Яна Гусева
Пора чудес

Новогоднее чудо

― Заигрались вы совсем, девочки, ― сказала мама.

Мы с Танькой виновато переглянулись, и я стала второпях натягивать куртку. Весь день я была в гостях у подруги, обещала маме, что позвоню, как надоест играть, но мы придумали столько увлекательных историй, что уходить совсем не хотелось.

И половины из придуманного не успели осуществить. Еще ведь Новый год хотели устроить для кукол, а Танькин плюшевый медведь должен был спасти волшебное королевство. Хорошо хоть успели обменяться подарками.

Я взяла с полки пузатый розовый рюкзак с изображением улыбающейся собаки и начала обуваться.

Мама стала разговаривать с бабушкой Тани. Я не любила диалоги взрослых, они казались сухими и сложными. Другое дело ― наши с Таней! О чем мы только не общались и какие увлекательные игры не придумывали.

– Пока, ― грустно вздохнула я и крепко обняла подругу.

Мама с бабушкой засмеялись.

– Будто надолго расстаетесь! ― всплеснула руками Танина бабушка.

– На целую ночь, ― ответила подруга.

Мы с трудом разомкнули наши объятия, и я грустно поплелась за мамой на выход. Совсем не хотелось прощаться. Радовала только наша с Таней задумка ― наведаться в одну лавочку, где есть сотня интересных подарков. Остался всего один день, и я смогу их купить. Хорошо, что родители дают карманные деньги, а я стараюсь их копить.

На улице морозно. Я с любопытством разглядывала замерзшие заснеженные ветки и светящиеся огоньки на елях, которые украсили к празднику. Постепенно город преображался и становился сказочным. Несмотря на поздний час, на улицах было светло благодаря фонарям и гирляндам. Старый год постепенно покидал нас, пропуская вперед своего братишку. Я с трепетом ждала любимый день в году, и меня окутывало сладкое чувство счастья и радости.

Мы с мамой держались за руки. Она спрашивала, во что мы играли, что подарила Таня, потом сказала, что купила нам с сестрой леденцы на палочке в форме петушка, ― чему я очень обрадовалась.

Дома я разобрала рюкзак с куклами и открыла блокнот, где Танька нарисовала карту, по которой мы должны были пройти до лавочки за подарками. Аккуратно свернув драгоценное сокровище, я съела сладкого петушка, поиграла с сестрой и еще раз взглянула на Танькин подарок ― игрушечный музыкальный магнитофон для кукол. Я же в свою очередь подарила ей кожаный блокнот с тканевой закладкой. У подруги как раз заканчивался личный дневник, и, не записывая свои мысли, она не могла прожить и дня. Я поставила магнитофон на полочку, где сидели все куклы, пожелала родителям «спокойной ночи» и легла в кровать, с нетерпением ожидая следующего дня.

Проснулась я рано, но за окном уже рассвело. Дома никого не было. Сестренка ушла в садик вместе с мамой, которая работала воспитательницей. Я взглянула на часы, прикидывая, сколько у меня есть часов для того, чтобы успеть сбегать за подарками. Папа обычно приезжал на обед к часу, поэтому времени было более чем достаточно. Я позавтракала бутербродом с сосисками, оделась и позвонила Таньке.

– У меня на сотике денег мало, поэтому звоню с домашнего. Ты готова? ― воскликнула я.

– Оль, у меня тут грустные новости, ― протянула подруга.

Я вздрогнула.

– Не смогу пойти. Меня не отпускают, я вчера не убралась после нашего бардака.

И девочка вздохнула.

– Ну вот! Надо было вместе убраться.

– Да чего уж, ладно…

– А как же я одна найду это место? ― захныкала я. – Танька, я без тебя не пойду!

– Я же тебе нарисовала карту. По ней и иди. Я буду на связи! Звони мне, слышишь? Оль, а если не позвонишь, я сама буду тебе названивать, слышишь? ― повторяла подруга.

Я засмеялась. Она всегда так делала, когда уставала ждать от меня звонка. Как здорово, что в первом классе мы сели за одну парту и сразу подружились.

– Тань, а вдруг я заплутаю? ― переживала я, прижимая трубку на проводе ближе к уху.

Подруга фыркнула и прошептала:

– Тогда я приду на выручку.

– А бабушка?

– Придумаю что-нибудь.

– Тогда пошли сейчас со мной, – грустно протянула я.

– Эх, Оля, прости, не пускают. Бабушка с самого утра на меня волком смотрит. Не убираюсь, не самостоятельная, а ведь уже такая взрослая!

И подруга вздохнула.

– Жалко, – я взглянула на часы. ― Уже десять. Надо бежать. Там, правда, легко разобраться?

– Конечно!

– Хорошо. Я пошла.

– Удачи, подруга, – сказала Таня и повесила трубку.

Идти было недалеко, но меня без взрослых отпускали редко. Мама говорила, что я еще маленькая и в девять лет разгуливать одной по улицам, где бешено носятся машины, – опасно. Гулять разрешали только в нашем дворе или в соседнем и обязательно с подружками.

Таня жила далеко, а других подруг у меня не было, поэтому я не гуляла совсем. Изредка ходила до магазина в соседний дом и каждый день по узенькой тропинке плелась в школу, которая находилась напротив нашей пятиэтажки. Сестренка была еще совсем маленькой, чтобы составлять мне компанию. Чаще всего можно было встретить нас всем дружным составом: я, мама, папа и сестра. По отдельности – реже. Но в тот день я решила нарушить все правила, иначе родители останутся без подарков! А я не могла этого допустить.

Надев шапку, я задумалась и вернулась в комнату – взять с полки Танькин подарок – наудачу. Аккуратно положив в карман куртки свою драгоценность, я надела черные сапожки, бардовый пуховик и с трудом натянула на плечи рюкзак, с которым не расставалась.

Перед выходом по привычке устремила взгляд на свое отражение в зеркале. На меня смотрела круглолицая кареглазая девочка с каштановыми волосами, собранными в тоненькие хвостики и торчащими из-под шапки. Я подмигнула ей и хитро улыбнулась. Затем достала ключи из маленького кармашка, вышла в подъезд и закрыла дверь. Спускаясь по лестнице, я думала о предстоящих приключениях. Хотелось порадовать родных и увидеть счастье и удивление в их глазах.

Оказавшись на улице, я почувствовала, как мороз щиплет щеки. Под ногами заскрипел снег. Ночью привалило. Все дорожки около дома были усыпаны серебром. Я улыбнулась и направилась по тропинке в сторону главной городской улицы – на рынок. Подруга сказала, что совсем недавно вместе с двоюродным братишкой была там. Они искали подарок для родителей и случайно забрели в одно место. Купили подарки у доброго дедушки в забавном костюме и помогли собрать случайно рассыпавшиеся яблоки. Когда вернулись домой, в кошельке увидели деньги, которые буквально час назад отдали дедушке. Чудеса, да и только!

Мы с родителями часто бывали на рынке, но все лавочки и павильоны казались мне огромным королевством, где можно заблудиться. Недаром подруга нарисовала карту, чтобы не запамятовать. Жалко, что я иду туда одна.

Я брела по заснеженной тропинке и мечтала о празднике, подарках и чудесах. Снег приятно и весело хрустел под ногами, пузатые игрушки, украшающие ели, переливались на солнце и казались золотистыми звездочками. Я разглядывала флажки, ледяных человечков и серебристую мишуру, напоминавшую искры. Весь город сиял и с нетерпением ждал праздника.

Слышался шум приближающегося рынка, запахло колбасой. Я прошла сквозь главные ворота и достала из кармана Танькину карту. Рынок гудел. Казалось, что все хотели перекричать друг друга. Запахло корицей, печеным хлебом, жареными пирожками и сладостями. Я шла вдоль отрытых торговых палаток и разглядывала продавцов, укутанных в шубы, куртки и шерстяные платки. На миг мне стало страшно. Я впервые была здесь одна. Дико захотелось вернуться обратно и бросить эту глупую затею, но, вспомнив про подарки для родных, я вздохнула и продолжила поиски той самой лавочки, про которую мне твердила Танька.

Признаться, карта была плохим помощником. Я совсем ничего не понимала в каракулях подруги и просто шла вперед, надеясь на чудо.

Повсюду продавались продукты, елочные украшения, сладости и мягкие игрушки-тигрята, а я искала что-то волшебное и праздничное, ведь, по словам Таньки, такой и была та самая заветная лавочка. Подруга купила музыкальные шкатулки с танцующей балериной и книги в позолоченной обложке. Такое ведь найдешь не везде!

Я бродила в поисках заветного места, но все было тщетно. Никаких необычных лавочек и интересных подарков.

Уже хотела заплакать и пойти домой, но поняла, что заблудилась. Эта мысль дико испугала, но я изо всех сил старалась взять себя в руки и не начать паниковать. Если что, у меня есть телефон, и я смогу позвонить Таньке, а она обязательно что-нибудь придумает. Главное, чтобы денег хватило на балансе, но ведь подруга перезвонит? Или нет? Я затряслась всем телом и поняла, что идея наведаться на рынок одной оказалась провальной. Если бы только Таньку отпустили, вдвоем бы мы что-нибудь придумали. А в одиночку разве сделаешь что-то?

Я тяжело вздохнула. Вокруг ходили злые взрослые, больно толкающиеся и неприлично ругающиеся, стремясь куда-то по неотложным делам. От гула кружилась голова, несколько раз меня едва не сбили с ног.

Неожиданно сквозь весь этот шум я услышала плачь. Первая мысль ― помочь. Я со всех ног понеслась на звук, позабыв о своем страхе.

Около большого здания с вывеской «Верхняя одежда» стояла девочка, примерно моего возраста, одетая в теплую белую шубку и пушистые рукавички, на ногах красовались голубоватые сапожки с острыми носами, а голову украшала маленькая круглая береточка. Светлые волосы переливались на декабрьском солнышке и светились словно золото. Длинная коса доставала до пояса. Девочка плакала, закрыв лицо руками, и не могла ни слова вымолвить, несмотря на все мои расспросы. Наконец она произнесла:

– Я подарок потеряла. Как же теперь быть? Мы с дедушкой должны были отвезти его мальчику, чтобы он мог встретить Новый год с родителями! Они улетают в другой город, и малыш может остаться без праздника. А ведь чудеса должны случаться!

– Тогда нам надо срочно найти этот подарок. Пошли, я помогу.

Голубые глаза девочки засветились радостью.

– Спасибо! Как тебя зовут?

– Оля, – улыбнулась я. – А тебя?

– Снежевиночка.

– Какое необычное имя!

– Спасибо, у тебя тоже очень красивое.

Я улыбнулась и спросила:

– Где ты могла оставить подарок?

– Я шла к дедушке в лавочку, засмотрелась на расписное полотенце и позабыла обо всем на свете! А когда очнулась, то поняла, что сумочки моей уже и нет в руках. Видимо, выронила. В ней был подарок!

Я вопросительно взглянула на нее.

Девочка подняла большие глаза и вновь заплакала:

– Билеты на самолет. На другое число. Мальчик очень хочет в праздник быть вместе с родителями, поэтому попросил новые билеты. Оля, ты же знаешь взрослых. У них всегда какие-то дела и проблемы! Они забывают про все и думают только о работе. Вечно угрюмые и злые. Летят по делам и оставляют ребенка грустить в праздник. Он будет со злой тетей, а бедняжке так хочется, чтобы вся семья была рядом. Мальчик загадал настоящий Новый год и другие билеты. Все уже было готово. Мы с дедушкой придумали чудо, а тут я все испортила.

И девочка расплакалась еще сильнее. Я не знала, что сделать, поэтому просто обняла ее. На миг она перестала плакать и прижалась ко мне еще сильнее.

– Не плачь, Снежевиночка, сейчас что-нибудь придумаем, – утешала я свою новую подругу.

Наконец девочка перестала плакать, и мы пошли в сторону прилавка с тканями, но ничего не нашли.

– Ох, и расстроится же дедушка, – вздыхала Снежевиночка.

Я задумчиво смотрела по сторонам, пытаясь понять, где девочка могла обронить свою сумочку.

– Какого она хоть цвета?

– Белая, как моя шубка, с серебристыми звездами. Маленькая такая, только билеты и помещались, да зеркальце.

В тот момент я позабыла обо всем на свете. Мне очень хотелось помочь своей новой подруге и мальчику, который может остаться без праздника. Я больше не боялась, потому что была не одна, а в компании нового друга. Вместе всегда веселее!

Оглядываясь по сторонам, я смотрела на мелькающие мимо шубы, пальто, куртки и пакеты, всматриваясь в каждую сумочку. Снег продолжал искриться на солнце, и я боялась, что от столь яркого света не увижу пропажу. Но неожиданно мой взгляд остановился на двух девочках. У одной из них была точно такая же сумка, как мне описала Снежевиночка.

Я слегка задела девочку локтем и указала в сторону незнакомок, которые были на пару лет старше нас. Они жадно рассматривали сумочку и гладили пушистый мех, покрывающий ее.

– Они ни за что ее не вернут, – грустно произнесла моя спутница. Я же в тот миг чувствовала себя самой смелой и верила в то, что все получится. Не знаю, откуда во мне вдруг появилось столько уверенности, но в какой-то момент я поняла, что больше не боюсь. Не страшно потеряться на рынке в поисках подарков, не созвониться с Танькой или получить строгий выговор от родителей за свои приключения. Все это не сравнится с тем, что мальчик может остаться без праздника. Он не встретит его в кругу родных лиц.

А ведь Новый год ― это семейный праздник, и никак иначе! Не будет шума, ароматного запаха курицы, подарков, мандаринов, веселья, шуток и всей предновогодней суеты. Не будет любви и счастья. Только ворчание злой тетки и колючие просьбы не мешаться под ногами.

Уверенным шагом я направилась в сторону незнакомок и громко произнесла:

– Привет! Девочки, это наша сумочка. Мы потеряли.

Та, что держала пропажу, посмотрела на меня свысока и захихикала.

– На ней не написано.

– Отдайте, пожалуйста, это подарок… – уже менее уверенно произнесла я.

Моя новая подружка стояла рядом и грустно смотрела на искрящийся снег.

Девочки громко засмеялись и переглянулись. Незнакомки были без шапок и перчаток, в коротких розовых курточках с пушистым мехом на капюшонах, в узких джинсах и коротеньких черных сапожках. Глядя на них, я сразу поняла, что они ― сестренки. Девочки пугали меня, казались слишком взрослыми и злыми.

На миг я стушевалась и хотела сказать Снежевиночке, что не смогу ей помочь, но неожиданно перед глазами всплыло лицо отчаявшегося мальчика. Он грустно смотрел на меня большими и печальными глазами, в них читалась тоска и пустота. Видение помогло мне прийти в себя.

– Девочки, а давайте обмен! – весело предложила я.

Незнакомки вновь переглянулись и внимательно на меня посмотрели.

– У меня есть такая штука, – сказала я и достала из кармана игрушечный магнитофон, который мне подарила Танька. Было очень жалко отдавать столь ценную вещь, ведь я так давно о ней мечтала! Подруга долго искала игрушку и хотела порадовать меня, но в этой ситуации выбора не оставалось. Я была уверена, что Таня поймет мой поступок, и будь она на моем месте, то сделала бы то же самое.

Я нажала на кнопку, и из магнитофона заиграла веселая новогодняя мелодия. Девочки ахнули.

– Ты, правда, нам его отдашь? ― спросила та, что держала пропажу.

Я кивнула.

– В обмен на сумочку.

– Мы согласны! – хором воскликнули они и протянули сумку. Я отдала им магнитофон, и мы разошлись.

Снежевиночка мигом проверила билеты – на месте.

Я вернулась в реальность и поняла, что сделала. Не было чувства печали или обиды, только теплота искрилась где-то в районе сердца.

– Спасибо, Оля! Ты такая добрая! Неужели тебе совсем не было жалко отдавать такую чудесную вещь? – спросила меня новая подруга.

Я улыбнулась.

– Ради доброго дела – нет.

Девочка подпрыгнула и воскликнула:

– Я тебя сейчас отведу в нашу лавочку, ты, кажется, ее искала.

И она хитро посмотрела на меня. А я поймала себя на мысли, что не говорила ей о своих поисках. Мы прошли несколько метров и свернули в сторону небольшого павильона с неприметной серой вывеской. На миг мне показалось, что я его никогда не видела.

Внутри помещения было светло. Огромное количество стеллажей возвышалось по обеим сторонам. На них расположились расписные красные коробки с зелеными бантами в несколько рядов, на стенах висели новогодние носки для подарков, а в центре красовалась пушистая елка с переливающимися огнями. Неподалеку трещал камин, а рядом располагалось большое красное кресло. В нем сидел седой дедушка в забавном клетчатом костюме, больше напоминающем пижаму. Добрые глаза, седая белая борода, пенсне на переносице и кудрявая голова. Он читал книгу. Услышав шаги, он посмотрел на нас и улыбнулся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.