Султан Рузго
Схизис

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Дневник пациента

Я

Кармэйн Уэзби

Получилось!

Я не знаю, как долго смогу писать, поэтому буду краток: я заперт внутри пациента Мёрфи Шелдона. Меня зовут Кармэйн Уэзби, и я не знаю, что, чёрт возьми, происходит. Возможно, я мёртв, а может, нахожусь в коме. Я говорю сейчас о моём физическом теле. Потому что если я нахожусь внутри Мёрфи, то кто контролирует моё тело? Это точно не обмен душ, ведь Мёрфи тоже тут, со мной. Это трудно для понимания. Он управляет своим телом и… мыслями. А я, как паразит. Не

(запись обрывается)

Газета «Калейдоскоп», 1 января, вечерний выпуск

Чудовищное кровопролитие в психиатрической больнице

Утром, 1 января, в полицию поступил звонок из психиатрической больницы «Инверто», расположенной на окраине города. Напуганный охранник сообщил, что все сотрудники и пациенты больницы мертвы. Явившись утром на работу, он должен был сменить коллегу на посту, но вместо того обнаружил окровавленные трупы по всей больнице. Полиция прибыла на место и подтвердила информацию.

У стен «Инверто» скопились десятки машин и сотни людей. Среди них родственники и близкие погибших. К вечеру на месте дежурит бригада скорой помощи, так как с самого утра матери погибших падают без памяти, у одной обострилась астма, у другой случился инсульт, у троих отцов подскочило давление, а у бедного малыша и вовсе диагностировали отморожение. Несмотря на лютый мороз и обострившиеся болезни, люди продолжают оплакивать погибших и ожидают у стен больницы каких-либо известий. «Инверто» оцеплена для проведения следствия, а полиция отказывается от каких-либо комментариев. Наши репортёры не покидают «Инверто», ждём новых подробностей.

Дневник пациента

02:35, 20 декабря. Моя вчерашняя запись получилась сумбурной, а в конце я и вовсе потерял контроль над телом Мёрфи и так и не успел закончить запись. Мне очень трудно собраться с мыслями. Текст может выйти трудным для понимания. И всё же надеюсь, что эти записи попадут в руки человеку, способному всё понять, а главное, поверить.

Боже мой! Я не могу это (запись обрывается)

04:30. Мёрфи видел кошмар. С такими-то снами любая психика сломается! Я вижу сны вместе с ним. Два часа назад, когда я делал запись, комната вдруг поплыла, и всё вокруг заполнилось серой пеленой. Переход ко сну Мёрфи ужасен: в такие моменты реальность и сновидения сливаются, образуя пугающую вереницу пространства и времени.

Потом комната и вовсе исчезла, и я очутился на лодке, плывущей по бескрайнему океану. Всё происходило словно в чёрно-белом кино, но серые цвета были омерзительными, пугающими и неприятными. Лодку постоянно раскачивало, и тошнота не отпускала меня. Она доходила до того самого предела, когда хочется умереть, но вместо облегчающей рвоты, я с ужасом наблюдал выплывающие из воды бесчисленные полчища невиданных тварей. Тощие, сгорбленные, они походили на рыбий скелет. Вместо туловища торчал позвоночник, расширяющийся кверху. Ноги тонкие, точно прутья, а руки волнистые, похожие на щупальца. Вместо головы и шеи на верхнем позвонке вырастала огромная пасть. От неё тянулись в сторону два отростка, точно антенны, на концах которых виднелись узкие рыбьи глаза. Сзади пасти, словно горб, располагалась желеобразная масса, имитирующая мозг. Но, приглядевшись, можно было заметить двигающихся в ней червей. Твари были кроваво красного цвета, покрытые отвратительной слизью. Они походили на плодные массы после выкидыша у женщины. Мёрфи называл их «Давардами».

Они раскрывали пасти и дьявольски хохотали. Потом внезапно набрасывались друг на друга и точно сливались. Одна особь вдруг начинала пожирать другую. Потом они все устремляли взгляды на меня, визжали страшным рёвом и взрывались. Мерзкие кровавые останки покрывали слоем слизи поверхность океана. Омерзительная вонь заполняла мои ноздри, и тошнота снова нарастала. Потом поднимались волны и уносили грязные останки тварей. Но раскачивание лодки вновь доводили меня до изнеможения, и вместо рвоты опять из-под воды всплывали страшные твари. Всё повторялось по кругу. Десятки, сотни, тысячи раз – время во сне длилась бесконечно.

Этот кошмар мучает меня вот уже третью ночь подряд, с того самого момента, как я оказался внутри Мёрфи. Но этот дикарь во сне испытывает какое-то ненормальное наслаждение от происходящего, потому что когда он просыпается, его бельё оказывается испачканным семенной жидкостью. Я чувствую её на его коже и… Боже, спаси меня! 

Газета «Калейдоскоп», 2 января, утренний выпуск

Жуткие цифры с «Инверто»

Ранним утром 2 января полиция, наконец, выступила перед родственниками погибших. Все четыре врача, восемь медсестёр, двенадцать санитарок и санитаров были опознаны благодаря бейджикам с фото и именами на них. Ожидалось большее число жертв среди работников больницы, но, к счастью, в новогоднюю ночь в «Инверто» дежурило минимальное количество сотрудников. Их коллеги, которым повезло оказаться в ту ночь за стенами психиатрической больницы, со вчерашнего дня оказывают ту или иную помощь семьям погибших.

Среди пациентов цифры неутешительные: все 143 из 143 пациентов мертвы. Началась процедура опознания с родственниками погибших. Ждём дальнейших известий.

Дневник пациента

11:00, 20 декабря. Мёрфи с самого пробуждения впал в буйную агрессию. Он набрасывался на стены, бил ногами о дверь, перевернул кровать и кричал на всю больницу. Врачи скрутили его и усыпили чудовищной дозой транквилизаторов. Он уснул, а у меня появилась возможность сделать запись днём. Почему я не пытаюсь связаться в моменты контроля над телом Мёрфи с врачами? Почему не предпринимаю попытки побега? Откуда у меня ручка и бумага для этих записей? Чтобы вы понимали моё положение, я разъясню кое-что.

Во-первых, Мёрфи – сумасшедший, заключённый в палату без окон и каких-либо предметов, могущих причинить ему вред. За исключением настенных часов высоко над кроватью. Вы думаете, если он заявит врачу, что он никакой ни Мёрфи, а другой человек в его теле, то всё разрешится? В таком случае вы переоцениваете внимание докторов к высказываниям пациентов.

Во-вторых, Мёрфи не выпускают из палаты ни днем, ни ночью, в виду его чрезвычайной агрессивности. Сбежать отсюда невозможно, а даже если получится, то рано или поздно Мёрфи проснётся и вернёт контроль над своим телом.

В-третьих, у него обнаруживается странная склонность к рисованию. Ему выдали альбомные листы и мягкие карандаши, безопасные для него. В первую ночь мне не удалось спрятать записи, но Мёрфи, к счастью, не притронулся к ним, так как весь день пролежал в меланхоличном ступоре на кровати. Периоды агрессии чередуются у него с таким вот состоянием. Но прошлой ночью, я спрятал записи под полом. В углу палаты часть паркета на полу отходит и к счастью, это явление пока не заметили ни сотрудники больницы, ни сам Мёрфи. Там я и прячу свои записи. Сегодня утром, когда Мёрфи пытались усмирить, я слышал, как врачи, обнаружив пропажу нескольких листов, предположили, что он съел их.

Ну и напоследок разберёмся с целью моих записей. Итак, зачем я их пишу и почему скрываю от врачей? Привлечь внимание скептично настроенных специалистов довольно трудно, особенно если ты заточён в теле буйного и неприятного Мёрфи. Поэтому я решил расписать достаточно данных, способных подтвердить истину моих записей и только потом передавать их врачам. Да и я не уверен, смогу ли вернуться в своё прежнее тело… А эти записи пока единственный способ моего общения с окружающим миром.

Похоже, транквилизаторы начали действовать и на меня. Снова комната начинает сливаться со сновидениями Мёрфи. Мне нужно поспешить спрятать записи под полом, пока я не вырубился.

12:30. Транквилизаторы убавили влияние, но Мёрфи всё ещё спит. Мне удалось взять контроль над его телом, и я собираюсь поговорить с врачом. Эти сны не выносимы

Записи резидента Чарли Мэлроуза

Протокол беседы с пациентом Мёрфи Шелдоном

20 декабря в 12:35 дня с палаты номер 33 начали доноситься крики. Мёрфи Шелдон просил медсестру вызвать к нему врача. В 12:40 пациента связали, после чего пришёл доктор А.А.Б. Вот задокументированный отрывок беседы пациента с врачом, записанный на диктофон:

«Доктор: – Повторите вашу просьбу, мистер Шелдон.

Пациент: – Мне нужно, чтобы вы позвонили моей матери!

Доктор: – Мистер Шелдон, если мне не изменяет память, вы выросли в приюте.

Пациент: – Я знаю, что мои слова звучат неправдоподобно, но вы должны мне поверить! Позвоните Лоре Уэзби и пригласите её сюда!

Доктор: – Кто такая Лора Уэзби?

Пациент: – Моя мать!

Доктор: (смеётся) – Простите, но вашу мать звали Мари Шелдон…

Пациент: – Я ведь предупреждал, что мои слова покажутся бредом! Я прошу о помощи, и не отвернитесь от меня! Прошу вас, дайте мне шанс… (плачет)

Доктор: – И что я должен сказать Лоре Уэзби?

Пациент: – Передайте ей, что я заперт здесь! Я – тот, кто подарил ей в первом классе собственноручную аппликацию маргариток, её любимых цветов. Тот, кого она однажды потеряла в толпе у парикмахерской. Тот, кто… передайте ей все эти слова, и она всё поймёт! Мне вы не поверите, так как перед вами сумасшедший пациент психиатрической больницы, но она всё подтвердит!

Доктор: – Подтвердит что?

Пациент: – Я не могу сказать, так как вы сразу решите, что я сумасшедший!

Доктор: – Но вы ведь сами недавно подтвердили, что являетесь сумасшедшим пациентом психиатрической больницы. Вы помните, как вели себя сегодня с утра?

Пациент: – Да, помню. Хорошо, пусть я буду сумасшедшим. Но Лора Уэзби – она всё подтвердит!

Доктор: (смеётся) Послушайте…

Пациент: – Доктор, давно пациент Мёрфи… давно ли я нахожусь в больнице?

Доктор: – А вы сами не помните?

Пациент: – Я ведь находился тут во время осеннего фестиваля?

Доктор: – Да, находились.

Пациент: – И ведь я не мог никак узнать подробностей фестиваля?

Доктор: – Скорее всего, не могли.

Пациент: – Тогда слушайте: на фестивале столкнулись два автомобили, а затем завязалась драка. В тот же день, выступал комик Уайден и рассказывал о стариках с деменцией. Вечером того дня Кармэйн Уэзби снял номер в отеле «Симфония». Вы можете проверить эту информацию и убедитесь, что об этом не мог знать пациент, заточённый в психиатрической больнице, без доступа к новостям и не общающийся ни с кем!

Доктор: – Я могу проверить. Но почему я должен верить вам? В прошлый раз вы требовали отпустить вас домой, аргументируя тем, что вас ждёт жених и у вас вот-вот состоится свадьба. Рассказывали, что всем нужно бежать отсюда, так как некая «лодка» скоро перевернётся, и мы все умрём. Что же выходит, мне нужно исполнять все ваши просьбы?

Пациент: – Эта чёртова лодка! (смеётся и плачет) Да, доктор, негоже вам верить мне. Но прошу, проведите психиатрическую экспертизу со мной и тогда решайте, верить мне или нет!

Доктор: – Мистер Шелби…

Пациент: – Пожалуйста! Не отвергайте мою просьбу! Посмотрите мне в глаза! Посмотрите! Я такой же человек, как и вы! Разве не за тем вы обучались медицине, чтобы помогать людям?! Пожалуйста!

Доктор: – Хорошо, мистер Шелдон, хорошо! Только успокойтесь. Сейчас вы отдохните, поспите немного, а завтра утром мы проведём экспертизу…

Пациент: – Нет! Завтра может быть поздно!

Доктор: – Почему же?      

Пациент: – Я не могу объяснить, так как вы примите меня за сумасшедшего!

Доктор: – Опять вы забываете, где находитесь и кем являетесь…

Пациент: – Провидите экспертизу сейчас! Чего вам стоит?!

Доктор: – Сейчас у меня есть работа и я…

Пациент: – Умоляю вас!»

Пациент бросился в колени доктору А.А.Б. и вёл себя неадекватно. Пришлось ввести ему седативные препараты.

Газета «Калейдоскоп», 2 января, вечерний выпуск

Скандал в психиатрической больнице «Инверто»

Глава следственного комитета выступил с первыми результатами расследования. Выводы полиции вызвали настоящий скандал. Но обо всём по порядку.

Итак, как сообщается, тела всех пациентов найдены в их палатах. Все двери были заперты, как полагается на ночь. Погибшие врачи, медсёстры и санитары находились в кабинетах, на постах и в ординаторских комнатах, что также соответствует логике их требуемого расположения в психиатрической больнице. За исключением одного сотрудника, тело которого обнаружили в коридоре. Тело охранника оставалось на посту у главного входа. Более того, все входы и выходы из больницы оставались запертыми до прихода другого охранника, обратившегося в полицию. Некоторые палаты с особенно буйными пациентами лишены окон. В тех же, где они есть, установлены решётки. Ни одно окно не повреждено. Крышу и полы также не обошли тщательной проверкой, и все они в целостности и сохранности.

Таким образом, утверждает следствие, психиатрическая больница была полностью запечатана в ту жуткую ночь, и никто ни покинуть, ни посетить её не мог. Поэтому, не исключается и возможность «несчастного случая» или даже «массового самоубийства».

Последнее заявление вызвало бурю негодований среди населения. С утра у стен психиатрической больницы скопились десятки протестующих граждан, требующих открытого расследования и правды. Журналисты и репортёры атакуют следственную комиссию, но почти все вопросы игнорируются. Все, кто наслышан о трагедии, а наслышаны должны быть все, недовольны объяснениями полиции и у многих такая ситуация вызывает страх.

Но пока рано делать какие-либо выводы. Расследование продолжается, а полиция ещё не вынесла окончательный вердикт.

Записи резидента Чарли Мэлроуза

Аномальная реакция пациента на транквилизаторы

Сегодня утром состояние пациента ухудшилось, наблюдалась агрессивность, буйность, суицидальное поведение и полная дезориентировка во времени и пространстве. В 10:30 утра пациенту была введена большая доза сильнейшего транквилизатора, после чего он быстро уснул. Однако, в 12:35, то есть через два часа, пациент в состоянии полного бодрствования потребовал консультации с врачом. Во время беседы пациент выглядел обеспокоенным, тревожным и требовал от врача вызвать его мать, называя её другим именем. Мать Мёрфи Шелдона скончалась много лет назад. За исключением некоторого нарушения в самоидентификации, пациент адекватно отвечал на вопросы, проявлял признаки сохранённой ориентировки в пространстве и во времени. По окончанию беседы с врачом тревога пациента усилилась, наблюдалась аффективная реакция и эмоциональная несдержанность. Пациенту ввели транквилизаторы, и он быстро уснул. На момент написания данной заметки (20 декабря, 20:50) пациент спит уже более 7 часов.

Газета «Калейдоскоп», 3 января, утренний выпуск

Пропал пациент из отделения реанимации городской больницы

Трагедия в психиатрической больнице «Инверто» в последние дни заполонила собой все средства массовой информации. Все хотят узнать лишь одно: что случилось в кровавую новогоднюю ночь в «Инверто»? Однако в погоне за исследованием данного события остался незамеченным беспрецедентный случай, о котором и пойдёт дальше речь.

Стало известно, что утром 1 января, медсестра из отделения реанимации городской больницы обнаружила пропажу пациента Кармэйна Уэзби. 3 декабря он поступил в реанимацию с нарушением сознания. Врачи диагностировали кому, и в таком состоянии пациент пролежал до 1 января. Со слов санитарки, убиравшей палату Кармэйна Уэзби вечером 31 декабря, пациент по-прежнему лежал без сознания, подключенный к аппарату искусственной вентиляции лёгких. Но уже следующим утром, медсестра заявила о пропаже больного. Полиция третий день ведёт поиски пациента, однако до сих пор не удаётся найти и следа Кармэйна Уэзби.

Записи резидента Чарли Мэлроуза

Аномальная реакция пациента на транквилизаторы. Продолжение

21 декабря, 19:17. Пациент Мёрфи Шелдон всё ещё спит. Утром ему провели некоторые обследования, исключившие развитие какой-либо патологии. Однако на электроэнцефалографии головного мозга пациента были обнаружены парадоксальные показатели. В норме у здорового человека во время фазы бодрствования на электроэнцефалограмме наблюдаются ритмы, не характерные для фазы сна – назовём их «дневными». Во время сна регистрируются свои специфические ритмы – именуем их «ночными». Мёрфи не просыпается уже двое суток подряд. Во время процедуры электроэнцефалографии он также находился в состоянии сна, что подтверждают выявленные «ночные» ритмы. Однако одновременно с ними были зафиксированы и «дневные» ритмы, характерные только лишь для фазы бодрствования. Картина на электроэнцефалографии не соответствует эпилепсии и другим известным состояниям и заболеваниям. Создаётся впечатление, что пациент одновременно спит и бодрствует. Будто мы сняли электроэнцефалограмму одновременно двум людям, один из которых спит, а другой бодрствует. Обе последние гипотезы выходят за грани реального, но и реальная действительность не способна объяснить данный феномен.

Газета «Калейдоскоп», 3 января, вечерний выпуск

От культа дьявола до научных открытий – история старейшей психиатрической больницы «Инверто»

Психиатрия – сравнительно молодая наука. Важнейшие постулаты и открытия были совершены в XIX-XX веках. Но психические расстройства существуют столь же долго, сколько и сам человек. История первых попыток интерпретации психических заболеваний и их лечения довольно плачевная, ибо не имела ничего общего с научными подходами. Однако наука не в силах дать объяснения сохранившимся сведениям об истории места, на котором сейчас возвышается психиатрическая больница «Инверто».

В XV веке, на волнистых холмах, покрытых зелёными лугами, с видом на высочайшие горы, располагалось огромное кладбище. Дата его основания неизвестна, однако сохранились сведения о захоронении, датированном 1187 годом. Следовательно, на тот момент кладбище переживало уже третье столетие. В книге «Мифы Лавбери» упоминается сказание о «мокром кладбище». Его тексты гласят, что над кладбищем всегда сгущались тучи и лил дождь, даже когда в округе сияло солнце. Детей, беременных и больных не пускали к захоронениям, где по приданиям обитали существа, «ворующие души». В художественной галерее искусств сохранилась работа художника XV века Мигеля Дантеса, подписанная им как «Давард». На картине изображено сгорбленное тощее существо c щупальцами вместо конечностей, оголённым нечеловеческим позвоночником, на вершине которого располагается широкая пасть, от неё широко расходятся в стороны длинные выпученные как у рыб глаза, а сверху затаился клубок червей. «Нечто» кроваво-красного цвета, покрытое слизью и напоминает сосудистый скелет человека. Расшифровка надписи показало, что с древнего языка «Давард» переводится, как «ворующий душу». Сегодня картину Мигеля Дантеса ассоциируют со сказанием о «мокром кладбище».

К концу XVI века люди покинули волнистые холмы, и кладбище оказалось заброшенным. Вскоре на его месте решили основать пастушью станцию. Могильники снесли, а на месте соорудили большой загон для животных. Пастухи соорудили для себя поблизости ветхие избы. Подробностей периода существования пастушьей станции немного, но до наших дней дошла одна интересная деталь из книги «Мемуары животновода», составленной пастухами. Отмечалось, что животные спустя некоторое время пребывания в загоне на пастушьей станции становились буйными и агрессивными. Однажды, целое стадо быков взбунтовалось, и устроило настоящий хаос. Озверевшие животные бросались друг на друга, вспарывали острыми рогами брюха, а, в конце концов, разломали загон и набросились на пастушьи лачуги. Не сообщается о жертвах того происшествия, однако после случившегося станция перестала существовать. Наводнение в 1616 году снесло остатки станции, и её вопрос был окончательно закрыт.

Однако столетие спустя заброшенную пустошь на холмах прибрали к рукам любители «рогатых боёв» – так именовались схватки разъярённых быков. Было замечено, что на холмах скотина совершенно звереет, и такое обстоятельство утвердило пустошь в качестве лучшего места для «рогатых боёв». Несколько десятилетий на волнистых холмах проводились жестокие бои, собиравшие вокруг себя толпы зрителей. Даже устраивались чемпионаты, по случаю которых на холмах образовывались целые празднования и ярмарки. А несчастные животные снова и снова прибывали на холмы, поголовно бесились и с налитыми кровью глазами бросались на кровавую арену смерти. В «Мемуарах животновода описана история о «красном буйволе», который напугал до смерти всю округу. С самого появления на свет он стал знаменит в кругу животноводов гигантскими размерами и красного цвета шерстью. В шесть месяцев скотина вымахала до размеров, превосходивших всех самых больших взрослых быков. Он продолжал расти, и вскоре хозяину пришлось выстроить для животного отдельный сарай, ибо прежний стеснял громадную скотину. Через год бык достиг совершенно нереальных размеров. В «Мемуарах животноводства» описывается, что парнокопытный гигант в высоту превосходил взрослую лошадь. Однако, что не менее удивительно, животное отличалось абсолютно мирным нравом. Среди любопытных приезжих, желавших узреть знаменитое чудище, порой бывали и дети. Бык настолько спокойно реагировал на людей, что родители подпускали детей погладить животное, а иной раз усаживали верхом. «Мемуары животновода» свидетельствуют, что вскоре быка купили у хозяина и привели на волнистые холмы, где процветали «рогатые бои». Многие сомневались в способности столь мирного животного вступить в сражение, однако всем было интересно поглядеть на невероятное зрелище.

В тот день вокруг арены собралось несколько сотен человек. Состоялось несколько боёв, закончившихся кровавым месивом – отмечалось, что животные в тот день отличались особенной яростью. Но те бои были лишь разогревом перед грандиозным событием. Вот-вот на арену должен был выйти самый большой бык в памяти людей – «красный буйвол». Однако соперник его был не менее знаменит. В «Мемуарах животновода» он упоминается, как абсолютный чемпион, выигравший все бои, в которых участвовал. Его называли «пиранью», ибо он поедал всех своих соперников. Размерами «пиранья» превосходил обычных быков, но явно уступал «красному буйволу». Вот такие невероятные соперники должны были сразиться друг с другом. И когда их вывели на арену, началось что-то невероятное: «пиранья» сходу бросился на «красного буйвола», выставив вперёд мощные и заострённые рога, пронзившие плоть десятков прежних соперников. Мирное животное даже не попыталось защититься и попало под чудовищный удар дикого противника. «Пиранья» не покинул павшего соперника и впился зубами в его плоть под шеей. Зрители недоумевали столь быстрой развязке долгожданного боя. Однако вскоре поверженный бык вдруг ужасающе зарычал, спугнув всех вокруг. «Пиранья» в ужасе отскочил от него, но это его не спасло: «красный буйвол» поднялся с земли и, раскрыв гигантскую пасть, кинулся на соперника. Всей своей двухтонной тушей он повалился на «пиранью» и переломал ей разом все кости. Но этим всё не кончилось. «Красный буйвол» направил пасть на голову соперника и начал заглатывать её, подобно змее, поедающей жертву. Далее событие описывается как «неописуемое» и свидетельствуется, что зрители в ужасе начали разбегаться. Но всё самое худшее только начиналось, ибо «красный буйвол» внезапно потерял интерес к жертве и с чудовищным рёвом бросился на трибуны. Ограда арены не устояла под натиском гиганта и пала. «Красный буйвол» настигал людей и топтал их копытами, другим откусывал на ходу головы, третьих фаршировал рогами. И всё это сопровождалось ненормальным дьявольским рёвом животного. «Мемуары животновода» указывают, что быка в тот день умертвили.

Далее хотим обратиться к другому источнику – книге «Мифы Лавбери». Там немного иначе описаны как предпосылки, так и исход того боя. «Мифы Лавбери» гласят, что на волнистые холмы прибыл в те годы «странный человек», скрывающий лицо под чёрной материей. Он был молчалив, и никто не знал о нём каких-либо подробностей. Рассказывается лишь, что он жил где-то в горах и появлялся так же внезапно, как и исчезал. Он и купил «красного буйвола» у хозяина. Жители любопытствовали, зачем ему понадобилась скотина, однако никто не полагал, что тот приведёт его на «рогатые бои». Но всё же ничего сверхъестественного не происходило до самого боя. Когда «пиранья» повалил «красного буйвола» и впился зубами в его плоть, дабы умертвить соперника, «странный человек», скрывающий лицо под чёрной материей, поднялся с трибун и стал воспевать что-то на неизвестном языке. Зрители не сразу обратили на него внимание. Но внезапно, после причитаний «странного человека», «красный буйвол» заревел паронормальным голосом. Его рёв разносился на всю округу и внушал чудовищный ужас. Он раскрыл гигантскую пасть, и из неё хлынула кровь. Но в кровавой массе, извергавшейся из животного, зрители вдруг разглядели «нечто». Оно выбралось из «красного буйвола», который тут же помер. Тварь была покрыта кровью и слизью, сквозь которые проглядывали ненормальная голова, тонкий хребет вместо туловища и длинные щупальца. «Нечто» набросилось сначала на «пиранью», растормоша его плоть, а затем принялось за людей вокруг. «Странный человек» остался нетронут и, наконец, показал своё лицо. Он был точной копией того существа, появившегося на свет из чрева «красного буйвола». Сообщается, что обе твари вскоре скрылись в горах. «Мифы Лавбери» пишут, что чудовища столетия после не давали покоя местным жителям, наводя страх и ужас.

После той трагедии, волнистые холмы попали под контроль правительства. Началось освоение горной промышленности и на холмах основали посёлок рабочих. Однако люди неохотно шли работать на рудники, ибо боялись селиться на волнистых холмах. Рассказывалось, что младенцы круглые сутки не переставали плакать, собаки перегрызали ошейники и бежали прочь из деревни, мёртвые птицы падали с неба на посёлок, а любые выращиваемые плоды и культуры имели жуткий привкус гнили. «Мифы Лавбери» свидетельствуют, что в период «посёлка горнорабочих», с гор спускалась дьявольщина и пугала ночами местных жителей. Сообщается о странных сновидениях, после которых люди исчезали, сходили с ума, а то и убивали себя. Всё же бедность и голод вынуждали жителей приезжать в деревню и работать на рудниках. Так продолжалось до тех пор, пока эпидемия неизвестного вируса в 1819 году не унесла жизни подавляющего числа обитателей деревни. Рудники закрыли, а оставшиеся в живых бежали из деревни.

В середине 19 века на зелёных лугах начали строительство большого санатория для больных. Тогда же окрестности вокруг холмов постигла странная болезнь, сводившая людей с ума. Никогда раньше столько людей одновременно не теряли рассудок. Психические болезни ещё не умели лечить, и больных решительно направляли в санаторий на волнистых холмах. Только несколько десятилетий назад рассекретили данные о чудовищных экспериментах, проводимых над больными. Рассказывается, что потерявших рассудок пациентов пытались излечить «удушением». Больных привязывали к кровати и душили подушками, пока они не умирали. Врачи предполагали, что острый стресс, создаваемый во время удушенья, и кислородное голодание чрезвычайно сильно возбуждает головной мозг. Это возбуждение должно было спровоцировать мозг на «перезагрузку» и возвращение контроля над рассудком. После фиксирования смерти, больных реанимировали. Неизвестно достоверно, насколько эффективной оказывалась методика, но рассказывается о десятках пациентов, погибших во время удушенья и так и не вернувшихся к жизни. Но это был не единственный эксперимент над психически нездоровыми людьми. Дошли сведения, что одиноких пациентов, оставшихся без родственников и друзей, подвергали чудовищным мучениям. Несчастных связывали, уводили в глубокие подвалы, где их крики не могли быть услышаны, и вскрывали их тела без обезболивания. В те времена анатомию человека всё ещё изучали на трупах, а прогрессивным учёным хотелось большего. Дабы узреть работу живого организма, в особенности головного мозга, они разрезали плоть и копались в органах живых людей. Пациентам засовывали кляпы в рот и начинали проводить свои нечеловечные операции.

Чёрная слава того места с годами покрывалась новыми слоями ужаса, страха и осуждения. Жестокое обращение с пациентами, бесконтрольные испытания и эксперименты над ними, беспрецедентные случаи поведения сумасшедших и вместе с тем неустанно пополняющиеся легенды и мифы о паронормальных явлениях в районе волнистых холмов к концу 19 века довели санаторий до разрушения. Только в одном источнике – выпуске местной газеты «События, известия, объявления» от 1 января 1897 года – говорится о «чудовищной катастрофе», случившейся в ночь с 31 декабря 1886 года по 1 января 1887 года. Однако газета закрылась в тот же день, а власти замяли случившееся. Сообщалось лишь о закрытии санатория.

Только в 1905 году, усилиями врача-психиатра Мариарти Инверто больница снова открылась. Здание реконструировали, набрали штаб сотрудников и под эгидой Мариарти Инверто начали лечить пациентов с психиатрическими заболеваниями на основе последних открытий медицины и при соблюдении всех принципов этики, гуманности и человеколюбия. За двадцать два года больница обрела светлую славу и стала известна за пределами города. Было сделано множество открытий в медицине: появились первые лекарственные средства для лечения психиатрических заболеваний, интерпретировали психозы, депрессию и манию, начались исследования электрофизиологии головного мозга.

В 1927 году Мариарти Инверто скончался от рака лёгкого. В том же году психиатрическая больница получила имя своего основателя. И так, до сегодняшних времён, «Инверто» успешно и мирно помогала тысячам больных с психиатрическими заболеваниями, пока три дня назад не случилась чудовищная трагедия. Мы надеемся, что совместными усилиями властей, правоохранительных органов, СМИ и простых граждан удастся выяснить подробности случившегося и восстановить репутацию знаменитой психиатрической больницы «Инверто».

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

Записи резидента Чарли Мэлроуза

Аномальная реакция пациента на транквилизаторы. Продолжение

22 декабря, 10:10. Пациент Мёрфи Шелдон утром проснулся после долгого сна, длившегося почти двое суток. Состояние его стабильное, все жизненные функции сохранены, психические данные по прежнему соответствуют поставленному диагнозу «Шизофрения, недифференцированная (одновременно признаки гебефренической и кататонической форм), непрерывное течение».

Дневник пациента

23 декабря, 01:30 ночи. Я вернулся. И мне есть что рассказать. Есть идея, как закончить мои страдания.

Беседа с врачом 20 декабря не удалась. Хотя, я и не надеялся. Но если бы он только провёл экспертизу, если бы позвонил моей матери… впрочем, уже не важно. Когда меня, то есть Мёрфи, хотя тогда я управлял его телом… в общем, когда нас с Мёрфи скрутили и доставили после беседы с врачом в палату, снова нагрянул тот дикий сон, о котором я рассказывал. Даварды с каждым разом всё ближе приближаются к лодке. Своими страшными рыбьими глазами они словно глядят сквозь меня. Я не могу отделаться от ощущения, что они настоящие. Но худшим оказалось кое-что другое: кошмар с Давардами быстро завершился, а после Мёрфи не видел ни единого сна. Двое суток в его мозгах царила пустота, сплошной мрак. Ни единой мысли не проскользнуло в его голове. Сначала я был рад наступившей тишине, ибо находиться в теле другого человека сродни шизофрении. Ах, вы ведь и представить себе не можете всего этого. Ну, попробую объяснить.

Представьте себе, что вы сидите, уставившись в волшебную даль сквозь прозрачное окно и вдруг, в голове у вас вихрем проносится поток чуждых мыслей. Для вас это также неожиданно, как и пролетевшая в небе комета, и вы совершенно не властны над ворвавшимся в ваш разум хаосом. Одно дело оказаться в теле психически здорового человека – с ним может и получиться договориться, разделить время властвования над телом, вроде «полдня тебе, а полдня мне». Но угораздило же меня попасть в тело сумасшедшего Мёрфи! Он, скорее всего, ничего и не замечает: ну ощущает он поток новых мыслей, ну слышит чужой голос, ну теряет иногда контроль над своим телом – ничего из этого для него не в новинку. Всё это является классическими симптомами шизофрении, и я не раз слышал такие термины в больнице: обрыв мыслей, поток мыслей, слуховые галлюцинации, сделанность мыслей и движений. Мёрфи должно быть и раньше слышал голоса, и раньше совершал поступки несвоевольно, ведь он классический больной шизофренией! Что ему поселившийся в голове ещё один гость, по имени Кармэйн? Но, а теперь представьте, что я ощущаю потоки мыслей, слышу чужие голоса, теряю контроль над телом вместе с ним! Это сравнимо с пребыванием в переполненном автобусе: повсюду переговариваются люди, с радио ведущий диктует сводку новостей, водитель кричит тебе заплатить поскорее за проезд, а ты зажат тем временем людьми; кое-кто просит тебя передать деньги водителю, кто-то другой толкает тебя в бок и просит уступить дорогу; с улицы доносятся звуки машин, автобус качает в стороны, твоё тело крутит, как на американских горках, а вдобавок ко всему, тебя мучает воспоминание о кошмарных сновидениях. Но автобус приходится терпеть лишь час другой в день, а при желании можно вообще в него не возвращаться. Пребывание же в теле Мёрфи нескончаемо, только во время его сна удаётся ненадолго полностью взять и тело и мысли под контроль, однако подавляющее время тебя захлёстывает сумасшедший поток сновидений безумного хозяина.

Да, я был рад поначалу избавиться от всего этого. Когда Мёрфи уснул 20 декабря после беседы с врачом, и когда короткий сон с лодкой в океане с Давардами прошёл, наступил долгожданный покой. Как это выглядело для меня? Очень просто. Напомню, что когда Мёрфи бодрствует, я словно нахожусь на сеансе в супер-современном 3Д кинотеатре: я не контролирую ничего, но нахожусь в теле, которое движется; вижу глазами, которыми вращает Мёрфи, слышу звуки, которым внимает Мёрфи и голос, которым он же лепечет. Поток мыслей и слуховые галлюцинации также не оставляют нас. Так вот, когда Мёрфи заснул в тот день, для меня сеанс кино закончился: погас свет, наступил мрак, прекратили поступать звуки с окружающей среды, и голова очистилась от потока чуждых мыслей и голосов. О, эти проклятые голоса! Они всё кричат: «Умри! Не дыши! Я тебя ведь зарежу! Разбей голову о стену! Перегрызи себе запястье! Вонь! Дерьмо! Ломай! Бей их! Сломай себе ногу!» и многое другое в таком роде. Да, я был очень рад в большей степени освободиться от этих смердящих голосов. Они именно такие: смердящие, дьявольские. Теперь я понимаю, почему шизофрению до сих пор многие интерпретируют как вселение дьявола. То, что кричит и приказывает в голове у Мёрфи – сродни дьяволу!

Но, как я намекнул в начале, то, что ждало меня в этом казавшемся умиротворении и покое, оказалось куда ужаснее. Все эти три дня сна Мёрфи я ощущал себя запертым в гробу. Проклятые доктора, наверное, ввели настолько большую дозу транквилизаторов, что Мёрфи едва дышал. Его разум, точнее остатки разума, спали. А я всё это время задыхался в нехватке воздуха и при этом не мог получить контроль над каким-либо участком мозга. В такой гипоксии я постоянно чувствовал головокружение и тошноту. Да, подтверждаю – я чувствую все импульсы от органов и систем тела Мёрфи. Но сны с Давардами были неприятнее, поэтому эта тошнота и головокружение особо меня не пугали. Меня повергло в ужас кое-что другое, точнее нечто другое. Я обнаружил в голове у Мёрфи третьего. Да, кроме меня и Мёрфи тут есть кто-то ещё. Я и раньше замечал его следы, но сквозь торнадо слуховых галлюцинаций и потоков мысли не мог распознать. Но когда Мёрфи уснул долгим сном и весь арсенал шизофрении ушёл вспять, в беспросветном мраке и густой мёртвой тишине я обнаружил его. Мне пока не удаётся интерпретировать обнаруженное. Могу сказать лишь, что нечто внутри Мёрфи затаилось и скрывается из всех сил. Оно наблюдает за мной, читает все мои мысли. Даже сейчас, когда я пишу этот текст – оно не перестаёт бдеть. Все эти два дня в заточении спящего Мёрфи я, кажется, чувствовал дыхание этого третьего гостя, ощущал его жуткую и леденящую душу энергию, слышал его едва заметные рычания и мельком улавливал дьявольский тон его чудовищных мыслей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.