Энже Суманова
Девушка с шизофренией

Мой разум пропал во тьме ночной.

Пытаюсь найти его там,

Но он исчез бесследно.

Оставил лишь воспоминания

О былых днях,

Когда я еще была сама собою.

Блуждает там совсем один,

В глубине больного мозга.

Кричу, молю, чтобы услышал он меня,

Но в ответ лишь тишина…

ГЛАВА 1

Появление на свет ребенка – это самое радостное событие для родителей, если, конечно, они хотели этого ребенка. Мой муж был не готов стать отцом.

Я забеременела случайно, забыв выпить противозачаточную таблетку. А сделать аборт так и не смогла. После рождения сына мы с мужем стали часто ссориться. Он больше не разговаривает со мной так, как прежде, только отдает приказы – принеси, подай. Время для меня будто замерло.

Все заботы по дому легли на мои хрупкие плечи. Обида разрывает меня изнутри.

После работы муж обычно пьет пиво перед телевизором и приговаривает:

– Я целый день был на ногах, могу хоть дома отдохнуть? Думаешь, я не устаю? Оставь меня в покое.

В такие ужасные моменты во мне просыпается надежда, что его отношение ко мне изменится. Вера в наше семейное будущее помогает жить с ним дальше под одной крышей. Хоть от этого и становится тошно.

К сожалению, это не единственное, что меня беспокоит…

От непрерывного плача ребенка у меня потихоньку начинает ехать «крыша». Укачивание на руках не помогает, я уже не чувствую их. Люлька, прогулки – все бесполезно. От постоянного недосыпа засыпаю практически на ходу, где бы ни присела, хоть на три минутки. Я боюсь лишний раз взглянуть на себя в зеркало: темные круги под глазами – никакой макияж уже не поможет их скрыть, – сальные волосы, заросшие брови. Но, несмотря на все это, я на седьмом небе от счастья. Снаружи выгляжу отвратительно, но внутри распускаются цветы. Каждый цветочек во мне трепещет от счастья, от того, что у меня есть сын. Его улыбка дает мне силы на новый день.

С нами еще живет мой старший брат – Алексей, но от него тоже толку нет. Он постоянно тусит со своей девушкой Настей, после работы сразу отправляется к ней, домой приходит только поспать. Но у меня нет никого роднее его. Мама умерла два года назад, а с отцом мы почти не видимся.

Слава богу, у меня есть подруга, благодаря которой я еще стою на ногах. Ее зовут Маргарита, но она любит, когда к ней обращаются Марго. Мы с ней были соседками по подъезду, пока я не вышла замуж. У Марго редкая боязнь открытых пространств – агорафобия. Я даже не подозревала, что у людей могут существовать такие страхи.

Эта фобия у нее появилась после того, как на нее напали на улице. Двое мужчин ограбили и избили ее, и никто из прохожих ей не помог. У Марго начинаются панические атаки в людных местах. В таких случаях она обычно крепко хватает меня за руку, и мы начинаем проговаривать детские считалочки. Если это не помогает, я всеми силами пытаюсь отвлечь ее разговорами. Марго вынуждена постоянно принимать «коктейли» из антидепрессантов. Без них она уже не может выходить на улицу. Ей постоянно кажется, что кто-то набросится на нее.

Сейчас мы с ней едем к нашему общему психиатру. Мне приходится провожать ее до кабинета. Обычно я держу одной рукой ребенка, а другой – Марго. В каком-то роде она, уткнувшись мне в плечо, тоже выглядит, как маленький, беззащитный ребенок.

– Элла Эдуардовна? Какая приятная встреча! Вы ко мне пришли? – спросил врач, увидев меня около кабинета.

– Нет… Привела к вам Марго. Я пришла с ребенком. Он нам помешает…

– Вижу, что у вас вновь началось обострение. Ваш брат обеспокоен вашим состоянием. Зайдете ко мне на прием? Я сейчас свободен.

– Со мной все в порядке, просто устала. – Делаю вид, что звонит телефон, и быстро ухожу.

Алексей опять ходил за моей спиной к моему врачу…

«С тобой все в порядке», – повторяет голос у меня в голове снова и снова.

Мне иногда просто хочется уделить время себе, разве я много прошу?

После больницы мы едем к Марго домой. Она набирает мне ванну с лавандой. Какое же это блаженство – лежать с закрытыми глазами и расслабляться. Мое тело словно просыпается от зимней спячки. Лежу в воде почти час, пока она не становится прохладной. Я неохотно вылезаю из ванны, выхожу и вижу, как Марго мило воркует с моим сыном.

– Как это у тебя получается? Он с тобой совсем не плачет… В чем твой секрет?

Не понимаю, почему именно с ней мой сын не плачет? Он должен быть спокойным рядом со своей мамой. Видимо, я делаю что-то не так…

– Ни в чем, – спокойно отвечает она. – Может, он чувствует твое нервное состояние?

– Возможно. У нас с Сашей сейчас непростое время. Он перестал разговаривать со мной, а сына и вовсе даже на руки не берет.

– А ты не думала, что у него появилась любовница?

После ее слов я замолкаю. Последние несколько месяцев он и вправду был не таким, каким я его знала прежде. А может, действительно дело в другой женщине? Вдруг он из-за нее стал таким безразличным?

– Так и будешь молчать? – спрашивает Марго, косо поглядывая на меня.

– Мне пора домой. Скоро муж вернется с работы, нужно успеть приготовить ужин к его приезду.

Так я и ухожу, ничего ей не ответив.

Возвращение домой оказывается не таким приятным, как предыдущий час. Мысль о том, что у мужа может быть любовница, не дает мне покоя. Я даже боюсь произнести это слово. Мое бедное сердце бьется в истерике. Внутреннее состояние и так расшатано, но теперь становится еще хуже.

Готовлю ужин и жду возвращения мужа. На мое удивление, сын спит крепким сном.

Тишину нарушает глухой удар в дверь.

«Вот и мой любимый пришел», – думаю я, но, открыв дверь, вижу Алексея с его девушкой.

– Как вкусно пахнет! Тебе полегчало? За столько недель ты впервые что-то приготовила.

– Да… Сыночек наконец-то хорошо себя ведет.

Настроение брата резко портится.

– Нам нужно серьезно поговорить. – Он выхватывает нож из моих рук. – Настя, оставь нас одних. Прости, но я должен вернуть тебя в реальность… Семь лет назад тебе поставили диагноз «шизофрения». Ты помнишь это?

– Помню, – тихо подтверждаю я, – но я же справилась с этим. Чувствую себя хорошо.

– У тебя вновь началось обострение. Ты опять не выходишь из комнаты. Видишь людей, которых не существует. Твой муж ушел после смерти вашего ребенка…

– Этого не может быть… Мой сын жив. Вот же он, у меня на руках, разве ты его не видишь? Ну вот, опять заплакал. Успокойся, малыш. Твой дядя шутит, не обижайся на него.

Опять слышу голоса в голове, но теперь их много:

«Он хочет тебя запутать, не слушай его».

«Нужно бежать».

«Забери ребенка и беги».

«Он снова засунет тебя в больницу».

– Тебе будет больно это слышать, но я должен рассказать. После рождения сына тебе было нелегко. Твой муж стал пренебрегать тобой, не поддерживал тебя после родов, как, впрочем, и я. В ту роковую ночь ты взяла дитя с собой в постель, чтобы покормить грудью… Переутомление взяло над тобой вверх. И во время кормления ты уснула и перегородила ему дыхательные пути. Он задохнулся.

От слов Алексея мне самой не хватает воздуха. Грудная клетка сжимается от боли. Вот-вот раздавит меня изнутри. Горькие воспоминания возвращаются. Не так-то легко от них избавиться. Пытаюсь вновь запереть их в ветвях разума, но они, как вспышки молний, возвращаются ко мне.

– Посмотри на меня и сфокусируйся только на моем голосе. Хорошо? Закрой глаза. Согни один палец и начинай считать вместе со мной. Один… два… три… четыре…

С каждой произнесенной цифрой мне становится лучше. Чувствую, как мои легкие расширяются и наполняются воздухом. Открываю глаза и не вижу ребенка. А ведь он казался мне таким же реальным, как мой брат, которого я сейчас держу за руки.

Этот ритуал помогает мне справляться с паническими атаками. Чем чаще они у меня возникают, тем больше я их боюсь. Мне приходится жить в постоянном страхе.

Как только возвращаюсь в реальность, моя боль от потери сына не отступает, а наоборот, напоминает мне, что я убийца.

– Тебе нужно сходить к врачу, завтра запишу тебя на прием. От новых таблеток тебе стало хуже.

– Скажи своей девушке, чтобы она перестала смеяться! – кричу в гневе в сторону кухни.

Меня всю трясет.

Мой разум не замолкает:

«Она считает тебя ненормальной… больной».

«Ей доставляет удовольствие смотреть, как ты сходишь с ума».

– Заткнись! – ору я еще яростнее.

– Успокойся, Элла. Она не смеется, тебе это кажется.

– Пускай она уйдет! Не хочу, чтобы она была здесь.

Алексей и Настя долго спорят о чем-то на кухне, но, хоть они и говорят громко, у меня так и не получается сосредоточиться на их разговоре. Мне кажется, что Настя хочет избавиться от меня – выкинуть на улицу, как мусор. От одного только звука ее голоса мне становится дурно.

Настя играет двойную роль. Перед братом всегда держится паинькой и прикидывается заботливой, а когда его нет рядом, в нее словно вселяется нечистая сила. Она начинает меня изводить, глумится надо мной. Ее противный смех похож на лисий, как, впрочем, и характер. Брат мне не верит из-за моей болезни, считает, что у меня паранойя. Я же ни в чем так не уверена, как в ее притворстве. Когда она уходит, мне хорошеет.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.