Евгений Куликов
Реликта. Аметист

Реликта. Аметист

Евгений Куликов

Если вы не читали предыдущую книгу «Реликта. Звуки души» рекомендую ознакомиться перед прочтением!

Пролог

Альфред Ан развёл в стороны мускулистые руки, позволяя доктору в синем больничном халате надеть на него защитный костюм. Затем натянул тугие прорезиненные перчатки и наступил на платформу, подсвеченную зелёным светом. Платформа провалилась на десяток сантиметров вниз и со злостным свистом выстрелила потоком тёплого воздуха. Полупрозрачная полимерная плёнка схватилась вокруг щиколоток и намертво приклеилась к ботинкам.

– Мистер Ан, ни в коем случае не приближайтесь к ней ближе, чем на три метра, – в очередной раз суетился доктор, затягивая тугой ремень вокруг пояса Альфреда. – Мы не можем допустить очередного заражения.

– Вы же не собираетесь держать её всю жизнь в изоляторе, не так ли, мистер Вурд?

– Для начала хотелось бы найти с ней общий язык. Важно понять, откуда она. Потом уже подумаем об этичности.

– Полностью согласен, для этого я здесь.

– Спасибо большое, что заинтересовались этим случаем. Имейте в виду, девушка молчалива, – доктор Вурд поднялся на носочки и с трудом водрузил Альфреду на голову тяжёлый шлем с газовыми фильтрами и прочно закрепил его на плечевых и шейных клапанах костюма. – Прошу вас, ни в коем случае не нарушайте изоляцию, пока не покинете зону.

– Надеюсь, за дверью не открытый космос, а то у меня слабый вестибулярный аппарат? – ухмыльнулся мистер Ан и плотно прижал маску к ободу шлема. Послышался свист. – Я готов.

– Должно быть герметично. Держите ваш аппарат.

– Наша договорённость в силе? – Альфред взял в руки небольшой прибор и пронзительно уставился на доктора из-под защитного стекла.

– Разумеется, никаких протоколов и записей, – услужливым, несколько напуганным голосом поспешил заверить Вурд. Его пухлые щеки в миг залились красными пятнами. – Я отправил подчинённых обедать. Останусь здесь и буду всё контролировать, – он нажал зелёную кнопку на стене.

Небольшую квадратную комнату, заставленную шкафами с чистыми костюмами, залил тусклый голубоватый свет. С протяжным свистом открылась дверь шлюза.

Альфред прошёл вперёд и оказался в длинном мертвенно белом коридоре с множеством дверей. На потолке ярко светились сине-фиолетовые лампы, они слепили глаза, поэтому мистер Ан поспешно перевёл взгляд на номера палат. Ему была нужна единственная занятая – палата номер один. Когда он подошёл к нужной двери, послышался короткий сигнал, с потолка на него обрушился густой творожистый туман – очередная дезинфекция, доктор Вурд предупреждал об этом. Альфред замер на месте, вокруг ничего не было видно, клубы тумана отливали фиолетовым.

Вскоре раздался сильный гул, по костюму пробежал порыв ветра. В считанные секунды туман засосало в решётчатый пол. Лампы поблекли и окрасились в зелёный. Альфред негромко постучал в дверь палаты и медленно зашёл внутрь.

На кровати сидела девушка, ещё совсем подросток, чертами лица сильно походившая на мальчишку. Короткие волосы ядовито-зелёного цвета неопрятно вились на кончиках, глаза будто отдавали чем-то сиреневым. Мистер Ан приблизился к ней на несколько шагов и убедился, что ему не показалось. Её глаза действительно оказались ярко фиолетового цвета.

Девушка невозмутимо сидела на кровати и следила за вошедшим.

– Добрый день, – осторожно произнёс Альфред.

Молчунья, как и положено всем молчуньям, – молчала.

– Скажите что-нибудь, – он жестом попытался объяснить, что ему нужно, а затем указал пальцем на прибор в руках.

Девушка замерла, будто обдумывая его слова, а затем что-то коротко произнесла.

– Умница.

Экран засветился, появился значок загрузки. Несколько секунд прибор молчал, а затем протяжно пискнул.

– Привет, – послышался из маленьких динамиков женский голос.

Мистер Ан улыбнулся и радостно кивнул головой.

– Вот мы и научились понимать друг друга, – прибор вскоре повторил его слова совсем на другом языке. Девушка едва заметно удивилась, хотя и старалась не подавать вида. – Значит, хинди, любопытно. Ваш спутник этажом ниже, проходит лечение, если это вас интересует.

Она осторожно кивнула.

Альфред Ан представился и рискнул подойти на шаг ближе, чтобы лучше рассмотреть девушку. Худенькая, вся в синяках, на локтях виднелись недавние ссадины. Бинты так сильно стягивали колено, что оно вряд ли могло согнуться.

– Терра, – осторожно назвалась девушка. Мистер Ан улыбнулся, поражаясь, как в ней одновременно сочетались и беззащитность, и внутренняя агрессия.

– Вы знаете, где находитесь?

– Нет.

– Вы в Реликте, это закрытый город.

Она снова кивнула.

– Костюмы – лишь мера предосторожности. К сожалению, ваш спутник заразился коронавирусом, ему придётся остаться. Если анализы покажут, что вы здоровы, мы сможем вас выпустить – слукавил Альфред.

– Нет, – не задумываясь, ответила Терра, – только с ним.

– Вашему спутнику каждый вечер делают уколы, это обязательная процедура. Поэтому ему придётся остаться в городе, понимаете?

Она молчала и явно ждала других предложений. Альфред выдержал паузу и добавил:

– Послушайте, вы в сложной ситуации, не время молчать, нужно решить, что делать дальше. Для этого нам нужно понять, откуда вы прибыли и как оказались в Реликте?

– Без Каина я говорить не буду.

Мистер Ан тяжело вздохнул и подошёл к ней совсем близко. С подростками всегда сложно общаться, а с подростками-чужестранцами ещё сложнее.

– Я не желаю вам зла, я хочу помочь. Вы понимаете, что находитесь в карантине? Откуда вы пришли? Что случилось с вашим спутником?

– Без него я говорить не буду, – твёрдо повторила Терра.

– Думаете, молчание поможет спасти ему жизнь? Или хотите убедиться, что Каин жив?

Девушка промолчала.

– Если я устрою вам встречу, согласитесь поговорить? – он присел рядом.

– Да.

Альфред покачал головой и потянулся руками к шее. Одним движением он отщёлкнул клапаны и снял маску вместе с газовыми фильтрами. Терра сидела всего в полуметре от него.

– Я устрою вам встречу завтра, надеюсь, после этого вы станете мне доверять.

Она коротко кивнула.

– Вы всегда так молчаливы? – Альфред не отводил взгляда от её фиолетовых глаз. – Или только с незнакомцами?

– Говорить можно что угодно, слова пусты и бесполезны.

Мистер Ан одобрительно улыбнулся, хороший подход к делу.

– До завтра! – он поднялся с кровати. – Вам проведут небольшую операцию, не переживайте, вы будете в сознании, это не опасно. Таково моё условие. И да, теперь придётся делать уколы каждый вечер, к этому привыкаешь, как и ко всему в этом смертельно опасном мире, верно? На всякий случай уточню, теперь у вас нет выбора.

Альфред быстрым шагом вышел из палаты и снова оказался в коридоре-шлюзе. Лампа над головой ярко мигала красным, камера в углу с подозрением уставилась на него.

– Почему без маски? Вы могли её заразить! – раздался в динамике встревоженный голос доктора Вурда.

– Девушка точно больна. Можете переводить её вниз и готовить уколы от коронавируса.

Глава 1. Рубежник

весна, 2051 год

Длинный тёмный коридор. Джек идёт позади Сары Ален и старается не дышать. Сгустки паутины застревают в волосах. Следы на пыльном полу ведут к двери технического помещения…

Джек не может оторвать взгляда от светлого пятна фонаря. Он слышит собственное дыхание, слышит стук сердца, слышит голос напарницы…

«Ты не должен её убить! Помни о правилах!»

Сара Ален тянет на себя ручку поржавевшей двери. Хриплый стон бьёт по ушам. Рука с пистолетом тянется вперёд.

Острие ржавой отвёртки мерцает в пугливом луче света.

«Не стреляй! Человеческая жизнь священна, Джек!»

Палец дрожит, спусковой крючок будто сам тянется к рукояти. Подвал заливает яркая вспышка. Девушка падает на пыльный пол. По рыжим волосам стекают багровые густые, как плавленый воск, капли. Серые глаза умоляют, они просят пощады:

«Я просто хотела жить!»

Свет фонаря жжёт глаза, беспомощные веки не способны их защитить… Джек жмурится, пытается спрятаться руками, но всё тщетно. Яркий свет фонаря медленно сплющивается до размеров одинокой лампы на потолке. В руках появляется свобода. Ступни нащупывают влажный матрас…

Очередной кошмар!

– Подъём, мои рубежники! В отличие от вас, поставки не спят!

Джек с трудом приподнялся на локтях и сел. Промокший после кошмара лоб коснулся железной перекладины второго яруса. Проклиная раскатистый бас, доносившийся из коридора, Джек опустил ноги на пол и вытер лицо одеялом.

Стук тяжёлых сапог, мгновение – и тонкая фанерная дверь хлопнула ручкой по стене.

– Планы меняются! – в проходе остановился старшина и с возбуждённым лицом осмотрелся по сторонам. Хитрые суетливые глазки мельком пробежались по заспанным физиономиям подчинённых. Из-за его плеча с осторожностью выглядывал курносый мальчишка. – У нас сегодня выезд, парни! Подъём!

– Опять ты за своё, Адам! – отозвался Виктор из угла спальни, чья макушка издалека отливала сединой. – До обеда мы свободны, я больше не куплюсь на это!

– У меня до сих пор ноги болят с той утренней пробежки! – поддакнул Седрик, сосед Виктора со второго яруса, и отвернулся к бледно-зелёной бетонной стене.

– Тебе, Сед, лишняя нагрузка не навредит, уж поверь мне, – старшина прошёл к центру комнаты и выдвинул мальчишку вперёд, на всеобщее обозрение. – Никаких утренних тренировок, у нас появилась работа. Сегодня прибудет поставка на восточку.

– На восточку? Что б тебя! – фыркнул Ульф с соседней кровати и сунул ладони под голову. – А вчера нельзя было сказать? Не люблю здесь ночевать.

– По-твоему я мистер всезнайка? – Адам с силой сорвал с него одеяло. – Давай, не ломайся, как малолетняя школьница. Бери пример с Джека! И кровать заправлена, и штаны на нужном месте!

Джек любил, когда его выделяли и хвалили. В такие моменты он переставал чувствовать себя низшим сортом.

– Встаю-встаю, – буркнул Ульф, попутно протирая глаза, – а это кто?

– Последняя карта в колоде – ваш новый товарищ – О́глу.

Мальчишка закусил губу и с интересом наблюдал, как Джек натягивал носки.

– А ты не слишком молод для такой работы? – Сед причмокнул губами и скатился с верхней полки стальной двухъярусной кровати. – Вик, я чуть не упал. Разбросал свои старые костыли повсюду.

– Мои костыли тебе ещё фору дадут, – невозмутимо парировал сосед снизу. – Это что за имя такое диковинное? – обратился он к гостю. – Откуда твои родители?

Адам положил руку на плечо мальчишки и улыбнулся.

– Не приставайте к новичку, он приехал в Реликту вместе с последним завозом. Лучше помогите ему втянуться в работу. Напоминаю для особо одаренных: наша основная задача – привозить поставки из-за стены. Плюс работа на складе. Ночуем либо дома, либо здесь, – Адам подошёл к кровати Джека и хлопнул ладонью по матрасу на втором ярусе. – Так, Оглу, вот твоё место, последняя свободная постель осталась. Спальни на границах одинаковые, думаю, не запутаешься.

– Зато еда где-то вкусная, а где-то… как у нас, – фыркнул Ульф и тут же получил подзатыльник от шефа.

Новенький уверенно подошёл к Джеку, держа в руке небольшую сумку, из которой торчали какие-то пакеты и край комбинезона от униформы.

– Привет. Я буду с тобой спать, – с небольшим акцентом пропищал он.

«Только этого не хватало», – закатил глаза Джек.

– Твоя полка сверху, можешь скинуть лишнее.

– Я боюсь спать так высоко, – Оглу жалобно заглянул ему в глаза, – ты можешь поменяться?

Джек бросил возмущённый взгляд в сторону старшины, но тот лишь покачал головой.

– Без проблем, – выдавил он сквозь зубы.

– Ему не привыкать! – поддакнул Седрик. – В тюрьме и не на таком приходилось чалить, да?

Колкое замечание осталось без ответа.

Оглу беспардонно уселся на бывшую постель Джека и принялся разбирать набитую до краёв сумку. Помимо одежды, внутри оказалось много выпечки и сыра. Неопытный ещё. Джек бы под страхом смерти не принёс столько еды в спальню – всё на растерзание голодным рубежникам.

– Какой запах, – протянул Виктор, откашливаясь, – жрать хочу, сил нет.

– Кстати об этом, – Адам постучал пальцами по экрану настенных электронных часов над дверью, – у вас всего двадцать пять минут на завтрак. И коктейля побольше примите, а то на вас смотреть больно. Миру плевать на ваш распорядок дня. В семь тридцать мы выезжаем. Не тяните резину, я пока оформлю пропуска, – он скривил губы, глядя как Оглу беспомощно пытается застегнуть лямку от униформы. – Да подсоби ты ему, а то оторвёт чего!

Пока Джек помогал мальчишке одеться, все успели собраться и уйти.

«Свалился, как снег на голову», – бурчал он себе под нос, с силой натягивая ремешок.

– Прости, из-за меня ты придёшь самым последним, – с грустью в голосе прошептал Оглу. – Мне не сказали, что красную защелку нужно вставлять в эту штуку.

– Угу, красную в красную, синюю в синюю, – Джек покачал головой, – вот так. Сколько тебе лет, говоришь?

– Семнадцать.

«А выглядишь на двенадцать».

– Поспешим на завтрак, у нас сегодня много дел.

– Ты уже давно тут работаешь?

– Больше года, – Джек жестом попросил Оглу подняться, – идём же.

– Ого, так много. В то время я ещё в деревне жил… среди нас никто не болел.

– Весь мир болел, – Джек тяжело выдохнул и направился в сторону выхода. – Потеряешься – останешься без завтрака.

Утренний перекус прошёл в большой спешке. Запах копчёного сыра и пирожков с мясом заставлял Джека истекать слюной. Ему же в очередной раз приходилось давиться невкусной, слегка пересоленой кашей. Коллеги по работе, как обычно, уселись за центральный стол, за которым он себя чувствовал крайне неуютно. Лучше сидеть в углу, в одиночестве, чем в очередной раз выслушивать подколы Седрика. Год в тюрьме сильно меняет человека, но отношение общества к этому человеку меняется ещё сильнее.

Товарищи по службе, потягивая коктейль «Ванильное наслаждение», с набитыми ртами расспрашивали новичка кто он и откуда приехал с таким акцентом. Их разговора почти не было слышно, разве только обрывки фраз. Оглу вроде как приехал из Азии, Джек с трудом представлял, где находится это место. Ведь он всю свою сознательную жизнь провёл в Реликте и мало что знал о мире снаружи. «Старички» должны были помнить, но Джек с ними толком не общался, как и с кем-либо в последнее время. Даже с родителями.

В висках по-утреннему щемило. Просыпался Джек тяжело, да и коктейль, как всегда, пить не стал. Узнай о «допинге» высокое начальство, их бы всех серьёзно наказали. А Ульфу, главному «барыге», перепало бы по первое число.

Адам появился за пять минут до выезда и раздал каждому по магнитному пропуску.

– Душа коллектива, – причмокнул он губами, протягивая карточку Джеку, жующему рисовую кашу. – Опять в одиночестве? Тебе бы взбодриться.

– Угу, мне и тут удобно, – после их последнего разговора с «коллективом», почти год назад, ему до сих пор припоминали случай с Ханной Питтс. С этими шакалами самый простой способ поладить – не общаться. – А «ваниль» я пить не буду.

– Ну да, и клевать носом за завтраком тоже удобно. Сильно же тебя правосудие потрепало, – хмыкнул Адам и жестом пригласил всех на выход. – Заканчиваем! Что успели, то съели! Ульф, брось ты эту несчастную сардельку!

Не прошло и пяти минут, рубежники уже сидели в просторном фургончике и катились по Кольцевой трассе к восточной границе города в плотном потоке машин единственной местной марки «Линос». Иногда на улицах города можно было встретить и старенькие импортные автомобили, коих на всю Реликту наберётся от силы с два десятка.

Джек по обыкновению уселся в дальнем углу салона и размышлял, что вообще делает среди этих людей. Задача у них была непыльная: приехать на место встречи с поставщиками, забрать груз и вернуться на склад. С этим бы справился любой идиот. А разве он идиот? Любая работа будет лучше этой. И всё же у рубежников была небольшая привилегия, которой больше нигде в Реликте не найти – доступ за стену.

– Время в пути займёт двадцать семь минут шестнадцать секунд, – оповестил всех автопилот.

– Есть время сыграть партейку, – хлопнул в ладоши Седрик и расстегнул горло комбинезона. – Кто составит компанию?

– Давай я, – Ульф вытащил новенький, ещё блестящий чистотой, плейпад и запустил «Квадратные башни» – новую игру, в которую играл почти весь город. – У меня с прошлого раза остался должок.

– Да я твои башни – как два пальца об асфальт.

Джек уставился в пол. Он уже несколько лет не играл в телефонные игры и всеми силами старался не вернуться к старой привычке. Сложно сказать, чем он вообще занимался с тех пор, как вышел на свободу. Ел, спал, думал о никчёмной судьбе, пялился в потолок, размышлял о своих занятиях за последний год? В глазах жителей Реликты Джек был изгоем, человеком, несправедливо оставшимся в живых.

– Какая духота, – Виктор спустил верхнюю часть комбинезона. На его морщинистом, покрытом возрастными пятнами лбу проступили капли пота. – Отключить обогрев салона!

– Ещё с зимы печка жарит, – кивнул Адам. – Ты бы не отстёгивал совсем ремешки, руководство читал?

– К чёрту это руководство, – отмахнулся рубежник, – кто его вообще читает? Я вкалываю здесь двадцать лет, сам всё знаю.

Виктор говорил правду, почти никто не соблюдал правила техники безопасности за ненадобностью.

– Мистер Идеальный читал, – ехидно хмыкнул Седрик, не отрывая глаз от экрана. – Готов дать руку на отсечение, он сейчас сидит и парится в маске.

Четыре пары глаз уставились на Джека. Над ним вечно смеялись: идиоты, которые так и не удосужились прочитать кодекс. Нужно просто не реагировать, не спорить, не доказывать свою правоту.

– Мы можем кого-нибудь заразить, – рот открылся против воли. – Нельзя рисковать.

– В пределах города? – Адам провёл пальцами по усам. – Откуда тут посторонним взяться? Я не осуждаю, что ты всегда соблюдаешь правила, но не с ума же сходить.

– Угу, – зевнул Джек и отвернулся в угол. Дремота подкралась незаметно.

Глава 2. Лиса

весна, 2051 год

Джек обходит старый поржавевший тренажёр и вглядывается в светлое пятно фонаря. Он слышит собственное дыхание, слышит стук сердца, слышит голос напарницы…

«Не стреляй, Джек! Не стреляй!» – шепчет на ухо напарница.

Прохладная рукоять пистолета неприятно скользит в потных руках. Паутина лезет в глаза. Яркий свет фонаря скользит по грязному полу, блестит на тысячах пылинках, поднявшихся в воздух, и замирает на табличке с выцветшей надписью «Техническое помещение».

«Человеческая жизнь священна!» – кричит Сара Ален.

Молодая девушка с рыжими волосами выпрыгивает из-за двери, в свете фонаря блестит оружие – палец нажимает на спусковой крючок.

– Убийца! – оглушительный скрипящий звук заставляет Джека вздрогнуть и проснуться.

Всего лишь дверь фургона.

Рубежники выбрались из фургона наружу, Джек, слегка покачиваясь после очередного кошмара, спрыгнул следом. Перед ними возвышалась потемневшая от времени железобетонная стена – граница города. В двадцати шагах расположилась небольшая караулка и широкие ворота, через которые могли разом проехать несколько машин.

– Построились за мной, – Адам поднял правую ладонь вверх и покрутил ей по часовой стрелке. – Шагом марш.

Кожаные ботинки беспорядочно зашлёпали по весенним лужам.

Как и остальные члены их небольшого отряда, Джек приложил магнитную карту к ридеру и под наблюдением нескольких широкоплечих вояк с автоматами прошёл ворота насквозь. Далеко на севере возвышались лесистые холмы с едва различимым ущельем, куда вела узкая извилистая дорога. Утреннее солнце почти не грело, лишь слепило.

«Пора переходить на летний комплект с солнцеотражателями. Вик снова будет бухтеть, что его старые кости мёрзнут».

– Красота, – Оглу глубоко втянул носом воздух и выдохнул клубы пара, – почти как дома, только холоднее.

– Через месяц другой – будет тебе счастье, – хлопнул новичка по плечу Виктор. – Где наша колымага?

– Сюда, – Адам направился по асфальтированной дороге в сторону парковки. – Сегодня на двух едем, берём прицепы, – он указал на грузовики с засохшей на дверях и колёсах грязью. – Поставка небольшая, какие-то инструменты для Лигидро.

– Хорошо, что не цистерны, – Виктор потянул дверь, – не люблю возить кислоты, каждый раз на кочках сердце замирает. Кто со мной?

– Я! – в один голос сказали Адам и Ульф.

– Присосались, – фыркнул Седрик, – ладно, мистер Идеальный, ты везёшь.

Джек забрался в соседний грузовик, уселся за обитый ворсистой тканью руль и поправил маску. Все хотели ехать с Виком, он лучше всех водил ручные автомобили. И пусть. Жаль, что снова придётся ехать не в самой приятной компании.

Двигатель жутко зарычал, колёса на несколько мгновений утонули в отливающих радугой лужах и заскрипели на бетонных плитах.

– С ветерком, пожалуйста, – хохотнул Седрик на соседнем сидении. Оглу хихикнул сзади.

– Протокол не забудь заполнить.

Джек пристроился за машиной Виктора и широко зевнул. Спустя несколько минут они доехали до развилки и свернули налево. Теперь их путь лежал к подножью невысоких лесистых гор с ободранными глиняными склонами.

До точки обмена добираться было недолго, минут пятнадцать, и Джек очень надеялся провести это время в молчании. Сед корявым почерком нацарапал их имена в протоколе, включил тихую музыку и снова уткнулся в плейпад. Мальчишка таращился в окно, будто в первый раз любовался красотой мироздания.

– Здесь, за городом, почти как дома, – восторженно протянул Оглу, – жаль, я не умею водить.

– Со временем научишься, – ответил Седрик, – всех новеньких отправляют на курсы. Роботы за пределами города не водят, приходится ручками, да ножками шевелить.

– Помню, у нас на окраине деревни, возле леса, можно было увидеть лосей. Таких больших, рогатых, больше этой машины.

– Ну конечно! Скажешь тоже, – не отрывая взгляда от плейпада, фыркнул Седрик.

– Меня папа возил в зоопарк… пока его не закрыли. Я там видел зверей.

– У нас тут ты ничего не увидишь. Хотя… Вик как-то трепался, что видел зайца. А в другой раз волка. Лично я только в книгах на них смотрел, мне так не везло. Места у нас пустынные, звери сюда не забредают.

Оглу грустно вздохнул. Не прошло и минуты, он снова открыл рот:

– А можно мне расстегнуться?

– Дерзай, – махнул рукой Сед.

– А почему он не расстёгивается? – Оглу с сомнением покосился на Джека.

– Это же мистер Идеальный, всё выполняет по командам. Сидеть! Вот, умница какой.

– Пошёл ты, – Джек приоткрыл окно, чтобы встречный гул ветра хоть немного заглушал раздражающий голос этого мудака и его тошнотворную музыку.

– Не злись, это я любя.

– А почему ты сидел в тюрьме? – продолжал спрашивать Оглу.

– Будешь много знать – мозги извилинами покроются, – процедил Джек.

– Убил девушку, – ответил вместо него Седрик. – Застрелил из пистолета в голову, вот уж точно у кого были проблемы с мозгами, – он хохотнул и поднёс сложенную пистолетиком ладонь ко лбу.

Оглу приоткрыл рот.

– БУМ! – громко вскрикнул Сед, напугав всех в салоне. Он жестом показал, как взрывается голова. Мальчишка поморщился.

– Жесть! А я думал, в Реликте убийц казнят.

– Мистеру Идеальному смерть нипочём.

– Да закроешь ты сегодня рот? – Джек сонно покачал головой.

С какими только ублюдками приходится общаться. Хорошие люди на такую работу не устраиваются, это он смекнул еще в первую неделю.

– Ты мне всё равно ничего не сделаешь, – Седрик с силой барабанил пальцами по экрану плейпада, – по правилам не положено. Да! Да! – он расплылся в отвратительной улыбке. – Получи, сукин сын. Я тебя снова сделал.

– Победил? – спросил Оглу.

– Ещё бы, этот олух не умеет двойную защиту ставить, – Сед сегодня был крайне возбуждён, впрочем, как и всегда. Должно быть, выпил дополнительную порцию «Ванильного наслаждения». – А вот у Идеального не просто двойная защита, – продолжал рубежник, – у него ангел-хранитель есть из службы безопасности.

– Какой ангел?

– Её зовут Сара Ален, – Седрик ткнул Джека кулаком в плечо. – Давай, расскажи, как тебя отмазали.

– Иди в задницу, – он скривил губы, надеясь на обратной дороге ехать с кем-нибудь другим.

– Я и сам могу рассказать, Адам навёл справки.

«Ещё бы».

– Джек раньше работал в службе безопасности города, стажёр, все дела. И первое же его дело – убийство, представляешь?

– Круто, – отозвался Оглу сзади.

– Деталей не знаю, но наш мистер Идеальный застрелил девчонку-школьницу, хотя она была ни в чём не виновата. Его приговорили к смерти, но бывшие коллеги как-то отмазали, да? Поговаривают, за тебя заступился кто-то из семейства Ан.

– Угу, красиво говоришь, – Джек всем своим видом старался показать, что ему неинтересны сплетни.

– Почалил полгодика на нарах и всё, свобода, – Седрик покачал головой. – Если бы мою дочь застрелили, я бы добился, чтобы убийцу казнили. Но мистеру Идеальному прикрыли зад. Обратно на работу его не взяли, вот к нам и пришёл, замаливать грехи.

– Как это? – поинтересовался Оглу.

– Ведёт себя, как послушная собачка – гав, гав! Сама невинность, – Седрик ухмыльнулся и постучал себе по виску указательным пальцем: – А в голове-то полно дерьма.

Джек резко парировал:

– По крайней мере, оно не льётся у меня через край.

Сед прыснул и отвернулся в окно.

– И как там, в тюрьме? – не унимался Оглу.

– Настрой свой рот на тишину, – сухо процедил Джек.

Это подействовало, остаток пути прошёл в молчании. Не успел он погрузиться в тоскливые мысли, как впереди, у большого ущелья, показался одноцветный тёмно-синий флаг, возле которого стояли два припаркованных с краю дороги прицепа, скрытых под непрозрачной плёнкой. Рубежники остановились рядом.

– Быстро проверим и обратно. Ульф, вторая машина – твоя, – Адам протянул ему один из листов и торопливо подошёл к прицепу с прибывшим товаром. Он натянул маску на нос и скрылся под толстым тентом.

Остальные стояли в стороне, ожидая приказа старшины. Вдалеке, метрах в двухстах от них, расхаживали четыре человека в серебристых костюмах.

– Кто это? – поинтересовался вездесущий Оглу.

– Водители.

– Поставщики и военные, два в одном, – поправил Седрика Виктор. – Это нас посылают на выезд с одним табельным пистолетом под сиденьем. А у этих быков стволов под завязку, дорога длинная, сами понимаете – серьёзные перцы. Они привозят нам товары, которых нет в Реликте. В основном это сырьё всякое, иногда готовые изделия. Мы оставляем им пустые прицепы и забираем груз.

– Здесь? Почему не на границе?

– Ты что-нибудь слышал о технике безопасности? – не удержался Джек. – Мы не можем знать, как мутировал вирус за пределами города, в столицах такая же ситуация. Вам тоже стоит надеть маску.

– Мистер Идеальный разбушевался, спасайся кто может! – прыснул Седрик и сорвал травинку с обочины.

– Брехня это всё, – проскрипел Виктор, – вирус везде одинаковый. Оглу тому подтверждение. Его же привезли к нам, и ничего.

– Они сидели в изоляторе, – Джек махнул рукой и отвернулся. Неужели никто не понимает, что карантин ввели не просто так?

– И долго вы там провели? – спросил Виктор мальчишку.

– Сто восемьдесят дней. Нам каждое утро что-то кололи, учили английскому языку, а потом подключили это, – он протянул руку и показал на запястье небольшой прибор на ремешке с надписью Hand-phone (в Реликте его называли эйчфоном).

– Видишь, Сед, – усмехнулся Виктор, – как, оказывается, всё сложно. Помню двадцать третий год, такое дерьмо творилось…

– Всё это хрень, я тоже считаю, что вирус везде одинаковый. А мистер Идеальный может и дальше молиться на свой священный кодекс.

«Между нами тридцать лет мутаций короны, – пробормотал про себя Джек. Идиотам бессмысленно доказывать, что нельзя бездумно нарушать правила, просто потому что в маске ходить неудобно! – Люди могут заболеть, как наши, так и чужие».

Вскоре Адам выбрался из-под тента и оттряхнул колени. Через полминуты показался и Ульф.

– Готово, весь товар на месте. Можно дезинфицировать и возвращаться на склад. Вик, Джек подъезжайте задом.

– И всё? – удивился Оглу. – Зачем столько людей?

Рубежники закатили глаза. Когда-то на месте мальчишки стоял и сам Джек. Сейчас этот вопрос действительно выглядел глупым, но год назад он казался вполне к месту.

– А кто их, по-твоему, будет разгружать, дурень? А делать пересчёт? – ехидно процедил Седрик.

Ещё несколько минут заняла дезинфекция, прицепы закрепили – можно было двигаться обратно.

– Не пойму, то ли мне кажется, то ли что… – Адам ткнул пальцем в сторону ущелья. В его глазах появился азарт. – Кажется, я видел лису!

Старшина быстрым шагом перешёл насыпную дорогу и заскользил вниз по склону в обрыв, оставляя за собой длинный грязевой след.

– Нам не стоит сходить далеко с дороги! – напомнил ему вслед Джек.

– Даже не начинай! – не оглядываясь, рявкнул Адам. – Где ещё ты на неё посмотришь?

Рубежники тут же оживились и поспешили за старшиной. Джек покосился на стоящих вдалеке поставщиков с автоматами: те о чём-то болтали и даже не смотрели в их сторону. Тяжело вздохнув, он последовал за товарищами.

Выискивать неуловимый рыжий силуэт среди поросшей кустарником холмистой долины оказалось непростым занятием. Стеклянный экран маски покрылся изнутри мутными разводами. Солнце светило прямо в глаза. Лишь спустившись со склона, Джек заметил поодаль небольшое рыжее пятно за одной из серых скал.

– Вон там, вижу её, – прошептал Адам.

Стараясь не выдать себя, рубежники осторожно обошли взгорок и спрятались за большим валуном. Под ногами хрустел грязный почти растаявший снег.

– Кто спугнёт – будет пересчитывать следующую поставку батареек, – ухмыльнулся старшина.

– Фу! – скривились Ульф и Седрик.

В самом деле, унылее задание было не придумать: сканировать каждую из тысячи упаковок.

Рубежники бесшумно поднялись на взгорок и выглянули из-за голых ветвей.

– Какого…? – прошипел Ульф.

У самого основания скалы сидел незнакомец в грязно-оранжевой куртке с меховой накладкой на капюшоне. Рядом с ним лежало что-то большое, грязное и бесформенное. Вещи? Человек?

Завидев рубежников, незнакомец выставил вперёд нож и попятился назад, пока не уткнулся спиной в скалу.

– Кому же теперь достанутся батарейки? – прыснул Седрик. – Хороша лиса.

Джек никогда не слышал, чтобы у стен Реликты находили живых людей. Говорили, город засекречен и находится так далеко от цивилизации, что сюда посторонним не добраться.

– С вами всё в порядке? – старшина осторожно шагнул вперёд и жестом приказал подчинённым стоять на месте. – Вы находитесь на запретной территории.

В ответ ему раздался высокий женский голос, слов было не разобрать. Рубежники переглянулись.

– Все должны надеть маски, – напомнил Джек.

– Лучше позвать вояк, пусть сами разбираются, – пробурчал в густую бороду Виктор.

– Я быстро разведаю, а потом позовём, – Адам надвинул защитное стекло на лицо, раздался глухой щелчок. – Будьте осторожны, мы не знаем, с кем имеем дело. Никаких резких движений.

«Нужно было взять пистолет», – запоздало вспомнил Джек.

– Мы сейчас к вам подойдём, не бойтесь! – Адам дал команду ждать и медленно начал двигаться вперёд, тщательно выбирая каждый шаг.

Остальные выстроились небольшой дугой, внимательно разглядывая незнакомку в великоватой ей куртке. Приглядевшись, Джек различил в бесформенной массе человека. Это был мужчина, с ног до головы перепачканный подсохшей грязью, в дырявом красном свитере и разодранных ватных штанах, из-под которых выглядывали кровавые ссадины. Женщина сильно дрожала, из-под толстого рукава на солнце блестело лезвие ножа.

– А нам ещё в бога запрещают верить, – первым нарушил молчание Виктор. – Это что, девочка?

Из-под тени капюшона показалось юное измождённое личико, наполовину скрытое за грязными зелёными волосами. На вид ей было лет шестнадцать. Щёки в грязи, на потрескавшихся губах засохли жёлто-коричневые подтёки. Девочка по-звериному скалилась, выставив нож вперед.

Джека взяла дрожь. Перед глазами непроизвольно всплыло мертвенное лицо Ханны, серые веснушки, опавшие на пол рыжие волосы… кровавая звезда во лбу…

– Мы тебя не тронем, всё хорошо, – Адам добродушно улыбнулся и протянул вперёд руки.

«К ней нельзя приближаться! Это рискованно!»

Отвёртка – нож – вспышка света – бесчувственное тело на полу подвала – зелёные волосы на мёрзлой земле. Джека затрясло. Память и фантазия сражались друг с другом за право подчинить себе истощённый разум.

– Всё хорошо, – повторил старшина.

Девчонка ответила на незнакомом языке: быстром, резком, со множеством шипящих и букв «а». Она держалась смело, на щеках – ни слезинки, на лице злость.

– Оглу, ты её понимаешь?

– Не-а, звуки похожи, но не могу разобрать.

– Как тебя зовут? Я – Адам, – старшина неумело жестикулировал, пытаясь выйти с незнакомкой на контакт, – это Виктор, а это Джек. – Он в каждого тыкнул пальцем, а затем указал на неё. – А кто ты?

На удивление, она поняла вопрос и коротко ответила:

– Терра, – затем коснулась рукой лежащего рядом человека и добавила: – Каин.

– Вспомнил Бога, – хмыкнул Вик. – Какое злое имя.

– Мы можем помочь? – Адам осторожно приблизился к ней, держа ладони открытыми.

Однако девочка резко замотала головой и внезапно что-то закричала. Из-под её подошвы вырвался шквал мелких камней и пыли. Старшина сделал шаг назад.

– Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, – Адам отступил к остальным. – Разведка не удалась. Джек процитируешь нам кодекс? Что нам нужно делать? – старшина ухмыльнулся.

– Вызвать военных, – Джек не мог оторвать взгляда от Терры. Она пыталась казаться сильной, но не была таковой. Как и Ханна, бросившаяся на Сару с отвёрткой. Скорее всего, она не виновата, что оказалась здесь. Ей нужна помощь.

– Хороший план, – протянул Адам. – Можем даже не вызывать наших, отдадим лисичку поставщикам. Всё равно беженцев нужно им передавать.

– Помню, в двадцать девятом или тридцатом, – Вик обратился к небу за памятью, – тоже наткнулись на беженок. Столько мороки было: протоколы, объяснительные. Тогда были две девчонки, военные были рады отвезти их в столицу.

Седрик и Ульф ехидно захихикали

Джек непроизвольно сжал кулаки.

«Человеческая жизнь священна!» – молитвой в голове звучал голос Сары Ален.

Перед глазами всплыли бородатые лица. Военные криво улыбаются, подмигивают друг другу и подталкивают Терру в машину. Она просит помощи, но дуло автомата решает иначе. Грубые мужские руки хватают её за плечи, рвут одежду…

«Нам предстоит долгая дорога до дома, дорогуша», – хрипит в ушах выдуманный голос.

– Валим, – поманил рукой Седрик.

– Их нельзя отдавать военным. Мы должны помочь, – протянул Джек, не чувствуя уверенности в собственном голосе.

– Это не наша забота, отдадим их в столицу, пусть разбираются, – Адам покосился на Терру.

– Кажется, кто-то хочет нарушить правила, а, мистер Идеальный? – Седрик пнул сторону Джека несколько мелких камней.

– Я… – Джек сглотнул. Кодекс запрещал им контактировать с людьми снаружи. – Отвезём их в город? Положим в больницу.

– Слушайтесь приказа, мистер Веддок! – сухо выдавил старшина, впервые обратившись к нему по фамилии. – Мы уходим, пусть военные о них позаботятся. – С болью в сердце пришлось подчиниться. Джек опустил голову и поплёлся в сторону дороги, краем глаза посматривая на перепуганную Терру.

– Дзек, Дзек! – почудился тонкий голос. Ханна? Или это всего лишь самообман? Мираж? Слышал ли он её голос вообще?

Неожиданно рубежники обернулись и уставились на него.

Джек замер истуканом и осторожно взглянул на Терру.

– Каин, – она коснулась груди мужчины, по щеке скользнула грязная слеза.

«Хочет, чтобы я им помог? Я нужен ей. Она рассчитывает на мою помощь».

«Я просто хотела жить! – шептал загробный голос Ханны. – Я не должна была умереть. Но умерла. Из-за тебя. Теперь её очередь?»

– Уходим! – из другого измерения зазывал его старшина.

– Я посмотрю, – Джек сделал неуверенный шаг в сторону Терры. Зачем нужен кодекс, если из-за него погибают люди?

– Сегодня ты не Идеальный, – окликнул его Сед, – ты просто псих!

– Единственный раз, когда действительно нужно соблюдать кодекс, ты творишь какую-то хрень! – Адам попытался остановить его, но Джек вырвался из рук старшины.

– В отличие от вас я не снимал защиту, – он не отрывал взгляда от Терры. Здравый смысл настаивал уйти, сердце же думало иначе:

«Мы ей поможем! Проверить клапаны, фильтр, поправить маску, защелка…»

– Я напишу на тебя рапорт, – крикнул ему вслед Адам. – Это нарушение прямого приказа.

«Из-за меня уже умерла девушка».

Джек неуверенно присел на корточки рядом с Террой, стараясь не делать резких движений.

– Разреши… я посмотрю Каина.

Терра осторожно кивнула и подвинулась в сторону. Острие ножа продолжало смотреть Джеку в самую душу, но оно почему-то не заботило его. Лишь голос Сары шептал:

«Человеческая жизнь священна!»

Джек потянул бесчувственное тело на себя. Опасных ранений он не увидел, лишь ссадины и старые шрамы. Кое-где одежда была порвана, на мозолистых рабочих руках остались пятна крови.

Терра наклонилась и коснулась волос Каина.

– Отставить Психа, – тихо хихикнул Седрик. – Если она его пырнёт, предлагаю мистера Идеального переименовать в мистера Дырявого.

Главное, не делать резких движений, тогда всё будет хорошо.

– Здесь, да? – Джек осторожно осмотрел темечко и затылок Каина. Действительно, под густой грязной гривой незнакомца он нащупал шарообразную шишку. На перчатках остались кровавые разводы.

– Мы должны отвезти его в больницу, пока не поздно, – покачал головой Джек. Терра увидела кровь на его руках и вскрикнула.

Внезапно Каин открыл глаза и ударил Джека ногой в грудь. Перебирая руками по грязи, Джек кубарем покатился вниз по небольшому склону.

Он поднял голову и увидел, как Каин с ножом в руке бросился на рубежников. Адам лишь успел выставить вперёд левую руку. Лезвие пробило перчатку насквозь – старшина завопил от боли.

В воздухе раздались оглушительные выстрелы: военные пустили очередь в небо. Но это не помогло.

Рубежники напрыгнули на Каина всей толпой и повалили его на землю. Всё вышло из-под контроля. Старшина, громко матерясь, скорчился в три погибели и старался пережать рану второй рукой. Седрик стоял к Джеку спиной и со всей силы бил ногами Каина. Терра попыталась остановить избиение, но её просто оттолкнули. Она взмахнула руками и рухнула вниз со склона. Послышался глухой удар. Джек остановил сползающее тело и с ужасом заглянул ей в лицо. Девочка была в сознании, даже удивительно после такого тяжёлого удара головой о промёрзшую землю.

Воздух снова наполнился громом автоматной очереди, на этот раз заложило уши.

– Каин! Каин! – Терра с трудом перевернулась на живот и поползла вверх. На мочке её уха проступила кровавая капля. Её пропитанные грязью волосы прилипли коричневыми соплями к лицу. Из-под болотно-зелёной пряди на выглядывал наполненный слезами ярко-фиолетовый глаз. Джек никогда прежде не встречал людей с таким цветом радужки. Терра остервенело карабкалась, царапая ладони и ногти о камни. Но сил у неё почти не осталось.

«Всё из-за меня! Потому что я решил помочь! Я должен всё остановить!»

– Парни, хватит! Прекратите! – хрипло вскрикнул Джек. Сверху доносились протяжные стоны, крики и ругань рубежников. – Оставьте его!

Джек в три прыжка забрался на холм, схватил первого попавшегося – Оглу – за грудки и с силой отбросил куда подальше. Лёгкий парнишка, как пушинка, улетел со склона. – Вик, ты-то куда?! Хватит!

– Этот говнюк мне руку проткнул! – Адам сидел на коленях, с ужасом уставившись на рану. В воздухе стоял писк шести эйчфонов.

Раздались очередные выстрелы – уже совсем рядом. Ноги у Джека подкосились, он упал и схватился за уши. Мышцы сводило от страха, руки дрожали.

– Всем на землю! – прогремел незнакомый мужской голос. – Застрелю!

Рубежники повалились, где стояли.

Лишь Терра продолжала ползти под пристальным взглядом солдат с автоматами, пока не уткнулась лицом в грудь едва дышащего Каина. Военный в серебристом костюме ткнул ей в спину дулом автомата и громко рявкнул:

– Отошла от него! Руки за голову!

– Она вас не понимает, – выпалил Джек и тут же почувствовал подошву ребристого ботинка на лопатках.

– Заткнись! – прохрипели сверху. – Кто старший?

– Я, – Адам, сжимая раненую ладонь в кулаке, с трудом поднялся на ноги. – Отпустите моих людей! Вы не имеете права нас задерживать!

Человек в серебряном костюме подошёл к нему и направил небольшое устройство, напоминающее телефон, на глаза.

– Адам Вульф.

Прибор коротко пикнул.

– Ваши люди могут подняться, – голос военного потеплел на полградуса. – Что произошло?

– Отошли отлить, – соврал старшина. – Наткнулись на неизвестных. Этот гадёныш проткнул мне руку! И связи с городом нет.

– У нас же в машине остался бинт, – вспомнил Виктор.

– Ща принесу! – Сед громко откашлялся и сплюнул на землю. Уходя, тихо добавил, так, что услышал его только Джек: – И пушку прихвачу.

Вояки усадили Терру спиной к скале и наставили автоматы. Её забивала судорога, по шее от самого уха тянулся кровавый след. Каин лежал без чувств, оба его глаза заплыли и опухли, из правой брови сочилась густая кровь. Он издавал булькающие звуки, пытался набрать в грудь воздуха, но не мог. Периодически из груди вырывались странные хрипы.

– Вы ему рёбра сломали? – человек в серебристом костюме склонился над избитым.

– Пёс его знает, – раскрасневшийся Виктор злобно покосился на Каина.

Военные попытались допросить Терру, но так и не смогли выдавить из неё ни слова. Сед вернулся с мотком бинта и помог наложить старшине временную повязку.

– Почему ваш человек ходит без маски?! – уставился на Седрика вояка.

– Сед, твою мать, – Адам покраснел, как помидор на солнце, – быстро надень маску!

– Потерял я её, ещё неделю назад, – а потом тихо добавил: – кто ожидал такого дерьма от мистера Идеального.

– Вы могли заразить этих людей! Согласно протоколу, кем бы они ни были, вы обязаны забрать заражённых в город.

– Нет, нет, нет! Бросаем их здесь. – Седрик выставил вперёд указательный палец. – Мы не возьмём их с собой! Перевезём через ворота, и всё – обратного пути не будет. Если этот тип умрёт, виноваты будем мы. Я здесь вообще не при делах!

– Сед прав, – закивал Ульф. – Всё, что происходит за пределами города, нас не касается. Наша задача – забрать груз. Вот и поехали.

– Мы не бросим их тут умирать! – Джек встал между девушкой и военными. – Это бесчеловечно!

– Кто бы говорил! – Седрик со злостью толкнул его в грудь. – Если бы ты не высовывался, мы бы уже возвращались на склад.

– Замолкли! – пробасил военный. – Мы не можем оставить заражённого вне стен города. Если вы их не заберёте, нам придётся ликвидировать угрозу распространения вируса.

– Ликвидируйте! – поддакнул Седрик. – Нам этот хрен не нужен.

– И девушку тоже, она контактировала с вами, – уточнил военный.

У Джека спёрло дыхание, пальцы онемели. Воспоминания снова нахлынули. Он видел мёртвое лицо Ханны, запёкшуюся кровь на лбу, сухие губы, приоткрытый рот, золотые серёжки…

– Так нельзя! – выпалил он, – Адам, разве ты не понимаешь, это убийство?

– Мне уже насрать на них всех! Ты вообще видишь, что у меня с рукой? – взревел старшина, демонстрируя пропитавшийся кровью бинт. – Берём груз и валим в больницу!

– У нас есть запасной укол в бардачке, – умолял Джек. – Довезём их до больницы, всё равно по пути. Терре дадим противогаз. И совесть ваша будет чиста.

– Да ты же всех подставляешь! – с ненавистью в голосе выпалил Седрик. – Сам будешь за всех протоколы заполнять. И докладную писать.

Адам топтался на месте от боли, весь его комбинезон был измазан кровью:

– Ладно, Сед, успокойся! Забираем их! Худшее уже позади.

Сердце обдало холодком облегчения.

Седрик же, наоборот, громко выругался и едва слышно прошептал:

– Я бы в этом не был так уверен.

– В таком случае вы знаете правила, – военный достал планшетный компьютер и начал что-то записывать, – мы укажем, что в Реликту прибыло двое неизвестных, сделаем фото для подтверждения личностей. Центр будет ждать от вас полного отчёта в течение двух недель, – человек в серебристом костюме направил на Терру автомат и указал в сторону дороги. – Шевели булками, милочка!

Глава 3. Сильные духом

весна, 2051 год

– Терра!

Каин ухватился за край мягкого матраса и с большим трудом открыл глаза. Он не сразу сообразил, где находится. Это была небольшая комната с белыми стенами и белым глянцевым потолком, на котором красно-жёлтым расплывчатым овалом отражалось заходящее солнце. Рядом монотонно пищал мудрёный аппарат с десятками разноцветных трубочек и проводков. Часть из них тянулась к запястью и скрывалась под бинтами. От кровати и новой одежды непривычно пахло чистотой.

– Терра! – громче повторил он, горло отозвалось жгучей болью. Каин попытался встать – не вышло. Руки и ноги не хотели слушаться, в глазах стоял туман.

Что чужаки сделали с ней? Если они хоть пальцем её тронули… Каин сжал зубы и тут же поморщился от боли – кажется, была вывихнута челюсть. Не без труда он поднял свободную от трубочек правую руку, коснулся щеки и подбородка. Под отросшей бородой ощущались шишки и ссадины, похоже, ему вчера здорово досталось. Глаз заплыл, бровь набухла и ныла при нажатии.

Вчера ли? Сколько времени прошло с той стычки?

Открылась дверь, и в комнату вошло несколько человек в медицинских халатах. Они обеспокоенно шептались на чуждом Каину языке, тыкали в него незнакомыми устройствами, а те тихо пищали. На левых запястьях каждого врача были закреплены небольшие приборы, очень напоминающие мобильные телефоны, только меньшего размера. Женщина-врач осторожно запустила пальцы ему в волосы и закивала. Прикосновения ощущались лёгкими покалываниями.

– Терра! – не унимался он. Неужели никто не ответит?

Доктор в синем прорезиненном халате и узких очках на глазах ткнул себя в грудь и представился, как «Сергей Вурд». Затем приложил ледяной стетоскоп чуть выше сердца и жестом попросил глубоко подышать. Каин попытался сделать первый вдох и сразу же закашлялся. Горло свербело, как после острого перца. Доктор кивнул и что-то ткнул на приборе слева. В ту же секунду по венам разлился обжигающий холод. Затем Вурд достал склянку с желтоватой маслянистой жижей и пипеткой влил ему в рот несколько солоноватых капель.

Не прошло и минуты, как в висках проступила сильная боль, затем она начала распространяться дальше и дальше, пока не перешла в затылок. Кожа на лице пульсировала и жгла. Каин тихо застонал: неужто ещё сломано несколько рёбер? Он узнавал эту боль.

Доктор снова попросил его глубоко подышать. На этот раз получилось. В лёгких всё ещё стоял комок, забивал кашель, но, видимо, такой реакции и ждали.

– Терра?

Доктор покачал головой.

Каин бессильно ударил кулаком по кровати:

– Это «нет»? Что это значит?! Что с ней? – люди в халатах его не понимали и лишь переглядывались. Впервые за свою жизнь он пожалел, что не уделял английскому языку должного внимания. Да кому он был нужен в деревне? Научился читать на родном – и на том спасибо.

В дверном проёме появились ещё двое: солидные мужчины в чёрных выглаженных костюмах и галстуках. Первый – средних лет с пронзительными надменными глазами – остановился у двери и прислонился к стене. Второй был значительно старше, с лакированной тростью в руке, его короткие волнистые волосы поглотила седина, а сгорбленная спина клонила голову к полу.

«Кто все эти люди? Где я? Что теперь делать? Они не понимают меня, я не понимаю их», – Каин вздохнул и закатил глаза. Мучительная боль с каждой минутой нарастала, но ничего, – и не с таким приходилось справляться. Когда он мальчишкой упал с обрыва, было ещё хуже.

Открыв снова глаза, Каин увидел над собой морщинистое лицо. От седовласого пахло дряхлостью с едва уловимыми нотками тушёной капусты.

– Питер… Ву, – коротко представился старик и нарочито стиснул своей холодной ладонью его обессиленную руку. Затем покосился на сопровождающего мужчину. – Рик Ву.

– Терра? Где Терра? – Каин попытался вырваться, но не смог.

Питер улыбнулся и кивнул.

– Терра! Терра! – наконец, старик отпустил его руку и поднял вверх указательный палец.

«Что это значит? С ней всё хорошо? Она жива?»

Внятных ответов не последовало.

Старик с полчаса задавал вопросы, показывал картинки на телефоне, но всё без толку – измождённый Каин ничего не понимал и не мог ответить. В конце концов, Питер, весь раскрасневшийся, сорвался с места и быстрым, насколько это было возможно в столь почтенном возрасте, шагом покинул комнату. Его спутник ещё несколько мгновений внимательно смотрел на Каина, а затем резко развернулся на каблуках и поспешил за стариком.

Вскоре ушли и врачи, Каин оказался наедине с болью. Почему они не включили чёртов аппарат? Почему не вернули, как было прежде? Его лечат? Наказывают? Пытают?

Потолок быстро серел. Несколько минут на оконном стекле ещё играло насмешкой багровое солнце, а затем палата погрузилась в темноту.

В течение следующего дня заходили и другие посетители, кто-то в костюмах, кто-то в форме, врачи, мужчины, женщины. Каждый пытался с ним поговорить, но из этого ничего не выходило. В какой-то момент его заперли и отключили свет. Каину не спалось, да и как тут спать? Нужно было найти Терру, продумать план побега. Да только от головной боли все мысли разбегались, как крысы на тонущем корабле.

Наутро к нему опять зачастили. Ещё до обеда снова появился Питер Ву. В этот раз он обзавёлся новым устройством, которое переводило его фразы на другие языки. Единственного языка, который был знаком Каину, в небольшом списке не оказалось. Разочарованно всплеснув руками, Питер в очередной раз покинул палату.

После обеда Каину сделали укол. Не прошло и двух минут, как мир померк. Очнувшись, первым делом он обнаружил на левом запястье прибор. В сердце неприятно тянуло, низ живота онемел. Каин, предчувствуя что-то нехорошее, стащил с себя одеяло: от самой груди до поясницы он был перетянут бинтами, в области пупка у него торчал маленький невзрачный катетер.

«Что вы со мной сделали!? Какого чёрта!»

Сил в руках после наркоза не нашлось. Прибор у кровати издал тихий писк. Не прошло и минуты, в комнату вошёл доктор Вурд в сопровождении нескольких коллег, в дверях остановился крупный мужчина с дубиной на поясе.

«Уберите свою поганую хрень!» – Каин попытался стащить прибор с запястья и закатил глаза от неимоверной боли в сердце. Изо рта вырвался непроизвольный вопль. Врачи прижали его к кровати, доктор Вурд, что-то возмущённо причитая, склонился над запястьем. Каин стучал пятками по матрасу и молился, чтобы закончились муки. Глаза щипали от навернувшихся слёз, в груди образовался ком. Секунды обратились каторжными минутами.

Неожиданно по венам прокатился лёгкий холодок, боль отступила. Каин облегчённо выдохнул и открыл глаза. Доктор Вурд склонился над кроватью и прижал ладонь к его шее, проверяя пульс. Он недовольно задрал рукав, демонстрируя прибор на запястье, затем опустил молнию халата и расстегнул пуговицу на рубашке – в его пупке тоже стоял катетер.

«Эта хрень у вас всех, – тяжело дышал Каин. – Хотите сделать меня одним из вас? Ничего у вас не выйдет, лучше убейте сразу».

Перед глазами всплыло лицо Терры.

«Нет! Нельзя сдаваться, я ещё нужен ей. Прошу, скажите, что она жива».

Доктор Вурд и другие врачи вскоре ушли, в палате остался лишь охранник. До самого отбоя Каина больше никто не беспокоил, он лежал неподвижно на кровати и теребил крохотный прямоугольный кулончик на шее – спасибо, что не забрали. Этот кулон представлял для него большую ценность, о которой врачи даже не догадывались.

«Надеюсь, мне не придётся его использовать», – бормотал Каин себе под нос и с ненавистью поглядывал на охранника.

Неизвестность угнетала. С каждым новым часом пребывания в этой больнице Каин чувствовал себя узником. Кормили здесь неизвестно чем – какой-то вязкой жижей, хотя стоило признаться, на вкус она была куда лучше, чем на вид. В коридор не выпускали, палату каждый раз закрывали на замок. Головная боль постепенно отступала, в руках появились силы. Все его мысли были заняты Террой. Не стоило кидаться на тех людей с ножом. Возможно, тогда бы всё сложилось иначе.

На следующий день охранник не пришёл, и Каин решился подняться с кровати. Трубки с лекарством вырывать совсем не хотелось, поэтому он осторожно бродил вдоль кровати и выглядывал в высокое круглое окно. В нём практически ничего не было видно, лишь угол здания с зашторенными окнами, да голубое небо, которое время от времени становилось пасмурным.

Неожиданно в дверь постучали, впервые за всё время. В комнату неторопливо вошёл высокий мужчина в сером пальто, на вид лет тридцати-сорока. Выглянувшая из-за его спины врач хотела было уложить больного обратно в постель, но незнакомец попросил заботливую женщину оставить их наедине.

Каин сложил на груди руки и ждал, что же будет дальше. К нему заходили многие – старались, пыжились, пытались произвести впечатление – да всё без толку. Этот же мужчина не строил из себя пафосного дядьку в пиджаке, не пытался казаться важным, он лишь поздоровался глазами и что-то нажал в приборе на левом запястье.

– И кто вы? – по привычке спросил Каин.

Прибор запищал, уголки губ незнакомца поползли вверх. Он что-то тихо произнес. Через мгновение прибор его же голосом ответил:

– Здравствуйте, вы меня понимаете?

Каин округлил глаза. Работает!

– Да! – выпалил он.

Прибор снова перевёл.

– Отлично! Как вы понимаете, мы общаемся на английском. Позвольте представиться, меня зовут Альфред, – гость протянул руку, – можно просто, мистер Ан.

Каин представился в ответ и обменялся крепким рукопожатием. Первый человек, который нашёл способ с ним разговаривать, определённо заслуживал хотя бы маломальского уважения. Сердце стучало в висках, неужели он теперь сможет задать все наболевшие вопросы?

– Где Терра?

– Не беспокойтесь, она здесь, на этаже. Две комнаты по коридору, – обрадовал его незнакомец. – Врачи не хотели рисковать, поскольку вы были больны коронавирусом, а она нет.

– Я не болею! – Каин интуитивно сделал глубокий вдох и даже похлопал себя по груди. – Я бы уже давно умер.

– К счастью, вас лечат, – Альфред улыбнулся и подошёл к окну, – и Терру тоже. К большому сожалению, придётся смириться, что оставшуюся жизнь вы оба будете жить на уколах. Не беспокойтесь, не вы первые, не вы последние, – Альфред похлопал по прибору на собственном запястье. – Все мы здесь на уколах.

Новость оказалась совсем не радужной. Заболеть ковидом в нынешнее время – это почти то же самое, что получить пулю из крупнокалиберной винтовки в грудь. Глупо было надеяться, что болезнь, унёсшая жизни миллионов людей, никогда не доберётся до них. Другой вопрос: говорят ли ему правду? Болен ли он на самом деле? Каин не привык доверять людям, тем более тем, кто считает себя выше остальных.

– Вы же сказали, что Терра не болеет, зачем ей делают уколы? – с подозрением спросил он.

– До вчерашнего вечера не болела, пока один посетитель по неосторожности не снял с себя маску, – Альфред пожал плечами, – такой скандал был. Человеческая глупость страшнейший порок, вы так не считаете?

Каин молчал.

– Быть может, это даже к лучшему, – мистер Ан добродушно улыбнулся, – теперь нет никаких причин держать вас раздельно. Терру перевели с пятого этажа. Вы друг для друга больше неопасны. Не желаете увидеться?

По спине пробежал холодок. Каин поспешно кивнул, отсоединил трубку от катетера и последовал за незнакомцем. Лекарство потекло на пол – плевать. Ноги заплетались, так и норовили изобразить пшеничный крендель.

В коридоре было немноголюдно. Если это и была больница, то выглядела она слишком хорошо, несравнимо с теми, где ему доводилось бывать раньше. На стенах переливались голографические картины, на полу пышно цвели декоративные растения в белых мраморных горшках, взад и вперёд на четырёх резиновых колёсах разъезжали небольшие роботы с коротенькими металлическими манипуляторами в форме рук. Они доходили Каину до пояса и чем-то отдалённо напоминали большие пылесосы из детства, разве только без шланга с насадкой. Некоторые с тихим жужжанием убирались, другие перевозили пластиковые коробки.

Придерживаясь рукой о стену, Каин осторожно переставлял ноги вперёд и косился на Альфреда. С одной стороны, он выглядел безобидно, с другой же, внушал какой-то первобытный страх. Уверенный взгляд, ровная щетина, стильная причёска, отутюженное пальто, деловой тон разговора – всё выдавало в нём властного и расчётливого человека. Каин чувствовал, что от него можно и даже следовало ждать угрозы.

– Вы так беспокоитесь за Терру, почему? – поинтересовался Альфред, остановившись у дверей палаты.

Несколько задумавшись, Каин, наконец, произнёс:

– Терра моя сестра.

Они вошли в палату, как две капли воды похожую на палату Каина. Терра сидела, забравшись с ногами на кровать, и уныло глядела в окно. Обернувшись на скрип двери, она вскрикнула от радости, в два прыжка пересекла комнату и бросилась в объятья брату. Ослабшие ноги Каина подогнулись в коленях, а спина завалилась на стену. Сердце трепетало от радости, губы Терры целовали его в лоб, щёки, шею – во всё, до чего только могли дотянуться. Он же со всей нежностью и любовью, накопившейся за дни разлуки, вжался пальцами в её тощую талию и закрыл глаза.

– Думала, ты погиб, – прошептала Терра на ухо.

– Я тоже. Цела?

– Ага.

– Поправилась что ли? – Каин нежно щёлкнул её по кончику носа и подмигнул.

Терра лишь устало улыбнулась, а затем, будто бы вспомнив, что они не одни, отстранилась:

– Спасибо, что сдержали обещание, – обратилась она к Альфреду и тихо добавила Каину: – Я сказала, что не буду разговаривать, пока не увижу тебя.

Мистер Ан развёл руками:

– Так уж я воспитан. Как известно, воспитание – залог разума, хорошее воспитание – залог порядочности, верно?

Каин кивнул, хотя не совсем понял смысла сказанного. Не отпуская родной, слегка влажной ладошки Терры, они опустились на кровать. Как же давно они не сидели вот так – плечом к плечу. Будто вечность прошла!

– Спасибо, что спасли брата… и так быстро нашли способ с нами поговорить.

– О, – Альфред лукаво прищурился, – я решил этот вопрос ещё позавчера, просто не торопился. Понимаете, при первом знакомстве была важна не скорость, а правильное время, вы так не считаете? Зато сегодня нам никто не помешает спокойно поговорить. Угощайтесь, – он вытащил из внутреннего кармана пальто бумажный сверток. – Только утром испёк, подумал, что местная кухня не внушает доверия.

Каин с подозрением заглянул внутрь – на дне лежали ароматные покрытые сахарной глазурью пончики. Стоило признаться, выглядели они куда аппетитнее вязкой больничной субстанции, которую им подавали на обед.

– Где мы? – Каин отложил угощения в сторону и пристально уставился на мистера Ана. Терра по его примеру тоже не решилась притрагиваться к еде.

Альфред с грустью покосился на гостинец:

– Как пожелаете. Ваше право не доверять. Правильно ли я понимаю, вы не знаете, где оказались, верно? Любопытно, – мистер Ан на мгновение задумался. – В любом случае, определённые сложности, связанные с вашим появлением, улажены. Для вас сделали исключение, пошли навстречу, вы же понимаете, что после того… «конфуза» с нашими людьми, вас бы следовало ликвидировать? Но мы ведь не варвары, каждый человек заслуживает жизни, согласны?

– Мы защищались, – процедил Каин.

– Конечно, все это понимают, – Альфред улыбнулся. – Вы в Реликте, дамы и господа, – он выдерживал паузы между словами, шагая по палате от двери к окну и обратно, говорил размеренно и чётко. – Это закрытый город со своей системой и организацией. Из Реликты выходить строго запрещено. Надеюсь, вы понимаете – риск заражения. Нельзя допустить того же, что произошло с вами. Это нонсенс! Наши жители живут сплочённо, работают, дружат, любят. НО… – Альфред поднял указательный палец, – в Реликте очень строго относятся к преступлениям. Либо вы живёте по нашим законам, либо никак. Полагаю, не стоит объяснять, что у нас происходит с преступниками? У нас есть определённые порядки, они касаются абсолютно всех, не принимайте на свой счёт, хорошо? Судя по тому, в каком состоянии вас нашли, жизнь снаружи не сахар, не так ли? Вы должны быть благодарны нам за спасение. Наши люди рисковали жизнями.

– Благодарить за жизнь в тюрьме? – Каин чувствовал, как краснеет лицо.

– Вы бы могли там оказаться, не забывайте об этом, – строго процедил Альфред. – Но мы всем даём шанс на – произнесём это с пафосом – на искупление. В Реликте есть все условия для счастливой жизни. Это место создавалось специально, чтобы защитить людей от коронавируса. В любом случае, снаружи вы не найдёте города с открытыми воротами. Таковы новые реалии нашего мира, не так ли?

В его словах была правда.

– Расскажите, откуда вы? – голос Альфреда потеплел. Он подошёл к окну и, прислонившись плечом к стене, с интересом уставился на них.

– Много лет назад мы жили в горах, в небольшой деревне, – Каин нервно перебирал пальцами по холодной ладони Терры, тщательно обдумывая каждое слово. – Эпидемия нас не коснулась, но отец каждый день включал телевизор, чтобы мы знали, что происходит в мире. И каждый день говорили одно и то же: что гибнут люди, пустеют города, что однажды ковид доберётся и до нас.

– Полагаю, вы родом с Гималаев? У вас, Терра, такие необычные глаза, – Альфред не отрывал от неё взгляда, – впервые встречаю такой цвет. Как аметист.

– Это от мамы, – ответил за неё Каин.

– Один темнее другого, – протянул мистер Ан, словно не замечая ничего вокруг. – Хорошо видите? Да? Очень любопытно. И вы сиблинги, верно?

«Что за диковинное слово?»

– Мы брат и сестра, как я уже говорил. Просто я пошёл в отца, – Каин насупился и угрожающе распрямил плечи, демонстрируя силу. Они действительно были совсем не похожи, особенно сейчас, после долгой дороги.

– Парадоксы вселенной, – задумчиво протянул Альфред и неожиданно сменил тему: – В Реликте много людей из Азии, хотя из Европы больше. Среди нас есть даже коренные американцы. Обычно, – Альфред положил руку на окно и провёл пальцами по стеклу, – к нам приезжают люди из новых столиц, но в первый раз к нам кто-то пришёл пешком. Вы же не с гор к нам спустились?

Каин закусил губу. Незнакомцам доверять нельзя, никому в мире доверять нельзя! Это закон нового порядка. Иначе станешь добычей.

– Мы оказались здесь случайно.

– А откуда же вы шли, господа?

– С гор.

– А куда направлялись?

– Просто вперёд, – Каин начинал закипать.

Лицо Альфреда подобрело:

– Ладно, вы мне не доверяете. Это можно понять. И всё же, что вы планируете делать дальше?

– Мы бы хотели уйти! – твёрдо заявил Каин. – Мы прошли через многое, видели разных людей, и здоровых, и больных короной, порядочных и настоящих гнид. Мы уже забыли, что такое счастливая жизнь! – он сжал руку Терры. – Но я точно знаю, что если она и существует, то подальше от людей.

Альфред участливо кивнул.

– Понимаю. Только боюсь, это не от меня зависит. Вернее, не только от меня. Такие важные вопросы решаются на суде, но скажу сразу, что в этом нет смысла, законы Реликты строго регламентируют вопрос эмиграции. Прежде чем делать поспешные выводы, позвольте себе выйти на улицы города, прогуляться.

– Птиц в золотых клетках тоже кормят, но от этого они не становятся свободнее, – с уст Каина вырвалась избитая фраза, которую он подслушал в прошлом году у одного приятеля. Тогда они ещё жили в другом месте, и Каин не нашёлся, что на неё ответить.

– Если птицу выпустить посреди океана, то она быстро захочет обратно в клетку, – не задумываясь, парировал Альфред. – Вам сейчас страшно: новый город, неизвестность, отчаяние – вы ведь не просто так оказались у стен Реликты в столь плачевном состоянии. Должно быть, вы прошли через настоящий ад, другим такое и не снилось, не так ли? – он опустил глаза в пол. Это его проявление сочувствия? Кто знает.

– Мы не просили помощи.

– Но нуждались в ней! – лицо Альфреда стало серьёзным. – И дело не только в вас, Каин. В крови Терры тоже есть вирус, и он действует на неё не так, как на всех.

– Что ты имеешь в виду?! – Каин не любил формальностей и выдуманных титулов, обращался ко всем на «ты» и не понимал, почему один человек может считаться выше статусом другого.

– Пока ещё рано что-то говорить. Нужно посмотреть, прежде чем делать громогласные заявления, верно? Изучить. А пока вы пройдёте подготовку, выучите язык, посмотрите на Реликту. Кто знает, быть может, вам здесь очень понравится.

Каин тяжело вздохнул. У него всегда был один ответ на подобные заявления, ответ грубый и неприличный. Но нельзя думать только о себе. Что если Альфред не лжёт? Что если Терра действительно больна и ей нужна помощь?

– Что скажешь? – тихо прошептал он, чтобы не услышал прибор.

Девушка дрожала, на лице пропал такой родной и любимый румянец, её губы сильно обсохли и покрылись мелкими трещинами. Ладони всё не согревались.

– Я больна?

– Не знаю, всё может быть.

– Как скажешь, так и сделаем, – тихо выдавила она.

– Если попытаетесь сбежать из Реликты, то не протянете и суток, – напомнил Альфред. – Без нашего лекарства вы не доживёте и до полуночи. Повезло, что вы были изначально здоровы, последствия смешивания двух штаммов вируса непредсказуемы. Всё могло закончится очень печально, вы понимаете?

– Да.

Нет смысла что-то объяснять, доказывать. Этот человек знает, что хочет получить, и он это получит любой ценой. Каин знавал таких людей. С ним бессмысленно спорить. Нужно лишь послушно кивать и ждать подходящего случая. Каргад повторяется! Очередная ловушка!

– Кто ты такой?

– Сложный вопрос, не менее сложный ответ.

– Врач? Глава города? Король?

Альфред усмехнулся и сделал шаг в сторону двери.

– Король? Так меня ещё никто не называл. Отвечу на ваш вопрос так: всё будет зависеть от того, кого вы спрашиваете, Каин. Полагаю, на сегодня хватит, отдыхайте, общайтесь, набирайтесь сил. Сегодня вас переведут в одну палату и уберут охрану, – он приоткрыл дверь и добавил: – Я бы хотел предложить выбор, честно, но увы, у меня его нет. Вы сказали, что забыли, как выглядит счастливая жизнь. Просто оглядитесь по сторонам, она вокруг вас. До скорой встречи!

Терра обняла Каина и уткнулась носом в его шею. Наконец, они остались наедине.

– Мы снова вместе, – прошептала она. – Кажется, здесь безопасно.

– Я так не думаю.

– Сомневаюсь, что может быть хуже, чем в Каргаде.

– Те люди, что нашли нас, они ведь были в зелёных комбинезонах, так? – Каин схватил её за плечи.

– Так, – Терра замерла, точно испуганный кролик на лужайке.

– Карла и Сальвина застрелил человек точно в таком же комбинезоне!

Глава 4. Нянька

весна, 2051 г

Аврора Ален закрыла дверь аудитории и радостно всплеснула руками. С последним экзаменом покончено! Не замечая столпившихся выпускников поднаса (службы поддержки населения), она брела по длинному коридору учебного корпуса и любовалась в окно на блестящую гладь озера.

«Как же здесь душно! Сейчас бы искупаться, да засесть в каком-нибудь клубе! Жаль, ещё вода холодная».

Ава облизнулась, представляя вкус коктейля «Ночной бриз»: черника, ежевика, амарантовые семечки, шипучий лимонад «Чили» и секретная добавка – неповторимое сочетание любимых вкусов, острого и кислого.

После успешной сдачи экзамена в пору бы радоваться, но сил на это почти не осталось. Два с половиной часа в очереди, час на ответы по билету. Живот сводило от голода, ноги гудели от усталости, но душа требовала веселья.

Опустив глаза в пол, Ава неторопливо волочила ноги по красно-белой мозаике коридора и прокручивала в голове ответ, за который ей сняли несчастный балл на экзамене. Девяносто девять из ста – отлично, но обидно.

– Сдала?

Взгляд упал на знакомые зелёные кроссовки с красными шнурками. Ава подняла глаза и увидела перед собой подружку Тори в цветастой полосатой футболке и с пышным вороньим пером, который до безобразия нелепо смотрелся в коротких чёрных волосах. У Тори было странное чувство вкуса и не менее странное отношение к себе и своим достижениям.

– Да, поставили «отлично».

– Поздравляю! – подруга прыгнула ей на шею. В носу защекотал запах колбасы, в честь которого Ава ещё два года назад наградила Тори прозвищем «Колбаса». – Я всегда говорила, что ты порвёшь комиссию. Просто отпад! А вот я точно всё завалю. Хорошо, что хотя бы кто-то из нас двоих станет нянькой.

– Что за настрой? – Аврора освободилась из жарких объятий подруги и вдохнула спертый воздух коридора. – Мы обе станем няньками! Когда ты идёшь?

– Следующей, – Тори бросила трусливый взгляд на закрытую дверь аудитории, рядом с которой собралась толпа поджарившихся до хрустящей корочки студентов. – Я так переживаю, что, кажется, всё забыла. Я такая тупая, то ли дело ты!

– Так, – Ава прижала указательные пальцы к вискам подруги и легонько надавила, – соберись, Колбаса, мы с тобой не просто так всю неделю готовились. Я знаю, что ты справишься. Думай о себе, остальное неважно! Давай пройдёмся по билетам?

Аврора впопыхах начала перечислять ей основные термины. С каждым новым определением подруга лишь сильнее качала головой и громко вздыхала.

– Виктория Флинт, заходим, – оживилась серая колонка над дверью экзаменационной аудитории.

Тори вздрогнула.

– Это меня! Спасибо, что поддерживаешь, ты настоящая подруга! – Колбаса от всей широкой души обняла её.

– Давай, успехов! – Ава сжала кулачки на удачу.

– Спасибо, буду быстро.

«Сплюнь».

Тори скользнула между однокурсниками и скрылась за дверью. Аврора протёрла запястьем вспотевший лоб и как можно шире отвернула воротник блузки. В здании стояла страшная жара, а окна, как назло, были закрыты на автоматический замок.

Ещё раз мысленно пожелав подруге успехов, она направилась по залитому послеполуденным светом коридору в сторону выхода. Спускаясь по лестнице, Ава снова и снова вспоминала недавний экзамен. Члены комиссии были приятными людьми, хотя к ответам явно придирались. Она блестяще справилась с признаками психопатического расстройства у подростков, но преподам что-то не понравилось в «третьем подходе к людям с низким социальным фактором – главным показателем Реликты, отвечающем за взаимодействие человека с обществом».

По большому счёту, если ты социопат – то никакие подходы не сработают. В городе вообще правило: людям с социальным фактором «единица» разрешено находиться только в одном месте – в могиле.

Аву затрясло от недовольства, эйчфон на запястье тревожно мигнул.

«Да всё! Всё! Я успокаиваюсь! – прошипела она и глубоко задышала. – Даже позлиться толком нельзя. А чего я хотела после ванили?»

Аврора уже третий год пыталась слезть с незаконного препарата, но всё безуспешно. Сложно пребывать в вечном унынии, когда однажды ощутил вкус жизни. Это как снять наушники, заглушающие все звуки в мире. К тому же технологию доработали, таблетки заменили растворами, никаких приступов смеха, как раньше, никаких побочных эффектов. Чистая энергия.

Дверь кабинета неподалёку отрылась, и в коридор вышла Шерил, наставница Авы. Сегодня на ней было надето зелёное платье с двумя изысканными брошками на груди, с плеч свисало пальто. Вот идеал моды! Ава с самого знакомства мечтала одеваться так же стильно и элегантно.

– Хвастайся! – Шерил расплылась в улыбке.

– Сдала, со следующей недели начинается практика. Спасибо! Если бы не ты, я бы завалила всё к чертям свинячим.

– Всё ерунда, – отмахнулась наставница, – настоящие трудности только начинаются. Прими мои поздравления. Ты хорошо себя чувствуешь?

– Душно здесь, – Ава убрала длинные волосы со лба и заткнула их за уши.

– Кампус сдали два месяца назад, а отопление никак не отрегулируют. У меня в кабинете тоже жарко. Кстати, смотри, что у меня тут есть для тебя.

Женщина заглянула в дамскую сумочку и вынула из неё два стаканчика из плотного картона:

– Подержи.

– Безумная кола! – восторженно хлопнула в ладоши Ава, – ты лучшая! Именно этого мне и не хватало весь день. И проветриться.

Шерил заперла кабинет на ключ:

– Составишь компанию до главного корпуса?

На улице стояла весенняя прохлада, Ава глубоко вдохнула свежий воздух и закрыла глаза от удовольствия. Шерил повела её вдоль берега Голубого озера по широкой аллее из молоденьких клёнов. Солнце приятно пригревало холодеющую на ветру кожу. У самого берега шла стройка, через пару месяцев здесь обещали оборудовать причал для прогулочных катеров и двести метров пляжа.

– Когда тут всё закончат, будет красота, – восторженно протянула Шерил.

– Уже жду лета! Думаю, меня ждёт нечто грандиозное! – Аврора мечтательно закусила губу и подняла глаза к небу. Солнце неспешно клонилось к шумящей кроне деревьев.

– Выглядишь чересчур счастливой, – с подозрением покосилась на неё Шерил. – Опять за своё?

– Прости, – Ава сложила ладони вместе, – не смогла сдержаться.

Наставница покачала головой, на щеках проступили возмущённые морщины. Конечно, можно было обмануть, но Шерил всегда была с ней честна, и Аврора хотела ответить той же монетой.

– Как ты будешь помогать людям бороться с зависимостями, если сама не можешь слезть с этой гадости?

– Но ваниль же не вредная! И эйчфон её не распознаёт.

– С чего ты решила? К «Ванильному наслаждению» развивается привыкание, я видела статистику. Когда будешь проходить курсы повышения квалификации, тебе про это расскажут.

– Знаешь, я не виновата, что мне так плохо по утрам после уколов. Без ванили я раскачиваюсь до самого обеда. А вот Тори уже в десять себя прекрасно чувствует.

– Все мы разные, – Шерил присела на новенькую скамейку, ножки которой до сих пор были обмотаны лохмотьями защитной плёнки.

Ава примостилась рядом и затянулась холодной жгучей жидкостью, от которой свело щеки. Многие не понимали, как можно пить острую колу – пусть дальше не понимают. Голова приятно кружилась, сердце пело от радости – красота! Обучению конец! Больше никаких занятий, последний экзамен сдан. Осталось самое интересное – первый подопечный.

– Получается, АКВ (антикоронавирус) действует на всех по-разному?

– Знаешь Альфреда Ана? – Шерил понизила голос, словно её кто-то мог подслушать. На всей аллее не было ни души.

– Знаю, мама с ним дружит. Он ещё помог Джеку с освобождением.

– Тогда ты представляешь, что это за человек.

Ава кивнула. Насколько она знала, Альфред занимался разработкой новых препаратов в научной лаборатории. К тому же его семья – самая влиятельная в Реликте.

– Ты ведь сдала последний экзамен. Будем считать, что с сегодняшнего дня ты можешь быть посвящена в круг избранных, – Шерил подмигнула. – Много лет назад Альфред был моим подопечным, я обычно никому об этом не рассказываю. Честно говоря, после работы с ним у меня сложилось впечатление, что это я была его подопечной, – она засмеялась. – Альф не по годам умён. Будь я слепой, дала бы ему лет восемьдесят. Либо он хорошо сохранился.

Ава понимала, о чём говорит Шерил – самой довелось общаться с Альфредом пару лет назад. На лицо ему с натяжкой можно было дать лет сорок.

– Так вот, однажды он мне рассказал про АКВ. Как я понимаю, его отец был одним из членов команды, кто создал эти уколы. Ты же знаешь, что Реликта появилась не случайно? Этот город стал одним из победителей проекта «Жизнь с коронавирусом». Его разработала семья Альфреда. Идея проекта: ограничить свободу в рамках растущего города, воспитать покорное население, которым незнакомы реалии старого мира. У проекта ещё на стадии зарождения было много противников, тех, кто были резко против подавления чувств людей. И всё же Реликте с её вечерними транквилизаторами дали шанс. Я не берусь судить о морали, но факт налицо: прошло почти три десятка лет, а от короны умерло всего несколько человек.

– Блеск, хочешь сказать, что нам подавляют чувства специально? Дело не в лекарстве? – Ава затянулась колой. Трудно было понять, рот сводит от остроты или от осознания, что её каждый вечер накачивают транквилизатором.

– Все знают, Реликта зависит от рейтингов. Если ситуация начнёт выходить из-под контроля, в город перестанут вкладываться. Должно быть, порядок проще поддерживать, когда половину дня люди просыпаются, а вторую работают.

– И как это связано с ванилью?

– Организм у всех разный, кто-то отходит раньше, кто-то позже. Кто-то половину дня бродит сонным, поэтому хочет принять таблеточку и проснуться. Другим же достаточно пары часов, и они уже готовы работать. Проблема в том, что если все начнут пить ваниль, город останется без контроля. Уколы заставляют жить спокойно, ваниль же даёт тебе разрешение сойти с ума. Представь, что будет, если «Ванильное наслаждение» попадёт к человеку с социальным фактором «единица»? Но проблема не только в этом. Ваниль и транквилизатор из АКВ работают в противоположных направлениях. Альфред считает, что это может однажды убить.

– Знаешь, мама говорила, что Альфред сам сидит на ванили, – Ава залпом допила колу и выбросила пустой стаканчик в урну. – Стал бы он убивать себя?

– На чём он только не сидит, – Шерил поднялась. – Я тебя предупредила, а ты решай сама, – наставница поправила платье и застучала шпильками в сторону строящегося среди пролеска здания. – Хочу, чтобы ты понимала, воспитатель на ванили – злейший враг нашего режима. Ты же не хочешь, чтобы служба безопасности однажды постучала в дверь твоего дома?

– Я просто хочу радоваться жизни!

Шерил ничего не ответила.

Солнце спряталось за бетонным шестиэтажным домом. По плечам побежали мурашки. Сейчас бы Аве пригодился плащ, но он остался в гардеробе.

– Ты уже бывала в главном корпусе? Нет? – Шерил переступила порожек двери металлического забора и зашла на территорию

Они поднялись по небольшой лестнице, ведущей на крыльцо. Здание ещё не было достроено: внешние фасады почти закончили, но кое-где не хватало окон и балконных перегородок, по территории сновали рабочие. Мимо проехал робот-погрузчик с копной арматуры в руках-клешнях. В ушах стоял раскатистый стук отбойного молотка. Ава растерянно крутила головой из стороны в сторону, чтобы случайно не превратиться в отбивную

– Обещают закончить к середине лета, а пока смотри по сторонам, –Шерил вошла через парадные двери и направилась к лестнице. – Мне нужно на пятый этаж. Лифты не работают, так что придётся пешком подниматься. Босс занял кабинет на самом верху и теперь наслаждается единством с природой и бетоном. Ему приглянулся вид на лес.

– Готова к работе с детворой? – ухмыльнулась Шерил.

– О чём ты говоришь?

– Разве ты не в курсе? Когда откроют лагерь, выпускников-практикантов приставят работать с дошкольниками.

– Блеск! – Аврора приоткрыла рот. – А как же первый подопечный? Мы просто будем няньками в детском лагере?

– Первый урок выпускнику, – Шерил тяжело посапывала, преодолевая очередной пролёт, – никогда не называй себя и своих коллег няньками. Пусть всякие балаболы так говорят. Мы – сотрудники поднаса. Возможно, у нас самая ответственная и важная работа во всём городе – защищать мозги людей.

– Борцы с упырями, – сердце колотилось от напряжения, давно она не поднималась так высоко по ступенькам своими ногами.

– Не торопись взрослеть, дорогая. Тебе нужна практика, и детишки для этого отлично подходят. Если хорошо себя зарекомендуешь, получишь полноценного подопечного. Пойми, на занятиях вы изучали азы, но оказавшись один на один с проблемой, зачастую теряешься и не знаешь, с чего начать, – Шерил взяла небольшую паузу на пролёте третьего этажа, немного отдышалась и засопела дальше. – Открою тебе секрет, те фразы, которые ты учила, не работают. Только личный контакт, индивидуальный подход. Есть подопечные, с которыми просто, например, такими, как ты. Мы встречались всего раз в несколько месяцев, и моя помощь была ни к чему. У тебя такой высокий социальный фактор, что даже с самым занудным в мире человеком найдёшь контакт.

– Знаешь, не скажи, – Аврора хрипло засмеялась, – я люблю найти приключения себе на почки.

– Поднас лечит душу, а не тело, не забывай об этом.

Шрам на месте правой почки тут же зачесался, напоминая о себе. Душа не смогла защитить тело. Теперь приходиться регулярно принимать лекарства – это расплата за глупость.

– Мне очень сложно найти настоящего друга, – Ава облегчённо закатила глаза, когда увидела цифру пять на стене. – Люди ко мне липнут, им нравится со мной общаться, но я… даже не знаю. После смерти Ханны я не могу найти той же связи с кем-то другим. Мне с ними неинтересно. От Тори мне порой хочется просто убежать, желательно из города.

– Почему ты тогда с ней общаешься?

– Это как с маленьким ребёнком. Знаешь, он тебя порой раздражает, но ты продолжаешь его воспитывать, потому что без тебя пропадёт. Тори хорошая, но назойливая, просто крах!

– А как же Джек? – Шерил остановилась и коснулась её плеча.

– В последнее время мы с ним мало общаемся. Он совсем потерялся. Иногда я ловлю себя на мысли, что мне неинтересно узнавать, как у него дела. Знаешь, три года назад Джек был мне нужен, но теперь нам не зачем общаться.

Шерил сложила губы колечком.

– А ты ему нужна? Возможно, Джек ищет человека, который бы его выслушал, помог бы ему?

– Вот уж нет! – Ава громко фыркнула. – Мы с ним много разговаривали на этот счёт. Джек всегда хотел стать важным человеком, добиться большего, чем его семья. Но тот случай с Ханной сломал ему жизнь, и после тюрьмы он не может оправдаться. Люди считают его преступником, даже наставник от него отвернулся. Джеку стыдно принять чужую помощь, хочет быть нужным, а не нуждающимся. Он стал таким молчаливым, замкнутым.

– Тебе неприятно с ним общаться?

– Не так, как порой с Тори, – Ава нервно усмехнулась. – Джек хороший, – она представила его лицо, с одной стороны привлекательное, немного глуповатое и наивное, с другой, раздражающее и подавленное. – Нас очень развела жизнь, у каждого свои заботы. Я честно пыталась ему помочь, я понимаю, как ему тяжело. Если бы только Джек согласился принять мою поддержку…

Должно быть, Шерил уловила нотки печали в её голосе, поэтому хлопнула в ладоши и быстро сменила тему:

– Так, мне нужно зайти к боссу, подождёшь меня? Я такое место присмотрела!

Шерил отвела её на широкий, но ещё недостроенный балкон и умчалась дальше по коридору. Отсюда открывался прекрасный вид на детский лагерь с тёмно-зелёной черепицей на крышах уютных приземистых домиков, сразу за которыми начинался дикий пляж и широкое озеро. Где-то вдалеке за озером, среди голубеющей кромки леса, торчали серебристые башенки с овальными антеннами. Там теперь проходили новые границы Реликты.

Недели три назад мама рассказала, что к северу отсюда, на берегу местной речки, впадающей в озеро, планируют построить новый завод. Остаётся надеяться, что отходы не будут сбрасывать в воду, в которой купаются дети.

С первого этажа доносилась громкая ругань строителей, прерываемая резким металлическим скрежетом. Любопытство взяло верх. Аврора осторожно подошла к краю – балкон был ещё без перилл, из бетонной плиты лишь торчали прутья арматуры, одной стены не было вовсе. Внизу полным ходом шла стройка. Вокруг толстой сваи собралась толпа строителей, и они по очереди пробовали просверлить её дрелью. Свая же не поддавалась.

«Упаду отсюда, костей не соберу», – Аврора отошла от края и повернулась в сторону города. Вечерняя Реликта едва виднелась на западе за густыми кронами леса. Солнце слепило глаза, в ушах стоял гул, но ей всё равно очень хотелось насладиться красотой предзакатного неба.

Внезапно кто-то положил ей на плечи руки. Она вскрикнула и обернулась. Это была Шерил.

– Прости, – хохотнула наставница, – было смешно.

Аврора держалась за сердце. Эйчфон на руке тоскливо запищал, предупреждая о выбросе адреналина в кровь.

Шерил улыбнулась и осторожно прошлась по балкону, с любопытством оглядываясь по сторонам.

– Уже вижу здесь лежаки, небольшой кофейный столик, зонт от солнца и стаканчик холодной колы. Кстати, этаж будет для персонала, так что нам тут никто не помешает отдыхать после работы.

– Блеск, будем ждать. Зачем босс вызывал?

– Спрашивал про тебя. Он знает, что ты сегодня сдавала экзамены.

– Я-то ему зачем?

– Биллу нужна не ты, а я, – наставница опустила глаза и привычно закусила губу, едва не зацепив большую родинку под носом. – Сказал, ты уже большая, я могу тебя отпускать и брать новую подопечную. Видимо, не судьба мне передохнуть до лета. Говорит, форс-мажор, неделю назад за стеной нашли двух человек. Языка не знают, про Реликту впервые слышат… будет мне веселье.

– Каин и Терра? – со знанием дела протянула Аврора. – Мне Джек звонил в прошлые выходные.

– Поговаривают, они сложные личности, диковатые, – Шерил скривила губы. – Решили, что двоих на одну вешать тяжело. Мне дают девочку, а второго поручили Кейт.

– Кейт Лонега? Мы знакомы, она за мамой присматривает.

Шерил устало кивнула.

– Мне эта Терра нужна, как фонарь слепому. Босс говорит, она молчаливая, нелюдимая. Чужестранка, английского не понимает. В любом случае, для меня это плохие новости.

– А ты можешь отказаться?

– Гипотетически… могла бы, но инициатива исходит от самого Альфреда, а босс его очень боится. Альфред хочет, чтобы именно я взяла девочку. Рассматривали вариант сделать опекуном Кристи, у неё ещё два в недоборе. Она была бы счастлива взять подопечных, чтобы не работать в лагере.

– Почему Альфреду это важно? – спросила Аврора.

– Он мне доверяет. А вообще, – Шерил сильно понизила голос, её слова тонули в порывах ветра, – подозревают, что у Терры будет социальный фактор единица. Думаю, Альфред не хочет, чтобы дело дошло до упокоения.

От этого слова по рукам пробежали мурашки. В старом мире усыплять человека считалось крайне негуманным занятием, в Реликте же это была обычная практика. Несколько случаев за последние пять лет. Джека чуть не постигла та же участь.

– Блеск! Разве её не насильно привезли в Реликту! – возмутилась Ава. – И для чего? Чтобы теперь убить?!

– Тише, поэтому ко мне и обратились, – наставница склонилась к самому уху. – Работники поднаса об этом прямо не говорят, но скажу по секрету, раз уж ты в кругу избранных: в городе довольно много тех, кого не должно быть в живых. Некоторые наши коллеги, включая меня, не готовы брать такой груз на душу, поэтому подделывают результаты тестов. Уж лучше я нарушу закон, чем отправлю человека на упокоение. Люди оттуда, – Шерил ткнула указательным пальцем в небо, – знают, к кому можно обратиться с деликатными вопросами. Однажды и ты можешь оказаться перед страшным выбором, так что будь готова выбирать между жизнью человека и законом.

Глава 5. Чужаки

лето 2051

Каин протёр глаза и отбросил учебник по английскому языку в сторону, сильно испугав Терру. Она осторожно подняла книгу с глянцевыми страницами и положила на больничную тумбочку.

– Так мы с тобой ничего не выучим.

– Гори оно пропадом, – Каин уткнулся лбом ей в шею – единственное место во всём мире, где чувствовал себя, как дома. – Мы теряем время. Этот Альфред играет в свою игру, а ты ему веришь. Он тебе понравился, да? – к лицу прилила кровь. Внутренний моторчик, как обычно, завёлся с полтычка.

– Тише, – Терра провела пальцами по его запутанным чёрным волосам, – я не говорю, что Альфред мне нравится, но его помощь будет очень кстати. Ты можешь ошибаться насчёт нападения. Или насчёт комбинезона.

– Я знаю, что видел! А ты просто выставляешь меня дураком! Тебе хочется верить в чудесное спасение, надеешься, что я ошибаюсь, – он со всей силы стукнул кулаком себе по колену. – Было время, когда ты мне безоговорочно доверяла! Скоро я вовсе стану ненужным.

– Каин… – Терра схватилась за лицо.

– Тебя дурачат. Ты уже не помнишь, что нам обещали в Каргаде. А я помню! Я тоже думал, что жизнь наладится. И как? Наладилась? Ты считаешь меня параноиком, но я реалист! Они снова обманут, предадут, выпотрошат твою душу! Эти люди бросят тебя на каторгу, будут морить голодом, ставить на нас опыты! Ты этого хочешь?! Мало тебе того, через что мы прошли?!

– Ты меня пугаешь, – Терра вжалась спиной в стену и спрятала лицо за колени.

– Прости, – Каин со всей силы стиснул зубы. В такие минуты он ненавидел себя. Эмоции всегда вырывались наружу, как снежная лавина после землетрясения, сдержать их было просто невозможно. – Мне сложно даются языки, особенно тогда, когда в этом почти нет смысла.

– Я помогу тебе, первое время буду переводить.

– Терра, мы второй месяц тут торчим! – Каин обвёл взглядом палату и поморщился. – Даже в Каргаде нас выпускали на свежий воздух. Всё это ложь. Нас обманывают, снаружи нет никакого города. Мы в тюрьме! Всё это вокруг, – он обвёл рукой комнату, – это сплошная мишура, пыль в глаза. Уколы эти! – он вспомнил, как месяц назад попробовал не вкалывать АКВ, чуть не отправился в объятья покойных родителей. – Я никогда так тяжело не просыпался по утрам. Нас травят, попомни мои слова. Не знаю, какой у них план, но так больше не может продолжаться. Нужно выбираться отсюда, помоги мне придумать план побега. Ты же голова!

– Ещё рано думать о побеге. Говорю, я что-то видела в окне.

– Тебе показалось! – Каин надул ноздри. Да что она там могла видеть? Ну, отвели её в другое крыло, подключали катетер. – Специально подстроили, а ты варежку и открыла.

– Я видела крышу автобуса, там, за забором, – настаивала Терра.

– А диких лосей? Под окнами пробегали на рассвете, не обратила внимание?

– Порой ты невыносим. Делай, что хочешь, мне всё равно.

Каин насупился. Всё равно помирятся, не в первой. Она без него и шагу ступить не может, маленькая ещё. Не прошло и нескольких минут, как совесть начала грызть его изнутри. Пробормотав под нос ругательства, Каин снова уткнулся в глупый учебник.

Не успел он разобрать первый абзац, в комнату вошёл доктор Вурд, как всегда в любимом синем халате. В руке – раздутый до треска пакет, на лице – улыбка.

– Доброе утро!

Они кивнули в ответ. Как бы предвзято Каин не относился к местным жителям, Вурд казался добрым и заботливым человеком. Либо это была лишь игра, чтобы втереться в доверие.

– Сегодня день ИКС, – продолжал доктор, – проверяем эйчфоны, прижились датчики или нет, – Каин с трудом понимал английский, приходилось додумывать своими силами. – После обеда мы идём в процедурную, настраиваемся и, если всё пройдёт хорошо, то знакомимся с наставниками.

Терра перевела.

– Я принёс выходной комплект, надеюсь, с размерами не ошибся, – доктор Вурд поставил у кровати пакет и направился к двери, – могли бы и раньше начать, но процедурная сейчас занята, так что обедаем в палате. Без датчиков выходить не положено. Увидимся позже.

Как только врач вышел, они вытащили одежду из пакета. Вполне приличную. Несколько добротных штанов, в которых не грех и по скалам лазить, рубашки, толстовки, свитера. В отдельной упаковке лежало хлопковое нижнее белье, майки и носки.

Каин вздохнул. Стоило только повысить голос, доктор уже тут как тут. Разве это не подозрительно? Но другого выхода нет: придётся идти, иначе они так и останутся навсегда в четырёх стенах.

Как и было обещано, сразу же после обеда доктор Вурд зашёл за ними. В процедурную пришлось идти через соседнее больничное крыло. В отличие от предыдущей прогулки в сопровождении Альфреда, сегодня в коридорах было довольно людно, Каин насчитал более тридцати человек. Все они выглядели… нормально. Можно даже сказать, индивидуально. Никакой формы – одежда пёстрая, у каждого своя причёска, хоть и не такая смелая, как в Каргаде. В больнице было много мужчин и женщин преклонного возраста, лет под пятьдесят. Они с большим интересом рассказывали друг другу увлекательные истории. И это не укладывалось в представление Каина о тюрьме. Никакой охраны, ни наручников, ни возмущённых заключённых. Очередная показуха?

Наконец, они зашли в пропахший лекарствами просторный кабинет с несколькими кроватями, между которыми стоял большой прибор, высотой с человека. На длинной стене разместилось большое панорамное окно, в которое был виден внутренний двор больницы с вымощенными шестиугольной плиткой дорожками, лавками и фонарями. Вдалеке возвышался каменный забор с рельефными узорами, а за ним торчали кроны высоких деревьев.

– Что там? – неумело спросил Каин и ткнул указательным пальцем.

Доктор выглянул в окно и приподнял брови.

– Двор? Забор? За забором кончается больница, – развёл он руками, – там дорога и автобусная остановка. А за дорогой Центральный парк. В чём суть вопроса?

Слишком много слов, и слишком мало понятных. Каин просто кивнул.

– Если мы во всём разобрались, – ухмыльнулся врач, – то приступим к настройке? Ложитесь, начнём с вас.

Доктор Вурд присел рядом с Каином и подключил провод от прибора к эйчфону на запястье. Экраны на том и на другом засветились ярким зелёным светом, комната наполнилась монотонным писком.

– Хорошие показатели, можно в космос запускать, – усмехнулся доктор. Он стал о чём-то быстро рассказывать, Каин на первом же предложении потерял мысль и вскоре запутался.

– Говорит, что все твои показатели будут записаны в эйчфоне, – пришла на помощь Терра, – ты сможешь их смотреть в любое время. Эйчфон нужно заряжать раз в месяц, не снимая с руки. Доктор Вурд выдаст нам специальные провода. В эйчфоне будут указаны все лекарства, которые нужно принимать.

– Или яды?

Терра проигнорировала его слова и дальше переводила слова Вурда:

– Если что-то пойдёт не так, появится предупреждение. В крайнем случае, автоматически будет вызвана полиция.

– Полиция… – фыркнул Каин, – солдаты с автоматами?

– Прекрати же!

Она покраснела от возмущения.

– Готово! – наконец доктор Вурд вытащил провод и жестом пригласил Терру прилечь на соседнюю кровать.

Каин встал и взглянул на экран эйчфона: небольшого чёрного устройства, плотно закреплённого на запястье левой руки, чуть больше ручных часов, чуть меньше обычного мобильного телефона. Слова и значки были довольно мелкими, но выбирать не приходилось. Он ткнул пальцем в появившееся новое приложение «I am who I am», на весь экран развернулась таблица с какими-то показателями, которые сменялись каждые десять секунд.

– Я не понимаю, что это за цифры.

– Кровь, гормоны, может, ещё что-то, не знаю, – отозвалась Терра.

– И зачем мне это нужно?

– Если показатели выйдут за крайние значения, поступит сигнал. Может приехать медицинская помощь или полиция.

– Ну да, помощь, – Каин скорчил недовольную рожу и продолжил рассматривать приложение. По сути, этот эйчфон был обычным телефоном на запястье, только ещё показывает анализ крови. И должно быть, отслеживал их перемещение. Куда же без этого? – Как он работает?

Терра задала вопрос доктору Вурду, а затем перевела ответ:

– От него по сосудам тянется датчик, до самой аорты. Доктор просит быть осторожными, чтобы случайно не порвать артерию.

– Хорошо.

С Террой врач возился несколько дольше. Ему что-то не нравилось в результатах. Даже кому-то позвонил, проконсультировался. В итоге Вурд отключил эйчфон от прибора и удовлетворённо протянул:

– Вот и всё – птенчики покидают отчий дом. Можете забрать вещи из палаты, а потом я провожу вас к наставникам.

Десять минут спустя Каин вышел из палаты с небольшой походной сумкой за плечами – туда поместились все их вещи. С этой сумкой он не расставался с самого дома – подарок покойного отца.

Доктор Вурд и Терра ждали его у лифта.

– Нам на первый этаж, пройдёте инструктаж, получите фамилию, затем наставники отвезут вас домой. Остальные вопросы будете уже с ними решать.

Каин переглянулся с Террой.

– Домой? – переспросил он.

– Всем иммигрантам выдают стандартную квартиру, – медленно по слогам пояснил врач. – Не в лучшем районе, но вполне пригодную для жизни.

– Хорошо.

Внизу царило столпотворение. Люди всех возрастов, включая маленьких детей, слонялись по коридорам, о чём-то беседовали, кто-то улыбался, кто-то спал на ходу. В последний раз Каин видел такую толпу на «торговой» площади в Каргаде. Оставалось надеяться, что посетителей этой больницы не ждала та же печальная участь.

– Сезонный день бесплатной проверки, – старался перекричать шум толпы доктор Вурд. Он что-то ещё добавил, но Каин не понял ни слова.

– Люди пришли за бесплатными обследованиями, – пояснила Терра, – халявщики.

Каин кивнул, знал о таких не понаслышке.

Минуя длинные очереди, они прошли мимо парадного выхода и вошли в неприметную дверь с надписью «Служебное помещение». В просторной комнате за обеденным столом с чашками чая в руках сидели две женщины средних лет.

Первая, чуть постарше, блондинка, несколько в теле, под носом некрасивая родинка, с горошину, из которой выглядывал чёрный волос. Приторно добрые глаза вызывали отвращение. Строгое чёрное платье с пиджаком никак не сочетались с натянутой на лицо улыбкой. Да и кто красит волосы, если только не собираешься обманывать людей? Терра всегда говорила, что он слишком придирается к людям. Но ведь они сами в этом виноваты, люди подозрительные.

Вторая женщина, лет на пять моложе первой, вызывала больше доверия. Она не лыбилась, как дура, не выпячивала доброту наружу, вела себя сдержано. Да и одета была просто и со вкусом, почти как тётя Ливия, которую он очень любил в детстве.

– Добрый день! – доктор Вурд указал на женщину с родинкой. – Знакомьтесь, миссис Шерил Харч, а это, – он обратился ко второй, – миссис Кейт Лонега – ваши наставники. Так сказать, проводники в мир Реликты. А это мистер Каин и мисс Терра.

– Слишком много пафоса, – процедил Каин.

Терра ничего на это не ответила.

Обе женщины протянули руки, пришлось пожать, чтобы не выглядеть невоспитанным.

– Вы говорите на английском? – спросила Родинка.

– Терра говорит, – ответил за них доктор, – только она молчунья у нас. Каин пока слабоват.

– Ничего, это не проблема, – она поставила на стол небольшой прибор, размером с кулак, – у нас есть переводчик.

Каин покосился на знакомый прибор:

«Надеюсь, Терра понимает, что они заодно с Альфредом? Нужно быть вдвойне внимательным».

– Переводчик будет не лишним, – врач взялся за ручку двери. – Я вам нужен, или сами справитесь? У меня через десять минут осмотр.

– Думаю, мы сами, – женщины переглянулись и согласно кивнули. – Сергей, можешь идти, не беспокойся, спасибо.

– Если что, я на связи, – доктор Вурд на прощание пожал Каину руку и поспешно удалился.

Наступило неловкое молчание, которое Родинка постаралась поскорее нарушить.

– Чаю? – она включила прибор-переводчик.

– Нет, – коротко ответил за обоих Каин. – Приступим к делу.

Кейт улыбнулась, чем сильно смутила его. Снова пауза. Неужто они чувствуют его недоверие?

– Думаю, нам нужно снять напряжение. Должно быть, вы чувствуете себя скованно, вам пришлось долгое время жить взаперти. С этого дня вы вольны делать всё что захотите.

– В рамках законов Реликты, – поспешила добавить Шерил.

Каин молчал, наблюдая за поведением будущих наставниц.

– В самом деле, ребята, – Кейт похлопала ладонями по столу, – будем проще. Уверена, у вас много вопросов. А в наших головах полно ответов. Это не допрос, а обычная беседа. Позвольте, я всё же угощу вас чаем, хорошо?

Терра вопросительно взглянула на него. Каин нехотя кивнул. Ему было бы проще, если бы разговор прошёл быстро и по существу.

Кейт радостно подскочила со стула и поспешила приготовить чай, пока они не передумали.

– Я пока расскажу план сегодняшнего дня, – между тем продолжала лыбиться Родинка. – Мы выдадим вам новые документы, обсудим основные моменты жизни в Реликте, затем потренируемся пользоваться ПЭДом и отправимся в вашу новую квартиру…

– Вы теперь будете следить за нами? – со строгостью в голосе спросил Каин.

Шерил запнулась и приподняла брови.

– Следить? Зачем нам за вами следить? – она приоткрыла рот, словно что-то поняв. – Думаете, вас держат в тюрьме? Это не так.

– Значит, мы можем уйти из города?

Родинка облизала губы.

– По периметру стоит охрана, территория Реликты ограждена стенами. Наружу разрешено выходить только рубежникам и то ненадолго. Но это для вашей же безопасности.

– Значит, мы в тюрьме.

– Нет! Если слишком далеко уйти, то можно не успеть вернуться до десяти! Без укола вы умрёте! – Родинка округлила глаза. – Почему ты хочешь уйти из города, Каин?

Либо она глупа, либо прикидывается. Одно другого не лучше.

– Неважно. Рассказывайте.

Кейт поставила дымящиеся чашки на стол, а рядом небольшое блюдце с горстью печенья:

– Дорогие мои, вы попали в беду. Наши рубежники нашли вас при смерти, привезли в больницу. Врачи вас выходили, нет никакого заговора. Просто без лекарств вы погибнете, – она присела напротив Каина. – Когда я была маленькой девочкой, мои родители месяцами ждали очереди, чтобы попасть в Реликту. Мы родом из пригорода Лондона, Великобритания. После третьей мутации коронавируса жить стало просто невозможно, сотни тысяч людей задыхались. Далеко не всем, кто хотел, повезло уплыть с острова. Можете как угодно относиться к Реликте, но это место спасло десятки тысяч людей от мучительной смерти.

– Десятки тысяч? – нахмурился Каин.

– А, по-вашему, – усмехнулась Шерил, – сколько здесь живёт людей?

Он молчал. Спроси у него полчаса назад – ответил бы «несколько сотен», в лучшем случае.

– Нужно просто выйти в город, Шерил, у ребят всё встанет на свои места, – сказала Кейт. – Начнём с документов?

– Да, – Родинка вытащила из небольшой сумки две жёлтые папки и протянула их Каину и Терре. – Это начальный комплект документов, мы их уже внесли в базу, осталось только уточнить возраст и подтвердить в эйчфоне. Всё необходимое будет у вас на запястье.

Каин открыл папку и первым же делом увидел удостоверение жителя Реликты.

– Это не моя фамилия.

Терра тоже покачала головой.

– Знаю, – Шерил наклонилась вперёд и ткнула жёлтым лаковым ногтём в удостоверение, – это уже не имеет значения. Ваша новая фамилия: Доннелли. Восьмое сословие. Неважно, кем вы были за стенами Реликты, теперь у вас новая жизнь. Имя у вас останется прежним, а к фамилии придётся привыкнуть. Она играет большую роль.

– Какую роль?

– Сословие определяется количеством букв в фамилии, – пояснила Кейт. – Чем меньше букв – тем выше сословие, а чем выше сословие – тем престижнее семья. Например, Реликтой управляют четыре семьи из второго сословия: семьи Ан, Ву, Мо и Ли.

– Альфред Ан, – выпалил Каин. Так вот, кто он такой, не врач, не учёный. Он один из Заправлял в городе.

– Альфред, да – подтвердила Шерил, – он относится к правящей семье. Скажу между нами, он очень проникся вашей историей и хочет помочь. Альфред особенный человек. Благодаря ему мы в Реликте живём, а не выживаем, как снаружи.

– Почему мы в восьмом сословии? Кто за нас это решил?

– Сословия распределяются по алфавиту, – продолжила Кейт, – когда заканчиваются хорошие сочетания, добавляют новую букву. В очень редких случаях фамилии могут повторяться, но это скорее исключение, чем правило. На данный момент заполняется восьмое сословие. Реликте скоро стукнет четвёртый десяток лет. Чем раньше пришёл человек, тем выше у него сословие, всё просто.

– И как именно сословие влияет на нас? Чем мы будем отличаться от второго сословия?

– Зарплатой, – шмыгнула носом Шерил. – Чем выше сословие, тем выше зарплата, вернее, коэффициент, но пока что не берите в голову. Есть ещё некоторые привилегии, но это уже не так важно. Не думаю, что вам кровь из носу нужно будет попасть в закрытый клуб для третьего сословия.

– Какая у вас справедливая система, – Каин сложил руки на груди. – Настоящий рай на Земле.

Ему не впервой оказываться на самом дне выгребной ямы. Он уже давно привык, что счастье в этом мире создано не для него. Только Терру жалко, она совсем не заслужила такого обращения к себе. С её-то мозгами… можно планету повернуть против оси.

Шерил смущённо опустила глаза в документы и прочистила горло.

– Также вы должны указать свой возраст.

– Мне двадцать шесть, ей семнадцать, – ответил Каин, не задумываясь.

– Врать, по большому счёту, не имеет смысла, – пожала плечами Кейт, – от этого лишь будут зависеть ежегодные медицинские проверки и подбор лекарств во время болезни. Вы должны понимать, лекарства для двадцатилетних не всегда подходят старикам.

– Двадцать шесть и семнадцать!

«Разве я похож на старика?»

– Хорошо, – Шерил снова ткнула в документ ногтем, – вот тут можете написать дату рождения, и во втором экземпляре тоже. Отлично! Терра, напиши и передай, пожалуйста.

– Что ещё нам нужно знать? – Каин с хлопком бросил стопку листов возле Шерил. Женщина сложила губы в трубочку и тяжело вздохнула.

– Угощайтесь, – Кейт согнула брови треугольником и подвинула тарелку с печеньем, – никто так и не притронулся к чаю.

Терра покосилась на него.

«Надеюсь, нас не отравят. Иначе для чего весь этот цирк?»

Каин нехотя дал добро. Она осторожно коснулась губами остывшего чая и довольно облизнулась.

– Самое важное, что вам нужно знать: ни в коем случае нельзя пропускать укол АКВ, – продолжала Родинка. – Его нужно колоть строго в десять вечера, не раньше и не позже. При некоторых профессиях есть отличия в полчаса. В остальных же случаях, строго в десять, – повторила она. – Если затянете, то можете задохнуться. Лекарство действует, как снотворное: вы отключитесь за несколько минут, поэтому перед уколом подготовьтесь ко сну. Наутро будет тяжелая голова, всё будет валиться из рук, не будет сил, работать до обеда будет тяжеловато, но вы к этому привыкнете. К вечеру эффект почти пропадает.

Каин кивнул, ему уже месяц колют АКВ – ощущения до омерзения неприятные. В Каргаде он ненавидел вечер, теперь же весь день ждал его с нетерпением.

– Поэтому всем жителям Реликты устанавливают катетер. При желании, его всегда можно перенести на запястье возле эйчфона, только это стоит много ченсов.

– Шансов?

– Ченсов – это наша валюта, – пояснила Шерил. – Во время работы они автоматически начисляются вам на счёт, всё будет в эйчфоне. Чтобы что-то купить, нужно воспользоваться терминалом или ПЭДом, – она подошла к большой стойке с дисплеем и синим значком конверта. Сверху и снизу к стойке подходила толстая непрозрачная труба. – Смотрите.

Каин и Терра встали из-за стола и приблизились к незнакомому устройству. Над дисплеем было что-то написано, но он не смог прочитать.

– Это пневматическая почта экстренной доставки, сокращённо ППЭД, мы просто говорим ПЭД. Не знаю, как вы раньше покупали товары, ПЭД – это быстрый способ что-то купить в Реликте. Для начала засовываем руку в карман ПЭДа, – Родинка сунула запястье с эйчфоном в небольшое узкое отверстие. Маленькие лампочки по контуру дисплея засветились красным и через несколько секунд позеленели.

– Нужно дождаться, пока ПЭД синхронизируется с вашим эйчфоном, будет небольшая вибрация. А затем появится приветственная надпись, – она вынула руку из кармана и указала на дисплей. – Нужно будет выбрать, «отправить» или «получить». Чаще всего вы будете что-то покупать, так что для примера давайте выберем «получить».

Шерил несколько минут показывала им разные окна, казалось, здесь можно было купить что угодно: мясные изделия, молоко, крупы, овощи, фрукты, готовые блюда, закуски, десерты. И это только съестное! С каждой новой вкладкой глаза Каина становились всё шире и шире. Каргад в сравнении с Реликтой походил на безжизненную деревню.

– Предположим, вы захотели купить воду, – продолжала Родинка.

– Хочу это! – Каин ткнул пальцем в картинку с изображением ветчины.

Шерил хохотнула.

– Кто-то забыл пообедать? Ну, хорошо. Нажимаем на иконку с ветчиной, выбираем упаковку по весу. Допустим, вот эту, чтобы полегче было, нажимаем. Далее «оплатить корзину», ещё раз прикладываем эйчфон для оплаты. Готово!

ППЭД глухо засвистел.

– Набирает давление, – Шерил улыбнулась, – ветчина сейчас летит по трубам с ближайшего склада. Некоторые товары быстро приходят, некоторых нужно ждать какое-то время. Крупные товары привозят доставщики, можно указать, если потребуется помощь при разгрузке, тогда приедут ещё и грузчики. Самое главное – не забыть купить АКВ. Обычно после девяти он тупит, очень много заказов, так что советую покупать заранее.

– Я бы закупился на неделю вперёд, – хмыкнул Каин, уже прикидывая в голове, сколько ему потребуется взять с собой уколов, чтобы сбежать из города. В его голове уже зрел план, осталось только всё разузнать.

– Не получится, – вернула его с небес на землю Кейт, – продажа начинается в шесть вечера, по одной капсуле в сутки на человека.

– Принял, – придётся ещё соображать.

ППЭД с тихим хлопком прекратил свистеть.

– Прилетела, – Шерил открыла полупрозрачное окошко и вытащила из него небольшую прозрачную упаковку, внутри которой, о чудо, лежала ветчина. – Это контейнер, если нужно что-то отправить, кладите в него вещи. Если вещь будет слишком тяжёлая, то вам напишут на экране. Будешь?

Каин схватил упаковку и одним движением разорвал её вместе с самой ветчиной пополам. Одну половинку он протянул Терре, вторую же съел за два жевка.

«Как же вкусно!»

– Если у вас не осталось вопросов, – Шерил и Кейт подозрительно переглянулись, – то мы можем отправляться в вашу новую квартиру.

Каин забросил за плечо сумку и взял Терру за руку.

Впервые за долгое время над головой оказалось чистое небо. По щекам скользнул теплый ветерок, воздух источал запах города. Не столь мерзкий, как в Каргаде, пропахший бензином и выхлопами, но и не такой приятный и умиротворяющий, как дома в горах. Взмывшая стая голубей на мгновение заслонила жаркое солнце.

Каин делал неуверенные шаги по больничному тротуару, пытаясь раскусить злодеев Реликты. Он жадно цеплялся ко всему, что мог увидеть, надеясь понять их коварный план. Здесь не может быть так красочно, как рассказывают. Каргад тоже первое время казался спасением.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.