Джина Майер
Тайное обещание

Copyright © 2018 Ravensburger Verlag GmbH, Ravensburg, Germany

© Gina Mayer, 2018

© Дизайн обложки, Anna Rohner

© О. Поташкина, перевод на русский язык

© ООО «Издательство АСТ», 2022

* * *

18 сентября, 10:54

Привет, Зои.

Что случилось? Ты уже больше недели в Сноуфилдс, а я до сих пор НИЧЕГО про тебя не узнала!

Как там в школе-интернате? Как тебе твой новый класс? Ты уже нашла мне замену, новую лучшую подругу?  И получается ли ездить верхом?

Насколько я тебя знаю, ты уже опередила всех и теперь лучшая в классе.

Что там с Калебом? Ты должна называть его мистер Коул, раз он теперь твой учитель?

Напиши мне! НЕМЕДЛЕННО! В противном случае я буду считать, что ты меня забыла, и УДАЛЮ твой контакт.

Всего хорошего.

Ким.

18 сентября, 10:59

Дорогая Ким,

НЕ УДАЛЯЙ! Сейчас быстренько отвечу на вопросы:

1. Очень напряженно!

2. НЕТ, никогда, Ким. Я безумно скучаю по тебе!

3. Еще не знаю.

4. Лучшая в верховой езде? Они все лучше, чем я. И лучшая среди них всегда Изабель Дюфрен.

5. Калеб.

Прости, прости, прости, что я не писала. Сейчас столько всего происходит.

В выходные побольше расскажу, я обещаю! Как у тебя дела? Как же я хотела бы, чтобы ты была здесь!

До связи.

Зои

1

Зои направила свой взгляд вниз и повернулась левым боком. Опустила правое плечо, подняла левое и скрестила руки. Дышала спокойно и равномерно, украдкой глядя на Сильвер из-под опущенных век.

Лошадь стояла в нескольких метрах от нее у края загона и скучающе рыла копытами землю. Потом фыркнула. Это было похоже на вздох.

Зои тоже хотелось вздохнуть. А еще лучше – громко закричать. От безысходности.

Еще одна попытка. Она повернулась правым плечом к Сильвер, опустила взгляд, в этот раз делая все открыто. Дышала спокойно. Подождала.

Сильвер не подошла.

Зои подняла голову и увидела Калеба. Он стоял, облокотившись об ограду и скрестив руки. За ним толпились остальные ребята из класса.

– Так не пойдет, – сказала она.

Калеб улыбнулся. Как и всегда, он был одет во все черное, а его темные волосы были заплетены в косу.

– Почему не пойдет? – спросил он.

– Не знаю.

– Что она имеет в виду?

Калеб повернулся к остальным. Все пожали плечами. Даже Изабель ничего не сказала, но она определенно знала ответ. Изабель Дюфрен всегда все знала и все могла.

Ей было всего 13, как и Зои. Однако в отличие от Зои Изабель была профессионалом в конном спорте. Ее семье принадлежал самый известный во всей Северной Америке конный завод Дюфренов Stud & Stallion Breeding, находившийся в Квебеке.

Изабель начала заниматься верховой ездой, когда ей исполнилось три года, и уже завоевала все важные призы в соревнованиях по выездке среди юниоров. В мгновение ока она могла заставить любую лошадь делать именно то, что ей хотелось. И в довершение ко всему выглядела она потрясающе, в ее речи слышался приятный канадско-французский акцент.

Зои не слышала о фамилии Дюфрен, пока не приехала в Сноуфилдс. К тому же она ничего не понимала в лошадях и уж тем более в искусстве верховой езды, поэтому теперь это наглядно демонстрировалось ей каждый день.

– Ну давайте. Кто-то же сможет помочь Зои, – сказал Калеб.

Молчание доставляло все больший дискомфорт. Большинство учеников потупили головы, только Киприан Фрейзер пристально смотрел своими голубыми глазами на Зои. Но он был последним, кто мог бы что-либо сказать. Он промолчал.

– Кэти? – спросил Калеб.

Девушка с неоново-голубыми волосами, стоявшая рядом с Изабель, нахмурила свои проколотые брови.

– Что?

– Ты можешь сказать, что Зои сделала не так?

Кэти продолжала жевать жвачку. Своим нескрываемым безразличием в сочетании с невероятной неряшливостью она сводила учителей Сноуфилдса с ума. Она постоянно забывала домашнюю работу, опаздывала на уроки или теряла важные бумаги – и при этом еще и дерзила, когда ей делали замечания. Она просто-напросто игнорировала наказания и выговоры.

Теперь же она надула огромный розовый пузырь жвачки. Пузырь лопнул, и Кэти довольно долго жевала жвачку, прежде чем соблаговолила ответить.

– Без понятия.

– Но ты знаешь, как это нужно делать.

Кэти продолжила жевать жвачку. Казалось, Калеб вообще не замечал ее бестактность.

– Будь так любезна. – Он поклонился и махнул рукой, как гофмаршал перед королевой.

Кэти состроила язвительную гримасу, открыла ворота и подошла к Зои.

Зои закусила губу. Она чувствовала себя такой глупой. Почему Калеб так с ней поступил, выставив ее на посмешище? Ведь мог же он просто объяснить Зои, почему у нее не получилось установить коммуникацию с лошадью?

Не говоря ни слова, Зои отошла к краю манежа и наблюдала, как Кэти выполняла те же самые движения, что и она. Вот Кэти опустила свою голову с окрашенными в синий цвет волосами и медленно повернулась боком, посмотрела вниз и затем показала Сильвер правое плечо.

В этот раз лошадь уже не стояла на месте с равнодушным видом. Она медленно двинулась вперед и подошла к Кэти. Как только лошадь встала прямо перед ней, Кэти подняла руку и погладила Сильвер по серебряно-белому лбу. В первый раз за все время после того, как она зашла в манеж, на ее лице показалась улыбка.

– Молодец. Спасибо, Кэти, – сказал Калеб.

Зои почувствовала, как глаза наполняются слезами. Она незаметно ущипнула себя за левое бедро, да так сильно, что на этом месте мог бы появиться синяк. Только не реветь. Только бы не показывать, как сильно ее задела эта ситуация.

– Зои, не хочешь попробовать еще раз? – спросил Калеб.

Ее охватила злость. Это хорошо. Злость в любом случае лучше, чем слезы и жалость к себе.

– Зачем? – спросила она резко. – Я до сих пор не имею ни малейшего понятия, что я сделала не так. И пока мне кто-нибудь это не объяснит, лучше я это сделать не смогу.

Калеб снисходительно улыбнулся, как отец, чей ребенок устроил истерику в супермаркете.

– Подойди сюда, Зои. – Калеб встал в середину манежа, а Кэти в это время вышла оттуда.

С неохотой Зои подошла к нему. Он положил руку ей на плечо и притянул к себе.

Она почувствовала слабость в ногах и дрожь в коленках. Занервничала из-за того, что стояла так близко к Калебу.

– Полное спокойствие, – сказал Калеб так тихо, что только она могла это услышать. Заметил ли он ее дрожание?

Она напрягла все мышцы и тело, сжала руки в кулаки. Дрожь прекратилась.

– Неправильно, – сказал Калеб. – Расслабься.

Расслабься. Если бы Зои не была в таком отчаянии, она бы громко рассмеялась. Как, по-вашему, можно расслабиться – в такой-то ситуации? Она ощутила на себе взгляды ребят, а также их любопытство, снисходительность, сочувствие, облегчение, что они не были на ее месте.

У Зои не получалось расслабиться. Если бы она поддалась внезапному чувству, то заплакала бы, а это было бы ужасно.

– Забудь о ней, – снова сказал ей шепотом Калеб, так, что только она его слышала. Он прекрасно знал, что с ней происходило. Но от этого легче не стало.

Еще чуть-чуть, и Зои была бы готова убежать прочь. Но потом она услышала в своей голове голос матери, так отчетливо, будто та стояла сейчас рядом с ней.

«Люди не имеют значения, – говорила Ирмхильд Салливан. – Сконцентрируйся на музыке».

В прошлом с помощью этих слов она помогала Зои избавиться от страха перед игрой на флейте на сцене.

«Другие не имеют значения, – подумала теперь Зои. – Важна только Сильвер». И теперь она почувствовала, как плечи сами собой опустились, руки расслабились, взгляд обратился внутрь, а дыхание стало спокойным.

«Пассивное положение» – так Калеб называл положение тела, которое нужно принять, чтобы приблизить к себе лошадь. Поскольку таким образом ты показываешь ей, что не представляешь для нее никакой опасности, но при этом указываешь направление.

– Хорошо, – сказал Калеб.

Она слышала тихий стук копыт Сильвер, а затем бархатистый нос лошади оказался перед ней.

Зои подняла голову, но не посмотрела на Сильвер. Взглядом она бы только заставила лошадь отстраниться. Она лишь подняла руку и погладила блестящую серебристую шею лошади.

– Спасибо, Сильвер, – пробормотала она.

Громкие аплодисменты за манежем. Обычно ее это злило. Всем остальным из класса по искусству верховой езды удалось с первого раза установить коммуникацию с лошадью, только у Зои это до сих пор не получалось. Но взглянув на своих одноклассников, она не увидела на их лицах ни насмешки, ни снисходительности, а только искреннюю радость от того, что узел наконец развязался и ей удалось выполнить это упражнение.

– Я отведу Сильвер на выгон, – сказал Калеб после занятия. – Пойдешь со мной, Зои?

Она немного неуверенно кивнула. «К чему это?»

Калеб подождал, пока остальные отошли на такое расстояние, чтобы никто не подслушал их разговор, и начал говорить.

– Как у тебя дела? – спросил он.

– Что это за вопрос такой? – Зои раздраженно теребила свои светлые волосы. – Я худшая в классе, как у меня могут быть дела?

Он покачал головой, улыбаясь, будто это было совсем абсурдное заявление. Очевидно, что между Зои и остальными ребятами в классе зияло расстояние длиною в световые годы.

– Нельзя сравнивать себя с другими, – сказал Калеб. – Они выросли с лошадьми и ездят на них много лет. А для тебя все в новинку.

– Когда я упражняюсь с Шаманом, все идет как по маслу, – сказала Зои. – Он сразу же понимает, чего я хочу, и делает все в точности как я ему говорю. Но с другими лошадьми не получается, вообще ничего не получается.

– Какая чепуха! Сегодня ты сделала огромный шаг вперед. А в следующий раз будет еще один. Или, возможно, через раз. У нас куча времени.

Они оказались у выгона. Зои открыла калитку, провела Сильвер на пастбище и надела на нее уздечку.

Пока лошадь заходила в загон, Зои услышала позади себя тихое фырканье и почувствовала горький, неповторимый запах Шамана. Она повернулась и обняла большого черного мустанга за шею.

– Ну что, старина? Как дела?

Несколько недель назад жеребец совсем поплохел. Даже Калеб, которому тот принадлежал, не мог заставить его пойти на выгон. Других лошадей Шаман к себе тоже не подпускал. Поэтому он весь день провел в конюшне в полном одиночестве.

С самого начала Шаман подпускал к себе только Зои. Никто не понимал, почему он доверял именно ей, почему даже позволял ездить на себе верхом, в то время как она не имела ни малейшего понятия о лошадях. Даже Калеб не мог это объяснить.

Но после того как Зои увела Шамана из Сноуфилдс и сбежала с ним в лесную глушь, чтобы спасти его жизнь, жеребец изменился. Он все еще был застенчивым и пугливым, но позволил увести себя на пастбище и больше не вырывался.

Однако, как и прежде, никому не разрешалось гладить и ласкать его, кроме Зои. Он относился к Калебу с недоверчивой осторожностью; от всех остальных он сбегал, стоило им взглянуть на него.

Зои зарылась носом в гриву Шамана и ощутила его бархатный мех на своей щеке. Когда она была с ним, то понимала, что перейти в эту школу было правильным решением.

Зои отошла от мустанга, и ее взгляд упал на Калеба. Его лицо было полно печали и тоски. Было время, когда Шаман слепо доверял ему, когда Калеб был для него всем. Как теперь Зои.

Но после тяжелого несчастного случая на соревнованиях Шаман перестал доверять Калебу, которому до сих пор не удалось вернуть доверие лошади.

Печаль Калеба тронула Зои, но на волне ее сочувствия присутствовала и капля удовлетворения. Ведь ей удалось что-то, чего не получалось у Калеба, несмотря на его глубокие знания лошадей, – она спасла Шамана. Если бы Зои не было, этот мустанг не смог бы остаться в Сноуфилдс, возможно, его даже усыпили бы.

Но тогда Зои стало стыдно за это чувство. В том, что Шаман ей доверял, не было ее заслуги. Его расположение пришло к Зои само собой.

Калеб кивнул, будто хотел подтвердить что-то, чего Зои не высказала.

– Смотри, тоже его не разочаруй, – сказал Калеб тихим голосом.

Как, черт возьми, он всегда угадывал, о чем она думала?

Когда Калеб ушел, Зои еще раз взъерошила гриву Шамана, затем нежно похлопала его по шее.

– К сожалению, мне нужно идти, – прошептала она.

Темно-карие глаза Шамана с золотыми прожилками посмотрели на Зои с полным разочарованием.

– Не смотри так на меня, – сказала она ему. – Я бы сама с радостью погуляла с тобой. Но, к сожалению, меня ждут домашние задания.

Горы домашних заданий, если точнее. Ей еще нужно было написать эссе по английскому, выучить новые французские слова и подготовить реферат о политике.

В Сноуфилдс предъявлялись высокие требования не только к урокам верховой езды, но и ко всем другим предметам. В конце концов, по окончании школьного года ученики должны были быть в состоянии сдать те же выпускные экзамены, что и в обычной школе.

У Зои всегда были хорошие оценки, и она, к счастью, привыкла к тому, что домашние задания и экзамены шли почти бок о бок. Раньше Зои несколько часов посвящала игре на флейте, но теперь использовала это время для тренировочных занятий с лошадьми и особому уроку естественного искусства верховой езды. Занятия с флейтой были все же не такими разочаровывающими, как занятия у Калеба.

Она подумала о комнате в здании интерната, где ученики делали уроки. Это был большой светлый зал, в котором никогда не бываешь один. Но несмотря на это, Зои всегда чувствовала себя там ужасно одинокой.

Она просто не успела ни с кем познакомиться. Возможно, дело было в том, что она приехала в школу-интернат через пару недель после начала учебного года. Ее одноклассники уже наладили контакты и завязали дружбу. Зои была им не нужна.

Иногда Зои сидела с тетрадками и книгами на кровати в спальне. Там было четыре кровати, но целыми днями в комнате никого больше не было. Зои была по-настоящему одна. Так было проще, чем оставаться одинокой среди других людей.

Шаман ткнул ее носом в плечо. Затем он вскинул голову и заржал, словно желая привлечь ее внимание к ясному синему небу. Деревья на опушке леса сияли яркими осенними красками: желтым, оранжевым и красным.

Озеро блестело в теплом солнечном свете. Где-то щебетала птица – звучало так, будто она смеялась над Зои.

– Ты прав, Шаман, – сказала она. – День слишком хорош, чтобы провести его за уроками.

2

Пока Зои накидывала на Шамана уздечку, которую только сняла с Сильвер, он начал трепетать от радости.

– Мы просто идем гулять. Мне нельзя на тебе ездить, – предупредила она его. И вместе с этим почувствовала, как ее настроение тут же снова упало.

Когда Зои была с Шаманом летом, одна, совершенно свободная в лесу, она каждый день ездила на нем верхом. До этого она ни разу не сидела на лошади и всему обучала себя сама. Какое же это было для нее удовольствие – скакать галопом на Шамане по лугам и лощинам! Не нужно было задумываться ни об осанке, ни о стиле езды.

Калеб был в ужасе на первом уроке верховой езды, который состоялся у них после возвращения Зои.

– Нужно снова начинать с самого начала, – объяснил он ей.

Он был недоволен каждым ее движением. Зои сидела в седле слишком далеко вперед, ее осанка была недостаточно прямой. Она неправильно держала узды, не давала лошади ни одного ясного сигнала. И так далее, и так далее.

Чем больше Калеб поправлял Зои, тем более скованной и неуверенной в себе она становилась. И тем хуже ездила верхом. Но самым худшим было то, что ей строго-настрого запретили ездить на Шамане.

Директор школы, миссис Фитцджеральд, категорически запретила Зои садиться на спину Шамана, когда та в первый раз посетила ее кабинет.

– Я знаю, ты уверена, что можешь его контролировать, – сказала она, – но Шаман – очень беспокойный конь. Я не могу, к сожалению, взять на себя ответственность и разрешить тебе ездить на нем.

– Никогда больше? – спросила Зои испуганно.

Миссис Фитцджеральд помедлила с ответом.

– Поговорим об этом еще раз, когда ты перейдешь в пятый класс, хорошо?

– Тогда я позабочусь о том, чтобы сделать это как можно скорее, – возразила Зои. Это произошло после ее первого занятия по верховой езде. Тогда она была более уверена, что научиться ездить верхом для нее раз плюнуть.

Шаману так же сильно нравились совместные выезды с Зои, как и ей самой. И теперь Зои даже не могла ему объяснить, почему ей больше нельзя было ездить на нем.

– Собственно говоря, я сама этого не понимаю, – сказала она.

Она повела его по тропинке к озеру, а оттуда – в лес. Между стволами вековых деревьев росли папоротники метровой высоты. Наверху в листве ворковали лесные голуби.

Зои глубоко вздохнула и почувствовала, как расширилась грудная клетка. Она запрокинула голову, увидела, как вершины деревьев высоко взмывают в осеннее небо, и от этого вида у нее чуть не закружилась голова.

Шаман шел быстро, ему хотелось подвигаться. Зои тоже ускорила шаг и затем перешла на бег. Какое-то время она бежала рядом с ним, но это была неравная гонка. В то время как Зои вскоре начала тяжело дышать от бега и, наконец, полностью запыхалась, Шаман даже не вспотел.

Он опустил голову, разочарованный и ничего не понимающий. Как и Зои.

Девочка отвела его на поляну, побежала рядом с ним и снова сдалась через несколько минут.

Она вспомнила их выездки летом, когда они с Шаманом были единым целым, единым существом.

Шаман – очень беспокойный конь.

– Что за бред! – пробормотала она.

Шаман тихо фыркнул. Его золотисто-карие глаза смотрели на нее. Умоляюще, но в то же время немного язвительно. «Почему ты позволяешь другим говорить тебе, что делать, а чего не делать? – казалось, спрашивал он. – Просто делай то, что хочется. Как я».

Зои прикусила нижнюю губу, прислушиваясь к тишине леса. Пение птиц. Жужжание пчел. Ни голосов, ни шагов.

Она схватила Шамана за уздечку и пошла с ним к груде стволов деревьев, лежащей на краю луга. Было нелегко залезть на его спину без стремян, но после нескольких попыток ей это удалось.

Ее сердце сильно забилось в волнении, она чувствовала пульс по всему телу. Шаман стоял неподвижно, как будто не мог поверить, что Зои действительно рискнула это сделать.

Было странно сидеть на коне без седла и уздечки. Зои держалась только за конец веревки, за которую она вела Шамана в лес. Как ей без поводьев заставить Шамана двинуться?

«Все знаки, которые ты даешь своей лошади, идут от твоего тела, – так сказал Калеб в прошлый раз на занятии. – Используй свои ноги, свои ступни, свой вес».

На уроке верховой езды Зои с треском провалилась, когда попыталась управлять мерином Джоуи между конусами в слаломе, используя только бедра.

Получится ли сделать это сегодня? Она перенесла свой вес вперед и подняла верхнюю часть тела.

Шаман сразу же среагировал. Он выставил правую ногу и медленно пошел по лугу, по направлению к реке.

Сначала Зои была крайне напряжена, так как было очень тяжело держать равновесие. Но, проехав первый круг по лугу, она немного расслабилась и начала экспериментировать. Когда Зои прижала правое бедро к боку Шамана, отведя ступню назад, он двинулся влево. А когда она слегка надавила на левый бок, он пошел направо.

Но как же она остановит его без поводьев? И снова Зои доверилась своей интуиции, откинулась, переводя вес назад.

Шаман остановился.

Затем Зои попробовала расслабленную рысь. Она напрягла мышцы и подтянулась, чтобы Шаман пошел быстрее. Как только девочка расслабилась и присела, он замедлился.

Зои чувствовала, что Шаман ждет только одного сигнала, чтобы поскакать галопом, но она пока не решалась на это.

– В следующий раз, – прошептала она. – Я тебе обещаю. Но это останется между нами, да?

Зои была полностью уверена, что следующий раз наступит. Несмотря на то, что это было запрещено. То, что дарит такое приятное ощущение, не может быть неправильным.

Через какое-то время Зои направила Шамана к ручью. На мелководье он вошел в воду и стал пить. В этот же момент девочка услышала топот копыт, становившийся все громче. В испуге Зои спрыгнула с коня прямо в ручей, который оказался гораздо глубже, чем она ожидала. Теперь она стояла по колено в воде. И, естественно, на ней были не сапоги для верховой езды, а кроссовки, которые сразу же промокли.

Зои поспешила перейти к берегу, но тут на поляне показались два человека верхом на лошадях. Девочка инстинктивно наклонила голову и хотела пригнуться, но дно было скользким, и из-за резкого движения она потеряла равновесие. Закричав, она шлепнулась в воду.

Шаман пронзительно и испуганно заржал. Всадники остановили лошадей и повернули головы.

– Эй! – закричал высокий женский голос. – Ты в порядке?

Глупый вопрос. Зои сидела посреди ручья, одежда была мокрой, а день холодным. Она ничего не ответила, с трудом поднялась на ноги, снова чуть не поскользнувшись, и взобралась по насыпи на луг.

– Зои! – Девушка подбежала к ней. – Что ты тут делаешь?

Этот французский акцент ни с чем нельзя было спутать. Зои сдержала стон. Это была Изабель Дюфрен на своем красивом темно-коричневом лузитанском коне Бранко.

С ней был Киприан Фрейзер, восседавший на одной из школьных лошадей. Его невероятно яркие голубые глаза, которые необычайно контрастировали с черными волосами, смотрели на Зои в изумлении.

Она стиснула зубы, чтобы те громко не стучали от холода. Вода капала с ее волос, стекала по рукавам и штанинам. Зои чувствовала себя мокрой канализационной крысой.

– Я прогуливалась с Шаманом, – наконец произнесла она.

– В ручье? – спросила Изабель.

– Что за ерунда? – Зои убрала прядь со лба. – Я отвлеклась, а он убежал от меня в воду.

– Тоже неплохо. – Изабель, как и всегда, выглядела потрясающе, с ее темными глазами и шелковистыми прямыми волосами, так плавно спадавшими ей на плечи из-под шлема для верховой езды, будто она только что от парикмахера. – Или ты боишься, что он утонет?

– Я услышала, как вы скачете, – объяснила Зои. – Поэтому хотела вытащить его отсюда. Шаман немного боязливый.

Она злилась на себя за то, что ее голос звучал так слабо и нервно. Почему она вообще перед ними оправдывается? Их вообще не касается, что она тут делает.

– Я уже слышала, что он немного чокнутый, – сказала Изабель.

– Чокнутый? – спросил Киприан язвительно. – Да этот конь вообще неадекватный.

Зои почувствовала, как внутри все начало закипать. Как Киприан смеет так говорить о Шамане! Он его совсем не знает!

Но Зои не успела ничего ответить на это, так как Изабель опередила ее и спросила:

– А это ведь тот самый конь, с которым ты убежала тогда, да? – Ее прекрасные глаза заблестели от любопытства.

Терпение Зои лопнуло.

– Просто идите, куда шли, – сказала она резко. – У меня тут все под контролем, а вы заставляете Шамана нервничать.

Киприан оглядел ее мокрое тело сияющим взглядом, задумчиво улыбнулся, затем развернул свою лошадь и поскакал обратно к лесной тропинке. Немного помедлив, Изабель присоединилась к нему, не попрощавшись с Зои.

Зои смотрела им вслед, пока они не скрылись за поворотом. Только сейчас она позвала Шамана.

На обратном пути в замок она шла пешком.

23 сентября, 16:58

«Привет, Ким.

Только сейчас появилось время написать тебе. Намного больше времени, чем я хотела, честно сказать. Потому что я заболела и лежу в постели. 

Я простудилась на прошлой неделе после вынужденного купания в ручье. Всю неделю у меня была температура , но сейчас мне стало немного лучше. Только ужаснейший насморк и чихаю каждые две минуты, а нос ярко-красного цвета.

Хочешь узнать, почему я плавала в ручье в конце сентября? В этом виноват Шаман. Я ездила на нем верхом, хотя мне это и запрещено. Здесь каждый все еще уверен, что ему нельзя доверять. Но я же его знаю, я знаю, что он никогда не причинит мне вреда. Он не сбросил меня, просто мне пришлось быстро спрыгнуть с него, так как подходили люди. Да уж, вот так вышло, что мы стояли посреди ручья. Ох, Ким, столько всего нужно тебе рассказать!

Нужно срочно поговорить по скайпу. Как назло, у меня есть время поболтать только вечером, а потом все сидят перед своими ноутбуками, и Wi-Fi становится перегруженным.

Ну, ладно. Насколько я тебя знаю, тебя больше всего интересует мой класс и искусство заклинания лошадей , так что начну с этого. Мы это называем естественное искусство верховой езды. Калеб считает, что заклинание лошадей звучит глупо.

Класс на самом деле довольно неплохой, даже несмотря на то, что я ни с кем не подружилась. Нас всего десять, и почти у каждого есть своя лошадь, и почти каждый из них занимается конным спортом уже много лет.

Звезда класса, конечно же, Изабель Дюфрен. Изабель может просто-напросто все. Она отлично ездит верхом, говорит с лошадьми, будто сама и есть лошадь, как и они, она выглядит потрясающе, и все считают ее классной.

Я всегда чувствую себя неудачницей на ее фоне, и ты можешь себе представить, насколько это чувство для меня ново!

Кэти Саммервилл – кошмар наших учителей.

Она просто сумасшедшая, у нее синий цвет волос, пирсинг, татуировки и все такое. Кэти делает то, что хочет, и зла на весь мир.

Не имею ни малейшего понятия, почему.

Но ездит она отлично, хотя ей это совсем не идет. Она определенно не похожа на девушку, которая занимается конным спортом. Она уже давно знает Калеба, возможно, он и ее привел в Сноуфилдс. Во всяком случае, я не могу представить, чтобы она подавала сюда заявку.

А еще есть Его Преосвященство Киприан Фрейзер, который игнорирует всех (кроме прекрасной Изабель) и презирает меня, потому что я не умею ни ездить верхом, ни плавать. (Как назло, Киприан увидел, как я на прошлой неделе угодила в ручей).

Еще есть Джоэл, Мэтью, Дрю, Алехандра, Макс и Харуко, но о них я расскажу тебе в следующий раз. До сих пор я не знаю о них ничего, кроме их имен.

Как у тебя дела, мое солнце? С кем теперь тусуешься с тех пор, как я уехала? Чем занимается старый добрый Фредди?

И когда ты навестишь меня?

Я так по тебе скучаю!

Зои».

23 сентября, 17:10

«Привет, Зои.

Все это звучит не очень.

Все правда так ужасно? Мне нужно идти, к сожалению. Волейбол. Позже напишу. Держись там. Или возвращайся обратно в Ванкувер.

Я тоже безумно скучаю по тебе.

Ким».

3

Зои прочитала сообщение Ким, стоя в кухне, расположенной у спальни, в ожидании, пока закипит вода в чайнике.

«Все правда так ужасно?» – спрашивала Ким. При этом Зои старалась быть как можно более оптимистичной и полной надежд. Но Ким знала ее с детского сада, и здесь ее не обманешь.

«Держись там, – написала она. – Или возвращайся обратно в Ванкувер».

Она права.

Здесь есть только два варианта: либо Зои сдастся и уедет из Академии Сноуфилдс (Шамана она в любом случае возьмет с собой в Ванкувер, Калеб должен признать, что жеребец принадлежит ей); либо она возьмет себя в руки и начнет бороться. И, наконец, научится правильно кататься верхом. Это может оказаться не так уж трудно. Ведь у всех в конце концов это получилось.

Чайник закипел и выключился. Зои положила в кружку пакетик чая с ромашкой и залила кипятком, затем встала с кружкой у окна и посмотрела во двор замка.

Ученики сидели вплотную друг к другу на круглой скамейке вокруг могучего каштана. Они болтали, смеялись, некоторые уткнулись в свои телефоны. На всех была школьная форма академии – пиджак темно-зеленого цвета поверх белой рубашки с серой жилеткой плюс кремовые брюки.

Зои глубоко вздохнула. Сможет ли она когда-нибудь сидеть вместе с остальными так же беззаботно и счастливо? И быть частью большого целого? Тяжело такое представить. В Ванкувере она тоже никогда не являлась частью какой-либо компании, ей слишком часто приходилось бывать в разъездах. Но у нее была Ким.

Зои подула на свой чай и тут же снова чихнула, когда эфирный аромат цветков ромашки достиг ее носа. Проклятый насморк. Но, по крайней мере, благодаря простуде у нее появилось время передохнуть. Зои наконец-то нашла время, чтобы подумать обо всем. Об этой ситуации, о своем будущем.

Почему она не сделала этого раньше, вместо того чтобы погрязнуть в жалости к самой себе?

Она должна как можно быстрее сдать экзамен для перехода в 5-й класс. Тогда миссис Фитцджеральд разрешит ей ездить на Шамане. И с этого момента все станет проще.

5-й класс был минимальным уровнем, которого нужно было достичь, чтобы просто иметь возможность подать заявление в Академию Сноуфилдс. Ким сдавала экзамен в этот турнирный класс год назад. Зои помнила, как ее подруга месяцами готовилась к нему и в результате провалилась на экзамене. И это несмотря на то, что она начала ездить верхом, когда была еще совсем маленькой.

– Я должна сделать это быстрее, – пробормотала Зои.

До сих пор у нее получалось все, за что она бралась. Почему здесь, в Сноуфилдс, все по-другому?

Из-за Калеба. Осознание этого пришло так внезапно и было настолько очевидным, что Зои недоумевала, почему она поняла это только сейчас. Вместо того, чтобы приободрять Зои, он вселял в нее неуверенность в себе. Только поэтому она не добилась никаких успехов за последние несколько недель. Наоборот, у нее было чувство, что с каждым занятием у нее получалось все хуже и хуже. Калеб тормозил ее успехи.

Зои задумчиво выпила свой чай, ополоснула кружку и поставила ее обратно в шкаф.

Выйдя из кухни, она приняла решение: завтра она поговорит с Калебом и попросит его найти ей нового учителя по верховой езде. И если он не согласится на это, она уйдет из Сноуфилдс.

* * *

Зои тщательно выстроила предложения и тихо проговаривала их про себя снова и снова. В конце концов, она не хотела обидеть Калеба своим желанием заниматься с другим учителем. Тем не менее у нее во рту пересохло от волнения, когда она вошла к нему в манеж после занятия.

– У тебя есть время поговорить?

– Есть. – Калеб как раз закончил накручивать корд. – Как у тебя дела? Ты вернулась в форму?

– Да, полностью выздоровела, – уверила она его и тут же чихнула.

– Мне интересно, где ты могла подхватить эту простуду.

– Мне тоже. – Она быстро перевела взгляд на носки своих туфель.

– Ну так что, о чем ты хотела поговорить, Зои?

– Я… – Куда подевались те предложения, которые она подготовила? Слова путались у нее в голове. – Ну так это… я думаю, мне нужно больше занятий по верховой езде.

– Еще занятий? – Она подняла голову и встретила удивленный взгляд Калеба. – Зачем? У тебя и так каждый день одно занятие.

– Но у остальных по три часа в неделю выездка и конкур. Всего получается шесть часов, хотя у них уровень намного выше, чем у меня.

– Но у них только два часа индивидуальных занятий.

– И все же. Как я смогу достичь их уровня мастерства, если не буду больше тренироваться?

Темно-карие глаза Калеба, которые странным образом напоминали Зои глаза Шамана, пристально смотрели на нее. Ей хотелось бы снова опустить взгляд, ведь у нее постоянно возникало чувство, что он может посмотреть сквозь ее лоб напрямую в голову и прочитать ее мысли.

– Я не думаю, что увеличивать количество часов – это хорошая идея. Я не хочу тебя перегружать.

– Ты меня не перегружаешь, – заявила она. – Наоборот. Я хочу уже наконец продвинуться вперед.

Он нахмурил брови.

– Но я в любом случае не смогу заниматься с тобой больше, чем час в день. Я просто физически не буду успевать.

Теперь Зои опустила глаза, чтобы Калеб не видел в них радости. Ее тактика сработала, разговор принял именно то направление, на какое она надеялась.

Калеб был известен во всем мире и был востребован как заклинатель лошадей; люди из кожи вон лезли, чтобы он поработал с их проблемными скакунами. Несмотря на то что Академия Сноуфилдс находилась довольно далеко, многие привозили своих животных, чтобы он помог им избавиться от их причуд и страхов.

На своих занятиях он часто рассказывал о случаях, с которыми имел дело: удостоенная наград скаковая лошадь, которая внезапно начала кусаться и брыкаться; годовалый жеребец, отказавшийся залезать в прицеп для перевозки лошадей; кобыла, которая не позволяла себя поймать. Иногда уходили недели на то, чтобы Калебу удалось заполучить доверие лошади и рассеять ее страхи. Часто ему приходилось работать не только с животными, но и с их хозяевами. Потому что люди передают свою неуверенность и проблемы лошадям, сами того не подозревая.

– Может быть, у кого-нибудь из преподавателей найдется еще время, – сказал Калеб, и это было именно то, чего хотела Зои. – Я уточню этот вопрос и дам тебе знать, хорошо?

– Хорошо. – Зои кивнула с облегчением. – Я могу оплачивать эти дополнительные часы. – Деньги не были проблемой для нее. За последние несколько лет она заработала на своих выступлениях на флейте; она могла бы позволить себе круглосуточные уроки верховой езды.

– Я поспрашиваю. Уверен, мы к чему-нибудь придем.

Как он опять на нее посмотрел! Она сразу же стала уверенной в том, что он знал, какие мысли роились у нее в голове. Злится ли он на нее? Или обижен?

– Я подумала, что еще хотела бы присутствовать на занятиях, пока другие занимаются. – К ее раздражению, ее голос внезапно стал слишком высоким от волнения. – Я имею в виду, когда у меня будет время. Как думаешь, учителя не будут против?

Калеб отодвинул свою шляпу на затылок и задумчиво почесал за левым ухом.

– Смотри, не переусердствуй с этим, Зои.

– Что ты имеешь в виду?

– Я знаю, какая ты амбициозная и нетерпеливая. Однако, когда дело доходит до верховой езды, самое важное – спокойствие. Это то, чему ты должна научиться. Выжидать. Поддаваться.

Она пожала плечами.

– Но в конце года я должна быть на одном уровне с другими по верховой езде, чтобы я могла посещать стандартные уроки во втором классе на втором году обучения. Если у меня этого не получится, я не смогу остаться в школе-интернате, как ты сам сказал. Но для этого я должна увеличить темп. Я даже не могу правильно скакать галопом, а выездку и конкур я еще и не начинала.

– Когда основы освоены на отлично, остальное придет само собой.

Ей пришлось сдерживать себя, чтобы не рассмеяться. Эту фразу ей раньше постоянно говорила и учительница по игре на флейте. Но в отличие от Калеба миссис Лоуренс никогда не советовала ей ожидать и поддаваться. «Упражняться, упражняться, упражняться» – было ее девизом. Тот, кто хочет продвинуться вперед, должен не жалеть себя.

И то же самое относилось и к верховой езде, в этом Зои была уверена.

Мистер Перси, который преподавал конкур в Сноуфилдс, был восхищен, когда Зои спросила его, можно ли ей понаблюдать за тем, как проходят его занятия.

– Конечно, можно, – сказал бывший жокей, у которого после окончания карьеры округлился живот. – Я постоянно говорю всем своим ученикам, чтобы они как можно чаще смотрели, как ездят их одноклассники. Люди ведь учатся лучше всего на ошибках других.

Мистер МакКлейн, руководивший отделением по выездке, тоже не был против. Только заместитель директора Сноуфилдс, Эллен де Ческо, которая преподавала все дисциплины, скептически отреагировала на эту просьбу Зои.

– Что ты ожидаешь от этого получить?

– Я хочу как можно скорее научиться ездить верхом, – ответила Зои.

– Ездить верхом учатся не по наблюдениям за другими. – Уголки рта миссис де Ческо чуть приподнялись, и она презрительно улыбнулась. – Это нужно пробовать на собственной практике.

– Я это понимаю, – сказала Зои. – Но никому явно не повредит понаблюдать за тем, как это делают другие.

– Не повредит, если ты усвоил необходимые основы до того, как подал заявление на обучение в авторитетной школе-интернате. – Улыбка исчезла с лица миссис де Ческо, и теперь ее красивое узкое лицо казалось высеченным из мрамора. – Я не возражаю, ты всегда можешь прийти посмотреть. Мне нечего скрывать. Но должна тебя предупредить: на моих занятиях нет этого эзотерического уютного обучения, типичного для уроков мистера Коула.

Уютное обучение. Так и было. Эллен де Ческо была права. Методика преподавания Калеба, его «целостный подход», как он это называл, действительно была уютна и удобна как для лошадей, так и для учеников. Он никого не изнурял на занятиях, но с таким подходом золотую медаль не выиграть.

Миссис де Ческо неверно истолковала молчание Зои.

– Ты потрясена тем, что я сказала? – спросила она. – Мне жаль, но я всегда говорю все, как есть. Не люблю мямлить.

– Все в порядке, – сказала Зои. – Я тоже.

Шаги Зои эхом разносились по старому каменному полу в школьном здании. Коридор перед классом был пуст, остальные уже были внутри. Только на широком подоконнике напротив двери сидела стройная темная фигура.

Калеб.

Увидев Зои, он спрыгнул и подошел к ней.

– Ну вот и ты наконец! Я боялся, что простуда вернулась.

– Нет, у меня все хорошо. Я… эм… я опаздываю.

– Это не займет много времени. Я нашел для тебя учителя.

– Правда? Это же прекрасно! А кого?

– Киприана Фрейзера.

Она недоверчиво посмотрела на него.

– Киприана? Но он же сам еще учится. Как и я.

– В отличие от тебя он умеет ездить верхом.

В этом он, конечно, был прав. Зои закусила нижнюю губу. Уроки верховой езды от Киприана. Эта идея ей совсем не понравилась. Киприан был таким хладнокровным и высокомерным. Он никогда не говорил ей ни слова и даже не смотрел на нее. Она была почти уверена, что он ее презирает, потому что она ничего не знала о лошадях и верховой езде.

– Что думаешь? – спросил Калеб.

– Ничего. Я имею в виду… ну ладно.

– Ну ладно? – Калеб улыбнулся. – Звучит не очень воодушевленно.

– Напротив. Я рада.

– Это хорошо, – сказал Калеб. – Ни у кого из официальных учителей Сноуфилдс нет сейчас времени на дополнительные занятия, у них все забито.

– А Киприан? Ты уже говорил с ним об этом? Он вообще хочет проводить со мной занятия?

– Да. – Калеб пожал плечами. – Я сказал ему, что ты будешь оплачивать его занятия.

Ах, вот оно что. Киприан охотился за денежками.

– Разумеется.

– Ну хорошо, значит решили этот вопрос. Это отличное решение. У Киприана уже есть кое-какой опыт преподавания верховой езды, ты многому можешь у него научиться.

– Супер. – Теперь эта идея нравилась ей еще меньше. Хороший учитель не должен быть симпатичным. Но Киприан был одноклассником Зои. Если он будет давать ей уроки верховой езды, станет еще более очевидно, насколько она безнадежно проигрывает на фоне других.

Но все же у нее не было другого выбора. Ей нужно было уйти от Калеба с его уютным обучением, иначе она не смогла бы продвинуться дальше. Киприан был ее единственным шансом, которым она должна воспользоваться.

По крайней мере, она могла быть вполне уверена, что он не станет плохо о ней отзываться на глазах у остальных. Он слишком молчалив для этого.

– Правда все нормально? – спросил Калеб. – Тебе не нужны дополнительные уроки верховой езды, не чувствуй себя обязанной делать что-либо.

– Я в любом случае буду их брать, – поспешно ответила Зои. – Спасибо за то, что поспрашивал.

– Не за что. – Калеб улыбнулся. – Мне нужно будет сократить количество часов в будущем. На следующей неделе в Сноуфилдс приедут еще три новые лошади, с которыми мне нужно будет работать. Пока что я не могу давать тебе уроки. Будет здорово, если с Киприаном все получится. В противном случае найдем тебе нового преподавателя.

Зои кивнула.

– Одно индивидуальное занятие в день остается, само собой, бесплатным, – добавил Калеб. – Это оплачивает школа. Оплачивать нужно будет только дополнительные занятия.

– Без проблем. – Зои снова задалась вопросом, обижает ли, злит ли Калеба то, что она ищет себе нового учителя. Но она даже не пыталась прочитать выражение его лица. В отличие от нее по лицу Калеба нельзя было догадаться, что у него на уме.

За завтраком Зои с Киприаном склонились над своими расписаниями. Было совсем не просто выкроить время на дополнительные занятия по верховой езде. Расписание в Сноуфилдс было так распланировано, что в нем сложно было найти свободное время. Утром у них проходили уроки по обычным школьным предметам, после обеда уроки верховой езды и обучение естественному искусству верховой езды, а перед ужином все делали домашние задания.

– Мои занятия у Калеба всегда шли с двух до трех, – сказала Зои. – Что, если мы просто начнем в это же время и будем заниматься два часа? Тогда закончим в четыре.

– Не пойдет. – Киприан покачал головой. – С трех до четырех у меня самого занятие по верховой езде. Здесь никого не волнует наше расписание. – Он поморщился. – Кроме того, два часа занятия за раз – это далеко не идеальный вариант. Это очень утомительно.

– Правда? Для меня нет. – Два часа занятий для нее пустяки. Раньше она часто занималась на флейте пять часов без перерывов. Время просто пролетает, когда погружаешься в то, что делаешь.

– А для меня – да, – сказал Киприан. – Час после уроков не проблема, а второй час нужно будет перенести на какое-нибудь другое время.

– Тогда остается только перед ужином.

– В это время я тоже не могу.

Зои задалась вопросом, какие такие срочные дела у него могут быть в его свободное время. В отличие от большинства учеников Сноуфилдс, у Киприана не было своей собственной лошади, о которой нужно было бы заботиться.

– Встретимся еще раз после ужина? – предложила она. – Только придется встретиться в зале: на улице-то уже темно.

– А что насчет выходных? – спросил Киприан. – В выходные ты тоже можешь?

– Могу.

– Можем заниматься час перед завтраком и час после обеда. Тогда останется поставить куда-то только один час в неделю.

– Отлично. – Зои кивнула.

– Но это означает, что тебе придется вставать довольно рано.

– Без проблем. – Она и так всегда рано вставала в выходные, чтобы заниматься на флейте. Но она не рассказала это Киприану. Это было в ее прежней жизни, которая осталась в прошлом.

4

Их первое занятие по верховой езде произошло после обеда и оказалось для Зои сплошным разочарованием. Уроки с Киприаном были такими же тяжелыми и огорчающими, как и уроки с Калебом.

Киприан позволил Зои проехать лишь несколько кругов шагом и затем полкруга рысью, а потом снова остановил ее.

– Основы ты еще не освоила, – сказал он, качая головой.

Зои сдержала вздох. Калеб всегда говорил ей то же самое.

– Голова, плечи, таз и пятки образуют вертикальную линию, – поучал он Зои. – У тебя ступни слишком далеко.

Зои поправила свою посадку на лошади, и когда Киприан кивнул, она пустила Сильвер в бег рысью. Но через несколько метров он снова остановил ее, потому что она неправильно держала поводья. А потом раскритиковал ее позу. А после этого – снова посадку.

Зои заметила, что напрягалась все больше и больше, а настроение стремительно падало.

– Что случилось? – спросил Киприан. Он стоял, прислонившись к решетке, окружавшей конный манеж, в точно таком же положении, что и Калеб.

– Ничего не случилось. – Зои уныло усмехнулась. – Я вообще не умею ездить на лошади, вот и все.

Киприан склонил голову и погрузился в одну из своих долгих молчаливых пауз. Зои очень хотелось бы узнать, что в этот момент происходило в его голове. Считал ли он ее безнадежной и задавался ли вопросом, как бы ему поскорее выбраться из этого положения? Возможно, он даже раздумывал, на что потратит деньги, которые Зои платила ему за занятия.

Макс как-то рассказал Зои, что раньше Киприан участвовал в международных соревнованиях, как и Изабель. Но летом они оба отказались от соревнований и теперь учились естественному искусству верховой езды.

Киприан и Изабель были лучшими учениками в классе заклинателей лошадей, и им иногда разрешалось помогать Калебу в особенно сложном или интересном случае. Зависть овладевала Зои каждый раз, когда она видела их с Калебом в маленьком манеже с высокими выгонами, на которых они работали с трудными лошадьми. Получится ли у нее достигнуть такого же высокого уровня?

– Сядь-ка наоборот, – вдруг сказал Киприан.

– Что?

– Сядь в седло наоборот. Лицом назад.

Зои поколебалась какое-то время, затем перекинула правую ногу через шею Сильвер. После продолжительных неловких размахиваний руками и ногами она в конечном итоге смогла повернуться в седле, и когда, наконец, села лицом назад, то почувствовала себя совершенно глупо. Что, черт возьми, задумал Киприан?

– И что теперь?

– Теперь ты поедешь верхом. Сначала шагом.

Это было ужасно сложно! Без поводьев и сидя задом наперед.

Зои понадобилось какое-то время, чтобы прокрутить в голове все сигналы, которые заставляли Сильвер начать движение. Она прижала шенкеля друг к другу, но не отвела пятки назад, а вытянула ноги вперед, пока кончики пальцев не коснулись боков Сильвер.

Это сработало. Сильвер тихо фыркнула и пошла. От удивления Зои чуть было не упала с седла.

– Умница. – Она похлопала лошадь по крупу.

– Осанка, – сказал Киприан.

Зои подняла голову, расправила плечи и опустила пятки.

– Хорошо. И… стоп! – скомандовал Киприан.

Зои заерзала в седле, но вместо того чтобы перенести вес назад, она наклонилась вперед. Сильвер остановилась.

– А теперь легкой рысью! – дал команду Киприан.

Ей пришлось изрядно попотеть для того, чтобы сделать это. Было важно согласовывать свои движения с движениями лошади. Каждый раз, когда Сильвер переходила на шаг, Зои приходилось напрягать тело и приподниматься в седле.

Сильвер пошла рысью. Зои двинулась вверх, но слишком поздно откинулась назад и покачнулась. В следующий раз она сделала это слишком рано. Сильвер раздраженно вскинула голову. Прыжки Зои сбили ее с толку.

– Не надо так много думать, – сказал Киприан.

«Ха-ха, очень смешно!» – подумала Зои. Как будто можно просто отключить свои мысли.

– Прекрати двигаться и вместо этого сконцентрируйся на шагах, – сказал Киприан.

Зои схватилась за седло и закрыла глаза. Когда раньше при игре на флейте у нее были трудности с особенно сложным ритмом, она дышала в такт. Теперь она сделала то же самое. Она вдыхала и выдыхала в такт шагам Сильвер, тем самым сливаясь в движении своим телом с движениями лошади.

Она осознала, что в ее голове больше нет ни одной мысли, и почувствовала, что стала совершенно спокойной. При следующем вдохе она напрягла мышцы бедер и привстала из седла, при выдохе – снова опустилась в седло. Теперь она и Сильвер двигались в один такт.

– Отлично, – сказал Киприан.

Отлично. Это что-то новенькое. Во всяком случае, Зои никогда не слышала этого слова на уроках верховой езды. Звучало довольно приятно.

Девочка была вся в поту, когда остановила лошадь по окончании занятия. Со счастливой улыбкой на лице она выпрыгнула из седла. В первый раз у нее возникло чувство, что ей действительно удалось что-то сделать.

– А чем будем заниматься в следующий раз? – спросила она Киприана, ведя Сильвер из манежа. – Учиться скакать галопом назад?

– Нам еще довольно далеко до этого, – серьезно сказал Киприан.

Радость, которую она только что испытывала, в момент испарилась. Не надо строить себе иллюзий. Этот путь был и остается тернистым.

Громкая трель выдернула Зои из глубокого сна. Она нащупала телефон и выключила будильник, поднимаясь в постели.

На соседней кровати лежала Кэти, почти полностью скрывшаяся под одеялом вместе с головой. Над ней сверху спала Дрю, а над Зои – Харуко.

Они все просто спокойно лежали, не шевелясь. Суббота и воскресенье были единственными днями, когда можно было выспаться, и этим пользовались все в Сноуфилдс. Завтрак в выходные был до половины десятого, но большинство учеников пропускали его и вставали в одиннадцать или двенадцать часов.

Даже Зои обычно старалась поспать как можно дольше. Ее нельзя было назвать соней. Просто таким образом она убивала время. Она ненавидела выходные без уроков и занятий по верховой езде, поскольку часы будто стояли на месте.

Как бы ей хотелось прокатиться на Шамане в уединении лесов, как прошлым летом! Это было самое счастливое время в ее жизни.

Зои молча надела джинсы и сняла куртку с крючка рядом с дверью. Потом побежала по лестнице во двор.

Густой туман вился сквозь входные ворота, за которыми находился ров. Воздух был прохладный и влажный. От холода Зои скрестила руки на груди.

Возможно, стоило взять более теплую куртку. Но если бы она вернулась в комнату, то опоздала бы на занятие по верховой езде.

Она подбежала к загону, чтобы забрать Сильвер. Школьные лошади целый год находились снаружи, в загоне, несмотря на то, что зимой здесь было морозно.

На первый взгляд выгон выглядел так, будто ночью шел снег, а сейчас был, между прочим, только конец сентября. Густой белый туман покрывал траву, лошади по плечи стояли в его полосе. Они прижимались друг к другу, пытаясь согреться. Это были Рози, Лаки, Файер, а рядом с ними стояла Сильвер. Но где же Шаман?

Она обнаружила его немного в стороне от других. Ее сердце сжалось, когда она увидела, насколько он одинок. Одиночка, не являющийся частью стада. Как и она.

Жеребец увидел Зои и подбежал к ней. На рассвете он был похож на остаток ночи, кусочек тьмы. Зои протянула ему руку, внутренней стороной вверх. Она почувствовала его теплое дыхание на своей коже и этот знакомый запах земли и мокрой травы.

Зои нежно погладила его по голове.

– Должна тебя разочаровать, Шаман, – прошептала она ему. – Я здесь, чтобы забрать Сильвер. – Он не мог понять ее слов, но ей показалось, что его золотисто-коричневые глаза печально заблестели.

Она обняла его и поцеловала в нос.

– Не грусти, старина. Сегодня после обеда я снова приду, и мы погуляем. Или прокатимся верхом. Но только тс-с! Никому не говори!

Возле загона она встретилась с Киприаном, который оседлал большого голштинского жеребца Фанки. Он как раз затянул седельную подпругу.

– Ну, вот и ты, наконец, – сказал он, осторожно встряхнув седло, чтобы проверить, хорошо ли оно закреплено. – Я уж было подумал, что ты проспала.

– Такого не будет. – Зои махнула рукой. – Мне сегодня ездить на Фанки? Тогда отведу Сильвер обратно в загон.

– Я оседлал Фанки для себя. У нас будет прогулка верхом.

– Правда? – Сердце Зои забилось сильнее. Теперь ее сонливость как рукой сняло. «В данный момент твоя выездка не идеальна, – сказал Калеб на своем первом уроке верховой езды. – Ты еще пока не в форме». Однако он разрешил ей вместе с остальными поездить верхом на природе. Но ей нельзя было сходить с тропинки и скакать быстрее рыси. И Шаман, конечно, был под запретом.

Именно поэтому до сих пор она отказывалась от выездок на природу. Она не хотела ни для кого быть обузой, а без Шамана это все в любом случае не доставляло ей удовольствия.

Киприан подождал, пока Зои закрепила седло на Сильвер и села в него. Затем он вскочил на спину Фанки и, слегка нажав шенкелями, направил жеребца на тропинку, ведущую к озеру.

Тем временем утренний туман рассеялся. Клочья серебристой блестящей дымки плыли в низинах сине-зеленых лугов и над зеркальной гладью озера. Все указывало на то, что день будет чудесным.

Над лесом взошло солнце. Сначала его лучи окрасили небо в бледно-желтый цвет, затем свет стал ярче и сильнее. Наконец, небо загорелось золотым цветом.

Тепло коснулось кожи Зои. Она почувствовала, как холод исчезает из ее окоченевших конечностей, как расслабляются ее мускулы.

Она сделала глубокий вдох и улыбнулась.

Киприан рысью скакал перед ней на Фанки вдоль берега. Зои больше всего хотелось пустить Сильвер по лугам, ведущим в лес. Ее манила неописуемая красота, царившая в это время среди высоких старых деревьев. Но Киприан не хотел ехать в лес, и она должна была скакать рядом с ним.

Он оглянулся через плечо. Его голубые глаза засияли.

– Хочешь скакать впереди меня? – услышала она его крик. Он потянул поводья и пропустил Сильвер вперед. – Следи за своими ступнями, – сказал он, когда она проходила мимо него. – Пятки – самая низкая точка тела. Голова прямо над пятками.

Она подавила вздох и поправила свою посадку.

На полянке они остановили лошадей. Киприан выпрыгнул из седла, поднял две большие ветки, лежавшие под яблоней, и крестообразно положил их на землю.

– Мы немного позанимаемся гимнастикой, – пояснил он. – Ну-ка слезь.

Зои должна была вести Сильвер за уздечку через препятствия.

– Обрати внимание на длину ее шага, – сказал Киприан. – Это имеет решающее значение при конкуре.

При конкуре. Это звучало многообещающе. Сердце Зои забилось сильнее.

Как и тогда, когда ехала по манежу, сидя в седле спиной вперед, Зои делала вдох каждый раз, когда лошадь поднимала одну из своих задних ног, и, прежде чем она опускала ее, снова выдыхала. И заметила, как ритм лошади сообщался ее телу.

После четырёх кругов Киприан разрешил ей сесть в седло. Теперь она перепрыгнула крест из веток, сидя на спине Сильвер.

Вдох, выдох, вдох, выдох… При шаге это получалось у нее превосходно.

– Теперь рысью! – скомандовал Киприан.

Они перепрыгнули ветки вдоль и поперек восемь раз подряд. Всякий раз, когда задняя нога Сильвер поднималась, тело Зои напрягалось; когда она опускалась, Зои снова расслаблялась.

На девятый раз она сделала большой разбег, пустила Сильвер в галоп и позволила ей легко перепрыгнуть через ветки.

Она знала, что прыжок удался, хотя Киприан нахмурил брови. Может быть, Калеб дал ему указание как можно дольше удерживать ее от галопа?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.