Юрий Zhukovsky
Дикосимия. Том второй

Дикосимия: разрушение

Глава 7

Прошло несколько дней с того момента, как вместе с моей девушкой явились на порог семьи Кайван – это была фамилия Блеза и Клэйт (так звали ту офицершу, которая держала своего пёсика на поводке). В тот момент мой новоиспечённый друг сидел у окна и рассматривал уходящий в ночь город. Видно, в душе он тоже был романтик. С распростёртыми объятиями он встретил нас у порога и с теплотой души помог нам прийти в себя. Меня удивило, с какой лёгкостью он и Клэйт впустили совершенно незнакомого человека себе в гнёздышко, но Блез подметил, что человеку, который уличил полицию в коррупции и раскрыл схему торговли оружия, не помешает место, где бы ему помогли в любой момент.

Подобно кафе, в их доме было два этажа, но так как в стойке не было необходимости первый этаж был разделён на две комнаты – гостиную и кухню. Нас с Алией расположили в комнате наверху, рядом с детской. Но детей у семьи Кайван не было – Клэйт объяснила, что хочет зачать ребёнка после того, как подаст в отставку. Она хотела сделать это на днях, но с учётом дел, которые внезапно всплыли на поверхность, похоже, пришлось отложить рождение маленького чада. За это я чувствовал некоторый стыд, но Клэйт успокоила меня.

Насчёт нелегальной торговли оружием: Блез придумал довольно находчивый, но спешный план. Первым делом, по прибытию очередного судна на починку я передам информацию о расположении контейнеров с оружием. Затем, вместе с «адским псом» мы сломаем все пушки, дабы подставить Можу. Последним пунктом стояло довольно сложное дело: нам необходимо было проследить путь назначения корабля, дабы задержать верхушку пирога из крови. Блез придумал манипуляцию для того, чтобы наши бравые защитники точно отправились на задержания – он скажет, что это дело муниципального размера, и за бездействие полиции, а тем более за сговор бандитов и лиц правопорядка городской полиции будет предъявлено уголовное наказание. Конечно, план не идеальный, но я доверял моему другу, поэтому и вызвался помочь ему. Хоят, скорее всего, я просто не хотел потерять ещё одного хорошего человека. Кстати, Блез не был полицейским: он был преступником, который постоянно раскрывал шантаж и коррупцию не только в органах правоохранительных и которого постоянно садили за решётку, а Кейт приходилось вызволять его, за что её не возлюбили поурочные коллеги.

Но пока что, мы замедлим темп. Расскажу немного о наших бытовых ласках. Точнее, про тот день, когда я смог наконец-то открыться близким людям и рассказать обо всём, что мне пришлось пережить. Невероятная харизма Блеза и тактичная строгость Клэйт (она удивительно играла в хорошего/плохого копа) растопили моё холодное сердце. Для моей возлюбленной оно оставалось таковым долгое время, потому что я боялся отпугнуть. И всё же, я был искренне рад, что смог за долгое время рассказать кому-то о том, что беспокоит меня.

Это было довольно ранее утро: нашей добропорядочной офицерше нужно было собираться на смену. Я проснулся с первыми лучами солнца, но несмотря на то, что была середина весны, было довольно прохладно, учитывая, что мы, между прочим, жили под крышей.

– Давай ещё немного погреемся, – ласково и сонно прошептала Алия, с которой мы спали под одним одеялом.

Вы наверняка, после всех моих слов, понимаете, как я наслаждался этими днями: мы наконец начали встречаться, теперь было наше время. Я благодарен родителям за то, что родили меня, дабы я был с ней. Ощущать тепло её сердце, ласку её рук и аромат её тела было подобно райскому наслаждению.

Под одеялом её чёрное бельё идеально подчёркивало её формы. А как оно подчёркивало её цвет загорелой кожи! Пока она прижималась ко мне я невольно взглянул на её прекрасное и сексуальное тело. Оно завораживало мой взгляд, моё нутро, и я просто не мог сдерживать себя, но, как бы мне не было грустно, ситуация была довольно серьёзная. По-крайней мере, только для нас двоих. Мы обусловились, что начнём заниматься сексом только спустя некоторое время – мне ужасно не хотелось, чтобы её минувшие раны вновь вскрылись. Алия отнеслась к этому совершенно естественно и сказала, что эта бурная ночь будет подарком на мой день рождения. Между словом, я был младший в этом доме: Алие было 19, Клэйт было 20, а Блеза полгода назад стукнуло 23. Мне было всего лишь 16, да, я был ещё очень молод, но благодаря упорным тренировкам выглядел старше своего возраста. Если так подумать, мои родители наверняка подали в розыск и, если брать во внимание моё несовершеннолетие, меня могли с лёгкостью позвать. Но давайте будем честны, я вряд ли с лёгкостью остался здешней полиции, учитывая то, что мне пришлось пережить.

Ну да ладно, вернёмся к ласкам. Я не могу отвести взгляд от её мягкой груди. Она была невероятно красива и возбуждающая, два бугорка невероятно манили оголить их и узреть восьмое и девятое чудо света. Но я не мог распустить руки – как я и сказал, боялся ранить её.

– Пошляк, – с теплом погладив меня, она залезла на меня сверху и положила голову на мою грудь, причём так, что её свирепо неимоверно чудовищно робкое дыхание катилось по моей шеи, что только усиливало эффект эйфории.

Мне стало ужасно неловко, угадайте почему. Парни знают с какой проблемой (или не проблемой) приходится ходить по дому, прикрывшись. А вдобавок к этому, на мне лежала моя любимая леди, которую, буду откровенно, я очень хотел. Сейчас мы были как нельзя близки, и мой верный аполлон очень жёстко упирался в Алию так, что своим тазом ей приходилось держать его параллельно моему телу. В такие моменты она любила мило хихикать и облизывать кончики моих ушей. Вместе с этим, она гладила головку моего стояка и даже через спальные шорты её руки творили настоящую магию. Простите за откровение, если что. И я сейчас не про описание наших утренних чудачеств – когда мне удавалось уединиться я с неудивительной лёгкость эякулировал только, представив обнажённое тело Алии. За. Это мне было ещё больше стыдно, ибо мне казалось, что я был похож на тех тварей, что постоянно держали её в своих руках. Но я ничего не мог поделать – подростковый возраст был на пике.

Но подождите, разве в доме, в котором живут любовные парочки всё закончился лишь баловством одной единой любовью? Поцеловал девушку в щёку, я медленно встал и, надев штаны и футболку, вышел на лестницу и стал спускаться, как снизу послышались бурные звуки. Спустившись ещё ниже, я увидел, как Блез лежал на Клэйт и то щекотал её, то ли своим лицом массировал её грудь. Она явно получала великолепное удовольствие, раз её строгость была расплавлена и превращена в искренний смех.

– Блез, прекрати – Дан проснулся, – между звуками произнесла заложница своего верного пса, попытавшись остановить его – ну же, прекрати

– И не подумаю, – с явной ухмылкой, которой я не видел, резво произнёс Блез – пусть учится, как правильно ублажать женщину.

– И вам доброе утро, – тепло пожелал я

Особо не обращая внимания на уединение парочки, я заварил чай и поставил кашу на плиту. Мы чередовали готовку, засчёт чего каждый день наши блюда менялись не только видом, но и вкусом. Я готовил, откровенно признавая ошибки, отвратительно, что раз за разом ругал Бл~

– О нет, только не твоя стряпня, – с отвращением оскалился он, продолжая свои любовные пытки – я лучше поем в столовке. Там хоть повкуснее будет.

Для кого-то, нежели себя, я никогда не готовил, так как мои вкусовые стандарты были не такие высокие, как у жильцов нашего уютного дома. Алия попросила меня больше есть полезных продуктов, оттого я так старался питаться правильно. Иногда, она готовила мне блюда с собой, они были изумительно вкусными. Подводя итоги сказанного, в нашей скромной лачуге ежедневно царил разврат: не только телесный, но и вкусовой. В принципе, я не был против.

Закончив допрос с пристрастием, Блез ярко вынырнул из-под одеяла и, подойдя к окну, встал в героическую позу наблюдателя. Эта была его великодушная привычка.

– Дан, ты помнишь какой сегодня день?

Я немного потерялся в словах. Сегодня был совершено обычный день и ни о чём таком важном меня Блез не предупреждал, а потому я был весьма растерян.

– Пятница, мой верный падаван, – величественно объявил он – вдобавок, конец месяца. Сегодня будет пирушка.

Понятно. В принципе, такой порядок дел мне к душе, вдобавок, это была хорошая возможность узнать моего хранителя получше. Но в голове возникли сомнения насчёт того, что мы ч моей любимой девушкой нахлебничаем и пользуемся добротой наших спасителей. Принять меня они были готовы, а вот мою Алию…

– В конце месяца Клэйт приходит зарплата, а мне – здесь он остановился и с личной надменностью воскликнул – дивиденды!

Не знал, что Блез торгует акциями. Хотя, неудивительно – я всегда был уверен, что острые у него не только клыки, но и ум. Я заварил четыре чашки чая и выключил плиту, чтобы каша остыла. В это время, Клэйт оделась с свою униформу, а Блез так и остался с голым торсом, как настоящий зверь. Наверное, стоит описать эту парочку? Как обычно, я мало уделяю мало внимания деталям.

Наша офицерша была короткостриженой брюнеткой с выразительными чертами лица: как и сама Клэйт, в неё были строгие уголки рта, тонкие, но прямые брови, немного узкие глаза и маленький нос. Иногда, она выглядела как кукла, но под нужным углом она превращается в машину для убийств.

Что же насчёт Блеза – кажется, я его уже описывал, но опишу ещё раз. У него была широкая т высокая беспорядочная причёска с мнимыми бакенбардами, которые переходили в брутальную щетину. У него был взгляд тигра, так как глаза и брови брались в угол. Нос прямой с маленьким шрамом. И насчёт его клыков: я не просто так говорил, что он рычал своими острыми костями – зубы у него были по необычному острые. Настоящий хищник. Меня волновало только одно – всё его тело было в бинтах: руки, торс и, наверное, ноги, и, поверьте, они скрывали настоящие шрамы. Я волновался за моего друга – какие же ненастья настигают его?

Со второго этажа спустилась Алия в шортах и длинной голубой футболке, которую она надела ещё в кафе. Сев за стол, эта тройка начала обсуждать дела насущные, Блез был душой компании.

– На самом деле, только мне не выдали травматическое оружие, – с иронией рассказывала Клэйт – ходят слухи, что это по причине того, что дословно «коза отпущения начнёт лягаться»

– А жаль, – печально выразился адский пёс – если бы выдали, я б не был сейма мумией.

– В каком плане?

Алия поинтересовалась скорее не от любопытства, а от искренне переживания. За это я любил её ещё сильнее – её сердце сложно было налить неблагородной ложью.

– Так снарягу нашей защитницы использую я, – конечно, без улыбки это слова прозвучать не могли.

– Неужели ты используешь снаряжение полиции, – решила уточнить Алия – а как же Клэйт? Чем ей приходится пользоваться?

– А нашу пташку держат в штатской клетке, – метафорически объяснял Блез – ей серьёзных дел не дают, заставляют бумажки подписывать. Ну и платят за это меньше, суки.

Да, по-другому выразиться нельзя было. Пускай я стоял спиной к этой беседе, я мог видеть лицо пса в этот момент. Хотя от здешних мразей в погонах можно ожидать чего угодно – неудивительно, что хороших и праведных они держат на поводке. Тем не менее, я поставил четыре чашки на стол и подал кашу, наконец сев за стол.

Кухня была угловой: плита, вытяжка, раковина, духовка, пара полок и стиральная машина. Нельзя было сказать, что семья Кайван жила бедно. Сама гостиница не была особо выделяющимся местом: бардовый диван-кровать, длинный стол человек на восемь, телевизор, пара картин, светильник, люстра с пятью как их там и т.д., и т.п.

Несмотря на отвращение, Блез первым принялся за еду, Алия и Клэйт тоже начали кушать с пристрастием. Наконец, и я принялся опустошать тарелку, но аппетит скрывала одна мысль, которую я долго хотел высказать.

– Простите что спрашиваю это именно сейчас, но почему вы приютили нас? Почему вы так добры?

Мой вопрос будто остановил время. Будто эхом в тишине он летел от комнаты в комнату, улетая и возвращаясь. Все члены застолья взглянули на меня, а затем на Блеза. Я ожидал, что сейчас я поплачусь за свои слова как-то серьёзно. Однако.

– От тебя, Дан, я ждал именно такого вопроса, – таинственно зачинал Блез – ну что же, ответ прост. Мы с моей женой видим в вас уникальных людей, которые контрастируют со всем обществом этого отребья. Тогда, в парке, ты стоял как вкопанный, злился, скалился, но я увидел в тебе настоящего человека, а не еб*нное ходящее чучело. Никто не останавливается позлиться, все наигрывают эмоции, всем плевать на друг друга, на правильность и мораль. И когда я увидел твоё лицо, Дан-Дан, я понял сразу, что ты человек правды. Что тебе можно доверить жизнь, хоть мы не были знакомы. После твоих рассказов о том, что вам пришлось пережить, я окончательно убедился, что нам по пути. Как и ты, мы с Клэйт пытаемся наводить порядок в этом городе. Если не мы, этот город погрязнет в грязи и алчности, а все его жители захлебнутся в этом говне.

Такой развёрнутый ответ меня взбудоражил, но это был не конец монолога.

– Вы боритесь за справедливость? Так мы тоже! Но хочу я сказать тебе друг мой, что ваши глупые баталии – ребячество. Ты пытаешься обойтись без крови, но я уверен, ты и сам знаешь, что нет ничего чисто белого – иногда ради хорошего нужно совершить много плохого. Иногда одна смерть может спасти тысячи остальных, так что подотри сопельки и хватит держать позицию дохляка – считай, что тебя должны взять под опеку, что перед тобой должны считаться, что ты должен прибегнуть к насилию, чтобы достичь правосудия. И не надо тупой речи про то, что чем же мы будем отличаться от тех людей, что порочат человечество – наша доля выбирать, когда можно обойтись малой кровью, а когда надо замарать руки. Это лицемерно, но лицемерие добра есть антипод зла, – окончание своих слов он говорил с подлинной злостью, но наполненной волнением.

Я много думал о своих принципах и методах. Конечно, безусловно и понятно, что всё, что говорит Блез это правильные вещи. Думал я всегда, что смогу пройти путь справедливости без крови и насилия, но мне кажется, чем больший кусок мы хотим откусить, тем упорнее придётся жевать. Что скрывать – я ужасно боюсь отнять человеческую жизнь, для меня непостижимо это чувство.

– Я понял тебя, Блез, – не доев свою кашу, произнёс я, встав из-за стола – если ради нашей цели нужно будет прибегнуть к насилию, я доверюсь тебе.

Я добился своей цели, впервые увидев растерянность на лице адского пса. Мне всегда доставляло удовольствие срывать надменную ухмылку с людей, которые брали верх надо мной. Я наконец увидел мешки под глазами Блеза, когда его глаза от удивления стали широкими. Надев куртку, я направился на стажировку. По нашему плану, сегодня я должен был определить местоположение кейсов с оружием, далее – сообщить Блезу, потом на лодке мы отправимся вслед, так как корабль отходит от берега довольно далеко и гнать за ним на машине или мотоцикле было бы совершенно бесполезно. Пора было поставить жирную точку в истории местного оружейного беспредела.

Подумать только, не прошло и полгода, как я оказался вовлечённым в такое вот приключение, хотя это всё равно лучше, чем-то место, из которого я приехал. Давно адреналин не игрался так в моём организме, потому я начал испытывать некий экстаз от предвещающийся угрозы. Мысли как-то снова взбились в кучу, когда я подошёл к порту. Показав удостоверение, я прошёл в ангар и поздоровался с коллегами. Внезапно, Можа позвал меня к себе. Неужели Штирлиц был близко к провалу? Он посадил меня перед собой и предложил мне кое-что действительно будоражащие:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.