Энже Суманова
Небеса. Война между ангелами и демонами

ВНИМАНИЕ! В КНИГЕ ЕСТЬ СЦЕНЫ ЖЕСТОКОСТИ И НАСИЛИЯ. СТРОГО 18+

Пролог

О том, что происходит с нами после смерти, написано много книг, но никто не знает настоящей истины. Что же на самом деле с нами творится, когда наше тело испускает дух? Попадаем ли мы в рай или в ад, а может, там нас ждет пустота? Тьма, которая полностью нас поглотит и никогда не отпустит?

Существует ли душа? Или это всего лишь миф? Миф, который преследует нас с детства. С ранних лет нас пугают адом, говорят, что только хороших людей заберут в рай, а плохих – в геену огненную, где их будут пытать за плохие поступки. Может, это так и есть? Ведь за свои поступки нужно отвечать, какими бы они ни были. Где еще за них нести ответственность, если не после смерти?

Безусловно, жизнь после смерти существует. Я умирал и возрождался больше миллиона раз. С каждой новой смертью я терял часть себя. В конце концов, я забыл, кто я. Кто‑то скажет бред, что такого не может быть, но это моя история… История, которая принадлежит не только мне, но и моей семье.

ГЛАВА 1. Небеса

Мне было девять лет, когда я в последний раз умер в роли человека.

– Почему здесь так темно? Мне страшно. Мама, где ты? Я замерз…

Вокруг было тихо.

Меня охватил жуткий страх, я попытался шагнуть, но не смог. Протянув руки, начал искать, за что можно ухватиться, но вокруг ничего не было. Прошло много времени.

«Когда же закончится этот ночной кошмар?» – думал я.

Вдруг вдалеке я увидел белый огонек, который приближался ко мне все ближе и ближе.

– Мама? Это ты? – в надежде спросил я.

– Нет, я не твоя мама, – сказала незнакомка, приблизившись ко мне. – Не бойся меня, я помогу тебе.

Эта девушка была невероятно красивая. Ее тело светилось яркими лучами, которые слепили мне глаза.

Протянув руку, она позвала меня с собой.

– Мне нельзя ходить с незнакомыми людьми, – убрал руки за спину. – Я с тобой никуда не пойду, буду ждать маму.

Она улыбнулась, и погладила меня по моим волосам.

– Ты должен идти со мной, если ты не пойдешь, то так и останешься здесь один в темноте. Я тебя не обижу и расскажу, как ты оказался здесь. Доверься мне.

– А «здесь», это где? – удивленно спросил я. – Разве это не сон?

– Нет, глупыш. Это не сон.

– Почему тогда ты вся так ярко светишься?

– Я тебе все расскажу, но только не здесь. Тут так темно. Мне страшно, я боюсь темноты, пойдем туда, где светло и много людей. Согласен?

Она встала рядом со мной и взяла меня за руку. От ее рук исходило тепло, не знаю почему, но я знал, что она хорошая и поможет мне.

– А ты меня отведешь к маме? – заволновался я. Мне так не терпелось увидеть ее. – Как я тут очутился? Я купался с Аней на речке и вдруг оказался здесь. А дальше… а дальше ничего не помню.

– Я помогу тебе все вспомнить, только тебе надо захотеть идти со мной, иначе я не смогу тебе помочь.

– Я хочу идти с тобой, не хочу здесь оставаться.

Сразу после этих слов мы полетели наверх. Не знаю, как это произошло, но это было захватывающе и в тоже время пугающе.

Крепко схватившись за ее руку, я прокричал:

– Не отпускай меня!

– Не бойся, не отпущу, – уверила она, поглядывая на меня.

Мы прибыли туда, где было светло. Настолько светло, что я еле смог открыть глаза. Впереди стояли огромные ворота, а наверху стояли люди. Посмотрев назад, я увидел толпу людей, которые шли с такими же светящимися людьми рука об руку.

– Нам повезло, мы первые. За всю мою работу это впервые со мной. Обычно я иду сзади, ну, или посередине толпы.

– Куда мы идем? – спросил я, испуганно поглядывая назад.

– Домой – это теперь твой новый дом, ну, или временный, как ты сам захочешь.

– Я хочу к маме! У меня уже есть дом, – отпустил ее руку.

Хотел побежать назад, но ноги меня не слушались, и я все равно шел за ней. Как бы я ни пытался убежать вперед, но все равно шел задним ходом за ней. От безысходности начал кричать, чтобы меня спасли, но никто не обращал на меня внимания, как будто я призрак. Посмотрев на их лица, я увидел печаль и слезы в их глазах. Я не понимаю… В чем же дело?

Рядом шла бабушка и сказала мне:

– Сынок, все будет хорошо, ты только…

– Галина Геннадьевна, здесь нельзя разговаривать ни с кем, – перебила ее девушка, державшая за руку. – Простите, но нарушать правила нельзя.

– Простите меня, старушку, – отстранилась от нас она.

– Вот мы и пришли, – обрадовалась девушка.

Мы прошли через врата, где нас встретил мужчина.

– Опять буйный попался, Лора? Вечно у тебя проблемы с душами, а все потому, что им ты не говоришь правду. Нужно следовать правилам. Повернись ко мне, мальчик, – велел он мне.

– Не бойся его, он только выглядит грозным, но душа у него добрая.

– Я хочу к маме… Отведи меня к ней, – слезно попросил я.

Она вытерла мои слезы и обратилась к мужчине:

– Я сама.

Он начал возражать ей, говоря:

– Ты знаешь наши правила, тебе нельзя извлекать блок памяти, если об этом узнают, то нам обоим несдобровать.

Она посмотрела на него с серьезным взглядом: черные брови почти сомкнулись, а тонкие губы слегка сжались в трубочку.

– Он маленький ребенок, ему страшно. Всю вину я возьму на себя…– повысила голос.

– А что значит, блок памяти? Что вы хотите со мной сделать?

Меня охватил страх. Неужели она мне врала, что все будет хорошо? И что здесь вообще происходит?

– Доверься мне, – произнесла она и протянула руку ко мне за голову, достала оттуда что‑то квадратное и сунула обратно другую квадратную штучку. – Это пока временно, пока мы не найдем твой блок памяти, а пока твое сознание чистое, Добро пожаловать в мир ангелов, ну, или по-другому, чтоб тебе было понятнее – это рай.

– Рай? Не может быть! Я что… я что, умер? Не верю! Верни меня обратно!

Я ужасно испугался. Меня вновь начало знобить, тело тряслось, больше не мог произнести и слова, губы дрожали от испуга.

Вдруг я очутился в помещении, где меня встретили две девушки.

– Моя миссия окончена. Эти девушки помогут тебе все вспомнить. Удачи!

На прощание она меня крепко обняла и исчезла, как будто ее и не было.

Шепотом я говорил себе под нос: «Это все сон. Я проснусь и окажусь дома. Ну, же, проснись!»

– Сейчас мы окунемся в твое сознание, так мы узнаем, что же с тобой случилось, почему ты…

– Умер? – еле выговорил, перебив ее.

– Терпеть не могу это слово, но это правда. Сейчас на экране появятся последние твои минуты жизни. Очень жаль, что с тобой случилось «это» в таком молодом возрасте.

Посмотрев на экран, я увидел, как мы с сестренкой идем вдоль речки наперегонки. Придя туда, я один пошел купаться, а Аня осталась ждать меня на берегу. На речке было несколько ребят моего возраста. Нам было очень весело.

– Итан! Можно мне тоже покупаться. Ну, можно? Пожалуйста, – умоляла она меня.

– Нет! Ты не умеешь плавать, и мне попадет, если мама узнает об этом.

– Я всего один разочек окунусь и выйду, а потом пойду к костру и высохну, честно‑пречестно! – упрашивала она.

– Ладно! Давай спускайся! – крикнул я.

Знал бы я тогда, что все так обернется…Никогда бы ей не разрешил окунуться. Я не успел ей крикнуть, что там глубоко, и она провалилась вглубь реки, и я в тот же миг нырнул за ней. Схватив ее за руку, я потащил ее наверх. Она цеплялась за меня своими маленькими ногтями, тащила меня на дно. Силы были на исходе, не знаю как, но я смог ее вытащить из глубины. Мальчишки, которые были там, помогли вытащить Аню, а у меня закончились силы, чтобы самому вылезти оттуда. И я пошел ко дну…. Помню только то, что кто‑то нырнул за мной, но так и не смог добраться до меня. Я был уже на дне реки….

Слезы текли ручьями из моих глаз, я не мог вспомнить Аню, никого, как бы ни пытался. В голове лишь одна пустота. Мои воспоминания пропали.

– На этом пока все. Мы сами дальше проверим твою память и определим тебя в группу хороших людей или плохих. Как узнаем твои результаты, за тобой придут и приведут сюда, и я верну все твои воспоминания о твоей жизни на Земле. К сожалению, мы не нашли твои воспоминания о нашем мире, но есть воспоминания о твоих прошлых жизнях. Это как‑то странно, да, Мили? – спросила она другую девушку, которая не промолвила и слова с момента моего прихода.

– Угу, – согласилась она и исчезла.

– Куда она пропала? – удивился я.

– Ее куда-то вызвали. Ты к этому скоро привыкнешь.

– Что будет, если окажусь хорошим мальчиком?

– Тебе не о чем беспокоиться. Я уверена, что ты был хорошим и не совершал плохих поступков. Ведь ты спас свою маленькую сестренку, такого храброго поступка у нас давно не было. Тот, кто оказывается хорошим, то они сами выбирают – остаться здесь на небесах или вернуться на Землю младенцами.

– А что с плохими людьми делают? Они попадают в ад? – обеспокоенно спросил я.

– Увы, но да. Их отправляют обратно на Землю. Ад – это наша Земля.

– Значит… значит, я в прошлых своих жизнях, возможно, мог быть плохим? И меня поэтому туда отправили?

Она пожала плечами и отвернулась от меня к столу, взяла толстую книгу и начала что‑то писать в ней. Ее движения рук были настолько быстрыми, что от нее дул легкий ветерок.

– О, наконец, вернулась, куда тебя вызывали? – сказала она, увидев Милу.

Она появилась также быстро, как и исчезла. У нее был напуганный вид. Зрачки расширены, она смотрела на меня. Мне стало жутко от ее взгляда.

– Я была… у Верховного ангела.

– Блин…. Ну, почему он меня не вызвал? – жалостливым, писклявым тоном проговорила первая девушка. – Что он тебе сказал? А это правда, что он так красив и безупречен?

– О, да! Он восхитителен. А его мужественный и строгий голос я готова слушать вечно. Не хотелось оттуда уходить.

– И что же он от тебя хотел? Не томи, умоляю.

– Он записал Итана на прием в пятницу в 14.00. Сказал, чтобы я ему передала это. Так что через пять дней, Итан, ты идешь на встречу к Верховному ангелу. Как же тебе повезло! Попасть к нему на прием очень тяжело. Люди стоят в очереди по несколько сотен лет, а ты здесь недавно и уже идешь к нему. Я тебе жутко завидую.

– Зачем он меня вызвал? Что ему нужно от меня? – робко спросил я.

– Увы, но мне это неизвестно. Ты сам узнаешь, когда с ним встретишься. Он – правая рука самого Бога. Каждый раз, когда ангелы молятся или произносят его имя, он оказывается рядом с ними и слушает их мольбы и просьбы. Но никто его не видит при этом. Поэтому просто так не произноси его имя. Его зовут Осланд Тейд. Он помогает нам обрести правильный путь в жизни.

– А Бог, что делает?

– Он следит не только за смертными, но и за нами, чтобы везде была гармония и процветание. Еще он дает каждому человеку с момента его появления на свет светлую и чистую душу, а дальнейшая его судьба зависит только от него самого. Но его уже давно никто не видел, кроме самого Верховного ангела. Только он может предстать перед ним. Что‑то мы заговорились, Мила, проводишь нашего гостя? Его время истекло.

– Хорошо, – ответила та и подошла ко мне.

Взяла меня за руки, и в ту же секунду мы оказались в другом здании, где нас встретила маленькая девочка с золотистыми волосами. Ее глаза были небесно‑голубыми, от которых невозможно было оторвать взгляд.

– Принимай гостя, Флора.

– Привет, Итан! Я буду твоим помощником на небесах, – протянула руку.

Ее голос был таким нежным и тонким, что очаровал меня мгновенно. Протянув в ответ ей свою руку, я почувствовал некий удар током, это было очень странно. Мне показалось, что я ее уже знаю.

– А ты меня помнишь? – спросила меня Флора.

– Нет, а мы что, знакомы? Ты меня знаешь? – появилась во мне надежда.

Может, она была моей давней знакомой, которая знала меня в других жизнях.

– Нет, просто я ищу свою маму. Вот уже почти 200 лет прошло, а ее до сих пор здесь нет.

– Флора, дорогая, у него пока нет блока памяти. Он не помнит ничего о небесах. Но блок ищут, и его обязательно найдут. Мне пора идти, удачи вам, ребята.

– Мне жаль, что ты не нашла свою маму, но я уверен, что она скоро объявится, и вы вновь будете вместе.

– Наверное, – с грустью промолвила она. – Пойдем в твою квартиру, где ты будешь жить. Дай мне свою руку. Это будет весело!

Мы очутились в однокомнатной квартире, где стояла посередине комнаты кровать, и больше ничего не было.

– Я ожидал увидеть больше, чем одну кровать, – опечалился я.

– Это временно. Когда тебя определят, к какой группе ты относишься, то обустроишь здесь все сам, как захочешь. Плюс, площадь увеличат, если нужно будет. Я в этом тебе помогу. А пока, спрашивай все, что тебе интересно знать. Я отвечу на любые твои вопросы.

– А ты можешь сама мне все рассказать обо всем? Просто я даже не знаю, что и спрашивать, – смущенно ответил ей.

– Ну, тогда начнем с того, что, если ты тут захочешь остаться, то можешь здесь жить вечно. Для детей это райское место. Здесь есть аттракционы, развлекательные центры, аквапарк, зоопарки, можно даже приютить какого-нибудь зверя, но он сам должен тебя выбрать. А самое главное – он будет тебя понимать дословно, что ты ему говоришь. И станет твоим лучшим другом. Здесь очень много различных животных. Ты, наверное, уже заметил, что здесь нет других цветов, кроме белого. Все вокруг белое, абсолютно все. Это звучит мрачно, но зато здесь нет необходимости в питании, и в сне. Не нужно зарабатывать деньги, а одеваться можешь, как сам захочешь. Это привилегия тоже будет тебе доступна.

– А взрослые, чем тут занимаются? – поинтересовался я.

– А вот для взрослых это место не такое уж и райское. Взрослые все чаще уходят отсюда. Не выносят этого всего. Особенно женщины, им здесь нельзя иметь детей, но можно усыновить кого‑нибудь из детской зоны, а для этого нужно стоять в очереди сам знаешь к кому, чтоб он позволил забрать им ребенка. Это удается не каждому, только самым преданным ангелам. А чтобы это быстрее случилось, нужно служить ему. Стать его верным псом.

– Значит, нам нельзя войти во взрослую зону? – задумался я. – Если это так, то я не смогу быть с мамой, когда она умрет?

– Увы, но это так. Но есть для таких, как ты, другой путь. Если это у тебя не первая жизнь, можешь поменять свое тело на другое, которое у тебя было в прошлой жизни. Таким образом, ты сможешь войти во взрослую зону. Наверняка ты не всегда умирал ребенком. Если раньше умирал после восемнадцати, попадешь к взрослым. Так что не отчаивайся.

– А если я не найду свою маму, как и ты?

Она села рядом со мной на кровать, и, положив руку на мои колени, сказала:

– Просто моя мама не хочет меня видеть, но я чувствую, что она где‑то рядом. А с тобой такого не произойдет, поверь мне. Пойдем, я тебе кое-что покажу.

Мы оказались перед каким‑то зданием, где было много людей.

– Это здание ищеек, которые помогают найти родственников, друзей, даже твою первую любовь, которую ты не видел целую вечность. Пойдем, я покажу, как это работает. Привет, Ольга! По моему делу есть что‑нибудь?

– Прости, опять тишина. А кто это рядом с тобой? Такой милый мальчик.

– Это Итан. У него пока не могут найти блок памяти, но потом, ты же отсканируешь его без очереди, хорошо?

– Для тебя все, что угодно, дорогая. Это же ты меня сюда устроила.

Не успел я поблагодарить ее, как мы вновь очутились в моей квартире.

– Мне нужно с тобой попрощаться. Меня ждут другие клиенты, и тебе пока нельзя выходить из комнаты.

– Почему нельзя? Мы же с тобой ходили вместе…

– Мы не знаем – хороший ты или нет, поэтому ради безопасности других тебе придется тут посидеть до пятницы. Как только, сам знаешь, «кто» побеседует с тобой. Он сам все расскажет тебе. Вот, держи браслет, если я понадоблюсь, скажи вслух мое имя, чтобы я пришла к тебе. Если забудешь, как меня зовут, назови меня просто помощником. Тебе пока можно только со мной выходить. Пока! – и она исчезла.

ГЛАВА 2. Новые знакомства

Ожидание приговора, куда меня определят, длилось довольно долго и мучительно, и к тому же ужасно скучно. Я не знал, сколько времени прошло: часов, дней. Это одиночество сводило меня с ума. Не выдержав этой мертвой тишины, я вызвал Флору.

– У тебя что‑то стряслось? – появилась внезапно она.

– Если честно, то да. Мне скучно, сколько дней я тут уже?

– Сегодня среда.

– Блин, быстрее бы уже пятница наступила, – заныл я.

– Еще есть вопросы? Мне пора идти работать.

– Только я не знаю, как тебе это сказать… понимаешь…

– Говори как есть. Я тебя слушаю.

Мне ужасно было неловко об этом спрашивать, я чувствовал, как горят мои щеки.

Собравшись духом, я произнес:

– До смерти у меня был, ну… был под штанами… Эмм… мужской прибор, куда он делся? Вот что я хотел спросить.

– Не поняла, что за прибор? Погоди, теперь дошло до меня, – рассмеялась она звонким смехом. – Здесь, на небесах его нет ни у кого. Раньше, говорят, были, но Верховный ангел у всех его убрал.

– Почему? – опешил я.

Для меня это казалось странным, ведь он был частью моего тела.

– Здесь был ужасный разврат, поэтому так решили. Тебе, наверное, рано еще о таком говорить. Вот вернут тебе память, потом об этом поговорим, хорошо? Просто не хочу тебе обо всем этом сейчас рассказывать.

– Ладно, а может, мы погуляем? Мне надоело тут сидеть.

– Хм… Ну, давай. Только не долго.

– Ура! – обрадовался я.

Мы с ней посетили зоопарк. Мне ужасно захотелось завести питомца.

– А у тебя есть питомец? – уставился на нее.

– Да, есть. Сейчас вызову ее. Альма, девочка моя, приди ко мне. Ты мне нужна, – нажав на браслет, сказала Флора. – А вот и она, моя красавица.

И вдалеке я увидел, как к нам бежит здоровая собака, больше моего роста. Меня охватил испуг, но, смотря на Флору, как она радостно обняла ее, испуг внутри меня начал исчезать.

– Удивлен? Хочешь погладить ее?

– А можно?

– Сейчас мы узнаем. Альма, дорогая, можно ли моему другу погладить тебя? – Альма закивала головой, приблизившись ко мне, лизнула мою руку. – Разве это неудивительно?

– Да, она потрясающая, но мне страшно рядом с ней.

– Не говори глупостей, она и мухи не обидит.

– А как вы нашли друг друга?

– Альма сама меня нашла, когда была еще щенком. Прибежала ко мне с мячиком, и я сразу поняла, что мы с ней не расстанемся никогда. Ну, все, беги, играй дальше.

– А я думал, что они всегда будут рядом, – огорчился я.

– У них тоже есть своя личная жизнь: друзья, семья, стая, но, если я буду в беде, или мне просто будет грустно, она это почувствует и примчится ко мне.

Я грустно вздохнул.

– Ясно, и мне хочется такого же друга.

– Всему свое время. Вот увидишь, ты найдешь его.

– Можно у тебя еще кое‑что спросить? Личное.

– Разумеется, спрашивай.

– Ты ребенок, такой же, как и я. Как ты умерла? – В тот же момент я понял, что совершил огромную ошибку, спросив ее об этом. Ее глаза мгновенно залились слезами, и она отвернулась от меня. – Прости, не хотел тебя огорчать, если не хочешь об этом рассказывать, то и не надо, давай поиграем?

– Все в порядке, но мне пора идти.

И она исчезла, а я оказался опять в квартире один. Пройдя некоторое время Флора вернулась, я так был рад этому.

– Прости меня, я не хотел тебя расстраивать тогда, – прошептал я. – Чтобы с тобой не случилось, мне очень жаль.

Она молча смотрела на меня из-за угла комнаты. Что‑то с ней не так.

– Я пришла тебя отвезти к нему. Время пришло, – отозвалась она.

– Так быстро? Неужели целый день прошел?

– Нет, обстоятельства изменились. Нашли твой блок памяти о прошлых твоих жизнях, а вот второй блок твой пуст. Нет воспоминаний об этом месте.

– Ну, хоть что‑то! У меня нет никаких воспоминаний о себе. Даже не о чем вспоминать. Тогда пошли скорее к нему, – радостно проговорил я.

Мы сразу оказались перед огромным троном. Он весь был усыпан белыми светящимися камешками. Зал был гигантским, но он был пустым, ничего вокруг не было, лишь одна огромная люстра висела на потолке.

– Жди тут, он сам появится, и не садись на трон, только он может там сидеть.

– Хорошо.

Прошло уйма времени, а его все не было. Я устал от ожидания и решил сесть на пол.

Совсем отчаявшись, я вслух произнес:

– Когда же этот Верховный ангел уже придет?

Приблизившись к трону, я захотел его потрогать, но услышал сзади громогласный голос:

– Я здесь, сын мой.

Я боялся пошевелиться, все мое тело тряслось. Я медленно повернулся к нему и сел на четвереньки перед ним.

– Я так рад встречи с вами. Спасибо, что приняли меня так быстро.

– Меня еще никогда не встречали на коленях. Итан, встань, а то я могу и привыкнуть к такому, – улыбнулся он. – Я восхищен твоей храбростью, ты хороший мальчик. Жаль, что судьба распределилась именно так….

Верховный ангел примерно был средних лет, и весьма подкаченный, не зря девушки с восхищением отзывались о нем.

– Давай сразу перейдем к делу. Мои помощницы нашли твой блок памяти, но вторая часть пустая – та, которая принадлежит нашему миру. А вот первая часть целая и невредимая. У тебя всего было три жизни. Но есть некоторая проблема с первой частью, ты его попросил запечатать.

– А что это значит? – не понял я.

– Это значит, что ты попросил запечатать память, чтобы никогда не вспоминать о ней. Когда я заглянул туда, обнаружил, что ты был девушкой, и тебе пришлось пройти через многие испытания. Если захочешь, я уберу эту печать. Решение за тобой, но прежде чем принять его, ты должен вспомнить свою эту жизнь, когда был Итаном. Потом я верну первую твою жизнь, там ты тоже был хорошим человеком. Подойди ко мне, мальчик мой, – вставил блок памяти в голову.

Мои первые воспоминания появились в голове: я сидел за праздничным столом и задувал свечи, а на торте была цифра пять. Когда мне исполнилось шесть лет, появилась на свет моя сестренка Анна. С детства я заботился о ней, неудивительно, что я, не колеблясь, спас ее.

Следующие годы пролетели, как один миг: школьные годы, общение с друзьями, мой первый гол. Это было так странно. Вроде все это происходило со мной, и в тоже время было похоже на просмотр фильма. Я так мало прожил. Столько всего было впереди, и я горько заплакал, вновь видя, как тону.

– Анна жива? Здорова? – захлебываясь в слезах, спросил я.

– Да, она жива и здорова, и все благодаря тебе. Твоя семья скучает по тебе. Ну, что, поехали дальше? Твоя жизнь хоть и была короткой, но ты показал настоящее мужество и отвагу. Некоторые, прожив и до ста лет, таким не похвастаются. Ты совершал только благие поступки, поэтому ты сможешь решить сам: остаться здесь или вернуться на Землю. Но не спеши, у тебя полно времени на раздумье.

– А сколько у меня времени?

– Целая вечность. Но, если захочешь вернуться на Землю, то подойди к куполу, дотронься до него, и тебя поставят в лист ожидания, то есть определят в семью. Перейдем к твоей первой жизни, где ты тоже был мужчиной. Мои помощницы сказали, что там ты тоже был хорошим человеком. Но тебе предстоит эту жизнь без меня просмотреть в своей квартире. С тобой я отправлю свою дочь, Элизабет. Она тебе поможет, и, если ты захочешь сменить свой облик, тебе стоит только попросить, и она все устроит. И мне ужасно жаль, что вторая часть твоих воспоминаний отсутствует. Но мы продолжим поиски, может, его записали отдельно – иногда так бывает, если ты тут прожил очень много времени, то его записывают на отдельный диск. Я был рад нашему знакомству.

После его слов я очутился в своей комнате, даже не успев попрощаться с ним.

Почему‑то меня не покидало ощущение после нашего знакомства, что он не хороший человек. В нем было что-то отталкивающее. Может, он, как в фильмах, только прикидывается добрым? А на самом деле – главный злодей.

Меня в комнате уже ждала девушка. Она была одета в пышное платье, как у принцесс из мультфильмов, а ее волосы были заплетены в две огромные косы. Раньше я никогда не видел таких густых кос. В ней все было идеально: маленький, прямой носик, пухлые губки, а глаза сверкали жизнью. Легкой походкой она приблизилась ко мне и заговорила:

– Надеюсь, мы с тобой здесь недолго будем. Смотри самые важные воспоминания, а остальные сможешь и без меня посмотреть наедине.

Она что‑то щелкнула у меня в голове, и я погрузился в омут воспоминаний, не успев ничего сказать.

Здесь я выглядел совсем по‑другому, другой человек, как будто это был не я. Все было иначе: манера общения, голос, лицо, привычки, вплоть до любимых блюд. Передо мной был абсолютно другой мальчик, чужой для меня.

Родители меня правильно воспитали, благодаря им я был честен, никогда не врал и не обманывал. Мои родители были фермерами, и меня ждала та же участь. Я не учился в школе, всю свою подростковую жизнь меня отец готовил на смену себе.

Моя жизнь резко изменилась, когда я встретил свою будущую жену на местной ярмарке. Она с родителями принесла выпечку на конкурс пирогов. Ее глаза сверкали, как огоньки на елке, от которых невозможно было оторвать взгляд, а щеки были испачканы в муке, но даже это не портило ее красоту. Теплый ветерок развевал ее длинные, волнистые волосы цветом пшеницы. Ее звонкий смех наполнял все унылое пространство скучной ярмарки. Именно это мое самое первое и яркое воспоминание о жизни Томаса. Это и неудивительно, ведь я в нее влюбился с первого взгляда. Я за ней ухаживал год, затем мы поженились.

Она меня научила читать, писать, даже петь. Рядом с ней я был другой, как ребенок, который в первый раз увидел маленького пони. Через девять месяцев она родила мне сына, которого назвали Джеймс. Еще через два года у нас появился еще один сын, Роберт. А в тридцать семь лет она родила мне еще одного маленького ангелочка, Марию.

Я с ней прожил счастливую и долгую жизнь, мы растили внуков и внучек. Моя жена Патриция умерла на семьдесят третьем году жизни, а я ушел из жизни через год после ее смерти. Этот год без нее оказался самым ужасным и горьким. Без нее моя жизнь была тяжелой и пустой, мне ее так не хватало. Неудивительно, что я прожил без нее так мало, ведь моя душа сгорала изнутри, тосковала по ней. Раз моя память потерялась, я не помню, встретились ли мы с ней на небесах и ищет ли меня моя семья. Очнувшись, я увидел Элизабет, которая косо на меня смотрела и ворчала что‑то про себя.

– Я же тебе сказала: смотри только самые яркие воспоминания , а не всю жизнь, вплоть до смерти, что там может быть интересного, в старости или в воспитании детей? Целый день на это убили.

– День? – удивился я.

– Ага, а ты как думал? У тебя еще одну жизнь осталось просмотреть. Распечатать ее или нет?

– А что там со мной случилось, что я даже попросил ее запечатать?

– А мне откуда знать – это твоя память, и без твоего разрешения я не буду ее открывать. Тебе решать, что с ней дальше делать, – дерзко ответила она. Немного подумав, я решил, что все-таки просмотрю ее. Что там может быть такого ужасного? Если только я не был плохим человеком…

– Давай просмотрим, – решительно настроился я.

– Хорошо, но только через несколько дней хотя бы… Мне надоело здесь сидеть, договорились?

– Ага, но мне хочется поменять свой образ. Сможешь это сделать?

– Конечно! В каком возрасте хочешь быть?

– Хм, давай в тридцать лет. Может, моя семья узнает меня в этом образе. – Она взмахнула рукой, и у нее выросли крылья. Это было потрясающе, настолько волнующе, что я не смог и слово промолвить. Стоял, как немой, и любовался ее красотой. Еще раз взмахнув рукой, она отправила ко мне ярко светящиеся частички пыльцы, которые обхватили мое тело и подняли вверх. Через мгновение я опустился вниз и посмотрел на свои руки – они изменились: стали толще и длиннее. И вырос на голову выше нее. – Вау! – воскликнул я от произошедшего чуда. – Это было бесподобно, такое ощущение, что я был героем сказки! Спасибо тебе, такого я точно не ожидал.

– Не за что. Теперь отправимся в зону взрослых, тебе нельзя здесь находиться, – и мы перенеслись в такую же комнату, но уже из окна был виден лес, а не квартирные дома. – Если я тебе понадоблюсь, то можешь меня позвать. Мое имя ты уже знаешь. И, кстати, если захочешь переместиться, нужно нажать на желтую кнопку и сказать место.

– Спасибо за помощь.

Знакомство с ней не выходило у меня из головы. И как такое вообще возможно забыть? Для меня все происходящее было, как волшебство. Раньше я о таком мог только мечтать, а теперь это и есть моя реальность. Реальность, которая до чертиков пугает меня и в тоже время захватывает. Впереди меня ждал новый мир, который нужно освоить. И знаете что? Я готов к этому.

А может, это все сон? Вдруг это не реальность? И сейчас я проснусь в своей просторной кроватке от поцелуя своей мамы.

Мне хотелось услышать ее нежный голос, который всегда говорил: «Итан, просыпайся, пора в школу». Я бы, как всегда, неохотно проснулся. Не помыв зубы и соврав ей об этом, пошел бы завтракать. Как же мне ее не хватает. Надеюсь, что все-таки это сон, и я вот‑вот проснусь, но, сколько бы ни проходило времени – этого не случилось.

ГЛАВА 3. Тайный штаб

Мне очень сильно хотелось найти своих родных. Здесь ужасно было скучно и уныло. Нечем заняться. Прогулки по парку и знакомство с новыми ангелами наскучили. Я решил отправиться к ищейкам.

– Здравствуйте, Ольга!

– Встаньте в очередь, молодой человек, – сказала она, мельком посмотрев на меня.

– Мы с вами знакомы. Нас познакомила Флора, и вы мне сказали, что сможете меня принять без очереди. Я тогда был маленьким мальчиком.

– Хм, ну что ж, раз я так сказала, давай поищем, кого ты хочешь найти? Проходи в комнату. Тебя отсканирует наш чудо-ангел Мигель.

– Спасибо!

– Да не за что!

Мужчина попросил меня сесть на стул посреди комнаты.

– Кого мы будем искать?

– Жену и детей. Я соскучился по ним.

– Представляй того, с кем ты хочешь встретиться. Просто подумай о нем.

Закрыв глаза, я представил свою жену Патрицию, нашу первую встречу. Через некоторое время он произнес:

– Хм, она тут. Сейчас узнаем, хочет ли она с тобой встретиться.

На мгновение он закатил свои глаза – это было жутко и тошнотворное зрелище. Вскоре он открыл их. Я был в предвкушении нашей встречи, внутри меня все бушевало. Наконец‑то, увижу кого‑то из знакомых.

– Увы, но она с тобой не хочет встречаться.

– Почему не хочет? Я был ее мужем, отцом ее детей. Я не понимаю…

– Мне жаль, но такое редко, но бывает. И мне неизвестно, почему она не хочет встречи с тобой. Ну, что ж, дальше ищем? – озадаченно спросил он.

Буря, которая во мне бушевала, мигом потухла, и покрылась черной пеленой грусти и печали. Я так хотел с ней встретиться, поговорить, обнять, рассказать, как мне ее не хватало, когда она умерла. И как я скучал по ней, она нужна была мне, как никто другой.

– Иногда так бывает, что люди, которых мы знали и любили, не хотят с нами быть. Может, она нашла того самого… – на мгновение он замолк. – Я хочу сказать, может, она встретила истинную любовь, здесь, на небесах. Понимаешь, о чем я?

– Нет, не понимаю. Мы любили друг друга. Неужели она меня забыла? Разлюбила? Разве я не достоин узнать правду? Может, мы с ней здесь поссорились, или я ее обидел? Это несправедливо! Я ничего не помню! Это жестоко!

Я в первый раз вышел из себя. За всю мою долгую жизнь никогда такого не было со мной. Я был уравновешенным человеком, не привыкшим орать, кричать от эмоций. Мне проще было все это копить в себе, а всю злость выплескивать, занимаясь какой-либо работой. Мне хотелось все крушить, ломать, даже ударить кого‑то, пусть даже он был бы в этом не виноват.

– Давай ты успокоишься, и мы продолжим, – успокаивающе сказал он, положив руку мне на плечо.

Вдохнув несколько раз глубоко воздуха, начал приходить в себя.

Я прожил счастливую жизнь, но чувствовал себя одиноким и брошенным. Чем же я ее обидел? Делать было нечего, и я дальше начал представлять по очереди сыновей и дочку.

– Стоп, не так быстро, – прервал он. – Джеймс тут, а вот Марии и Роберта здесь нет. Они на Земле. И он жаждет встречи с тобой.

– И как мне с ним увидеться? Где он?

Это была самая лучшая новость за все это время. Хоть кто‑то помнит о моем существовании.

– Нажми на браслете красную кнопку и произнеси его имя. Я уже все настроил, чтоб вы смогли с ним встретиться.

– А могу ли я случайно встретить свою жену на небесах?

– Да, но вряд ли вы встретитесь, шансы один на миллион. Здесь огромное количество улиц, кварталов, парков, домов. И люди не ходят, просто прогуливаясь – перемещаются с помощью браслетов. Кстати, у нее другая внешность. Пройдя мимо нее, ты бы и не понял, что это она. Это прозвучит странно, но у твоей семьи провалы в памяти, или она частично стерта. Вы не помните, как жили здесь.

– Возможно ли это, что их кто‑то специально стер?

– Ну… это может сделать только один человек, тот, кто всем этим владеет.

– Но зачем ему все это? – изумился я.

– Я долго думал над этим вопросом, почему именно это с вами происходит, и пришел к выводу, что вы знали то, что не следует знать. А может, это просто случайность… Техника тоже иногда глючит.

– Бред какой‑то, что мы такого могли сделать или знать?

– Это ты мне скажи. У некоторых ангелов тоже есть провалы в голове, и у прислужников, но это редкость.

– А ты можешь со всеми ними меня познакомить? Вдруг что‑то узнаю.

– Конечно, но в следующий раз. Ты и так занял у меня много времени. Иди навстречу с сыном.

– Хорошо, спасибо. До встречи!

Я очутился в парке, где было много людей. Осмотрелся, но не нашел сына.

Знакомый голос окликнул меня:

– Отец!

Обернулся и увидел, как он с легкой пробежкой бежал ко мне. Мы крепко обнялись и долго стояли в этой позе. От него шел родной запах. Этот аромат ни с чем не сравнить.

– Как же я рад тебя тут встретить. Как Роберт? Мария? Ты их видел?

– Я тоже рад. Мы с ними с теплотой вспоминали о тебе.

– Почему она ушли отсюда?

– Здесь они задыхались, как и я. Сложно тут. На Земле лучше, намного лучше, но скоро и ты сам это поймешь. Мне хотелось дождаться тебя, потому что ты всегда теряешь память и не помнишь об этом месте. И ни у тебя одного провалы в памяти. У всех из нашей семьи такая проблема.

– А что ты помнишь?

– Помню, как мы здесь встретились, общались всей семьей, но вскоре ты изменился. Стал нервным, ты думал, что кто‑то за тобой следит. Целители говорили, что тебе трудно свыкнуться со смертью, и…

– Что, и? Говори, – поторопил его.

– Они сказали, что у тебя едет крыша. И они подлечат тебя, и больше я ничего не помню. Следующее, что я помню, как сижу в квартире один. Затем я начал тебя искать, но ты уже был на Земле. И каждый раз у тебя проявляется эта болезнь, и ты начинаешь сходить с ума. Поэтому я дождался тебя, чтобы быть рядом.

– Не понимаю ничего…

– Я тоже. Человеческая жизнь – загадка. Но главное, что теперь мы вместе и все сумеем преодолеть.

– Ты прав. А маму… маму ты видел?

– Да. Видимся каждый год в мой день рождения. Ты должен ее отпустить и не искать. Она сейчас живет с другим мужчиной, и они вроде, как счастливы.

– Почему она не хочет со мной увидеться? Неужели ей не хватает духа мне все это в лицо сказать? Мы с ней прожили прекрасную жизнь, разве я не достоин встречи с ней? Как она может забыть человека, прожив с ним почти всю жизнь?

– Ты прав, отец. Дай ей время. Я попробую что‑нибудь придумать. Может, удастся ее переубедить.

Мы долго с ним разговаривали, узнавали друг о друге. Внезапно меня охватило чувство тоски и одиночества – это меня ужасало. Меня не покидали мысли, что же я тут один буду делать? Оставался только один выход: покинуть небеса и вернуться на Землю. Но сначала я должен узнать, почему стирают память моей семье. Вдруг он изменил память Патриции? И она не помнит все хорошее, что у нас с ней было. Его власть настолько могуча, что ему все под силу. Эти мысли в голове все глубже проникали в мой мозг, я не хотел верить, что она меня разлюбила и смогла забыть так легко.

Неожиданно к нам прилетел орел и уставился на меня. Почему-то мое внутреннее чувство подсказывало, что он тот самый – верный друг.

Сделав пару шагов, он положил голову мне на колено, и в ту же секунду нас охватило невероятное сияние цветов. Они переливались между собой и создавали круг. Эти завораживающие оттенки подняли нас над землей.

«Теперь мы одно целое», – подумал я.

– Он пришел к тебе в трудную минуту, как и положено верному другу, – сказал Джеймс, поглаживая его крылья.

И тут меня осенило.

– Теперь я знаю, с чего мне стоит начать наши поиски ответов.

– И с чего же? – воодушевленно спросил сын.

– С моей памяти, которую я сам же закрыл от себя. Но до этого еще пару дней, а пока нужно расспросить, кто уже здесь давно живет и у кого память не стерта. Мы начнем сначала с Флоры. Она может что‑то знать, – нажав на браслет, я ее вызвал.

– Здравствуйте, кто меня вызвал? – оглядываясь, спросила она.

– Я Итан. Помнишь меня?

– Итан! – радостно произнесла она. – Конечно, помню, как можно тебя забыть?

– У меня опять к тебе есть пару вопросов… Кстати, это мой сын, Джеймс.

– Приятно познакомится, что за вопрос?

– Я тут узнал, что у моей семьи провалы в памяти, и не только у нас, но и у некоторых ангелов. Из‑за чего он, ну, ты поняла кто, мог стереть наши воспоминания? Что там может быть такого, что нужно было их стереть? Разве это не странно?

– И у меня провалы в памяти… Я не помню двадцать лет своей жизни здесь. А пятого декабря проснулась, как будто от зимней спячки.

– Ты точно уверена, что ты все помнишь с пятого декабря?

– Да, у меня это в воспоминаниях есть. Я сто раз это переключала, что со мной было до и после, но я так и не вспомнила ничего. А что было пятого декабря?

– Я родился пятого декабря. Наверняка мы с тобой связаны. Мы знали такое, что ему пришлось пойти на кардинальные меры. Джеймс, а ты с какого момента все помнишь?

– Хм… Мне нужно будет погрузиться в воспоминание, чтоб это узнать – это займет некоторое время.

– Дьявол меня стукни! – возбужденно крикнула Флора. – Пожалуй, именно ты – недостающий пазл в нашей загадке. Может быть, ты тот самый, кто поможет нам разобраться с этим. Почему я об этом раньше не подумала? Я долго наблюдала за тобой, но сомневалась, стоит ли тебе доверять. Я знаю, что ты хороший человек, и моя заблудшая душа подсказывает мне, что тебе можно доверять. Поэтому нам срочно нужно отправляться в секретный штаб, где мы во всем разберемся. За нами могут следить, поэтому нужно быть осторожными, – протянула Флора нам руки.

– Джеймс, ты не пойдешь с нами – это может быть опасно. Я не хочу, чтобы с тобой что‑то случилось.

– Отец, я уже не маленький, и мне тоже хочется разобраться во всем в этом.

– Это не обсуждается! Встретимся с тобой после. Обещаю, я все тебе подробно расскажу. Не забудь погрузиться в воспоминание. Хорошенько пересмотри все, что было до и после стирания памяти, – и мы исчезли.

Мы оказались в комнате, где сидели три человека за каким‑то большим компьютером и наблюдали за кем‑то.

Девушка повернулась к нам. У нее была очень короткая стрижка. Если бы не ее большая грудь, ее можно было принять за мальчишку. А остальные парни так и сидели спиной к нам, будто нас здесь и не было.

Девушка выглядела сердитой и озадаченной.

Она встала и обратилась к Флоре разгневанным голосом:

– Ты что, рехнулась? Ты серьезно привела чужака сюда? Сама же придумала правила, сама же и нарушаешь их!

– Вообще‑то, я все слышу, и это как бы неприлично – такое говорить по правилам этикета, – произнес я с легкой иронией.

Мне казалось, что это разгладит напряженную обстановку, но они обе глянули на меня, словно я здесь действительно лишнее звено.

Если честно, так и было. Я вечно все порчу. Знал бы я тогда, что все обернется плачевно для нас, я бы никогда не стал все вынюхивать и разбираться в этом дерьме. Да, вы не ослышались, я сказал слово «дерьмо».

– Успокойся, Моргана. Я ему доверяю на все сто процентов. Он такой же, как и мы, ищет ответы на свои вопросы. Мы должны объединиться и, наконец, все вспомнить.

– Ты мне должен пиццу, – сказал один из парней другому, который сидел за монитором, не отрывая взгляд от людей.

Тот просто ему кивнул, и дальше продолжили сидеть, не обращая на нас внимания.

– Пицца? Разве здесь можно есть? – удивился я.

Как же мне хотелось вновь ощутить вкус любой пищи. От одной только мысли об этом слюнки текли.

– Можно, мы иногда жуем еду и выплевываем ее. Наши вкусовые рецепторы на месте. Звучит жалко, и весьма омерзительно, но время от времени хочется ощутить вкус еды.

– А где вы ее берете? – заинтересовался я.

– Ты, наверное, уже понял, что у всех ангелов есть свои обязанности, – начала рассказывать Флора.

– Проще говоря – работа, – перебила Моргана, все еще сердито поглядывая на меня.

– Да, и на Землю могут спускаться только наблюдатели, так их называют, – продолжила Флора. – Они наблюдают за людьми, по‑другому их называют ангелами хранителями. Когда они туда спускаются, могут захватить все, что захотят из Земли, кроме живых существ, конечно. Но нам запрещено приносить что‑то из мира людей. За это наказывают, понижают в должности. А за многократное нарушение могут отправить в ад.

– И это самая востребованная профессия на небесах, – еще раз прервала подругу Моргана. – Многие из наших лишились возможности находиться тут. Столько хороших людей исчезло бесследно – это так несправедливо! Где всевышнее правосудие? А его нет! Так что подумай хорошенько, хочешь ли ты быть с нами заодно.

– Успокойся, Морган, – спокойно произнес юноша, печатающий на клавиатуре. На мгновение, остановившись, он продолжил:

– Все мы дети Божьи. Но одно он точно не может у нас отнять – нашу свободу, свободу мыслить и борьбу за справедливость. Однажды все заплатят за свои злодеяния, даже он, которого все считают неприкасаемым.

Он выместил всю свою злость на клавиатуре, раздавив его одним лишь ударом кулака. Значит, я был прав, он действительно оказался злодеем. Интересно, что же он ему сделал?

– Это Герри, не обращай на него внимания. Он всегда слишком импульсивный, – сказала Флора еле слышно в мою сторону и продолжила говорить, будто ничего и не произошло: – Наблюдатели могут присматривать за своими родными, поэтому за эту профессию многие готовы на все.

– И куда можно обратиться, чтобы там работать? – спросил я.

Мне очень хотелось увидеть свою сестренку Анну.

– Можешь забыть про это, туда могут пойти работать только те, кто себя хорошо проявил на предыдущей работе. Все зависит от Элизабет.

– Так что, это миссия невыполнима. Она та еще стерва, – уселась на диван Морган.

– А она показалась мне милой.

– Он самый древний ангел, что остался здесь, – показал на бумажку Джон, где было написано имя Верховного ангела.

– Это Джон. Наш молчун, – промолвила Флора. – Кстати, а это Итан.

– Зовите меня лучше Томасом – это имя мне лучше подходит.

– Таких, как он, осталось всего пару ангелов. Они все умерли, после великой войны между ангелами и демонами. Та война унесла миллионы душ, – добавил Джон.

Он говорил спокойно, однотонным голосом. Мне не хотелось его перебивать, но я это сделал.

– Война? – удивленно спросил я. – Но из‑за чего?

– Тогда правил другой Верховный ангел, и его звали Эдан Кук. А нашему Верховному не нравилось, как он правит, и тогда он решил свергнуть его, собрав армию, он напал на него. Силы были неравные. Эдан побеждал. Оставалось немного, чтоб одержать победу, но наш Верховный призвал дьявола, и демоны разгромили войска Эдана. Говорят, он погиб в том бою, а все его сторонники были изгнаны на Землю.

– Дьявол? Но зачем ему помогать Осланду? – занервничал я.

– Дьявол – любитель заключать сделки. Наверняка ты слышал фразу «заключить сделку с дьяволом» или «продать душу дьяволу», так вот, все это правда. Продал ли он ему душу или заключил сделку, никто этого не знает.

– И где сейчас обитает дьявол? – с любопытством спросил я.

– На Земле, теперь это его территория. Он порабощает людей, точнее, его приспешники – демоны. Они с детства подталкивают детей к плохим поступкам, а мы пытаемся им помешать. Нам не всегда удается уберечь человека от неправильного пути. Те, кто слаб душой, искушаются, совершают плохие поступки, крадут, лгут и убивают. Демоны сеют в людях злость, ненависть, зависть, заставляют вспоминать старые обиды и мстить за них. Поэтому ангелы-хранители так важны, за это стоит бороться, – с грустным тоном сказала Флора.

– Разве никак нельзя их победить? – рассердился я. – Неужели их нельзя раз и навсегда уничтожить?

Флора печально покачала головой.

– Если это было бы так просто… Их миллиарды, невозможно всех уничтожить. А вот подчинить самого дьявола можно, но для этого нужно знать его полное имя. И тогда сможешь управлять им и призывать его. Другими словами, станешь его хозяином.

– Наверняка кто‑то должен знать его имя. Тот, кто рос с ним, кто‑то древний, как и он, но таких на небе нет. Мы всех проверили за сотни лет, – огорчилась Моргана и замолчала.

Наступила тишина, от которой на душе стало тоскливо и грустно, будто частичка души угасла во мне, и с ней ушла надежда на светлое будущее. Но мой оптимизм, который горел внутри меня маленьким огоньком, говорил, что мы со всем справимся, ведь мы одна команда, хоть и маленькая. Именно так и начинаются большие дела.

– Не надо отчаиваться, – воодушевленно и громко сказала Моргана. – Мы ангелы и умеем колдовать, и мы должны проявить свои силы.

– Сколько мы не пытались, но ничего не выходит, кроме одного разочарования, – хмурым голосом и с поникшей головой проговорил Герри.

– У Элизабет получается управлять своими силами, и у нас получится. Главное – нужно их пробудить, – Моргана встала и, закрыв глаза, протянула руки в сторону.

– Что ты делаешь? – покосилась на нее Флора.

– У нее по ходу поехала крыша, – закатил глаза Джон.

– Вы не даете мне сосредоточиться. Я пытаюсь сотворить магию.

Я оживился.

– Значит, любой ангел может обладать магией?

– Да, каждый ангел может летать, колдовать заклинание, но наши силы не проявляются, – открыла глаза Моргана, тяжело вздохнув.

«Магия? Звучит волшебно. Мне бы хотелось, чтобы и у меня появились способности», – замечтался я.

– А почему Элизабет не учит других ангелов проявлять свои волшебные способности? – выразил я своё недовольство.

– Зачем ей это? Она же у нас высокомерная особа, ей дела нет до нас. Ведь тогда она перестанет быть особенной и станет, как все, и ее перестанут боготворить, – развела в разные стороны руки Морган.

– Вы с ней и разговаривали об этом? – спросил я.

– Нет, конечно. Наши девочки слишком гордые, чтобы об этом спрашивать. Ведь они у нас самостоятельные, – криво улыбнулся Герри.

– Тогда это сделаю я, – решительно произнес я. – У меня с ней встреча через пару дней, тогда и спрошу у нее обо всем. И у меня есть просьба к тебе Флора. Ты не могла бы быть со мной, когда мы будем с ней просматривать мои воспоминания, которые сам же я запечатал. Мне кажется, что она может стереть некоторые моменты. Ведь, сами понимаете, чья она дочь.

– Хорошая идея, Итан! Я обязательно буду рядом с тобой.

– Но, учти, я собираюсь все – от и до просмотреть свою жизнь. Хочу узнать, зачем я ее запечатал. В этом должен быть какой‑то смысл.

– Не беспокойся, я буду там столько, сколько потребуется.

Мной овладело любопытство.

– Я все время хочу вас всех спросить: за кем вы это там наблюдаете на экране монитора?

– Джон работает клерковым наблюдателем. Он ищет людей, которые слабы к искушениям и, если находит их, отправляет туда ангела.

– И вы все время молчали об этом? – возбужденно крикнул я. – Можно посмотреть на мою сестренку Аню? Мне так хочется ее увидеть, можно?

– Конечно, можно! Иди сюда. Возьми эти присоски и приклей их на виски и подумай о ней.

Я начал вспоминать ее: как мы с ней играли в драконов и принцесс. Вдруг на экране увидел ее, сидящую одну, играющую в комнате с куклами. Мне ее так стало жалко, она выглядела грустной. Ах, если бы я был жив, мы бы с ней вместе проводили время. Моя душа успокоилась, увидев ее.

Я увидел маму, лежащую на кровати, когда подумал о ней. Она была опечалена, опухшая, с темными кругами под глазами. На столе лежала куча лекарств. Мне стало ее так не хватать, хотелось быть рядом с ней и сказать, что со мной все в порядке, чтобы она не беспокоилась обо мне. Я чуть не заплакал, так как ничего не мог с этим поделать.

Следующий на очереди был папа. Я перенесся совершенно в другой дом, где он сидел и ужинал с незнакомыми мне людьми. Их беседа была оживленная и радостная. Он мило разговаривал с ними, а незнакомую женщину иногда обнимал и целовал в щеки. Я сидел в ступоре, не мог поверить глазам.

Неужели он ушел от моей мамы? Как он мог так поступить с ними? Я думал, что он счастлив был с ней…

– Я умер больше недели назад, а он сидит с другой семьей, как ни в чем не бывало? Значит, он изменял моей маме все это время? А когда я умер, он решил уйти от нее? Или он живет на две семьи? Неудивительно, что маме так плохо. Она ужасно выглядит, – проговорил мысли вслух.

Флора крепко обняла меня.

– Каждый человек переживает смерть любимого по-своему. Твоя мама утопает в горе и выплакивает всю боль. Слезы – ее утешение. Ей нужно время, чтобы прийти в себя. Она потеряла свою кровиночку, часть ее ушла вместе с тобой. Сейчас она в отчаянии и, лежа на кровати, вспоминает самые счастливые дни, проведенные с тобой, поверь мне. А твой отец решил пойти другим путем. Боль, которая сидит в нем, никуда не ушла. Он просто решил отвлечься. Пока он не с твоей мамой, ему не приходится вспоминать об этой утрате, понимаешь меня? Ему тоже очень больно. Однажды он взорвется и выплеснет все, что у него накопилось за это время.

– Почему ты так в этом уверена?

– Ты что, забыл? Я тоже умерла маленькой девочкой в твоем возрасте и это нелегко так пережить. В отличие от тебя, меня убили…

– Мне очень жаль, что с тобой так поступили, – обняв ее, сказал я. – А что с убийцей? Его поймали?

– Да, его посадили в тюрьму. И я не хочу об этом говорить. Итан, тебе нужно найти работу. Подумай, кем ты хочешь стать, где наиболее будешь полезен нам. Можешь посоветоваться с Джоном, пока нас нет. Только не забудь сказать нам о своем решении.

– А может быть иначе? – с легкой улыбкой ответил я, и они втроем исчезли.

ГЛАВА 4. Поиск работы

Джон оказался весьма молчаливым юношей. Он за все это время не проронил ни слова, пока я его сам не спрашивал о чем‑либо. За целый день, что я с ним провел, заметил, что он говорил только по факту. Мы с ним обсуждали разные профессии, где бы пригодился шпион.

– Значит, ты думаешь, что мне лучше устроиться смотрителем памяти?

– Да, если ты туда устроишься, сможешь просматривать памяти. Сможешь пообщаться с теми, у кого стерта память.

– Хм, звучит неплохо, но какая там еще может быть от меня польза? Сидя в каморке… Мне кажется, толку от этого никакого не будет. Мы и так можем их расспрашивать. Не подумай ничего плохого. Я просто хочу принести пользу, понимаешь?

– Понимаю, но сначала все начинают работу с низов, а потом только продвигаются по служебной лестнице. И тебе предстоит так начать. Если ты себя проявишь отлично, не будешь филонить, как остальные, тебя мигом повысят в должности.

– И до какой же? – взглянул на него.

Мне быстрее хотелось принести пользу нашему тайному сообществу.

– Не все происходит так быстро. Для этого нужно запастись терпением, мой друг. Есть и другие профессии: ищейки, помощники, воины и наблюдатели.

– Воины? Впервые слышу о них. Они сражаются с демонами? – изумился я, представляя себе, как они участвуют в битвах.

– Простым языком – они наши охранники. Следят за порядком, и наш человек работает на этой должности, ее зовут Хоара. Она сильная воительница. Ей удалось стать охраной третьей зоной, туда берут не каждого, только самых преданных ангелов и приближенных, сам знаешь, кого.

– Третья зона? Я думал, что их только два, взрослая и детская.

– Нет, их три. Никто не знает, что скрывается за зоной три. Она не выходит на связь уже больше года. Мы все переживаем за нее. Могу сказать одно: она не сдастся просто так. Кстати, про эту зону нельзя никому говорить, иначе тебя заберут, как случилось с Эваном. Этот юноша работал там и рассказал все своей девушке, а она – своим подругам. Их всех забрали, и мы не знаем куда. С тех пор мы их больше не видели. Об этой работе знают только те, кто там работают, так что держи свой рот на замке, – строго сказал он.

– Понятно. Может, мне лучше попробовать присоединиться к ним? Вдруг ей нужна помощь?

– Хоаре? – иронично улыбнулся он. – Поверь, ей уж точно не нужна помощь. Хоаре потребовалось работать воином целых 3 века, чтобы попасть в третью зону.

– Так долго? – опешил я. Для меня это целая вечность. – Но почему она помогает вам, точнее, уже нам?

– Она всю жизнь была воином, служила Тэмуджину. Но была в теле мужчины, который возглавлял одно из его войск, его тогда звали Сохором. Она стыдится этого. Миллионы людей тогда погибли. При жизни он считал нормальным захватывать земли, убивать невинных и насиловать женщин. По‑другому они просто не умели. Но, покинув смертный мир, он увидел, что глубоко заблуждался и что существует небесная кара за грехи. С каждым разом возвращаясь сюда, он хотел исправить и искупить вину за свои злодеяния. Вернувшись на Землю, ему удалось прожить жизнь честным человеком. Не знаю как, но ему это удалось. Спустя века он вступил в отряд воинов. Вернее, уже она вступила в ряды охотников за демонами. Тогда‑то я ее и встретил. Мы вместе охотились, убивали этих тварей.

– А почему ты сейчас не там?

– Эта работа оказалась не для меня. Я старался изо всех сил, но не смог убивать их. А вот Хоара – истинный охотник. Она, не колеблясь, уничтожает их. Для меня это дикость. Пусть даже они приспешники самого дьявола, но они все достойны встать на путь исправления. Демоны должны быть в аду, а не на Земле. Мы не в праве кого‑то убивать. Ты согласен со мной? – впервые за этот день он что‑то спросил у меня, посмотрев прямо мне в глаза, которые яростно ждали, что я с ним соглашусь.

Немного подумав, я изрек:

– Я с тобой согласен. Ад не должен быть на Земле, а должен иметь свой отдельный мир, где они будут нести наказания за свои прегрешения.

– И я о том же! – с восторгом согласился он. – Как же хорошо, что ты согласен со мной. Сейчас Хоара в третьей зоне, и мы не знаем, как она, и что с ней. Может, она уже давно мертва? – поник его голос, и вновь устремил потухший взгляд на монитор.

– Не волнуйся! С ней наверняка ничего не случилось. Вот увидишь, она объявится. А куда мне обратиться на счет работы?

– Этим занимается Элизабет и ее подчиненные, нужно обратиться к ним. Есть там одна дамочка, зовут ее Энн. Будь с ней настойчив. Она любит сама определять, куда кто попадет. Все собеседования проходят именно через нее. Флора проведет тебя без очереди.

– Хорошо, – кивая, ответил я и вызвал ее.

– Что случилось, мальчики?

– Отведи меня к Энн на собеседование. Мы решили, что мне лучше стать смотрителем памятей. Что скажешь?

– Это прекрасное решение! Именно там нам не хватает человека. И тебе нужно подобраться ближе к Элизабет. Она тут всем заведует, и вы будете встречаться с ней очень часто. Нужно войти в ее доверие.

– Путь к ее доверию будет не близкий. Тебе нужно будет устранять конкурентов на пути. Ты готов к этому? – встрял в наш разговор Джон.

– Устранять? – испугался я.

Мне это затея совсем не понравилась.

– Пойми, без этого никак. Тебе просто нужно будет найти нарушителей и сообщить это Элизабет.

– А если я ничего не найду на них?

– За эти сотни лет у них точно есть грешки, и мы поможем тебе их найти. Кстати, Герри повысили в должности, теперь он старший ищейка, – сообщила радостную новость Флора.

– А куда делся Мигель? – поразился Джон. – Неужели его отстранили? Может, он что‑то узнал?

– Его отправили на Землю. Он многие годы помогал нам, столько сделал для нас. Только будь осторожен, в первое время тебе будет приставлен наставник. Как научишься работать, он не так уж, и будет следить за тобой. А потом втихаря сможешь просматривать другие памяти. Назад дороги потом уже не будет. Готов? – протянула руку она.

– Эмм, да… Думаю, да, – слегка неуверенно промямлил я и взял ее за руку.

Мы очутились в здании, где стояла спиной к нам девушка. У нее была очень тонкая талия. Ее можно было обхватить обеими руками. Теперь я буквально понял значение слов «осиная талия». А ее пятая точка была очень большой. Может, из‑за талии так казалось? Скажу одно: она мой взгляд точно очаровала, такого я еще не видел. Только вот рост был слишком большим, на две головы выше меня, но все равно она была бесподобна.

– Хватит пялиться, – прошептала Флора. – Привет, София! Можешь провезти моего друга к Энн без очереди?

Она обернулась. Ее грудь была с размером мою голову.

– О, Флора, как же я рада тебя видеть! – с легким бегом побежала к нам, а ее грудь подпрыгивала, словно мячики.

Я не мог отвести от них взгляд, они так и манили меня. Если бы у меня был мужской половой орган, он непременно стал бы твердым. И тут я понял, как мне его не хватает.

– Конечно, проведу, – обняла Флору.

– Это Томас.

– Рада знакомству, дорогой Томас, – выговорила София и обняла меня довольно крепко.

Ее мягкая грудь коснулась меня. Это было странно, но так приятно.

– Взаимно, – еле слышно проговорил я.

– Спасибо тебе, Софа. Удачи с работой, Том, – пожелала Флора и исчезла.

София пошла к двери и велела идти за ней. Зайдя в другую комнату, я увидел женщину, сидящую за столом. Ее суровый взгляд скользнул по мне. Это была та самая Энн.

– Ты опять за свое? – грозным тоном проговорила Энн и продолжила делать свою работу.

– Сестричка, но ему и, правда, нужна срочно работа, я вас оставлю наедине. Помоги ему.

«Сестричка»? – удивился я, они совсем не были похожи, ни внешностью, ни характером,

– Хм, и почему такая срочность? – спросила она.

– Э… я…

Вот, блин. Времени не было, чтобы хоть что‑то придумать.

Сказал первое, что пришло в голову:

– Я умираю от скуки. Мне хочется быть полезным, принести пользу этому месту.

– Хм…интересненько, – посмотрела на меня из-под густых бровей. – Ну, что ж, раз хочешь быть полезным, я могу это устроить. Так… определю тебя в…

– Я хочу быть смотрителем памяти, – прервал ее.

– Почему выбрал именно эту профессию?

– Я творческая натура. Мне всегда было интересно наблюдать за людьми и рисовать их. А здесь я смогу просматривать чужие жизни, помочь им в дальнейшем пути. Для меня это очень важно. Понимаете меня? Мне до жути хочется узнать их судьбы, разве это не потрясающе?

– Помню, сто лет назад ко мне пришел такой же юноша, и сказал почти такие же слова, как и ты. И сейчас он до сих пор работает там. Его хотели миллион раз повысить в должности, но он всегда отказывался, так как наблюдать за чужими судьбами ему было гораздо интереснее. Сейчас я тебя направлю прямо к нему. Думаю, вы с ним сработаетесь.

– Спасибо вам огромное, вы даже не представляете, как для меня это важно, – злорадно улыбнулся я в душе.

– Мы делаем одно дело, – пожала мне руки и переместила меня.

В помещении было душно. От затхлого запаха пыли мне стало не по себе. Меня встретил седой старик с длинной бородой и с круглыми очками. От него пахло старой одеждой, которую явно много лет не мыли. Я поздоровался с ним, но в ответ мне ничего не прозвучало. Его отекшие глаза была широко распахнуты. Он выглядел слегка жутковато.

Затем он громко воскликнул:

– Иди за мной!

Я послушно последовал за ним и не мог поверить, что на этих огромных полках, которым не было видно конца, расположены блоки памяти людей.

Зайдя в комнату, я увидел длинный коридор, где сидели люди за компьютерами. У некоторых были надеты очки и закрыты глаза.

– Вот здесь твое рабочее место. Будешь сидеть в углу комнаты. Тит, ты будешь его наставником.

– Я? Но за что мне такое наказание? – озлобился он, швыряя клавиатуру. – У меня и так полно работ, еще и с этим новичком возиться.

Старик так и ушел, не ответив ему.

– Ну, че встал? Садись рядом, – пробурчал он с кислым лицом. – Зашибись! У тебя ни одной рекомендации, еще и первая работа тут. М‑да… чувствую, ты тут не задержишься.

Я промолчал. Мне и, правда, казалось, что я здесь лишний.

Знаете, чего я ожидал при встрече с новыми коллегами? Хотя бы дружескую встречу. В итоге меня даже никто не заметил, а мой наставник и вовсе возненавидел меня.

– Начнем с того, что к нам поступают блоки сразу умерших людей. То есть, мы работаем с людьми, которые только пришли на небо, и распределяем их на хороших и плохих. Только не перебивай, – сказал он, погрозив своим большим указательным пальцем, видя, что я уже приоткрыл рот. – Как это узнать? А все просто! Вот, выучи для начала, что относится к плохим поступкам, – бросил мне толстую, перетертую книгу. – Как выучишь, потом продолжим, есть вопросы?

– Есть, эмм… допустим, что человек был сначала плохим, но потом начал исправляться, куда его определить?

– К плохим, сразу в ад. Мой тебе совет, люди не меняются. В конце концов, его сущность вырвется наружу.

– А если вынудили его обстоятельства так поступить? Например, голод, или хотел защитить другого человека.

– В ад, – не задумываясь, ответил он. – Какими бы ни были его благие намерения. За свои деяния он должен все равно ответить.

– А если он уже понес наказания, сидя в тюрьме? – не переставал я его донимать.

– В ад, – вновь в третий раз повторил он, – у тебя все?

– Ага… только вот звучит это все как‑то грустно.

– Здесь, в нашем деле нельзя ошибиться, понимаешь? Если ты сюда пустишь плохого человека, то могут пострадать невинные ангелы. Он может начать здесь убивать, такое уже случалось. Поэтому нужно к этому относиться серьезно. Не просто прочитай, а вызубри назубок. Затем у тебя будет тест. Ты все понял?

– Да, – опечалился я, узнав, что тюрьма – это всего лишь фарс на Земле.

Давайте подробнее разберемся, за что могут отправить в ад.

Начнем с греха гордыни. Например, если человек заносчив, страдает эгоизмом, самолюбив и жаждет похвалы – его место в аду. Чрезмерная вера в себя и в свои успехи приведут вас в ад. Как показывает практика, гордыня часто проявляется у людей, которым не хватало любви и уважения. Эти люди не уверены в себе, и тем самым в целях защиты, ставят себя выше других. Наверняка многим говорили, что нужно любить себя в первую очередь, а особенно девушкам. Так вот… из-за этого вас отправят на перерождение.

Следующий грех – зависть. Это, наверное, самое нелепое и ничтожное проявление людского греха – завидовать успеху другого человека. Завистливые люди – самые опасные на Земле. Эта пассивная агрессия никак не проявляется внешне, ее невозможно распознать, поэтому это приводит к предательству.

Зависть растет внутри человека, как опасный паразит, постепенно поражая мозг. Главное – не стать заложником этого паразита. Позавидовав хоть однажды или промолвить фразу: «Хочу, как он», – поздравляю, вы оказались в аду. Да, вы не ослышались! Все, что вы говорите или думаете, будет использовано против вас в другом мире.

Если вы хотите прожить хотя бы одну жизнь богато и иметь все, что угодно, то зависть можно использовать и во благо: благодаря ей можно стать лучше объекта зависти. Скажем, соответствовать ему или превзойти его. Но после этого успеха вам придется пройти через ад. И запомните: нельзя себя считать лучше других.

Следующий мой самый любимый грех – это гнев. Почему любимый? Потому что я с ним борюсь, сколько себя помню. Он спит внутри меня и ждет своего часа. Эта несправедливость во всем мире сводит меня с ума. Только самоконтроль держит меня в узде.

Следующий на очереди – уныние, или, как его сейчас называют, депрессия. Честно скажу, за свои прожитые две жизни мне не пришлось страдать от этой болезни. Мне не приходилось унывать из-за чего-то или из-за кого-то. Даже после ухода моей жены Патриции я знал, что это было неизбежно. Я принял это, хоть жизнь без нее была трудной и невыносимой. Да, я скучал, но меня это не погрузило в глубокую печаль об утрате, ведь рядом со мной были мои дети и внуки.

Как по мне, уныние – это затухание души и разума. Нельзя его просто так потушить, а нужно лечить очаг за очагом. Будет трудно, но это реально. Главное, чтобы рядом был нужный человек. А если рядом никого нет, то знайте, есть Бог, который вас любит, не смотря ни на что. Каждое испытание дается нам для роста и развития, которое под силу только нам.

Поговорим о жадности? Никогда не понимал жадных людей. Если ты можешь помочь другому человеку, то почему бы не помочь? Некоторые скажут, что они сами всего добились, и зачем они должны помогать другим? А я скажу вот что: вы сделаете мир куда лучше и добрее. Вы осчастливите не только его, но и самого себя, а это вам непременно зачтется на небесах.

Самым непонятным грехом для меня оказалось чревоугодие. Как можно из‑за этого отправлять в ад? Питание – жизненно необходимый процесс для людей, но чрезмерное его употребление приведет к печальным последствиям после смерти. Другое дело – спиртные напитки, наркотики, сигареты. Оказаться в аду из‑за еды – это кажется мне слишком жестоким наказанием…

Последний грех – похоть. Наверное, это самый неконтролируемый грех. В этой книге говорится, что не только физическая близость опасна, но даже мысли об этом становятся грехом. Занимаясь любовью вне брака, становишься грязным и нечестивым.

И как же всех их избежать?

Понятия не имею… В книге написано, что за один совершенный грех вы не попадете в ад. Лишь за многократные нарушения вас ждет наказание. Есть еще один путь искупления: нужно раскаяться в своих грехах и молить Бога о прощении, тогда, возможно, он помилует.

ГЛАВА 5. Запечатанная память

За пять дней я выучил правила. Было очень трудно, но вроде бы все запомнил.

Пока учил, уже подошло время встречи с Элизабет, чтобы «распечатать» мою память. Она дала мне отгул на работе. Было волнительно и тревожно на душе, но, увидев Элизабет, все стихло, и я почувствовал некую уверенность в себе. Не знаю почему, но рядом с ней у меня не возникает чувства волнения. Она выглядела шикарно. Ей так шли ее распущенные, невероятно густые, кудрявые волосы, а строгий наряд подчеркивал фигуру. Ее прелестные голубые глаза блестели.

– Ты готов? – спросила она, направившись ко мне с грациозной, не торопливой походкой.

– Да, но ты учти, что я хочу просмотреть все в мельчайших подробностях, так что можешь оставить меня с Флорой.

– Нет уж, у меня приказ. Я должна от и до посмотреть твою память вместе с тобой.

– Но почему? Со мной будет Флора, она позовет тебя, если что‑нибудь произойдет.

– Это приказ, и я его не могу нарушить. Тебе будет нужна помощь. Ты не зря ее запечатал, и я смогу тебя успокоить, и обезопасить окружающих.

– Ты думаешь, что он может причинить другим вред? – разозлилась Флора. – Будто я с ним не справлюсь.

– Увы, но именно так. Может, ты там был плохим человеком, и инстинкт убийцы проснется в тебе. Мне нужно будет удостовериться, что после пробуждения твоя душа не изменится и не озлобится.

– Разве это можно как‑то понять? – глубоко заинтересованно спросил я.

– Да, и я это увижу. У меня есть дар. Если это произойдет, мне придется отправить тебя на Землю. И, кстати, как ты хочешь смотреть воспоминания: как фильм или быть в теле и все ощущать, что она делает? Например: есть, чувствовать запахи, все прикосновения, вплоть до интимных. Но ты не сможешь ничего изменить.

– А что, так можно было? – опешила Флора.

– Ему можно. Он один из смотрителей. Пусть учится на своих же воспоминаниях.

– Ну, раз так можно… Хочу второй вариант. Тогда начнем?

Мне хотелось показаться перед ней бесстрашным мужчиной, который ничего не боится. Означает ли это, что она начала мне нравится? Этот вопрос оставим на потом.

Я погрузился в свои воспоминания. Меня охватил с головы до пяток холодок, как будто что-то плохое произойдет.

В этой жизни я был девушкой, которую звали Эммой, и довольно красивой. С прямыми черными волосами, как уголь, с короткой стрижкой каре и темно-карими глазами.

Было очень странно наблюдать за собой в роли девушки. Я была хрупким созданием в подростковом периоде, любое неправильное слово, жест могли задеть меня до глубины души. А эти слезы по пустякам скоро сведут меня с ума. От любовного кинофильма могла запросто заплакать.

Я не стал глубоко проникать в воспоминания, не хотелось зацикливаться на этих пустяках. Увидев красную линию жизни, я последовал к ней. Погрузился в самое яркое воспоминание и начал внимательно его изучать.

Погода была завораживающая, над маленьким городом опустился густой туман. Почти ничего невозможно было увидеть, и я решила пройтись пешком. Издалека доносились разговоры людей, и я начала фантазировать, кто же идет навстречу ко мне. Было весьма забавно слышать свои же мысли в своей голове.

«Интересно, кто же это? Любовная парочка? Дочь с отцом? Может, просто коллеги, которые решили идти вместе на работу?» – думала я.

Это оказалась любовная парочка, идущая рука об руку и мило беседующая о чем‑то.

Дальше, идя по дороге, я наткнулась на мужчину, который отчаянно звал свою собаку по кличке Цербер. Пройдя пару метров, я увидела маленького тойтерьера. Неужели это тот самый пес, которого искал мужчина? Я ожидала увидеть грозную собаку, а не маленького щеночка. Взяв его за поводок, я привела его к хозяину. Мужчина дрожащими от волнения руками обнял Цербера и начал его целовать, приговаривая:

– Прости меня… Прости, что потерял тебя, – на его глазах выступили слезы.

Их встреча настолько была трепетной, что я чуть не расплакалась, но сумела сдержать слезы.

– Спасибо, – повторял он, – вы не просто спасли собаку, а спасли частичку меня.

Туман постепенно рассеялся, появились яркие лучи солнца. Мне хотелось остановить это время и подольше полюбоваться красотой природы, но, к большому сожалению, уже стояла у порога кафе, где работала.

– Доброе утро! – поздоровалась Эмма, зайдя в кафе.

– Доброе утро, босс, – ответила ей Лиззи.

Лиззи была моей лучшей подругой. С ней мы дружили с детства.

– Я же просила меня так не называть, – раскраснелись щеки.

По моему внутреннему ощущению Эмме было неловко, и в тоже время она чувствовала власть. Ей нравилось, когда подруга к ней так обращалась.

– Я сварила кофе, будешь?

– Да, спасибо.

– Фу, что за гадость? – скривила рот Эмма и выплюнула обратно кофе в чашку. – Ты туда добавила спиртное?

– Упс, прости… Я перепутала чашки, это был мой кофе, и не надо на меня так смотреть. Просто эта работа меня сегодня вымотала.

– Но мы ведь открылись только полчаса назад.

– А я о чем? Это уже для меня стресс, и без коньяка тут не обойтись, – подливая еще себе в кружку, ответила Лиззи.

– Ты хоть и моя подруга, но больше на сегодня не подливай себе, а то я тебя знаю, – искоса поглядывала на нее Эмма.

– Ты же знаешь, что я знаю свою меру, когда-нибудь я тебя подводила?

– Это происходит постоянно! Поэтому я и говорю: не подливай больше себе. Окей?

– Хорошо, и тебе бы не помешало пару капель в кофе, – протягивая бутылку, сказала та.

– Лиззи! Убери это! Люди смотрят… Я не пью на работе, ты же знаешь об этом, – стала осматриваться, не смотрят ли на нас посетители.

– А зря! Выпив этот чудный эликсир, жизнь начинает играть другими красками. Может, ты перестала бы быть так скучной и серьезной. Нужно хотя бы иногда расслабляться. И им, кстати, наплевать на тебя, так что можешь сесть прямо.

– Это называется быть ответственной.

– Фу, какое мерзкое слово.

– Тебе не помешало бы взяться за ум. Я знаю, что после расставания с Борисом, тебе пришлось нелегко, но жизнь на этом не заканчивается.

– Бла‑бла‑бла, не надо мне говорить, что надо жить дальше, и прочую ерунду, я и так пытаюсь забыть, что мой парень ушел к другому мужику. Я начала смотреть на мир другими глазами.

– Вот именно! – воскликнула Эмма. – Ты смотришь на мир, как на говно!

– Точно! – рассмеялась звонко подруга. – Как же ты права!

– Это не смешно.

– Вот опять ты, как унылое… Ну, ты сама знаешь, как «кто» ты сидишь, – и еще громче она засмеялась.

– Мир прекрасен, и ты обязательно встретишь человека, который откроет тебе его удивительные грани. Вот увидишь.

– Ну, ладно я со своим говняным мировоззрением, а с тобой, что не так? Хотя, я знаю, что с тобой не так…

– И что же? – удивилась я.

– Все дело в твоем Эрике.

Эрик был моим парнем, с которым я встречалась уже три года. Он мне сразу не понравился, как и Лиззи. Даже не знаю, что я в нем нашла?

– А можно подробнее? Что с моим парнем не так?

– Да с ним все не так! – Вот‑вот соглашаясь с ней, я закивал головой. – Он тебе вообще ничем не помогает: целыми днями сидит дома и живет за твой счет. Настоящий мужчина помог бы тебе в финансовой помощи, а не сидел бы у тебя на шее. Уже как три года не принес в дом ни копейки!

– Погоди, он не такой… Просто у него тяжелый период с написанием книги.

Боже мой, неужели я была такой наивной девочкой? Даже как-то стало жалко себя.

– Ты видела, как он пишет книгу? Ну, хоть раз? Он написал всего один короткий рассказ и возомнил себя писателем.

– Если честно, я не заставала его за три года за написанием книги, – приуныла Эмма, уткнувшись в остывший кофе.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.