянную куклу. Копеешную. Но добыть сама. Она и стоила меньше билета на пять бросков… Взяла приготовленные на ярмарку монеточки и пошла. Тренировалась перед этим, да и из пращи неплохо стреляла, мы, роны, это умеем… Дурочка. Попала все пять раз, но цилиндр не упал. Я плакала… Потом уже мне родители объяснили, что сбить широкий цилиндр вообще сложно, даже неподвижный, надо попадать в центр, а у этих мошенников невозможно, снизу выдвигается штырёк, а в цилиндре там дырки… Редко дают выиграть… Родители меня так жизни учили, не сказали заранее… Но я долго не могла забыть такое горе…

Кора обманула внимательно высматривавшего профессионалов жучилу, позволявшего им стрелять только по быстро и хаотично движущимся за счёт механизмов мишеням. Но он не распознал опасность в похлопавшей ресничками юной ронке с нарисованными потешными кошачьими усиками. Шляпу, тактические очки и курточку из монстра Хаоса малышка по моей рекомендации сняла, и сигару мне отдала. Как и всё своё оружие, кроме пращи. Ну и выиграла – снося из зачарованной пращи мишени даже со штырьков – всего за десять медяков и пять выстрелов смешанного из муки и мёда зайчика на палочке, пузатую полустаканную бутылочку отвратительного вина, такого же объёма кувшинчик душераздирающего пойла вроде водки и листочек с неказистым изображением голой девицы. Пятый приз не получила, поскольку отменно уложила камень в жирную задницу понявшего омерзительное жульничество жучилы, опрометчиво кинувшегося под обстрел в попытке включить механизм движения мишеней.

Вторым выпендрился Петя, купивший за универсальные десять медяков билет в вагончик страха, с гарантией, что те, кто не обосрался, так и было написано, получат стопарик водки, ценой, как сказали мне наши знатоки, в два медяка. Простаки платили, выдерживали пугание в мощно оформленном костями и всякой чушью лабиринтике ряженым в маску и лохматый халат вечнобухим обалдуем и радостно опрокидывали доставшуюся за пять цен водяру. Но в этот раз обосрался. Ряженый. Петя, приколист, снял свои доспехи, явился перед утомлённым тружеником пугательства, не ожидавшим оживания реквизита, и быстренько натянул доспехи… Ну и вонь!..

Третьей была Стелла, тяжёлая двухмоторная Вулдочь, блин, за полсребреника покрасовавшаяся и получившая массу удовольствия. Взлетела, цинично изображая карабканье, вдоль никому не дававшегося приносившего баснословную прибыль столба – главного аттракциона жуликов, с роскошными, но сберегаемыми много лет призами – и спокойно сняла с него здорово запылённые, пережившие уйму ярмарок золотые часы на цепочке, трёхлитрашку отменного бренди, шикарный костюм юного принца, роскошное платье принцессы, музыкальную шкатулку и главный крепко прикрученный приз – отменный зачарованный чекан. Мы только ловить снизу успевали.

Все окружающие – многие из которых уже успели безуспешно полазить на истекающий салом выше половины высоты столб – помимо зависти получили и шоу прекрасного вида снизу на жужжащую над нами Красную Шапочку. Потом Стелла ещё и надвинула краповый берет на брови и набила морду восставшему ни разу не бойцу смотрителю. Который после этого, сплёвывая кровавые сопли, начал дописывать, что кроме летающих всадников, стрелков, подкидываний, штурмовых приспособлений, лестниц, шестов и втыкающихся в дерево приспособлений, в аттракционе не может участвовать «любая летающая сволочь». Он ещё не знает про гимок и перчатки древолаза, хотя перчатки против сала вряд ли, а вот гимка… ну да ладно, наш мир только восстанавливается… узнает ещё. Ну и не учёл дурень топор дровосека! Гор щедро повесил жулику второй фингал и тот начал искать замену слову «сволочь».

Стелла подарила чекан с топором помимо молота пока что застенчивой в грабеже жуликов Сестре, повесившей его на пояс справа, рядом с кинжалом и фляжкой. Нафиг не нужные никому часы – даже Гор уже исцелился от тяги к излишествам, да и есть у него древние гномьи часы, сказал, что можно только рону, радеющему за первородство расы, затолкать куда надо, но времени на это сейчас нет – мы со смехом приспособили единственному обрадовавшемуся им Герцогу к седлу. Рядом прикрепили и бутыль с бренди, отпив по глоточку. И включённую музыкальную шкатулку. Платья тоже повёз осёл – они были не совсем королевские, но и для небогатого королевского рода вполне годятся, как сказали наши знатоки. И размерчики были, хоть и на юных, но вполне рослых детей короля.

Наши мордовороты тоже хотели поучаствовать в веселье, присмотрели силомеры, но не успели, да им и так хватило – нас пришли бить. Стая мошенников решительно объявила нас жуликами и ринулась отбирать нечестно нажитое, без которого их бродячему парку аттракционов, похоже, кирдык. Но Гурон, Кувалда, Гор и Ардочка только немного размялись. Остальным нам они не дали, строго сказав, что у нас и так задницы слипнутся. Лишь Герцог успел отправить в полёт задними копытами почти прорвавшегося к его сокровищнице шустрика. И Кора решительно вытребовала себе своего давнего обидчика и расстреляла его из пращи по конечностям и жирному брюху, назидательно объясняя, что нельзя обманывать маленьких девочек.

Я, расстроившись от коварства и наглости жуликов, и радуясь возможности подровосекствовать, быстро срубил столб преткновения. Показал каналы для сала всем желающим. Разрубил столб на несколько частей и даже расколол одну, чтобы совсем тупые рассмотрели. Ну и для усложнения задачи злобных мошенников по восстановлению безобразия. Кирдык, значит кирдык!

Но затем в углу жуликов делать нам стало нечего – от нас шарахались и остальные вольные и не столь борзые мошенники, и даже порядочные смотрители аттракционов – и мы отправились на взрослую арену, для вояк. Здесь участие обычно бесплатное типа, но расплата может быть неслабой – хозяин правила устанавливает, и довольно творчески к этому подходит. Но это мы потом узнали. А оплата берётся за билеты в первые ряды, ну и за счёт тотализатора неплохо может нажиться организатор.

Первой и последней – дальше само пошло – здесь выпендрилась Ардочка, взяв у Холопа мой лук и поморгав глазками на юной мордашке, что вкупе с голыми ножками притупило бдительность не желавших острой борьбы конкурентов, вернее, назначенных на первые места в соревнованиях по стрельбе из лука трёх хороших лучников из гвардии графа, прощёлкавших клювами отнюдь не подростковые мускулы и шрамы юной, ха, амазонки. Они потом бормотали, что думали, что это дочка Ардаланы – похожа, но юная, и лук говно, а доспехи взяла похожие для понтов и красоты. Но когда Ардочка, хищно улыбаясь, обратно обменялась с моим оруженосцем луками, ей пришлось и кулаком съездить в дыни паре расстроившихся соперников – нам не дала жадинка. Выиграла ящик игристого вина, размазав десятка три соперников по камням ристалища, фигурально выражаясь. Вскрыли пару бутылок отличного вина.

Взбесившийся, неплохо продувшись в собственный тотализатор, да и обиделся на по его мнению жульничество, довольно молодой морской орк граф Драбан объявил турнир команд стрелков – меткость, скорострельность, дальность. Призом назначил слабое кольцо, зато на быстроту и выносливость – это не все понимают и ценят, но не я. С проигравших любое кольцо с команды на его выбор и в гостях всей командой жить у него, пока хозяину не надоест, с прицелом на любовь, ясен хрен – добрый гад.

Сказал Арде, что отвертеться она, как чемпионка предыдущего тура, не может, таковы только что уточнённые им правила, хоть одна, хоть втроём может соревноваться и гостить, но команду с нас надо выставить. И выставил, козёл, отменного стрелка на меткость, другого прекрасного узкого спеца на скорострельность и силача косого на дальность. Причём Ардочка даже знала первых двух. Первого на меткость могла победить, но необязательно, а в скорости легко превзошла бы. Второго легко победит в меткости, но так же легко проиграет в скорострельности. Ну а силач… кому эта дальность-то нужна особо… Нельзя, блин, играть с шулерами! Но нам всем урок, что нас ждёт на Больших Играх. А тут пока несложно вышло.

Я поковырял землю носочком сапожка. Арда согнала с мордашки бледность, расцеловала меня. Но я ещё спросил козла-графа:

– А это последний турнир лучников на этих играх?

– Самый последний, персонально для вас покончим со стрельбой, раз сама Ардалана почтила участием! – рассмеялся абсолютно уверенный в триумфе гад. – И с тебя мне ничего не надо, пижон с крестьянским луком.

– Тогда кубок ещё надо. Не ценности ради, а как символ, что совсем всё, а то мало ли потом ещё придумаете, в червяков под листвой стрелять или в перчатку подброшенную… С надписью.

Я хотел совсем убедить всех в завершении стрелкового турнира, а то ведь граф и передумает, а кубок, это все знают – всегда главный приз.

Граф, ухмыляясь, отвлёкся от что-то шепнувшего ему младшего брата 22-х лет, при этом оба глянули на Сестру, назначил себя внештатным капитаном своей команды и приказал принести фамильный кубок, хранившийся какой-то хрениллион лет в их роду, и они очень гордились, что конкурирующий в славности и древности род морских орков Грувов столь древней серебряной посуды не имеет. Хм… азартен, а это плохо, не отстанет… Но и проигрывать нам не с руки. А кубок симпатичный, нехилая такая чаша литра на три, и выглядит очень древним. Используют для вина в особо торжественных случаях, как сами и сообщили.

Кубок притащил слуга, а с ним прискакала полюбоваться на назревавшую заварушку развлекавшаяся на ярмарке и младшая сестра графа Драбана, 26 лет, как мне сказали. Сама весело представилась как виконтесса Домпа. Очень красивая крупная и крепкая орчаночка в довольно коротком белом платьице. Петя радостно попялился на даже не заметившую бравого низкорослого для неё рыцаря красотку и быстро унёсся, получив от Гурона разрешение пригнать сюда броневик. Запал на виконтессу.

Галя начала пускать пар из ушей, хотя ей Петя верность не обещал – обещал как раз другое, сама замуж просилась на любых условиях, вроде. Но учитывая установки Великой Оракулши своей Главной Жрице, и от неё можно много сюрпризов ждать. Ждать не пришлось, дурочка начала перемигиваться с младшим братцем возможной временной пассии своего муженька – ещё одно семейство дурней, два семейства. Надо бы пресечь, но пока вроде нечего. Успокоившаяся Арда промурлыкала нам, раскланявшись с виконтессой, которая даже пообнималась с амазонкой:

– Её простота обманчива. Она маг слабый и стервочка неслабая. Ищет и любит приключения. Так что её братцы не будут особо против любовных плясок Пети, да и орки они, не гномы или великаны. Хотя учитывая, что они ещё и из-за группового турнира лучников расстроятся, да и дураки и гордецы… Но пока они запали на Сестру. Меня тоже не прочь в гости заполучить, конечно, это старая история и не моя… Тогда ещё не граф лет десять назад полгода гостил не по своей воле и не радостным в нашем царстве, продул состязание, но честное, без изменения правил, и я там месяц была как раз, а он у моей подруги гостил в этот месяц, видел меня. Но вот краснокожая красотка здесь редкость, как бы не задумали отловить…

Я посмотрел на радостно шарившуюся по первой в жизни большой ярмарке и покупавшую милые девичьи штучки Сестру в доспехах, но без шлема, висевшего на бедре – горящие зелёные глазки на прекрасного тёмно-красного цвета красивой мордашке, светлые рыжеватые волосы, собранные в короткую косу, высокая, сильная, энергичная, весёлая. Ругнулся, что броневик может пригодиться, если рвать когти, да и стражники стреломёты и доброе слово поймут лучше, чем только доброе слово…

Пока мы ждали команду соперников, принёсся Петя. Мощный заслуженный и очень внушительно выглядящий броневик с несколькими гномами и орками на броне и под бронёй, обрадовавшимися случаю покараулить машину на ярмарке, да и побродить немного свободным от вахты. Из-за штурвала вывалился вальяжный рыцарь с открытым забралом, вместо которого весело скалилась стальная уже неплохо подвижная морда. В понтовом кожаном шлеме с надвинутыми на него очками-консервами. С сигарой в зубах.

Любопытная и как оказалось не чуждая технике виконтесса тут же обратила внимание на броневик и бравого мехвода. Который уже заливал, отвлёкшись от картинного рассматривания помятого о монстров бампера, что он не разглашает свой титул когда предаётся маленькому хобби, ну и верные помощники языки держат за зубами, а то ведь он, конечно, добр, но порой… Сказал, что изнутри машину не показывает… обычно…

Мы пошли на стрельбище. Началось ожидаемо. Слегка уже захмелевшая Ардочка неплохо, хотя и не легко, победила в стрельбе на меткость пятью стрелами своего тоже слегка нетрезвого противника. Затем, как и ожидалось, проиграла соревнование по скорострельности – кто больше стрел всадит в большую близкую мишень за полминуты. Ну и настало время расправы.

Тут стрельбища не хватило, стрелять надо с того же места, просто как можно дальше, ну и примерно в сторону графского замка, попасть никуда не надо, просто в сектор стрельнуть. До пяти раз, самый дальний выстрел и учитывается. Мой противник, здоровенный качок, кряхтя натянул очень мощный зачарованный на дальность лук, который мне не по силам – тут сила нужна именно натягивать тетиву – и выпустил стрелу. Помощники графа с мерными верёвками побежали, просигналили. Граф Драбан очаровательно улыбнулся, посматривая на временно стоявшую теперь рядом с нами жующую купленные сладости Сестру:

– Не рекорд. 986 метров, – посмотрел на Арду, хитро улыбнулся решив перестраховаться, замены же не запрещены, да мог и знать, что её лук зачарован и на дальность. – Правила у нас новые, надо не победить, а ещё и проигрыш скорострельности отыграть, по… 50 метров за стрелу, ну и одну спишем за ваш выигрыш в меткости… Вам, с учётом сильного проигрыша в скорострельности, надо всего-то на… 1086 метров выстрелить, больше рекорда, ха. И добро пожаловать ко мне в гости. Рыжую красотку тоже прихватите, приглашаю. Кто она у вас? Даже могу Ардалану утром отпустить, если вы спешите. Чего ждёшь, пижон?

Виконтесса Домпа весело глянула на мой скромный Ктожзнал, хихикнула:

– Любовь это прекрасно! И ты, пупсик, значит в гостях у нас будешь… Дальше не интересно, гляну, пожалуй, на белок, вращающих задние колёса монстробойного танка. Не врёт ведь Петя, червяки в болтомётах невероятные. Потом присоединюсь к вам в замке… надо передохнуть перед вечерним фестивалем танцев…

Но перед увлекательной экскурсией она ещё пошепталась с хитромордым слугой своего семейства.

– 1391 метр, – доложила, поднимая маску, Арда, перед этим хитро улыбнувшаяся, когда я показал ей на ворота замка.

– Сарай мешает, – картинно процедил я графу в ответ на его вопрос и обзывательство, не выпуская сигару из зубов.

– Плохому танцору яйца мешают, – ласково улыбнулся граф. – Где ты там сарай увидел? Ну да, здесь есть сараи… Но я разрешаю тебе попасть в сарай, если ты совсем косой, и в сектор попасть не можешь… Не тяни!

– Как скажешь… твой сарай… – усмехнулся я, натягивая вызвавший ржач кучи знатоков и умельцев лук.

Ржущие пасти так и остались разинутыми, пока они провожали долго летевшую стрелу. Даже и не заметили, вроде, что я лук не опускал. Стрела воткнулась в ворота графского замка.

Через пяток секунд тишины слуги графа завопили, а он зарычал:

– Ты всадил стрелу в ворота моего замка! Это… оскорбление!

– Ты сам разрешил попасть в сарай. И требовал стрелять. Победа не оспаривается? Колечко сюда и кубок. Гор, попроси своих парней прямо сейчас на нём выгравировать поглубже надпись, что он награда Арде и Серому за победу в командном соревновании лучников графства… Драбан… – я решил сразу нанести надпись, поскольку не приходилось сомневаться, что семейство Драбан кубок любой ценой себе вернёт, а нам он нафиг не нужен, но за возврат… можно что-то и получить… нам смыться бы теперь спокойно. Потом соскребут они надпись, но проучить не помешает, да и показать, что мы с драгоценным для них кубком миндальничать не будем.

Ну и брат графа уже яростно рычал, что кубок мы не унесём. Явно и виконтесса будет против расставания с фамильной серебряной посудкой, но попозже – в царившем шуме я слышал, как на сеновале Бизона она мурлыкала про ищущих и находящих приключения дурочек с красными мордашками, и про как далеко затолкали несчастных белочек, потом довольно натурально, но не громко – свидетели разглядывания белочек и ей не нужны – вопила про коварство парней.

Но наши нежданные приключения только начинались. И сильно ускорились. Пока граф с братом расставались с кубком, затем граф любовался на работу гравёра, затем придумывал что ещё придумать, а младший из братьев скрылся в большой палатке, бормоча, что пора надевать доспехи, вылезла их сестра. Помятая и довольная, с сеном в волосах и на платье. Она попялилась на издевательство над фамильной святыней, бывшей фамильной святыней, и промурлыкала, указывая на вышедшего следом довольного Петю, быстро сориентировалась, гадина:

– Он меня коварно изнасиловал!

Граф радостно схватился за свою саблю, прорычал:

– Дуэль!

– Ложное обвинение. Я кондотьер, разберусь. А если хочешь оспорить… – ласково прорычал Гурон, поглаживая рукоять своей страшной сабли.

Я глянул на опять подходившую к нам Сестру, за которой тащилась грязная, в ремках, согбенная, слегка беззубая старуха, наверняка из разгромленной, но не сдающейся банды жуликов с безвыигрышными призовыми аттракционами, стеная и уговаривая купить счастливый билетик с предсказанием, а ей на хлебушек будет. Посмотрел на убравшего ручонку с сабли графа, понимавшего, что с Гуроном дуэль будет очень короткой и печальной для него, хотя радостной для его наследников. Увидел как добрая Сестра пожалела старушку и купила билетик с предсказанием, заплатив десять монеточек, вдвое больше выпрашиваемых пяти медяков. Я рявкнул:

– Никаких дуэлей! Девица сама искала и нашла приключений! Добровольно!

– Несогласна, но… Значит я вызову Петю на турнирный поединок! Пеших рыцарей! Это не дуэль. И не до смерти! И наши правила не запрещают турнир между девицей и парнем, если девица хочет или ей надо, – рассмеялась слишком хитрая виконтесса, дождалась кивка братца-графа. – Не бойся Петя, это как изучение белочек! Ну?! Я вызываю!

– Я согласен, – пробормотал затупивший и растерянный напором совсем недавней любовницы Петя.

– Отлично! И по правилам такого турнира победитель может забрать любую вещь побеждённого! Доспехи целиком нельзя, только одну цельную вещь! Но победитель может и попросить что-нибудь иное взамен СЛИШКОМ ценного для ПРОСРАВШЕГО! – коварно и мягко начала и яростно закончила, яростно и взглянув на старшего братца, красотка, но затем промурлыкала ему. – Но будет и тебе конфетка…

– Прям сейчас принять участие в рыцарском турнире… – растерянно прочитала счастливое пророчество с маленькой бумажки Сестра.

– Вот и примешь! За мной и Петей! – рассмеялась виконтесса. – И девицам можно с парнями, правила такие. А следующая очередь биться у графа. Но ты не бойся, он тебя совсем чуть-чуть помнёт. Потом подлечим, у нас отличные условия в замке, кроватка у тебя будет шикарная! Но ты можешь победить, ещё и коня противника выиграть! Коня тебе дадим на бой, у нас всё по-честному! Представляешь, выиграешь боевого коня в доспехах и сильный меч! Ну или если меч не хочешь, можешь его штаны взять!

Я помотал головой, давая понять своим, что игра не проиграна и пока рано переводить уродские игры в нормальное здоровое смертельное сражение, тем более что силы очень не равны, воинов противника было сотни три, не меньше, и все вокруг нас. Услышал из палатки, куда утопал надевать доспехи младшенький Драбан, его тихий, но не для меня, смех:

– Отлично тебя напороли! Красота! Дня… три-четыре как…

Я чертыхнулся, влетел в палатку и за волосы выволок из неё Галю со спущенными шароварчиками. Швырнул встревоженной нехорошими играми Коре, которая пришла в себя и пробормотала, поглаживая розги:

– Штанишки надень. НА ВРЕМЯ!

Все уже смотрели на перепуганную Сестру, вытаращившуюся на явно более сильного орка, кто с насмешкой, кто с сочувствием, кто облизываясь, только я время не терял, решив спутать карты, да и мы с Герцогом и Битой способны на отменные сюрпризы любителям турниров:

– Я за неё!

– Нельзя, – закончил облизываться граф. – Без веской причины нельзя. Может заменить… хозяин слуги… или жена… или муж… А ты кто?

– Я её муж, – очаровательно улыбнулся я. – А она моя жена, для тупых поясню.

– Врёшь! – весело завопила виконтесса. – Мы же уже узнали всё, что требуется! У неё и узнали! И у меня есть зелье правды, одна ложка и… Няня!

Из толпы вылезла помолодевшая и разогнувшаяся старуха, уже с зубами – наверняка зачернила, а мы ясен пень не всматривались – которая и подсунула бумажку с очень счастливым, ха, предсказанием доброй Сестре. Старая орчанка подмигнула мне, слушая, где взять флакон, глянула на мою злую морду и усмехнулась:

– Хочешь меня высечь? Я против. И стара для этого, но не для любви. И я не против ещё и с тобой поиграть, если у нас погостите… – она увидела, что довыёживалась, быстро завопила. – Ты же не ударишь старую жен…

– Конечно не ударю! Потому что уже ударил! – усмехнулся я вслед улетевшей от удара в глаз гадине, поёжился от наглого уродского предположения, что я могу хотеть её выдрать.

– Я согласна, – вышла из ступора Сестра, которая решила просиять и наполнить глазки слезами радости, Гурон весело кивнул.

Пока под ржач стражников утаскивали няню, из палатки вернулась быстро надевшая отличные доспехи виконтесса. С отличной такой булавой! И я особо не сомневался, что здоровенная девица, бывшая сильно выше и сильнее скелета-недомерка, как ни крути, отменно отметелит Петю. Вот нахрена согласился?! Но с… другой стороны, не убьёт, проучит, да и мы и он посмотрим на его возможности в потасовке. И я увидел, как можно немного уменьшить ожидающие горе-любовника звиздюли. Нежно взял ручку бронированной гадинки, поцеловал и погладил, улыбнулся даже слегка зардевшейся от удовольствия, от слишком большого потока удовольствий, хитрой и умной, почти как я, гадинке:

– У нас тут свадьба! И по нашим правилам подружка невесты, которая и организовала свадьбу, дарит невесте обручальное кольцо, вернее передаёт жениху, а он дарит!

Под общий ржач, и взвизг виконтессы, проворонившей стягивание мною колечка с четырьмя камушками-секторами – рубин, изумруд, жёлтый топаз и синий сапфир, как мне потом сказали – образующими круг, послушал весёлое оформление Гурона и надел изменившее размер обручальное кольцо на, удачно, правый безымянный пальчик Сестре, забывшей про всё вокруг, в том числе и про наше всё ещё хреноватое положение. Кольцо явно на большую четвёрку – сила, быстрота, ловкость, выносливость. И есть надежда, что воительнице и дикой колдунье и магическую силу не подпортит, всё же предыдущая хозяйка тоже воин-маг. Слабое, конечно, но и такое сгодится. И не сгодится сильнее замесить Петю.

Виконтесса бурча, что всё ещё впереди, и колечко она вернёт, и право первой ночи для охамевших путников заведёт, направилась к ошарашенному Пете. Да уж, герцог Мехвод – хорошо что им не сказал свой титул – попробовал посражаться с только что отлюбленной девицей, сначала осторожно, но быстро начал отбиваться изо всех сил. Но его шикарный меч не мог одолеть мощные доспехи отменно прикрывавшейся зачарованным щитом девицы. А та, как и обещала, отменно наваляла бедолаге. Ну и здоровая, зараза! Забрала драгоценный в смысле украшений герцогский меч Пети, буркнула, что обменяет на кое-что продутое кое-кем, пошла переодеваться.

Хорошо хоть не Каменный Мачете забрала, но и меч, дар Оракулши или уж сразу аж четырёх Сущностей, придётся выручать, хотя тут просто – цена кубок, хотя зараза виконтесса может ещё чего захотеть, заценила шикарный меч, сразу не стала обменивать.

Наши гномы отнесли живого, но хорошо помятого Петю в броневик, под тент в кузове, где его не видно – нефига врагам узнавать его тайну, а нам с этим разбираться – туда же отправились Дора и Сестра, хотя что они налечат хрустальному скелету… но… может помогут, потом Хаосом надо будет… Но две части Квартета пока заняты.

Я хотел начать моё коронное шоу, но тут вмешался дурень младшенький. Как там в сказке – старший был и так и сяк, младший вовсе был дурак. Только сеструха у них далеко не дура! Дурень немного вник в ситуацию и завопил:

– Вызываю Серого на дуэль! Он отнял мою почти любовницу! А это была месть за отлюбленную сестру!

– Пшёл вон, – буркнул я. – Сам-то понял, что сморозил?

– Турнир, на турнир… говоришь вам… умненькие вы мои, – промурлыкала из палатки с доспехами виконтесса.

– На турнир! – просиял умненький.

– ный бой! – закончила из палатки умная.

– Нет, – отрезал я. – Я уже занят! Хотя… могу предложить сначала на кулаках с моим учеником, шустрый такой парнишка… Прям сейчас, пока твой брателло одевается.

– Отлично! Но потом с тобой!

– Годится… – усмехнулся я и крикнул. – Кувалда!

Под ржач толпы и наших и вражьих мордоворотов Кувалда сгрёб Драбанёнка, попробовавшего пробормотать про шустрого паренька, за грудки и начал отменно метелить другой рукой, не давая наглецу упасть, а то быстро бы шоу прекратилось. Заодно и рассказал, что он действительно мой ученик и гордится этим. Ну и я добавил ржача, сказав бессмертное из силы искусства:

– Ну да, парнишка, кто скажет, что это девчушка, пусть первый бросит в меня камень! Хотя этого обормота и моя ученица Ардочка отменно бы поколотила.

Поколачиваемый особо сопротивляться не мог – в доспехах, да на мечах он наверняка ещё ничего, а вот старый добрый мордобой явно не его стихия. Нет, он конечно поначалу пробовал махать кулаками, и даже заехал пару раз по морде и туловищу нашего мордобойца с одной занятой грудкАми рукой, но уже слабо, будучи уже полуоглушённым – только раззадорил. Ну и когда Кувалда отпустил с блаженным стоном прилёгшее тело, то и без вопросов телу и лекарям было ясно, что ближайшие недели две оно со мной турнирствовать не сможет. А не захочет наверняка гораздо дольше.

Радостный, что и ему досталось чем размяться, Кувалда стукнулся со мной кулаками и достал сигары, протянул и мне. Я посмотрел на вылезшего из палатки графа, в полных латных доспехах, с мечом, шестопёром и с тем же, что и его сестра была, щитом – ого, надо будет к щитку присмотреться, неспроста они с ним все ходят.

Глянул на приведённого оппоненту коня в не особо тяжёлых доспехах – симпатичный такой конь, не тяжеловоз турнирный, гармония силы, выносливости и скорости, наверно можно будет и забрать, раз дают. Усмехнулся над притащенным парой оруженосцев пятиметровым копьём с довольно острым набалдашником, вернее не кулак деревянный, а острие, хоть и затупленное. И длина не гротескная – серьёзно готовится меня из шкуры вытряхивать.

Противник серьёзный, как мне наши сказали. Но у меня для всех одинаковое предложение – быстрота, ловкость и хитрость, ну и силой я мало кому уступлю, только броня и опыт турниров у меня слабее, ну а иначе, это было бы вообще избиение. Спросил:

– Какие ограничения по животному?

– Никаких, – усмехнулся граф. – Хоть на слоне, хоть на слодине, только падать высоко, хотя если под копыта, то без разницы. Хоть на страдине, только вместе на землю полетите. Но НОРМАЛЬНЫЕ рыцари на конях бьются! Шансов больше. Хотя у тебя и так их нет! Где твой вепдин, или что у тебя?

– Я буду на осле сражаться, – улыбнулся я и сделал паузу на долгий старательный ржач, с размазыванием слёз, толпы графских солдат и слуг, ну и зевак.

Холоп привёл Герцога, вернее притопал с Битой за ним, самостоятельно весело прибежавшим. Я залюбовался ослом в прекрасных доспехах, ещё улучшенных нашими гномами-бронниками, пока я дрых. Он мне напомнил коня катафракта из общих знаний. Красивая кольчуга почти до земли, кольчуга на голову, только уши шикарно торчат. И поножи на всех четырёх ногах. Красавец! Я уселся в седло, чуть не касаясь земли ногами. Узда была смотана, и я её не трогал – нам это ни к чему. Принял копьё из рук верного оруженосца. Поставил своего скакуна на дыбы и мы понеслись красивым аллюром на точку. Под вновь начавшийся гомерический ржач. Граф Драбан подёргался от смеха, взял копьё, закрепил его на крюк и вновь сорвавшись в ржач поскакал на свою точку старта. Опустил забрало. Смейтесь. Хорошо смеётся тот, кто смеётся последним.

Я неправильно с точки зрения таранной сшибки взял копьё к левому боку. Поскакали! Очень сильно долбанул Битой по копью противника, отклоняя его вправо. Но опытный противник тут же двинул копьё вправо для него. Уже не проткнул бы меня – поздно, но сшибить хотел. Я не стал мешать его красивому и мощному движению, а пригнулся, опустил своё копьё под его, поддел и добавил силы мощному движению, направляя и вверх. Отлично увёл копьё противника влево. Резко перехватил Биту перед собой и задней стороной первый раз отменно врезал по шлему пролетавшего мимо рычащего противника. Бита яростно ревела от счастья. И сил удару отлично добавила! Долбанули как хорошим ослопом. Но крепкий рыцарь удержался в седле, хоть и был явно слегка оглушён. Отменные у него доспехи! И башка крепкая.

Противник собрался опять попробовать насадить меня на копьё, но шустрый осёл мгновенно развернулся и мы понеслись к графу сзади, готовя Биту для второго отоваривания. Рыцарь яростно матерясь про неканонические приёмы, бросил своё длинное, но уже бесполезное копьё, выхватил из седельного крепления кистень. Начал размахивать, разворачиваясь. Я старался держаться сзади, и вполне успешно – Герцог очень быстр и ловок. Отбил кистень, долбанул ещё раз по башке. Бита отлично отбивала удары – а противник и атаковал одной рукой, второй держа щит и управляя конём – помогая мне и прибавляя сил отклоняющим и отбивающим движениям. И ударам прибавляла сил. Отоварили супостата по боку. Когда мы выбили кистень у врага, я заметил, что следующий удар по безоружному был слабее! Бита бьёт очень сильно, только в качестве защиты! По вооружённому противнику.

Противник начал доставать меч, но не успел. Бита, почуяв меч в руке, пусть и в ножнах ещё, взревела, мы отменно влепили по забралу, потом поддели закачавшегося противника и вышвырнули из седла! Хорошо грохнулся! Я думал, что вставать не будет, уедет на носилках. Но только миг. Понятно, что мотивация у врага адская. Но оставался шанс, что он себе что-нибудь поломал. Не поломал.

Граф полежал, поматерился, медленно и тяжело встал. Воткнул наполовину вынутый меч в ножны, поудобнее взял щит и снял с пояса шестопёр. Прихрамывая пошёл ко мне и Герцогу. Я спешился, поблагодарил кивнувшего осла. Ржача уже не было. Тишина стояла. Тишина охренения. Герцог пробежал круг почёта, красиво поднимая ноги, и отошёл к нашим. А я начал прыгать вокруг рыцаря, рычавшего, размахивавшего железом и злобно ругавшегося на неправильного меня. И отоваривал его древком копья, ну и иногда боковой стороной острия. Подивился мощной защите слабого с виду небольшого и лёгкого щита – отличный защитный артефакт! Пассивной защиты! Ну а мы с битой занимались активной защитой, отбивая и отклоняя шестопёр, вместе уворачиваясь и отскакивая. Ну и долбя взбесившуюся консервную банку.

Выбили булаву. Начали биться против меча. Расстроили врага, что его острый меч не мог перерубить правильное зачарованное древко. Только царапины оставлял, делая Биту ещё неказистее и обманчивее для следующих наших жертв.

Граф ожидаемо начал уставать. И сотрясения и нокдауны накопились. Рухнул на землю. Я отбросил Битой меч и замер над жертвой, направив острие в шею. Кто-то проорал конец боя. Ещё несколько, включая и заразку виконтессу, проорали конец. Я отошёл к своим, взял кружку волшебного холодного пива, зажжённую сигару, весело сказал с чуть сбитым дыханием:

– Щит и конь с доспехами трофеи, всё по их правилам! Сестра, сядешь на коня. И щит возьмёшь, будет твой. Свадебный подарок от меня… За броневиком поскачешь. Виконтесса, давай заканчивать, гони меч, получишь кубок.

Неожиданно, хотя нет, ожидаемо, зараза решила поторговаться, она повертела в руках шикарно выглядящий меч, сказала:

– Кто же променяет такой драгоценный и зачарованный меч на простой серебряный кубок! Нет, ты мне всё отдашь!

– Вот зелье правды, – честно выполнила приказанное няня с огромным фингалом, пока я курил и думал, как бы поаккуратнее выменять меч на кубок и отвалить.

Я шагнул к двум хитрым дамам, выхватил флакон из рук старой карги, открыл и вылил всё драгоценное зелье на молодую стерву, прорычал:

– Говори, любовь с Петей была добровольной?

– Ээээ… – попыталась сопротивляться колдунья и воительница. – Я… не… говорила… да… но… и… не… возражала… и… хотела…

Я торжественно обвёл взглядом толпу солдат, застенчиво почесавших репы – они не верили в оговор, но были соучастниками невольными – схватил старую каргу няню за шиворот, прорычал, на понт брал и бессовестно врал, но надо привести их в шок и смыться:

– Это был оговор! За него наказание больше, чем за преступление, если не ошибаюсь! И старая карга подсунула ложное предсказание! Выступила как оракул и солгала! За такое наказание – смерть! Я не буду наказывать ложно донёсшую виконтессу, пусть в вашем графстве ваш граф и разбирается. Но я заберу эту старую каргу! И мы или сами будем её судить, или отвезём к Великой Оракулше, которая на моих глазах злодея в камень превратила! А тут оскорбление оракулов!

Карга попробовала завопить, чтобы её спасли, но я с удовольствием сильно долбанул ей по зубам – да, не джентльмен я, но нечего пасть разевать, когда не просят. И только она и её бессовестная, но деморализованная воспитанница-виконтесса ещё могли организовать нападение на нас. Да уж, попала старушенция, только зубы полетели – но это ничего, ведь изображала беззубую слегка, такой и стала! А нечего лезть в чужие жестокие игры. Ну или быть готовой получать, если это и её игры.

Ну и вишенка на торт! Пока виконтесса не очухалась – замерла с мечом и пытается собраться для уже проигранной борьбы, но нагадить она ещё может! Можно нагадить! Нужно! Я зловеще рассмеялся:

– Не хочешь меч менять на простой серебряный кубок? То есть он тебе не ценен! Безразличен! То есть можно даже сказать горшок! Ночной горшок!

Я расстегнул ширинку, вынул что надо и смачно отлил в драгоценный для рода Драбан кубок. Не пить больше из него вино – даже тайно не смогут! Протянул горшок с правильным содержимым в сторону несчастной виконтессы с выпученными глазами, проговорил:

– Не хотела на кубок менять, давай на горшок поменяем! Или надо ещё добавить? Добавим!.. А можем переплавить! А лучше порубить! Сделаем медальки с гербом нашим, а хочешь, Грува. И раздавать будем. И напишем по краю каждой из чего и при каких обстоятельствах сделано! Ну?!

Виконтесса кинула в мою сторону меч, махнула рукой в сторону кубка вставшей с помощью слуг избитой и без пары зубов няне, опустилась на землю и разревелась. Кувалда схватил меч. Я поставил кубок в направлении старухи. Мы бросились в броневик, я за руль. Все уже сидели внутри, и стрелки заняли боевые посты. Я дал по газам, за нами легко и умело скакала моя девятая жена Сестра – молодец, ловко с конём управляется!

Перед нами расступались. И перед воротами расступились. Перед запертыми воротами. Но мощный броневик с укреплённым носом выбил не особо прочные ворота. Понеслись к каравану.

Мы опоздали с такими весёлыми развлечениями. Быки уже щипали траву рядом со своими ярмами, и все бойцы были или в каретах, или рядом. Я сказал:

– Будет погоня, броневик можно последним.

– Предпоследним, – засмеялся Гурон, спокойно покуривая и потягивая пиво. – Последней карету с бомбомётом, мы уже испытывали, но не на погоне идиотов. Одна бомба это ерунда! Пошли на крышу бомбомётной кареты. Ну мы и оттянулись, советник! Лучшая ярмарка в моей жизни!

Перетащили живого, но не могущего ходить Петю в карету с лазаретом. Рядом с ним ревела понявшая беду Галя. Ну и ждущая порку – Кора отменять своё решение не собиралась. Мы поднялись на крышу, уселись за быстро накрываемый стол рядом с бассейном на баке кареты – наши коки таскали еду по трапам между задницей предыдущей кареты и оглоблей следующей, и даже броневик не помеха, была пара и длинных трапов, там сложнее топать, но бывалые моряки только ржали. Корму занимал смачно выглядящий бомбомёт!

Тронулись через пару минут.

Через десять минут появилась погоня. Кони. За ними вепдины. Атака мертвецов, блин – двойной рвущейся в бой конд замесил бы три сотни всадников в два счёта даже без стреломётов и гуляй-города из карет. Гурон вальяжно подошёл к бомбомёту, отогнал орка-стрелка и не выпуская из зубов сигару, весело рыча и ругаясь выпустил дюжину бомб за три секунды перед конниками. Красота! Взрывы не сильные, потом горело и дымило немного, но кавалерии хватило. Кондотьер широким жестом показал кавалерии валить нафиг, махнул рукой расчёту заряжать и взводить пружину, вернулся к нам, рассмеялся весело и счастливо, поглаживая голову Стеллочки:

– Стелла гениальный механик! Теперь механик конда с тремя долями! Улучшила бомбомёт, скорострельность раз в восемь увеличила! Зарядов добавила! Теперь четыре выстрела в секунду примерно! Только снаряды подноси! А она их и несёт! Пока небольшой боезапас, но остановить атаку или отогнать достаточно. И шестьдесят зарядов в обойме! И пружины хватает! Тренируемся. Сейчас дюжина бомбочек осталась. Стелла, не филонь, марш нестись! Ха! Ну или как камнемёт можно использовать.

– Это всё кристаллы маны и другие, и добытые Серым на луне и в Пещере Чудес металлы, – застенчиво скромничала Краповая Береточка. – Ну и папа мне подсказывает, он в кузнечном деле ОГО! Да и сделан камнемёт был не особо умело, стреломёты же не удивляют быстрой стрельбой, а там… И дальность при большой скорострельности меньше втрое.

Я усадил крошку себе на колени, гладил и целовал – невероятное сокровище! И умница! Но надо бы и типа её папашу подлечить. А это метеориты и монстры. Предупредил. Послушал радостный рёв кучи лужёных глоток:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.