Эльмира Шабурова
Света Лана против корпорации «Миллениум»

Глава первая

“Я проснулась, опять, какой кошмар!” – Подумала я и села на кровати.

Вот уже много лет я просыпаюсь в своей комнате в общежитии и думаю о том, как же я замучилась просыпаться.

Позвольте представиться, я Света Лазарева, мне тридцать пять лет и вот уже тридцать пять лет, мне не везет по жизни.

Выросла я в детдоме, закончила с трудом колледж по профессии офис-менеджера, но и дня не проработала по этой профессии. Моя учительница русского языка сразу сказала, с моим талантам делать три ошибки в слове из трех букв, лучше заниматься чем-то другим.

И я занималась, я была чемпионом клининговой компании по скорости уборки офисов и главное качество от этого не страдало. Но компания, в которой я работала разорилась, и я оказалась безработной.

Встав с кровати, я подошла к старому зеркалу с отколотым углом и посмотрела на свое заспанное, помятое лицо и попыталась улыбнуться.

– С сегодняшнего дня тебе начнет везти. – Сказала я самой себе.

Взяв полотенце, я вышла из комнаты и шаркая тапками, пошла в душевую комнату располагавшаяся в конце темного закопченного долгими годами курения в этом самом коридоре. Я сама никогда не курила и потому запахи коридора терзали моё обоняние.

– Светка, ты чего так рано выползла из своей берлоги? – Спросила меня Баба Маня, жившая в комнате напротив и все пытавшаяся сосватать мне своего сына, алкаша.

– На работу, – буркнула я.

– Ой, неужто взяли! – Всплеснула старуха руками и засеменила рядом со мной. – Там же зарплата аж жуть, говорят, кого попало не берут. Только нужна ента, как ее, характеристика. А тебя взяли-таки. Ох и пробивная ты баба, вот бы моему Петьке такую.

– Баб Мань я в душ, – сказала я привязавшейся старухе.

– И чего и жилплощадью обеспечат? – Не отставала баба Маня, не пропуская меня в душевую.

– Для получения жилплощади нужно отработать полгода без нареканий, – ответила я ей и наконец сумела проскользнуть в душевую комнату и запереть дверь.

Как же я устала от этой общажной жизни и беспросветной нищеты.

Я повесила старое полотенце на крючок и снова взглянула на себя в зеркало, весила я уже килограммов восемьдесят, а все моя страсть к булочкам и молочку к ним. Волосы коротко острижены и окрашены хной в ядреный рыжий цвет, я уже и не помнила какие у меня на самом деле волосы, вроде каштановые. Глаза зелёные и тусклые, жизнерадостность в них живет разве только в день зарплаты, а до нее еще ох как далеко. Нос картошкой, правая бровь рассечена, в детстве с мальчишками подралась. В зеркале на меня смотрела баба без надежды на что-то хорошее, и все же сегодня важный день и я должна быть у проходной ровно в полвосьмого и потому нужно поторопиться. До нового места работы идти недалеко, в нашем городке все недалеко, максимум минут сорок в нормальном темпе от одного конца города до другого.

Тем и удивительнее, что эта корпорация открыла свой офис у нас в городе, а не в близлежащем районном центре и тем более не в столице. Но для меня эта корпорация единственная надежда на улучшение в жизни, на какие-то перспективы. Там есть курсы повышения квалификации, можно получить корпоративную квартиру, если работать, как следует и главное зарплата у них просто фантастическая. На прежней работе я столько зарабатывала за три месяца работы без выходных и праздников. Так что я собиралась держаться за эту работу и руками, и ногами, и зубами.

Одев новую футболку, прибережённую, как раз для такого случая и натянув последние целые джинсы, я схватила сумку с документами и выбежала на улицу. Было еще темно, апрель был удивительно теплым и можно было уже не одевать куртку. Местная шпана еще не скоро проснется, а пьянчуги уже давно спят, недобудимым пьяным сном. Но все же, я зажала обрезок трубы в двадцать сантиметров длиной в правой руке, а левой рукой прижала к груди сумку с документами и побежала. Наш квартал почти не освещался и мне нужно было пробежать только восемь пятиэтажных домов, стоящих вдоль дороги, промчаться через самый темный переулок и выбежать на освещенную дорогу с тротуаром, на котором уже есть люди, спешащие, как и я к огромному зданию корпорации. Издалека это здание выглядело, как новогодний шар с елки, огромный шар, почему-то закопанный в землю на одну треть.

Он состоял из пятидесяти этажей и каждый третий этаж имел прозрачные окна, в которых были видны растения зимних садов и зоны отдыха для работников, а еще кафетерии и спорт залы. В общем здание корпорации Миллениум сильно выделялось на фоне стандартных девятиэтажек и пятиэтажек времен советского союза, а еще на фоне почти разрушенной кондитерской фабрики, этот яркий новогодний шар казался издевательством над горожанами. Потому что на работу местных почти не брали. Устроиться в корпорацию можно было только по блату и то если повезет, потому что начальники корпорации предпочитали набирать работников из приезжих.

Но сегодня я чувствовала, что у меня началась полоса везения, во сне мне приснилось, будто я плыву на гондоле по каналам Венеции, на мне приличное платье и у меня такое чувство, что у меня все схвачено, за все заплачено и я могу себе позволить даже черную икру с вином и чем там еще балуют себя богатеи.

А у проходной для обслуживающего персонала собралась уже небольшая толпа и многих из них я знала. С кем-то уже доводилось работать, а кто-то был моим конкурентом. Пара женщин уже сцепились языками за место в очереди, и я отошла в сторонку, терпеть не могла все эти крики и биение пяткой в грудь, в попытке доказать свое превосходство. Тем более я точно знала, очередь занимать бессмысленно. Петрович, помогающий мне попасть в корпорацию и работавший там уже два месяца, предупредил меня сразу, что сейчас служба по найму работников и служба безопасности, за нами наблюдает и тех кто будет вести себя, как эти две орущие на всю улицу бабы, не возьмут точно. Вызывать всех будут пофамильно и не важно ночевал ты под дверью, с вечера заняв место или пришел в последний момент, корпорация сама решает у кого какая очередь.

На моих часах минутная стрелка дошла до шести и дверь открылась. Все сразу замолчали.

На пороге стоял молодой парень в синей форме охраны и оглядел нас веселым взглядом человека, имеющего пусть маленькую, но власть над другими людьми.

–Ну, чего доходяги, работать хотца? – Спросил он и достал бумагу со списком везунчиков. – Проходят только те, кого назову, по три человека. Кого не назову, ждите, может и вам повезёт. Итак Сахаров, Давыденко и Лазарева.

Он назвал мою фамилию, а у меня аж коленки затряслись, я вытерла вспотевшие ладони о джинсы и вышла вперед, демонстрируя раскрытый паспорт.

– Я Лазарева. – Сказала я и охранник пропустил меня в помещение.

Мы шли по коридору окрашенного в серый цвет и проходили мимо перекрестков с другими коридорами, один был окрашен в синий, другой в желтый с красной полосой посреди стены, третий коридор был зеленым.

– Запомните, у каждого из вас будет допуск в определенную зону здания, они разделяются по цветам и никогда не смейте покидать свою зону, если вас поймают не в своей зоне вас уволят, если вы будите общаться с людьми не из своей зоны вас уволят, если вы будите проявлять излишнее любопытство вас уволят. – Охранник говорил, а я кивала головой, как делала каждый раз, когда пыталась запомнить инструкции начальства.

Наконец охранник подвел нас к двери с табличкой – “Отдел подписания контрактов и договоров”. Он больше ни сказал ни слова, а просто открыл дверь и жестом предложил войти.

В небольшой комнате, квадратов так в двадцать, находилось три рабочих стола, заваленных всякими бумагами и трое мужчин в форме охраны, сидели у затененного окна и внимательно нас рассматривали. Женщины за столами улыбнулись почти, естественно, и предложили нам сесть.

Петрович велел вести себя спокойно и уверенно, говорить громко и чётко, если возникнут вопросы спрашивать сразу. Я села на стул перед столом в центре и сложив руки поверх сумочки посмотрела на женщину передо мной.

– Фамилия? – Почти механически спросила она.

– Лазарева Светлана. – Сказала я и посмотрела на фирменный календарь корпорации. С картинки календаря на меня смотрел молодой красивый парень, с мягкой и нежной улыбкой и я неожиданно решила, что его зовут Джул.

– Ваш паспорт и заполненный договор, пожалуйста, – Сказала женщина, сидевшая за столом, и я на автомате отдала ей документы. Вчера мы с Петровичем, очень медленно и внимательно заполнили страницы с моими данными. Петрович следил, чтоб я ничего не напутала и не наделала ошибок.

Он вообще был хорошим мужиком и часто помогал мне, я напоминала ему его покойную дочь. Мы с ним познакомились на прежней работе, он был таким же уборщиком, как и я, только ему уже было пятьдесят семь лет и кроме меня у него никого не было, ни родных, ни друзей. Вот он и подсуетился чтоб меня взяли в его отдел, когда там появилась вакансия.

– Вас рекомендовал Петр Петрович Сизых? – Спросил один из охранников, и я кивнула утвердительно.

– Натусь, прогони даму по ускоренной программе, – попросил охранник мою собеседницу, – Петрович за нее ручается.

– Парни, вы прекрасно знаете процедуру, я не хочу лишиться работы из-за вас и Петровича. – Ледяным тоном ответила та и посмотрела на меня так, что я поняла, этот охранник может все только испортить.

– Делайте, как положено, – Быстро сказала я ей, – Порядок есть порядок и нарушать его нельзя.

Женщина мне улыбнулась дежурной, ледяной улыбкой и протянула мне несколько листов. Я посмотрела на название документа и удивленно уставилась на собеседницу и на охранников.

– Что это? – Спросила я ее.

– Соглашение о неразглашении. Корпорация заботится о своих секретных разработках и о своих сотрудниках. Работая в офисах и не только, вы можете, что-то услышать, или что-то увидеть, и корпорация хочет быть уверенной, что вы не станете рассказывать кому бы то ни было о том, что узнали. За разглашение корпоративных тай вы будите нести административную и уголовную ответственность. Прочитайте и распишитесь. Один экземпляр для вас, один для нас.

Я не стала читать и поставила подпись на обоих экземплярах рядом с тремя печатями и подписью загогулиной, начальника службы безопасности.

Свой экземпляр убрала в сумку и посмотрела на женщину, та протянула мне объемную книжку и сказала:

– Вот ваши инструкции, господин охранник проводит вас к вашему начальнику и уже он объяснит вам в подробностях ваши права и обязанности.– Голос ее был почти как у робота, потом она повернулась к охранникам и спросила,– Доволен? С тебя шоколадка, а лучше тортик.

– Спасибо Натусик, с меня тортик. – Охранник, сидевший в центре, вскочил на ноги и предложил мне покинуть отдел договоров через другую дверь.

– Тебе повезло, Натусик сегодня в хорошем настроении, – Хохотнул мой сопровождающий, – Обычно она мурыжит людей минут по сорок, все проверяя и перепроверяя, придираясь к каждой закорючке и заставляя переписывать все по паре раз. Меня кстати Семеном зовут.

– Светлана, – ответила я.

– Ты не волнуйся, тут хорошо, да и к вам уборщикам относятся хорошо. Ты попала в отдел Петровича и это хорошее место, от секретов и тайн подальше, будешь в основном в кафешках и зимних садах убираться, да в офисах бухгалтерии. Вот тем, кто в красном и желтом секторе работают, тем не позавидуешь, говорят у них даже дома прослушка стоит.

– Пусть стоит, – сказала я, – лишь бы платили и дали возможность отучиться и получить новую должность.

– О, это не проблема, у Петровича место так и освободилось. Девочка закончила какие-то курсы и ушла работать в желтый сектор. Видел ее недавно, ходит довольная, принарядилась, причёску сделала, прям красоткой стала.

Охранник еще что-то говорил, а я, слегка приотстав поморщилась от резкой боли в области висков. Мы вошли в огромный сферо-образный холл и я обалдело посмотрела на верх. Внутри здание тоже повторяло шарообразную форму за счет открытых галерей. В нескольких местах в холле были расположены прозрачные трубы лифтовых шахт, а еще там были островки зелени скрывавшие кафетерии и зоны для общения с теми, кого не пускают дальше холла.

Все было богато украшено, много хромированного железа, какие-то современные инсталляции и скульптуры…

А откуда я знаю слово инсталляции? И почему у меня ощущение дежавю, почему у меня такое чувство, что я уже была в этом холле или в почти таком же?

– Эй не отставай, – позвал меня охранник, – еще успеешь налюбоваться всем этим, а начнешь все это отмывать, так еще и надоедят все эти сияющие железки.

– Иду, – коротко ответила я и постаралась больше не отставать.

Вески пекло и было ощущение, что там в голове что-то вот-вот лопнет.

“Похоже все-таки перенервничала.” – Подумала я и увидев Петровича кинулась в его почти отцовские объятия.

– Ну, вот и хорошо. – Сказал старик, от него пахло корвалолом и лосьоном после бритья. Я не стала спрашивать почему от него пахнет корвалолом, не любил он таких вопросов и сильно обижался если я к нему лезла с расспросами по поводу его здоровья.

Петрович долго водил меня по местам, где я должна была работать и знакомил с теми, кто должен был знать меня в лицо, а еще рассказывал, куда можно совать свой нос, а куда нет. Под конец инструктажа он выдал мне мой ключ карту с допуском в зеленую зону и показал женскую раздевалку.

– Придется тебе Светик, начать работать уже сегодня. В желтой зоне уволили двух дур, полезших устраивать личную жизнь с местными мелкими босиками и в результате потеряли работу. – Со вздохом сказал Петрович, приобняв меня за плечи. – Моих двух парней перевели в “желток”, так мы называем желтую зону, так что работать некому. Твой шкафчик номер семь, форма и обувь уже там, а где инструмент и рабочий материал брать, ты уже знаешь. Так что с первым рабочим днём.

Он ушел, чмокнув меня в лоб, и я вошла в раздевалку и аж к стене прижалась. Было такое ощущение, что я не раз и не два входила в похожее помещение, только попросторнее и шкафчики там были не железные коробки без замков, а хорошие такие удобные шкафчики из дерева с прочным замком и оставлять там можно было хоть миллион золотом, никто не сопрет.

Я отдышалась, потрясла головой и прошла к шкафчику номер семь.

Работа отвлекла меня от страшных образов и сильнейшего ощущения дежавю. Я помыла полы в зимнем саду, позволила себе минутку полюбоваться растениями, которых даже по телевизору не видела, понюхала пару цветочков и поспешила на двадцать восьмой этаж в кафетерий. Петрович по рации сообщил, что там произошла драка между местными шишками и теперь у меня работы стало значительно больше.

Я вошла в кафе и чуть не присвистнула. Драка видать была знатная, ни одного целого столика, а столики были хорошие из дерева и с хромированными ножками. По полу были размазаны чьи-то обеды и чай с кофе, перевернутые горшки с живыми цветами добавили живописности.

Работники кафетерий уже убирали поломанную мебель, а на двух диванчиках у окна сидели две команды драчунов.

Красивые молодые парни, одетые в шикарную когда-то одежду, явно дорогущую, а пара медиков помогала им справиться с кровотечением носов и нескольких порезов. Я так поняла подрались двое, а потом к ним присоединились их спутники и получилась драка четыре на четыре. Над сидевшими на диванах нависла громада их начальника и он был очень недоволен. Мужик ростом в два метра, косая сажень в плече, голос как драконий рев, и он высказывался, не выбирая выражений.

Парни получили по штрафу в каких-то балах и лишились одной зарплаты за разгромленный кафетерий.

Я представила какая у них должна быть зарплата, если мне платили ну очень много и мне стало их жаль. Начальник драчунов велел им убираться по домам, и они повскакивав на ноги пошли в мою сторону к выходу из кафетерия.

Первым шел парень ростом чуть выше меня, каштановые волосы, нос картошкой и высокие скулы, глаза маленькие, но в них было столько озорства и непослушания.

“Так бы и отшлепала поганца,– почему-то подумала я, – ведь ни капли раскаяния нет.”

Потом шли двое, похожие и непохожие одновременно. Высокие, плечистые, у одного короткая стрижка, у другого волосы до плеч, а глаза очень похожие, кошачьи.

“Два брата акробата, – снова подумала я, – один кетмень, другой лопата.”

За ними шел самый молодой, глаза аж дух захватывает и волосы волнистые, густые и улыбка слегка кривоватая из-за старой травмы челюсти.

“Обормот малолетний”– окрестила я его.

Еще был лысый, здоровый мужик с неправильными чертами лица, но я знала, он был добрым и очень заботливым.

“Страшилка.” – Подумала я про лысого и тут же в голове пронеслось, – Остроухий пакостник”

Потому что рядом с лысым шёл высокий стройный, но явно ширококостный парень с шикарными локонами черных волос, закрывающих уши, а глаза у него, два изумруда. За ним шли и остальные, но я их не заметила, я смотрела на этих шестерых и больше ничего не видела, я точно знала как их зовут.

Это были – Джул, парень с картинки корпоративного календаря, еще Тим и Самуил, два сводных брата и Марко, это тот, что лысый, а еще тот, кого я назвала остроухим – Алекс и конечно неугомонный и шкодливый Джером.

Я стояла, опершись на швабру и старалась не упасть в обморок. Они прошли мимо и Джул подмигнул мне, а Марко сказал:

– Извини, что работы подкинули.

Они ушли, а я заставила себя начать уборку, мне нужна была эта работа, очень нужна и не важно, что я, кажется, схожу с ума.

– Придешь домой, выпью валерьянки и спатики,– прошептала я собирая землю обратно в горшки, – а завтра проснешься, нервное напряжение спадет и все будет хорошо.

Чтоб не думать о происходящем я стала напевать любимые песни из старых кинофильмов и даже не заметила, что тот самый двухметровый мужик стоит на входе в кафетерий и пристально меня рассматривать. Заметила я его только когда почти закончила уборку, и работники кафетерия сообщили мне, что у меня уже десять минут как обед.

Я посмотрела на все еще смотрящего на меня мужчину и в голове всплыло имя Захарий, сжав кулаки я отвернулась от него и пошла обедать. Когда я вернулась в кафетерий, там уже никого не было, и никто не мешал мне работать. У меня ушло еще два часа времени на наведение порядка и расставление столов и стульев. Официанты угостили меня мороженым и кофе, потом я пошла в комнату отдыха за новыми указаниями от Петровича.

Голова болела все сильнее и сильнее.

“Не надо было пить мне кофе, давление наверно подскочило”, – подумала я, поворачивая в небольшой холл и сталкиваясь почти лицом к лицу с парочкой девушек, шикарно одетые в шелковые костюмы и на каблучках, они фыркнули в мой адрес и прошли дальше.

– Они снова подрались, – Сказала одна из них, и я навострила уши,

– С тех пор как взорвался тот злосчастный бункер, лучшие друзья превратились в заклятых врагов, – сказала вторая и я почему-то пошла за ними.

– Жаль, – сказала первая, – Они устраивали такие шикарные вечеринки.

– Вечеринки устраивали не они, а эта, ну ты сама знаешь. – сказала вторая почти шепотом.

– Да знаю, знаю, – оглядываясь по сторонам ответила первая. На меня она внимание не обратила и продолжила. – Говорят, они все еще из за нее дерутся.

– Да, это же надо суметь окрутить шестерых мужиков. Уже больше двух лет как померла, а они по-прежнему из-за нее дерутся.

Обе девушки вздохнули и резко замолчали. Они подошли к системе опознавания при переходе из сектора в сектор и приложив ключ карту к панели управления прошли на территорию красного сектора.

Я замерла и посмотрела вокруг себя. Справа синий коридор, слева желтый, впереди красный, позади зеленый и я почему-то была твердо убеждена, что вот именно в этом месте нет видеонаблюдения. А еще если набрать на панели допуска правильный код, то и ключ карта не нужна. Я взглянула на часы, время пересменки у охраны, сейчас они больше болтают друг с другом чем выполняют свои обязанности и у меня есть минут пятнадцать.

На что мне нужны эти минуты? На то чтобы понять, что происходит.

Я точно знала, что девушек, за которыми я шла звали Анжелик и Сюзанна, они диагносты из отдела разработки проектов и они обе мечтали окрутить Тима и Самуила, но те внимания на них не обращали, считая их глупыми пустышками.

Я подошла к панели и набрала код допуска, он был не мой, а человека давно умершего, не знаю откуда это взялось, но информация сама собой возникла в голове и там как будто лопалась тончайшая нить. В моей памяти сегодня лопнуло много таких нитей и после каждого хлопка в голове, я получала еще немного информации, как будто спрятанной где-то в глубине сознания, в клубке этих самых нитей, удерживающих эту информацию.

Я бежала по синему коридору, и точно знала, что в конце увижу двери медицинского комплекса, там должен быть человек, которого я сильно уважала и даже любила, несмотря на то, что он был очень странным и любил говорить в глаза всю правду, какой бы неприятной она не была.

Я проскользнула в мед комплекс и подошла к двери его кабинета. За ней кто-то ходил, прихрамывая и ворча, как всегда, делал он, когда был вынужден занимался тем, что ему не нравится. Я заглянула в небольшое окошко, встроенное в дверь, и улыбнулась. Высокий и худой с большими глазами и волосами, делавшими его похожим на Эйнштейна, со шрамом в виде звезды на правой щеке и с бусиками на шее из красного коралла. Эти бусики ему подарила Я.

Безумный док, так его называли большинство и только те кто знал его более менее хорошо называли его – наш спаситель, доктор Жук. Как его на самом деле звали не знал никто.

Я вернулась в зеленый сектор и получив задание от Петровича отправилась мыть туалеты в женских раздевалках. Голова шла кругом, я даже думать боялась о том, что происходит. Я сошла с ума? Я действительно их всех знаю? Я вела код подруги умершей пять лет назад, а значить и мой код может быть еще в системе. А кто я?

С трудом доработав смену, я помчалась домой, мне было страшно, да и голова болела жутко. Пришлось забежать в аптеку за обезболивающим.

Дома я немного успокоилась, да и валерьянка с аспирином подействовали. Я стояла у окна и пытались выгнать из головы странные образы:

Как будто я лежу в центре огромного пожарища, вокруг меня оплавленные камни и небо над головой темно от туч, я обнаженная пытаюсь встать на ноги, но сил уже нет, упав на раскаленный пол я не чувствую боли, свернувшись в позу эмбриона, я пытаюсь восстановить силы. Мне очень нужны силы чтобы убраться куда подальше из этого страшного места, но сил нет, совсем, даже дышу с трудом. И тут, я слышу шаги, а посмотреть кто там идет не могу, вот передо мной встает на колени мужчина и говорит

– А ты полна сюрпризов, ягодка моя, – Я знаю этот голос, и гнев наполняет мою душу и заставляет удержаться на грани жизни и смерти. А потом я проснулась в этом общежитии, и я это я, но не помню себя другую. Как это страшно, когда ты сама себя не узнаешь в зеркале. Я смотрела на свое отражение в окне и гнев снова захлестнул меня, ведь я не была такой, еще совсем недавно я была молодой и красивой, еще совсем недавно я была желанной. Резкая боль пронзила виски и в голове зазвучал голос сомнений, а может ты просто сошла с ума, переволновалась, да и вся эта безнадежная жизнь кого угодно может сломать.

Стук в дверь заставил отвернуться от своего неправильного отражения, и я пошла открывать дверь.

– Светочка, – Позвала из-за двери баба Маня, – Тут тебе сверток принесли.

Я открыла дверь, и старушка протянула мне небольшой сверток, завернутый в яркую новогоднюю подарочную бумагу и завязанный простой бечевкой.

– Кто принёс? – Удивленно спросила я у старушки, уже прошмыгнувшей в мою комнату и ставившей чайник на мою одноконфорочную плиту.

– Пашка мой, – ответила она, – сказал, что какой-то мужик лет сорока в дорогущем костюме и с тросточкой, принёс после обеда. Просил тебе передать сверток и сказал, что вы еще увидитесь.

– Странно, – Прошептала я, и срезав ножом веревку развернула оберточную бумагу, под ней был небольшой контейнер с кодовым замком и записка. Но прочитать я ее не могла, баба Маня любопытная и бесцеремонная женщина, наверняка попытается выведать, что в письме и ведь не выставишь за дверь, может обидеться и начать пакостить по мелочи. Знаем проходили уже.

Глава вторая

Только после того, как мы обсудили все сегодняшние сериалы и пожелали политикам все, что они заслуживают, упрямая старуха смирилась с тем, что я не стану при ней открывать письмо и удалилась в свою комнату.

А я не торопясь помыла посуду, разложила все вещи по местам, даже полила единственный цветок и только после этого дрожащей рукой взялась за конверт с письмом.

Он был из плотной бумаги и открыть его без ножниц я не смогла. Внутри оказался один лист из бумаги больше напоминавшей пластик, или даже гибкий монитор. Письмо было написано какими то закорючками, мало похожими на буквы и я прошептала:

– Да вы издеваетесь!

И похоже мой голос послужил командой к действию. Буквы заскользили к центру листа создавая портрет мужчины, лет сорока с небольшими залысинами и очень правильными, почти скульптурными чертами лица. Никогда не любила такой тип красоты, приторно правильные и чрезмерно точёные, до ощущения неправильности. Похоже я нашла причину своей нелюбви к такому типу мужчин. на меня с листа смотрел человек которого я очень не любила, хоть и не могла пока сказать почему.

Он моргнул, улыбнулся улыбкой человека контролирующего ситуацию и сказал:

– Ну что в психушку еще не пора? – Потом сделал серьезное лицо и продолжил. – Знаешь я теперь понимаю за что тебя так уважали все те кто хорошо тебя знал. Я вложил в твой мозг программу саморазрушения, но ты не только не спилась и не пошла в разнос, нет ты стойко справлялась со всеми трудностями, что я тебе подкидывал. Ты заработала только небольшую депрессию, аплодирую твоей стойкости, ты даже не представляешь сколько классных агентов корпорации ломались и гибли при полном стирании личности и погружении в такую жизнь, а ты обошлась одной валерьянкой по вечерам. Аплодирую стоя, но недолго. В конце концов я по прежнему терпеть тебя не могу, правда ты меня скорее всего вряд ли вспомнила. Да и это письмо и шкатулочка эта, не моя инициатива, есть люди могущественнее меня жаждущие твоих услуг и потому я частично готов спустить тебя с поводка и окончить свой эксперимент по наблюдению за тем как долго ты сможешь противостоять моим издевательствам.

Итак. В шкатулке лежит твой же пузырек с бальзамом исцеления, он вернет тебе память и разблокирует твои способности, точнее те воспоминания какие еще можно восстановить и те способности какие еще можно восстановить. Боюсь процедура твоего стирания прошла не совсем гладко, я ведь не знал что ты не человек и вел параметры для обычных человечков. Но да мне пофиг восстановишься ты полностью или нет. Еще там ключ карта от погребального хранилища где теперь хранятся твои личные вещи, оружие и все когда либо тебе принадлежавшее. Тебе придется самой забрать свое барахлишко.

А уже потом с тобой встретится тот кому ты должна сказать спасибо за то что тебя вернули из небытия. Я дал ему слово что не буду беспокоить тебя до того момента, как ты выполнишь его поручение, ну а потом мы с тобой снова встретимся и я уже не буду играть в кошки мышки, я тебя убью, медленно, медленно.

Портрет послал мне воздушный поцелуй и снова рассыпался на буквы закорючки.

Меня всю трясло. Он думал я его не помню, он ошибся, я вспомнила одного из старейшин совета руководящего корпорацией Миллениум, он был одним из тех кого нужно убивать не сомневаясь ни на секунду. Чтобы описать мерзость и подлость этого человека не хватит и года безостановочного повествования, а я когда то умудрилась не только не подчиниться этому человеку, но и сорвала несколько его махинаций по проведению нелегальных операций в ряде параллельных миров и сорвала ему возможность стать преемником старшего старейшины совета. Поэтому он меня не только стер как личность и инсценировал мою смерть, но и старательно пакостил мне больше двух лет. А ведь он когда то обещал сделать так чтоб я сама в петлю залезла и он был в шаге от осуществления обещания.

Я подошла к раковине и умылась холодной водой, руки уже не тряслись, страх перед безумием отступил. Пришло четкое понимание того, что я могу обрести самою себя и вернуть себе пусть не прежнюю жизнь, а хотя бы ту какую мне положили по рождению Высшие.

Я открыла шкаф и достала любимую футболку, ядовито розовую с кошкой гламурного вида и с надписью “мотаю нервы, вам сколько клубочков?”

Настроение у меня было именно под такую футболку, я собиралась отыграться за эти два года и у меня были кое какие заготовки на случай если со мной произойдет нечто подобное.

Старейшина думает, что я воспользуюсь бальзамом побывавшим в его руках, да я даже открывать шкатулку не стала, забросила ее в вентиляционную шахту на кухне и прикрыла ее куском старой газеты препятствующей попаданию комаров на кухню из подвала. Брать из комнаты какие то вещи я не стала, они все равно были лишь обманными воспоминаниями о прошлом которое для меня придумали. Дверь запирать я не стала, просто вышла в темноту улицы и пошла по направлению корпоративного шара. Теперь я понимала почему холл здания был мне так знаком, долгие сорок лет я входила в это здания неторопливо поднимаясь по карьерной лестнице специального агента корпорации, моя специализация была связана с созданием и разрушению целых государств, а еще я устраивала войны и заключала мирные союзы. Я меняла миры по желанию заказчиков, служила, как и многие из наших представителей тем кто оплачивал заказ и как говорилось в девизе компании: “Сотня тысяч лет без нареканий”, работала я хорошо, с огоньком и очень результативно. Вот только с возрастом начинаешь понимать, что все эти бесконечные интриги, войны и перевороты, вся эта борьба за власть – это судьбы людей и многих других разумных существ. Это судьбы коллег и друзей сгинувших во время выполнения заданий и из-за нечистых на руки старейшин и их прихвостней. В конце концов я стала готовить почву для ухода из корпорации и тут выяснила, что из нее уходят только вперед ногами, а если еще и становишся на пути у старейшин так и можно оказаться на пыточном алтаре. Как я тогда выжила не помню, память действительно восстанавливалась отрывочно, но кое что важное я точно знала, мои личные вещи находились не в похороном хранилищи, куда как в мемориал складировали вещи погибших агентов, нет они были у тех кого я сейчас меньше всего хотела видеть.

Пятеро друзей и один, кто говорил что любит, предавшие и отвернувшиеся от меня в один день, теперь мне предстояло встретиться с ними. Или нет? У меня как всегда был запасной вариант.

Я шла закутавшись в поношенный джемпер и смотрела на огни приближающегося здания корпорации, там работали в любое время суток. Ведь разрушать чьи то судьбы можно в любое время.

Это здание появилось в городе четыре месяца назад и все были убеждены что его строили пол года, но я точно знала, оно появилось здесь в одночасье, банальный перенос из мира в мир путем создания объемного межпространственного портала в обход путей междумирья. Похоже мир в котором я находилась попал под крупный заказ, раз головной офис перенесли сюда. Интересно что его ожидает? Полная терраформация или смена энергетического потока с технического на магический, или какая то империя решила расширить свое пространство за счет еще одного мирка. В любом случае я не завидую обитателям этого мира, никто из людей не заслуживает уготованной им участи.

Я не стала подходить к главному входу, да и проход для обслуживающего персонала меня мало интересовал, мне нужна была панель номер семьдесят пять, сектор одиннадцать и он в этом мире расположился точнехонько за огромным кустом шиповника.

– Надо было одеть кожаную куртку соседа, что висела в общем коридоре,– ворчала я на саму себя,– все равно он ее скоро пропьет.

Поцарапавшись и выругавшись на самою себя за непредусмотрительность я все таки протиснулась к нужному мне месту и просто приложила ладонь к стене. Поначалу ничего не происходило и на секунду у меня мелькнула мыслишка, что я все таки сошла с ума, но потом понял под моей ладонью стала мягкой, потом едва ощутимой и наконец просто перестала существовать. Я торжествующе улыбнулась и мысленно скрутила мысль о безумии в тугой узел и выкинула ее из головы. нечего меня смущать своим существованием, у меня столько дел, а она то и дело напоминает о себе.

Идти по узкому коридолчику шириной в полметра и высотой в полтора метра было очень неудобно, учитывая мой нынешний вес и рост в метр семьдесят. Но как только я дошла до портала подъемника дело пошло веселей, он был рассчитан не только на пассажиров но и на то, что они будут с грузом, точнее с контрабандой. Этот маршрут мы использовали для незаконного проноса в портальную зону всего того чего у нас быть не должно, да и безбилетников мы иногда проводили. Надо же было как то агентам зарабатывать на хлебушек с икоркой и хорошие вечеринки. По сравнению с тем, что вытворяли старейшины и какие денежные потоки они устраивали мы так баловались мелочевкой и устраивали едва живые денежные ручейки.

Наконец я попала на жилой сороковой этаж и убедившись, что все кому положено спят, а те кому не положено режутся в покер в комнате отдыха, я прошмыгнула в комнату номер семнадцать и посмотрела на молоденькую девушку спавшую на моей когда то кровати. Ей наверно было лет семнадцать, а может и нет разве поймешь у этих агентов сколько им лет. По крайней мере она была молодой, красивой альфаркой, не путайте с эльфами, они этого жутко не любят, могут и прибить за такое. Так вот алфара спала, а силушек у меня сейчас не так чтобы много чтобы с ней справиться. альфарийские девушки отличаются скоростью реакции и крепостью удара. Эту малышку наверняка поселили на этаже агентов седьмого уровня не за шелковые локоны пепельных волос и не за чудесные черты лица. Мне эту комнату предоставили после десяти лет безупречной службы, а до того приходилось довольствовать женской общагой этажом ниже. Нет у меня конечно был свой дом и яхта и даже остров купленный с друзьями в складчину, но между заданиями или во время подготовки к новому заданию все предпочитали оставаться в офисе и ночевали в общаге или в вот таких уютненький и шикарно обставленных комнатах. У агентов выше девятого уровня были уже апартаменты в несколько комнат, а у агентов вне уровней всего лишь портальная дверь куда они пожелают. У меня был девятый уровень и в этой комнате я уже давно не жила, но тут была моя заначка на всякий случай и теперь этот случай настал, но эта девушка мне очень мешала. Она переставила кровать и теперь мне нужно было встать на нее чтоб открыть проход. Девушка пошевелилась и перевернулась лицом к стене и я торжествующе улыбнулась. Как хорошо иметь в друзьях и не только альфара, он по пьяни может выболтать секреты своего народа и я теперь видела маленькую пульсирующую жилку рядом с позвоночником девушки. Резкий удар в эту жилку рядом с третьим шейным позвонком и девушка без сознания на пятнадцать минут, проснется она с жуткой головной болью и сильной жаждой, но на эти пятнадцать минут ее ничем не привести в чувства. Отодвинув алфарку поближе к стенке я встала на кровать и приподнявшись на цыпочки, едва коснулась потолка пальцами. Сработал захват и меня втянуло в установленный на потолке портал в небольшую под пространственную комнатушку. Это была моя личная кладовка, о существовании которой не знал никто, ни близкие друзья, ни любимый, ни кто. Несколько видов брони и полноценных доспехов у правой стены, самое разнообразное оружие у левой стены, шкаф с самой разнообразной одеждой передо мной и небольшой сундук перед шкафом, позади меня полки с книгами, артефактами и просто сувенирами из разных миров. Еще там были фотографии. Я посмотрела на себя прежнюю в компании друзей и к горлу подкатил огромный ком, я с трудом заставила себя не думать о их предательстве и отвернулась от их улыбающихся лиц.

Что Ж я пришла в эту корпорацию никем неизвестной девушкой, без рекомендаций и лишь с хорошими физическими и магическими показателями, я сама пробилась с самых низов и сама заработала себе репутацию прежде чем встретила этих, так называемых друзей и теперь снова осталась одна, ничего одиночные операции мне давались всегда легче, не нужно было ни на кого оглядываться и ни к кому прислушиваться.

Я опустилась на колени перед сундуком и открыв крышку улыбнулась. Здесь были спрятаны самые ценные вещи, мой рюкзак, его мне проиграл один архимаг. В этот небольшой женский рюкзак из черной кожи и украшенный серебряной бляхой в виде шестиконечной звезды украшенной ветками какого то цветущего растения, можно положить до трех тонн груза и при этом весить он будет не больше килограмма, а главное продукты в нем не портятся. На верхнем клапане рюкзака при желании можно было открыть интерактивное меню с указанием всего того что помещено в рюкзак, а чтоб извлечь из него что то нужно просто засунуть в него руку и подумать о необходимом предмете и он сам окажется у тебя в руке. Помнится архимаг тогда долго бился головой об стол и рвал на себе шикарную бороду, но отыграться я ему не дала, а нечего было строить из себя великого гроссмейстера и называть меня глупой пигалицей.

Еще в сундуке лежала шкатулка из малахита в которой стояли небольшие флаконы сделанные из аметиста и в них был налит ценнейший и жутко дорогой Бальзам полного исцеления. На сто миллилитров воды нужно добавить три капли бальзама для восстановления сил и если надо вылечить скажем ранение в живот, шесть капель если у вас болезнь вроде рака в последней стадии и вы через полчаса абсолютно здоровы. Двенадцать капель для смертельно раненого мага, с магическими травмами и с полностью искалеченным телом и сново через пол часа маг полностью исцелится. Один такой флакончик с бальзамом стоит, как официальная годовая зарплата главного старейшины корпорации Милениум, плюс премиальные и квартальные. А у меня их когда то было двенадцать. Один пузырек пришлось отдать, как откуп тому самому старейшине, что мучал меня эти два года, второй я потратила на своих друзей после того, как мы попали в западню в одном из миров и мы тогда скорее почти умерли нежели чудом выжили. У меня осталось десять флаконов и оставлять их в этой кладовке я не собиралась. Я вынула из малахитовой шкатулки один флакон и положила его в рядом с собой а шкатулку убрала в рюкзак. Еще я взяла небольшой ромбообразный жезл со вставленным в него энергетическим кристаллом и внимательно его осмотрела. Ромбообразный набалдашник состоял из двенадцати граней, каждая грань имела шесть цветовых клавиш настройки и вещице этой цены не было вообще. Пространственно временной корректор из древнего города давно вымершей цивилизации, он достался мне случайно и я уже много раз им пользовалась, чтобы никто из корпорации не заметил моего долгого отсутствия. С помощью этого устройства можно было путешествовать, как между мирами, так и во времени. Точнее ты делаешь засечку времени с которого ты начинаешь путешествие и сколько тебе хочешь мотаешься по мирам в свое удовольствие, а затем запускаешь пространственно временной корректор и он возвращает тебя в точку за щечки через минуту после того, как ты ее покинула. Очень удобная штука, только энергии жрёт много, после каждого использования приходится заменять энергокристалл а их приходится добывать контрабандой. Вообще у агентов не должно быть подобных артефактов, да и неучтеных энергокристаллов не должно быть, но у меня мышиная натура и я тащила в свою кладовочку много чего запретного. Например викторианские браслеты доспешники. В них сокрыты нано- магические частицы позволяющие создать на теле носителя очень прочную броню, с полностью изолированной системой жизнеобеспечения и с защитой от химических и других вредоносных веществ. Плюс магическое защитное поле рассчитанное на полный боевой контакт с противником не меньше высокородного с боевой подготовкой уровня командор.

Но браслеты я хоть и одела но пущу в ход только в крайнем случае, энергии в них осталось только на один бой, а как их заряжать я понятия не имела.

– Так давай проверим, аптечку взяла, броню взяла, оружие взяла, побрякушки магические взяла. Отмычку миров взяла.– Бормотала я упаковывая рюкзак. Кладовочка почти полностью опустела, на полке остались только ненужные мне теперь фотографии и подарки.

Я распрощалась с прошлым. Теперь нужно было вернуть себе себя и начать жизнь заново.

Налив в стакан воды из фляги я накапала в воду бальзама и вода стала ярко бирюзовой, потом подернулась бордовой дымкой и снова стала прозрачной, я посмотрела на свое отражение в маленьком зеркальце что было прикреплено к дверце шкафа и сказала:

– Прощай Света Лазарева, пришло время тебе уйти.

Я залпом выпила содержимое стакана и прислушалась к ощущениям. Вначале закололо в кончиках пальцев потом появилась легкость во всем теле и в животе забулькало, я икнула и отключилась.

Ровно тридцать минут нужно организму чтобы полностью восстановиться и удалить все лишнее из психики и сознания, снять все блоки с магических способностей и вернуть организм в наилучшее для него состояние.

Я проснулась. Снова. Но в этот раз я улыбалась, не было ломоты в спине от неудобного дивана, не было неприятного привкуса во рту, а главное не было еже утреннего желания повеситься и не мучиться больше.

Сев на пол я посмотрела в зеркало и чуть не расплакалась. Похудевшая и помолодевшая, наверно на вид мне теперь около двадцати, а может и меньше. Волосы отросли до плеч и теперь они были моего естественного цвета – цвета молочного шоколада. Густые и вьющиеся они подчеркивали высокие скулы и цвет ярко зеленых глаз с золотыми крапинками вокруг радужки, нос стал не по человечески острова и уши тоже изменились, мочки стали длиннее на сантиметр и кончики ушей как бы раздвоились, давая возможность слышать голоса потусторонних существ. Моя внешность выдавала не человеческое происхождение и это плохо. В моем личном деле было написано, что я человек и таковой я хотела оставаться, только трое старейшин знали что я не человек, а кем конкретно я являюсь не знал никто и я очень хотела сохранить тайну своего происхождения. Поэтому я сначала придала своему лицу человеческие черты и исправила свои ушки так чтоб иллюзии никто не заметил. Тут главное самой поверить, что я именно так и выгляжу. А затем я наложила на себя иллюзорную внешность Светланы Лазаревой. Она еще должна сослужить мне небольшую службу.

Посмотрев на часы я обалдела, похоже после отключения из-за воздействия бальзама, я еще и поспала немного. До начала рабочего дня оставалось сорок минут. Я проверила комнату под моей каморкой и убедившись, что девушка алфарка уже ушла я аккуратно спустилась на ее кровать и выглянула в коридор, никого.

Воспользовавшись личным компьютером хозяйки комнаты, я отметила что Света Лазарева прибыла на работу и получила задание на уборку в кабинетах бухгалтерии.

Меня это вполне устраивало, компьютеры бухгалтерии были подключены к внутренней сети корпорации, а значить я могла осуществить пакость задуманную мной и давно погибшей подругой. Мы собирали с ней компромат на старейшин, на все их махинации, на их предательства простых агентов и у нас было даже несколько видео на которых видно, как агенты гибли придаваемые патриархами, а еще несколько заказчиков очень удивятся когда узнают. что условия их заказов были жесточайше нарушены и мирные жители их миров уничтожались тысячами ради осуществления заказа. За весь этот компромат подруга и погибла и я ей обещала слить его в корпоративную сеть, да только все не решалась, а потом меня саму слили. Но теперь у меня нет причин откладывать и компьютеры бухгалтерии, как нельзя лучше для этого подходят. В кармане моих брюк лежал инфокристалл с необходимым кодом взломщиком и самим компроматом, а еще там был вирус который не даст уничтожить файлы с компроматом в течении года. Так что я думаю все успеют ознакомиться.

Я вошла в бухгалтерию вовремя совещания в отделах и мне никто не мешал. Помыв полы и расставив все местам в комнате отдыха, я поливала цветы и наблюдала за тем, как инфокристалл подключился к компьютеру одной из секретарш, она оказалась настолько глупой, что ушла даже не отключив компьютера. Взломщику понадобилось десять минут на проникновение и пять минут на слив файлов в сеть корпорации, потом я решила рискнуть и посмотреть в архиве все, что про меня там понаписано и обнаружила интересный файл под именем бункер сто девять и запаролили его слабовато. У меня аж ладони вспотели. Я вспомнила тот день когда я стала Светой Лазаревой.

С утра я связалась с друзьями и пригласила в кафе, наше место было, как всегда свободно и официантка прекрасно знавшая наши предпочтения уже подала на стол наши любимые напитки. Я сидела за столиком и с нетерпением ждала его, у меня была новость с которой я спешила поделиться. Он должен был прийти на пятнадцать минут раньше остальных и он, как всегда был пунктуален, вот только выражение его лица мне не понравилась.

– Нам надо поговорить,– сказал он быстро, стараясь не дать мне заговорить.

– Мне предложили повышение и еще похоже у меня есть шанс вернуться в семью. Ты сама понимаешь, как это для меня важно. Да и вообще наши с тобой отношения они всегда были бесперспективны. Ты ведь просто человек а я, ну ты сама знаешь. Семья готова меня принять и это дорогого стоит. Ты уж прости, дело не в тебе, а во мне.

Он еще что то говорил, оправдывался, а я так и не сказала ни слово. Он ушел и пришел друг и тоже предложил пока не общаться, его матриархальная семья убеждена, что он сможет жениться на одной очень высокопоставленной девице, а общение со мной ей может не понравиться, потом пришел еще один и еще. все они в один день почти в открытую сказали, что я недостойна с ними общаться. их жизнь сделала крутой поворот и они получили возможность достичь невероятных вершин. А я простая смертная, всего лишь агент какой то там корпорации, почти девка по вызову. Как же мерзко я себя чувствовала в тот момент и поэтому не заметила слежки, не заметила группы мужчин окружавшей меня и только когда меня огрели чем то тяжелым по голове успела подумать о том какая я все таки дура.

Очнулась я на пыточном алтаре и рядом со мной были старейшина Шел, тот самый красавчик, что мучил меня эти два года и его напарник по криминальным делишкам Ситра.

Им просто нравилось пытать и слушать крики своих жертв, а я упорно не кричала, вот такая я упрямая и вредная, а они настаивали и настаивали на том чтоб я закричала и когда у меня не осталось сил они услышали крик предсмертного проклятия. Почему я тогда не умерла я не знаю, но и эти двое тоже выжили, а больше никто из обслуживающего персонала, более трехсот человек не выжали. Да и обожженная земля в радиусе в километра были потрясающим фактом, я и не предполагала, что обладаю такой мощью. Все таки родовое предсмертное проклятие это мощная вещь, жаль, что оно одноразовое и я теперь перед смертью не смогу забрать с собой побольше врагов.

В документах было написано, что в бункере взорвался склад с энерго кристаллами и потому взрыв получился такой мощности. Меня внесли в список погибших и теперь я официально не существую. Ха.

Таких как я не так уж и просто убить, а уж если не убили то лучше сами покопайтесь на глубину в два метра, а памятник я вам сама поставлю.

Инфокристалл мигнул алым и погас навсегда, влив все свое содержимое в сеть корпорации и я довольно потерла руки. Теперь нужно было найти старейшину Ситру и пообщаться с ним лично.

Я повернулась к выходу и уставилась на Алекса и Марко, они смотрели на меня и вид у них был суровым, не сулящим ничего хорошего мне. Интересно за кого они меня приняли, за шпионку или за террористку?

– Вам лучше не дергаться. – Сказал Алекс, протягивая руку к системе связи, похоже он собрался вызвать службу безопасности.

– Агась,– сказала я и метнулась к противоположной двери ведшей к коридору для обслуживающего персонала.

– Замри! – Рявкнул Марк и швырнул в меня парализующим заклятием, я на автомате отразила его и ответила своим фирменным парализатором, Марк и Алекс не успели отреагировать. Но успели удивиться. Я видела их лица когда проходила мимо них, отвесив им по подзатыльнику, я спокойно покинула помещение через вход для работников бухгалтерии и пошла в красную зону. У меня было минут десять прежде чем парни вспомнят, как справиться с этим заклятием и минуты три на само разрушение заклятия.

– Зря научила их его разрушать, стояли бы так столбиками еще сутки,– произнесла я, входя в лифт и нахально посмотрела в глаза одного из бухгалтеров. В лифте их было трое и я их всех хорошо знала. Серий и Сула, брат и сестра помогали нам проводить нелегальные деньги на легальные счета, а вот Дьюи терпеть меня не мог, он вообще всех ненавидел, но вынужден был с нами общаться, потому, что мы вечно проверяли и перепроверяли наши выплаты и премиальные. В корпорации вообще всегда нужно все проверять и перепроверять. А над Дьюи подшучивали все агенты. Он когда то сам пытался стать агентом и постоянно говорил, что его просто уговорили остаться в бухгалтерии потому, что он гений математики.

Но при этом он был труслив, подловат и вообще был человеком с жабьей душонкой и вот теперь я нахально смотрела ему в глаза и он медленно покрывался белыми пятнами. Он считал, что имеет право указывать обслуживающему персоналу его место и часто норовил поиздеваться над теми кто ниже его по должности. А уж уборщица пялящаяся прямо ему в глаза и не опускающая взгляда в пол, это просто верх наглости. Но тут лифт остановился и я пройдя по ноге мелкого мерзавца вышла из лифта.

Дьюи что то попытался сказать, но как всегда в во время волнения только забулькал и выронил свитки и документы.

– Дьюи ты неподражаем,– Сказала я по привычке и пошла дальше и только отойдя на пять шагов поняла, что наделала и обернулась. Дьюи стоял на коленях прижав к груди свитки и смотрел на меня, как на призрака. Эта фраза и голос выдали меня с потрохами, но я не стала бледнеть и лишь подмигнула вредному бухгалтеру. Тот выронил свитки и заорал:

– Охрана!

Я побежала, красный сектор находился совсем близко, да и код допуска набирать не надо, ключ карта Дьюи неплохо справилась с задачей, я проскочила в красный сектор и побежала к личному кабинету Ситры. В это время дня он обычно сидел там и наслаждался утренним матилом, это нечто вроде кофейного напитка, но в него напихано столько специй и трав, что от кофе там почти ничего не осталось. Но чертов Тамир из Тамерианской империи был верен своим традициям и по утрам пил эту гадость. Но в этот раз мне не повезло, его не оказалось на месте, а вот сигнал тревоги не заставил себя ждать.

Я стояла в кабинете старейшины и пыталась решить, что делать дальше. Меня опознали трое, два моих бывших друга и Дьюи. Старейшин можно было взять нахрапов, застигнув их врасплох, теперь он будут знать, что я жива и наверняка примет меры по моей поимке. Поймать себя я им не дам, уйду в междумирье, или скакну в один из миров, пара порталов у меня в заготовках есть, нужно только активировать их, но я не хотела демонстрировать им эту мою способность, иначе это вызовет очень много вопросов по поводу того кто же я все таки такая. А отвечать на них я пока не готова.

Значить будем подавать месть в охлажденном виде. Я медленно и спокойно вышла из кабинета старейшины и пошла на выход из красной зоны. Мои преследователи наверняка решили, что я проникла в красную зону, чтобы воспользоваться портальной площадкой, чтобы выбраться из этого мира, но они ошибаются я собираюсь еще побегать по этому чудесному заданию. У меня тут еще дела, просто надо сменить внешность и вот уже по коридору идет молодая девушка с коротко стриженными блондинистыми кудряшками, а глаза голубые голубые и талия осиная и грудь ух. Видела я тут такую дамочку, среди охранников, и отзывались о ней не очень хорошо. Так что надеюсь облик этой стервочки мне не навредит. Я уже почти дошла до еще одного своего отнорка когда на пути у меня встал старший старейшина Маркус.

– Ну здравствуй Лана. Нагулялась? – Спросил он тихим спокойным тоном, так обычно собачонок спрашивают на прогулке набегались они или нет.

– Старейшина Маркус? – Спросила я и мысленно приготовилась активировать браслеты.

– Думаю нам нужно поговорить, – Сказал он и показал фото. -Помнишь о чём ты собиралась поговорить со своей не очень преданной шестеркой.

Я вся заледенела, а сердце пропустило один удар. Ни когда еще не чувствовала себя столь беспомощной и беззащитной, я проиграла поединок еще не начав его.

– О чем будем говорить? – С трудом заставила я себя заговорить.

– Мне нужно чтоб ты кое что для меня сделала в обмен на это. – и он отдал мне фото, а я дрожащими руками прижала фото к груди. – Давай пройдем в мой кабинет. И сними с себя личину, она тебе совершенно не идет.

Глава третья

“А Маркус то постарел”,– Подумала я, входя в его кабинет.

Когда я его видела в последний раз он выглядел значительно моложе и бодрее. Конечно если учитывать сколько ему лет, то он вообще бодрячок и мне бы его шустрость в три тысячи лет. Но все же, такие как он, просто так стареть не начинают. На вид ему было лет пятьдесят и его, еще два года назад, черные волосы почти полностью поседели. В черных глазах появилась усталость и какая то скрытая грусть.

– Ты чего начала носиться тут, как ужаленная? – Спросил меня старейшина с кряхтением опускаясь в кресло.

– Простите? – Удивленно спросила я.

– Я послал тебе бальзам и карту с допуском в хранилище не для того чтоб ты тут носилась, как в попу ужаленная и устраивала личную месть. – Сказал он тоном недовольного учителя. – Я прекрасно понимаю, что у тебя есть на это причины. Но ты профессионал, ты должна думать, прежде чем поддаваться эмоциям. Вот чего ты добилась своими сегодняшними метаниями? Ситру не нашла, а ведь сегодня среда и где он должен быть?

– В молельном зале. – Ответила я, чувствуя как краснею.

– Хорошо, информацию ты слила, а что это даст, ты думаешь агенты и те кто с ними работают устроят бунт, потребуют наказать виновников? Нет. Никто ничего не станет делать, максимум на, что мы с тобой можем рассчитывать, это на личные попытки мести тех кто потерял близких друзей и родственников.

Я уставилась на старейшину и не смогла и слова выронить настолько была удивлена.

– Теперь мне придется самому раздувать огонь возмущений и начать чистку рядов в корпорации раньше запланированного времени. – Продолжал старейшина.

– Боюсь я не совсем понимаю вас,– Робко сказала я.

– Неужели вы глупые, наивные девчонки думали, что я не в курсе всех этих незаконных сделок и преступлений некоторых из моих коллег в совете? Неужели вы думали что вам удастся их накозать этим пустяшным компроматом? – Маркус улыбнулся мне и подключил к компьютеру свой инфокристалл. – Придется добавить к твоему компромату и мой. Тогда точно мои колеги просто так не отвертятся от праведного гнева очень многих. Вообще то я давно хотел провести чистку в рядах совета, ты просто ускорила события.

Я кивнула и продолжила смотреть на него почти квадратными глазами.

– Ну, а тебе сделаю скидку на то, что ты толком еще не восстановилась после стирания. И ты имела небольшое право по психовать и по истерить. – Он мне улыбнулся и продолжил. – Но теперь бери себя в руки, включай мозги и входит в рабочий режим. Мне нужно, чтоб ты была в адеквате и выполнила мое поручение и тогда ты получишь то что хочешь получить сейчас больше всего.

Я взглянула на фото и коротко кивнув сказала:

– Я сделаю все что вы захотите.

– Отлично, тогда перейдем к делу. – Старейшина снисходительно кивнул и достал из выдвижного ящика в столе небольшой сверток старой холщовой ткани, а в ней были два предмета, осколок кубка с рисунком в виде дракона и старый неисправный синхронизатор событий. Я продала эти осколки давно вымершей цивилизации одному антиквару и никак не ожидала что они станут причиной моих приключений. – Где вы обормоты это взяли?

– В развалинах древнего города в одном мире, он давно необитаем и мы туда попали чисто случайно. Взяли себе кое какие сувениры и кое что припрятали на черный день.

– Хорошо, -Голос Маркуса стал неожиданно жестким, он больше не строил из себя наставника. – Там были саркофаги?

– Да, много. – Ответила я наконец приходя в себя и справляясь с эмоциями. В одном старейшина был прав, пора включать мозги и отключать эмоции.

– Вы вскрывали их? – Строго спросил он.

– Нет, большинство и так были вскрыты. Было такое ощущение что кто то выплеснул на них свою злость. – Сказала я наблюдая как старейшина слегка поморщился, как будто знал причину того почему большинство саркофаго в городе древних были варворски разорены.

– Тогда следующий вопрос, вы находили не поврежденные саркофаги и не брали ли вы в том городе какие либо артефакты.

– Саркофаги находили, артефакты брали, только они неисправны, – почти не соврала я.– Вот как этот синхронизатор.

– И что вы с ними сделали?

– Продали, мы же тогда на остров копили, вот и продали все что смогли. – Ответила я лихорадочно соображая, почему старейшину заинтересовал давно покинутый мир с вымершей цивилизацией древних высокородных.

Но из того что у меня осталось был только пространственно временной корректор, он конечно ценный, но не думаю, что он нужен Маркусу.

– Среди целых саркофагов были женские? – Сново спрасил Маркус и в голове моей щелкнуло, там в подвале, в котором я была одна и о котором никому не рассказала было шесть саркофагов, в двух лежали девушки, саркофаг сохранил их юную красоту и тлен их не коснулся, в руках одной из них был зажат какой то предмет, но шелковое полупрозрачное полотно не давало его разглядеть, да и призраки накинувшиеся на меня не дали времени. Тогда я быстро сбежала из подвала не желая связываться с озлобленными духами былых обитателей этого города. Они рьяно охраняли еще целые саркофаги и я не стала напрашиваться на неприятности.

– Были две молодые девушка. – Сказала я и в глазах Маркуса зажглась маленькая искра надежды.

– Как долго туда добираться? – Спросил он стараясь не выдать своих эмоций.

– Честно говоря не уверена что смогу найти туда дорогу. – Сказала я и увидев потемневшее от гнева лицо старейшины быстро добавила. – Мы нанесли маршрут на карту, но она не уменя и даже не у того кому я ее оставляла, к тому же проход в междумирье из того мира мы опечатали и ключа у меня тоже нет. Мы разделили тогда все поровну.

– Просто удивительно, – Всплеснул руками Маркус и встав стал прохаживаться по кабинету. – Вы семеро обормотов, чисто случайно, сумели найти мир который я искал долгие годы. Набрали артефактов значения которых даже не понимали и продали кому ни попадя. Так еще и опечатать мир сумели. Идиоты.

Он говорил а я наблюдала за его движениями, ему было больно наступать на правую ногу и правая рука сгибалась хуже чем левая, похоже это последствия инсульта. И старейшина Шеул ходит с тросточкой, по крайней мере он был с ней когда приносил сверток для меня. Мне нужно была увидить старейшину Ситру, чтобы подтвердить свои догадки и я мысленно улыбнулась. Все таки мое предсмертное проклятие не прошло для вас незаметно. Вы подверглись его воздействию и оно медленно съедает вас изнутри. Но догадываетесь ли вы о том, что вас убивает? Ведь тогда я пожелала чтоб вас сначала разбил паралич, а потом вы медленно сгнили и сдохли как собаки подзаборные. Похоже паралич уже начал подкрадываться, а это значить что я должна тянуть время и ждать когда мои силы и силы старейшин уравняются и я смогу им отомстить. Что Ж спасибо тебе старейшина Маркус за наставление. Мозги я включила и теперь у меня есть целых две цели в жизни, вернуть мое и уничтожить вас.

– Старейшина, чего вы хотите от меня? – Наконец решилась я заговорить и Маркус посмотрел на меня так, как будто забыл что я все еще здесь.

– Чего хочу? – Он потер виски и поморщившись сказал, – Отправляйся в тот мир и привези мне те два саркофага. И я отдам тебе твое.

– Это невозможно, – Сказала я,– Саркофаги рассыпаются в прах стоит им только покинуть пределы города. Парни попробовали вынести парочку раскуроченных.

Маркус прищурился, пытаясь понять вру я или нет, потом принял решение и сказал:

– Я дам тебе коммуникатор и портальную привязку, как только ты найдешь те саркофаги ты свяжешься со мной и я сам решу, что мне делать с саркофагами.

– Тогда давайте заключим договор.– Твердо сказала я. – Я отдаю вам саркофаги, а вы отдаете мне мое и отпускаете на все четыре стороны.

Я протянула ему руку и на моей ладони засветился сгусток магической энергии, старейшина криво улыбнулся и протянул мне руку в ответ, на его ладони тоже появилась частичка магической энергии. Мы пожали друг другу руки и сделка была закреплена магическим договором, теперь тот кто его не выполнит лишиться магической силы и долго не проживет, неудача его сожрет быстро.

– А Шоул прав, ты действительно полна сюрпризов. Кто научил тебя заключать магические сделки? – Спросил Маркус и голос его был жестким и хлестким, ему очень не понравилась моя решительность.

– Один заказчик по пьяни рассказал и показал. – Ответила я, – Помните вы сами свели меня с высокородными, а они многому могут научить.

– Ладно убирайся, у тебя есть дело.– Велел Маркус, протягивая мне обещанные артефакты, но я не тронулась с места. – Чего еще?

– Сигнал тревоги никто не отменял. – Сказала я,– по всему зданию ищут нарушительницу.

Маркус прошептал что то нелицеприятное по поводу глупых девчонок и связался с главой службы безопасности. Сказал ему что это были учения и они их бесславно провалили и, что он ждет его с докладом о проделанной работе. Я улыбнулась, значить шеф безопасности тоже впал в немилость и моя сегодняшняя проделка просто ускорила процесс его ликвидации. Ведь я уже говорила из корпорации не увольняют.

Я вышла из кабинета и осмотрелась по сторонам. Куда теперь идти? За что хвататься? Мне нужна была карта и ключ от мира с древним городом. А они точно у тех кого я видеть не хочу, что ж придется одолжить их у старых друзей без спроса и желательно не встречаясь с ними.

Все таки я еще не до конца очухалась от стирания личности, или это были побочные эффекты о которых говорил Шоул. Но я не сразу обратила внимание на то, что за мной идут сразу семь человек, старательно делавших вид, что они просто прогуливаются. Я свернула к тому самому кафетерию в котором убиралась после драки и случайно взглянула на свое отражение в витрине.

– Мама дорогая,– Сказала я своему отражению и чуть не прозевала выстрела в спину. Во первых я не набросила на себя личину, а во вторых в меня стреляли сразу из трех парализаторов. Увернулась я чудом, правдо витрину разбила и влетела в кафетерий. Людей там не было, а официанты благоразумно скрылись в подсобном помещении. Похоже меня зажали в угол и им было плевать на поручение Маркуса, возможно они и не догадывались о его существовании. Их прислал Захарий, мой бывший наставник и начальник по совместительству. Он был фанатиком, верил в Триединого бога тьмы и служил ему верой и правдой и почему то решил, что я идеальная жертва для его бога. Захария сдерживало только то, что за убийство агента его самого сотрут в порошок, а так как я теперь официально не работаю на корпорацию то он в праве меня принести в жертву своему богу. Вот только я больше не собиралась ложиться ни на какой алтарь, ни на жертвенный, ни на любовный.

Сняв с плеча рюкзак я сунула руку в него и представила себе свою любимую игрушку – глефу. Её делали на заказ оружейники из мира Саристин и такого шедевральной глефы ни у кого не было. Демоны умеют делать оружие.

Я повесила рюкзак обратно за спину и опустила одно из лезвий рядом с правой стопой. Глефа была длиной полтора метра и состояла из двух лезвий насаженных на шест, к лезвиям были прикреплены колечки, которые мелодично позвякивают вовремя боя. Если правильно вращать глефу то этот звон мог ввести противника в гипнотическое состояние и лишить его воли к сопротивлению. Правдо это не действовало на магически одаренных, но все же удобная такая приспособа.

– Сдавайся, – прорычал один из подпевал Захария и я криво ухмыльнулась. Он что действительно верит, в то что я сдамся?

Да я просто мечтаю о стычки с ними, мне нужно выплеснуть накопившийся стресс и они идеально для этого подходят. А Маркусу надо было давно провести чистку в рядах работников корпорации, распустил их понимаешь и воры тут у него и сектанты процветают и еще пара нехороших группировок есть. Но с ним я вроде не ссорилась и надеюсь, хоть эти служители света и поклонники огня не начнут меня искать.

Напротив меня стояло восемь здоровых хорошо обученных парней и четыре женщины. Все вооружены огнестрельным оружием и боевыми топорами, характерным оружием их секты.

Они медленно надвигались на меня не стреляя, еще бы, я им нужна живой, а вот мне они были не нужны и я ринулась в бой. Все таки два года на булочках с молоком сказались на моей боевой форме. Хоть бальзам и восстановил мое физическое состояние, но отсутствие тренировок сильно сказались на моей реакции и скорости движений. Удары получались слабыми и не четкими и уже через пять минут у меня разболелись спина и плечи. Четверых я вывела из строя быстро, но остальные напирали стойко, у них то тренировки были ежедневными. Но неожиданно одного из нападавших приподняли и швырнули в стену. Еше один удивленно смотрел на лезвие сабли торчавшей из его живота. Алекс выдернул свое оружие и ринулся в бой сразу с двумя. Марко быстро расправился с остальными и посмотрел на меня.

– Ты в порядке? – осипшим голосом спросил он.

– Да, -ответила я и посмотрела на Алекса, он вытер лезвие сабли о поверженного противника и выпрямившись подошел ко мне. Без слов он опустился на колени и прижался лбом к моему животу.

– Я мерзкий и подлый предатель, мне нет прощения, – Сказал он, – Но ты не представляешь, как я рад что ты жива.

Он поднял голову и по его щекам текли слезы. От этого мне стало только хуже, злость и ненависть отступили, осталась только горькая почти детская обида.

– Малышка, – снова заговорил Марко,– Нам нужно поговорить…

– Я уже попыталась с вами поговорить тогда в кофе, но вы даже слова сказать мне не дали, так торопились отречься и предать, я отошла от Алекса и он встал на ноги.

– Я прежняя умерла и вы теперь свободны от всего, что нас когда либо связывало. – Сказала я и обойдя бывших друзей обернулась и добавила,– И остальным передайте, что я их освобождаю от всего. Живите и процветайте. Больше мы надеюсь никогда не встретимся.

Я шла по коридорам с окровавленой глефой в руке и люди шарахались от меня. Кто то узнавал умершего агента, а кого то пугало выражение моего лица.

Одни хотят чтоб я им служила, другие пытаются принести меня в жертву, третьи придают, а потом говорят прости так вышло. Сказать что я была не в духе ничего не сказать и когда охрана синего сектора попытались меня остановить я просто набила им всем рожи и как не странно мне стало легче. Все таки старые привычки начинают просыпаться.

Безумный док встретил меня крепкими объятиями и подзатыльником.

– Я тебе говорил, чтоб ты им не доверяла? – Спросил он меня.

– Ну говорил,– ответила я потирая затылок. – Между прочим бить по голове вредно, как доктор ты это должен знать.

– Я тебе еще и по тому месту которым ты думаешь настучу. – Улыбнувшись сказал доктор Жук и еще раз меня обнял.

– Док, у меня вопрос? – Наконец решилась я ему сказать.

– Чего тебе о неугомонная душа? – Док сел на свой письменный стол и профессионально меня осмотрел. – Побочки после стирания, или неполное восстановление памяти?

– Да нет, память вернулась еще до приема бальзама, а изменения в личности, думаю вызваны тем что я жила два года не своей жизнью, личность Светы оставила свой отпечаток.

– Правильный вывод. – довольно улыбнувшись подтвердил мои догадки док. – Все таки я тебя хоть чему то, да научил. Что тогда тебя беспокоит?

– Могла ли я тогда в бункере выжить? Они же почти убили меня и этот взрыв? – Почти шопотом спросила я, – Я же произнесла проклятие и оно сработало, а это значить я действительно умерла.

– Ты хочешь спросить повлияло ли на ситуацию тогдашнее твое состояние? – Спросил док и я кивнула утвердительно.

– Скорее всего да. – Док ответил и я засияла.

– Значить он меня не обманывает?

– Маркус? – Док подошел ко мне и приобнял за плечи, – Маркус не склонен обманывать, недоговаривать, ходить вокруг да около или искажать истину это он любит, но врать он не станет.

– Тогда мне понадобится связаться с главой клана Поднебесников в Лидиане. – Со вздохом сказала я и док поморщился.

– Ох не связывалась бы ты с этими серафимами, они же купи-продайки. просто так ничего делать не станут. – Сказал он и протянул мне небольшой серебряный перстень. – Эта штучка откроет тебе нужные двери, но дальше ты сама. Если упомянешь меня станет только хуже.

–Помню, сказала я и обняла старого и по настоящему преданного друга. – И спасибо тебе за все.

– Постарайся больше не умирать, – Ответил он и я покинула медицинский сектор.

Мне предстояло отправиться в мир серафимов, не самое гостеприимное место, да и встреча с их главой рода в прошлый раз чуть не закончилась моей свадьбой с двумя его воспитанниками. Не очень хотелось повторения той ситуации.

Я покинула здание корпорации и пошла на пустырь у реки за городом, он находился рядом с кладбищем и там редко кто бывал. Об этом пустыре ходила дурная слава, говорили, что там исчезают люди, и не удивительно, именно там была бреш в межмировом барьере и там легко было покинуть этот мир. Правдо, я не завидую тем кто попадет в междумирье и пойдет путями каньонами. Выжить там сложно по многим причинам и без правильной карты или проводника там могут сожрать, расплющить, заморозить до состояния сосульки, а еще там бывают бури перемен и попавший в нее больше уже никогда не станет прежним. Я это знала по себе.

Но мне не нужно было междумирье, у меня был конкретный адрес и я нарисовав рисунок портальной основы начала накачивать его магической энергией. Какое же это блаженство чувствовать магию, владеть ею, управлять ее потоками и иметь возможность отправиться куда тебе заблагорассудится.

Мир Лидиана. Обиталище серафимов был в основном мешаниной скал, горных хребтов скрывающихся за облаками и конечно же утесов омываемых океанами и морями. Равнин в этом мире было мало и за возделываемую землю часто вспыхивали войны. Я бывала в этом мире дважды, один раз в гостях у серафимов, второй в гостях у народа Лирлисов. Это полулюди полу лисы, имеющие привычку совать свой нос куда не следует. Очень любопытные от природы они славились своими университетами и исследовательскими институтами. Лирлисы стояли во главе техно-магических наук и продвигались в технологических изысканиях семимильными шагами, но при этом упорно цеплялись за старые обычаи и обряды и часто это доходило до абсурда. Например ни один мальчик лирлис не сядет за стол пока мать не позволит ему это, ни один мальчик не покинет материнского дома пока у него самого не родится дочка. В общем уклад у них был матриархальный, но как ни странно правил ими вот уже триста лет Князь. Очень интеллигентный и приятный во всех отношениях мужчина, правдо матери своей боится, как и в детстве. Хорошо что эта умная женщина в политику не лезет, а вот в семье своего сыночка постоянно наводит свои порядки, у бедолаги четыре сына и ни одной дочки.

Я стояла на портальной площадки высоко в горах и меня обдувал ледяной ветер с севера. Хорошо еще что не шол снег, я хоть и переоделась в горнолыжный костюм, но все равно ветер пронизывал тело и норовит вырвать душу.

Ни одного серафима естественно в такую погоду из дома не выгонишь, ножками ходить они не любили, а летать при таком порывистом ветре еще то удовольствие, как раз для смертников. Я пригнулась от очередного порыва и поспешила к видневшийся на краю площадке будке охранника. Судя по тусклому огоньку света в окне он еще не спал и у меня оставалась надежда на возможность передохнуть и немного согреться. По традициям серафимов гость в доме это праздник и не важно какого он происхождения и расы.

Я постучала в окно и меня послали к черту. Обалдело замерев я тряхнула головой и снова постучала.

Дверь резко распахнулась и на пороге оказался сержант лерлийской армии. А он та как тут оказался?

– Простите, прокричала я стараясь переорать ветер,– можно зайти и погреться.

– Ты не серафим,– почему то утвердительно сказал сержант и пропустил меня в маленькую комнатку охранника.

– Я не серафим, подтвердила я его догадку.

– А чего тогда сюда приперлась? – Спросил он ставя чайник на плиту.

– Ой вот и я задаю себе этот вопрос и нафига я вообще сюда поперлась, – сказала я, а мысленно дабавила:

“Ведь была светлая мысль идти через восточный фьорд, нет поперлась через северный хребет.”

–Так чего ты тут? – Сново спросил сержант уже более настойчиво.

– Начальство, оно как пошлет, так хоть стой хоть падай, но выполнять придется, – Сказала я, со вздохом,– Велено с серафимовским начальством встретиться и передать им кое чего.

– А чего и кто твое начальство, – Удивился солдат,– Кто такую деваху пошлет за делом, да еще в такую погоду.?

– Атташе эльфарского посольства, его превосходительство захотели испить винца, белого с южных склонов.– Ответила я и сержант аж сглотнул. Видать доводилось ему пробовать этого вина и у него аж слюнки побежали от воспоминаний.

– А здесь то ты чего забыла, мы ж тут уже третью неделю как сидим, серафимов потеснили, это теперь наша территория.

– Да поняла я уже.– Со вздохом ответила я и села на колченогий стул. – Просто мой начальник похоже чего то с порталом напутал. А где сейчас серафимы? Понимаете мне без вина ну никак нельзя назад. Уволят, мамка ругаться будет.

Я тяжело вздохнула и посмотрела в глаза сержанта жалостливо- жалостливо и он сдался.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.