Ксения Руднева
Снегурочка поневоле, или Лейтенант желает познакомиться

Я уныло обдирала мандарин, складывая ароматные корочки поверх внушительной горки таких же. По телеку шла «Ирония судьбы» конечно же, хотя я с бОльшим удовольствием посмотрела бы про елки, может, хоть настроение бы поднялось чуть-чуть. Но бабушка современную комедию включать категорически отказывалась, аргументируя свой выбор традицией.

– Может, пора уже менять эти традиции? Все равно от них толку никакого нет… – ворчала я с кухонного диванчика, пока бабушка резала картошку на оливье.

– Вот заведешь свою семью, там и будешь свои традиции устанавливать, – парировала ба.

Я тяжко вздохнула. Какая тут семья, когда Димка меня бросил еще накануне, заявив, что хочет как следует в новогоднюю ночь повеселиться, а я со своими принципами все равно не дам ему оттянуться, как следует. Так что парень, уже бывший, весёлую компанию на Новый год себе обеспечил, а у меня всякое желание праздновать отпало. Девчонки, конечно, звали с собой, но я своим кислым, как эта неудачная мандаринка у меня в руках, видом портить остальным вечер не собиралась. Вот и сидела дома в пижаме с оленями, мечтая, чтобы поскорее эта ночь закончилась, и наступило первое января. И с чего вокруг этого всего такой ажиотаж?

– Инна Станиславовна идёт, – как бы между прочим отметила бабушка, поглядывая во двор. Обеденный стол у нас располагался возле окна, и с нашего первого этажа весь двор был как на ладони. – Ой, упала! – всплеснула ладонями ба. – Вот проходимец! Толкнул пожилого человека и даже не помог подняться, убежал. Ещё и капюшон нахлобучил, разбойник!

Я продолжала заниматься мандарином, угрюмо сосредоточившись на собственных проблемах, – до чужих мне особого дела не было.

– Ну чего она не встаёт-то? – в отличие от меня бабушка восприняла неприятность, постигшую ее подругу, близко к сердцу.

Мне же она не сочувствовала, считая мою «дружбу» с Димкой глупостью и детским стремлением подражать старшим, а самого Димку – разгильдяем, недостойным и минуты моего времени.

– Какие твои годы, – говорила она. – Ещё в сто раз лучше найдёшь и вспомнишь потом бабушкины слова.

Встречаться она нам не запрещала, пока я успешно закрывала сессии, которых в моей жизни случилось всего две, а третья как раз была на носу, но и мнения своего о моем ухажере никогда не скрывала.

– Лежит, – с беспокойством покачала головой ба. – Может, ногу повредила и встать не может? Идём! – скомандовала бабушка, отложила нож и развязала передник.

Я нехотя отложила недоеденные дольки, накинула пуховик прямо поверх тёплой фланелевой пижамы, сунула ноги в угги и поспешила вместе с бабушкой на улицу.

– Инна! – позвала бабушка с беспокойством. – Инна, ты чего лежишь, встать не можешь?

Мы подошли ближе к женщине, которая не дошла до нашего подъезда совсем немного. Бабушкина подруга не отвечала и не подавала признаков жизни, неестественно бледная и какая-то… другая. Некрупные, искристые снежинки безмятежно падали с неба на землю и покрывали все пушистым слоем, застревали в жестком, топорщащемся меху ондатровой шубы, что была надета на женщине. Большинство окон вокруг радостно мигали разноцветными огнями, елка во дворе светилась теплым желтым светом, и, кроме нас, вокруг не было ни души. Сюрреализм какой-то!

– Инна? – бабушка согнулась и аккуратно дотронулась до плеча приятельницы.

Я с опаской приблизилась, думать о худшем не хотелось, но ситуация вырисовывалась скверная. Ну, хотя бы крови не было, это ведь хороший знак?

– Может быть, в скорую позвоним? – разлепила я обсохшие от волнения губы.

– Да, надо, – бабушка решительно выпрямилась.

Ее лицо выглядело непривычно озабоченным и скорбным. Я вытащила телефон из кармана, мельком отметила, что Димка так и не позвонил, и набрала нужные цифры. Пока я, приплясывая от морозца, кусавшего за нос и щеки, общалась со скорой, а бабушка стояла рядом и в нужных случаях подсказывала, из-за угла дома вывернул мужчина. Незнакомец в распахнутой куртке и новогоднем блестящем колпаке на голове в руках нес пакеты, а под мышкой умудрялся тащить еще и небольшую, но наряженную елочку. Он весело насвистывал английский мотивчик про бубенцы и слегка пританцовывал в процессе – видимо тяжелые пакеты не доставляли ему неудобства и особых препятствий. Но чем ближе к нам приближался незнакомец, тем менее веселым остановилось его лицо.

– Что тут у вас? – молодой парень лет двадцати пяти, которого я издали и в темноте приняла за мужчину, встал рядом с нами.

Пакеты и елку он успел сгрузить на ближайшую скамеечку возле подъезда, застегнул куртку и теперь, нахмурившись, ждал ответа.

– А вы кто? – не растерялась, в отличие от меня, бабушка.

Я же была занята тем, что изучала молодое лицо с правильными чертами, светлую челку, выбивавшуюся из-под шапки, прямой нос и красивый подбородок. До этого момента я незнакомца у нас во дворе точно не встречала.

– Ваш новый участковый уполномоченный полиции, старший лейтенант Смелов Андрей Владимирович, – излишне официально представился мужчина. Чтобы вытащить из внутреннего кармана удостоверение, ему пришлось расстегнуть куртку. – Недавно совсем переехал, – к моему удивлению он кивком указал на наш подъезд. – Вот, обживаюсь…

– Очень приятно, Андрей Владимирович, – перебила ба. – Происходит вот что: я увидела в окно, как кто-то толкнул мою подругу, она упала и больше не вставала. Мы с внучкой забеспокоились и поспешили выйти на улицу, но Инна так и не пришла в себя. Мы вызвали скорую, – на последних словах бабушки лейтенант опустился рядом с безжизненным телом женщины прямо на колени и проверил пульс, осмотрел зрачки, зачем-то прислонился щекой ко рту.

– Дыхание есть, – сообщил он.

– Слава Богу! – выдохнула бабушка. – Думаю, нам нужно будет написать заявление.

– Какое заявление?

– О нападении, конечно! – нетерпеливо пояснила ба. – Неизвестный толкнул мою подругу и сбежал, надо его найти.

Андрей Владимирович поднялся с колен, отряхнул джинсы и потер большим пальцем бровь.

– Не думаю, что его у вас примут, – наконец сознался он. – Тем более тридцать первого. Вы поймите, все выглядит так, будто пожилая женщина случайно поскользнулась. Печальное стечение обстоятельств, несчастный случай…

– Молодой человек! – бабуля включила профессора, коим и являлась на протяжении уже не одного десятка лет, и заговорила тоном преподавателя университета. – Я прекрасно осознаю то, что видела. Инну толкнули. И сделавший это обязан понести наказание.

– Хорошо. Допустим, мы поднажмем, и заявление у вас примут. Сколько шансов вы дадите на то, что преступника найдут? Видеонаблюдения на нашем доме нет, двор тихий, на улице темно, и все готовятся к Новому году…

– Вы предлагаете ничего не делать? – бабушка вскинула бровь, а я попыталась решить: на чьей все же я стороне?

Вроде и бабушка дело говорит – нельзя этого хулигана просто так отпускать, а вроде и капитану виднее, он все-таки в полиции служит.

– Я всего лишь знаю немного эту кухню изнутри и смотрю на вещи трезво, хотя вам может показаться, что это и не так. Никто не будет искать человека без примет, убедят вас, что вам показалось, и отправят домой, если только вы не принесете им железные доказательства и злоумышленника на блюде.

– Значит, принесем, – уверенно заявила бабушка.

И уж тут я не сомневалась: именно так и получится. Новенький участковый плохо знал мою бабушку, поэтому сильно удивился:

– В каком смысле?

– В том смысле, что я собственнолично собираюсь найти негодяя, раз уж никому, кроме пожилой профессорши математики, и дела до этого нет, – отрезала ба. – Диана мне поможет.

Участковый заинтересованно взглянут на меня. Проследил взглядом, начиная с лица, лишенного всякой косметики, и заканчивая ногами, обутыми в уютные мохнатые угги. Хмыкнул. Я нахмурилась, не зная, как расценивать этот его хмык. Вообще-то, я довольно симпатичная, стройная и парням обычно нравлюсь, просто сейчас немного не в форме из-за Димкиной подлости.

– Дело ваше, – пожал плечами лейтенант и вернулся к своим пакетам, сунул елку обратно под мышку, ухватился за пластиковые ручки и, ничего не говоря и не прощаясь, скрылся за дверью соседнего подъезда.

– Не повезло нам с участковым, – резюмировала ба.

Мы продолжили танцевать под открытым небом в ожидании медиков, я приплясывала активно, чувствуя, как холод медленно, но неуклонно пробирается под пижаму, а бабушка к тому времени лишь начала притопывать – видимо, ее пуховик оказался теплее. Я дышала на голые руки, завидовала людям, находящимся за чужими и такими теплыми окнами, и категорически отказывалась подниматься домой и оставлять бабулю одну. На козырьке нашего подъезда неоново-синим светилась гирлянда в виде сосулек, и, кажется, целому миру не было дела до того, что происходило прямо сейчас в нашем пустынном дворе.

Скорая приехала минут через пятнадцать. На самом деле не так уж и долго, учитывая, какой сегодня день, и сколько народу начинает праздновать пораньше. Инна Антоновна так и не приходила в себя, мы с бабушкой каждые несколько минут по очереди проверяли ее пульс и дыхание. Два грузных, усталых мужчины в синей форме погрузили пострадавшую на носилки и увезли. Документы достать не удалось, так как дома у Инны Антоновны нам никто не открыл. Номеров ее дочки и зятя, с которыми она проживала, у нас не было. Я записала адрес больницы, куда повезли женщину, и скорая, мигая синими всполохами, покинула двор.

– Ты и правда собираешься искать преступника? – спросила я у бабушки, когда во дворе остались только мы одни.

– По-другому и быть не может, – уверенно кивнула та. – Зло должно быть наказано, дочка, и я собираюсь сделать все, что в моих силах, потому что на старости лет хочу спать спокойно. Идем! – бойко скомандовала бабуля, и мы, ухватившись под ручку, чтобы не поскользнуться и не упасть, отправились штурмовать собственный подъезд. – Я точно видела, как он сюда забежал, – поделилась ба. – И могу с уверенностью сказать, что он еще внутри, потому что из подъезда никто не выходил. А значит, у нас имеются все шансы найти виновного.

Я восхитилась смекалкой бабули, а потом нас кто-то окликнул:

– Так и не отказались от вашей затеи? – к нам приближался Андрей Владимирович, засунув руки в карманы модного пуховика.

– Не на тех напали, – хмыкнула бабуля.

– С вас тазик оливье, – тяжко вздохнул участковый и открыл своим ключом металлическую дверь. Я нахмурилась: вроде он в соседний подъезд переехал, а дверь открыл нашу… – А теперь расскажите, что вы намерены предпринять?

Бабуля держать интригу не стала и посвятила лейтенанта в детали.

– А пока вы опрашиваете недовольных людей, отвлекая их от новогодних дел, ваш подозреваемый спокойно сбежит, – заметил огреху в нашем плане участковый.

– Кстати, да, – впервые подала я голос. – Или просто спрячется в квартире и не откроет дверь, как будто дома никого нет.

– А ты еще громче скажи, так чтобы весь подъезд услышал, – недовольно проворчала бабуля и призадумалась.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.