Илья Конончук
Грязные деньги

Посвящаю своим родителям

Действующие лица

Джон Ларсен – вице-президент «Омега-банка»

Джессика Ларсен – его жена

Джонни Ларсен – их пятилетний сын

Марта Дюбуа – мать Джессики, теща Джона

Маргарет Ларсен – сестра Джона, журналистка

Майкл Ричардс – президент и основатель «Омега-банка»

Эмили Ричардс – его дочь

Элеонор Харрис – племянница Майкла Ричардса, управляющая главным филиалом «Омега-банка»

Питер Морган – вице-президент «Омега-банка»

Остин Пауэрс – акционер и председатель правления «Омега-банка»

Лина Пауэрс – вторая жена Остина

Кен Пауэрс – сын Остина Пауэрса, профессиональный гонщик

Лайонел Локредж – президент «Дженерал Моторс», мультимиллиардер

Крис Джордан – начальник экономического отдела

Джек Оливуд – начальник службы безопасности «Омега-банка»

Лео Джонсон – экономист

Керри – подруга Маргарет, работает секретарем в газете

Хэнк Осборн – вице-президент филадельфийского отделения «Омега-банка»

Леон Рупер – управляющий филадельфийским отделением «Омега-банка»

Рокки Джонс (Майлс Кук) – неблагополучный негр

Ребекка Джонс – его жена

Салим Джонс – его старший четырехлетний сын

Хаким Джонс – его младший полуторагодовалый сын

Лида – мать Ребекки, теща Рокки

Моника – главный редактор газеты, в которой работают Маргарет и Керри

Банни – хозяин дешёвого придорожного бара в неблагополучном районе Нью-Йорка, друг Рокки

Большой Бен – бандит, хозяин наркопритона

Кассандра – главная проститутка в борделе Большого Бена

Шрам – его подручный

Эдвард Коч – мэр Нью-Йорка

Мартин Дуглас – инженер-строитель, курирующий стройку жилья для малоимущих

Николас Костер – адвокат и доверенное лицо Лайонела Локреджа

Миссис Перкинс – жена строителя, активистка

Мистер Блум – старший надзиратель сектора тюрьмы

Эрик – сокамерник Лео

Билли – заключенный, друг Лео

Бесс Майерсон – американская телеведущая и участница шоу, впоследствии политический деятель

Линда – проститутка, которая часто бывает в баре у Банни

Брик – водитель инкассаторской машины, напарник Рокки

Итан Кросс – директор строительной фирмы «Таун Билдинг»

Джуд Шпильберг – редактор газеты «Свободный город»

Курт Крестон – финансовый аналитик

Альма Хизерс – вдова, мелкий акционер банка. Живет в Уайт-Плейнс

Изабелла Ходж (Изабель) – молодая жена дяди Роя

Рой Блейк – дядя Элеонор, Эмили, муж Изабель, брат жены Майкла Ричардса

Мистер Мильтон – частный детектив Альмы Хизерс

Виктория Сильвер – ведущая на телеканале ABC

Теодора (Теодор) – транссексуал, подруга Линды

Часть I

Нью-Йорк – большой современный город в Соединенных Штатах Америки, в котором множество небоскребов и деловых центров. Именно здесь произошла история, которая изменила жизни людей.

Манхэттен – деловой центр Нью-Йорка с большим количеством офисов, контор, магазинов и мелких фирм. На одной из улиц находился главный офис крупного банка.

«Омега-банк» существовал уже более пятидесяти лет. Этот крупный и надежный банк имел несколько филиалов, разбросанных по сем штатам. Ближайшее отделение работало в Филадельфии.

Посетители, зайдя в главный офис банка на Манхэттене, оказывались в современном, хорошо отделанном холле. Над стеклянной входной дверью красовалась большая светящаяся вывеска. Здание отремонтировали полтора года назад, и сейчас оно считалось одним из самых стильных зданий во всём Нью-Йорке.

Глава и хозяин банка – пожилой человек лет семидесяти. Несмотря на возраст, он отличной форме и отличается ясностью ума. Этот человек с молодости всегда следил за рационом питания и занимался спортом. Зовут его Майкл Ричардс. Именно он с помощью своего отца основал небольшую корпорацию, которая впоследствии стала крупным акционерным обществом. Майкл Ричардс работал на свое дело не покладая рук. Он стремился создать самый стабильный и лучший банк в Америке. За пятьдесят лет банк постепенно развивался, появились его филиалы в разных городах. На сегодняшний день у банка приличная капитализация и репутация одного из ведущих в стране.

Конечно, Майкл Ричардс сейчас не сам, как раньше, трудится над процветанием своего дела. Ему помогают многочисленные замы и работники. Но, как в любом крупном предприятии, решения принимались советом акционеров. Многие сотрудники банка приобрели его акции. Питер Морган – из их числа. Он недолюбливает старика и даже не пытается это скрывать. Ему тридцать пять лет. Он высокого роста, немного худощавого телосложения. Занимается всеми операциями, связанными с наличными. Питер – очень грамотный специалист.

Следующее немаловажное лицо в «Омега-банке» – Джон Ларсен. Он – заместитель Ричардса. Его сфера деятельности – все операции, связанные с кредитованием. Джону также тридцать пять. Он в блестящей физической форме, так как посещает три раза в неделю тренажерный зал.

У Джона хорошие отношения с Майклом Ричардсом, что, несомненно, злит Питера Моргана.

Кроме перечисленных лиц, занимающих серьезные должности, в банке трудится немало народа, но о них чуть позже…

Теплый июльский день. Вот уже несколько недель длится очень жаркая погода. Все жители Нью-Йорка с нетерпением ждали хоть кратковременного дождя, но чуда не происходило.

Элеонор Харрис вошла в холл главного офиса «Омега-банка». Прохлада от кондиционера сразу охватила тело женщины. Элеонор – главная управляющая в нью-йоркском офисе. Это женщина средних лет. Ее безупречная фигура облачена в классический костюм с приталенным жакетом. Волосы женщины лежали на плечах легкой волной.

Элеонор прошла в глубь вестибюля. Многие работники при виде управляющей подбегали к ней с различными документами и требовали подпись.

«Как много дел накопилось за время моего отпуска», – подумала Элеонор.

Ее не было всего неделю. Элеонор не брала отпуск почти три года. Управляющий банка не всегда волен распланировать себе отпуск наперед. Строгая начальница, она держала коллектив в ежовых рукавицах, благодаря чему всё выполнялось четко. Даже сам Майкл Ричардс не раз замечал, как его подчиненные благодаря Элеонор слаженно работают.

Также Элеонор входила в состав директоров, так как была племянницей старика. За процветание банка она сражалась изо всех сил. Ей хотелось, чтобы «Омега-банк» достиг международного уровня.

Элеонор поднялась на второй этаж, прошла к своему кабинету и увидела своего секретаря.

– Добрый день, мисс Харрис! – приветствовала ее секретарь. – Как отдохнули?

– Здравствуйте. Спасибо, хорошо. Что у нас нового?

– О! Столько разных новостей! – сообщила секретарь. – Кстати, вас ждет у себя мистер Джордан.

– Что-то срочное?

– Думаю, да, – улыбнулась секретарь, – у него был такой тревожный голос по телефону.

Крис Джордан занимает должность экономического отдела. Ему лет шестьдесят. Директор он более пятнадцати лет. Его отдел отвечает за статистику и денежный оборот.

Экономический отдел находится на первом этаже. Элеонор, зайдя в отдел, оказалась в большом зале, посреди которого хаотично стояли письменные столы. За каждым трудился экономист. Атмосфера в отделе выглядела рабочей, и Элеонор это порадовало. У самой дальней стены находился большой черный крашеный стол. За ним сидел Крис Джордан. Его полная фигура с трудом умещалась на стуле. Крис разговаривал по телефону и, как только увидел Элеонор, улыбнулся и жестом предложил ей сесть на стул, стоящий рядом с его рабочим местом.

– Добрый день! – поздоровался директор экономического отдела. – Хотя он совсем не добрый!

– Что случилось, Крис?

– Ничего хорошего, – буркнул тот. – Не очень хорошие прогнозы на будущее.

– Не томи, – не выдержала Элеонор. – Что случилось за время моего отсутствия?

– Наш банк скоро лопнет, – почти прошептал Крис, – нам грозит банкротство!

Некоторое время Элеонор сидела, молча пытаясь осмыслить услышанное.

– Ты это серьезно? – В горле у нее пересохло.

– Я все проверил. Все документы, все отчеты по несколько раз. Оборотных денег стало меньше, не говоря уже о капитале банка.

– Кто еще в курсе о положении дел?

– Только мистер Ларсен, – сказал Крис. – Я решил пока не говорить об этом во всеуслышание.

– Правильно сделал, – похвалила его Элеонор. – Я полагаю, что босс тоже не в курсе?

– Совершенно верно, – кивнул Крис. – Я думаю, будет лучше, если вы сами ему сообщите об этом.

– Для него это будет ударом ниже пояса, – задумчиво произнесла Элеонор. – Это было дело всей его жизни.

Крис молча смотрел на управляющую.

– Может, есть шанс избежать банкротства хоть как-то? – умоляюще спросила Элеонор.

Крис пожал плечами.

– Я точно не могу сказать, – произнес он. – У нас слишком низкий процент на кредиты. Нужно поднять ставку.

– Ларсен как раз этим и занимается, – согласилась Элеонор.

– Также у нас сильно раздут штат, – продолжал экономист. – И, однако, нам катастрофически не хватает экономистов.

– Я все прекрасно понимаю, – согласилась Элеонор, вставая. – Пойду поговорю с Ларсеном.

– Поговори, надо сообщить обо всем боссу.

– Спасибо, Крис.

– Всегда пожалуйста, – улыбнулся он.

– Я вам выдам кредит сразу же после того, как вы соберете все необходимые документы, – официальным тоном говорил по телефону Джон Ларсен.

Стоило ему положить трубку, как телефон снова зазвонил.

– Джон Ларсен слушает. – Он пытался держать себя в руках. Все утро ему трезвонили, не давая сосредоточиться.

Сегодняшний день начался суматошно. Его секретарь не вышла на работу из-за болезни ребенка. Только Джон собирался сосредоточиться и заняться делами, как его отвлекал новый телефонный звонок.

– Мистер Ларсен, – послышался в трубке голос управляющего филадельфийским отделением. – Вы обещали подыскать строителей для реконструкции офиса.

Офис в Филадельфии ремонтировали уже два месяца. Так как в городе имелось одно отделение банка, его невозможно было полностью закрыть. Ремонт проводился параллельно с работой отдела. Многие рабочие из ремонтной бригады выражали недовольство тем, что им мешают работники банка, а работники банка злились на строителей. В итоге разразился скандал, после чего все строители отказались продолжать ремонт. Управляющий отделением Леон Рупер разорвал контракт со строительной фирмой. После этого на плечи Джона Ларсена легли заботы о поиске хороших ремонтников. Когда-то он из добрых побуждений согласился найти бригаду, но сейчас раскаивался в своем поступке. Найти строителей оказалось не так просто.

И сейчас Леон Рупер звонил Джону по служебному телефону, чтобы узнать о результатах поиска.

– Я, к сожалению, еще вплотную не занимался поиском, – сказал Джон, стараясь придать голосу максимальную мягкость.

– Но мистер Ларсен, – запротестовал Леон, – мой офис уже несколько недель стоит в недостроенном состоянии!

– Я все прекрасно понимаю! – чуть повысил голос Джон. – Но у меня и помимо этой проблемы есть чем заняться.

– Мои сотрудники отказываются работать в такой атмосфере.

– Обещаю, в конце недели я вплотную займусь этим вопросом, – заверил собеседника Джон.

– Благодарю за внимание. – В голосе Рупера звучало раздражение. – До свидания.

– Всего доброго, – буркнул Джон.

Как только он повесил трубку, в дверь постучались.

«Что за дурдом?» – подумал Ларсен.

– Входите!

Дверь отворилась, и в кабинете появилась Элеонор.

– Я не заметила вашего секретаря, – улыбнулась она.

– Она взяла больничный, – Джон встал из-за стола, – у нее заболел ребенок. Как провела отпуск?

– Отлично! Когда берешь отпуск раз в два года, то он особенно сладок.

– Зато у нас здесь все несладко, – вздохнул Ларсен.

– Да, я в курсе, – кивнула управляющая. – Именно об этом я и хотела с тобой поговорить. Что будем делать?

– В первую очередь надо все обсудить с мистером Ричардсом.

– Я волнуюсь за него, – покачала головой Элеонор. – В последнее время его здоровье оставляет желать лучшего. С сердцем что-то.

– Но мы не можем скрывать от него ситуацию. Он должен знать.

– Я не спорю, – согласилась она. – Пойми, я рассуждаю сейчас не как управляющая банка, а как его племянница.

– Я думаю, что Ричардс в глубине души догадывался о риске банкротства. Ведь это банк, и никто не может предугадать, как пойдут дела. К сожалению, многие банки, даже самые крупные, терпят крах.

– Да уж, – вздохнула Элеонор. – От нашего банка этого невозможно было ожидать.

– А вспомни, как год назад разорился «Альянс-банк», – заметил Джон. – Даже предположить не могли, что с ним произойдет такое!

– «Альянс-банк» считали сильной банковской империей, – кивнула Элеонор. – Но они как-то быстро сдались.

– А мы сдаваться не собираемся! – Ларсен стукнул кулаком по столу. – Мы сделаем все возможное, чтобы избежать разорения.

– Главное, чтобы информация о банкротстве не просочилась в прессу и не дошла до вкладчиков, – предостерегла его собеседница. – Помнишь, в какой скандал втянули «Альянс-банк»?

– Еще бы!

Год назад новость о разорении крупного банка шокировала многих. Вкладчики и журналисты узнали обо всем. Многие клиенты остались без денег, и разразился скандал. Маргарет, известная журналистка, провела собственное расследование. После этого немало банкиров люто возненавидели молодую журналистку.

В «Альянс-банке» больше всего пеклись о конфиденциальности. Руководство банка желало, чтобы о риске банкротства не догадались ни вкладчики, ни журналисты. Но горячие факты всё-таки попали в СМИ. По слухам, о разорении банка Маргарет узнала первой, и она уж постаралась раззвонить об этом по всему Нью-Йорку. Многие жители города следили за ходом разбирательств, читая критические статьи отважной журналистки. Маргарет бессердечно распекала то одного, то другого работника банка. Из ее статей становилось абсолютно ясно, что она не испытывает особой любви к банкирам и к тем, кто трудится в подобных заведениях. И она писала всё это, невзирая на то, что банкиром был её родной брат. Как раз Джон Ларсен и приходился ей братом.

Он тоже следил за скандалом с разорившемся банком. Джон искренне сочувствовал коллегам, которые попали жесткие тиски Маргарет. Однако он осознавал всю серьезность ситуации. Лопнувший банк не мог выплатить вкладчикам их деньги. Получается, люди надеялись на «Альянс-банк», вложили в него все сбережения и остались практически нищими.

Джон понимал позицию простых людей и искренне их жалел. И теперь он и его банк оказались в подобной ситуации. Конечно, им грозило еще не банкротство, а лишь риск, но нет же дыма без огня. Все сотрудники попытаются вытащить «Омега-банк» из этой ситуации.

– Что ты скажешь своей сестре? – прервала думы Ларсена Элеонор.

– А зачем ей вообще что-то рассказывать? – с улыбкой произнес тот. – Ты же согласна со мной – чем меньше народа в курсе, тем меньше проблем?

– Я-то знаю, – фыркнула управляющая. – Но Маргарет как-то сама находит сенсационные темы.

– Это точно! Она притягивает скандалы как магнит, – засмеялся Джон. – Ладно, шутки в сторону. Элеонор, поезжай к дяде и сообщи о риске банкротства.

– Может, лучше ты? – неуверенно спросила девушка.

– Нет, ты ему куда ближе, и уверен, что придумаешь, как ему все преподнести, – заверил ее вице-президент банка. – А я займусь наконец делами.

– Ты меня почти убедил, – криво улыбнулась та. – Поеду к нему прямо сейчас – не хочу, чтобы дядя все узнал от журналистов или недоброжелателей.

Элеонор встала и, виляя бедрами, направилась к двери.

Джессика Ларсен сидела на заднем сиденье такси. Водитель аккуратно вел машину по переполненным улицам. Был июль, и в это время года всегда царила угнетающая жара. Даже кондиционер не помогал остудить воздух в салоне автомобиля.

Джессике было тридцать пять, но выглядела моложе примерно на пять лет. Ее волосы до плеч красиво уложены. Натуральная блондинка, она, однако, полностью противоречила всем анекдотам про блондинок. Джессика умна и целеустремленна. Словно пантера, она достигает своей цели, терпеливо выжидая в кустах и неожиданно нападая. Закончила Экономический университет в Бостоне и перебралась в Нью-Йорк. Устроилась экономистом в налоговую. Вскоре ей повстречался молодой Джон Ларсен. И через некоторое время они поженились. Брак оказался счастливым. Джон и Джессика любят друг друга. Пять лет назад у них родился сын, которого Джессика назвала в честь мужа.

Однако с течением времени их брак превратился просто в совместное проживание. Джон стал задерживаться на работе, Джессика занималась своими делами. У них уже давно, года полтора, не было физической близости. Джессике начало все это надоедать. Ради семьи она оставила карьеру, полностью себя посвятила домашним заботам, а в результате осталась практически одна с ребенком.

Таксист остановил машину возле главного офиса «Омега-банка». Джессика протянула ему купюру.

– Сдачи не надо, – мелодично протянула она.

Джессика вышла из машины и грациозной походкой направилась к входу. Как раз в тот момент в холле находился Питер Морган. Он увидел женщину и быстро подошел к ней:

– Добрый день, миссис Ларсен. – Питер обнажил в улыбке белоснежные зубы.

– Здравствуйте, мистер Морган. – Её голос звучал так приятно и притягательно, что Питер был очарован.

– Решили заглянуть в гости к своему супругу?

– Вы, как всегда, правы, – кокетливо улыбнулась Джессика. – Он ведь на месте?

– Конечно.

– Хотя где ему еще быть, – вздохнула миссис Ларсен, – он ничего не видит, кроме работы.

Питер лишь пожал плечами.

Джессика поднялась на второй этаж и оказалась в приемной мужа. Она бесцеремонно, без стука, открыла дверь и вошла в кабинет.

– Я не увидела твоего секретаря и потому зашла без предупреждения, – проговорила Джессика.

Её благоверный изучал какие-то документы.

– Ничего страшного? – спросила она.

– Это имеет какое-то значение? – не отрываясь от бумаг, отозвался тот. – Все равно ты уже зашла.

– Ты не рад меня видеть? – надула пухлые губки жена.

– Джесс, у меня очень много работы. – Джон улыбнулся, но вышло подобие улыбки. – Ты не вовремя.

– Я, между прочим, зашла по делу!

Ларсен поднял глаза и уставился на жену.

– Я больше не намерена сидеть дома! – начала она. – И решила устроиться на работу.

– Замечательно… Ты уже нашла её?

– Еще нет, – супруга опустилась в мягкое кресло, – я надеялась, что ты мне в этом поможешь.

– Я? – Джон ткнул себя в грудь пальцем. – Но как?

– Хочу, чтобы ты устроил меня к себе в банк, – выпалила она.

– Совершенно невозможно!

– Почему это?

– Потому! – отрезал Джон.

– Потому что я твоя жена? – Джессика вскочила с кресла. – Чего ты боишься? Что плохого в том, что я хочу трудиться?

– Я считаю, что муж и жена не должны работать вместе.

– Почему?

– Да потому, что это мешает семейной жизни, – объяснил Джон. – К тому же наш сын мал и ему лучше находиться рядом с матерью.

– У тебя на все есть объяснения, – фыркнула последняя. – У нас же есть нянька.

– Ни одна няня не заменит ребенку мать, – тихо сказал Джон.

– А отец нужен ребенку? Ты вечно пропадаешь на работе. Это правильно, по-твоему?

– Я зарабатываю деньги! – вспылил Джон. – Я торчу здесь целыми днями, чтобы обеспечить тебе и ребенку хорошую, достойную жизнь.

Джессика резко развернулась спиной к мужу.

– А работу я всё равно найду, – мельком улыбнулась она. – Я тоже хочу иметь личную жизнь помимо семьи.

Миссис Ларсен снова улыбнулась и вышла из кабинета. В коридоре она встретила Питера Моргана.

– Что-то вы быстро, – удивился он.

– Мой муж сегодня в отвратительном настроении. Думает только о работе. – А через небольшую паузу добавила: – Как и всегда, впрочем.

– Как можно не уделять должного внимания такой шикарной женщине, как вы? – начал заигрывать Питер.

Джессика только улыбнулась. Ей так давно никто не делал комплиментов. Заботы «Омега-банка» настолько поглотили Джона, что он перестал замечать жену. На прошлой неделе, чтобы привлечь его внимание, Джессика купила новую ночную сорочку. Но тот лишь поцеловал ее в лоб и ушел к себе в кабинет, а Джессика отправилась спать. И вот сейчас перед ней стоит красивый, ухоженный мужчина и флиртует. Джессика понятия не имела, как ей отреагировать.

– Как вы смотрите на то, – Питер сверкнул улыбкой, – чтобы вместе поужинать в изысканном ресторане?

– Ну, я не знаю, мистер Морган, – кокетливо отозвалась она. – Я все же замужняя женщина.

– Никаких обязательств. Просто дружеский ужин, – продолжал напирать Питер. – Вот, возьмите мою визитку и, если надумаете, звоните.

Джессика попрощалась с ним и вышла из офиса, бросив визитку в сумочку. Поймала такси и размышляла всю дорогу домой. Что такого в том, что она отужинает с Питером Морганом? Всего один дружеский ужин. Конечно, Джону это не понравится, но его совсем не обязательно ставить в известность.

Дом Ларсенов находился в самом конце 51-й улицы. Машины здесь ездили мало, что делало район тихим и спокойным. Такси подъехало к дверям довольно большого двухэтажного дома. Весь первый этаж отделан светло-коричневым природным камнем, территорию второго этажа покрывала приятная бежевая штукатурка. Джон практически сам составлял проект дома.

Она вошла в холл и оказалась в полной тишине, что означало – в доме никого нет. Видимо, няня отвела ребенка в парк. Джессика поднялась в спальню и улеглась на мягкую большую кровать. Все ее мысли занимало предложение Моргана. Конечно, опасна даже сама идея: если обо всем узнает Джон, то жди скандала. Но, с другой стороны, ей до смерти надоела домашняя рутина. Почему бы не развлечься немного и не пообщаться с интересным собеседником, тем более с мужчиной?

Джессика вытащила из сумочки визитку и набрала указанный в ней номер телефона. Послышались гудки, после чего голос секретаря поприветствовал ее.

– Я бы хотела услышать мистера Моргана. – Голос Джессики почему-то дрожал.

– Я вас слушаю, – уверенно произнес в трубку банкир.

– Это Джессика Ларсен. Еще помните меня?

– О! Конечно! – Собеседник оживился и стал мягче. – Вы подумали над моим предложением?

– Да, я решилась.

– Тогда, может, в пятницу вечером? Что скажете?

Сегодня понедельник – значит, встреча состоится в конце недели. Джессику это вполне устраивало.

– Я согласна, мистер Морган.

– Вот и отлично! До встречи!

У Элеонор совершенно не было настроения. Вчера, в первый рабочий день после отпуска, её огорошили неприятнейшей новостью о возможном банкротстве банка, а потом на нее же возложили ответственность сообщить об этом президенту компании. Поэтому, отложив дела, Элеонор отправилась в особняк дяди.

У Майкла Ричардса в последнее время болело сердце. Элеонор сначала посвятила в курс дела его дочь Эмили. Последняя тоже работала в «Омега-банке» в отделе рекламы и пиара. Эмили Ричардс с отличием закончила Гарвард. Недолго думая, Майкл устроил ее в банк. Она трудилась здесь уже два года.

Когда Элеонор открыла ей правду о банкротстве, Эмили была просто в шоке. Она боялась реакции отца и за его сердце. Он ведь жизнь положил на процветание своего дела. Ничего не сообщать Майклу они просто не имели права.

Тщательно обдумав план действий, Элеонор с Эмили направились в кабинет мистера Ричардса. В основном говорила Элеонор, а дочь лишь держала отца за руку. Магнат молча выслушал всю информацию и только в конце разговора распорядился, чтобы Элеонор созвала всех акционеров и директоров банка на совет. Собрание решили провести сегодня в час дня.

Утром Эмили позвонила управляющей и сообщила, что старик плохо спал ночью. Девушки очень беспокоились за состояние Майкла. Они попытались было отговорить его идти на собрание, но тот категорически отказался их слушать.

– Под вопросом стоит репутация моего банка, – заявил магнат дочери за завтраком, – и я обязан лично разобраться.

Таким образом через несколько часов состоится совет, на котором будут присутствовать держатели акций и руководители банка. Большую роль в совете играл председатель.

Остин Пауэрс входил в совет директоров «Омега-банка». Помимо этого он имел свой бизнес. Пауэрс основал завод, производящий автозапчасти. С ним сотрудничали крупные автомобильные компании. Больше всего прибыли ему приносило сотрудничество с такими автогигантами, как «Дженерал Моторс», «Форд энд Крайслер». Контракты с компаниями «большой тройки» озолотили Остина.

Обычно на таких собраниях, как сегодняшнее, присутствовали только большие шишки, но сегодня сделали исключение. На сей раз на совет директоров пригласили начальника экономического отдела Криса Джордана.

Конференц-зал находился на третьем этаже главного корпуса. Элеонор толкнула большую дверь и очутилась в хорошо освещенном зале. Посередине стоял огромный овальный стол красного дерева. Большинство членов совета уже собралось, в том числе и Остин Пауэрс. Президент «Омега-банка» еще не подъехал. Девушка села на свое место рядом с Джоном Ларсеном.

– Добрый день, мисс Харрис, – поздоровался с ней Остин Пауэрс. – Мы все заинтригованы этим срочным заседанием. Не разъясните, в чем тут дело?

– Я думаю, будет некорректно начинать без мистера Ричардса, – примиряюще улыбнулась Элеонор.

– Ходят слухи, что наш банк на грани разорения. Они правдивы или я могу надеяться, что это лишь глупые сплетни? – вмешался в разговор Питер Морган.

– Именно об этом мы сегодня и поговорим! – раздался голос в дверях.

Голос принадлежал Майклу Ричардсу. Все сразу обернулись на него. Майкл выглядел уставшим, серые круги под глазами придавали ему болезненный вид. Отца сопровождала Эмили, держа крепко под руку. Она помогла ему сесть и сама устроилась рядом.

– Можем начинать, господа, – отдышавшись, произнес президент.

– Мы что же, будем совещаться и обсуждать дела в присутствии посторонних лиц? – глядя на Криса, возмутился Морган.

– Мистер Джордан нужен сегодня на совете! – довольно резко ответил Майкл.

Все знали, что у Питера и Майкла Ричардса натянутые отношения.

– Я предлагаю перейти непосредственно к делу, – поторопил председатель. – Что происходит, мистер Ричардс?

Майкл встал со своего места.

– Вчера мне стала известна печальная новость, – промолвил он. – Мне сообщили, что наш банк балансирует на грани банкротства. Это лишь риск, но всем известно, что нет дыма без огня.

– Да, если есть риск, то рано или поздно такое может произойти, – произнес Остин Пауэрс. – Я хочу понимать, что происходит!

– Для этого я и пригласил директора экономического отдела. Мистер Джордан, вам слово.

Крис Джордан встал из-за стола. На его лбу выступила испарина.

– Я очень долго размышлял над сложившейся ситуацией, – начал он. – Я не одну неделю просматривал финансовые документы и отчеты.

– И к чему же вы пришли? – спросил нетерпеливо Питер Морган.

– К весьма неутешительным прогнозам. – Крис вытер платком пот. – В нашем банке произошла утечка денежных средств.

Воцарилось минутное молчание. Присутствующие ушам своим не поверили. Первым очнулся Остин Пауэрс.

– Как это? – осведомился он. – Вы хотите сказать, что кто-то украл определенную сумму денег?

– Ну, не совсем так. – Крис явно нервничал. – Тщательно исследовав все финансовые документы, я выявил, что довольно крупную сумму денег перевели на счет другого банка.

– Значит, если я правильно понял, ее перевели безналом? – вмешался в разговор Джон Ларсен.

– Вы совершенно правы. Исчезло не всё сразу. Кто-то переводил деньги понемножку, – пояснил Крис.

– И как долго это длилось? – осведомился Майкл Ричардс.

– Все происходило в течение года, – признался Джордан.

– Целый год? – вскочил Питер Морган. – Целый год шла утечка денег, и ваш отдел не выявил ничего, и вы в том числе?

– Но сэр, – руки Криса задрожали, – делались очень небольшие переводы.

– Это ваши проблемы! – продолжал бушевать Питер. – Значит, вы и ваш отдел работали плохо и вас надо уволить!

– Мистер Морган, успокойтесь! – рявкнул президент банка. – Сядьте! Мы должны спокойно во всем разобраться.

Питер злобно покосился на старика, но спорить с ним не рискнул и сел на место.

– Как, по-вашему, кто мог перевести средства на счет другого банка? – спросил Майкл.

– Я как раз об этом думал! – улыбнулся Крис. – Если вы мне дадите немного времени, думаю, я смогу вычислить злоумышленника.

– Но мы должны сообщить о пропаже крупной суммы денег полиции, – вмешался председатель совета.

– Сколько времени вам надо, Крис? – не обращая внимания на последнюю реплику, спросил Майкл.

– Ну, я не знаю… – задумался Крис. – Думаю, недели хватит.

– Вот и отлично. Даю вам неделю сроку, чтобы вычислить вора.

– Но мистер Ричардс! – возмутился Питер Морган. – Весь год нас обворовывали, и мы еще станем ждать?

– Я полностью согласен с мистером Морганом, – вдруг подержал недруга Джон Ларсен.

– Здесь пока я принимаю решения! – раздраженно ответил Майкл.

Эмили тут же погладила его по руке, чтобы отец немного успокоился.

– Как знаешь, Майкл, – сдался Остин.

– Думаю, на сегодня достаточно. – Майкл Ричардс встал. – Крис, звоните мне и сообщайте о любой новости. – Глава банка направился к выходу и в дверях обернулся: – Считаю, что остальным служащим пока необязательно знать о сложившейся ситуации.

«И все-таки жизнь – несправедливая штука», – мельком подумала Маргарет Ларсен. Сегодняшний день для нее оказался не самым удачным. Когда она утром пришла в редакцию газеты, ее тут же вызвал главный редактор и потребовал найти срочно сенсационный материал. Маргарет Ларсен обрела широкую известность благодаря делу о разорении крупного банка. Она целиком углубилась в тему и сообщала все новейшие подробности, связанные с громким банкротством. Но это было почти год назад. После этого девушка, конечно, написала еще много статей, но сенсационными их никто бы не назвал.

И вот сегодня главный редактор потребовал от нее найти новый скандал. Сфера ее деятельности – все экономические новости и события в стране. Стоило ей выйти из кабинета главреда, секретари ей шепнули, что в одном крупном супермаркете схватили фальшивомонетчиков. Маргарет села в свою машину и полетела к месту происшествия.

Затем она вернулась в редакцию и изложила на бумаге свои мысли. Маргарет, сдав материал главному, выслушала от него множество претензий насчет статьи.

И вот сейчас она сидела в баре на 52-й улице, куда приходила всякий раз, когда становилось нехорошо на душе. Девушка заняла удобное место за барной стойкой и заказала капучино. Бармен знал Маргарет, в его смену они часто общались.

– Как жизнь, мисс Ларсен? – дружелюбно спросил он.

– Лучше не спрашивайте, – вздохнула та. – Хуже некуда.

– Неудачный день на работе?

– Неудачный – еще мягко сказано! Просто отвратительный!

– Какие новости в экономике? – закидывал ее вопросами бармен.

– Никаких, – махнула рукой журналистка.

Бармен поставил перед ней чашку с ароматным кофе.

– Вы знаете, – снова начал он заговорщицким тоном, – моя жена работает в «Омега-банке». Она тут обмолвилась, что у них творится что-то неладное.

Маргарет внимательно посмотрела на бармена.

– В каком смысле «неладное»?

– Ну, не знаю. Сегодня у них в срочном порядке собрали какое-то важное совещание акционеров и директоров.

– А кем работает ваша жена?

– Секретарем, – улыбнулся с явной гордостью бармен.

– А что именно там произошло?

– Точно не скажу, но знаю лишь, что кто-то из служащих сиднем сидит и проверяет все отчеты днем и ночью. Наверняка что-то копает.

Маргарет потеряла интерес к кофе. Журналистское чутье подсказывало, что эта тема может быть ей полезна. Но как разведать, что же стряслось? Конечно, там работает брат, но спроси она его прямо, ответа все равно не дождалась бы.

Журналистка расплатилась за кофе и все же решила отправиться к Ларсенам.

Она смекнула: если в банке и впрямь не всё ладно, то настроение Джона будет соответствующим.

Быстро доехав до 51-й улицы, Маргарет припарковалась у дверей дома брата. Девушка звонила в дверь и долго ждала, пока ей откроют. В результате дверь со скрипом отворилась и на пороге возникла Джессика.

– Что это ты здесь делаешь? – спросила миссис Ларсен, и в ее голосе звучал металл.

– Я решила навестить братца. – Маргарет вошла в хорошо освещённую гостиную. – Кажется, я имею на это право.

– Кто бы спорил, – фыркнула его жена.

– И где же он?

– Джон, как обычно, у себя в кабинете. День-деньской занимается исключительно работой, – скривилась Джессика.

Маргарет ничего не ответила и двинулась в указанном направлении.

Брат сидел за большим дубовым столом, склонившись над кучей документов. При виде Маргарет он искренне улыбнулся.

– Привет, братец!

– Какие люди решили сегодня нас навестить, – засмеялся Ларсен.

– Я тебя не очень отвлекаю?

– Ну что ты, разве я не могу уделить немного времени любимой сестре?

Маргарет села на стул, стоящий около стола.

– Давненько я тебя не видела, – улыбнулась она. – Как поживаешь?

– Да по-разному. – Лицо Джона посерьезнело.

– Как у вас дела с Джессикой?

– Это отдельная история. С годами она становится невыносимой.

– По-моему, она всегда была такой, – съязвила Маргарет. – И как ты ее терпишь?

– Маргарет, прекрати! Она была хорошей женой.

– Ты правильно сказал – «была».

– Хотя вынужден признать, что она почти перестала уделять время ребенку и домашним делам.

– Ужас какой…

– Постоянно обвиняет меня, что я вечно пропадаю на работе.

Маргарет сразу оживилась, когда Джон заговорил о своей работе, хотя попыталась этого не показывать. Она очень надеялась, что разговор коснется этой темы, но сама начать опасалась, так как не хотела, чтобы Джон что-то заподозрил.

– Как дела в банке? – робко спросила она.

– Все хорошо, – ответил Джон. – Дел, как всегда, тьма.

– Как там Майкл Ричардс?

Джон почувствовал неладное. Слишком хорошо он знал Маргарет. Пусть она вела себя очень непринужденно и старалась не проявлять никакого интереса, но он-то заметил, как загорелись ее глаза.

– Ты словно интервью у меня берешь, – пошутил Джон.

– Почему? Я просто спросила.

– Маргарет, мы же столько лет знаем друг друга. Я могу понять, когда со мной говорит сестра, а когда – журналистка.

– Зря ты так думаешь.

Он ничего не ответил, лишь смотрел на сестру.

– Ты еще помнишь скандал с «Альянс-банком»? – На щеках Маргарет вспыхнул румянец.

– Это невозможно забыть. Ты находилась в центре всех событий. Твое имя гремело во всех газетах, не говоря о телевидении.

– Не могла же я просто смотреть, как сотни вкладчиков остались без сбережений!

– Давай не будем об этом, – махнул рукой Джон.

– Почему же? – Девушка вскочила. – Вам, банкирам, зачастую все равно, что будет со вкладчиками. Вам важно одно – чтобы вы оставались при деньгах!

– Всё не так, – покачал головой Джон. – В нашем банке политика иная.

– Хотелось бы в это верить. – Маргарет посмотрела в окно. – У тебя, может, и да, но у твоих коллег – сомневаюсь.

– Главное, у Майкла Ричардса такая же политика. – Джон подошел к сестре и обнял ее за плечи.

– Джон, ты же знаешь, что Майкл не вечен, – улыбнулась Маргарет. – Ему уже много лет. Что будет после его ухода?

– Лучше оставим эту тему.

– Зачастую всегда страдают невинные. Вы забываете кое-что: вы зависите от них. Без них не было бы вас.

– Ты права, – кивнул Джон.

– Я уверена на все сто, что если у «Омега-банка» начнутся трудные времена, то на девяносто процентов пострадают именно вкладчики, – стояла на своем Маргарет.

– И ты опять войдешь в игру? – обреченно спросил Джон.

– Думаю, да. – Маргарет сверлила взглядом брата. – Я журналист и должна писать о том, что волнует других. Я отстаиваю интересы людей и буду продолжать в том же духе.

– Ты даже не посмотришь на то, что вице-президент банка – твой брат?

– Джон, ничего личного, это работа моя. – Маргарет отвернулась от него к окну. – Ведь, если бы я к тебе пришла в «Омега-банк» за кредитом, ты бы не посмотрел, что я твоя сестра, и выдал бы его мне на общих условиях. Я права?

Немного подождав, Джон утвердительно кивнул.

– Вот видишь. Я тебя люблю, братец, но если напишу о твоем банке, ты должен меня понять.

– В целом я тебя понимаю, но мне бы не хотелось этого, – криво улыбнулся Джон. – Но я тебя хорошо знаю. Ты карьеристка и будешь действовать так, как посчитаешь нужным, ради успеха.

– Ты бы на моем месте поступил точно так же. – Она крепко обняла брата. – Ладно, мне пора ехать. Скоро начнется дождь.

– Был рад тебя видеть, – сказал Джон. – Заезжай почаще.

– Можешь меня не провожать.

Журналистка, покидая кабинет, надеялась не пересечься с Джессикой, но та сидела в гостиной и листала модный журнал. Маргарет быстро попрощалась с ней и вышла из дома. На улице уже моросил дождь.

В «Омега-банке» день начался, как обычно. Сначала пришел дежурный, и в его присутствии администратор распечатал конверт с ключом от хранилища.

Сегодня дежурным администратором выступал директор экономического отдела Крис Джордан. В помощниках у него ходил молодой человек, клерк из экономического отдела по имени Лео Джонсон. Парень любил стильно одеваться. После завершения учебы в Гарварде он подал заявление в отдел кадров «Омега-банка». Его с радостью приняли, так как на тот момент не хватало экономистов.

За год службы Лео зарекомендовал себя как очень грамотный специалист. Он никогда не опаздывал и не позволял себе уходить раньше. Кроме того, он интересовался экономикой и новостями в этой сфере. Многие в «Омега-банке» любили слушать его, когда в обеденный перерыв он пересказывал новости экономики. Лео был образованным и начитанным. Он постоянно посещал в городскую библиотеку и помимо научных книг брал классическую литературу. Также он изучал немецкий.

И вот сегодня в присутствии Криса Джордана он распечатал конверт и открыл хранилище. Затем туда по одному зашли кассиры за своими кассовыми аппаратами. А дежурные тем временем наблюдали.

Крис Джордан был весь на нервах. Вчера он ушел из банка в девятом часу вечера. После того как экономист обнаружил утечку денег, он начал предметно изучать все финансовые отчеты и документы. Он нисколько не сомневался, что всю эту операцию по зачислению средств на счет другого банка совершил кто-то из своих. Но кто? Вот что его мучило. У него оставалось совсем немного времени, чтобы обнаружить воришку.

Немного покопавшись в отчетах, Крис потихоньку подбирался к зерну. Кое-что вырисовывалось, но он не был еще готов осветить свои догадки.

– Что-то вы сегодня в странном настроении, – прервал его мысли Лео.

– Вчера поздно лег, а сегодня рано встал, – отмахнулся Крис.

– Вы опять вчера ушли из банка намного позже обычного? – заметил помощник. – Нельзя отдавать всего себя работе. Нужно еще думать и о себе.

– Ты прав, Лео, – согласился Крис.

– Что-то случилось? У вас в последние дни вид какой-то озадаченный, – улыбнулся клерк.

– С чего ты взял? Все в полном порядке.

– Я слышал, как в приемной две секретарши шушукались о какой-то крупной недостаче, – снова улыбнулся Лео.

– Сплетницы проклятые, – буркнул Крис.

Проблема большого коллектива в том, что все новости быстро разлетаются и, как правило, их успевают переврать. Порождали сплетни многочисленные секретари. У каждого директора – свой секретарь, через руки которого проходила вся рабочая документация. Зачастую информация обсуждалась самими секретарями. Далее она распространялась, и сотрудники банка активно судачили обо всем, так что в конце концов факты искажались до неузнаваемости.

Именно этого и боялся Крис. Он не хотел, чтобы сведения о пропаже денег разошлись по банку. Если слишком много народа узнает про это, то информация может дойти до вкладчиков, и легко они не отделаются.

Его мысли прервал голос только что появившейся Элеонор:

– Добрый день, господа!

Управляющая, как всегда, выглядела великолепно. Она была коричневом брючном костюме.

– Как протекает дежурство?

– Хорошо, мисс Харрис, – просиял Лео. – Вы сегодня великолепно выглядите.

– Спасибо, Лео!

– Я могу идти и заниматься своей работой? – обратился помощник к Джордану.

– Да, конечно, – недовольно отозвался тот.

Клерк попрощался с управляющей и направился к себе в отдел.

– Хороший парень, – с улыбкой отметила Элеонор. – Еще совсем молод, но умен не по годам.

– В этом ты права, – как-то загадочно произнес Крис. – Вот таких, как он, я и побаиваюсь.

– О чем ты? Разве плохо, что появляется такая молодежь?

– Не нравится он мне, – тем же тоном произнес Крис. – Он еще нам покажет…

– Не понимаю, о чем ты. – Элеонор озадачило поведение Криса.

– Не обращай на меня внимание, – махнул рукой тот. – Я все потом объясню. Есть возможность созвать совет директоров в начале следующей недели?

– Думаю, да. Тебе удалось что-то разузнать?

– Я пока не хочу выдавать все свои мысли, – сообщил Крис. – Но мне кажется, я догадываюсь куда делись деньги банка.

– Да? – оживилась Элеонор. – Судя по всему, ты еще сам не уверен в своих догадках.

– Всё верно, это пока только мои догадки.

– Но к началу недели, я надеюсь, ты будешь уверен на сто процентов.

– Разумеется, – сверкнул глазами Крис, – не буду же я позориться перед руководством.

– Я на это надеюсь, – улыбнулась Элеонор и направилась к лифту.

Наступила долгожданная пятница. Весь день Джессика провела в суете. Она проводила мужа на работу и отправилась в салон красоты. Сегодня вечером у нее запланирован ужин с Питером Морганом. Несмотря на то что она весь день провела в салоне, время тянулось очень долго.

Джессика вернулась домой во второй половине дня и почти до вечера выбирала платье. В итоге надела строгое классическое платье, которое хорошо подчеркивало все прелести ее фигуры. Джессика подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение.

«А я еще ничего», – подумала она.

У нее было превосходное настроение по нескольким причинам. Во-первых, сегодня она поужинает с одним из директоров и акционеров банка. Вторая причина – предстоящий уик-энд.

За завтраком Джон сообщил, что на выходные их пригласил к себе один из партнеров банка. Джессика не знала о нем ничего толком. Слышала лишь, что он – совладелец крупной автомобильной компании. Ему принадлежала огромная вилла в пригороде Нью-Йорка, и именно туда получили приглашение Ларсены. Кроме их семьи там будут и другие акционеры и директора «Омега-банка». Джессика обожала такого рода светские мероприятия. Как правило, на этих встречах она общалась с женами других банкиров. Обычно их мужья разговаривали о бизнесе. Эти мужчины, как считала Джессика, никогда не могут забыть о работе. Женщины на таких мероприятиях присутствовали лишь для антуража. Женам не особо интересно было слушать мужей. Обычно после обеда все общество разделялось на две половины. Мужчины удалялись в бильярдную и во время партий разговаривали о делах, а женщины в саду вели непринужденные беседы о своих заботах, семье и детях. В результате и те и другие оставались довольны встречей.

Джессика, немного покрутившись перед зеркалом, подошла к своему туалетному столику. Достала из шкатулки тонкую цепочку с небольшой бриллиантовой подвеской. Её Джон подарил ей на день рождения.

Когда образ был завершен, Джессика спустилась в холл. Они с Питером договорились встретиться на перекрестке. Это была инициатива Джессики. Она не хотела, чтобы нянька или соседи увидели, что за ней приехал мужчина на дорогом авто.

Джессика тихонько вышла из дома и пошла вдоль улицы. От нее пахло французским дорогим парфюмом. Многие прохожие оглядывались ей вслед. Когда она приблизилась к перекрестку, то заметила черный автомобиль. Он явно ждал именно ее. Неподалеку на лавке сидели несколько пенсионерок. Стоило Джессике пройти мимо, и они мгновенно перестали разговаривать. Она поняла, что сейчас вся улица наблюдает за ней, и ее это безумно возбуждало. Ей нравилось быть в центре внимания.

Подойдя к машине, Джессика через лобовое стекло увидела сидящего за рулем Питера Моргана. Она открыла дверцу и изящно села. Питер первые секунды сидел молча, оценивая ее.

– Потрясающе! – только и смог произнести он.

– Что, нравится? – кокетливо спросила Джессика.

– Еще бы! – Питер завел мотор автомобиля. – Вы, как бриллиант, вся блестите!

– Прошу вас, давайте перейдем на «ты», – предложила она.

– Я не против.

– А куда мы направляемся? – поинтересовалась миссис Ларсен.

– В ресторан при отеле «Риц», – улыбнулся ее спутник. – Как вы относитесь к итальянской кухне?

– Замечательно! Но мы же договорились на «ты».

– Прошу прощения.

Через несколько минут их автомобиль оказался у входа в отель. Это было огромное современное здание. Здесь часто останавливались голливудские звезды. Отель считался одним из самых лучших в Штатах.

Ресторан находился на первом этаже правого крыла здания. Джессику и Питера встретил улыбчивый администратор и проводил к их столику.

– Не возражаешь, если я сделаю заказ на свой вкус? – поинтересовался Питер.

Джессика лишь одобрительно кивнула. Питер, не глядя в меню, заказал несколько блюд и бутылку дорогого красного вина.

– Давай выпьем за нашу встречу, – поднял бокал Питер.

Джессика отхлебнула немного вина.

– О, какой чудесный напиток! – воскликнула она. – У тебя прекрасный вкус, Питер.

– Приятно слышать эти слова от такой женщины, как ты. – Голос Питера был сладострастным. – Как ты могла связать свою жизнь с Джоном Ларсеном?

– Наверное, ошибка молодости, – вздохнула Джессика. – Хотя раньше он был другим.

– А он знает, где ты сейчас?

– Он думает, что я пошла на ужин к подруге.

– Ты никогда не думала уйти от него? – продолжал задавать вопросы Питер.

– Думала, – кивнула его собеседница, – но страх все потерять и остаться одной с ребенком останавливает меня.

Тут официант принес тарталетки. Джессика аккуратно взяла одну и стала жевать.

– Божественно вкусно! – промурлыкала она.

– Я рад что тебе здесь нравится, – улыбнулся Морган.

– Здесь просто шикарно.

– Интересное место для интересной женщины, – поддакнул Питер.

– Ты меня перехваливаешь, – смутилась та.

Чуть позже официант принес десерт – великолепное дынное суфле.

– Превосходно вкусно! – закрыв глаза, сказала Джессика. – Спасибо за потрясающий вечер, Питер!

– Тебе спасибо. – Он коснулся руки Джессики. – Я давно не был в обществе такой красивой женщины, как ты. Надеюсь, как-нибудь повторим.

– Я тоже на это надеюсь.

Принесли счет, и Питер положил несколько банкнот в папку.

Вскоре они уже сидели в машине. Питер ехал не спеша. Какое-то время они провели в молчании.

Питер остановил на том же перекрестке:

– Спасибо тебе за компанию. – Морган поцеловал ей руку.

Джессика изящно вышла из автомобиля и направилась к дому.

«Грациозна, как черная пантера», – подумал Питер и тронулся с места.

На следующее утро Джессика проснулась в отличном расположении духа. Джон уже бодрствовал. Вчера, когда она пришла с ужина с Питером, он еще не вернулся домой. Она не стала ждать его и, сразу уложив сына, отправилась тоже спать. По всей видимости, Джон пришел поздно.

Джессика приняла душ, накрасилась и спустилась в столовую. Джон пил кофе с круассанами и, как обычно по утрам, читал газету.

– Доброе утро, Джесс, – улыбнулся он.

– Доброе, – зевнула она.

– Налить тебе кофе? – предложил Джон.

Джессика кивнула.

– Миссис Брокс уже пришла? – спросила она.

– Да, Джонни сейчас с ней. – Ларсен подал жене свежесваренный кофе.

– Как мне нравится твой кофе, – принюхиваясь к аромату, сказала Джессика.

– Как вчера прошла встреча с подругами?

– Спасибо, хорошо, – улыбнулась супруга.

– Ты вчера рано пришла, я думал, ты засидишься с ними до ночи.

– Может, просто это ты поздно пришел? – В голосе Джессики зазвучал металл.

– Ну, ты же знаешь, у меня ответственная работа и я должен контролировать весь процесс.

– Да я-то знаю, – вздохнула она.

– Мама, мама! – послышался голос взбежавшего в столовую Джонни

– Привет, золотце мое, – обняла сына Джессика. – Миссис Брокс, следите, пожалуйста, за его распорядком дня. Не давайте ему засыпать поздно.

– Хорошо, миссис Ларсен, – кивнула няня.

– Вы надолго уедете? – спросил Джонни.

–—На два дня, дорогой, – улыбнулась Джессика.

– А два дня – это много или мало? – не унимался Джонни.

– Это мало, – поцеловала ребенка Джессика.

– Значит, скоро приедете?

– Очень скоро, сын, – ответил Джон.

– Ура! – вскочил Джонни и побежал к себе в комнату.

– Нам пора ехать, Джесс, – поторопил Джон. – Тебе еще надо одеться.

– Я быстро, десять минут – и готова.

Через десять минут они уже сели в машину. Автомобиль мягко скользил по шоссе.

– Расскажи мне о человеке, к которому мы едем, – попросила Джессика.

– Его зовут Лайонел Локредж. Президент «Дженерал Моторс», крупной автомобилестроительной компании. Лайонел очень состоятельный человек. Наш банк давно дружит с ним.

– Дружит? – перебила Джессика.

– Мы уже давно хотим заполучить Лайонела в клиенты.

– А что же вам мешает?

– Он является клиентом другого банка, – объяснил Джон. – Лайонел очень требователен к банкам, где держит свои деньги.

– Понятное дело. Я бы вела себя так же, вложи я такие средства. А как он вышел на ваш банк и стал поддерживать отношения?

– Я точно не знаю, кажется, он где-то познакомился с Майклом.

– А зачем он вас пригласил на выходные? Это будет просто непринуждённая дружеская встреча или деловая все же?

– Его компания сейчас переживает трудное время, – объяснил Джон. – Думаю, это станет основным зерном нашей встречи.

– Его же компании много лет, – удивилась Джессика. – Она давно на плаву. Я считала, что таким компаниям не страшен крах.

– В Америке назревает экономический кризис. Всем придется туго, даже тем фирмам, кому несколько десятков лет. Вот и Лайонела это коснулось.

Автомобиль тем временем скользил по загородному шоссе.

– А вашему банку не опасен этот кризис? – спросила Джессика.

– Что-то утверждать не берусь. В нашем банке есть кое-какие недочеты, которые, на мой взгляд, нужно как можно скорее устранить.

Джон повернул на асфальтированную узкую дорогу. Впереди показалась роща. Автомобиль быстро приближался к ней. Вскоре показался шикарный большой особняк. Во внутреннем дворе был большой сад с прудом. Джон остановил машину у парадного входа. На крыльце стоял высокий, хорошо сложенный мужчина. Он быстро сошел со ступенек.

– Ну наконец! – громко воскликнул он. – Сколько можно вас ждать?

– Только не говори, что мы приехали последними, – пожимая ему руку, пошутил Джон. – Лайонел, познакомься, это моя жена Джессика.

– Очень приятно, миссис Ларсен.

– Взаимно!

Хозяин повел гостей в дом. В гостиной уже собралось несколько гостей. Джессика узнала нескольких из них. Питер Морган сидел в глубоком кресле. Он был в голубых джинсах и футболке в тон.

Вторым, кого она узнала, стал председатель совета директоров, Остин Пауэрс. Он, как обычно, надел серый классический костюм. Рядом с ним сидела пышногрудая блондинка – по-видимому, его жена.

Кроме них, присутствовали еще несколько мужчин с супругами. Хэнк Осборн – вице-президент филадельфийского отделения «Омега-банка», человек лет пятидесяти. Его крупная фигура еле умещалась в кресле, в котором он сидел. Рядом с ним такая же толстая жена. В банке ходили слухи, что он почти не появлялся на работе и все его дела выполнял управляющий Леон Рупер.

Последний тоже находился тут. Как обычно, нервный и взвинченный.

– Но коль скоро мы здесь все собрались, можно и выпить за нашу встречу, – громко провозгласил хозяин дома.

После его слов появился дворецкий с подносом, на котором стояли бокалы с шампанским.

– А почему нет с нами мисс Харрис? – поинтересовался Джон.

– Ах да, господа, забыл сообщить вам, – осёкся Лайонел, – мне с утра звонила мисс Харрис и принесла извинения. Она сказала, что не приедет сегодня: ее дядюшке стало плохо.

Воцарилось минутное молчание. Все вопросительно смотрели на Лайонела.

– Что-то серьезное? – первым прервал молчание Джон.

– Я точно не знаю, – пожал плечами Лайонел, – кажется, что-то с сердцем.

– Да, старик в последнее время сильно сдал, – вздохнул Остин Пауэрс.

– Ну, давайте сегодня не будем о грустном, – встал с кресла Питер Морган. – Давайте же выпьем за встречу.

Все подняли бокалы. Женщины засмеялись, мужчины завели непринужденные разговоры. Джессика взглянула на мужа. Джон выглядел расстроенным.

– А теперь, господа, я предлагаю пройти в столовую и отобедать!

Хозяин направился в столовую, и все гости двинулись за ним. Там их взорам предстал большой длинный стол, который ломился от блюд. Каждый занял свое место.

– Сколько тут всякой вкусности! – воскликнула Джуди, жена Хэнка Осборна. – Я люблю вкусно поесть!

Джессика посмотрела на нее. По ее фигуре было видно, что она большая поклонница еды.

– Как обстоят дела в вашем банке, господа? – накладывая себе салат в тарелку, спросил Лайонел. – Ведь сейчас трудные времена, и не секрет, что многие банки будут закрываться.

– У нас на данный момент все стабильно, – улыбнулся Остин. – Конечно, еще много сложностей в этот непростой период. Но мы работаем.

– «Омега-банку» много лет, и надо отдать должное старине Майклу, но, как мне кажется, некоторые системы у вас устарели, – продолжал Лайонел. – Сейчас многие банки вкладывают средства в различные финансовые программы либо спонсируют их, чтобы потом получить доход от вложений.

– Наш банк тоже участвует в подобном, – перебил Питер Морган. – Мы вкладываемся в жилищную программу.

– Какую именно? – поинтересовался Лайонел.

– Мы финансируем строительство нового района на севере Нью-Йорка.

Лайонел мгновение помолчал, словно подбирая слова, затем улыбнулся и тихо произнес:

– Это же невыгодно. Насколько мне известно, этот район – для черных и малоимущих американцев. Это вложение не принесет дохода.

– Зато у малообеспеченных ньюйоркцев появится жилье, – вмешался в разговор Джон.

– К чему этот патриотизм? – засмеялся Лайонел. – Надо вкладывать деньги, чтобы они потом оборачивались вдвое.

– Я полностью с вами согласен, – поддакнул Питер. – Надо было финансировать более выгодный проект.

– Вложив средства в это строительство, мы тем самым дали шанс небогатым американцам приобрести жилье за приемлемую цену, – стоял на своем Джон.

– Благотворительность – это, конечно, хорошо, – одобряюще кивнул Лайонел, – но не в такое сложное для всех время.

– Я полагаю, что вы, Лайонел, не зря затеяли этот разговор, – заметил Остин Пауэрс.

– Вы правильно полагаете, – улыбнулся магнат. – Ваш банк очень крупный и уже много лет на рынке. Наша компания хочет построить крупный торговый центр в Нью-Йорке. И мы бы хотели сотрудничать с вами.

– Точнее сказать, вы хотите, чтобы банк финансировал ваш проект? – спросил Остин Пауэрс.

– Вы совершенно правы, старина.

Воцарилось молчание.

– Я понимаю, что сразу ждать ответа глупо. Вам надо официально собрать совет директоров, ознакомиться с бизнес-планом и все хорошенько взвесить. Но заранее могу сказать, что доход будет колоссальным. Помимо магазинов там будут развлекательные центры, кафе и ночные клубы.

– Звучит заманчиво, – протянул Хэнк Осборн.

– Еще как, – закивал Леон Рупер.

– Давайте не будем торопиться, – проговорил Джон. – Мы в любом случае не можем принимать решение без мистера Ричардса.

– Все равно мнение мистера Ричардса будет зависеть от совета акционеров, – возразил Питер Морган.

– Он имеет право на решающее слово! – выпалил Джон.

– Этого никто не оспаривает, – не глядя на Джона, сказал Питер.

– Господа, не надо ссориться! – остановил спор Лайонел. – Я все понимаю и даю вам время подумать. Но, поверьте, люди будут ходить в новый торговый центр и оставлять немалые деньги. Если банк профинансирует строительство, а в дальнейшем выкупит пакет акций, то прибыль будет немалая!

Вновь все замолчали. Даже жены притихли. Было видно, что присутствующие взвешивают все «за» и «против».

В это время появился официант с десертом на подносе. Это оказалось манговое суфле, нереально вкусное.

– Ой, как вкусно! – воскликнула Джуди.

– А теперь, если не возражаете, я предлагаю прогуляться. Сегодня замечательная погода.

– Я просто в восторге от предложения! – захлопала в ладоши миссис Осборн.

Все встали из-за стола и направились вслед за хозяином особняка. Владения Лайонела Локреджа оказались просто огромными. На заднем дворе находился большой пруд. К нему примыкал причал с маленькими лодками. На другом берегу пруда была роща.

– Какая красота! – воскликнула одна из жен.

– Если есть желающие покататься на лодках, пожалуйста, – улыбнулся Лайонел.

Далее гости вышли на поле для гольфа. Как выяснилось, хозяин любил по утрам играть в гольф. Это поле было нереальных размеров. На нем время от времени появлялись машины, которые подравнивали газон.

– Я тоже люблю гольф, – сказал Питер Морган.

– Что же, можно тогда сыграть. Что скажете, Питер?

– С удовольствием!

– Лайонел, говорят, что вы еще являетесь любителем антиквариата? – спросил Остин Пауэрс.

– Что правда, то правда, – засмеялся тот. – У меня свой музей в Вашингтоне.

Вдали показался дворецкий. Он быстро направлялся к гостям.

– Кто еще сыграет с нами в гольф? – предложил Лайонел. – Джон, давайте?

– С удовольствием, – согласился он.

Тем временем дворецкий подошел к группе и передал телефонную трубку хозяину. Лайонел взял её. Все обернулись и стали за ним наблюдать. С каждой секундой его лицо менялось. Улыбка постепенно сходила с его лица. Быстро выслушав собеседника на той стороне провода, Лайонел нажал на отбой.

– Только что звонила мисс Ричардс, – тихо произнес Лайонел. – Мистер Ричардс скончался.

Похороны и панихида прошли в понедельник. Собрались все близкие родственники и друзья Майкла Ричардса. У старика случился обширный инфаркт. Накануне Майкл плохо себя чувствовал. Эмили позвонила Элеонор и попросила приехать. Старик почти не вставал. Ближе к обеду его состояние ухудшилось, и Элеонор решила вызвать «скорую». Но машина не успела доехать вовремя. К их приезду Майкл Ричардс скончался.

После похорон многие сотрудники заторопились в банк. Джон на похоронах был с Джессикой. После завершения панихиды он отправил жену домой, а сам поехал на работу. Сегодня должны провести собрание. Главный экономист Крис Джордан попросил созвать всех директоров и акционеров.

Поначалу хотели его и вовсе отменить, но председатель совета директоров Остин Пауэрс заявил:

– Конечно, для нас огромная потеря – смерть мистера Ричардса, но жизнь продолжается, и работа тоже. Отменять собрание мы не будем.

Никто спорить с его решением не стал. Все понимали, что работа есть работа и дела никто за них не сделает.

Джон вошел в здание банка. В холле он заметил Эмили. Она тихо беседовала с каким-то высоким мужчиной. Ларсен подошел к ним и принес еще раз свои соболезнования. Незнакомец быстро попрощался с Эмили и покинул банк.

– Ты идешь на совещание? – поинтересовалась Эмили.

Она выглядела очень бледной. Круги под глазами сильно старили ее.

– Конечно, Эмили, – натянуто и осторожно улыбнулся он. – Я как-никак вице-президент.

– Да уж, – вздохнула Эмили, она еле сдерживала слезы. – Никак не могу свыкнуться с мыслью, что его больше нет.

Джону захотелось обнять молодую женщину, но он сдержался.

– Надо держаться, Эмили, – только и смог произнести он. – Твой отец был хорошим человеком. Он останется жить в наших сердцах.

Тут входная дверь резко распахнулась и в холл вбежал толстый, небольшого роста, лысый человек в черном классическом костюме. На его носу красовались круглые очки.

Так выглядел адвокат Майкла Ричардса. Они уже много лет работали вместе и поддерживали дружеские отношения. Звали его Рикардо Хиггинс.

Он заметил Эмили и Джона и быстро подбежал к ним.

– Я примчался сразу же, как приземлился мой самолет, – не здороваясь, задыхаясь, проговорил он. – Мне очень жаль, детка. Как жаль, что я был в Сан-Франциско и не успел попрощаться со старым другом.

– Спасибо, Рикардо!

– У нас имеется проблема, – быстро заговорил адвокат. – И еще какая!

Джон и Эмили вопросительно уставились на Риккардо.

– Твой отец не успел оставить завещание! Личное имущество принадлежит бесспорно тебе! Но вот что делать с его фирмой, то есть банком?

– Если я правильно понял, то совет теперь должен сам выбрать нового президента банка? – поинтересовался Ларсен.

– Да! Ты прав, Джон!

– Но мисс Ричардс – дочь Майкла, а значит, она должна стать нашим президентом! – выпалил Джон.

– Не факт. Это акционерное общество, и главное слово принадлежит совету, – пожал плечами адвокат. – Обидно, но факт… Однако есть и хорошая новость. Мистер Ричардс всегда хотел, чтобы его акции поделили между дочерью и племянницей. Так что я обязан так поступить.

Воцарилось молчание. Ни Эмили, ни Джон не могли выдавить из себя ни слова. Первым опомнился Ларсен.

– Возможно ли что-то сделать? – спросил он.

– Я, конечно, сделаю все что в моих силах, – пообещал Рикардо, – но это будет нелегко.

– Ситуация сложная, но главное – сейчас не паниковать, – попытался хоть как-то разрядить обстановку Джон.

– Нас, наверное, уже заждались в конференц-зале, – отрешённо проговорила Эмили.

– Главное, не переживай, моя дорогая, – положив руку ей на плечо, сказал адвокат.

Выходные для Криса Джордана выдались напряженными. В пятницу он засиделся на работе допоздна, проверяя все финансовые документы. Даже в субботу утром пришел в банк. Так он собирал ниточку за ниточкой, и вся картина начала прорисовываться. Он ожидал любого исхода, но никак не мог предвидеть то, что открылось перед ним.

Поэтому сегодня, придя в офис после похорон Майкла Ричардса, он мог уверенно сообщить акционерам и директорам, куда делись деньги банка. Через несколько минут начнется совещание, но Крису до этого нужно еще подготовиться.

Крис встал из-за своего большого стола и подошел к Лео Джонсону.

– Здравствуйте, мистер Джордан, – улыбнулся своей белоснежной улыбкой Лео.

– Здравствуй, Лео. Через полчаса в конференц-зале состоится совещание. Мне нужно, чтобы ты был там.

– Я? – Глаза Лео округлились. – Обычно там присутствуют только управленцы и члены правления.

– Мне понадобится твоя помощь, – буркнул Крис. – Будь добр, не задавай лишних вопросов и приходи вовремя.

– Хорошо, мистер Джордан. Взять какие-нибудь документы?

– Я все тебе предоставлю на месте.

Затем Крис спустился в подвальное помещение, где находился отдел службы безопасности. Поздоровался с охранником, подошел к кабинету начальника службы. Последнего звали Джек Оливуд. Крис постучался и сразу же вошел в кабинет.

Около окна за столом сидел высокий темнокожий мужчина средних лет. Джек занимался спортом и имел очень мощную, но не перекачанную, фигуру. Он обернулся и, увидев гостя, улыбнулся:

– Рад тебя видеть. – Начальник службы безопасности протянул свою большую руку для рукопожатия. – Как поживаешь, Крис?

– Бывало и лучше.

– Понимаю. Я услышал ужасные новости только сегодня утром. Бедный мистер Ричардс.

– Хотел тебя попросить, чтобы ты присутствовал сегодня на собрании директоров, – выпалил Крис.

– Это еще зачем? – удивился Джек.

– Мне понадобится твоя помощь. Надо задержать одного хапугу, который решил прибрать к рукам деньги банка.

– А, это всегда пожалуйста! – засмеялся Джек. – И кто же он?

– Терпение, мой друг, только терпение, – покачал головой Крис. – Скоро все узнаешь.

– Можешь на меня рассчитывать. Во сколько собрание?

– Через пятнадцать минут.

– Все понял. Поднимусь вовремя.

Затем Крис сделал еще кое-какие дела и в назначенный час поднялся на административный этаж. В конференц-зале собралось уже большинство членов совета. Во главе стола, как обычно, восседал Остин Пауэрс. По бокам от него расселись другие. У всех было мрачное настроение. В дальнем углу стола возвышалась фигура начальника службы безопасности.

– Крис, скажи на милость, зачем здесь присутствует мистер Оливуд? – поинтересовался Остин Пауэрс.

– Мистер Пауэрс, – обратился к нему Крис, – не торопите события. Вы скоро все узнаете.

– Так, может, начнем? – нетерпеливо спросил Питер Морган. – Все уже в сборе.

Крис оглядел присутствующих. Не хватало одного приглашенного – Лео Джонсона. Стоило о нем вспомнить, как Лео тут же ворвался в помещение.

– Прошу прощения за опоздание, – улыбнулся Лео.

Крис жестом указал на свободный стул, и Лео поспешил сесть. Все члены совета вопросительно посмотрели на директора экономического отдела.

– Я все объясню, господа, – начал Крис. – На прошлой неделе в нашем банке обнаружили крупную утечку денег. Я говорю «утечка», потому что деньги не были украдены, а их просто перевели на другой счет.

– Так просто? – удивился Остин.

– Да, так просто, – кивнул Крис. – Сначала я подумал, что ошибся кто-то из операторов. Но, подобравшись ближе к этой проблеме, я выяснил, что это вовсе не ошибка.

– Вы хотите сказать, что кто-то просто так взял и перевел деньги? – спросила Элеонор.

– Вот именно! Причем этот кто-то не так уж глуп. Он переводил деньги малыми суммами и не на один и тот же счет, а на несколько и в разные банки. Есть и иностранные банки.

В конференц-зале повисла пауза. Все вопросительно смотрели на Криса.

– И кто же этот умник? – тихо спросила Эмили.

Начальник службы безопасности встал и направился к двери, где остановился, загораживая собой выход.

– Этот умник сейчас среди нас, – громко сказал Крис.

– Что? Только не говорите, что еще не выяснили, кто именно! – вскипел Питер.

– Я прекрасно знаю кто это и даю возможность ему самому сознаться в затеянном, – ликующе заметил Крис.

Собравшиеся рассеянно переглядывались. Крис наблюдал за ними. Кто-то, ничего не понимая, смотрел по сторонам; кто-то нервно постукивал пальцами по столу. Эмили просто отрешенно сидела, не понимая, что происходит.

– Ну что, господа? – громко спросил Крис. – Я вижу, виновник не хочет добровольно сознаваться. Что же, я тогда сам его объявлю!

Крис подошел к столу, достал из своей папки несколько копий финансовых отчетов.

Раздав каждому из присутствующих, Джордан продолжил:

– В этом отчете, господа, вы прекрасно видите движение денежных средств. В нем ясно сказано, что в последнее время деньги перечислялись небольшими суммами в иностранные банки.

– Если не ошибаюсь, они шли туда в течение последних трех недель? – глядя в отчет, поинтересовался Джон Ларсен.

– Вы абсолютно правы, мистер Ларсен, – кивнул Крис. – Я попытался выяснить движение этих средств. И мне удалось! Один и тот же счет в швейцарском банке. И по милости судьбы у меня там работает знакомый. Он любезно помог узнать, на чье имя оформлен счет.

Крис снова замолчал, тем самым театрально нагнетая обстановку. В конференц-зале стояла такая оглушительная тишина, что летящую муху и ту было бы слышно.

– Не томите, Крис! – взорвался Питер. – Говорите же кто! Кто этот вор, черт бы его побрал!

Крис посмотрел на Лео Джонсона. Он спал с лица. Многие заметили этот немой обмен взглядами.

– Ах ты, подонок! – вскочил со стула Питер Морган. – Я тебе сейчас покажу…

– Успокойся, Питер! – схватил его за руку Остин.

– Лео, это правда? – спокойным голосом спросил Джон Ларсен. – Что тебя сподвигло это сделать?

– Я… Я не хотел, мистер Ларсен, – заикаясь, произнес Лео

– Не хотел он, как же! – уже орал Питер. – Ему надо руки пообрубать!

– Мистер Морган, успокойтесь! – повысила голос Элеонор. – И ведите себя как подобает вице-президенту!

Питер недовольно сел на место.

– Что вы сможете сказать в свое оправдание? – Джон старался выгладить добродушным.

– Мне нужны были деньги. – Голос Лео дрожал. – Я не знал, где их найти, вот и решил их позаимствовать у банка.

– А зарабатывать не пробовал? – рявкнул Питер.

– Мне нужна была крупная сумма денег. – Лео заплакал. – Я бы за всю жизнь их не заработал.

– А зачем вам, Лео, понадобились эти деньги? – поинтересовалась Элеонор.

– Я проиграл в казино.

– Вы понимаете, что обрекли себя на большие неприятности? – спросил Джон Ларсен.

– Да, понимаю, – обреченно ответил Лео. – Меня теперь посадят?

– Мистер Хиггинс, что нам теперь делать с Лео? – обратилась к адвокату Эмили.

– Ну, финансовые махинации – это, несомненно, вещь очень серьезная, – протянул адвокат, – думаю, мистеру Джонсону придется предстать перед судом.

– Мне дадут срок? – жалобно спросил Лео.

– Вероятно, – подтвердил адвокат.

– Боже мой!

– Не надо было красть чужие деньги! – вмешался Остин Пауэрс. – Пусть теперь с ним разбирается полиция. Мистер Оливуд, уведите его и вызовите полицию.

Лео Джонсон встал и подошел к начальнику службы безопасности. Тот взял его под руку и вывел из конференц-зала.

– Ну, теперь мы можем перейти к другим проблемам, – собрался с мыслями Остин Пауэрс. – Мистер Джордан, останьтесь. На днях ушел из жизни президент нашего банка. Это прискорбно, но жизнь продолжается. Мы должны продолжать начатое им дело. Мистер Хиггинс, я надеюсь, вы зачитаете завещание мистера Ричардса?

Рикардо Хиггинс встал со стула. По его виду было заметно, что он нервничает.

– Господа, к сожалению, у меня нет на руках завещания.

– Вы его забыли в своей конторе? – не понял Остин Пауэрс.

– Мистер Ричардс не успел составить завещание, – проговорил Рикардо.

Все снова замолчали.

– Следовательно, мистер Ричардс не успел назначить преемника, – задумчиво сказал Остин. – Что ж, устроим выборы.

– Господа, здесь присутствует прямая наследница мистера Ричардса, – напомнила Элеонор. – Это его дочь.

– Мы все об этом помним, – согласился Остин. – И обещаю, что ее не ущемят в правах.

– Я говорю не об этом! – решительно оборвала его Элеонор. – Разве она не имеет права занять место отца?

– Это бизнес. И если мистер Ричардс не назначил преемника, то его должны выбрать акционеры. Я прав, мистер Хиггинс?

– Правы, – криво улыбнулся адвокат.

– Мисс Ричардс может принять участие в выборах наряду с другими претендентами, – заметил Остин.

Тут вошла секретарь с листком бумаги и передала его Остину.

– К сожалению, господа, я вынужден вас покинуть, – сообщил он, после того как ознакомился с посланием. – Предлагаю перенести наш разговор на начало следующей недели.

– Нужно поскорее выбрать президента, – не согласился Питер Морган. – Банк не может остаться без главы, иначе это приведет к полной анархии.

– Вот это и обсудим на следующей неделе, – выпалил Остин и вышел из зала.

– Просто возмутительно! – продолжал разоряться Питер. – Мы должны урегулировать этот вопрос сейчас же!

– Уймись, Питер! – хлопнула ладонью по столу Элеонор. – Неделя ничего не решит.

Все потихоньку стали расходиться по своим рабочим местам.

– Мисс Харрис, как вы можете быть такой безразличной? – язвительно сказал Питер. – Ведь это дело вашего дяди.

– Для меня не секрет, что ты спишь и видишь, как бы занять место президента компании. Знай, я буду голосовать не за тебя! – С этими словами Элеонор вышла из кабинета.

Весь оставшийся день Эмили провела в офисе. Она решила навести порядок в отцовском кабинете. Девушка понимала, что, как только выберут нового президента, имя ее отца постепенно забудут. Новоявленный глава быстро займет кабинет Майкла Ричардса, поместит его личные вещи в коробки и спустит в кладовую. Эмили хотела сохранить все ценные вещи отца. Она взяла несколько картонных коробок и принялась за дело.

Ей вспомнилось, как в детстве отец качал ее на качелях во дворе. Он специально для дочери смастерил эти качели. И вот, молодой Майкл Ричардс качает маленькую Эмили на качелях. А из дома доносится мелодичный голос миссис Ричардс. Она зовет их ужинать. Эмили весело бежит в дом. Мама приготовила потрясающе вкусный ужин. А потом они отправляются в гостиную и смотрят телевизор.

Эмили росла в счастливой семье. Отец и мать безумно любили друг друга. У них в доме никогда не скандалили. Но время шло, и счастье мало-помалу уходило от них. Миссис Ричардс тяжело заболела. Врачи много лет сражались за ее жизнь, однако все усилия пропали даром. Мама в мучениях умерла. Отцу тяжело далась смерть любимой жены. Больше женщин у него никогда не было.

Эмили подошла к стеллажу и взяла с полки золотой кубок. Этот трофей ее отец выиграл в любительском матче по гольфу. Он с молодости занимался этим видом спорта. На кубке были выгравированы его инициалы. Эмили аккуратно завернула его в оберточную бумагу и положила в коробку.

– Наводишь порядок? – прервал думы Эмили Джон Ларсен.

– Я не заметила, как ты зашел, – улыбнулась она.

– Дверь была открыта, вот я и зашел.

– Лео Джонсона уже забрали в участок?

– Да. Ему теперь понадобится сильный адвокат.

– Не знаю, мне жаль его, – призналась Эмили. – Он бесспорно виновен, но мне жаль его…

– Просто ты очень добрая.

– Прекрати, Джон, – покраснела Эмили. – Я обычная. Просто иногда жизнь нас толкает на самые необдуманные поступки.

– Пусть им теперь занимается полиция.

– Тебе не попадался наш водитель? – спросила Эмили. – У меня две коробки с вещами отца, и я хотела бы, чтобы меня отвезли домой.

– Я могу тебя отвезти, – предложил Ларсен.

– О, спасибо, Джон, – улыбнулась девушка. – Наверняка у тебя куча важных дел. Не хочу тебя отвлекать.

– Мне не составит труда сопроводить тебя, – настаивал на своем Джон. – Тем более мне нужно немного развеяться.

Джон подхватил обе коробки и направился к двери.

– Ну, если ты так настаиваешь… – произнесла Эмили и зашагала за Джоном.

Шли они по коридору молча. Эмили следовала за Ларсеном и ненароком начала им любоваться. Его широкие плечи и сильные руки нравились ей.

Машина Ларсена стояла на подземной парковке. Джон погрузил коробки в багажник, затем открыл дверь Эмили и предложил ей сесть, после занял водительское место и тронулся. Половину пути они проехали молча.

– Что теперь будет с нашим банком? – первой прервала молчание девушка.

– Время покажет, – задумчиво проговорил вице-президент. – Все зависит от того, кто сядет в кресло главы.

– Джон, если честно, то я хочу, чтобы президентом стал ты! – призналась Эмили.

– От меня, увы, ничего не зависит, – покачал он головой. – Но все равно спасибо за доверие.

– Знаешь, я буду голосовать за тебя и уверена, что Элеонор тоже.

Автомобиль приблизился к воротам особняка семьи Ричардс. Охранник увидел Эмили в машине и тут же отворил ворота. Джон доехал до дверей.

Через несколько минут они уже стояли в холле. Эмили немного продрогла – там царила прохлада, несмотря на летнюю жару.

– Каким пустым теперь кажется этот дом, – грустно проговорила Эмили.

– Сколько в нем комнат? Никогда не удавалось сосчитать, – поинтересовался Ларсен.

– Много, Джон, – махнула рукой Эмили. – Зачем мне теперь одной всё это?

Джон не знал, что ответить.

– Если дела пойдут совсем плохо, мне придется выставить дом на продажу, – тихо проговорила Эмили.

– Фамильный особняк с историей всей твоей семьи?! – возразил Джон. – Ты не должна продавать его. Сам мистер Ричардс строил этот дом. Ты должна его сохранить.

– Я подумаю…

– Ты получаешь жалованье за работу в банке, и можно добиться, чтобы «Омега-банк» тебе выплачивал компенсацию, тогда ты сможешь содержать дом, – не унимался Ларсен.

– О, Джон, ты такой милый. – Девушка покраснела от своего неожиданного признания. – Я хотела сказать – справедливый.

Джон не выдержал и засмеялся.

– Спасибо! Мне приятно от тебя это слышать, – сказал он.

– Я знаю, что отец хотел бы тебя видеть на месте президента компании, – призналась Эмили. – Он всегда считал тебя перспективным.

– Все может быть в этой жизни, – улыбнулся Джон. – Кто знает, может, я когда-нибудь и окажусь президентом нашего банка.

– Среди директоров у тебя много друзей, которые с радостью проголосуют за твою кандидатуру.

– Но много и врагов, – напомнил Ларсен.

– Так не бывает, чтобы все было только хорошо и прозрачно. – Эмили села на кожаный диван, вытянув длинные стройные ноги.

Ее глаза снова наполнились слезами. Она вспомнила отца. Джон сел рядом с ней и приобнял за плечи. Эмили не выдержала и уткнулась ему в плечо. Так они просидели несколько минут. Джон ловил себя на мысли, что ему нравится запах молодой женщины. На какое-то мгновение ему стало не по себе. Он боялся этого нового ощущения. Конечно, Ларсен не обделен женским вниманием – у него есть жена, но он давно забыл уже то ощущение, которое сейчас испытал.

Через некоторое время Эмили отпрянула от него. Она всё еще плакала.

– Прости меня, Джон, – прошептала она. – Я поддалась слабости. Иногда так хочется почувствовать надежду и опору, которой уже так давно не было. Тяжело жить в одиночестве. Приходится целиком и полностью погружаться в работу, чтобы не думать лишний раз об этом.

Джону искренне стало жаль эту молодую женщину.

– Не говори так. У тебя есть много друзей и знакомых, – проговорил он. – Такая милая девушка не может быть одинокой.

– Друзей-то много, но нет того единственного, ради которого стоит жить, – проговорила Эмили.

После ее слов Ларсена как будто какая-то невидимая сила заставила обнять Эмили. Он сильно сжал ее в объятиях и не чувствовал от нее ожидаемого сопротивления. Их губы слились в страстном поцелуе. Их тела начали излучать страсть. Через несколько минут их одежда оказалась на полу.

Как только закончилось совещание, Питер Морган в спешке вернулся к себе в кабинет. Он снял телефонную трубку и набрал нужный номер. Довольно быстро ему ответили.

– Мистера Локреджа, пожалуйста, – сказал Питер.

В трубке помолчали.

– Слушаю, – отозвался голос на том конце провода.

– Лайонел, это Питер Морган.

– А! Здравствуй, старина, – обрадовался Лайонел. – Как у вас дела?

– Именно по этому поводу я и звоню. Как выяснилось, старик не оставил завещания. Следовательно, он не назначил нового президента.

В трубке снова замолчали.

– Это значит, что у вас пройдут выборы. Я правильно понял?

– Абсолютно!

– Я полагаю, ты мне не просто так звонишь, – задумчиво сказал Лайонел.

– Я бы хотел, чтобы ты повлиял на мнение директоров. Чтобы они выбрали меня. – Питер очень волновался. – Ты очень влиятельный человек, и многие акционеры прислушаются к твоему мнению.

– Мне, конечно, это льстит, но почему я должен встать на твою сторону? Почему я должен поддержать тебя, а не, скажем, Джона Ларсена?

Питер ожидал такой реакции Лайонела и был готов к такому развороту событий.

– Если я стану президентом, то мы могли бы посотрудничать, – улыбнулся в трубку Питер. – Я бы добился финансирования твоего проекта. А если президентом станет Ларсен, то он конечно же будет биться за финансирование строительства жилья для малоимущих.

Лайонел какое-то время молчал.

– Хорошо, я подумаю над твоим предложением, Питер, – наконец произнес он.

– Буду ждать от тебя вестей.

Питер положил трубку с полной уверенностью, что Лайонел поддержит его. Он ведь пообещал ему воплощение в жизнь его идеи. Питер Морган с довольной улыбкой откинулся на спинку кресла.

Джон сидел в своей машине. Его «форд» неторопливо ехал по шоссе. Джону не хотелось никуда торопиться. В последнее время он только и делал, что торопился, а сейчас ему хорошо, как никогда. Сегодня он пережил маленькое сумасшествие. Он не мог не поддаться страсти, которая обуздала его. Нет, это была не слабость, а именно страсть. Страсть, которую он давно не испытывал. Он знал Эмили уже много лет, но никогда не обращал на нее внимания как на женщину. Она нравилась ему как человек, нравился ее характер, но никогда и в мыслях он не рассматривал ее как сексуальный объект.

Сегодня же он поддался страсти, и они слились в одно целое. Им было хорошо друг с другом. После женитьбы у Ларсена не было других женщин, кроме жены. А Джессика оставалась сдержанной и холодной даже в постели. Эмили же была полной противоположностью его жены.

Джон подъехал к дому. В нем горело лишь окно их спальни. Он зашел в дом. Поднялся на второй этаж, открыл дверь спальни и вошел. Джессика сидела на кровати в пеньюаре и красила красным лаком ногти на ногах.

– Привет, Джон. – Она даже не подняла глаза на мужа. – Как прошел день? Успокоились все в банке?

– Еще долго будет суматоха, – ответил Джон, снимая рубашку.

– Что теперь будет с этим? Уже назначили нового президента?

– Это дело не одного дня, – задумчиво произнес ее муж. – Назначат выборы.

– О, как серьезно! – засмеялась Джессика.

– На самом деле здесь нет ничего смешного.

– А разве такой пост не передается по наследству? – уставилась на мужа Джессика.

– Вся проблема в том, что мистер Ричардс не успел составить завещание. Это усложняет всю ситуацию.

– И что теперь? Между кем и кем станут выбирать? – продолжала Джессика его расспрашивать.

– Между теми, кто занимает наиболее высокий пост после президента, – пояснил Джон.

Джессика отвлеклась от своих ногтей и озадаченно посмотрела на мужа. По ее глазам было видно, что она переваривает информацию.

– Значит, если я правильно поняла, то один из претендентов на пост – ты?

– Ага, – кивнул Джон, заходя в ванную.

– А Питер Морган – твой соперник? – продолжала Джессика.

– Да. – Джон уже стоял в душевой кабине.

– А председатель совета директоров тоже примет участие в гонках за лидерство?

– Остину Пауэрсу это не надо, – объяснил Джон. – У него свой бизнес. Он просто акционер. Я сомневаюсь, что ему нужна должность президента «Омега-банка».

– Значит, больше нет претендентов, кроме вас с Питером?

– Ты угадала.

– А каким образом будут проходить выборы?

– На собрании всех директоров и акционеров банка. – Джон выключил воду и стал обтираться полотенцем. – Они и будут выбирать.

– А на основании чего? – не могла угомониться Джессика. – Кому кто нравится?

– Зачастую именно так и происходит, – махнул рукой Джон. – Чисто субъективное мнение каждого.

Джессика встала и подошла к открытой двери ванной.

– Милый, и какие же шансы у тебя на победу? – серьезно спросила она.

Джон некоторое время молча смотрел на жену.

– Ну, не знаю… – ответил позже он.

– Ты собираешься сидеть сложа руки?

– А что мне остается делать? Скакать и переступать через головы? Этим как раз будет заниматься Питер Морган.

– Откуда ты знаешь, что он будет поступать именно так? – спросила Джессика.

– Я не первый год его знаю. Он способен на многое. И даже на подлости.

Она молча стояла и слушала мужа.

– Он очень нечестный человек, – продолжил Джон. – Он долго ждал, когда Майкл Ричардс уйдет на покой, а сейчас, когда кресло президента банка свободно, он пойдет на все, лишь бы заполучить его.

– А ты будешь просто стоять и наблюдать за всем этим? – наконец спросила его жена.

– Я не хочу учувствовать в грязной борьбе! – резко ответил Джон.

– Но если Питер Морган займет это место, то твое положение в банке станет незавидным.

– Еще каким незавидным, – согласился Ларсен.

– И ты так спокоен? – повысила голос жена. – Я тебя не понимаю. Ты можешь потерять и кресло президента, и авторитет. Ты можешь вылететь из банка!

– Ну, вылететь-то я не могу, – улыбнулся Джон. – Я один из акционеров банка. Но должность могу потерять.

– И ты так спокоен?

– Я не хочу пока об этом думать. – Джон лег на кровать. – Давай спать.

Джессика какое-то время стояла над кроватью в молчании. Она ломала голову, почему ее муж так спокоен, когда атмосфера настолько накалена.

«В минувшие выходные скончался один из богатейших жителей Америки, Майкл Ричардс. Похороны состоялись в понедельник, где собрались родственники, друзья, коллеги. Кончина магната застала всех врасплох. Из достоверных источников стало известно, что умерший не успел составить завещание, что явилось зерном разразившегося спора. Кто же теперь будет управлять крупным банком? Кто займет место президента компании? На эти вопросы ответит только время».

«Нью-Йорк Таймс»

Маргарет Ларсен

– Джон тебя не убьет за такую статью? – спросила Керри у Маргарет.

Последняя решила навестить свою давнюю подругу. Керри была хрупкой женщиной с коротко стриженными волосами. Она работала в редакции газеты одним из секретарей.

– Попытаюсь отбиться от его нападок, – криво улыбнулась Маргарет.

– Представляю лица руководителей банка, когда они прочтут статью. Ты, как обычно, положила начало еще одному скандалу, сдается мне. – Керри налила подруге зеленого чая.

– По крайней мере, не уволят из газеты, – пошутила Маргарет. – В последнее время главный редактор вообще на меня ополчился!

– Да уж! – вздохнула Керри. – Может, тебе, подруга, сменить тематику своих статей?

– Ты мне уже об этом говорила, и не один раз, – вздохнула та.

– Подруга, я же хочу как лучше. Многие журналисты меняют тематику, в конце концов.

– Но про что я могу еще писать? – взмахнула руками Маргарет. – Я, кроме экономики, ни в чем не разбираюсь.

– Ты себя недооцениваешь. Ты очень образованна и умна, подруга, – улыбнулась Керри. – А главный редактор только порадуется этому. Да и тебе проблем меньше с этими экономистами…

– Я подумаю о твоем предложении.

– А помнишь, ты мне говорила, что увлекалась когда-то спортивными темами? – вспомнила Керри.

Маргарет в университетские годы и впрямь увлекалась спортом. Она сотрудничала в студенческой газете и писала статьи о победах университетских команд.

– Ну, я не знаю… – задумалась она. – Смогу ли грамотно писать о спорте?

– Конечно сможешь!

– Но о чем писать-то?

Керри на минуту задумалась, а потом быстро вышла в коридор. Вернулась она с газетой в руке.

– Вот смотри, – девушка бросила газету на стол перед Маргарет, – в следующие выходные проводят автогонки на полигоне в пригороде Нью-Йорка. Думаю, там будет о чем написать.

– Не знаю, не знаю… – все еще сомневалась Маргарет. – В любом случае надо получить разрешение от главного редактора.

– Получим! – возбуждённо сказала Керри.

– А знаешь, ты права. Одними экономическими новостями сыт не будешь. Я напишу про эти гонки.

– Правильно, подруга!

Еще немного поболтав, Маргарет отправилась прямиком в редакцию. Главным редактором была женщина лет сорока пяти, звали ее Моника Китс. Она не отличалась красотой, ее длинные волосы всегда были убраны в хвост. На лице ни грамма косметики, на носу громоздились большие старомодные очки. Одевалась она всегда уныло и тускло.

Когда Маргарет рассказала ей о сути своего визита, Моника долго смотрела на нее сквозь очки.

– Ну что ж, мисс Ларсен, – протянула она,– раз так жаждете, я дам вам разрешение. Но учтите, я буду требовать от вас первоклассных статей.

«Вот стерва эта Моника», – подумала Маргарет, выходя из ее кабинета.

– Какая дура! – кричал Питер Морган. Он стоял в кабинете Элеонор и размахивал газетой перед ее лицом. – Надо подать в суд на эту журналистку за клевету!

– За что? Она ничего не сделала противозаконного, – вступилась за Маргарет Элеонор. – Это ведь ее работа – писать статьи. И в данной ни грамма клеветы.

– Хватит! – рявкнул Питер. – Ты ее защищаешь, потому что она родственница этого Ларсена!

– Выйди из моего кабинета, Морган! – разозлилась управляющая.

– Ты что, не понимаешь, если клиенты усомнятся в компетентности нашего банка, то мы пойдем по миру? – тихо сказал Питер.

– А я что смогу сделать?

– Нужно как можно скорее выбрать нашего нового президента, – сказал Питер. – И принять новую стратегию действий.

Элеонор лишь молча посмотрела на вице-президента. Пауза затянулась, и Питер, видимо, понял ее, поскольку молча вышел из кабинета. Элеонор подошла к столу, взяла газету и еще раз прочла статью. После она сложила газету пополам.

«И что Питер так переполошился, прочтя эту статью?..» – подумала она с недоумением. Статья, конечно, не очень приятная, но надо отдать должное Маргарет – она не перешла на личности и не дала никакой оценки банку. Элеонор взяла с собой папку с документами, в которой лежала и газета, и вышла из кабинета. На административном этаже было на редкость спокойно и безлюдно. Постучав в дверь кабинета Джона, она приоткрыла дверь. Ларсен сидел и читал ту же статью.

– Твоя сестра снова отличилась, – улыбнулась девушка.

– Да уж.

– Что скажешь?

– Я ее ни в чем не виню, – признался Джон. – Она лишь выполняет свою работу.

– Ты прав, но всем известно, что она твоя сестра. И это знают все акционеры банка. Это тебе не прибавляет очков в рейтинге.

– Я знаю, – вздохнул Джон.

– Ты же в курсе, что дядя хотел именно тебя видеть в кресле президента банка, – напомнила Элеонор. – Питер уже видел статью и кипит от негодования!

– Он выпрыгнет из штанов, чтобы занять это кресло, – саркастически засмеялся Джон.

– Мне не нравится твой настрой, Джон! Что с тобой?

– Все в порядке, просто устал от различных проблем.

– Опять поссорились с Джессикой? – поинтересовалась Элеонор.

– Да нет, там все ровно, – вздохнул ее собеседник. – Все слишком ровно. За последнее время мы стали чужими друг для друга. Порой нам даже не о чем поговорить.

– Даже и не знаю, что и сказать. Попробуй что-либо предпринять. Может, свозить ее на романтический ужин?

– Все это бесполезно, – махнул рукой Джон. – Ладно, это мы переживем. А сейчас надо работать.

– Я как раз зашла, чтобы обсудить с тобой предложение Лайонела Локреджа. Что ты об этом думаешь?

– Я однозначно против финансирования его проекта.

– Это твое мнение, но не забывай, что решающее слово за советом, – напомнила Элеонор.

– А ты сама что думаешь? – поинтересовался Джон.

– Я с тобой полностью согласна. Если мы взялись за финансирование одного проекта, то должны довести его до конца.

– Значит, у меня появился союзник, – улыбнулся Джон.

– Главное теперь – отстоять нашу точку зрения.

– Нам придется нелегко, – вздохнул Джон. – Наверняка Питер Морган активизировал все свои силы.

– Кто бы сомневался. Он не упустит возможность прогнуться под Лайонела, тем самым получить от него преференции.

На столе Джона зазвонил телефон. Он поднял трубку и молча выслушал собеседника.

– Надо подготовить документы для экономического отдела, – объяснил он, повесив трубку.

– Да, у меня тоже полно документов, которые надо обработать, – скривилась Элеонор и вышла из кабинета вице-президента.

Раним утром Маргарет Ларсен проснулась в приподнятом настроении. Сегодня для нее особенный день. С того самого момента, как он закончила университет, Маргарет занималась экономическими новостями. Все эти годы посвятила себя изучению экономики и писала о ней, и только о ней. Но сегодня она решила попробовать себя в новом деле. Через несколько дней состоится грандиозное событие, на которое съедутся многие известные и уважаемые люди штата. Раз в пять лет в Нью-Йорке проходили автомобильные гонки. Многие телеканалы, радиостанции и газеты освещали это событие. И в этом году газета отправит туда именно ее, Маргарет. Впервые со времен окончания университета она будет освещать спортивное событие.

Приняв душ, девушка начала собираться. Сегодня она решила отправиться на гоночную трассу, которая находилась в пригороде Нью-Йорка. Там тренировался один из гонщиков, который примет участие в состязании. Это был молодой преуспевающий спортсмен по имени Кен Пауэрс. Но в свои двадцать пять лет Кен получил уже пять кубков. Три из них он завоевал в Европе. Маргарет решила опередить своих конкурентов и поговорить с молодым чемпионом до начала гонок.

Быстро собравшись, Маргарет выехала из города. Уже через полтора часа она припарковала свою машину у ворот трека. В воздухе витал аромат жженой резины и разносился рев мотора. На трассе оказалось две гоночные машины – красная «феррари» и серый «порше». Машины со скоростью ветра носились по ровному асфальту. На трибуне неподалеку от Маргарет стоял мужчина и наблюдал за происходящим. Девушка подошла к нему.

– Вы не подскажете, где можно найти Кена Пауэрса? – спросила она.

– В последний раз я видел его в гараже, – улыбнулся мужчина. – Все колдует над своей машиной.

– А где находится гараж?

–Вон там, – указал пальцем мужчина. – Видите, откуда выезжают машины? Там и гараж.

Поблагодарив незнакомца, Маргарет направилась к гаражу. Стадион оказался больше, чем ей показалось сначала, и Маргарет понадобилось целых десять минут, чтобы добраться до гаража. Войдя в него, она оказалась в большом прохладном помещении. Над мотором красного автомобиля склонилось двое мужчин, которые совершенно не замечали вошедшую девушку.

– Извините, – скромно произнесла она, – где я могу найти Кена Пауэрса?

Оба парня сразу повернулись в ее сторону.

– Это я, – улыбнулся блондин.

Раньше Маргарет видела его на фотографии, но она и предположить не могла, что молодой гонщик так красив. Перед ней стоял самый настоящий Аполлон. На Кене был комбинезон серого цвета, верхняя часть его была спущена и оголяла спортивный торс парня. Он был хорошо сложен, и все его тело покрывал ровный золотистый загар. Широкие плечи, плоский живот с четко очерченными кубиками, красивые длинные руки – все в Кене было совершенно.

– Я Маргарет Ларсен, – представилась журналистка.

– Я вас узнал, – улыбнулся Кен. – Чем могу быть полезен?

– Я бы хотела взять у вас интервью перед гонками.

– К сожалению, я сейчас занят, но если вы подождете, то через час можем посидеть в каком-нибудь уютном кафе и пообщаться.

– Отлично! Я тогда подъеду через час, – согласилась Маргарет.

– Тогда буду ждать встречи, – снова улыбнулся Кен.

«Как же он красив!» – подумала Маргарет, выходя на улицу

Оставшийся до интервью час Маргарет решила провести в небольшом торговом центре неподалеку от трека. Она зашла в несколько бутиков, но так ничего и не купила. Девушка очень любила ходить по магазинам, но сейчас просто не могла сосредоточиться на нарядах – все ее мысли занимал Кен Пауэрс. Она то и дело вспоминала его красивое тело, и всякий раз на нее накатывала такая волна возбуждения, что ей даже становилось стыдно. Маргарет отсчитывала каждую минуту, ей хотелось побыстрее снова увидеть этого красавчика.

Ровно через час она подъехала к воротам стадиона. Кен уже стоял снаружи и ждал ее. Теперь на нем были надеты светлые джинсы, которые подчеркивали его длинные ноги. Парень быстро подбежал к машине и одним ловким, плавным движением уселся на переднее сиденье.

– Привет! – воскликнул гонщик, как будто они с Маргарет были знакомы уже целую вечность.

– Привет! – Маргарет почувствовала смущение и ее это немного напугало. Обычно она не испытывала робости в присутствии мужчины, но сейчас все было иначе.

– Куда направимся? – спросил Кен.

– Я плохо знаю эту часть пригорода. Можно заехать в кафе, где я бы смогла задать вам несколько вопросов, – предложила Маргарет.

– Хорошо. Давай перейдем на «ты»? – предложил Кен. – Тут неподалеку есть уютное кафе. Я покажу дорогу.

– Я согласна.

Маргарет выехала на шоссе и медленно повела автомобиль по указанному Кеном маршруту.

– Если честно, то как-то неудобно вести машину, когда рядом сидит профессиональный гонщик, – засмеялась Маргарет.

– Если хочешь, я могу сесть за руль, – предложил Кен.

– Ну не знаю… Хотя почему бы и нет.

После того как Кен сел за руль, они словно поменяли автомобиль. Из необузданного зверя он превратился в послушного коня. Кен очень тонко чувствовал состояние дороги, объезжая все неровности и ухабы.

Через некоторое время они припарковались у небольшого кафе. Обстановка внутри была милой. Сев за столик у окна, молодые люди сделали заказ. Кен заказал себе кофе с сэндвичем, а Маргарет ограничилась чашкой зеленого чая.

– Ты на диете? – поинтересовался Кен.

– С чего ты взял?

– Ну не знаю, просто ты больше ничего не заказала, кроме чая.

– Нет, я диетами не увлекаюсь, ем все подряд, – засмеялась Маргарет. – Просто с утра плотно уже поела.

– Раньше я не встречал таких красивых журналисток, – улыбнулся Кен.

– Спасибо за комплемент. – Маргарет покраснела.

– Мой отец терпеть не может журналистов, особенно женщин. Я его точку зрения не разделяю.

– Да? Видимо, ему чем-то насолили журналисты, – пошутила Маргарет.

– О да! Его персона постоянно находится под наблюдением журналистов.

– Прости, если не секрет, чем занимается твой отец, раз за ним так пристально следят журналисты?

– У него несколько магазинов авточастей, – просто ответил Кен. – А еще он председатель совета директоров в одном крупном банке. «Омега-банк».

У Маргарет замерла от удивления. Она проделала долгий путь, чтобы встретиться с гонщиком, а он оказался сыном председателя совета директоров в том самом банке, где работал ее брат.

– Что-то случилось? – заметив смятении Маргарет, спросил Кен. – Тебя так потрясла новость, что я сын банкира?

– Нет, дело не в том. Просто в этом банке работает мой родной брат.

– Ничего себе! – удивился Кен. – Иногда удивительно, как же тесен мир.

– Да уж, это точно.

– Слушай, подкинешь меня до трека? – предложил Кен в конце интервью. – У меня еще куча дел. Знаешь, я всю неделю буду тренироваться здесь. Если хочешь, можешь заехать в любое время и задать мне вопросы, а то вдруг еще какие появятся.

– Ну если ты не против. – Маргарет снова удивилась своей робости.

– Конечно не против. Ты вроде ничего, – засмеялся Кен. – Совсем не такая журналистка, какой могла бы быть. Совсем не вредная и не противная.

Рокки Джонс сидел на ступеньках многоквартирного дома, в котором снимал скромную квартирку. Все его мысли были заняты думами о жизни. Неделю назад от него ушла жена с двумя детьми. Причиной ухода было увольнение Рокки с работы, и новое место он не мог найти вот уже два года. Но, по сути, он сам был виноват. Как только проходила первая неделя испытательного срока, Рокки начинал выполнять свои обязанности спустя рукава. Работал он на автомобильном заводе на конвейере, там-то он и начал распространять наркотики. После того как у него начались проблемы с поставщиками и наркоторговцами, Рокки с семьей был вынужден покинуть Детройт и обосноваться в Нью-Йорке.

Там он устроился администратором в небольшой клуб игральных автоматов. Продержался ровно месяц и был уволен за мелкое воровство. Следующим местом работы стал госпиталь для душевнобольных, где Рокки был санитаром. Но долго он там не продержался и уволился по собственному желанию.

Последним местом работы была автомойка. Работа грязная и физически тяжелая, а это Рокки было не по душе. Платили на мойке совсем уж мало – денег хватало только на аренду маленькой квартиры.

Жена Рокки, Ребекка, работала уборщицей в детском саду, куда ходили их дети. Платили за детский сад они в два раза меньше остальных. Ребекка сначала пыталась смириться с такой жизнью, но постепенно ее терпению пришел конец. Когда Рокки попал под сокращение на мойке, жена психанула, собрала вещи, забрала детей и отправилась жить к матери.

Вот уже неделю Рокки был безработным, а день оплаты за жилье приближался.

Рокки встал со ступенек и вошел в вестибюль. Пожилой вахтер, сидевший на своем привычном месте, оживился при виде Джонса:

– Рокки, тебе звонила хозяйка. Просила перезвонить.

Рокки без слов вышел из дому и направился к бару через дорогу. До телефонной будки было далеко, а телефоном в баре он мог пользоваться бесплатно благодаря знакомству с барменом.

В баре, как всегда, толпились пьяные мужики. В воздухе висел запах сигаретного дыма и перегара. Рокки протиснулся к телефону и набрал номер хозяйки квартиры. Некоторое время никто не отвечал, затем послышался писклявый женский голос.

– Это Джонс, – представился Рокки.

– Джонс, в конце этой недели мне нужны деньги за аренду. – Женщина на том конце провода даже не поздоровалась. – Надеюсь, что на сей раз не задержите платеж.

– Постараюсь… – сухо ответил Рокки.

– Не «постараюсь», а точно! – завизжала женщина. – Иначе выселю к чертям!

– Вот карга старая! – выругался Рокки, когда положил трубку.

– Что, опять с хозяйкой поцапался? – послышался голос бармена.

– Старая карга хочет деньги вовремя, – вздохнул Рокки.

– Слушай, старина, тебе надо срочно устроиться на работу, – посоветовал бармен.

– С моим-то прошлым это не так просто сделать. Это только если я заново появлюсь на свет или стану вдруг другим человеком. А это невозможно.

– Как сказать, как сказать… – пробормотал бармен.

Рокки внимательно посмотрел на приятеля и спросил:

– А тебя что, есть идея?

– Ну переродиться ты явно не сможешь, но кое в чем я тебе могу помочь.

– Ты дашь мне работу?

– Тут не проси, дружище. Но стать другим человеком помогу.

– Как это? – не понял Рокки.

– У меня есть один приятель, который может сделать тебе новые документы, – прошептал бармен.

– Ты хочешь сказать, что он даст мне фальшивый паспорт? – уточнил Рокки

– Да! И ты сможешь устроиться на работу и начать жизнь с чистого листа.

– Ну не знаю… – засомневался Рокки. – Это очень опасно, я не хочу опять иметь дело с копами.

– Ну как знаешь, – махнул рукой бармен. – Тогда попытайся сам. Но репутация у тебя и правда не очень. Знаешь в чем твоя главная проблема?

– И в чем же?

– Ты черный, и поэтому всякий раз тебе приходится начинать сначала, – ответил бармен. – Если бы ты был белым, может, на твои проделки и закрыли бы глаза. К белым относятся терпеливее. Но если ты черный….

– Да, пожалуй, ты прав, – согласился Рокки. – Но у меня все равно нет денег на эту авантюру. Не будет же твой знакомый делать мне документы за просто так.

– Успокойся, дружище. – Бармен хлопнул приятеля по плечу. – Я все устрою. А потом как встанешь на ноги, так и отблагодаришь меня. Дай мне день и заходи завтра вечером.

Рокки вышел из бара совершенно в другом настроении. Это была отличная возможность начать новую жизни, найти работу, на которой он точно задержится, помириться с Ребеккой и вернуться к нормальной семейной жизни. У него будто крылья за спиной выросли, и он даже решил наведаться к Ребекке и рассказать ей о своих планах. Конечно, про поддельные документы он умолчит, это уж точно лишнее, но совершенно точно попытается обнадежить жену.

Мать Ребекки жила в Гарлеме, который считался районом чернокожих. Рокки добрался до нужного дома, когда день уже клонился к закату. Жила теща в трехэтажном доме, давным-давно требующем ремонт. Краска на фасаде облупилась, трубы по большей части проржавели, а кое-где их и вовсе не было. Все стены были разрисованы граффити. Рокки зашел в подъезд и зажмурился от едкого запаха, точно также сортиром воняло в камерах предварительного заключения, в которых Рокки успел побывать. Повсюду валялись рваные газеты и мусор. Квартира располагалась на последним, третьем этаже. Рокки постучался в облупленную дверь, так как звонка не было. Открыли ему не сразу. На пороге стояла Ребекка. В руках она держала полотенце, которым вытирала красные, распухшие от постоянного пребывания в воде руки. Поверх синего халата был накинут фартук. Она тяжело вздохнула и пригласила мужа зайти.

– Папа, папа! – закричал пятилетний Салим.

Сын, одетый лишь в тоненькие шортики, бросился отцу на шею.

– Привет, дорогой. – Рокки присел на корточки и обнял сына. – Как поживаешь?

– В садике мне поставили хорошую отметку за чтение, – похвастался малыш.

– Какой же ты у меня умница! – похвалил Рокки сына.

Салим вскочил и побежал в комнату, где играло радио. Рокки посмотрел на жену. Теща точно была дома, но даже не удосужилась выйти поприветствовать его.

– Как поживаешь, Ребекка? – нерешительно справил Рокки.

– Зачем ты пришел? – резко ответила жена.

– Чтобы поговорить с тобой.

– Я не вернусь, пока ты не наладишь свою жизнь.

– Именно об этом я и хотел поговорить, – улыбнулся Рокки. – Я скоро устроюсь на хорошую работу и начну жизнь с чистого листа.

– Это ты уже говорил и не раз.

– Сейчас все серьезно.

– Останешься на ужин? – вздохнула женщина.

– Ни в коем случае! – раздался грубый голос тещи.

Лида, так завали эту мегеру, стояла в дверях комнаты и держала на руках полуторагодовалого Хакима. Взгляд ее метал молнии.

После небольшой паузы она продолжила:

– Нам самим есть нечего, а ты еще предлагаешь ему остаться на ужин. А он что-нибудь принес на этот самый ужин?

Рокки злился на старуху, но в душе понимал, что она права.

– Можно я попрощаюсь с сыном? – робко спросил он, не желая устраивать скандал.

Лида злобно зыркнула на него, но аккуратно передала Хакима. Ребенок смотрел прямо на него своими огромными темными глазами. Рокки грустно улыбнулся сыну, передал малыша теще и попрощался с Салимом. Лида фыркнула и демонстративно ушла в комнату.

– Папа, когда ты вернешься? – спросил Салим.

Рокки сел на корточки и, приобняв сына, сказал:

– Скоро, очень скоро.

После он простился с Ребеккой и вышел.

Бредя по трущобам, в которых была вынуждена жить его семья, Рокки поклялся себе вытащить их из нищеты.

Вечером следующего дня Рокки, как и обещал, пришел в бар «У Бани». Хозяин передал ему листок бумаги, на котором был записан адрес нужного человека.

– Скажешь, что ты от меня, – наставлял приятеля бармен. – Тебе сразу же дадут готовые документы на новое имя. Только прошу, не пались особо перед копами.

– Не переживай, я твердо решил начать новую жизнь, – заверил друга Рокки. – Проблем с полицией не будет.

– Вот и отлично!

– Я даже не знаю, как тебя благодарить, Бани, – расплылся в широкой улыбке Рокки.

– Не переживай, еще сочтемся, – улыбнулся ему в ответ приятель.

– Я твой должник!

Всю ночь Рокки не мог сомкнуть глаз. Он ждал утра, чтобы наконец-то отправиться за документами. Место, указанное на листке бумаги, находилось в Бронксе. Этот район славился уличными бандами, и там даже среди бела дня нередко можно стать свидетелей яростной разборки. Рокки отправился туда сразу же, как только встало солнце. Нужный адрес он отыскал быстро и вскоре уже стоял перед обшарпанным зданием, знававшим лучшие дни. Подойдя к торцу, он увидели проржавевшую железную дверь. Рокки постучал и стал ждать. К двери долго не подходили, и он уже было подумал, что бармен жестоко разыграл его, как створка наконец со скрипом отворилась. На пороге показался негр необъятных размеров. Его левый глаз пересекал уродливый шрам. Качок настороженно посмотрел на Рокки.

– Я к Большому Бену, – прохрипел Рокки, – от Бани.

Ничего не говоря, здоровяк махнул рукой и шагнул внутрь дома. Рокки вошел следом и очутился в грязном помещении, в котором без труда узнал притон. На одном из диванов развалился обнаженный негр, прижимающий к себе сразу двух мулаток. Рокки сразу же понял, что перед ним шлюхи. Качок, ни на что не обращая внимания, зашагал в глубь коридора. Рокки последовал за ним. Постучав в дверь в конце коридора, здоровяк вошел, а Рокки замешкался, ожидая приглашения.

– Проходи, – крикнул ему из комнаты щуплый негр. – Друзья Бани мои друзья.

– Я пришел к Большому Бену, – сказал Рокки.

– Это я, – ухмыльнулся щуплый, а потом, видя смущение гостя, засмеялся и добавил: – Можешь догадаться, почему меня так называют. Рост для мужика не главное. Надеюсь, Шрам был гостеприимным?

Рокки понял, что он говорит про здоровяка.

– Все, Шрам, можешь идти, – небрежно махнул рукой Большой Бен.

Шрам развернулся и вышел из комнаты.

– Итак, Рокки, вот твои документы. – Большой Бен протянул Рокки новый паспорт. – Теперь ты Майлс Кук.

Рокки взял документ и открыл его на первой странице. «Удивительно, – подумал он, – откуда у этих ребят оказалась моя фотография?» Но вслух он ничего не сказал. Рокки так не терпелось новую жизнь, что подробности его не интересовали.

– Ну, мистер Кук, не хотите это дело отпраздновать? – спросил Большой Бен. – У меня есть такая девочка – просто улет.

– У меня нет лишних денег, простите, мистер Большой Бен, – ответил Рокки. – Я, пожалуй, пойду.

– Удачно тебе устроиться на работу! – дружелюбно крикнул ему вслед Большой Бен.

Через пару минут Рокки уже сидел в вагоне метро и ехал домой. Ему не верилось, что начать новую жизнь так легко. Теперь-то он совершенно точно найдет приличную работу и докажет Ребекке, что сможет стать достойным отцом для своих детей.

Джон Ларсен смотрел на свою спящую жену. Джессика никогда не просыпалась рано, и, как правило, перед работой Джон всегда завтракал один. Она лежала, откинув легкое одеяло, и Джон задумчиво смотрел на ее великолепное тело. Джессика была настоящей красавицей, но в последнее время что-то в жене его отталкивало. И дело было не только в ее скверном характере.

На днях Джон поддался слабости и переспал с Эмили Ричардс. Сначала он думал, как будет смотреть жене в глаза, но потом понял, что не испытывает чувства вины. Джессика давно уже была холодна с ним и отдавалась ему только тогда, когда ей что-то нужно было.

С того памятного дня он с Эмили больше не встречался, и у него сложилось впечатление, что девушка нарочно избегает его. Джон решил сегодня же поговорить с Эмили, а если ее не окажется в банке, он поедет к ней домой.

Джессика глубоко вздохнула и открыла глаза.

– Что ты на меня так смотришь, дорогой? – спросила она, поймав на себе рассеянный взгляд мужа.

– Просто любовался своей женой, – улыбнулся Джон.

– И как тебе? – начала кокетничать Джессика.

Она стянула бретельки своей ночной сорочки, обнажив упругие груди.

Джон давно уже удивлялся тому, как жене удалось сохранить такую фигуру и грудь после рождения ребенка. Вот только красота жены его больше не привлекала. Он подошел к Джессике и целомудренно поцеловал в лоб.

– Уже уходишь? – Жена встала на колени прямо на кровати.

– Я уже опаздываю.

– Ну ты же вице-президент и можешь и чуть опоздать, – зазывно улыбнулся Джессика и ловко расстегнула ширинку на брюках мужа.

– Мне и правда пора, а то… – Джон не договорил, так как Джессика начала осуществлять задуманное.

Через двадцать минут Джон уже ехал на работу. Голова была занята невеселыми мыслями. Он был давно женат, семья вроде бы была нормальной, все у него было, но при этом как будто чего-то не хватало. Джон понял, что Джессика не может дать ему того человеческого тепла, которое ему было необходимо. И теперь он постоянно думал об Эмили. Он и представить себе не мог, к чему приведет эта связь, знал лишь одно: он желает Эмили, желает ее постоянно.

Припарковав машину, он вошел в вестибюль. Джон прилично опоздал, и рабочий день был уже в разгаре. Поднявшись на административный этаж, он тут же столкнулся с Питером Морганом.

– Добрый день, мистер Ларсен, – ехидно поговорил Питер. – У вас, видимо, теперь свободный график.

– Иди к черту, Питер, – хмыкнул Джон.

– Сдается мне, что только я тут работаю и переживаю за дело, – продолжил ехидничать Питер. – Кстати, звонил Остин Пауэрс и сообщил, что еще на пару дней задержится в командировке. Ему, как председателю совета, видимо, до лампочки выборы президента банка.

– Питер, уймись! – приструнил его Джон. – Банк и так хорошо работает, даже без президента. Все идет как по нотам.

– До поры до времени, – возразил Питер. – Нам нужно скорее выбрать главу компании.

– Просто надеешься сесть на это место.

– И ты тоже!

Джон не обратил внимания на эти слова, подошел к своей секретарше и спросил:

– Мисс Ричардс у себя?

– Да, мистер Ларсен.

– Я понял твою стратегию, – послышался за спиной голос Питера. – Ты решил потеснее сдружиться с Эмили Ричардс, думая, что она поможет тебе стать президентом.

– Ты вообще в своем уме?! – рявкнул Джон. – Уйди с дороги, пока я тебе не врезал!

Джон направился к кабинету Эмили. Постучав в дверь, он дождался приглашения. Эмили сидела за столом и работала над рекламным плакатом.

– Привет, Джон! – поздоровалась она. – Оцени. Этот плакат будет висеть на гонках в эти выходные.

– Прекрасная работа нашего рекламного отдела, – улыбнулся Джон. – Это все потому, что у них отличный начальник.

Эмили внимательно разглядывала плакат. Джон понял, что она не зря избегала его все это время. Совершенно очевидно, что ей было чертовски стыдно и теперь она не знала, как себя с ним вести. Джон решил начать первым.

– У меня сложилось впечатление, что ты меня избегаешь, – сказал он. – Я прав?

– Джон, мы знаем друг друга уже много лет, – начала Эмили, – и я была не права в тот день.

– Не права в чем?

– Мы не должны были с тобой… Кончина отца вывела меня из равновесия.

– Мы оба этого хотели. Разве не так?

– Да, но ты женатый человек! – Эмили не отводила взгляда от плаката. – У тебя ребенок. И я не хочу быть разрушительницей семьи.

– Я ни о чем не жалею, – признался Джон.

– Я не готова быть любовницей! – выпалила Эмили. – И давай больше не будем вспоминать этот случай. Что было, то было.

– Тебе так проще? – спросил Джон. – Проще забыть обо всем?

– Да, Джон, – кивнула она. – Так мне будет проще. Мне было хорошо с тобой, но ты несвободен, да и я не готова к отношениям.

Джон какое-то время молчал. Наконец Эмили встала из-за стола, тем самым давая понять, что разговор окончен.

– Будь счастлив, Джон, – почти шепотом проговорила она, когда он уже направлялся к двери. – У тебя замечательная семья, ребенок… Нам лучше остаться друзьями и коллегами. А сейчас мне пора в рекламный отдел.

Эмили вышла из кабинета, оставив Джона одного.

Остин Пауэрс сидел в плетеном кресле на вилле Лайонела Локреджа и наблюдал за тем, как хозяин поместья нарезает круги в своем огромном бассейне. В руке Остин держал стакан виски со льдом. Лайонел пригласил его погостить вместе с супругой несколько дней, но миссис Пауэрс не смогла приехать, так как была занята предстоящим благотворительным ужином.

Лайонел вынырнул из бассейна, и слуга тут же подал ему большое белое полотенце. Хозяин вытерся им и завязал вокруг талии. Он подошел к свободному креслу рядом с Остином и налил себе виски.

– Сегодня отличный день, – сказал Лайонел. – Точно не хочешь окунуться?

– Я не особо люблю мокнуть, – улыбнулся Остин. – Но я благодарен тебе, мой друг, за приглашение.

– Ты же знаешь, что ты всегда желанный гость в моем доме.

– Я вчера перед сном долго думал о нашем разговоре, который произошел за ужином… – начал Остин.

– И что надумал? – Лайонел отхлебнул виски.

– Даже и не знаю… – задумчиво протянул Остин. – Это не совсем порядочно…

– Брось, – перебил друга Лайонел. – Это бизнес! Выживает тот, кто сильнее.

– То, что ты предлагаешь, рискованно, – продолжил Остин. – Совет может взбелениться на меня за такое самоуправство.

– Ты же председатель совета и один из акционеров банка, – напомнил Лайонел. – Ты себя провозгласишь временным президентом только до выборов президента. Сейчас экономический спад, трясет всех. Республиканцы возлагают большие надежды на Рейгана.

– Но откуда ты знаешь, что победит именно он? И к тому же где гарантия, что совет примет мое решение стать исполняющим обязанности президента банка.

– А это все зависит от тебя, мой друг, – улыбнулся Лайонел. – Ты имеешь авторитет в банке, не думаю, что кто-то станет особо рьяно возражать. Тем более это всего лишь до ноября.

– Да, но ты же хочешь, чтобы я принял твой проект строительства торгового центра и профинансировал его, – напомнил Остин. – Джон Ларсен стоит горой за финансирование жилья для малоимущих.

– Значит, он полный кретин! – усмехнулся Лайонел. – Ни для кого не секрет, что этот проект не принесет прибыли. Это прихоть старика Ричардса, царство ему небесное.

– Джон до сих пор верен старику.

– И из-за этого потерпит крах, – фыркнул Лайонел. – Даже младенцу ясно, что это жилье не принесет прибыли банку. А мой торговый центр вас озолотит.

– Я все понимаю, Лайонел, – вздохнул Остин.

– Бедняки и так уже бедны, а зарабатывать надо на среднем классе, пока у них еще есть деньги. – Лайонел встал с кресла. – Политика Рейгана нацелена на развитие экономики. Кто знает, может, у него и получится. Тогда мы сможем зарабатывать еще больше. Кстати, как там твой сын? Волнуется, наверное, перед гонками?

– Он целыми днями и ночами торчит на треке, – улыбнулся Остин. – Я так благодарен тебе за финансовую поддержку моего мальчика.

– Он перспективный гонщик, в которого надо вкладываться. – Лайонел похлопал друга по плечу. – Надеюсь, он нас еще прославит.

Вечером того же дня Остин возвращался домой, твердо решив назавтра объявить себя временным президентом банка. Но как приостановить строительство жилого квартала и пустить все средства на проект Лайонела, он еще не придумал. В душе он немного побаивался Джона Ларсена и пасовал перед ним, так как тот всегда был в фаворе у старика Ричардса. Но теперь Майкл Ричардс мертв и ему нечего бояться. Еще одной проблемой был Питер Морган, который метил на пост президента. Он так просто не сдастся и при любом удобном случае подставит его.

В любом случае игра стоила свеч. Остин мог недурно заработать от сотрудничества с Лайонелом.

Утром следующего дня в банке началась суматоха. Не так давно он перешел на новую тестовую операционную систему, и вот теперь программа дала сбой. Уже целых два часа специалисты пытались восстановить базу данных, но все тщетно. Все это чертовски сильно раздражало начальника экономического отдела Криса Джордана, ведь он не мог начать полноценно работать. Крис считал кощунством отдыхать в рабочее время. И сейчас он зло смотрел на своих подчиненных, которые из-за поломки какой-то дурацкой программы слонялись по отделу.

Но и еще одному члену коллектива было не до празднеств. Элеонор Харрис, придя на работу, увидела в холле большое скопление клиентов, которые не могли совершить свои финансовые операции. Одни тихонько сидели на стульях и ждали устранения неполадок, другие же высказывали недовольство администраторам. Один мужчина кричал, что ему срочно нужно перевести деньги в Европу, и наотрез отказывался слушать доводы администратора.

Начальник службы безопасности Джек Оливуд тоже присутствовал в зале и угрюмо наблюдал за происходящим. Его люди распределились по периметру зала и готовы были уладить любой конфликт, если бы он вышел за допустимые пределы. Элеонор подошла к Джеку и поздоровалась.

– Сколько еще будут восстанавливать программу? – поинтересовался он.

– Говорят, еще несколько часов, – хмыкнула Элеонор.

– Я не против нововведений и прогресса, – нахмурился Джек, – но все эти компьютеры до добра не доведут.

– С этим мы ничего не сможем поделать, Джек, – ответила ему Элеонор. – Если к власти придет Рейган, все изменится. Он за технический прогресс и компьютеризацию.

– Атмосфера накаляется, – сказал начальник службы безопасности, показывая на кричащего мужчину. – Если он не успокоится, то моим людям придется его вывести.

– Скоро начнется заседание совета директоров, – сказала Элеонор. – Скандал нам сейчас точно не нужен.

– На совете сегодня вы будете голосовать?

– Я не в курсе.

– Если честно, мисс Харрис, то я надеюсь, что президентом нашего банка станет мистер Ларсен, – признался Джек. – Не хочу никого обидеть, но, как по мне, он самый лучший претендент на этот пост.

В эту минуту входная дверь отворилась и в холл вошел Питер Морган. Столкнувшись с толпой, он быстро развернулся и припустил к лифту. Джек посмотрел ему вслед.

– И мне бы совершенно точно не хотелось, чтобы президентом стал мистер Морган, – добавил он.

– Отчего же? – усмехнулась Элеонор.

– Скользкий он какой-то, – ответил Джек.

Элеонор оставила Джека в холле, а сама поднялась на административный этаж. В конференц-зале еще было пусто. Пройдя по коридору, она увидела Джона.

– Привет, – поздоровался он. – Внизу все еще дурдом?

– Еще какой, – ответила Элеонор. – Как думаешь, сегодня мы выберем президента?

– Кто знает…

– Я буду голосовать за тебя, – улыбнулась она. – И Эмили, думаю, тоже.

– Я очень признателен. Но поживем – увидим.

– Все бесполезно! – громко поставив стакан с содовой на стойку, сказал Рокки.

Он сидел в баре у Банни.

– Странно, что ты пьешь только содовую. Обычно ты выбираешь вискарь, – пошутил Банни.

– Я же начинаю новую жизнь, – напомнил ему Рокки. – Но что-то ничего не получается! Интересно, в этом городе вообще возможно найти работу?

– Ну тебе же сделали новые документы. Неужели даже человеку с кристально чистой репутацией не найти работу? – удивился Банни

– Это ад какой-то! – вздохнул Рокки.

Банни подлил ему еще содовой.

– Будь добр, если вдруг услышишь про работу что-нибудь, дай знать, – взмолился Рокки.

– Есть тут одно местечко… – задумчиво проговорил Банни. – В один банк требуется технический персонал. Не знаю, заинтересует ли тебя это…

– Что за банк и что нужно делать? – загорелся Рокки.

– «Омега банк». Вроде уборщик им нужен.

Рокки тут же погрустнел. Это совершенно точно не была работа его мечты, но все же даже такое дело лучше, чем ничего. Он какое-то время поработает, а тем временем подыщет другую работенку, уже получше. По крайней мере, у него будет чем платить за жилье.

– Я знаю, где находится этот банк, – сказал он. – Попробую туда сходить.

– Только особо не распространяйся о себе, – предупредил его Банни. – Не забывай, что у тебя документы поддельные.

– Да помню я, не переживай, – заверил приятеля Рокки. – Сегодня же пойду туда.

Допив содовую и попрощавшись с Банни, он спустился в метро и доехал до банка. Зайдя в холл, он увидел большое скопление людей и понял: что-то случилось. Выделив в толпе высокого негра, Рокки подошел к нему.

– Извините, сэр, – как можно вежливее сказал он, – я ищу отдел кадров. Не подскажете, где он находится.

Негр оценивающе посмотрел на него и под его пристальным взглядом Рокки почувствовал себя совершенно ничтожным. На нем были потертые, видавшие виды джинсы и застиранная белая футболка.

– А по какому поводу вам нужен отдел кадров? – грозно спросил негр.

– Я слышал, что в банке ведется набор техперсонала.

– Ничего не слышал об этом, – бросил здоровяк. – Ну ладно. Ступайте в правое крыло вестибюля и уткнетесь в дверь отдела кадров.

Рокки пошел в указанном направление и вскоре уже открывал нужную дверь. Он оказался в маленьком кабинете с одним столом, за которым сидела пухлая розовощекая женщина лет пятидесяти.

– Добрый день, – поздоровался Рокки, – я слышал, что вам требуется техперсонал.

– Да, требуется, – ответила женщина. – Вы знаете, чем техперсонал занимается?

– Догадываюсь, – улыбнулся Рокки.

– У нас уволился уборщик, который проработал много лет, – проговорила женщина. – Можно сказать, ушел на пенсию. Он мыл коридор в северной части первого этажа и туалеты для посетителей.

Такого Рокки не ожидал. Он совсем забыл, что уборщики еще и туалеты моют. Да уж, не самая приятная работа. Хотя в его положении деваться особо некуда. На днях он заплатил за съем квартиры, и у него осталось всего несколько долларов, которых едва ли хватит на неделю.

– Я согласен, – робко произнес он.

– Тогда давайте ваши документы, – сказала женщина, вставая из-за стола.

Рокки протянул ей паспорт.

– Сидите, я схожу в отдел службы безопасности, нужно проверить, нет ли у вас судимостей, – сказала женщина. – Не волнуйтесь, сами понимаете, это формальность.

Рокки остался в кабинете один. Сердце в груди бешено колотилось. Вдруг сейчас выяснится, что паспорт поддельный, а он самый обычный аферист? Как он сможет доказать, что всего лишь хочет начать новую жизнь? Ему дико хотелось бросить все и бежать сломя голову, но он поборол это желание. Ему показалось, что прошла целая вечность, прежде чем кадровичка вернулась.

– Все в порядке, мистер Кук, – улыбнулась она. – Вы приняты на работу. Можете заступать с завтрашнего дня. Поздравляю.

– И по этой причине я принял непростое для всех нас решение, – закончил свою речь Остин Пауэрс.

Когда он объявил, что собирается временно возглавить банк, в конференц-зале воцарилась тишина. Новость буквально ошеломила Джона, но сделать он ничего не мог. Остин Пауэрс – председатель правления и имеет право принять такое решение. Питер Морган слушал речь Остина нетерпеливо и все время постукивал ручкой по столу. Как только Остин объявил себя временным президентом, Питер замер. В его глазах читались смятение и гнев. Он-то ожидал совсем другого исхода, был готов сражаться за пост… Но Остин все уже решил. Это просто несправедливо!

– Если у вас, господа, есть ко мне вопросы, то можете их задать, – прервал тяжелое молчание Остин.

– Да, есть! – Питер встал со своего места. – А разве так можно?

– Как так? – переспросил Остин.

– Вот так взять и назначить самого себя исполняющем обязанности президента?! – не унимался Питер.

– Я хочу вам напомнить, что являюсь председателем правления и действую во блага нашего банка, – недовольно ответил Остин. – На данный момент я не вижу среди присутствующих достойных претендентов на этот пост. Поэтому пока стану сам управлять этой махиной.

– При всем уважении к вам, Остин, но у вас же еще есть свой бизнес, который отнимает много времени, – встрял Джон. – Как вы будете все успевать?

– А для этого у меня есть вице-президенты. – Остин посмотрел на Джона, а потом перевел взгляд на Питера. – Надеюсь, мы сработаемся.

Снова воцарилась тишина.

– Я отдам распоряжение, чтобы секретари приготовили мне кабинет мистера Ричардса, – продолжил как ни в чем не бывало Остин. – Он теперь будет в моем распоряжении, пока я на этой непростой должности. Мисс Ричардс, вы забрали все личные вещи отца?

– Да, Остин, – ответила Эмили.

– Ну тогда, господа, собрание объявляю закрытым. – Остин встал с места.

Присутствующие стали потихоньку расходиться. Эмили быстро вышла из конференц-зала, и у Джона снова появилось ощущение, что она избегает лично его. Питер Морган встретился взглядом с Элеонор.

– Не ожидал ты такого? – усмехнулась она. – Не видать тебе власти как собственных ушей.

– Еще ничего не кончено, – прошипел Питер. – Это временно.

Питер выскочил из зала почти бегом. Его лицо покраснело, а в глазах полыхала ярость. Он не любил проигрывать.

Джон вернулся к себе в кабинет. Он, как и все, не ожидал такого исхода. Но изменить ничего не мог. Проходя мимо кабинета Майкла Ричардса, он обратил внимание на то, что туда уже переносят личные вещи Остина. Конечно, Остин заявил, что займет пост временно, только до избрания Рейгана, но что-то подсказывало Джону, что с Остином еще придется повоевать.

Как только секретарь закрыла дверь его нового кабинета, Остин взял телефонную трубку и набрал Лайонела Локреджа.

– Все получилось, Лайонел, – сообщил он.

– Я же тебе говорил! – довольно ухмыльнулся Лайонел. – Как все прошло?

– Более-менее. Но, я полагаю, что у нас могут быть проблемы с Питером Морганом.

– Думаю, с ним как раз не будет проблем, – уверил друга Лайонел. – Сейчас главное – перейти к нашему следующему плану.

– Тут уже все так гладко не пройдет, – вздохнул Остин. – Джон не отступит.

– Когда он узнает, что финансирование строительства жилья для малоимущих приостановлено, уже будет поздно, – засмеялся Лайонел.

– И какой же скандал тогда разразиться… – вздохнул Остин.

– Друг мой, я верю в тебя, – прервал его Лайонел. – Мы ведь давно сотрудничаем, да и твой сын-гонщик встал мне в копеечку. Так что надеюсь на тебя и наше дальнейшее сотрудничество. А теперь извини, мне пора.

Остин положил трубку. Конечно, он не мог отказаться от столь выгодного сотрудничества с таким известным и влиятельным человеком. Так что он изо всех сил постарается перенаправить политику банка на финансирование проектов. Когда торговый центр Локреджа начнет приносить прибыль, все акционеры поймут, как же он был прав, придерживаясь такой политики.

Жизнь Маргарет круто изменилась. Всю неделю она, подобно девушке-подростку, ездила вечерами на встречи с Кеном Пауэрсом. Ей нравилось его общество. Он оказался очень эрудированным молодым человеком и с отличным чувством юмора, а она просто обожала мужчин с тонким чувством юмора.

– Ты прям похорошела, подруга, – сказала ей Керри, когда Маргарет пришла в гости. – Сдается мне, что это из-за того гонщика.

И в самом деле Маргарет чувствовала, как изменилась. Рядом с Кеном ей хотелось быть женственной, слабой, настоящей девушкой, такой, как в романах. Она даже забыла, что пишет статью о предстоящих гонках, и их встречи постепенно переросли в свидание. Маргарет удивлялась тому, что Кен с радостью соглашается видеться с ней каждый вечер. Она думала, что у такого красивого парня наверняка куча поклонниц, но, похоже, ошиблась.

Сейчас они сидели в ресторанчике и доедали десерт. Маргарет ловила себя на мысли, что, когда их встречи заканчиваются и она едет к себе в пустую квартиру, ей становилось грустно. Она хотела, чтобы эти минуты тянулись вечность. Такого она не чувствовала со времен университета.

– Тебе понравился ужин? – спросил Кен.

– Да, все просто восхитительно, – ответила девушка.

– Чем собираешься заняться сегодня вечером? – поинтересовался Кен.

– Как обычно, поеду домой, приму ванну и лягу спать.

– А не хочешь прокатиться в город до ближайшего кинотеатра? – предложил Кен.

– Интересная идея! Можно было бы. А разве тебе не надо ложиться спать? Завтра вставать рано. Ведь это последний день перед гонками.

– Я должен немного отвлечься от них, – пожал плечами Кен. – Мне бы не помешало немного развеяться.

– Волнуешься? – спросила Маргарет. – На гонках соберутся сливки общества, приедет даже правительство штата. Это событие знаковое!

– Есть немного. Но когда я сажусь в машину и начинаю гонять, то обычно забываю о волнении, – объяснил Кен. – Я люблю скорость. У меня аж мурашки пробивают от этого. Ну так что, мы едем в кино?

– Да, конечно!

Маргарет было совершенно все равно, какой фильм показывают, главное – продлить вечер с Кеном. Они сели в машину и поехали в город. Уже стемнело, и на небе появились звезды. Кен остановил машину на обочине трассы.

– Смотри, сегодня полнолуние, – глядя на небо, сказал он.

Маргарет вышла из машины, и легкий ветерок обдал ее голые плечи. Рядом встал Кен. Они некоторое время молчали и смотрели на небо и звезды. Потом Кен осторожно, будто Маргарет фарфоровая, притянул ее к себе и обнял. Они смотрели друг другу в глаза. Маргарет прикрыла веки и почувствовала на своих губах губы Кена. Он целовался искусно, сначала робко, а потом проталкивая язык все дальше и дальше. Маргарет отдалась ему полностью. Ее тело обмякло. Кен счел это приглашением, подхватил девушку своими сильными руками и уложил на заднее сиденье. Его руки блуждали по телу Маргарет, и она почувствовала, как от его прикосновений у нее набухли соски. Он стянул с нее топик и начал целовать грудь. А Маргарет вдруг поняла, что лежит уже без брюк. Кен стянул футболку, и Маргарет принялась страстно гладить его торс, наслаждаясь игрой упругих мышцы. Она услышала шуршание молнии на его джинсах и поняла, что обратного пути уже нет, да ей и не хотелось. Девушка ощутила такой прилив возбуждения и наслаждения, которого не испытывала уже давно.

Через двадцать минут они оба торопливо одевались, прячась за машиной. Им повезло, что трасса в это время была пустой.

– Ты, наверное, теперь поменяешь обо мне мнение? – спросила Маргарет.

– Отчего же?

– Я отдалась тебе в машине, да еще и на обочине дороги, как какая-то шлюха. – Маргарет повернулась к парню спиной.

Кен подошел к ней и развернул к себе лицом.

– Я понял, что люблю тебя, – тихо сказал он.

Маргарет не ожидала услышать именно эту фразу. Она боялась признаться себе, но тоже по уши влюбилась в этого красавчика.

– Что ты молчишь? Я недостаточно хорош для тебя? – продолжил Кен.

– О чем ты? – Маргарет обняла его за шею. – Ты просто прекрасен. Но ты же знаешь, что у нас могут быть проблемы.

– Ты про моего отца? – догадался Кен. – Да, он не любит журналистов, но ему придется смириться с моим выбором. Я хочу быть с тобой.

– Но я же намного старше тебя, – ответила Маргарет. – Что о нас станут говорить люди?

– Старше? – засмеялся Кен. – Всего на три года. А мнение людей мне неважно.

И Кен снова поцеловал ее.

– Поехали, я отвезу тебя домой, – сказал он наконец, когда они разомкнули объятия.

Всю обратную дорогу они молчали. Маргарет и подумать не могла, что у них все зайдет так далеко. А еще ее удивляло то, что она совершенно не жалеет о содеянном. Наконец Кен припарковал машину у подъезда многоквартирного дома и заглушил двигатель.

– Я не хочу на тебя давить, – он взял Маргарет за руку, – но тогда я говорил серьезно.

– Я тоже влюбилась в тебя, Кен! – выпалила Маргарет. – И больше ничего не говори. Закрывай машину и пойдем ко мне.

Они быстро, как подростки, взбежали по лестнице в квартиру Маргарет, сорвали друг с друга одежду, а потом занимались любовью всю ночь и заснули лишь под утро.

Наконец наступило событие, которое ждали многие. Автомобильные гонки в Нью-Йорке являлись одним из главных развлечений лета. На этом мероприятии собиралось много народу, в том числе и политические деятели. Трасса находилась за городом, и требовалось несколько часов, чтобы добраться до нее. Вокруг стадиона уже начали собираться журналисты. Представители спортсменов готовили своих подопечных к состязаниям, автотехники проводили предстартовый осмотр автомобилей. Вокруг стадиона бурлила суета.

Накануне гонок Кен провел ночь с Маргарет в ее квартире. Уехал рано утром, чтобы потренироваться перед стартом. Маргарет заехала за Керри, и они вместе оправились к стадиону. Керри все время задавала вопросы по поводу их отношений с Кеном, но Маргарет не хотела особо об этом распространяться, во всяком случае пока.

Они прибыли на стадион за полтора часа до начала гонок. Вокруг уже было очень много народа. Семьи с детьми занимали удобные места на трибунах. Между секциями развернули свои палатки продавцы снеков и газированных напитков. Маргарет и Керри прошли к специальной трибуне для журналистов. Недалеко от них была зона для политических деятелей, которая еще пустовала. Конгрессмены, сенаторы и их подчиненные приезжали непосредственно к началу соревнований.

– Смотри, там, случайно, не трибуна для сотрудников банка, где работает твой брат? – показывая пальцем на одну из трибун, спросила Керри.

– Угу, – кивнула Маргарет. – Они же спонсоры гонок в этом году.

На трибуне уже начинали собираться люди, но Маргарет никого не узнавала. Все ее мысли были заняты вспыхнувшими так внезапно чувствами к Кену, которых она не ожидала и побаивалась. Она не знала, серьезно ли Кен относится к ней или всего лишь решил поразвлечься, как с очередной девчонкой, которую можно просто трахать. А что, если он действительно влюбился? Как на их отношения отреагируют родственники Кена? Смогут ли они справиться со всеми проблемами? Все эти вопросы мучили Маргарет. Она не ожидала от себя, что сможет полностью отдаться страсти и по уши влюбиться в человека, которого знает всего неделю.

«Как же все это инфантильно!» – подумала она.

Джон решил взять на гонки всю семью. Сначала Джессика была против того, чтобы Джонни ехал с ними. Она утверждала, что для пятилетнего ребенка дорога до стадиона будет утомительна. Но Джон настоял на своем. Он был уверен, что сына непременно заинтересуют гонки, к тому же это еще один повод побыть с малышом весь день. Тогда Джессика уговорила его хотя бы взять с собой няню. Их прежняя няня уволилась из-за проблем в семье, и вот уже неделю у них работала новая по имени Элен. Джонни она сразу понравилась, и они быстро нашли общий язык. Элен была терпеливой и спокойной женщиной.

И вот сейчас они все вместе ехали в машине Джона по трассе. Погода выдалась замечательной. Солнце припекало, но при этом было не очень жарко. Джессика любила все светские мероприятия, где присутствовали коллеги и партнеры Джона. Она оделась в легкое голубое платье без рукавов и выглядела очень эффектно. Джон был одет в свободные джинсы и льняную рубашку молочного цвета. Джонни нарядили в шортики зеленого цвета и футболку поло.

– Кто там будет из твоих коллег? – поинтересовалась Джессика.

– Я точно не знаю, – пожал плечами Джон. – Остин Пауэрс точно будет со своей женой. Ведь его сын сегодня участвует в гонках.

– Теперь он президент банка, а банк спонсирует гонки. Так что он приедет в любом случае, – мрачно ответила Джессика.

Когда она узнала, что Остин сам себя назначил на пост президента, то, мягко говоря, расстроилась. Джессика так хотела, чтобы ее муж возглавил банк. Она желала этого больше не ради самого Джона, а ради себя. Как бы ее жизнь изменилась! Она бы начала вращаться совершенно в другом кругу, ездила бы с мужем на деловые встречи и ужины. Ее бы уважали как супругу президента крупного и влиятельного банка. Но теперь все эти надежды улетучились.

– А что такое «президент»? – спросил Джонни.

– Очень влиятельный человек, – ответил Джон.

– От этого поста отказался твой папа, – сказала Джессика.

– Джесс, хватит, – прервал ее Джон. – Еще все не решено. Остин только временно исполняет обязанности. Осенью будут настоящие выборы в совете.

– Надеюсь, ты не откажешься бороться за это место, – с металлом в голосе произнесла Джессика.

Джон не любил разговаривать с женой о работе. Джессика ничего не понимала в банковском деле, но у нее было много амбиций. Он свернул с трассы на дорогу, ведущую к стадиону. Через несколько минут они оказались на заставленной машинами стоянке.

– Вау! Какой большой! – воскликнул Джонни, когда семья выбралась из машины.

– Джонни, тут много народа. Ты можешь потеряться, так что держи за руку Элен, – строго сказала Джессика.

Они направились к трибунам. На своих местах уже сидели Питер Морган, Элеонор Харрис и Крис Джордан. Джон поздоровался с коллегами.

– Добрый день, миссис Ларсен. – Питер поцеловал руку Джессики.

С момента тайного ужина они больше не виделись. Джессике снова вспомнился тот вечер, и она, как ни странно, была бы не прочь его повторить. Все расселись по своим местам. Подошел официант с подносом, уставленным прохладительными напитками.

– Как дела, Джонни? – спросила малыша Элеонор.

– Да ну… ничего так, – попытался выглядеть взрослым и серьезным Джонни, и все улыбнулись. – Много разных дел.

– Это каких же, молодой человек? – подыграла ему Элеонор.

– Элен заставляет меня читать, писать и считать, – показал он пальцем на няню. – Я вырасту и буду таким же умным, как папа.

– Без сомнения! – вскинула к небу руки Элеонор.

– Мистер Ларсен, – обратился к Джону Крис Джордан, – зайдите ко мне после выходных. Нам нужно обсудить финансирование строительства.

– Что-то случилось, Крис? – спросил Джон.

– Ничего особенного. Просто скоро июль закончится, и нам надо обсудить дальнейшее финансирование, – ответил Крис. – Конечно, после поимки этого негодяя Лео все наши средства вернулись в актив, но положение еще слишком шаткое. Если с приходом Рейгана экономическая политика не изменится, то нам кранты.

Речь Криса прервал Остин Пауэрс, как раз в этот момент появившийся на трибунах со своей женой. Супруга Остина была симпатичной женщиной лет тридцати пяти, хорошая разница в возрасте, если учесть, что Остину было уже пятьдесят. Первая жена Остина умерла от рака груди пять лет назад. Поговаривали, что Пауэрс во время болезни жены ходил налево к своей секретарше. И как только миссис Пауэрс отдала душу богу, он почти сразу же женился на Лине.

Остин и Лина поздоровались со всеми и прошли на свои места. Джон заметил перемены в настроении Джессики. Она не любила, когда кто-то выглядит лучше ее, а миссис Пауэрс выглядела очень эффектно.

– Вы о чем-то говорили, господа? – спросил Остин. – Прошу вас, продолжайте.

– Да мы обсуждали дальнейшее бюджетирование строительства квартала для малоимущих, – ответил Крис.

Выражение лица Остина сразу изменилось, и он ответил:

– Господа, сегодня же выходной день! Зачем говорить о работе?

Джон на соседней трибуне увидел сестру и помахал ей рукой. Джессика даже не кивнула Маргарет. Они так и не полюбят друг друга, это стало для Джона очевидным.

– А где мисс Ричардс? – поинтересовался Питер. – Гонка скоро начнется, а ее все нет.

– Ей нездоровится, – ответила Элеонор. – Она передает всем привет.

– Ничего, надеюсь, серьезного? – поинтересовался Питер.

– Просто сильно болит голова, мигрень, наверное, – успокоила его Элеонор.

– Какая жалость, – ехидно улыбнулся Питер. – Уверен, многие были бы рады видеть ее. Особенно Джон.

– Что вы имеете в виду, Питер? – вмешалась в разговор Джессика. Ее явно насторожило замечание Питера.

– Я просто хочу сказать, что Джон в последнее время очень хорошо с ней ладит. – Питер понял, что Джессика заглотила его наживку.

– Ей сейчас, как никому, нужна поддержка. – Элеонор почуяла неладное и вмешалась. – Смотрите, господин мэр.

На трибуне для государственных деятелей появился мэр Эд Коч. Рядом с ним стоял стройный седовласый высокий мужчина. Джон узнал Лайонела Локреджа. Он знал, что Лайонел принадлежит к городской элите, но даже не догадывался, что он так тесно знаком с мэром. Они разговаривали и улыбались друг другу как лучшие друзья. Лайонел заметил банкиров и помахал им рукой.

– А что такое «мэр»? – спросил Джонни.

– Очень важный человек, – ответила Элен.

– Важнее, чем президент? – не унимался ребенок.

– Мэр – это мэр, а президент – это президент, – ответила няня. – Смотри, скоро все начнется.

За несколько минут до начала гонок Маргарет все же удалось проникнуть в гараж и увидеться с Кеном.

– Я желаю тебе удачи, дорогой! – Она поцеловала Кена.

– Видишь вот того парня? – Кен показал рукой на высокого брюнета. – Он очень опытный гонщик. Я в глубине души надеялся, что его не будет в заезде.

– А что? Он такой крутой?

– Он просто дьявол. Как будто срастается с машиной и становится с ней одним целым. Он еще не проиграл ни одну гонку, – объяснил Кен.

– А откуда он?

– Из Калифорнии.

– В любом случае ты для меня лучший!

– Миссис Ларсен, интервью закончено! – послышался голос за их спинами. Говорившим оказался Остин Пауэрс. – Все остальные вопросы зададите после заезда, – продолжил он. – А сейчас дайте мне пожелать сыну удачи.

Кен хотел было возразить, но Маргарет показала ему жестом, что уже уходит. Когда она вышла из ангара, ее переполнял гнев. Неужели так будет всегда? Что, если они с Кеном решат остаться вместе? Примет ли этот союз его отец? Опять эти проклятые вопросы без ответов. На свое место Маргарет вернулась в плохом настроении. Керри это заметила, но ничего не сказала.

– Смотри, тут Моника. – Керри попыталась отвлечь подругу от мрачных мыслей.

– Судный день близок, – улыбнулась Маргарет. – В понедельник она потребует от меня статью про эти гонки.

– И ты будешь на высоте, подруга!

– Думаешь?

– Откуда у тебя такая неуверенность в себе? – Глаза Керри округлились от удивления. – Ты же хороший журналист и пишешь первоклассные статьи! Немного уверенности в себе – и все будет хорошо.

«А ведь она права!» – подумала Маргарет. Уверенность! Вот что важно в жизни. Если они с Кеном захотят быть вместе, то никто им не помешает…

Мысли ее прервались фанфарами, которые предвосхищали начало гонок.

В воздухе витали одновременно напряжение и возбуждение. Гул двигателей гоночных машин заглушал возгласы людей, наблюдающих за схваткой с трибун. Двое гонщиков сильно оторвались от остальных и теперь соревновались друг с другом. За рулем красного «феррари» находился Кен Пауэрс. Он вырвался вперед и уже наполовину проехал финишный круг. По пятам следовал синий «порш». Им управлял гонщик из Калифорнии по имени Клиф Колби. Кен хорошо удерживал позицию и не давал Клифу обогнать себя. И вот финишная прямая! Казалось, что победа уже в руках Кена, но не тут-то было. Клиф резко выкрутил руль, так, что Кен не успел отреагировать, и рванул вперед, к финишу. На долю секунды Клиф опередил Кена. Фанаты Клифа заревели от возбуждения. Стадион, казалось, заходил ходуном. Маргарет посмотрела на трибуну, где сидели банкиры и отец Кена. Он размахивал руками и что-то доказывал своей молодой жене. По его лицу Маргарет поняла, что он недоволен проигрышем сына. Клиф сделал круг почета для своих поклонников. Люди бросали ему под колеса цветы и мягкие игрушки.

Потом последовало награждение. Первым был Клиф Колби, вторым – Кен Пауэрс, а третьим – гонщик из Вашингтона. Клиф открыл врученную ему бутылку шампанского и начал обливать всех победителей.

После церемонии награждения люди потихоньку начали расходиться. Маргарет очень хотелось увидеться с Кеном, поддержать его, но она поняла, что сейчас к нему прицепится много людей, включая отца, а с мистером Пауэрсом ей совершенно не хотелось лишний раз встречаться.

Они с Керри подошли к машине. На стоянке им встретилась семья Джона. Джессика сухо поздоровалась и села в автомобиль.

– Никто не ожидал, что Кен сегодня проиграет? – спросила Маргарет брата.

– Конечно, это неожиданно, – кивнул Джон. – Но разрыв всего доля секунды.

Маргарет и Джон перекинулись еще парой слов и разошлись. Когда Маргарет села в машину, Керри скривилась, будто съела лимон, и сказала:

– Жена твоего брата – сущая мегера!

– Сама не знаю, как он ее терпит, – вздохнула Маргарет. – Видимо, у моего братца на женщин плохой вкус.

Маргарет вывела машину на трассу и поехала по направлению к городу.

– Ну, мой мальчик, выпьем же за тебя! – подняв бокал с шампанским, произнес Остин.

После гонок все отправились в дорогой ресторан, куда их пригласил Лайонел, и теперь обсуждали исход гонок. Отец Кена, конечно, был разочарован проигрышем сына, но все же второе место – это тоже победа. У Кена же были другие планы на вечер. Он надеялся, что Маргарет дождется его, пока он принимает душ и переодевается, а потом они вместе поедут ужинать. Все его мысли были заняты Маргарет, но и расстраивать отца он тоже не хотел. Когда закончились гонки и Кен привел себя в порядок, к нему заявился отец со своей женой. Кен не раз ловил на себе заинтересованные взгляды Лины. Он подозревал, что Лине он нравится больше, чем отец, но предпочитал не вмешиваться. Отец – взрослый человек и сам разберется. Когда они все вместе выходили из здания стадиона, к ним подошел друг и партнер отца Лайонел Локредж. Он поздравил Кена со вторым победным местом и заявил, что заказал столик на четверых в одном из самых шикарных ресторанов Нью-Йорка и готов оплатить счет, каким бы он ни был. Кен не стал отказываться, зная, насколько для отца важно внимание этого богатого человека. Кен не раз уже видел Лайонела и даже бывал в его поместье, от которого остался в восторге. Странно, что этот уверенный в себе мужчина до сих пор не женился. Да и вообще Кен ни разу не видел его с женщинами.

– Этот гонщик – просто монстр, – сказал Лайонел. – Очень сильный соперник.

– Да, мистер Локредж, – подтвердил Кен, – я до последнего надеялся, что он не будет участвовать в гонках.

– Я все разузнал, – вмешался в разговор Остин. – В следующих гонках через месяц, в которых ты будешь участвовать, его не будет.

– А что будет через месяц? – спросила Лина.

– Чемпионат в Сан-Франциско, – ответил жене Остин.

– Я возлагаю на тебя большие надежды, Кен, – подхватил Лайонел

Кен знал, что этот человек частично вкладывает средства в его карьеру. Именно на его заводе ремонтировали машины, на которых гонял Кен, и именно он подкидывал его отцу денег на рекламную кампанию. Кен чувствовал себя обязанным, хотя ему и не нравилось, что отец с другом считают его всего лишь одним из способов заработать деньги.

– Кстати, Остин, – обратился к другу Лайонел, – я сегодня хорошо побеседовал с мэром. Он жаждет с тобой познакомиться. Я ему рассказал про твой бизнес.

– С удовольствием, Лайонел, познакомлюсь с ним. – Остин аж немного покраснел от удовольствия.

– Ты уже подготовил все необходимое для старта моего проекта? – сразу же перешел к делу Лайонел.

– В понедельник все счета, которые предназначены для финансирования квартала, будут заморожены, – подтвердил Остин.

– И что дальше? – спросил Лайонел.

– Рабочие не получат жалованье, а подрядчики – денег для закупки стройматериалов, – засмеялся Остин. – Таким образом строительство остановится.

– И как на это отреагируют в банке? – Лайонел отпил шампанское из фужера. – Тебя поедом не съедят?

Лина хихикнула.

– Сейчас для экономики не самые лучшие времена. И не буду скрывать, что в банке не все так хорошо, как кажется, – тихо произнес Остин. – И именно поэтому я постараюсь объяснить сотрудникам, что это хороший способ получить необходимую прибыль. Финансово выгодный проект.

Кен почти не слушал, о чем говорят старики. Он думал, как бы поскорее со всеми распрощаться, вызвать такси и отправится к Маргарет. Как только был съеден десерт, он произнес:

– Все было превосходно, Лайонел, но мне бы еще хотелось встретиться кое с кем, и я вынужден проститься с вами.

– Да-да, конечно! – Лайонел встал и пожал руку Кену.

Кен попрощался с отцом, обнял Лину и выскочил из ресторана. На обочине как раз стояло такси. Кен назвал адрес и стал нетерпеливо ждать, когда же наконец окажется в квартире Маргарет. Когда он постучался в дверь, ему долго не открывали. Он уже подумал, что Маргарет нет дома, но расстроиться не успел. Лязгнул замок и на пороге оказалась заспанная Маргарет.

– Кен? Что ты тут делаешь? – удивилась она.

– Ты не рада, что я приехал? – засмеялся Кен. – Может, мне поехать домой?

– Нет, проходи. – Она отступила от порога. – Просто я думала, что ты проведешь вечер с семьей.

– Я и провел. – Кен открыл дверцу бара и налил себе скотч. – Сущая скукота. Этот Лайонел только и говорит, что о работе.

– Ого! Ты говоришь о Лайонеле Локредже? – удивилась Маргарет. – Он же мультимиллионер.

– Именно он! – подтвердил Кен. – У моего отца много дел с ним. И к тому же он меня спонсирует.

– Ты сильно расстроен из-за того, что не выиграл сегодня? – Маргарет подошла к Кену и обняла его.

– Конечно расстроен, но концом света это не считаю. – Он отставил стакан со скотчем в сторону и обнял девушку: – Все! Хватит о делах на сегодня. Я хочу кое чем заняться с тобой в постели.

Он подхватил ее на руки и понес в спальню.

– Ничего такого он не имел в виду! – взорвался Джон.

– Да, конечно! – крикнула Джессика. – Вы, оказывается, с мисс Ричардс лучшие друзья. Он явно намекал на нечто большее.

Когда закончились гонки и они направились домой, Джон сразу же понял, что Джессика в плохом настроении. Он догадывался, что это из-за шуточек Питера, хотя наверняка он прекрасно знал, что делает. Всю дорогу жена не проронила ни слова. Когда они приехали домой, Элен пошла укладывать спать Джонни, а Джессика надолго заперлась в ванной. Джону оставалось лишь ждать, чем дело кончится. Конечно, он не мог рассказать жене, что они с Эмили поддались страсти и переспали. Да он и сам до сих пор не мог понять, что между ними тогда произошло. Однако Джон прекрасно понимал, что Эмили не приехала на гонки, чтобы не смущать его. Она избегала его даже теперь, причем делала это очень явно.

Джон был верным мужем. Все время, пока они с Джессикой были женаты, он ни разу не изменил ей, хотя знал, что мужчины часто бегают налево и имеют не одну любовницу. Да, у них в последнее время не все было гладко, но до того случая он даже не задумывался об измене.

«Это было всего один раз», – успокаивал он и не собирался ни в чем признаваться жене.

Джессика вышла из ванны, холодным взглядом посмотрела на мужа и, не произнеся ни слова, села на кровать.

– Ты мне не веришь? – спросил Джон. – Питер – мой злейший враг, и это все знают. Он сделает все что угодно, чтобы насолить мне.

– Я не хочу больше об этом говорить, – махнула рукой Джессика. – У вас, мужчин, свои понятия. Вы живете своей жизнью и только ради себя. Делаете все, что вам захочется. Вы работаете, занимаетесь спортом, общаетесь с партнерами. Многое скрываете от жен. А мы-то что? Мы должны выходить за вас замуж, рожать вам детей и хранить домашний очаг. И больше никакой жизни.

– Ты несправедлива. Я тебя ни в чем не ограничиваю. У вас с Джонни есть все, что вам надо.

– Я как птичка в золотой клетке! – На глазах Джессики выступили слезы, но она их тут же вытерла, улыбнулась и сказала: – Кстати, дорогой, я забыла тебе сказать, что завтра приезжает моя мама.

Эта фраза прогремела как гром среди ясного неба. Джон не слишком любил тещу. Она была очень надменна и всем постоянно навязывала свою волю. Как только она приезжала в гости, весь дом тут же подстраивался под ее правила и ритм жизни.

– Когда ты мне собиралась рассказать об этом? – поинтересовался Джон.

– Тебе же вечно некогда, – огрызнулась Джессика. – Ты всю неделю приходил домой уставший. Я не хотела тебя утомлять еще сильней.

«Это на самом деле так», – подумал Джон.

– Она прилетает утренним рейсом из Бостона, – продолжала Джессика. – И мы едем ее встречать.

– И как долго она будет у нас гостить? – обреченно спросил Джон.

– Джон, ну откуда я знаю? Я не спрашивала ее об этом, чтобы она не подумала, что я не рада ее видеть.

Джессика погасила свет и пожелала мужу спокойной ночи.

«Веселые предстоят деньки», – тоскливо подумал Джон, засыпая.

Утро выдалось суматошным. Горничная готовила для гостьи спальню, и Джессика контролировала каждый ее шаг, постоянно делая замечания. Она-то прекрасно знала, что не понравится ее матери. Элен рано разбудила Джонни, искупала его и переодела в идеально выглаженную одежду.

– Я не хочу мазать волосы помадкой, – капризничал ребенок. – Они потом как в клею.

– Дорогой, зато ты будешь выглядеть красиво. – Джессика еле сдерживала раздраженность в голосе. – Ты же знаешь, как твоя бабушка любит, когда ты ухожен.

– Я не хочу быть красивым! – заплакал ребенок. – И вообще я не люблю эту бабку!

Джессика еле сдержалась, чтобы не дать сыну по губам за такие слова.

Марта Дюбуа была очень капризной женщиной и требовала к себе уважения. Ей было пятьдесят лет. Она всегда одевалась только в строгие классические костюмы, на удивление похожие друг на друга и баснословно дорогие. За свою жизнь она успела выйти замуж целых шесть раз. Первый муж (отец Джессики) ушел от нее к любовнице. Он был агентом по недвижимости, и Марта всегда говорила дочери, что их брак был ошибкой. Когда Марта узнала, что беременна, то тут же сообщила об этом мужу, а он лишь прислал документы на развод. Таким образом, Джессика ни разу не видела своего отца. С тех пор Марта не выходила замуж за обычных парней. Вторым ее мужем был крупный бизнесмен, который имел хорошую родословную. Родословная для Марты имела большое значение. Семья Марты происходила из старого французского дворянского рода. Она гордилась этим, хоть толком и не знала ничего о своих предках. В общем, второй брак Марты тоже не продлился долго – муж погиб в автомобильной аварии. Сразу после его смерти Марта узнала, что опять беременна. Через восемь с половиной месяцев у нее родился мальчик, которого назвали Бриком. Брик всегда был трудным и непослушным ребенком и принимал в штыки последующие браки матери. Он буквально вставал на тропу войны со всеми ее новыми мужьями. Закончив школу-интернат, Брик подался в армию. Сейчас Марта почти не общалась с сыном. Брик, в отличие от Джессики, не мирился с ее властным характером.

Последующие браки Марты были заключены исключительно с иностранцами. Что самое интересное, после развода Марте всегда оставалось неплохое состояние от предыдущего мужа. С последним мужем, по имени Эдвард, Марта прожила почти шесть лет. Он был австрийцем. Марта познакомилась с ним в отпуске на Лазурном Берегу, и курортный роман перешел в официальный брак. Год назад Эдвард скончался от рака мозга, оставив своей жене приличное состояние.

После смерти Эдварда Марта стала еще строже и требовательнее к людям. Ее боялась даже собственная дочь. Джессика во всем старалась угодить матери, лишь бы она не злилась.

Джон припарковал машину на стоянке у терминала аэропорта. До прилета самолета Марты оставалось еще двадцать минут. Джессика страшно боялась опоздать, понимая, что мать тут же выйдет из себя, стоит ей подождать хоть минуту. День выдался жарким. Самолет приземлился в назначенное время, и они направились в здание аэропорта. Миссис Дюбуа вышла в первых рядах, так как всегда летала только бизнес-классом. За ней семенил чернокожий мужчина, который вез на тележке два огромных чемодана. На лице Марты застыло выражение недовольства.

– Если это бизнес-класс, то я русалка! – вместо приветствия произнесла она. – Ну и жара у вас тут!

– Мама, привет! – Джессика чмокнула мать в щеку. – Как хорошо, что ты решила приехать.

– Как хорошо? – засмеялась Марта. – Пока сама не решишь к вам приехать, вы никогда сами не позовете в гости.

Джон все это время молчал. Он подумал, как было бы хорошо не видеть тещу целую вечность.

– Джон, ну что ты стоишь? – Марта повернулась к зятю. – Бери тележку и пошли к машине. Или мы тут жить останемся?

Джон без слов взял тележку и повез ее к выходу из терминала. Всю обратную дорогу из аэропорта домой Марта не замолкала ни на минуту и в красках рассказывала дочери новости о своей жизни. Джон припарковал машину у дверей дома, и все вышли. Когда Марта вместе с Джессикой вошли в холл, то увидели Джонни, державшегося няню за руку.

– Ну, иди же поцелуй бабушку, – сказала Марта. – Какой ты уже большой!

Джонни робко подошел к бабушке и обнял ее. Джон в это время заносил в дом чемоданы. Если судить по количеству барахла, которое с собой притащила эта карга, похоже, она решила тут поселиться надолго.

Наконец Марта поднялась в отведенную ей комнату.

– Нет, нет и еще раз нет! – уверенно сказала она и уперла руки в бока. – Я тут жить не буду!

– Ну почему, мама? – удивилась Джессика.

– Мне не нравится эта комната! – резко ответила миссис Дюбуа.

– Но вы же тут уже жили в прошлый раз, – вмешался в разговор Джон.

– Вот именно, – злобно ответила Марта. – В тот раз я очень плохо спала! У вас же есть еще одна. Вот там и поселюсь.

– Хорошо, мама, – тут же сдалась Джессика.

– Джон, будь душкой, скажи вашей горничной, чтобы подготовила ту комнату, – распорядилась Марта, как у себя дома.

Джон в негодовании спустился вниз, нашел горничную и попросил ее подготовить другую комнату для миссис Дюбуа. Ему еще предстояло решить одну проблему. Марта, пока они ехали из аэропорта, сообщила, что надеется на ужин в семейном кругу. Джессика заказала к шести часам вечера еду из ресторана. Джон не особо хотел присутствовать на ужине, но деваться было некуда. Он решил немного разбавить концентрацию семейства Дюбуа и позвонил своей сестре с просьбой заехать на ужин.

– Ты издеваешься, Джон? – отреагировала на приглашение Маргарет. – Ты же знаешь, я терпеть не могу эту сучку!

– Ну, пожалуйста! – взмолился Джон. – Иначе я сдохну. Или меня стошнит прямо на нее.

– Ну… не знаю… – проговорила Маргарет. – Ладно, так уж и быть. Но запомни, Джон, что ты мой должник.

– Век не забуду. – Голос Джона тут же повеселел. – Приходи к шести. Если у тебя были планы на вечер, то приношу свои извинения.

– Принято!

Остаток дня Джессика провела в хлопотах. Горничная подготовила другую комнату для ее матери. Потом она помогла распаковать и развесить вещи. Время неумолимо приближалось к шести часам, а еду из ресторана все еще не доставили.

– Надо было заказать заранее! – заметила Марта.

– Мама, я сделала заказ рано утром, – оправдывалась Джессика.

– Надеюсь, нам не придется жевать сухие бутерброды!

Ужин был доставлен в половине шестого. Горничная помогла Джессики накрыть на стол, а Марта даже не спустилась, чтобы хоть как-то помочь дочери.

Джессика заметила лишние столовые приборы и вопросительно посмотрела на Джона.

– Я пригласил Маргарет на ужин, – ответил он.

– Что? – прохрипела Джессика. – А почему ты меня не предупредил?

– А для чего? Это ведь семейный ужин. Маргарет – моя сестра, и мы давно не сидели за одним столом.

– Еще бы столько же… – прошептала Джессика.

Джон помнил, что жена недолюбливает его сестру, но его это не особо волновало. Пусть потерпит Маргарет, ведь он терпит ее мать.

Когда ужин был уже почти полностью сервирован, наконец спустилась Марта. Она оценивающе посмотрела на стол и схватила приборы и салфетки.

– Это надо делать вот так, – недовольно сказала она, перекладывая приборы. – А салфетки сюда нужны другого цвета. Эти не подходят.

В дверь позвонили, и Джон пошел встретить гостью. Маргарет выглядела просто великолепно. На ней было темно-синее платье-футляр, которое отлично подходило к ее рыжим волосам, убранным в высокий хвост. В руках она держала изящный клатч. Джон проводил сестру в столовую.

– Марта, вы знакомы с моей сестрой? – просто для приличия спросил Джон.

– А, Мэри… – Марта на секунду отвлеклась от сервировки стола и тут же снова продолжила свое дело.

– Вообще-то меня зовут Маргарет.

– Да-да, детка. – Казалось, что этот конфуз ничуть не смутил Марту.

– Тетя Маргарет! – Джонни сбежал по лестнице и бросился в объятия Маргарет.

– Ну-ка не бегай! – прикрикнула на ребенка Марта. – Ну все, теперь стол красиво украшен и можно садиться.

Все присутствующие стали рассаживаться. Элен устроилась рядом с Джонни, и Марта тут же одарила ее недовольным взглядом: ей, очевидно, не нравилось, что нянька сидит с ними за одним столом. Джон взял ложку и начал уже было накладывать себе в тарелку салат, как Марта хлопнула его по руке и произнесла:

– Джон, ты же знаешь, в моем присутствии мы всегда сначала молимся перед приемом пищи.

Джон ничего не ответил. Он перехватил взгляд Маргарет, которая еле сдерживалась, чтобы не засмеяться. После прочтения молитвы семья наконец-то приступила к трапезе.

– Ну, Мери, как твои дела? – спросила Марта. – Все еще работаешь в этой газетенке?

– Меня зовут Маргарет, – снова поправила ее девушка.

– Не придирайся к словам, детка, – махнула рукой Марта. – Отвечай лучше на вопрос.

– Да, я все еще работаю в газете.

– Не понимаю, как может нравиться эта собачья работа, – скривилась Марта.

– А что в ней плохого? – Маргарет начинала злиться.

– Бегаете в поисках сенсации, как свора гиен, а потом все с ног на голову переворачиваете, лишь бы повысить рейтинг. – Марта, казалось, не замечала раздражения собеседницы.

– Я не занимаюсь «желтой» журналистикой и пишу только правду.

Джон без труда уловил металлические нотки в голосе сестры.

– Ой, так все говорят, – продолжала напирать Марта. – Детка, тебе нужно заняться личной жизнью. Найти себе достойного мужчину, а то так и умрешь старой девой.

– Не переживайте об этом, – Маргарет положила свои приборы на тарелку, – я просто жду своего единственного. Ведь лучше прожить всю жизнь с одним мужчиной, а не менять их каждый год, да еще и всякий раз выходить замуж.

Марта поняла, что этот камень был в ее город. Она помолчала минуту, потом улыбнулась и произнесла:

– Я поняла, о чем ты, детка. По крайне мере, теперь я ни в чем не нуждаюсь. Благодаря моим славным мужьям.

– Как дела в Бостоне? – перевела разговор на другую тему Джессика.

– Все хорошо. Где ты заказывала эту еду? Салат несоленый, а мясо жесткое.

– В очень хорошем ресторане, – ответил за жену Джон. – По-моему, все просто отлично.

– Джон, какой же ты простак, – ответила Марта. – Тебе совершенно все равно что есть.

– Мне тоже все нравится, – влез Джонни.

– Дети не должны вмешиваться в разговор взрослых дядь и теть, – наставительно произнесла Марта.

– Он в кругу семьи и может разговаривать, коль уж сидит с нами за одним столом! – вступился за сына Джон.

– Вот поэтому нынешние дети такие невоспитанные! – вздохнула Марта. – Ужасное поколение.

На глазах Джонни выступили слезы, и Элен сразу же увела ребенка в детскую. Джон извинился и отправился к сыну. Он просто кипел от негодования, так ему осточертели нападки тещи. Маргарет только ради приличия не пошла за братом и осталась за столом.

– Так себе ужин, – фыркнула Марта. – Ну что у нас за семья! Я думала, что мило посидим и пообщаемся.

– Если бы вы не сыпали колкостями, то все было бы по-другому, – ответила Маргарет.

– Как ты смеешь так разговаривать с моей матерью? – вмешалась Джессика.

– Я ничего такого не сказала. – Маргарет встала из-за стола.

Она хотела подняться на второй этаж и попрощаться с братом и племянником.

– Убирайся из моего дома! – крикнула Джессика.

– Не переживай, я только попрощаюсь с братом и племянником и уйду.

– Ноги чтобы твоей тут больше не было! – продолжала кипеть Джессика.

– Спокойно, детка, – успокоила ее Марта. – Леди так не следует себя вести.

Маргарет поднялась в детскую. Элен в комнате уже не было. Джон сидел на кровати, Джонни устроился у него на коленях и листал книжку с картинками. Маргарет подошла к ним и приобняла брата за шею.

– Извини за скандал, – улыбнулся Джон. – В любом случае спасибо за то, что пришла.

– Я не люблю бабушку, – промямлил Джонни. – Она такая злая.

– Устами младенца… – засмеялась Маргарет. – Ладно, не провожай меня. Я знаю, где выход.

Мартин Дуглас пришел на работу чуть позже обычного. Вот уже полтора года он руководил строительством жилья для малоимущих. Финансировал строительство «Омега банк». Мартин хорошо общался с Джоном Ларсеном, одним из вице-президентов банка. Джон частенько навещал строительную площадку и отслеживал финансирование проекта. Строительство, несмотря на экономические трудности в стране, шло по плану. В августе должны были закончить с тремя многоквартирными трехэтажными домами. Некоторые семьи уже получили субсидированный кредит и выкупили доступное жилье на стадии строительства. Мартин гордился своей командой. Все шло по плану, и они укладывались в сроки.

Мартин опоздал на работу из-за аварии, случившейся на шоссе. Образовалась огромная пробка, и движение встало. Добравшись наконец до строительной площадки, он припарковал свой старенький автомобиль около вагончика, который служил ему офисом, и зашел внутрь. Солнце уже успело нагреть крышу вагончика, и в помещении было ужасно жарко. Мартину, впрочем, это не мешало. Все бумажные дела он делал поздно вечером, а днем все время находился на площадке.

Не успел он закрыть за собой дверь, как к нему подбежал один из прорабов.

– У нас проблема, сэр! – сказал тот. – Сегодня не пришла машина с цементом. Мы позвонили в офис, и нам сказали, что счета на поставку не оплачены.

– Быть такого не может! – буркнул Мартин. – Это какая-то ошибка. Я сам позвоню поставщикам. Продолжай работу.

Мартин набрал номер офиса поставщика и услышал все то же самое. Его это обеспокоило, и он решил позвонить Джону Ларсону и во всем разобраться. Секретарь соединила его с боссом. Мартин объяснил всю ситуацию, но Джону ничего не было известно. Он пообещал во всем разобраться лично. На душе у Мартина было неспокойно.

– Как это все понимать, Остин? – спросил Джон.

– Я на время приостановил финансирование этого проекта. – Голос Остина немного дрожал.

– На время? – переспросил Джон. – И на сколько?

– Пока не стабилизируется экономическая ситуация в стране, – ответил Остин.

– Брось! – Джон сел в кресло, стоящее рядом со столом, тем самым показав, что разговор будет долгим. – На это жилье надеются многие семьи. Им негде жить, сотни людей нуждаются в крыше над головой. Это бюджетное жилье, Остин!

– Очередной квартал для черномазых, – цинично заметил Остин.

– Там будут жить не только чернокожие!

– Ну да, еще и всякие нищеброды! – крикнул Остин.

– Ты что, совсем ослеп?! – Джон стукнул кулаком по столу. – Не все родились богатыми и не всем ими быть! Что делать бедным жителям? Сброситься с моста?

– Джон, не смей кричать в моем кабинете! – осек его Остин. – Я президент банка и могу себе позволить приостановить любой проект, какой только захочу.

– А что будет с теми людьми, которые уже взяли кредит на жилье? Что будет с ними?!

– Наш банк вернет им деньги. Отличный вариант решения проблемы.

– Ты шутишь?! – снова заорал Джон. – Ты же знаешь, что мы давали субсидированный кредит на это жилье.

– Ну, тем лучше для нас.

– Другие банки не вернут деньги, и ты это знаешь! – напирал Джон.

– Это уже их проблемы. – Остин махнул рукой. – А теперь ты меня извини, но мне пора работать.

– У нас будут большие неприятности! – предупредил Джон.

– Поживем – увидим.

Как Только Джон вышел из кабинета, Остин набрал номер Лайонела и рассказал о случившемся.

– Он скоро успокоится, – заверил Лайонел. – У него нет другого выхода. Все уже сделано.

– Да, но представь, что будет, когда он узнает о финансировании твоего проекта.

– Я баллотируюсь в сенат, так что моя поддержка важнее проблем нищих. Правда же?

– Да, но Джон в чем-то прав, – ответил Остин. – Эти люди подписались на кредит. Что им теперь делать?

– Пусть разбираются с теми банками, которые дали им кредит. Это уже не наша проблема.

После разговора с Остином Джон был в ужасном настроении и не мог оставаться в банке. Он сел в машину и направился прямо на строительную площадку. Мартин Дуглас принял его в своем душном вагончике-офисе. Джон рассказал про разговор с исполняющим обязанности президента банка.

– Но, мистер Ларсен, что же нам теперь делать? – растерянно спросил Мартин. – Мало того что семьи оказались без жилья, так еще и куча строителей останутся без работы.

– Я все понимаю, – пожал плечами Джон, – но я сейчас бессилен.

– Но почему банк прикрыл проект? Неужели закончились деньги?

– В нынешнее время дела у всех идут туго. У банка оборота сейчас не так много, как хотелось бы, – ответил Джон. – Но тут что-то другое.

– Надо как-то сообщить людям о сложившейся ситуации, – констатировал Мартин. – И моим ребятам тоже…

– Мы должны организовать пресс-конференцию. Надо собрать людей, которые вложили в строительство свои деньги, – предложил Джон.

– Хорошая идея, – согласился Мартин, – по крайней мере, не пойдут сплетни. Но что мы им скажем?

– Правду! Так и скажем, что проект заморожен на время. Ты сможешь все организовать? И сколько времени на это тебе понадобится?

Мартин задумался.

– Думаю, завтра сможем собрать всех, – ответил он наконец. – Тут есть школа для бедных, а там – актовый зал. Туда всех и соберём.

– Только постарайся, чтобы об этом не разнюхали журналисты, – предупредил Джон.

– Все будет сделано в лучшем виде, мистер Ларсен.

Через десять минут Джон уже ехал по направлению к своему району, домой ему дико не хотелось возвращаться. Недолго думая, он свернул раньше положенного и направился в сторону поместья Ричардсов. Джону захотелось увидеть Эмили, обнять ее и забыться хоть на время. Охранник узнал машину Джона и отворил большие кованые ворота. Джон увидел у парадного входа машину Элеонор. Он немного расстроился, так как надеялся побыть с Эмили наедине. Позвонив в звонок, он стал терпеливо ждать. Через некоторое время дверь отворилась, и он увидел на пороге Элеонор. Девушка выглядела уставшей. Волосы у нее были всклокочены, под глазами залегли тени.

– Привет, Джон! – Она отошла от двери, пропуская Джона внутрь. – Что ты тут делаешь?

– Я хотел поговорить с Эмили, – объяснил Джон.

– Ее тут нет.

– Я могу подождать. – Джону отчаянно хотелось увидеть девушку.

– Не получится, Джон. – Элеонор взяла какие-то вещи и стала укладывать в большую сумку. – Она уехала к нашему дяде в Лос-Анджелес.

Джон был удивлен тем, что Эмили так внезапно решила покинуть город. Именно сейчас, когда они так нужны друг другу.

– Но сейчас не время отдыхать и расслабляться… – только и смог он выдавить из себя.

– Она очень подавлена. Так и не смогла отойти от смерти отца. И я решила, что у дяди ей будет лучше.

– И она вот так вот просто взяла и уехала?

– Она смирилась с тем, что от ее слова ничего в банке не зависит. – Элеонор села в кресло. – Надо называть вещи своими именами. Она никогда не станет президентом. Ей не дадут это сделать! Это не ее битва, а ваша.

– Кажется, это и не моя битва, – печально усмехнулся Джон. – Я тоже терплю неудачи.

– Ты про финансирование строительства?

– Да. Завтра мы собираем всех дольщиков и строителей, чтобы сообщить о прекращении работ. По крайней мере, временном прекращении.

– Я могу тебе пожелать только удачи, – улыбнулась Элеонор.

– Я надеюсь, что все пройдет мирно и журналисты не станут вмешиваться. Нам сейчас меньше всего нужны с ними проблемы.

– Остин слишком много на себя взял! – согласилась Элеонор, все это время продолжая складывать вещи в сумку. – Он должен был посоветоваться с советом, прежде чем приостанавливать строительство. Хотя по факту он имеет право принять такое решение и без согласия совета.

– Ты думаешь, он действовал в интересах банка? – спросил Джон.

– Ответ на этот вопрос знает только он. – Элеонор застегнула сумку.

– Что это? – спросил Джон.

– Кое-какие вещи дяди, – ответила Элеонор. – Он их оставил в прошлый раз, когда гостил здесь. Перешлю почтой.

– А что будет с поместьем в отсутствие Эмили?

– Она распустила всю прислугу, оставив только охрану.

Элеонор встала с дивана. Сумка явно была тяжелой. Джон помог донести ее до машины.

– До завтра, Джон, – попрощалась Элеонор и, сев в свою машину, уехала.

Джон остался стоять перед большим пустым домом семьи Ричардсов.

У Маргарет жизнь налаживалась. Сдав статью про гонки с интервью преуспевающего гонщика Кена Пауэрса, она ждала вердикта главного редактора. И Моника была просто в восторге. Она не ожидала, что Маргарет проявит такую прыть и лично побеседует с восходящей звездой. Моника разместила статью на первой полосе, и это была самая лучшая работа во всем номера. У Маргарет на душе было спокойно, и дело оказалось не только в успехах на работе. Ее личная жизнь налаживалась, и, кажется, Кен относился к их роману со всей серьезностью. Они проводили вместе много времени, он даже какое-то время успел пожить в квартире Маргарет. Ей нравилось мчаться с работы и знать, что ее ждут. Она забегала в магазин за продуктами, а потом с удовольствием готовила ужин. Кену нравилось, как она готовит. После ужина они предавались любви. Все было как в романтическом фильме.

– Может, пришло время всем официально заявить о наших отношениях? – как-то утром спросил Кен.

Маргарет в это время как раз занималась завтраком и была совершенно не готова к такому вопросу.

– Дорогой, но зачем так спешить? – только и смогла вымолвить она.

– Я хочу, чтобы ты знала, что для меня эти отношения серьезны! – заявил Кен.

– Я это знаю.

– Тогда почему мы прячемся, как подростки? – не унимался Кен. – Я понимаю, чего ты боишься!

– Правда?

– Да! – улыбнулся Кен. – Моего отца! Но тебя не должно это волновать!

– Как это не должно? – Маргарет подцепила вилкой сосиску и перевернула ее. – Твой отец влиятельный человек. И он, смею тебе напомнить, ненавидит журналистов!

– И что? – Кен вскочил со стула. – Как только я приеду с гонок в Сан-Франциско, мы официально объявим о своих отношениях. Я хочу, чтобы нас воспринимали серьезно.

Маргарет разложила еду по тарелкам, и они приступили к завтраку. Потом разошлись по своим делам. Девушка решила поделиться утренним разговором со своей подругой Керри. Та молча выслушала подругу и произнесла:

– Да любая бы на твоем месте была бы в восторге! Похоже, у него в твоем отношении и правда серьезные намерения. И ему интересна не только постель, но и ты сама!

– Да-да, я знаю! – Маргарет попыталась утихомирить разошедшуюся подругу. – Но меня пугает то, что отец Кена, Остин Пауэрс, не любит журналистов.

– Да плевать я бы хотела на твоем месте, – хихикнула Керри. – Главное, что Кен настроен решительно. И мой тебе совет – не будь дурой. Объявите обо всем уже своим родственникам.

Тут в коридоре появилась Моника, как обычно одетая в костюм какого-то странного тусклого цвета. На лице ни грамма косметики, волосы убраны в хвост. Она увидела Маргарет и громким властным голосом сказала:

– Ларсен, ко мне в кабинет!

– Удачи! – подбодрила подругу Керри.

Маргарет шла за редактором по коридору и думала, что могло случиться, из-за чего Моника сменила милость на гнев. Они вошли в прокуренный кабинет – Моника страстно обожала сигареты и выкуривала по пять пачек в день.

– Присаживайся, Маргарет! – указала редакторша на свободный стул у стола. – Мне стало известно, что сегодня пройдет некое собрание, которое для нас может быть интересным. Если повезет, это будет очередная сенсация.

– И вы хотите, чтобы я этим занялась?

– Зришь в корень! – Моника снова закурила.

– А что это за собрание?

– Один крупный банк финансировал строительство жилья для малоимущих семей. И вот сейчас они объявили о том, что приостанавливают строительство! И самое ужасное, что есть люди, которые взяли кредит на это самое жилье.

– Вы хотите сказать, что бедные люди вложились в жилье, а его могут не достроить? – Маргарет сразу оживилась.

– Вот именно! – Моника выпустила изо рта дым, и Маргарет еле сдержалась, чтобы не закашлять. – Я хочу, чтобы ты разобралась с этим.

– Я вас поняла! – тут же согласилась Маргарет. – Надо помочь этим людям.

– Да при чем тут люди?! – Моника вскинула руки вверх. – Мне нужна сенсация! Сенсация! А теперь приступай к работе. Вот адрес, по которому будет проходить собрание дольщиков.

Маргарет вышла из кабинета главного редактора. Монику только и интересовали, что сенсации, а Маргарет решила взяться за это дело лишь для того, чтобы помочь бедным людям, которые остались без денег и, возможно, без крова над головой.

– О! Я тоже хочу поехать с тобой! – заявила Керри, когда Маргарет ей обо всем рассказала. – Тем более в это район девушке одной соваться не следует!

– Тоже мне, охрана! – засмеялась Маргарет. – Ладно, собирайся.

Через полчаса они уже выходили из офиса. Маргарет уверенно вела автомобиль по оживленным вечерним улицам прямо к месту собрания. Добрались они незадолго до начала. Собрание проходило в здании старой школы, которой совершенно точно требовался ремонт, и как можно скорее. Они зашли в холл и направились в актовый зал. Помещение внутри оказалось еще более убогим, чем снаружи. Маргарет и Керри зашли в актовый зал. Людей там оказалось на удивление много, в основном все чернокожие. Девушки встали с края, чтобы не мешать проходу.

Какой-то мулат возился на сцене с бумагами. Маргарет поняла, что именно он будет вести собрание. А потом услышала, как к нему обращается один из собравшихся. Звали его мистер Дуглас. Но он явно ждал еще кого-то, собравшимся же не терпелось начать. Через десять минут в актовый зал зашел человек, и у Маргарет подкосились колени.

«Вот оно что!» – подумала она.

– Подруга, смотри, это случайно не твой брат? – спросила Керри.

– Да тихо ты! – Маргарет схватила ее за руку и уволокла в дальний угол зала, чтобы Джон ее не заметил.

– Дамы и господа, рад вам представить мистера Джона Ларсена, который ответит на все ваши вопросы, – громко, заглушая гул голосов, сказал Мартин Дуглас. – Он является вице-президентом банка, который финансировал проект.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.