Давид Силич
Записки спасателя, или Истории неисправимого оптимиста

Предисловие

Почему же всё – таки «Истории неисправимого оптимиста»? После «начинающего атеиста», несмотря на бардак и мракобесие происходящие в министерствах и ведомствах в частности, и в стране в целом. После увиденного отношения людей к жизни, к своей или к чужой. Неважно. Просто после всего этого, а вернее вопреки, хочется оставаться оптимистом. Когда ты понимаешь, что каждый прожитый день – чудо. Когда твои родные и близкие рядом и улыбаются, видя тебя. Когда кто – то протягивает тебе руку помощи. Или же твоя помощь кому – то нужна. Когда, придя с работы ты, держа двумя руками кружку с горячим чаем, смотришь в глаза любимого человека, а в квартире слышен смех детей, а на выходные вы поедите в гости к родителям. Ты осознаёшь, что жизнь, всё – таки классная штука. И ею надо наслаждаться. А наслаждаться можно, только с улыбкой. Именно в такие моменты, начинаешь становиться оптимистом и верить. Верить в чудо, верить в себя, верить в людей. Верить, что ВСЁ БУДЕТ ХОРОШО.

Всё будет хорошо. И если вам нехорошо сейчас, просто перечитайте эти книги.

«Точное попадание»

Что всплывает у вас в голове при выражении – лесной пожар?

Я попробую отгадать. Тысячи квадратных километров, полыхающих в адском пламене деревьев. Клубы удушливого, едкого дыма, застилают солнце, и день погружается во тьму, где единственный свет исходит от пламени. Пламени, которое как живой, изголодавшийся монстр, с душераздирающим хрустом и воем сжирает всё на своём пути, несясь с неимоверной скоростью за новой добычей. И да, в большинстве своём так и есть. Но как проходят лесные пожары у нас?

Немного истории. Помню в далёком детстве, как только на город наступала ночь, сразу же были видны очаги пожаров. Наш город окаймлён с трёх сторон горами, а с четвёртой морем. И так уж сложилось, что в конце лета, в начале осени и поздней весной, лес на окружавших нас горах, всегда горел. Я обожал выходить во двор нашего дома, садиться за стол с соседями, бабушкой и дедушкой, и разглядывать в дедушкин бинокль огненных червей, растянувшихся по склонам гор.

– Это лес горит – говорил мне дедушка.

И я, ещё с большим упорством, старался разглядеть в линзы бинокля, как от кровожадных языков пламени, целыми стадами убегают олени (почему именно олени не знаю). А от леса приятно тянуло дымком, и я смотрел в бинокль, нюхал летний, влажный воздух, и слушал разговоры соседей и звуки костяшек домино, со звонкими щелчками, ложащимися на стол.

Прошло уже порядка тридцати лет с тех пор, когда деревья были большими. Я спасатель. Я участвую в тушении такого вот огненного червя. Только не горит ничего. Тлеет, дымит сильно, это да. Но что бы полыхало! Нет. Зачастую, горит кустарник, хмызняк. Иногда может загореться одно или несколько деревьев, но они как то быстро тухнут. Но больше всего «шороху» наводит подстилка¹. Она не горит, но тлеет, при этом выделяя огромное количество едкого, сизого дыма. Именно этот дым, спускаясь с гор в посёлки и ущелья, не даёт дышать жителям. Именно он сводит с ума особо активное население, которое тут – же начинает всё снимать на телефоны, сливать в сеть, звонить в ЦУКС². Ну и дальше по цепочке. В итоге получается, что несколько сотен спасателей, пожарных, лесничих, волонтёров носятся по горам с лопатами, граблями, тяпками, бензопилами и гоняют этого «червя». Чаще, конечно, мы его забиваем. Отсекаем минполосами. Останавливаем распространение. Но самое интересное то, что, во времена, когда я смотрел в бинокль, никто и никогда не тушил подстилку. Единственное, что делали, это принимали превентивные меры. А именно, отсекали «пожар» от жилых зданий, дорог, промышленных объектов. И всё. Подстилка сгорала и становилась отличным удобрением для нового, молодого леса.

Ну а сейчас всё по – другому. Дым, телефон, видео в сети, понятная реакция руководства.

Снова работаем на «пожаре». Задолбались уже как сайгаки скакать по лесу, как по связи нам передают.

– Будьте аккуратны, сейчас начнёт работать авиация. На подлёте МИ – 8 и БЕ – 200- зашипел «мотороллер³».

Ахрененно! Сейчас то летуны тут всё позаливают водой. Можно и пообедать.

Достали сухпайки, разогрели на тлеющем пне кашу с тушёнкой и принялись уплетать. Вы когда – нибудь ели гречневую кашу с тушёнкой? А в лесу? В лесу она совсем другая. Достанешь жестяной контейнер из коробки. Сделаешь в крышке пару дырок ножом, и на угли её. Скоро становится слышно, как начинает шкворчать, растопившийся жирок. Крышка начнёт надуваться. Из проделанных дырок так потянет запахом мяса, что ты уже не можешь дождаться полной готовности. Рот наполняется слюной, когда ты аккуратно, что бы не перевернуть и не разлить «сок» тушёнки, достаёшь из огня банку. Вскрываешь крышку. Перемешиваешь кашу с жиром. И вот первая порция обжигающей, вкуснейшей каши уже у тебя во рту. Ты жуёшь её, а сам охлаждаешь, шумно втягивая губами воздух. Только ешь, пока горячее.

Гречка с тушёнкой автор (фото из архива автора)

Остынет, будет съедобно, но не так божественно вкусно. Ты доедаешь гречку, вымазываешь жестянку банки хлебом. Отправляешь его в рот, и вот теперь ЧАЙ. Горячий чай с сахаром в лесу – это блаженство. Вода, чуть пахнет дымком. Вкус чая насыщенный, ароматный. А если, знающие люди ещё и трав в него добавили! Всё, за уши не оттянешь. Да под сигаретку. Дома я не пью чай, только кофе. Но в лесу, или в горах. Это совсем другая история.

Итак, мы устроились на обед. Поели, попили чай. Сидим, слушаем переговоры по «мотороллеру». Наблюдаем, сквозь густую древесную поросль, как отрабатывает, наиболее дымные очаги МИ-8. Сбросит из своей «лейки» несколько тонн воды, завалится на бок, и улетит в сторону моря за новой порцией.

Тушение пожара с МИ – 8 (фото из архива автора)

И вот, стоило нам закурить, как по связи передают.

– Группа «В», на вас заходит БЕ – 200. Скоординируйте его по точкам сброса.

Саня начинает передавать в рацию ориентиры очага, который находится ниже нас, прямо по курсу, метрах в ста пятидесяти. Ориентиры переданы. Ждём. Проходит пара минут. И становится слышен звук двигателей «БЕшки». Ещё минута, и вот, между гор, в ущелье, на минимальной высоте, выруливает самолёт. Я впервые видел работу БЕ в горах. Ахренеть, товарищи!!! Сначала ты не видишь самолёта, только шум двигателей, отражённый в ущельях. Потом замечаешь тёмно – зелёную тень, двигающуюся по кроне деревьев.. И лишь потом замечаешь белую, обтекаемую тушу самолёта, с широко раскинутыми в стороны крыльями. Поймаешь его взглядом и ведёшь, что бы не потерять. Вот он начинает заходить на вираж, выбирает курс и, задрав «нос» параллельно склону горы, заходит на точку сброса. БАХ! С эффектом шума ливня, двенадцать тонн морской воды обрушиваются на лес. Деревья покачиваются от ветра и напоры. Вода, сваливаясь на землю, заливает всё вокруг. Но, не в этот раз. В этот сброс, самолёт прошёл ниже нас, метров на семьдесят.

Саня координирует снова.

– Пройдите выше. Параллельным курсом сброса в 15:45, только выше на пятьдесят – семьдесят метров.

Второй заход самолёта. Снова ловим взглядом белый фюзеляж. Снова сброс. И снова мимо. В этот раз они сбросили немного выше нас.

БЕ – 200 (фото из архива автора)

– Пройдите курсом параллельным сбросу в 16:15, только теперь ниже. – снова сообщает по связи Саня.

И вот третий заход. Медленно, уверенно и грациозно. На мизерной высоте и малой скорости, самолёт «вываливается» из – за гор, в паре километров от нас. Выравнивает курс, и набирая скорость, задрав «нос», заходит на точку. Мы смотрим и понимаем, что сейчас будет точное попадание. Вот прям жопой чуем. И точно, самолёт сливает водяной кулак, точно в очаг, одним махом покрыв огромную площадь. Пролив напором всю подстилку и землю под ней. Но, так как сброс идёт на скорости, то остатки воды, а это пара тонн точно, разлетаются дальше по ходу движения воздушного судна. А прямо по курсу расположилась наша группа, выставив свои телефоны и снимая процесс тушения. Мы только успеваем перевернуться «мордой в пол», как нас обдаёт тропическим ливнем.

Очаг затушен. А мы идём искать новый, что бы пока на него не зашёл летающий пожарный, просушить свои мокрые насквозь комбинезоны.

Конец истории.

2020 год.

«Полёт орла, или, что значит ТБ

⁴

»

Продолжаем тему лесных пожаров.

На дворе новый две тысячи двадцать первый год. Только теперь это середина зимы. Второе января.

Мы выдвигаемся в сторону гор, полукругом, окаймлявшим наш городок. Ну как горы? Так пригорки, метров по пятьсот – семьсот высотой.

Что – бы мой дорогой читатель мог себе представить нашу зиму, расскажу, что на нас было надето. Комбинезон из плотного х/б, футболка, ботинки, каска и перчатки. Всё. Ветрозащитная, лёгкая куртка в рюкзаке. Вот такая у нас зима.

Наша группа, и ещё несколько групп, состоящих из спасателей, казаков, пожарных и работников леспожохраны, снова бегает за огненным червём. Предыдущие группы встречали новый год здесь у костра, в лесу. Как в сказке двенадцать месяцев. Только подснежников нет. Как, впрочем, и самого снега.

Мороз, солнце, пожар, «таблетка» (фото из архива автора)

Нас высаживают на опушке леса, чуть выше пригородного посёлка. И взявши в руки тяпки, лопаты, бензопилы мы отправляемся в лес. Наша задача отбить минполосу, проходящую поперёк горы, и встретиться со второй группой, которая в свою очередь, обойдя гору с другой стороны, выйдет нам на встречу. Таким образом мы, как бы опоясываем гору, тем самым не дав огню спуститься в, лежащие у подножия посёлки.

Как я рассказывал в предыдущей истории, огня как такого нет. Но дыма много. А это, как говориться, сильно бесит окружающих. По хорошему, можно было бы, просто «остораживать» эти посёлки. Отгородить их от леса, расставить людей вдоль этой полосы и дать выгореть лесной подложке. «А как же дым?» – скажете вы. И будете абсолютно правы. Дымит она сильно, но не долго. Да и ветра меняются. Гоняют её по разным направлениям. Так что дым, в принципе, вещь терпимая. Но нет, надо гонять огнеборцев по склонам гор, по ущельям и хмызняку. А что же делать? Надо же реагировать на общественные обращения. Надо же доклады наверх, передавать, что мол, борьба с огнём идёт полным ходом, не жалея живота своего.

Ну, да и побегаем. Не впервой.

Наша группа, под руководством Гены, заходит в лес. Топаем с полкилометра по влажной траве, коричневой, мокрой ежевики⁵. Был бы это август, можно было бы ягоды по дороге поесть, но это январь, а значит, ягод нет, есть только колючие, рвущие одежду и кожу заросли.

Походи здесь, попробуй (фото из архива автора)

Прошлепав какое то расстояние, подходим к пожарищу. Вокруг выгоревшая листва, ветки деревьев, лежащие на земле. То тут, то там попадаются тлеющие пни. Самое – то для разогревания каши из сухпайка. Так и идём, местами спиливаем догорающие деревца. Засыпаем землёй небольшие очаги. Как я и писал ранее, всё задымлено, дышать трудно, тепло. Но огня, как такого нет!

В таком вот ритме и дошли до заданной высоты в 461 метр. Гена доложил, по «связи». И мы уселись ждать новых указаний.

Спустя полчаса рация «затрещала» голосом Лёхи – руководителя второй группы.

– Опал – 49, Опалу – 51⁶.

– 49-й на связи – отвечает Гена.

– Мы на точке. Давайте, выдвигаемся друг к другу. По траверзу идём. Там внизу задымление серьёзное. Как принял?

– Принято. Выдвигаемся – отвечает Гена и мы, собрав свои инструменты, начинаем собираться в путь.

Теперь наш маршрут направлен вниз. Доходим, снова, до края пожарища, и повернув влево, двигаемся вдоль него поперёк горы.

Сгорело много. Листьев и кустов. Отличное удобрение для будущего, молодого леса. Находя задымление и остатки очага, забиваем его лопатами, засыпаем землёй. Что – то спиливаем. Что – то просто окапываем, для предотвращения распространения.

ЛесПожОхрана работает (фото из архива автора)

В общем и целом ничего сложного нет. Единственное, что напрягает лично меня, это хождение по горам. Я люблю горы, но как идти на них, так хоть увольняйся. Вот и хожу я, со своей «Хускварной⁷», как толстый сайгак. Бубню, пыхчу, но, деваться некуда, иду. Впереди идут Гена и Юрка. Тем хоть бы что. Гена все горы наши излазил. Все выходные в лесу проводит. Даже выпустил путеводитель с подробными описаниями маршрутов и характеристиками скальных участков. «Сухой», жилистый топает впереди и только что песню не насвистывает, как на прогулке какой-нибудь. Следом Юрка. Юрец у нас охотник. Для него лес, тоже как дом родной. Вот заменить бы ему сейчас лопату на любимое ружьё, и сменится его хмурое лицо на счастливое. Загорятся глаза азартом. Заадреналинит кровь в венах. А сейчас просто идёт спокойно, что – то с Геной обсуждает. В общем, гуляют они. Я сзади плетусь. Мне вот эти лазания по горам да хмызнякам с пилой на плечах, хуже пареной репы.

Чуть ниже и левее, слышится звук ветродуек. Это «муниципалы». Ветродуйки есть, только у них. Где – то впереди они сейчас гонят открытый огонь от ещё не съеденной листвы и не тронутых кустарников. Нам нужно пройти мимо них и двигаться дальше, туда, где сильно дымит.

Окапываемся (фото из архива автора)

Прорвавшись сквозь очередные заросли, выходим к небольшому ущельицу. Совсем небольшое, глубиной метра три – четыре, оно как – бы отрезает одну вершину от другой. И нам надо перебраться через него, что – бы двигаться дальше. Гена уже на той стороне, Юрка, забивая задымление, отстал чуть сзади меня. Димка и Лёха, спустились на дно ущелья. Я спускаюсь за ними и обнаруживаю, что на дне протекает ручей. Сейчас в период засухи он скупой, еле заметный. Только по скользким камням можно догадаться, что здесь есть вода. Но после дождей он разольётся, наполниться. Я иду по камням и даже подошва ботинок не намокает.

Дымовик (фото из архива автора)

Левый склон ущелья почти вертикальный, земляной. В одном месте отчётливо видны следы Гениных ботинок. Он двигался по косой. В «лоб», такой склон взять сложновато будет, если без верёвок лезть. Поэтому он пошёл вверх по косой земляной полке. И так вышел на склон следующей горы. Двигаюсь за ним. Одной рукой держу пилу. Второй хватаюсь за торчащие из земли корни деревьев и камни. Вес тела переношу на носки. Всем телом прижимаюсь к склону. Добравшись почти, до верха, чувствую что мои зимберланы⁸……скользят. Твою мать!!!! Левой рукой хватаюсь за какой – то корень. Вырываю его из земли, при этом получив комком грязи в лицо и глаза, и понимаю, что скольжение уже не остановить. И вот моя ста десяти килограммовая туша, вместе с пилой, проскользив пару метров по склону, начинает свой быстрый и необратимый полёт вниз. Прямо на скользкие камни торчащие на дне ущелья. С аэродинамичностью кирпича и грацией мешка картошки, я пролетаю три метра и падаю, ровно в горизонтальном положении на бок. Пока летел, кричал громко, потом замолк. Лежу, молчу. Прошло несколько секунд, начал тестировать внутренние и наружные органы. Вроде ничего не болит, ноги, руки шевелятся. Вся система в норме. Слышу как кричит откуда – то сверху Юрка.

– Толстыыыый!!!! Ты жив!?

– Жив. Вроде – отвечаю я.

А у самого мысль в голове: При приземлении я ударился виском о камень. Хорошо, что была каска.

А то бы я Юрке не ответил.

Спасатель на пожаре (фото из архива автора)

2021 год.

« Who are you, Mr. Gerch? »

Коротенькая позитивная история о великом и могучем.

На дворе две тысячи двенадцатый год. Апрель.

Старший сын приходит из школы. Пообедал. Отдохнул. И за уроки. Так как я выходной, то и с домашней работой помогать буду я.

Проверка домашнего задания начинается, у нас, с проверки этого самого задания в дневнике. Ну и параллельно, сверяемся с другими родителями в общей группе WhatsApp. Третий класс. Нужно бдеть и бдеть.

Делаю кофеёк. Сажусь к малому за стол и прошу дневник. Как обычно математика, русский, чтение. С группой всё сходится, но там писали, что детям надо сделать какой – то доклад. У каждого своя тема.

Спрашиваю.

– Сын, а какая тема доклада у тебя? И когда, вообще, его надо сдать?

Малой открывает дневник на следующей неделе, и что я вижу. Корявым, детским почерком написано: доклад о Минаносе Герче.

Вот теперь у меня вопрос к тебе, мой дорогой читатель. Знаешь ли ты такого дядечку, Минаноса Герча? Лично я не имел понятия тогда, кто этот знаменитый греческий еврей или еврейский грек. Чем он, вообще, прославился таким, что в третьем классе о нём требуют написать доклад.

Ну, думаю, ладно. Ещё есть неделя впереди. Что – нибудь, да разыщу.

Неделя пролетела быстро. Работа забирала львиную долю времени. Так что, уже через пару – тройку дней, я благополучно забыл о докладе.

Но сын не забыл. И за два дня до сдачи, напомнил мне об этом герое, непонятно какого времени.

Надо сказать, что, известная сейчас всем фраза «Окей, гугл», тогда, только начала входить в обиход. И я, конечно же по старинке, начал сначала, обзванивать всех знакомых. Всем задавал один и тот же вопрос: Привет, ты что ни будь слышал о Минаносе Герче? Нет. Вполне логично отвечали мне. Походу еврей какой то.

И только один товарищ, посоветовал: Спроси у «Гоголя⁹». Может, что подскажет.

Бляха – муха!!! Точно!!! Гугл!!! – возрадовался я. Включил ноут. Дождался загрузки. И вбил в поисковую строку фразу: «Минанос Герчь».

Каково же было моё удивление, когда поисковик написал ниже: Возможно, вы имели в виду МИНАНОСЕЦ КЕРЧЬ?

Что нам предлагает интернет (фото из архива автора)

Миноносец Керчь! Твою ж дивизию, сын!!!

Миноносец Керчь (фото из архива автора)

Доклад был готов в срок. С исчерпывающей информацией и красивыми картинками.

2012

«Денег нет, но вы держитесь»

У меня забрали костюм.

Вот так вот. В один «прекрасный» момент, просто взяли и сказали: У тебя там «мокрячок» залежался. Ты бы его вернул на склад.

– А мне в чём под воду идти? В плавочках? «Сухарь» в ремонт надо сдавать, «мокряк» забираете.

– Да мы тебе дадим, если что. А сейчас верни, это же из учебного фонда.

–ОК.

Вот так. Теперь на всю нашу водолазную группу осталось два – три костюма на десятерых.

Дело в том, что пока мы были филиалом самого крупного, можно сказать брендового отряда, всё было. Были спуски, были командировки, были поставки нового снаряжения, было развитие.

Водолазы МЧС (фото из архива автора)

Как только в две тысячи пятнадцатом году нас перевели под регион. Всё. Всё закончилось.

Перевели то нас, опять же, как филиал. А головной региональный отряд, давно на нас зуб точил. Вот и кинули на растерзание. Растерзать то не особо получилось. Но измором взяли.

За шесть лет нашего подчинения региону, не было НИ ОДНОЙ, серьёзной поставки спец. снаряжения. Вещёвка – да. Рюкзаки, верёвки и т.д. – да. Но спец. снарягу не дадим. Денег нет.

Вот и получается, что работали на снаряжении пятнадцатилетней давности.

И как ты не изгаляйся, как не мастери в меру сил и возможностей, а сроки есть у всего.

Хотя, нет. Соврал. В самом начале, как только нас перевели, была поставка. Нам прислали сухие костюмы. Штук, наверное, тридцать. Но. Все они предназначались для учебного процесса в нашей водолазной школе.

Пока было «живо» наше снаряжение, мы не особо переживали. Но со временем костюмы приходят в негодность. Рем. комплектов, как и денег на ремонт, нет. Соответственно, мы начали просить замену. Но не тут то было.

– Это для школы – отвечали нам.

– А в чём нам работать?!

– ХЗ.

Вот так.

Шли годы. Росли деревья. Пролетали над нами тучи и солнце. Только под луной, всё неизменно. Лирика.

В прошлом году, мы начали ставить руководство перед фактом, что ходить под воду не в чем. И вот теперь. ТА-ДА-А-А-М!!!! Барабанная дробь. Открываются двери учебного фонда, и мы, как сорок разбойников, входим в эту пещеру сокровищ. Только сокровищам уже пришёл полный каюк. Пока они несколько лет висели аккуратно на вешалках. Никому не даваемые и ни кем не пользованные. Они «потекли». Видите ли, гидрокостюм сухого типа, чаще всего изготавливается из триламината или плотного неопрена. Но манжеты на руках и горле делаются из резины или, подороже, силикона. Если костюмом долго не пользоваться, то его надо правильно «консервировать». В процесс «консервации» входит просыпание этих манжет тальком или детской присыпкой. Для чего это делается? От перепадов температур, резина начинает слипаться, таять, течь. В общем, приходить в негодность. Тальк, при регулярной замене, частично предотвращает этот процесс. Но так как , нам костюмы не давали, а самим следить было не когда, они благополучно «потекли». И теперь, имея на руках около тридцати новых костюмов, мы не можем их использовать. А на ремонт денег нет. Вот такие дела.

Как то я был в командировке в головном отряде, и имел разговор в курилке. Собеседником моим был один из руководителей отдела.

– Игоревич – спрашиваю я – а когда поставки снаряги будут? Сидим же с голой жопой.

– У нас во всех филиалах, сто двадцать водолазов – отвечает мне он – а снаряги хватает, только на двадцать. Так что, вы не одни такие. С голой жопой. У вас хоть, от предыдущего хозяина, что – то осталось.

Верю, что пронесёт (фото из архива автора)

– Готов спорить, все двадцать укомплектованных водолазов, работают у вас. В головном отряде – сказал я. И ответом мне, была тишина.

И так везде в системе.

Уж поверьте. Если вы видите спасателей которые, с помощью ГАСИ разбирают ДТП, водолазов идущих под воду, альпинистов снимающих зависшего на верёвке туриста. То в большинстве случаев, их снаряжение держится за счёт умелых, бережливых рук, заговоров Вуду, и танцев с бубнами.

Денег нет, но вы спасайте.

2021

«БАДИ»

В начале этой комичной истории, мой дорогой читатель, я обязан сделать небольшое повествование. Делаю это для того, что – бы тебе было легче ориентироваться в дальнейшем.

Итак. В дайвинге (не путать с водолазкой) существует такое понятие , как Buddy diving. Дословно звучит «Погружение с приятелем». Смысл заключается в парном спуске. Где ты и твой «приятель» являетесь напарниками и страхуете друг друга. В нашей водолазной системе, это называется – парный спуск. Но, веяния моды доходят и до нас. И так, отучившись у Российских технодайверов, мы запустили выражение Buddy в обиход. В русской транскрипции оно звучит просто, БАДИ.

С бади, перед спуском на сто метров (фото из архива автора)

Так уж сложилось изначально, что мы с Валеркой – бади. Напарники.

Мы много лет ходим вместе под воду, и прекрасно понимаем друг друга без слов. По взгляду, жесту, движению фонаря. Это классно, когда вы с напарником чувствуете друг друга. Такой слаженной работы у меня больше ни с кем не было. Валера знает где, что на мне висит и как , что расположено. Я знаю всё о нём. Одно из правил Buddy diving гласит: Расположение всех навесных фрагментов снаряжения и оборудования на дайвере, должно быть идентичным расположению на его партнёре». Мы знаем.

А теперь сама история.

Май две тысячи четырнадцатого года. Крым только был присоединён. И руководство МЧС, как и других силовых структур страны, приняло решение о направлении на полуостров представителей этих самых структур. Дабы поделиться опытом с нашими коллегами.

Мы были в составе первой группы. Десять человек, три единицы техники и катер, двигались в самый конец Крыма. В посёлок Черноморское.

В то время, весил сто двадцать пять кило, отрастил длинные волосы, и по две недели не брился. Не самое лучшее моё состояние, должен сказать честно. Но, что было, то было. Всем своим видом я отчаянно бесил старшего группы. Теперь то, глядя на фото, я прекрасно его понимаю. Но тогда. В общем, не заладилось у нас с самого начала. А ведь нам больше месяца сосуществовать вместе. Надо как то приспосабливаться.

Подготовка снаряжения (фото из архива автора)

Парный спуск или Buddy diving (фото из архива автора)

Но так как субординацию никто не отменял, мне пришлось мало по малу выполнять приказы, даже не касающиеся моих должностных обязанностей.

Как только мы разместились на базе, всем стало понятно – добро пожаловать в СССР. Со времён развала союза, здесь мало что поменялось. А ценник на большинство товаров и услуг, в магазинах, удивлял. Если не сказать ПОРАЖАЛ. Как, впрочем, и сами магазины. Но, об этом чуть позже.

Как я уже рассказывал выше, мой внешний вид, был красным полотнищем для старшего, и поэтому «выхватывать» мне приходилось, как говорится, по полной.

– Давид, а вам волосы не мешают?

–.Давид, а вы бриться когда собираетесь?

– Давид, а бегать по утрам, вам пузо мешает?

Вот три основных вопроса, и ещё куча других, в этом роде, которые я слышал каждый день.

И в один «прекрасный» день, меня это всё это задолбало. Наша «таблетка» ехала в центр за провиантом, и мы с Валеркой сели «на хвост». Приехав в сердце посёлка, пошли искать универсам. Водитель на рынок, мы на поиски.

И вот он. Магазин из моего детства. Вход по длинным, плоским ступенькам. Двери на половину металлические, на половину стеклянные. Покрашенные, уже облупившейся синей эмалью, они оказались тяжеленые. Потянув за длинные, отполированные тысячами прикосновений, деревянные ручки, мы зашли внутрь. Помните, как в союзе располагались прилавки в большинстве магазинов? Правильно, по периметру. И неважно продукты это или товары для обихода. И вот попав внутрь, я вижу старые стеклянные витринные холодильники, стоящие по периметру помещения, в которых лежат продукты питания. Стены магазина выкрашены в синий цвет, ровно до половины высоты. Дальше идёт известка. Блин. Пол. В детстве я называл его колбасный. Помните серый отшлифованный ногами каменный пол с крупными вкраплениями чего – то белого? Вот. И здесь такой пол. Для полной картины не хватает, только огромной кассы посреди зала, и пары – тройки «пергидрольных» тёток за прилавками.

– Скажите пожалуйста, а где у вас промтовары? – спрашиваем мы у продавца.

– По лестнице на второй этаж.

По лестнице. Мы начинаем подъём по лестнице из такого же «колбасного» камня, держась за крашенные коричневой краской резные перила, закреплённые на металлических витиеватых «балясинах».

«колбасный» пол и старая лестница (фото из архива автора)

Вот и второй этаж. Тот же самый витринный периметр, только стены моднее. Розовые. А так, никаких отличий от первого.

Я хочу приобрести себе простенький ободок для волос, что бы чёлка не зла в глаза. Да и вообще, что бы порядок был. Ну и конечно с десяток одноразовых станков «тяпок». Дабы убрать с лица, ненавистную шефом щетину. Валера решил приобрести, какой либо сухой дезодорант.

– Здравствуйте девушка. – обращаюсь я к продавщице – скажите, а у вас есть одноразовые станки для бритья?

– Есть – отвечает мне она – Только остались женские. Розовые.

Понимая, что времени искать более брутальную альтернативу, просто нет, соглашаюсь на розовые.

– Да не вопрос. Давайте женские – говорю я – И ещё ободок какой-нибудь для волос. Есть проволочные, простенькие?

– Есть – настороженно отвечает мне девушка и подаёт упаковку розовых «Жиллетов» и чёрный, проволочный, спиральный ободок.

Отлично. Необычная для меня покупка совершена. Жду Валеру.

Перед ним уже стоит с десяток антиперспирантов в красных тубусах. И он, усердно вынюхивая, делает сложный выбор.

Проходит несколько минут томительного ожидания, и то ли у Валеры нюх кончился, то ли он в конец запутался в ароматах. Но он поворачивается ко мне и своим, чуть высоковатым голосом, спрашивает: Бааади, понюхай. Какой тебе нравится?

Вы бы видели глаза продавщицы.

Перед ней два взрослых мужика в голубых комбинезонах, покупают женские бритвы, ободок для волос, и советуются в ароматах дезодорантов.

Группа мужчин в голубых комбинезонах (фото из архива автора)

В тот раз я молча ушел на улицу, так и не оказав необходимую помощь своему Баааади.

2014

«Каша из топора»

Я уверен, мой дорогой читатель, что ты прекрасно помнишь историю о том, как наши НТПАшники¹⁰, с помощью робота нашли погибшего человека. Это произошло при трагедии на теплоходе «Булгария». Моя нынешняя история снова о них. Об этих людях, держащих «на поводке» достижения прогресса и технологий.

Впервые буду рассказывать историю, записанную мною на диктофон.

История рассказана моим коллегой Дмитрием Константиновичем.

Итак.

В конце августа две тысячи двенадцатого года на, уже известном вам прекраснейшем горном озере Черек – Кёль, ¹¹

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.