Чудотворца Алексия вотчина

«Для меня большая радость посетить Илиинский храм в Черкизове – храм, прославленный своей историей, связанный с жизнью и деятельностью митрополитов московских. И сегодня этот древний храм является одним из самых активных в городе Москве – по приходской деятельности, по посещаемости».

Святейший Патриарх Кирилл, 24 апреля 2009 года, пятница Светлой седмицы, День праздника иконы Божией Матери «Живоносный Источник»

Откуда все пошло

Первое упоминание о селе Черкизово относится к XIV веку. Названо оно по имени его владельца, боярина Андрея Серкизова, сына служилого татарского царевича Серкиза (Серкиз-бея), в крещении Ивана, коломенского воеводы. Будучи воеводой Переяславского полка, Андрей Иванович Серкизов погиб как герой в 1380 году на Куликовом поле.

Очевидно, село это принадлежало Серкизовым недолго, потому что в книге «Преображенское и окружающие его места, их прошлое и настоящее», которую составил и издал в 1895 году П.В. Синицын, первым владельцем древнего подмосковного села Черкизово в XIV столетии назван другой человек – Илья Озаков (Азаков). Он тоже был выходцем из Золотой Орды, татарином, добровольно принявшим Православие.

Имя Озаковых встречается еще в связи с митрополитом Киевским Михаилом. Так, в числе сопровождавших на поставление митрополита Михаила (Митяя) в Константинополь в 1377–1379 годах был Сергей Озаков, родной брат владельца Черкизова Ильи Озакова[1].

Известно еще, что в 60-х годах XIV столетия Илья Озаков продает свои подмосковные села и деревни святителю Алексию, Московскому митрополиту, выдающемуся русскому церковному деятелю из рода Бяконтов. Среди них упоминается село Черкизовское, отданное по духовному завещанию митрополита «в монастырь Святого Архангела Чюда» в 1378 году и «Алымово то ж», принадлежащая с XVI века Чудову монастырю. Возможно, что эта носящая татарское имя деревня Алымово, позже называвшаяся селом Богородским по устроенному в ней храму во имя Успения Пресвятой Богородицы, в те годы относилась к Черкизову. Таким образом, село Черкизово на речке Сосенке становится одной из главных вотчин кафедрального московского Чудова монастыря с обширным монастырским (владычным) двором и развитым монастырским хозяйством[2].

Как пишет С.Б. Веселовский в книге «Подмосковье. Памятные места», «Черкизово было очень крупным владением – не менее 2000 десятин… на этой территории упоминаются 10 селений и 36 пустошей, что некогда тоже были деревнями. Из этого можно заключить, что Черкизово в XIV–XV вв. было окружено множеством мелких деревень-хуторов, с течением времени ликвидированных»[3].

Но именно Илье Озакову мы обязаны ныне существующим черкизовским храмом, который, никогда не закрывался, хотя в советское время многие церкви по всей России были варварски снесены с лица земли. А Илиинский храм уцелел. С древних времен и поныне оглашает он восточные окрестности столичного града своим колокольным звоном.

Правда, в тридцатые годы весь старинный подбор колоколов был изъят и только в 2006 году на московском заводе «ЗИЛ»[4] были отлиты и переданы в дар храму новые колокола.

В годы Великой Отечественной войны верующие и духовенство храма собрали один миллион рублей на сооружение самолетов, так как принято считать, что пророк Божий Илия является покровителем авиации. Деньги эти были переданы лично И.В. Сталину, который в ответ направил благодарственную телеграмму.

Но, возвращаясь к древней истории, заметим, что изначально поставленная на высоком холме Ильей Озаковым во имя своего небесного покровителя пророка Илии церковь была деревянной. Как и отстроенную значительно позже нынешнюю белокаменную, ее было видно далеко окрест. И в праздники, и в будни по протоптанным со всех сторон холма тропинкам сюда стекался народ Божий. Не только с близлежащих подмосковных деревень, но и из самой Златоглавой ехали в Черкизово на богомолье православные христиане. Особенно много собирал этот древний храм в Ильин день, в свой престольный праздник, так что от карет, тарантасов, двуколок было не продохнуть. Вероятно, веками намоленное место это и ходатайство перед Богом святого пророка Илии принесли свои плоды: пережив войны и революции, годы лихолетий и богоборчества, храм выстоял «всем смертям назло»[5]. Ведь, к слову сказать, и другой московский храм, тоже названный во имя пророка Божия Илии, который находится в центре столицы, в Обыденском переулке, также никогда не закрывался. Кто-то может посчитать это простой случайностью или счастливым совпадением, но у людей верующих на этот счет имеется своя вполне определенная точка зрения.

Святитель Алексий, правивший в сане митрополита Московского с 1354 по 1378 годы, купил у Ильи Озакова это село на свои келейные деньги. Позже эту куплю закрепил жалованной грамотой князь Василий Темный (1425–1462). Неслучайно в переписных книгах XVII века село Черкизово называют «чудотворца Алексия вотчиной».

«С того времени, конечно, уже не одна церковь сменила другую, пока, наконец, не была сооружена в 1690 году каменная с приделом во имя святителя Алексия, митрополита Московского. В недавнее же время устроен еще придел во имя Воздвижения Честнаго Креста Господня и сооружена новая колокольня», – сообщает в своей книге П.В. Синицын.

По этим же сведениям, Черкизово впервые встречается нам в духовной грамоте святителя Алексия, найденной митрополитом Платоном в Чудовом монастыре в 1779 году, где сказано, что «сельцо куплено «на мое серебрецо»[6].

В те далекие годы Черкизово было весьма отдаленной от шумной Москвы окраиной. Здесь все располагало к уединению и отдыху на природе в окружении лесных дубрав, расположенных вдоль живописной речки Сосенки, притоке Яузы. Для митрополита Алексия была построена архиерейская дача, куда он обычно приезжал в теплое время года. Это место служило летним пребыванием как для него самого, так и впоследствии для его преемников. «Царь Иоанн Васильевич с царевичами в 1564 году ездил в Черкизово на охоту», – упоминает в своей книге П.В. Синицын.

Напомним, что с самого начала митрополит Алексий завещал свое село Чудову монастырю, которое оставалось за ним до 1764 года. «Для заведывания хозяйственными делами в этом селе жили посельской и житейной монахи, также и целовальник. В 1764 году вотчины от монастырей были отобраны, тогда и черкизовские крестьяне поступили в ведомство Коллегии-экономии, под именем экономических; за Чудовым монастырем остались только земли под архиерейским домом, оброчная мельница на пруду и несколько угодий»[7].

С 1764 года храм во имя святого пророка Божия Илии выходит из состава подворья и становится приходским храмом.

Постройка каменного черкизовского храма относится ко времени правления приснопамятного Патриарха Адриана – последнего патриарха допетровской поры.

Под его мудрым руководством были перестроены все монастырские здания, возведено несколько храмов, а поскольку Черкизово в те годы считалось вотчиной этой московской обители, то, надо полагать, и внимание ему уделялось соответствующее. По всей вероятности, строительство Илиинского храма приходится на 1689–1690 годы. Так, по свидетельству известного русского писателя XVII–XVIII веков Кариона Истомина, 18 июня 1690 года новопостроенная церковь святого пророка Илии в Черкизове была освящена наместником Чудовской обители архимандритом Иоасафом и келарем Германом Лутохиным соборно и «украшена всякою лепотой»[8]. Летописи этого периода сообщают также и о приходском кладбище, где стояла деревянная часовенка.

Чудов монастырь (старое фото)

Надо сказать, что с конца XVII – начала XVIII веков наблюдается рост населения села Черкизово, в связи с чем увеличивается число прихожан, а сам храм становится более благолепным.

По описи 1701 года церковь в Черкизове выглядит примерно так: «…каменная во имя Пророка Илии, да в приделе Алексея митрополита с трапезою… в алтаре две оконницы, да в церкви одна оконница стеклянные… да в трапезе в окнах три оконницы стеклянные, печь мурамленая, да на трапезной стене колокольня каменная, а на ней пять колоколов»[9].

Спустя почти сорок лет после этой дошедшей до наших дней записи идет следующая, из которой можно ясно представить, каким было тогда село и проживающие в нем люди. «В 1739 г. в селе Черкизове при церкви Святого Пророка Божия Илии Чудова монастыря находились дворы: священника, дьячка и сторожа. В монастырском дворе проживали семьи дворника (управляющего от монастыря), монастырских слуг, конюхи. В селе находились крестьянские и бобыльские дворы. При церкви в приходе числилось сельцо Богородское с проживающими там крестьянами и бобылями и деловые люди, работающие на Московской бумажной фабрике (99 душ мужского пола и 97 женского). Всего в приходе обреталось 34 приходских двора с населением более 420 душ. В 1746 году при Илиинской церкви упоминаются дворы попов, дьячков, просвирницын, сторожа, монастырского двора конюхов, «того ж села крестьяне»[10].

По указу императрицы Елизаветы Петровны и по решению Святейшего Правительствующего Синода, монастырь Чуда Святого Архистратига Михаила в Колосах из ставропигиального митрополичьего монастыря с учреждением в нем кафедры московского митрополита превращается в кафедральный московский Чудов монастырь с резиденцией митрополита Московского. В связи с этим возрастает и значение села Черкизова. По переписи 1744 года в нем, совместно с сельцом Богородским числилось крестьянских душ мужского пола 105, «к тому селу и сельцу по писцовым дачам земли 736 четвертей в поле, а в дву потому ж, во оном селе и сельце 10 осмаков (тягол), а поскольку в каждом осмаке душ числится – известия не имеется. Сенных покосов 350 копен. Лесу рощи 5 десятин. Лесу непашенного 16 десятин. При том же селе Черкизове на речке Сосенке имеется о трех поставах мельница»[11].

В исповедной ведомости Илиинской в селе Черкизове церкви за 1754 год священник Илия Матвеев докладывает, что в приходе состоят дворы: священника, пономаря, отставного гвардии капрала Ивана Татаринова, монастырских служителей (дворника Федора Осипова, конюхов, слуг, крестьян). Всего в приходе в указанном году числилось 33 двора с населением 235 душ. В выше названной описи значится, что в 50-е годы XVIII века в приходе церкви состояла Московская бумажная фабрика, принадлежащая известному купцу Матвею Кроткову, затем его сыну Василию Матвееву и детям его Варлааму, Льву, Исмаилу, Аполлосу и Николаю.

В исповедных ведомостях упоминаются мастера и ученики бумажной фабрики[12].

В позднейшее время, по сведениям того же исследователя П.В. Синицына, сельцо Черкизово особенно полюбили митрополиты Московские Тимофей (Щербацкий) и Платон (Левшин).

«Первый там построил, на берегу запруженной Сосенки, архиерейский дом, вместо прежнего, а другой хотел было основать Вифанскую обитель, но встретил препятствие со стороны крестьян. Вскоре по выступлении неприятеля из Москвы, в 1812 г., в этом доме помещался викарий московский Августин[13], не нашедший себе пристанища на сожженных подворьях в Москве; туда же к нему явилось оставшееся в столице духовенство и с радостью встретило его»[14].

Вид села Черкизово с западной стороны (фото из книги П.В. Синицына, 1895)

Переделки и перестройки

Храм

За свою многолетнюю историю черкизовский храм строился и перестраивался неоднократно.

В 1821 году он был отремонтирован при участии знаменитого московского архитектора Матвея Федоровича Казакова. К его центральному куполу были пристроены четыре боковые главки. К 1825 году был расширен северный придел, который освящен митрополитом московским Филаретом (Дроздовым) в имя митрополита Московского Алексия.

В те стародавние времена перестройки проводились с особой осторожностью, обязательно учитывался тот факт, что церковь эта является древнейшим памятником русского зодчества. Об этом в частности свидетельствует дошедшее до наших дней архивное дело от 1879 года. Прежде чем «возвысить на две сажени колокольню», необходимо было собрать все необходимые бумаги на такую переделку. За этот вопрос тогда отвечало Московское Археологическое общество, куда и было адресовано письмо Московской духовной Консистории, написанное от имени священнослужителей, церковного старосты и прихожан Илиинской церкви подмосковного села Черкизово, которое официально относилось к Московскому уезду.

Колокольня, устроенная священномучеником Владимиром

Строительное Отделение Московского Губернского правления, куда сначала был «препровожден для рассмотрения план, отношением от 31 минувшего мая за № 592», прежде всего, хотело уточнить, относится ли черкизовский храм к числу памятников старины и в какой степени. Поэтому, со своей стороны, оно уведомляет Консисторию о том, что ей, «в виду неоднократных Высочайших повелений о сохранении памятников древности», надо предварительно провести все согласования по поводу перестройки храма.

«Посему Консистория, препровождая при сем план на предполагаемое распространение Ильинской церкви, просит от Московского Археологического Общества уведомления, следует ли церковь св. Илии Пророка причислить по каким-либо историческим воспоминаниям к памятникам древности и можно ли будет дозволить распространить оную согласно представленному плану», – написано в обращении Консистории.

В нем также сообщалось, что Илиинская, в селе Черкизове, церковь построена, как следует из приложенной к посланию справки Консистории, тщанием московского кафедрального Чудова монастыря и представляет собой каменное здание с такой же колокольней и двумя престолами. Одно – во имя святого пророка Божия Илии, другое – во имя святителя Алексия, митрополита Московского.

Несколько месяцев спустя был получен ответ за подписью двух архитекторов (к сожалению, подписи неразборчивы). Цитируем: «По поручению Московского Археологического Общества мы осмотрели церковь пророка Илии в селе Черкизове под Москвой и нашли, что главная средняя часть ея принадлежит древнейшим памятникам московской архитектуры и что церковь была перестраиваема не менее двух раз, при которых последняя перестройка должна называться искажением».

К первоначальной постройке, как следует из акта осмотра, относятся четыре стены квадрата церкви. А вот так называемого искажения коснулась ее северная сторона.

«Эта церковь по времени своей постройки относится к XVI века и уцелевшие до наших времен остатки ея должны быть охранены от дальнейших искажений, – писали архитекторы, полагая, что в конце XVII века к древней церкви был пристроен придел с северной стороны и трапезная во всю ширину этого придела и древней церкви. В это же время был перестроен алтарь в теперешний троечастный, – причем два полукружия составили алтарь древней церкви, а одно, северное – алтарь придела. На горнем месте главного алтаря, в простенке между двумя полукружиями, устроена впадина для епископского седалища».

По их предположению, перестройка алтаря одновременно с перестройкой придела и трапезной была произведена с целью расширения, так как алтарь стал намного больше, были убраны дуговые перемычки с окон, которые после этого тоже стали побольше, приняв прямоугольный вид[15].

К позднейшим искажениям относится перестройка верхней части и шатра колокольни. «Еще позднее, судя по стилю, была искажена северная стена храма, – в ней был пробит широкий пролет, разделенный на 3 части дорическими колоннами; к этому же времени должно отнести переделку кровли, в которой сделаны четыре деревянные фронтона с деревянными же карнизами», – отмечалось в документе.

Вместе с тем архитекторы высказывали замечания к чертежам на новую переделку церкви. Так, по их расчетам, нельзя допустить перестройку южной стены храма, где предполагалось сделать большой пролет с дорическими колоннами, подобный пролету северной стороны, убирая дверь и окно, потому что в результате этого могло произойти окончательное уничтожение древнего памятника. По их выражению, не должны произойти «сломка и перестройка» более поздних пристроек – северного придела и трапезной XVII века. Эти сооружения надо привести в свой первобытный вид.

Однако, несмотря на все замечания, в целом предстоящие работы по возвышению колокольни архитекторами были поддержаны. Хотя и со своими конкретными, без какого-либо пафоса, пожеланиями, в которых чувствуется и неординарная личность этих неравнодушных к отечественной истории людей, и их неподдельный патриотизм: «Желательно, чтобы в новых ея формах составитель проекта в отделке пролетов и в деталях карнизов и других архитектурных украшений, принял за образец детали существующей церкви как представляющие хорошие образцы древнего русского зодчества, достойные подражания и по художественному своему достоинству превосходящие современные измышления; также желательно, чтобы деревянные фронтоны и надстройки над шеями глав были уничтожены и восстановлен был прежний вид, по крайней мере, тот, какой имела церковь до последнего искажения»[16].

Престольный праздник в Черкизово. Начало ХХ в.

Вид на храм со стороны архиерейского пруда. Конец XIX в.

Позднее, и в 1888, и в 1894 годах храм снова подправлялся, ремонтировался, менялся, о чем свидетельствует дошедшая до наших дней переписка, сохраненная в Центральном государственном историческом архиве г. Москвы. Вот один из примеров, когда обновление коснулось внутреннего убранства храма.

В конце февраля 1908 года Московская духовная Консистория вновь обратилась с письмом в Московское Археологическое Общество, в котором от имени причта, старосты и представителей прихожан Илиинской церкви просила разрешить им «промыть во всем храме и, где понадобится, подправить стенопись, промыть и подзолотить иконостасы как в главном, так и в пределах, и киоты, стоящие в разных местах храма; высеребрить, а некоторые позолотить подсвечники перед святыми иконами, посеребрить и местами позолотить металлическия одежды на св. престолах» и в непродожительное время уведомить ее, «не встречается ли со стороны Московского Археологического Общества препятствий к производству вышепоименованных работ»[17].

К этому письму были приложены три сметы, копии которых хранятся в приходском архиве храма.

Менее чем через месяц, 17 марта того же 1908 года, Императорское Московское Археологическое Общество ответило, что не встречает препятствий для проведения всех перечисленных работ, но для наблюдения за ними назначает со стороны Общества своих членов: Сергия Дмитриевича Милорадовича и Зиновия Ивановича Иванова. В первое десятилетие после Октябрьской революции здесь все было по-старому. В притвор храма под колокольней спускалась веревка от одного из средних колоколов. До 1929 года, пока не запретили колокольный звон, во время службы в этот колокол прямо из притвора звонарь ударял в нужные по церковному уставу моменты. В одно из празднований Пасхи у самого большого колокола, занимавшего почти все пространство центральной части звонницы, сорвался и упал язык, своей тяжестью он проломил пол и застрял там.

В тридцатые годы весь ранее существовавший подбор колоколов был изъят. Но в 2006 году отлитые на заводе «ЗИЛ» колокола были переданы в дар черкизовскому храму, поэтому сегодня православных жителей Восточного округа Москвы на церковное богослужение вновь созывает колокольный звон.

В советское время в храмовое здание входили, как и положено, через западные двери лицом к алтарю, но в ограду храма можно было попасть только через южные ворота, со стороны Стромынской дороги. Сейчас тот же вход, с юга.

Исстари на праздник Крещения Господня шли крестным ходом через западные ворота к архиерейскому пруду, где устраивалась Иордань, происходило водоосвящение и купание православных. Но в настоящее время этот пруд уже не используется для этой цели, так как там начаты работы по его углублению и очистке. Власти города обещают соорудить мост, который свяжет находящиеся за прудом улицы микрорайона с храмом.

В советские годы черкизовский храм неоднократно собирались закрывать, одна из таких угроз нависла уже во второй половине прошлого столетия, когда на восточную окраину Москвы потянули линию метрополитена. Но чудом Божиим храм и в этот раз устоял.

Поскольку церковь то и дело собирались закрывать, она долго находилась без ремонта. Но когда состояние ее дошло почти до критического, власть, наконец, вспомнила об этом древнем памятнике архитектуры, который, как видно из таблички, прикрепленной к фасаду здания, охраняется государством.

В приходском архиве сохранился отчет за подписью архитектора Л. Ненаглядкина о ремонтных работах, выполненных в 1967 году. Тогда по составленной смете бригадой, возглавляемой А. Сажиной, были заменены разрушенные кровельные покрытия колокольни, четверика и трапезной.

В отчете говорится, что для проверки конструктивной устойчивости и золочения сняли кресты и подкрестные яблоки колокольни и четверика, из чего стало ясно, что металл на яблоках, выполненных из меди, несмотря на время, хорошо сохранился, поэтому там были пропаяны только швы. Но зато годы не пощадили гнезда для установки крестов, поэтому их пришлось полностью заменить. Сами деревянные кресты были заново обшиты листовой медью. Работы по ремонту и золочению яблоков и крестов проводились внизу, в закрытом помещении, а потом возвращены на прежнее место.

При ремонте кровли, особое внимание было уделено ремонту и замене разрушенных поясков, сандриков и сливов кровли. Вместе с тем, архитекторы отмечали, что стены памятника были оштукатурены по кирпичу, а штукатурка наличников окон с кокошниками выполнена весьма примитивно. При этом, глубокого исследования на раскрытие первоначальных форм наличников не проводилось.

«По оштукатуренной поверхности многократно проводилась окраска разными красителями, – известковая, масляная, силикатная и даже местами ПВХ. Этот состав красителей затруднял работу по полной очистке штукатурки, – сообщается в отчете. – Общее состояние штукатурки на гладких поверхностях хорошее. Волосяные принципы образовались давно, а шпаклевка, которой время от времени затирали трещины, после высыхания вновь образовывала трещины. Но общая поверхность стены выглядит хорошо. Наибольшие разрушения имеют штукатурные карнизы, наличники окон, подоконные сливы. Особенные разрушения в местах протечки. При ремонте штукатурка восстановлена в местах наибольших разрушений, где не требовалось ремонта кирпичной кладки»[18].

В акте приемки работ записаны рекомендации, которые необходимо выполнить при следующих ремонтах этого памятника архитектуры. Среди них – восстановление разрушенных мест кирпичной кладки в фигурных карнизах восьмерика колокольни и карнизах трапезной.

«При выполнении подобных работ в будущем желательно обязать заказчика выполнить работы по фрагментарному обследованию памятника, выполнению обмеров фасадов и плана для составления проекта его реставрации. В связи с проводящейся реконструкцией территории Черкизовской улицы и парка памятник, стоящий на возвышении, приобретает значение архитектурной доминанты. И его реставрация в первоначальных формах обогатит архитектурный силуэт района», – написано архитектором Л. Ненаглядкиным в составленном им отчете.

В 1982 году силами приходской общины под руководством настоятеля храма митрофорного протоиерея Алексея Глушакова началась внутренняя реставрация черкизовского храма, его росписей и икон, а также строительство рядом с церковью дома причта. Вместо ветхих деревянных построек 1912 года было отстроено новое кирпичное здание. С 1996 года в нем размещена крестильня с баптистерием для взрослых. Было произведено мощение части территории храма гранитной брусчаткой. Кстати сказать, во время разборки старых строений была найдена утерянная раннее икона святого пророка Божия Илии.

Реставрация главного иконостаса центрального Крестовоздвиженского придела была проведена силами реставратора Венедикта Степановича Суворова из Санкт-Петербурга и художника Сергея Леонидовича Захаренкова (+2004). В течение трех лет, начиная с 1986 года, иконостас был целиком, ряд за рядом, разобран. Оказалось, что он полностью был сохранен в своем первоначальном виде. По благословению архимандрита Иннокентия (Просвирнина)[19], который в этот период был направлен в помощь храму Илии пророка, были заново расписаны подкупольные своды древнего четверика в технике настенной фрески конца XVII века.

В начале нового тысячелетия храм был обнесен новой кованой оградой на кирпичных столбах с двумя воротами, какая была здесь в конце XIX в. Но любая древность, и черкизовский храм тут не исключение, требует постоянного ухода и больших вложений. Как со стороны прихожан, так и со стороны государства, под охраной которого находится этот уникальный памятник русского зодчества.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ивина Л.И. Крупная вотчина северо-восточной Руси конца XIV – начала XV вв. М., 1979.

Вернуться

2

Скворцов Н.А., прот. Уничтожение в Московском уезде церкви. М., 1902.

Вернуться

3

Веселовский С.Б. Подмосковье. Памятные места. М., 1955.

Вернуться

4

Завод имени Лихачева – старейшее автомобильное предприятие России.

Вернуться

5

Цитата из стихотворения военных лет «Жди меня, и я вернусь» (1941) поэта Константина Симонова (1915–1979), которое он посвятил своей жене, популярной советской киноактрисе Валентине Серовой.

Вернуться

6

Здесь и далее везде старинный текст в цитатах адаптирован под современного читателя с использованием ныне действующего алфавита русского языка (авт.).

Вернуться

7

Из книги Синицына П.В. Преображенское и окружающие его места, их прошлое и настоящее. М., 1895.

Вернуться

8

Вайнтрауб Л.Р., Дубовенко Б.Б. Историко-архивные материалы по церкви Пророка Ильи, богадельни и архиерейской дачи в Черкизове, в Москве. М., 1993.

Вернуться

9

Холмогоровы В. и Г. Исторические материалы о церквях и селах XVI–XVIII ст. – Вып.5. Радонежская десятина. М., 1887.

Вернуться

10

Вайнтрауб Л.Р., Дубовенко Б.Б. Историко-архивные материалы по церкви Пророка Ильи, богадельни и архиерейской дачи в Черкизове, в Москве. М., 1993.

Вернуться

11

Там же.

Вернуться

12

Там же.

Вернуться

13

Преосвященный Августин прибыл из Мурома в село Черкизово 31-го октября, а 7-го ноября переехал на жительство в Сретенский монастырь. К празднику Рождества Христова преосвященный переехал в Богоявленский монастырь, а затем, по исправлении архиерейских покоев на Саввинском подворье (где, во время пребывания в Москве неприятеля в 1812 году, эконом и священник были жестоко избиты от врагов), поселился там в конце 1813 года. В 1815 году, с устройством Троицкого, что на Самотеке, подворья (оно в 1812 году, во время всеобщего пожара Москвы, тоже сгорело) Преосвященный в Троицын день переместился на означенное подворье. – прим. из книги Синицына П.В. Преображенское и окружающия его места, их прошлое и настоящее. М., 1895.

Вернуться

14

Синицын П.В. Преображенское и окружающия его места, их прошлое и настоящее. М., 1895.

Вернуться

15

Материалы из архива ЦГИА г. Москвы, ф.454 (Московское археологическое общество), оп.3, № 79, 26 л.

Вернуться

16

Материалы из архива ЦГИА г. Москвы, ф.454 (Московское археологическое общество), оп.3, № 79, 26 л.

Вернуться

17

Там же.

Вернуться

18

Архитектор Ненаглядкин Л. Отчет о ремонтных работах на фасадах памятника архитектуры XVII в. ц. Ильи пророка/Штатная горка, 17.

Вернуться

19

Архимандрит Иннокентий (1940–1994), в схиме Сергий (Анатолий Иванович Просвирнин) – богослов, издатель, миссионер.

Вернуться