Николь Рейн
Киллер

Глава 1

Ева

Вот так живёшь себе, казалось бы, обычной жизнью в совершенно обычной съёмной квартире почти что на окраине города, да и сама ты простая девятнадцатилетняя студентка, ничем не выделяющаяся в толпе, волосы русые, ниже лопаток, как у многих, средний рост, и уверена ты совершенно, что так и пройдёт твоя жизнь, в монотонном ритме, потому что всё самое интересное случается только с необычными людьми, которые сами ищут приключения, под лежачий камень вода не течёт, и всё такое… Так о чём там я? Ах, да… Это был обычный вечер, такой же, как большинство до него. Сиреневая пижама в мелкий горошек, диван, шоколадное мороженое и финал танцевального шоу по телевизору. И вот на самом интересном моменте, когда я должна была узнать, кто же там победит, в мою дверь слабо постучали.

– Ну нет, не сейчас! Уходите, кто бы вы ни были, – отмахнулась, не отрывая взгляда от экрана.

Стук раздался вновь, и более настойчиво. Взглянула на часы: почти одиннадцать. А вот это уже странно. Варианта было два: либо какой-нибудь местный алкаш ошибся дверью, либо, что хуже, я вновь затопила соседей снизу, точнее, не я, а неисправные трубы. Не судьба мне увидеть победителем того симпатичного танцора – это, конечно, разозлило! Встала и подбежала к двери. Будь я не так раздражена, обязательно глянула бы в глазок, желание было только одно – побыстрее со всем разобраться. Замок щёлкнул, и дверь широко распахнулась…

Следующие несколько секунд я помню смутно. Всё произошло так быстро, перед глазами промелькнул мужской силуэт, сердце подпрыгнуло… Опомнилась, сидя на полу между чьих-то ног, сзади сидел мужчина, рот мой закрыли влажной рукой, и раньше, чем я успела дёрнуться, у уха раздался шёпот:

– Пожалуйста, помоги мне… На меня напали, но ни скорую, ни полицию ни в коем случае нельзя… Я заплачу любую сумму, как только оклемаюсь… Умоляю, позволь просто спрятаться тут ненадолго…

Хватка ослабла, и его руки опустились. Я в панике отползла к двери и потянулась к ручке, чтобы сбежать и позвать на помощь! Обнаружила на своей руке кровь, первая мысль была, что он меня порезал, но в состоянии аффекта не чувствую боли. Встав на ноги, всё же поняла, что абсолютно цела, кровь, скорее всего, не моя. Обернулась, готовая в любой момент выбежать и заорать на весь дом, но голос сковало страхом. Мужчина был без сознания. Замерла на несколько секунд, пытаясь собрать мысли в кучу и обдумать его слова. Даже сомневаюсь, что на несколько секунд, скорее минут, просто стояла на дрожащих ногах. Не знаю, почему не двигалась, не звала на помощь. Человеческий организм порой непредсказуем, неизвестно, как он поведёт себя в чрезвычайной ситуации: там, где нужно бежать что есть мочи, люди цепенеют на месте; где нужно кричать, молчат.

На нём были чёрные джинсы и водолазка; тёмные волосы, уложенные гелем, слегка растрепались. Кровь была на руках, красный цвет пестрил на его ладонях и запястьях. Выглядел человек довольно молодо, моложе тридцати лет. Он походил на чёртова спящего ангела, как бы абсурдно ни звучало сравнение небесного существа с демоническим; да, этот, судя по личику, прекрасный ангелочек спал, опершись о стену моего коридора, но именно чёрт занёс его сюда!

Наивность моя, доброта ли, отсутствие инстинкта самосохранения, может, но я медленно отошла от двери. В его голосе было столько отчаяния. Мне знакомо отчаяние, когда ты яро нуждаешься, но все лишь отворачиваются. Мольба о помощи задела струны души – это могло стоить мне жизни. Кто бы поступил так же? В своём уме – никто!

Но подушечку под голову я ему приносить не собиралась, хоть и решила пока ничего не предпринимать. На всякий случай сбегала на кухню за ножом, телевизор выключила – отвлекаться нельзя, и села напротив мужчины, чуть подальше. Сидела долго; сначала он не шевелился, но потом его брови начали подёргиваться, видать, ничего хорошего ему не снилось. Он становился всё бледнее, смогла разглядеть, как ткань на плече и боку сильно пропиталась кровью.

– Да чтоб тебя! – цыкнула я и отложила нож.

Если не остановить кровотечение и не обработать раны, закончиться всё может печально. По самому странному совпадению и на его удачу я оказалась студенткой меда. Пыталась, честно пыталась подавить идею перетащить его на диван, но… Странная женщина, главное – не пожалеть потом о своих действиях. Мне стоило нереальных усилий дотащить его хотя бы до ковра зала, силушки поднять на диван – просто не хватило. Он был довольно высокий и неплохо сложён, впрочем, в этой ситуации я подумала об этом лишь для того, чтобы прикинуть свои физические возможности. Подложила под его тело чистое полотенце и срезала водолазку.

«Да кто же ты такой? Прям окровавленный Аполлон с точёным телом… – думала я, зашивая раны дрожащими руками, предварительно вколов ему обезболивающее. – На маньяка не похож, с такой внешностью маньяками не бывают. Очень надеюсь…»

Характер ран точно определить не могла, два пореза были довольно глубокими, но не похоже, что оставлены ножом.

– Тебя что, пулями шоркнули? – сделала предположение. – Надеюсь, ты не мафиозник. Мне, знаешь ли, проблемы не нужны, – тихо обращалась к нему скорее от нервов; тишина напрягала, а голос разбавлял всю мрачность сложившегося положения.

Ходила вокруг него полночи, ожидая, что он проснётся, но в то же время боясь этого. Чтобы хоть чем-то отвлечься от волнения, даже вытерла кровь с его тела. На внешней стороне руки, между большим и указательным пальцем, обнаружила татуировку в виде пули, значит, вполне возможно, с огнестрельным оружием он связан. Сфотографировала лицо – это на случай, если он мне что-нибудь сделает. Ложусь я обычно рано, но из-за переживаний продержалась почти до утра, потом села в кресло, ведь лечь около него на диван побоялась. Засыпать, конечно, не собиралась, положила возле себя нож и просто смотрела на незнакомца.

С восходом солнца сознание начало проваливаться в сон, я встряхивала головой, не допуская засыпания; пусть поступок мой и безрассудный, но доля разума ещё осталась в голове, уснуть – значит оставить себя совсем беззащитной. Вскочила на ноги, так продолжаться не может, пора его будить!

– Эй! Мистер Аполлон! – сказала громко.

Реакции не было. Пришлось приблизиться, сжимая рукоять ножа. Ох, как же страшно. За ночь я уже даже немного привыкла к нему, а сейчас, когда он проснётся, вновь встречусь с опасным незнакомцем. Попытки привести его в чувства голосом не увенчались успехом, и была вынуждена опуститься возле него на колени. Легонько похлопала по щеке.

Глаза мужчины наконец-то приоткрылись. Взгляд был совершенно затуманен, вряд ли он понимал, где находится и что с ним.

– Тебе пора уходить. Попытайся прийти в себя, уже утро, – еле находила в себе силы произносить эти слова.

Он более осмысленно перевёл взгляд на нож, который я всё ещё держала в руке. Не знаю, откуда у мужчины взялись силы, но моё запястье было поймано железной хваткой, он очень быстро приподнялся и накинулся на меня. Мгновение – и в лежачем положении оказалась я, а брюнет сидел сверху, удерживая мои руки над головой.

– Ты кто такая? Пыталась меня убить? – грубо прорычал он.

Ну вот и всё. Вот сейчас-то я и поплачусь за своё простодушие. Мне конец?

– Ты не помнишь? – пропищала. – Ты ворвался ко мне в квартиру вчера вечером… Просил помочь…

Мужчина помолчал, кажется стал что-то припоминать.

– Зачем тогда нож на меня наставляешь? – вымолвил после раздумий.

– Боялась, что ты очнёшься и накинешься на меня… В общем-то, что ты и сделал. Увы, нож не помог.

Он огляделся по сторонам, не отпуская моих рук, осмотрел плечо и бок, на которых были наложены послеоперационные пластыри.

– Твоя работа?

Я кивнула, проглатывая огромный комок нервов. Мужчина встал на ноги, но его сильно качнуло, пришлось сесть на диван, поставил локти на колени и опустился лицом на ладони. Я тоже поспешила подняться и отойти от него на приличное расстояние. Вновь воцарилась гробовая тишина.

– Где мой телефон? – поднял голову.

– Эм… Не знаю, я ничего не брала.

– Куртки, так понимаю, тоже с собой не было?

– Нет… – тихо ответила и осторожно добавила: – Что с тобой случилось? Кто на тебя напал?

Но он не ответил, лишь поиграл скулами, напряжённо глядя в никуда.

– Мне нужно позвонить. Дай мне свой телефон, – требовательно протянул руку.

Аж разозлило, что за наглость? Он, по-видимому, не понимает, что нежеланный гость и ему крупно повезло, что я выхаживала его ночью, и вот сейчас вместо благодарности слышу приказы. Конечно же, жизнь пронеслась перед глазами, когда он повалил меня несколько минут назад, но теперь вроде как убивать он меня не собирается, поэтому я немного осмелела:

– Так не пойдёт. Я спасла тебя, ты должен хоть как-то объяснить произошедшее.

– Вроде обещал тебе денег, ты их получишь, если дашь мне свой телефон. Но на объяснения не надейся.

– Мне не нужны деньги.

– Сомневаюсь, – фыркнул мужчина, демонстративно окидывая мою квартиру взглядом.

Он намекает, что у меня тут, мягко говоря, не евроремонт? А вот это уже крайне невоспитанно! Знает ли он, как тяжело мне даётся съём даже такого жилья? К тому же тут, по моему мнению, довольно мило и уютно.

– Я помогла не ради денег, мне от тебя этого не нужно.

– Ты можешь просто дать телефон? Я не могу уйти в таком виде, на улице не май месяц, да и голова дико кружится, – процедил он, но добавил-таки: – Пожалуйста.

Прошлась до журнального столика и принесла ему телефон. Он быстро набрал номер, однако пришлось ждать долго, чтобы на другом конце ответили.

– Это я. Нужно, чтобы меня забрали кое-откуда, – начал разговор. – Да, срочно… Кое-что произошло, – аккуратно произнёс, глядя на меня. – Всё пошло не по плану, не могу добраться сам. Подробности позже… Через сколько? Издеваешься?.. Да, позвонишь по этому номеру. Адрес скину в сообщении.

Мужчина быстро набрал текст и отложил телефон на диван, потом откинулся на спинку, сверля меня взглядом.

– Удвою сумму, если позволишь остаться ещё ненадолго, – невозмутимо кинул он.

– Я же сказала, что мне не нужны твои… – подбоченилась я. – Дело вовсе не в деньгах.

– А в чём?

– Просто ты меня пугаешь… – промямлила. – Пойми, что я тебя не знаю, мне страшно находиться рядом с совершенно незнакомым мужчиной.

– Если бы я хотел тебе навредить, то уже сделал бы это, не сомневайся.

– Вот видишь! То, что ты говоришь в попытке, возможно, успокоить, настораживает ещё больше! Скажешь хотя бы своё имя?

– Нет.

Я истерично усмехнулась и всплеснула руками.

– Ладно… Через сколько тебя заберут?

– Через пару часов.

– И что нам делать эти пару часов?

Но, вместо ответа, он просто прикрыл глаза. Я опять беззвучно хохотнула от абсурдности ситуации.

– Будешь кофе? Лично мне это необходимо, – направилась в кухню. – Хотя тебе бы лучше сейчас витаминный компотик, но есть только кофе.

– Воду.

Следующие полчаса мы сидели молча. Изредка я ловила его на том, что смотрит на меня, но стоит взглядам пересечься, и отворачивается. Видок мой, наверное, не из лучших. Пижама причудливой расцветки да опухшие от недосыпа глаза. А этот греческий божок даже после всего выглядит будто только с обложки журнала… Совсем с ума сошла! Не в том положении, чтобы подмечать такое. Нужно ему что-нибудь дать прикрыться, а то мой сонный мозг уже посылает галлюцинации – золотистое свечение, исходящее от его обнажённого торса.

Нашла в шкафу голубую футболку оверсайз с карикатурным изображением котика; раз я в ней тону, то ему должна быть как раз. Мужчина скептически осмотреть протянутую мною вещь. Но мы оба понимали: или он идёт в ней, или выходит на осеннюю улицу в неглиже. Поэтому, поджав губы, натянул на себя футболку, которая оказалась немного коротковата для него. Он какое-то время смотрел на трафарет на своей груди, а затем сказал:

– В детских отделах присматриваешь себе стиль?

– Очень смешно. Всё лучше, чем одеваться в магазинах для снобов.

– Да, никогда не был в таких. Значит, советуешь не ходить?

– Отчего же? Мне даже кажется, что я видела тебя на плакате одного из таких магазинов, – с усмешкой кинула я, возвращаясь в кресло.

– Придётся опять судиться, бренды надоели воровать моё лицо, – сказал он абсолютно серьёзно, так, что даже не понятно, шутка ли.

Я непроизвольно улыбнулась, но встретила его холодный взгляд, однако вся эта суровость нехило разбавлялась моей милой футболочкой, поэтому прикрыла новый смешок кулаком; чем дольше он смотрел на меня, тем больше я смеялась, не в силах остановиться. Боже, мне нужно поспать! Веду себя как дурочка.

Телефонный звонок прервал эту неловкую ситуацию. Хотела было подняться и посмотреть – кто, но мужчина ответил быстрее, будто это был его телефон. После короткого разговора он встал на ноги.

– За тобой приехали? – поднялась я следом.

– Да. Кстати, где моя обувь? Вроде её я не терял.

– В коридоре… Хотела на диван тебя положить, вот и сняла… – отчего-то засмущалась я.

– На диван?

Мужчина задумчиво посмотрел и на меня, и на замшевый фиолетовый диванчик, видать, прикинул, почему у меня не вышло, и направился к выходу. Пока он обувал чёрные найки, я подошла к двери и положила руку на ручку. В голове пронеслись все события ночи, самой необычной ночи в моей жизни, которая наконец подошла к концу. Мы никогда больше не увидимся – так думала тогда – хорошо, что всё закончилось благополучно, надеюсь, что он впредь не попадёт в подобную ситуацию, да и я тоже.

Мужчина приблизился к двери, она открылась, но он замер возле меня ещё на несколько мгновений.

– У меня есть твой номер, а тот, на который звонил, удалил.

– Зачем тебе мой номер?

– Чтобы отблагодарить. Не рассказывай никому, что произошло. Если ты сохранишь секрет, то всё будет нормально.

– А если нет? – неуверенно подняла голову, заглядывая в его глаза.

– Не хочу тебе угрожать или расставаться на плохой ноте. Просто прими совет и молчи.

– Я и так не собиралась никому говорить. Мне просто некому… – тихо ответила.

– Прощай, – без особых эмоций произнёс он и сделал шаг за порог, а уже оттуда добавил: – Спасибо за всё.

Дверь закрылась, и почему-то меня опять поглотило волнение. Впервые в жизни в моём доме ночевал мужчина, к тому же он оказался ещё и незнакомцем.

Проснулась ближе к вечеру, нашарила рукой телефон, чтобы посмотреть время.

«Смс?»

Глаза мои округлились. Банк возвестил о пополнении счёта на сумму, эквивалентную арендной плате моей квартиры за полгода. Я резко села, пытаясь убедиться, что мне не снится или что это не ошибка. Даже не сразу поняла, откуда это, но довольно быстро догадалась. Да, деньги были бы не лишними, но я заставила себя вернуть перевод. Потом несколько минут немного жалела. Зачем мне показывать гордость перед мужчиной, которого больше не увижу? Но решила, что поступила правильно. Верю, что этот мир ещё не настолько плох и есть люди, готовые помогать безвозмездно.

Даниэль

«Вернула деньги? Это намёк, что мало скинул? Ладно. А если так?..» – подумал мужчина и удвоил сумму.

В отличие от Евы, он не верил в безвозмездность людских поступков, был уверен, что всему есть цена. В данной ситуации решил, что этого должно хватить, чтобы окупить её бессонную ночь.

– Даниэль, ты уже тут, – сказал высокий блондин лет тридцати восьми, входя в свой огромный светлый кабинет, отделанный по дизайнерскому проекту. – Докладывай, что там случилось. – Кинул стопочку бумаг на стол и присел на его край.

– Цель не появилась, по итогу целью оказался я, – ответил Даниэль, сидящий в белом кресле.

– Кто был нападавшим?

– Снайпер. С соседнего здания.

– Видать, не очень хороший снайпер, – напряжённо скрестил руки начальник.

– Считай это профессиональным чутьём, босс, но я понял, что что-то не так, поэтому ему пришлось стрелять по движущейся мишени.

– Не сомневался в тебе. Я разберусь с этим. Снайпер, стрелявший в снайпера, значит… Нонсенс какой-то. – Алексей Марчев, глава охранной организации, по официальным данным конечно, встал и прошёлся по кабинету. – Как тебе удалось сбежать? По тому, что мне уже доложили, ты пробыл в этом доме до утра.

– Когда поднимался на крышу, заметил, как молодая девушка входит в свою квартиру. Заглянул к ней…

– Устранил её?

– Нет. Заплатил за молчание, – чуть ниже сполз в кресле Даниэль, опирая голову на руку.

– Хорошо, вели на всякий случай за ней приглядеть. Пусть только попробует пикнуть.

Начальник подошёл к огромному окну и посмотрел вниз, на город, который открывался с такой высоты завораживающей картиной маленьких, слегка расплывающихся огоньков.

– Заказ выполнять всё равно придётся, но уже не тебе. Отдохни несколько дней, хотя бы до того момента, пока мы не найдёт того, кто стрелял. Как твоим раны?

– В порядке мои раны, и отдых мне не нужен.

– Это не обсуждается. Я не могу рисковать своим лучшим киллером. Ступай.

Даниэль накинул плащ, выходя из здания организации, именно тогда телефон вновь пиликнул.

«На ваш счёт поступило…» – прочитал он уведомление от банка.

Она опять вернула деньги. Ну, не хочет – как хочет. Утраивать сумму будет чересчур. Не привык мужчина оставаться у кого-то в долгу – противное чувство. Но сейчас, видимо, придётся. Глупо с её стороны, конечно. Ему её тут не понять. Есть цена человеческой жизни – для киллера в прямом смысле фразы. Цинизм – вот его удел.

Палец нажал на кнопочку, красный матовый Бугатти издал приятный звук, и салон автомобиля встретил хозяина привычным комфортом.

Глава 2

Месяц спустя…

Мужчина сделал затяжку, и сигаретный дым разнёсся по залу, смешиваясь с дымом клубного оборудования. Громкая музыка и мощные басы будоражили тело, разноцветные лучи мелькали перед глазами, хаотично двигаясь по танцполу. Даниэль стоял на длинном балконе, оперевшись рукой о железные перила, и смотрел на танцующих людей. Верхние пуговицы белой рубашки были расстёгнуты, а волосы с педантично вычесанным пробором уложены назад.

Краем глаза заметил, как вошли три молоденькие девушки, быстро окинул их взглядом, уже собирался отвернуться, не подметив ничего особенного, но одна всё же привлекла его внимание. Она была в коротком белом платье с глубоким вырезом, но чувствовала себя в нём некомфортно, пыталась оттянуть вниз, чтобы прикрыть откровенно обнажённые бёдра. Даже разок чуть не упала, немного неуклюже вышагивая на высоких каблуках к столику. Уголки мужского рта еле заметно приподнялись. Он узнал свою спасительницу. Остановил официанта, отдал окурок и велел принести за стол девушек две бутылки шампанского, но не говорить от кого. А потом вернулся к своей компании на мягкую зону.

Спустя час, забывшись в лёгком угаре, опять подошёл к перилам, закурил очередную сигарету и непроизвольно глянул на столик тех девушек, но он оказался пуст. Клубы дыма, выпущенные перед собой, развеялись, открывая обзор на танцпол. Там-то, прямо на центре, танцевала она, окружённая толпой изрядно выпивших людей. Похоже, ей весело. Волна человеческих рук неистово качалась под прожекторами. Моменты, когда можно забыться и позволить телу выражать всё, что на душе.

Даниэль вытащил из кармана телефон и набрал сообщение, потом с интересом наблюдал, как девушка, держащая свой мобильник в руках, замедлила танцевальные движения, чтобы прочитать смс. В этот момент мужчину за бицепс обняла красивая брюнетка с длинными волосами, переняла у него сигарету и сделала глубокую затяжку.

– Есть что покрепче? – спросила она с улыбкой, протягивая ему бокал виски. – Что-нибудь, чтобы уйти в полный отрыв.

– Мне достаточно этого, – бросил Даниэль, не отрывая взгляда от танцпола.

– А я вот думаю, стоит… – не успела закончить она фразу, как мужчина отпрянул и направился вниз.

Ева

Казалось, что я забываюсь и действительно наслаждаюсь, находясь тут. Сокурсницы вытащили меня в это место чуть ли не насильно, заставили надеть откровенное платье, но сейчас всё оказалось не зря. Музыка – чудесное творение человечества, способное разделить с тобой как радости, так и невзгоды. Лишь она может полностью подстроиться под настроение, а порой и создать новое. А танцы – это наслаждение, сумасшедший заряд энергии дарит тебе эта атмосфера, люди просто обмениваются ей здесь, притом не всегда осознавая.

Лёгкая вибрация прошлась по ладони, и я была вынуждена вынырнуть из эйфории, чтобы прочитать сообщение, пришедшее с незнакомого номера.

«Оказывается, ты одеваешься не только в детских отделах», – было написано в нём.

Я совсем перестала двигаться, перечитывая текст.

«Кто это?» – отправила встречное; конечно, догадка есть, но предположение слишком смелое, оно маловероятно.

Ответа не было уже около двух минут, и я заблокировала телефон, решила вновь вернуться к танцам, нужно пользоваться моментом, пока каблуки позволяют это моим ногам. Спустя ещё одну песню диджей смилостивился над выдохшимися, однако не сдающимися людьми, и заиграла медленная композиция, весьма популярная в последнее время, иностранная, мне она нравилась. Моё тело отдалось спокойному ритму, танцпол изрядно опустел, в основном остались парочки, слившиеся в покачивании. Для меня же это не значит, что пора отдыхать, танец может оставаться таким же зажигательным, но энергия его направлена на более плавные и неспешные движения, требующие не меньшей эмоциональной отдачи; вот сейчас действительно ты – это музыка, вы одно целое. Закрыла глаза, забвенно покручивая бёдрами.

Когда музыкальное сопровождение дошло до своей кульминации, я подняла веки… И увидела его. Боже, он выглядел ещё лучше, чем тогда. Смотрел на меня с какой-то лёгкой полуулыбкой. В зрачках отражались отблески разноцветных лазеров и поблёскивал его собственный внутренний огонёк. Я не останавливала себя, бёдра всё так же качались, а позвоночник прогибался. Может, всё дело в алкоголе, который выпила, но в моём взгляде было больше смелости, чем когда мы смотрели друг на друга в прошлый раз. Аполлон в свете неона пошёл в мою сторону. С каждым его шагом дыхание моё становилось более сдавленным. Подойдя совсем близко, он молча приобнял за талию, подхватывая мой ритм, добавляя в него свой. Я подняла руки, чтобы положить их на его плечи, шальная улыбка завладела губами. Это какой-то сон в дурмане. Человек, с которым по всем законам мы не должны были больше встретиться, медленно кружил меня на танцполе; человек, который однажды вечером в крови ввалился в мою квартиру и до чёртиков напугал, сейчас вёл моё тело в эротичном танце; загадочный незнакомец и красивейший мужчина из тех, что я когда-либо видела.

– Почему ты вернула деньги? – наклонился он ко мне, чтобы задать вопрос.

– Уже говорила, что мне ничего от тебя не нужно.

– Ты поставила меня в неловкое положение этим действием.

– Ты поставил меня в неловкое положение своим визитом тем вечером.

Вроде бы он засмеялся, не уверена, потому что вижу только его плечо перед глазами. Сейчас нас связывает лишь танец, и то скоро закончится.

«Смелее, Ева. Посмотри на него…» – подстегнул меня внутренний голос под властью алкоголя.

И я подняла глаза, встречая его лицо.

– Получается, я всё ещё в долгу перед тобой, – совсем близко произнёс он.

– Отплатишь мне, если скажешь своё имя.

Мужчина обнажил белоснежные зубы, плотнее прижимая меня к себе, так, что теперь я обхватываю его шею. От него пахло сладким парфюмом с пряными нотками и дорогим алкоголем, который я почти не различала из-за того, что сама была подшофе.

– Даниэль.

Мне показалось, что это имя прозвучало слишком сексуально из его уст.

– А меня Ева, – вымолвила на автомате.

– Я знаю, – усмехнулся он.

– Откуда? – спросила, догадываясь, что ответа не получу.

Музыка ещё около минуты связывала нас вместе, позволяя общаться на языке тел; на последних аккордах Даниэль прогнул меня сильнее, проникая бедром между моими ногами, и песня закончилась. Он прошептал последние слова, прежде чем отпустить моё тело и раствориться в толпе, вновь возвращающейся на танцпол:

– Если тебе когда-нибудь понадобится помощь, просто позвони или напиши. Я помогу в любом вопросе, не сомневайся. До встречи, Ева…

После этого мне точно потребовалось сесть, и дело вовсе не в каблуках, ноги стали ватными по другой причине. Я вернулась за столик к подругам и заметила, как Даниэль поднялся по железной лестнице и прошёлся по балкону. Там к нему подбежала шикарная брюнетка в стильном наряде и кинулась на шею, целуя в губы; они удалились к мягкой зоне, которую мне уже не было видно.

«Значит, у него есть девушка… – поджала я губы. – Ну конечно, на что я надеялась, глупая?! Такие, как он, никогда не посмотрят на таких, как я. Алкоголь сыграл со мной злую шутку, позволив нафантазировать лишнего, решить, что в его объятиях был интерес».

Даниэль

Массивная винтовка была установлена на крыше многоэтажки, снайпер поправил козырёк кепки, закрывающий глаза от солнца, принял лежачее положение, стянул вниз маску и посмотрел в прицел.

«Приём, Эль, ты готов?» – раздалось в беспроводной гарнитуре.

Зачастую он выполняет заказы один, но порой необходима была помощь наводчика.

– Да, – ответил Даниэль.

«Отлично. Цель подъезжает, у тебя не больше двадцати секунд на устранение. С ним трое бугаев, будут окружать его кольцом. Справишься?» – продолжил голос.

– Как и всегда, – прищурился мужчина и дотронулся пальцем курка.

«Белый Кадиллак на месте. Удачи. Не отвлекаю».

Как только дверцы машины отворились, киллер задержал дыхание. Перекрестие прицела сосредоточилось на лысеющей голове. Указательный палец сжался, и оружие выстрелило, когда мужчина в строгом костюме ещё вылезал из салона.

Молниеносно снайпер вскочил на ноги и принялся складывать винтовку в чехол.

«Великолепно, чёткое попадание! Ты не перестаёшь меня удивлять! О каких ещё двадцати секундах шла речь, когда работаешь ты?!» – раздался хохот на другом конце связи.

Даниэль, прихватив ношу, натягивая маску на нос, со всех ног бросился к дверям, ведущим в подъезд. На огромной скорости были преодолены несколько этажей, а затем мужчина выбежал на балкон и продолжил спуск по пожарной лестнице. Снизу уже ждала машина, которая подобрала его и рванула с места, как только он запрыгнул в салон.

Его позывной записывался латинской буквой «L», читался как «Эль», что было созвучно с окончанием его имени. В этой профессии он без малого восемь лет, и отлично знает своё дело, является одним из самых высокооплачиваемых киллеров мира, а по официальным документам – сотрудником охранной компании, по сути телохранителем. Тот, кто охраняет жизнь на бумаге, в действительности её отнимает.

Даниэль закусил кончик пальца и уставился в окно, воспоминания вновь уносили его в детские годы, к одному лету, проведённому в деревне у дедушки:

«Мальчик тринадцати лет держал двухствольное ружьё, наводя дуло в сторону леса.

– Вот так, держи правильно, – сказал дед, приподнимая локоть внука.

– Дедушка, я не уверен, что смогу выстрелить в животное.

– Глупости, мы столько тренировались ради этого. Ты же хотел быть охотником.

– Если честно, нет… Мне нравится оружие, но применять его по назначению не хочется.

– Что ж… Хоть для меня это и странно, но заставлять тебя не буду. Уверен, что когда-нибудь ты решишься, подожду.

– Не думаю, – мягко ответил Даниэль, зная, что этим может расстроить деда, который мечтал охотиться вместе с внуком.

– Так, не раскисать! – хлопнул его седой мужчина по плечу. – Видишь вон ту корявую сухую ветку? Если попадёшь в неё отсюда, я уже буду тобой гордиться.

Мальчик прицелился, выстрелил, но немного промахнулся.

– Ничего страшного, попробуй ещё. Это сложная задача. Попробуй задержать дыхание перед выстрелом.

Вторая попытка почти что увенчалась успехом: конец ветки разлетелся-таки в щепки.

– Молодец! У тебя талант! – воодушевлённо потрепал внука по голове.

– Но я целился в центр, не в кончик, – расстроился подросток.

– Вот, давай этим… – Мужчина протянул револьвер. – Нужно пробовать разное, чтобы понять, к чему больше склонность. Стрелять из револьвера у тебя получается лучше, ведь так? Даже если ты никогда не убьёшь зверушку, возможно, умение держать оружие пригодится тебе в жизни, много профессий, где это ценится. А если нет, то для себя, по банкам пострелять ради увеселения, когда будешь приезжать в гости к своему старому деду…»

Машина остановилась в переулке, вырывая киллера из воспоминаний.

Даниэль вышел из душа, обмотав бёдра белым полотенцем, прошёлся по своему пентхаусу и, открутив крышечку бутылки с водой, взглянул на город через панорамное окно.

– Сегодня на съёмочной площадке произошёл страшный инцидент, – привлек его внимание женский голос, принадлежащий всё той же брюнетке, – я до сих пор не могу отойти!

– И что же там случилось? – спросил мужчина, прежде чем сделать глоток воды.

– Новенькая ассистентка пролила на меня кофе! Представь только! Платье было испорчено, а на моей коже остался красный след! Прямо на бедре!

– Не заметил его сегодня, и ты не жаловалась на боль, когда я гладил твои бёдра. Значит, не так уж сильно обожглась?

– Сильно, – фыркнула она.

– И что ты сделала после этого?

– Долбанула её по щеке и уволила! Что же ещё?!

– Не сомневался. Так на тебя похоже.

– А если бы у меня остался шрам? Ты бы бросил меня?

– Я не бросаю людей из-за шрамов на теле, – равнодушно ответил он.

– Не верю! Уверена, что ты со мной только из-за моей внешности!

Вдруг Даниэль услышал звук резкого вдоха.

– Мадлена! Я же просил не приносить эту дрянь ко мне домой! – прикрикнул, повернувшись к девушке и обнаружив две дорожки белого порошка на стеклянном столике на низких деревянных ножках.

– Я немножко, только для настроения, – сказала она, поднимаясь с пушистого бежевого ковра. – Вот теперь могу забыть этот ужасный день и насладиться тобой, – подошла к мужчине и обвила его талию руками.

– А полчаса назад, занимаясь со мной сексом, не могла?

– Не будь таким букой и давай повторим, тогда я сравню и скажу, как лучше, – заулыбалась брюнетка. – Попробуй тоже и поймёшь меня. В твоей работе самое то. Кошмары не мучают после заказов? – потянула его к кровати.

Мадлена была лучшей подругой жены Марчева, поэтому знала, кто он. Они встречаются около двух месяцев. Известная актриса сама проявила инициативу на одном из корпоративов, так всё и закрутилось. Обычно парочки шикарных подарков и его внешности было достаточно, чтобы затащить в постель любую красотку, на которую при желании падал глаз, но все интрижки были краткосрочными. С Мадленой не нужно врать о своей профессии, девушка полностью удовлетворяла его сексуальные потребности и идеально смотрелась рядом с ним – этого хватило, чтобы их отношения продлились дольше, чем с остальными.

На белых простынях Даниэль скинул с себя полотенце, развязал пояс её короткого ажурного халата и навис над девушкой, целуя. Протянул руку к ящичку лакированной тумбочки, чтобы достать оттуда презерватив, как вдруг лежащий рядом телефон издал краткое пиликанье.

«Новое сообщение от Ева», – прочитал на экране блокировки.

Мадлена принялась целовать его шею и обвила бёдра ногами. А вот Даниэлю отчего-то нестерпимо захотелось прочитать сообщение. Девушка написала ему впервые, со встречи в клубе прошло около двух-трёх недель, он уже решил, что вообще не напишет, не то чтобы часто вспоминал, так, было несколько раз.

«Привет. Мне очень неловко просить тебя, но вот обратиться с таким делом больше не к кому. Да и к тебе стыдно обращаться, просто вспомнила, что ты сказал тогда… У меня кое-что случилось. Мне очень страшно и нужна твоя помощь. Можешь приехать ко мне прямо сейчас? Если занят, я пойму», – говорилось в тексте.

Даниэль слез с брюнетки и сел на кровати, набирая ответ.

– Что случилось? – спросила она. – Кто там? – попыталась заглянуть в экран, но он не дал.

Мужчина встал на ноги и пошёл в гардеробную.

– Ты куда?

– У меня появились дела, – сказал он.

– Прямо сейчас? А как же я? – опешила Мадлена.

– Постарайся ещё быть в адекватном состоянии, когда я вернусь, – бросил нахмуренный взгляд на столик с кокаиновыми дорожками. – А лучше ложись спать.

Нацепив первые попавшиеся синие джинсы и чёрный джемпер, Даниэль вышел из квартиры; на подземной парковке сел в чёрный Майбах и надавил на педаль. Что же там такого случилось у девушки, к которой держит путь на ночь глядя? Неважно. Раз обещал помочь в любом вопросе, нужно держать слово. Может, заявился её бывший в нетрезвом состоянии и ломится к ней в квартиру? Или она попала в неприятную историю, связанную с деньгами? Дома он обдумал, стоит ли прихватить с собой пистолет, не зная, чего ожидать, но решил всё-таки не брать. Что бы там ни произошло, как бы опасна ни была ситуация, Даниэль поможет ей – на этом они квиты.

Ева

Я ходила по коридору туда-сюда, сердечко, бедное моё, не знало покоя не меньше часа. Наконец в дверь постучали. Всегда смотреть в глазок – вот главное правило с той ночи. Увидев Даниэля, открыла замок. Когда он вошёл, с тревогой взглянул в моё бледное от переживаний лицо.

– Итак, что случилось? – спросил он.

– Она там! – указала в сторону зала.

Мужчина нахмурился и медленно пошёл туда. Я держалась сразу позади, нервно выглядывая из-за его спины. Когда мы оказались в начале комнаты и он огляделся, то непонимающе уставился на меня:

– Я никого не вижу.

– Потому что ты не туда смотришь!

– Куда смотреть? – скептически продолжал диалог Даниэль.

– Туда! Вон она!

Он проследил за направлением моего вытянутого пальца, и брови его взлетели, но почти сразу снова свелись ближе:

– Это шутка? Предлог увидеться? Могла бы просто попросить о встрече, а не изображать, что произошёл конец света, я ведь повёлся, – проговорил мужчина, глядя на маленькую серую мышку, забившуюся под батарею.

– Ничего подобного! – эмоционально ответила я. – До безумия боюсь мышей. Даже тараканов-то боюсь, а дикие мыши и крысы, окажись они в моей квартире, способны вызвать панический страх. Говорю правду. Я, как её увидела, сначала заперлась в ванной, а потом ждала тебя в коридоре. Мне в жизни не уснуть, пока она тут, а приблизиться – страшно до дрожи в ногах. Ты можешь с ней что-нибудь сделать?

Даниэль вздохнул, до сих пор не веря, что примчался сюда за этим! Тихонько подошёл к зверьку и успел схватить за хвост до того, как тот убежал.

– В окно или за дверь? – задал мне вопрос.

– А что будет, если в окно?

– Есть шансы, что выживет. А если за дверь, то шансы, что вернётся.

– Не мог бы ты… отнести её вниз? – промямлила я.

– Издеваешься? – вскинул бровь он.

– И не думала.

Даниэль недовольно помотал головой и направился к выходу. Пока он ходил на улицу, я почувствовала сильнейшее облегчение. Хорошо, когда есть мужчина, который, например, мышку из дома выгонит… Было бы неплохо, если б он ещё что-нибудь помог по мужской части в квартире сделать, она просто молит об этом, но просить его – нелепо; с мышью я была в отчаянии и пришлось, перебарывая стыд. Даниэль вернулся быстро.

– Мне бы руки помыть.

– Да, ванная вот тут, – открыла ему деревянную дверь, а когда он закончил, спросила: – Будешь кофе? На этот раз у меня даже чай есть. Вот компотиком только по-прежнему не обзавелась, – слабо улыбнулась.

Мужчина задумчиво посмотрел на меня и ответил:

– Ну давай чай.

Пока я возилась с кипятком и кружками, он продолжал следить за мной взглядом, сидя на табуретке кухни. Уже подметила, что волосы его не убраны назад, как в первые два раза, сейчас густая чёлка спадает на лоб. Когда напиток был готов и поставлен на стол, я села с торца. Неловкое молчание продолжалось. Необходимо уже сказать хоть что-то.

– Как дела на Олимпе? – ляпнула, опять подметив, что он красив, как мифическое божество, но тут же мысленно стукнула себя по лбу за такую глупость.

– Что? – не понял Даниэль.

– Ничего… – смущённо отвела глаза.

– Ответь мне вот на что… – положил руку локтем на стол и подпёр голову.

– М? – встрепенулась я, возвращая на него всё внимание.

– Как ты умудрилась так опростоволоситься? Я предлагал тебе финансирование и решение любого вопроса. Не хотела принимать денежные единицы, попросила бы купить что захочешь… Но ты выбрала – мышь! И откуда ты такая взялась?

– Да… Возможно, это странно, но, не будь во мне странностей, оставила бы у себя ночью незнакомого мужчину, истекающего кровью? Доброта это или несусветная глупость – суди сам.

– Больше походит на глупость, но за глупость людям никто платить не будет, а вот за доброту… Значит, всё же доброта, раз я так рвусь не оставаться в долгу. Выкинуть мышь – это не плата, будем честны.

– Если так хочешь, можешь мне шурупчики в мебели подкрутить.

– Я могу купить тебе новую мебель.

– Хватит пытаться всё перевести в деньги… Не всё можно купить.

– Но почти всё, – сел он нога на ногу и обхватил колено. – И всех.

– Не всех.

– Думаешь?

– Да.

– А я считаю, что вопрос лишь в цене.

– Меня, например, ты не купишь… – кинула не подумав, но тут же решила, что звучит ужасно, ведь зачем ему меня покупать? Даже намёка на флирт с моей стороны не будет, я реалист и трезво оцениваю свои шансы. Можно попытаться найти дружеские точки соприкосновения, но очевидно, что мы с разных планет даже тут.

– Прям неогранённый бриллиант, – посмеялся Даниэль; и опять непонятно: комплимент это или насмешливый сарказм.

Мужчина перевёл взгляд на мою одежду, сегодня я в легинсах и бесформенной розовой футболке. Чёрт! В суматохе с мышью не подумала переодеться перед его приходом, уж не до этого было.

– Я разгадал твой секрет, – откинулся чуть назад с улыбкой, – дома ты донашиваешь свою детскую одежду, а на людях перевоплощаешься в соблазнительницу в мини-юбке.

«Соблазнительницу? В клубе я показалась ему сексуальной? Видать, выпил он тоже прилично…» – подумала и ответила: – Во-первых, считаю, что дома можно ходить в том, в чём комфортно, живу одна и могу себе это позволить. А во-вторых, в клубе платье было не моё, в моём гардеробе нет таких вещей.

– И зря… – многозначительно добавил Даниэль.

– Почему? – кротко посмотрела в его блестящие задором глаза.

– Тогда бы с большим шансом у тебя появился тот, кто захотел бы тебя купить.

– Нет уж, спасибо! Такая перспектива меня не привлекает! – даже оскорбилась я.

Весёлый взгляд Даниэля немного изменился – стал задумчивее, он просто прожигал меня им, плавил, как свечку.

– Мне даже стало интересно, как ты одеваешься в повседневной жизни, – подстегнул меня мужчина.

– Возможно, тебе когда-нибудь удастся увидеть, – утопила фразу в глотке чая.

– Возможно, – повторил он. – Мне пора идти.

Я проводила Даниэля до двери, и мы попрощались. Каждое наше прощание может оказаться последним, нас ничего не связывает, кроме надуманного им чувства долга, но пользоваться этим я не собиралась, поэтому в своих мыслях в очередной раз простилась с ним навсегда.

Следующую неделю полностью погрузилась в учёбу, совмещая с подработкой.

Глава 3

Даниэль

Мужчина сидел в конференц-зале, одетый в строгий чёрный костюм; заседание уже закончилось, и они с Алексеем Марчевым остались вдвоём за длинным, овальным столом в светлом зале.

– Я выяснил подробности, почему в тебя стреляли, – начал начальник. – Люди цели заподозрили и раскололи заказчика, им было известно место и время операции. Всё решено, тебе не о чем волноваться.

– Почему ты говоришь мне об этом только сейчас?

– Смертник сразу уехал за границу, зная, что его должны устранить; с заказчиком мы тоже долго не могли связаться, он забился в какой-то угол, боясь и за свою жизнь, а деньги-то уже заплатил, поэтому вопрос оставался открытым. Как только он объявился, дело сдвинулось с мёртвой точки.

– Чем всё закончилось?

– Да ничем. Заказ отменил и опять скрылся. Деньги я ему, конечно, не отдал назад, только малую часть, так как он виноват, что мой человек пострадал и чуть не погиб, то есть ты. Тебе будет выплачена компенсация.

– Понятно, – ответил Даниэль, вальяжно покручиваясь в кресле.

– Это не всё, что я хотел обсудить. Есть дело для тебя. Не в качестве снайпера.

– Что там? Опять другая страна?

– Нет. Пока нет ничего особо крупного, пусть летают другие. У нас, но поработать придётся под прикрытием. Театры любишь? – с намёком спросил Марчев, перебирая между пальцами ручку.

– А это важно? – усмехнулся Даниэль.

– Не важно, – встречно улыбнулся собеседник. – Спектакль романтический, для прикрытия необходимо взять с собой женщину. Но не Мадлену, не стоит привлекать внимание. Нужна какая-нибудь обычная девушка. Есть кто на примете?

Даниэль посмотрел в окно и довольно быстро взял со стола телефон.

«Пришло время узнать, как ты одеваешься вне дома и клуба. Когда в последний раз была в театре?» – отправил сообщение на номер Евы.

После их знакомства Даниэль навёл на девушку справки – это на случай, если она не сдержит обещания молчать. Узнал имя, где учится, где работает, даже то, что детство её прошло в детском доме, родственников нет. Подстраховка оказалась лишней в этом вопросе – она молчала, но вот не лишней для непредвиденного продолжения общения.

Ева

Он пригласил меня в театр. Зачем? Почему? Это сто процентов не свидание, скорее приятельский поход. Но нас даже приятелями назвать нельзя. Может, у него нет друзей и ему не с кем пойти. Но девушка-то точно есть, наверное, она занята. Всё это очень странно и неожиданно. Ещё и акцент сделал на моей одежде! Плохо! Встреться мы в какой-нибудь непринуждённой обстановке, не настолько претенциозной, в моём гардеробе хватило бы нарядов: милые платья, джинсы, юбки, стильные джемпера… Но в чём прикажете идти в театр с представительным мужчиной? Нужно подобающе выглядеть.

На два раза перебрала свой шкаф и в отчаянии села на пол. Необходимо пройтись по магазинам.

На следующий день, вечером, я час бродила по торговому центру. Эта встреча будет слишком накладной для меня. Ну почему именно театр? Почему не кино? Финансы пели романсы, а всё самое приличное, в чём не стыдно показаться, требовало полного опустошения кошелька. Проходя мимо бутика, специализировавшегося на вечерних платьях, я остановилась возле стеклянной витрины.

«В этот мне и заходить не стоит, тут дорого, знаю… – думала я, облизывая взглядом элегантные туалеты, надетые на глянцевые манекены. – Вот к чему я парюсь? Мне вовсе не обязательно из кожи вон лезть, чтобы произвести на него впечатление, – это всё равно без толку. Для дружеского общения совершенно неважно, во что одета. Но тут вопрос о собственном комфорте. В красивом образе смогу вести себя более раскованно… Ладно, взгляну одним глазком, что тут есть».

Вошла в светлый бутик и попала в страну блеска, шика, роскоши, а именно дорогих дизайнерских нарядов. Глаза разбегались, и сама не заметила, как оказалась в примерочной. Длинное чёрное платье идеально село на фигуру, будто шилось специально для меня. Высокий вырез по одной ноге придавал сексуальности, а верх платья дерзко облегал линии талии и груди, но в то же время оставлял тайну за счёт длинного рукава и отсутствия глубокого декольте. Вот оно, то, что надо. У меня и туфельки к нему есть… Посмотреть на ценник было страшно, но пришлось.

«Если куплю, придётся сесть на жёсткую диету и, возможно, просрочить платежи за коммуналку…» – подумала с печалью.

Не знаю, ради чего я оплатила покупку на кассе; плюс один безрассудный поступок в копилочку. Ну что ж… Надеюсь, этот вечер будет того стоить!

В назначенный день сделала всё от себя зависящее, чтобы дополнить образ: провела домашние процедуры для кожи, старательно накрасилась, завила волосы. Оглядев себя в зеркало, решила, что никогда в жизни ещё не выглядела так хорошо. Как же поднимает настроение новая красивая вещь, но вот холодильник, боюсь, не разделяет моей радости, ему суждено какое-то время пустовать.

К концу моих приготовлений на улице уже стемнело, телефон запищал, не заставив долго ждать.

«Пунктуальный», – подумала я и, прочитав сообщение, накинула молочное пальто на запахе.

Выйдя из подъезда, заметила роскошную машину, конечно, точно не знала, что этот автомобиль его, но отчего-то сразу догадалась. Даниэль вышел из чёрного Майбаха, обошёл его спереди и, опёршись на дверь пассажирского сиденья, улыбался, встречая меня изучающим взглядом. Волосы его вновь были уложены гелем, а смокинг, уверена, стоил в разы дороже моего платья. В ногах мгновенно застыл цемент, а сердце отбивало чечётку. Королевой бала собиралась быть я, поэтому необходимо взять себя в руки, козырь всё ещё при мне – пальто пока скрывает весь образ, подожди немного, Даниэль, по достоинству оценивать ещё рано.

– Привет, – широко улыбнулся он.

– Здравствуй, – выдохнула я, остановившись перед ним и нервно сжимая удлинённый клатч.

– Отлично выглядишь. Садись, – открыл мне дверцу.

– Спасибо…

Я села в дорогой кремовый салон, ещё пахнущий кожей, и пристегнулась. Даниэль, заняв водительское место, спросил:

– Как относишься к быстрой езде?

– Не очень хорошо, если честно. Побаиваюсь я, да и не знаю, вдруг ты права купил, – сделала попытку пошутить.

– Я бы ответил, что у меня их нет, но это избитая шутка, верно? – расплылся в улыбке он.

– Есть такое.

– Ладно, погоняем как-нибудь потом, сейчас мы никуда не спешим.

Машина плавно тронулась. В пути свет фонарей падал на стекло и, пробравшись в салон, частично освещал наши тела. Я искоса посмотрела на его руки, держащие руль, а в частности на татуировку в виде продолговатой пули на левой.

– Что она значит?

– Ты про что?

– Твоя татуировка.

Даниэль плотнее сжал руль и ответил дежурной фразой:

– Это пуля для винтовки. Просто понравилась картинка, ничего особенного.

– Нравится оружие? Умеешь стрелять?

Мужчина почти сдержал ухмылку:

– Немного.

– А где научился? Это как-то связано с твоей профессией? – не унималась я.

– Немного связано.

– А можно не так лаконично?.. Пригласил меня на встречу, а я, кроме имени твоего, ничего не знаю. Разве сейчас мы не должны познакомиться чуть лучше?

– Можешь начать с рассказа о себе.

– Так нечестно, обо мне ты знаешь больше. Например, где живу, ещё и имя моё непонятно как узнал. Боюсь предположить, что ещё тебе известно.

– Я работаю в охранной организации, у нас есть доступ к базе данных многих людей.

– Вот как? – удивилась я. – Значит, ты пробивал информацию обо мне? Но зачем?

– Предпочитаю знать, кого приглашаю, – бросил беглый взгляд на меня.

– Но тогда в клубе ты уже знал…

– Ева, остановись. Давай не будем обсуждать эту тему. Спроси у меня что-нибудь другое. Или расскажи о себе то, что я не мог узнать.

Я прикинула, какая информация содержалась в этой базе. Ответы его, конечно, были очень скользкими, но всё же хоть что-то мне удалось из него вытянуть, посмотрим, может, дальше откроется больше.

– Приехали, – сказал Даниэль, паркуясь у большого здания театра.

Я потянулась к ручке двери.

– Подожди, я открою, – остановил меня он, выходя из машины.

Ох, не привыкла я к такому, сразу видно, что за мной никто не ухаживал. Боюсь, манеры мои далеко не такие, к каким привык он, общаясь со светскими девушками. Что я вообще здесь делаю? Сотни мыслей успели промелькнуть в голове, пока мужчина обходил машину, неуверенность вновь овладела телом. Даниэль открыл дверцу и подал мне руку.

«Должна ли я взять его под руку? Будет ли это правильно в данной ситуации?» – думала я, когда мы отошли от автомобиля. Но он решил всё за меня: взяв мою руку, мягко опустил её на изгиб своего локтя.

Холл театра встретил нас ярким светом и теплом. Предъявив билеты, мы прошли к гардеробу, чтобы я оставила пальто. Ну вот и всё, настало время показать то, благодаря чему я сброшу несколько кило в ближайшие пару месяцев, надеюсь, что платье не станет после этого сидеть на мне хуже.

Развязала пояс и распахнула запах с намерением снять верхнюю одежду, опять забыв, что нужно принять его помощь в этом деле. Даниэль, явно подметив это, понимающе улыбнулся и перехватил ткань, уже покидающую мои плечи. Огромное зеркало, висевшее передо мной, показало, что мужчина, стоящий позади, проскользил взглядом по всей моей фигуре и только потом отдал пальто гардеробщице.

– Великолепно, – прошептал у моего уха, приобнимая за талию.

В груди прокатилась горячая волна, настолько пробрала меня эта тихая, сдержанная оценка и лёгкое касание. Конечно, ждала я восторженных взглядов с его стороны, возможно даже громких комплиментов, но по какой-то причине его действия запали гораздо глубже. Даниэль, деликатно придерживая меня за талию, повёл на наши места, которые оказались на балконе. Но там его поведение вновь стало отстранённым; пока мы ждали начала спектакля, он беспрестанно оглядывал зрительный зал.

– Кого-то ищешь? – спросила я.

– М?.. Нет.

Хотелось поговорить, думаю, что момент подходящий. Когда, если не сейчас? Во время представления будет неудобно, а потом так же немногословно поедем назад. И в чём смысл? Неужели ему и правда нужен был кто-то, лишь чтобы не идти одному?

Даниэль

– Ты часто тут бываешь? – спросила девушка.

– Не очень.

– А ходить в кино тебе нравится?

– Отношусь нормально, но хожу тоже редко.

Сейчас Даниэлю необходимо сосредоточиться на задании, он видит, что Ева пытается завязать беседу, но ей придётся немного подождать. Цель была обнаружена, главное – не упустить её из виду и проследить, чтобы всё шло по плану.

Свет погас, занавес открылся. Спустя ровно двадцать минут от начала в театральные ложа начали входить официанты, предлагающие гостям шампанское.

– Будешь? – спросил Даниэль у Евы, не отнимая взгляда от мужчины с круглым животом, тот сидел в ложе напротив с компанией молодых двушек, а позади него стояло двое телохранителей.

– Даже не знаю, – ответила она.

– Прости, мне нужно выйти, скоро вернусь. Не стесняйся, пей, – сказал Даниэль, поднимаясь из кресла.

Быстрым шагом направился в уборную, зная, что прямо в эту минуту официант разольёт бокал шампанского на одежду смертника. Киллер вошёл в кабинку туалета и извлёк из-за пояса пистолет, чтобы накрутить на него глушитель. Меньше чем через пять минут в уборную громко ввалился мужчина, сея проклятия и ругаясь матом.

– Сразу после представления идём к директору театра! Не успокоюсь, пока этого криворукого щенка, облившего меня, не уволят!

– Босс, я проверю, есть ли тут кто-нибудь ещё, – раздался второй голос. – Михаил, стой у выхода, никого не впускай.

– Знаю, – ответил третий голос.

Из крана потекла вода, приглушая брань крупной шишки, перешедшей дорогу заказчику убийства.

– Тут кто-то есть, – сказал телохранитель, остановившийся у кабинки Даниэля.

– Я уже выхожу, если вам так хочется справить нужду именно в этой кабинке, а не в свободной, – ответил киллер, открывая дверку.

Все трое уставились на него, а он приподнял руки кверху и состроил невинное лицо:

– Не знаю, что у вас тут за делишки, мужики, но слишком много внимания к человеку, которому в туалет приспичило прямо во время представления. Вынужден оставить вас, я и так часть спектакля уже пропустил. Никогда не ешьте мидии в тайском ресторане за углом.

Цель вернулась к оттиранию брюк, а охранники провожали Даниэля взглядом. Он опустил руку в карман, подходя к выходу.

– Эй, – окликнул тот, что стоял у двери. – Ты руки помыть забыл.

– Точно! Спасибо за напоминание, – ответил киллер и резко вытащил из кармана шприц, замахнулся и всадил иглу в шею телохранителя. Глаза мужчины закатились, и он рухнул на пол.

Второй бугай, заметив всё это, выругался и быстро потянулся к кобуре, но Даниэль уже выхватил припрятанный за поясом пистолет и молниеносно выстрелил ему в лоб. Навёл дуло на тучного мужчину, окаменевшего от шока.

– Стой! Стой! – замахал тот руками. – Сколько тебе заплатили? Я дам…

Палец на курке без колебаний сжался, оружие вновь издало приглушённый звук, и мужчина свалился замертво. Киллер растащил тела по кабинкам, запер их изнутри и вылез оттуда поверху. Даниэль вымыл руки, обтёр шприц и пистолет, обернул их платком. И тут в уборную вошёл парень, одетый в униформу уборщика. Сделав пару шагов от входа, он замер на месте, оглядывая лужицы крови. Киллер быстро пошёл в его сторону – и сбросил оружие в мусорную корзину, установленную в тележке уборщика.

– Всё нормально? – непринуждённо поинтересовался Даниэль, направляясь к двери.

– Да. Один человек пытался войти, я отослал. Табличка «Не входить, уборка» на месте, – кивнул парень, берясь за швабру. – Вы довольно быстро управились.

– Поторопись тоже.

Даниэль вернулся в ложе. Миссия окончена, теперь можно уделить внимание своей спутнице. Сев в кресло, заметил полупустой бокал в её руках.

– Как ты? – наклонился ближе.

– Нормально. Ты столько интересного пропустил.

– Отнюдь ли… Слушай, что-то мне совершенно расхотелось смотреть. Может, уйдём?

Ева удивлённо посмотрела на него:

– Как это?..

– Вот так, – взял её за руку и поднялся на ноги. – Пошли отсюда. Третьесортное представление.

– Но ты ведь почти ничего не видел!

– Я видел достаточно.

Они быстро добрались до гардероба, забрали пальто и вышли на улицу. Даниэль подметил, что лицо девушки помрачнело, она была напряжена и, видать, расстроена.

– Прости, ты так сильно хотела досмотреть?

– Дело не в этом…

– А в чём?

– Просто… А, неважно!

Сели в машину, и Даниэль на приличной скорости выехал с парковки.

– Ну всё же. Не расстраивайся, это был не лучший спектакль в твоей жизни и не последний.

Ева сохраняла напряжённое молчание, но чуть позже всё же произнесла:

– Дело не в спектакле, а в том… что я дура.

– В смысле?

Девушка хохотнула с некой нервозностью:

– Буду честной, не так я себе этот вечер представляла. Прости, но даже жалею, что вообще согласилась. Ты почти всё время молчал, я готовилась несколько часов, чтобы только заглянуть в театр и сразу выйти… – говорила на эмоциях. – Ай, забей! Прости, что меня понесло. Только ещё больше себя дурой выставляю, лучше б промолчала. Просто отвези меня домой, и всё.

Даниэль распознал, что на последних фразах голос её уже подрагивал.

– Теперь всё понятно, – сказал он. – Ты подумала, что наскучила мне, поэтому я решил поскорее от тебя избавиться? – засмеялся он. – И впрямь глупышка. Мне наскучила не ты, а то место. Всего лишь захотел сменить его на другое; твоё платьице, купленное специально для этого случая, не останется обделённым вниманием, сейчас что-нибудь придумаем.

– Как же стыдно… – прислонилась Ева лбом к стеклу. – То, что я платье купила, ты тоже пробил в своей базе?

– Конечно нет. Догадался. Сомневаюсь, что оно тебе по карману. Я возмещу стоимость.

– Замолчи, иначе я от стыда выпрыгну из машины. Домой хочу.

Даниэль вывернул руль и дал по тормозам, останавливая машину на обочине.

– Слушай… – повернулся он к девушке, продолжающей упираться в стекло. – Посмотри на меня.

Ева отрицательно помотала головой. Даниэль протянул руку, отстегнул её ремень безопасности и сам повернул её лицо в свою сторону. На секунду замер, даже немного растерялся, увидев в её глазах застывшие слёзы. Он хотел что-то сказать, но просто молчал, заворожённый этим невинным личиком, к которому прислонена его рука. Большой палец скользнул по щеке ближе к её губам, и мужчина тотчас отпрянул, вернувшись в реальность.

– Если ты в таком настроении вернёшься домой, доброй ночи не жди. Давай поднимем тебе настроение. Голодная? Можем съездить в ресторан.

– Не хочу в ресторан. Хватит с меня на сегодня этого пафоса. Надоело. Ты же понимаешь, что я не из того мира.

– А что ты хочешь?

– Ничего не хочу.

– Ладно… Пристёгивайся, – сказал Даниэль и нажал на педаль.

Машина рванула с места, на огромной скорости понеслась по трассе, обгоняя все немногочисленные автомобили.

– Давай помедленнее! – вскрикнула девушка, вцепившись в ручку двери.

– Потерпи, всё это не просто так.

Автомобиль продолжал лавировать, разгоняясь всё сильнее, железный зверь неистово рычал под властью водителя. Ева, переполняемая страхом, вжалась в сиденье, уже держась за ручку двумя руками. Наконец Майбах остановился у круглосуточного супермаркета.

– Ну, что ты чувствуешь? – спросил Даниэль.

– Чувствую, что ты сумасшедший! – крикнула Ева. – Какого чёрта это было? Угробить нас хотел? Может, тебе и не дорога жизнь, но я ещё хочу пожить!

– Отлично. Теперь ты не убиваешься по мелочам, а хочешь наслаждаться жизнью, верно?

Ева ошарашенно повернулась к нему и сглотнула.

– Верно? – переспросил он.

– Наверное…

– Хорошо, тогда пошли.

– Куда?

– В магазин, – указал на супермаркет.

– Зачем?

Даниэль пропустил смешок и вылез из машины. Пока они шли, придерживал девушку, ноги которой стали совершенно слабыми после пережитой поездки.

– Бери что хочешь, – сказал мужчина, войдя внутрь.

Они немного побродили между прилавками, Даниэль накидал в корзину разных шоколадок, крекеров, коробочек с соками и прочих вкусняшек, которым был бы рад любой ребёнок. Подойдя к витрине с горячими блюдами, указал на них пальцем:

– Выбирай что-то такое, что можно есть на ходу.

Ева потупила глаза на еду и тыкнула на сырные шарики в панировке, упакованные в пластиковый контейнер. Даниэль, подозвав продавца, перечислил список:

– Две шавермы с лососем и две порции сырных шариков.

А потом мужчина дошёл до отдела с алкоголем и прихватил бутылку шампанского, ценник под которой заставил глаза Евы непроизвольно округлиться.

Пакет был благополучно уложен на заднее сиденье, и пара поехала дальше. Вскоре они остановились у длинной набережной.

– Будем есть здесь? – удивилась Ева.

– В ресторан ты не хочешь, а в кафе не хочу я, – ответил Даниэль, протягивая руку к серому пальто, лежащему сзади.

Взяв с собой пакет, подошли к широкой бетонной ограде. Безлюдную улицу ярко освещали фонари, ночь была довольно тёплой для начала зимы, даже снег ещё не выпал.

– Налетай, – ударил в ладоши мужчина и вынул из пакета бутылку воды.

Ева, переборов неловкость, достала сырные шарики и с помощью маленькой шпажки отправила один себе в рот.

– Вкусно? – улыбнулся Даниэль, наблюдая, с каким наслаждением она жуёт.

– Очень! Хочешь? – протянула ему наколотый шарик.

Даниэль забрал его ртом прямо со шпажки.

– Нормально, – констатировал он, когда проглотил, и принялся откупоривать бутылку шампанского.

– А это ещё зачем? Ты же за рулём.

– Для тебя.

– Разве я говорила, что хочу?

– Мне показалось, что в театре тебе понравилось шампанское. Жаль, если не хочешь, тогда придётся вылить.

– Ты с ума сошёл? Оно же безумно дорогое!

– Это всего лишь напиток. Ничего не поделаешь, я уже открыл, совсем скоро оно выветрится.

– Давай сюда! – перехватила бутылку девушка и сделала глоток. – Ладно, я тебя прощаю, хоть спектакль мне досмотреть не удалось, зато узнала, каков на вкус райский нектар, – разулыбалась Ева. – Ты родился в богатой семье?

– Нет, – облокотился Даниэль на стену, устремляя взгляд к реке. – Меня воспитывала мать, денег не хватало ни на что. Иногда мы гуляли и перекусывали вот так вот на набережной, конечно, это был какой-нибудь беляш, а не шаверма с лососем. Она говорила, что самый полезный напиток – это вода, поэтому не покупала мне газировку, сейчас я понимаю, что дело было ещё и в том, что вода стоила дешевле.

– Вот как… Даже не ожидала. Но сейчас-то ты можешь позволить себе сводить маму в ресторан, она, наверное, гордится тобой.

– Нет. Её уже нет в живых, но даже если бы была, то вряд ли гордилась бы мной.

– Почему?

Даниэль промолчал. Он-то знал, что ни одна мать на свете не стала бы гордиться сыном-убийцей.

– Как она умерла? – аккуратно спросила Ева.

– Закроем тему! – довольно резко кинул мужчина; в голову прокралось воспоминание, до сих пор периодически мучащее его в кошмарах.

– Прости, – пристыжённо произнесла девушка, отставляя пластиковый контейнер, и ещё раз отхлебнула из бутылки. – А вот я своих родителей даже не знала, точнее, знала, но была слишком маленькой, чтобы их запомнить. Они погибли в автокатастрофе, когда мне было года два. Других родственников не было, по крайней мере, иной информации у меня нет, поэтому меня определили в детский дом. Но тебе, скорее всего, это известно… Даниэль, ты директор охранной компании, заместитель?

– Нет.

– Но маловероятно, что простой сотрудник. Почему-то мне слабо верится во всю эту историю.

– Тебе не нужно в этом разбираться. Это неважно.

Ева тяжело вздохнула, в очередной раз прикладываясь к горлышку бутылки, а потом запрыгнула на низкую стену и нашарила в пакете упаковочку с жевательными конфетками. Разрез платья разошёлся, оголяя стройную ножку в тонком капроне телесного цвета. Даниэль подошёл ближе и запахнул ткань, обхватил колени руками, чтобы её ноги не замёрзли. Наблюдал, как разноцветное драже одно за одним пропадает из виду в женском ротике. Ева поймала его взгляд и перестала жевать, поднесла конфетку ко рту Даниэля, и его губы приняли сладость, касаясь её пальцев.

– Не смотри на меня так, иначе… – вымолвила она.

– Что?

– Иначе я могу неправильно тебя понять.

Даниэль догадался, что она имеет в виду, более откровенные мысли её объясняются выпитым алкоголем. Мужские ладони непроизвольно проскользили по икрам, такое ощущение, что это привычка тактильно изучать женское тело, когда оно находится во власти его рук. Но Даниэль быстро опомнился и вернул их обратно к коленям. Кто ты, цветочек, сидящий возле него? Невинный и нетронутый, вызывающий противоречивые чувства. Ему нравится то, что он видит, но совершенно нет привычного желания затащить её в постель. Если бы он попытался её поцеловать, позволила бы? Не то чтобы он сильно хочет, просто эта девушка довольно непредсказуема и загадочна, интересно было бы понаблюдать за её реакцией, а может, разбить в пух и прах её убеждение, что не всех можно купить. И зачем? Чтобы сбить с неё розовые очки и открыть глаза на жестокий мир. Когда-то он считал, что зверушку убить – это аморально, а теперь его руки по локти в людской крови. Далеко ли она продвинется в жизни со своей наивностью? И какое ему вообще дело?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.