Егор Зяблов
Реликтовый мир

Глава 1

Корабль со скрежетом разваливался на куски. Пока я залезал в спасательную капсулу, мощный толчок опрокинул меня на пол. В руке что-то хрустнуло, я скривился от острой боли, но пересилил себя и сумел дотянуться до приборной панели. Дверь капсулы закрылась, и с очередным толчком пол с потолком поменялись местами. Я не успел пристегнуться, налетел на стену и чувствительно приложился затылком. В глазах потемнело, уши наполнились звоном. Только бы не отрубиться!

Кое-как дополз до кресла, пристегнулся ремнями и замер, наконец заметив отсутствие тряски и шума. Прощай, «Гефест». Внезапно пришло осознание, что экипаж мертв, но мозг никак не может признать этот факт. Лена, Майкл, Мег, Шимура. Пока я бежал к капсуле, спасая свою жизнь, смерть товарищей казалась чем-то нереальным. Словно я вот-вот проснусь от этого кошмара, и все будет как прежде. Черт побери, я даже видел искореженное тело Брайана! Меня замутило от воспоминания о куске мяса, в который превратился наш научный сотрудник. Они все мертвы! Все стали трупами!

На мгновение мелькнула трусливая надежда. А что, если… Нет, я ведь один бежал к капсулам. И то еле успел. Мне повезло выжить при столкновении, и дважды повезло находиться рядом с отсеком эвакуации. Что это было вообще? Что могло разбить корабль на части?

Мои размышления прервал удар по капсуле. Через несколько секунд по обшивке что-то быстро проскрежетало. И вновь удар, на этот раз сильнее. Что там такое? Судя по приборам, высота еще порядочная. Я переключил монитор на картинку с внешних камер и замер, не в силах пошевелиться от охватившего меня ужаса. Мою капсулу пытаются ухватить тянущиеся снизу длинные черные жгуты. И это на двухкилометровой высоте! То, что было подо мной, вообще походило на кошмарный сон. Из черного колышущегося моря по ходу моего движения резко вырастали сотни щупалец, стараясь ухватить мой транспорт, а промахиваясь, втягивались обратно. Но чем больше я снижался, тем точнее и чаще становились удары.

Лихорадочно рассматривая окрестности через монитор, я увидел место, где кончалось это чудовищное живое море, и скорректировал полет маневровыми двигателями. Хорошо бы дотянуть до ровного участка. Моя капсула рассчитана только на экстренную посадку, так что особо полетать не удастся. Думать о приземлении в кишащее снизу черное нечто совершенно не хотелось.

Я уже заприметил ровную поверхность между холмами, когда очередной удар проклятого тентакля перечеркнул мои планы. Капсула вздрогнула, и от резкого нырка вниз у меня в животе все подлетело. Сработала автоматика, пытаясь замедлить падение. Удар. От столкновения с поверхностью меня дернуло, словно куклу, и едва не задушило ремнями. Судя по монитору, капсула приземлилась в какую-то густую желтоватую жижу, и медленно погружалась. Только этого не хватало!

Быстро осмотревшись, я принял решение. Тонуть вместе с кораблем как капитан я не собираюсь. Натянув скафандр, я вытащил из приборной панели миниатюрный бортовой компьютер, схватил рюкзак с эвакуационным набором и открыл люк. В кабину тут же потекла желтая жижа, и я поспешил выбраться наружу. Рюкзак отправился на спину. Прыжок, и вот я уже пытаюсь отплыть в сторону, чтобы меня не затянуло.

Капсула с хлюпаньем погрузилась на дно, оставив меня дрейфовать в одиночестве. Скафандр не позволял мне утонуть, но двигаться в этом густом киселе оказалось крайне сложно. Я медленно греб к каменистому берегу, время от времени останавливаясь, чтобы отдохнуть и оглядеться в поисках опасности.

Черное море щупалец вроде бы осталось позади. Представив, как длиннющий черный жгут дотягивается и утаскивает меня в бездну, я покрылся испариной. Надеюсь, эта дрянь потеряла ко мне интерес. Но кто знает, что еще здесь водится. Я даже не уверен, что в этой жиже нет чего-нибудь кровожадного, что только и ждет момента, чтобы утащить меня на дно.

Подобные мысли придали мне ускорение, особенно после того, как за спиной что-то запузырилось. Это могла быть прощальная песня утонувшей капсулы, а мог быть и неизвестный монстр, так что я стал грести изо всех сил. Последний отрезок пути я преодолел довольно быстро и принялся вылезать на довольно крутой берег. Карабкаться по камням в скользком от жижи скафандре оказалось тем еще удовольствием. Поскользнувшись, я едва не разбил визор шлема об острый краснобокий валун. При каждом неосторожном движении руку простреливала боль. Похоже, я все-таки ее сломал. Еще и в голове гудит постоянно. Хоть бы не было сотрясения.

Кое-как забравшись на берег, я стал осматриваться, пытаясь при этом отдышаться. Широкая полоса желтой жижи, в которую я угодил при приземлении, отсюда напоминала реку. Разве что никакого течения не наблюдалось. За ней вдалеке виднелось черное море. Судя по тому, что щупальца не пытаются меня схватить, им сюда не дотянуться. Или их интересуют только крупные летающие объекты вроде моей капсулы. Сам берег сплошь состоит из темно-серых камней с красными прожилками и постепенно переходит в причудливые каменные джунгли. Передо мной открылось хаотичное нагромождение сваленных друг на друга столбов, плит, огромных валунов и мелкого щебня. Что-то переплеталось между собой, а что-то и вовсе было вплавлено друг в друга. Выглядело это весьма странно, напоминая нечто среднее между разрушенными постройками и причудливыми природными образованиями.

Я сел, положил перед собой рюкзак, устало прислонился спиной к ближайшему булыжнику и, видимо, незаметно отрубился. Потому что передо мной вдруг возникли картины, которые не привидятся ни одному абстрактному художнику даже под самыми ядреными веществами. Сопровождавший меня все это время гул в голове превратился в картинку, в пульсирующие фракталы, постоянно меняющие форму и перетекающие друг в друга. Мое сознание словно растворялось, и в то же время я все четче видел детали. Я летел вперед сквозь мельтешащий калейдоскоп безумных форм, и в какой-то момент увидел себя, лежащим в скафандре в обнимку с рюкзаком возле крупного камня. Я видел одновременно каждую деталь, каждую песчинку, и в то же время охватывал взглядом огромное пространство. Колышущееся черное море, отгораживающую его от берега полоску желтой жижи, загроможденную красноватыми камнями площадь и за ней пустыню из песка цвета ржавчины. Пустыня идеально круглой формы, а в ее центре что-то ускользающее от моего внимания. Лежащий в скафандре у камня человечек вздрогнул и открыл глаза.

Что это было, черт побери? Никогда раньше у меня не было подобных снов. Я, конечно, слышал про внетелесные переживания, но чтобы такое… Наверное, это из-за пережитого потрясения. Я поежился, вспоминая свое необычное состояние во сне.

Надо решить, что делать дальше. Датчик скафандра показал, что картридж воздушной системы при текущем потреблении проработает еще около двенадцати часов. Я расстегнул рюкзак и принялся проверять, что полезного у меня есть с собой. Упаковка с десятком воздушных картриджей – это конечно хорошо, но что я буду делать, когда они закончатся?

Я достал из рюкзака портативный анализатор и тут же активировал. Прибор затрещал, запиликал и выдал какую-то несуразицу. Я попробовал его перезагрузить, но так и не смог определить ни состав атмосферы, ни наличие вредных излучений. Взбесившийся анализатор просто выдавал ошибки по всем параметрам.

Отложив бесполезный прибор, я продолжил ревизию рюкзака. Пяти литров воды с учетом системы рециркуляции в скафандре мне хватит на неделю. О пище можно пока сильно не беспокоиться, десяток флаконов с питательной смесью не дадут умереть от голода. Я решил сразу вставить один из флаконов в паз на скафандре и глотнул из трубочки приятное на вкус пюре.

Основная проблема сейчас – это воздух. В зависимости от моей активности, я израсходую его максимум дней за пять. Корабль в момент крушения должен был отправить сигнал бедствия. Утонувшая в желтой жиже спасательная капсула, как и мой скафандр снабжены маячками. Если кто-нибудь прилетит на сигнал, меня должны найти. Другой вопрос, где мы оказались, и сколько времени сюда добираться ближайшему кораблю?

Я достал портативный бортовой компьютер, прихваченный из капсулы. По идее, он должен синхронизироваться с главным компьютером нашего корабля и содержать всю информацию о нашем местоположении и предшествовавших крушению событиях. Может, хоть здесь я найду ответ на вопрос, какого черта произошло?

Экран планшета мягко засветился и стал отображать информацию, повинуясь нажатию моего пальца в перчатке. Так, 17 сентября 3023 года, 23 часа 16 минут. Мы направлялись из пятого в шестой сектор скопления Нарзула, отклонение от курса составляло 0,3%. Я пробежался глазами по цифрам координат корабля, показаниям скорости, расхода энергии. Экипаж в состоянии гибернации, все показатели в норме. В 23 часа 17 минут отклонение от курса 100%, корректировка и возвращение к маршруту невозможны. Вместо координат – ошибка, 44 из 47 членов экипажа не подают признаков жизни. Что за ерунда?

Я вывел последние изображения с внешних камер корабля в момент гибели, но и они не помогли с ответами, показав только темноту космоса, а затем в один миг перестав работать. Записи внутренних отсеков корабля повергли меня в шок. Вот в одном из отсеков стоят несколько капсул с членами экипажа, а в следующую секунду этот отсек сминается в комок, и камера перестает работать. В другом месте видно, как люди по тревоге вылезают из гибернационных коконов, шатаясь от тряски и ударов, затем обшивка корабля рвется, и все содержимое отсека вместе с моими коллегами уносится в эту дыру.

Остальные изображения с камер тоже не показали ничего кроме смерти и разрушений. Глаза стало жечь от подступивших слез. Я попытался сглотнуть ком, вставший в горле, и наткнулся на запись, где я в комбинезоне вылезаю из своего кокона и несусь к спасательным капсулам. Вот я повернулся на крик и увидел, как из другого коридора в мою сторону бежит Брайан. Я замахал руками, поторапливая его, а затем происходит то, что я старательно пытался забыть. Коридор схлопывается, словно какая-то сила сдавливает эту часть корабля, и на моих глазах тело Брайана раздавлено в лепешку. Приятный веселый парень, любивший со мной пошутить, в одно мгновение превратился в фарш с осколками костей.

Я выключил экран, пытаясь унять дрожащие руки. Причина катастрофы так и не прояснилась. Расчет координат корабля в момент крушения выдает ошибку. Это значит, что либо на расчеты что-то влияет, и я все еще между пятым и шестым секторами скопления Нарзула, куда помощь может прийти через несколько дней. Либо я совсем в другом месте, куда спасатели не доберутся вовремя. Размышляя, я поднял голову к небу, и планшет выпал у меня из рук. Похоже, помощи мне все-таки не дождаться.

Глава 2

Я стоял, не в силах поверить своим глазам. Вместо неба над моей головой расположился целый океан полупрозрачной субстанции, сквозь которую можно было разглядеть зеленоватый свет местной звезды. Ни о каких зеленых звездах по маршруту следования нашего корабля мне не было известно. Но самым страшным оказалось не это. Колышущаяся наверху муть, этот чертов небесный океан обитаем! И прямо сейчас надо мной проплывает колоссальное вытянутое существо, напоминающее угря. Даже на таком расстоянии угорь кажется просто огромным, а вблизи это чудище должно быть размером с какой-нибудь горный хребет!

На другом участке неба за стайками ярких мельтешащих рыбешек гонялось нечто, напоминающее усатую и покрытую наростами змею. Прямо дракон из древних китайских легенд! Гигантский хищный дракон, для которого я не больше пылинки.

От разглядывания небесных чудовищ внутри у меня все похолодело. Разум отказывался принимать существование подобного. Если наш корабль проходил сквозь эти воздушные массы, то удивительно, как он вообще не был проглочен целиком. А про прибытие спасателей вообще можно забыть. Даже если к этой неизвестной зеленой звезде каким-то чудом прилетит корабль, как он прорвется сквозь плотный атмосферный слой, кишащий чудовищами?

Я обхватил голову в шлеме руками и какое-то время отходил от потрясения. Промелькнуло желание просто сесть на землю и сдаться. Я совершенно один на непонятной планете, населенной исполинскими монстрами. Может, не ждать, пока меня съедят или закончатся капсулы для генератора воздуха, а просто снять шлем прямо сейчас?

Я вдруг разозлился на себя, и трусливая мысль тут же была растоптана. Моя жизнь – это все, что у меня есть, и раскидываться этим даром я не собираюсь. Уцелел же я как-то при крушении. Значит, еще побарахтаюсь. А умереть можно легко в любой момент. Только что мне сейчас делать?

Укладывая содержимое рюкзака обратно, я вновь пересчитал картриджи с воздушной смесью. Десять штук, плюс тот, что сейчас расходуется в скафандре. Воздух закончится первым, а это гарантированная смерть через несколько дней, если я ничего не предприму. Я очень сомневаюсь, что местная атмосфера хоть сколько-нибудь пригодна для дыхания. Но где мне взять воздух?

И тут меня осенило. Я ведь даже не знаю, куда упал наш корабль! А ведь при падении могли уцелеть установки генерации воздуха, а то и вообще какой-нибудь из модулей! Да если хотя бы достать из обломков картриджи с воздушной смесью – в моем положении это уже что-то.

Я подхватил планшет, какое-то время копался в настройках и наконец запеленговал сигнал корабля. Когда стало понятно, что сигнал идет не со стороны зловещего черного моря с хищными щупальцами, меня посетило облегчение. Значит, корабль не упал в этот живой шевелящийся ад, и еще есть надежда добраться до места крушения.

Закинув рюкзак за спину, я зашагал в том направлении по шуршащему красноватому щебню, огибая крупные валуны и протискиваясь между нависающими каменными плитами. Местами мои подошвы утопали в каменном крошеве, но попадались и ровные участки словно вымощенной дороги. Однако, это случалось крайне редко, и в основном приходилось карабкаться по каменным завалам, порой прыгая по крупным камням на манер горного козла. Едва не сорвавшись уже во второй раз, я решил остановиться на отдых, а затем замер, как вкопанный.

Волосы у меня на загривке встали дыбом и все чувства кричали о неправильности нагромождения камней в десятке метров передо мной. Со сжавшимися от страха внутренностями я пристально вглядывался в очертания, казалось бы, неприметной, слегка приплюснутой кучи камней, пытаясь понять, что же меня напрягло. Сердце ухнуло, когда я наконец разглядел. Глаза! У этой чертовой кучи на уровне трех метров от земли есть несколько пар красных глаз! На фоне красноватых прожилок горной породы они совершенно не выделялись. Не остановись я перевести дух, так бы и шел прямо к этой твари.

Существо не шевелилось, буравя меня своими алыми глазками. А я стоял, обливался голодным потом и судорожно соображал, что же мне делать. Если эта притворившаяся камнем штука до сих пор не напала, возможно, я пока вне зоны досягаемости. Единственное, что приходит на ум – осторожно отступить назад и надеяться, что камуфлированный монстр не погонится за мной.

Я стал пятиться, отслеживая реакцию красноглазой кучи камней, но как назло, снова оступился и чуть не рухнул между камнями, неловко взмахнув руками в поисках равновесия. Когда я вернул взгляд на своего оппонента, то чуть не поседел от ужаса. За те пару секунд, пока я не смотрел, тварь переместилась и была уже рядом, буквально в паре метров от меня!

Мы вновь застыли, глядя друг другу в глаза. Мое сердце только каким-то чудом до сих пор не выпрыгнуло из груди. Однако, существо не торопилось нападать. Что-то выжидает? Опасается меня? Или у него инстинкт – нападать только со спины?

Вскоре мои нервы не выдержали. Стоять и трястись в ожидании нападения стало совсем невыносимо. Я схватил ближайший камень и запустил его в непонятную тварь.

– Отвали! – заорал я во внешний динамик скафандра, сам себе поражаясь и в глубине души готовясь умереть.

Однако, вопреки моим ожиданиям, существо дернулось и попятилось назад. Окрыленный успехом, я двинулся вперед и стал угрожающе размахивать руками. Когда я наклонился за еще одним снарядом, чтобы запустить в существо, то услышал резкий шорох. Подняв взгляд, я обнаружил на месте твари лишь оседающее облачко пыли.

Накатила запоздалая слабость, колени подогнулись, и я присел, разглядывая камень в трясущейся руке. Невольно вырвался нервный смешок. Похоже, мне повезло наткнуться на существо еще более трусливое чем я. Может, на те черные щупальца, атаковавшие мою капсулу, тоже надо было накричать?

Тряхнув головой, я постарался прийти в себя. Кислород уходит, и мне нужно добраться до корабля. Глотнув немного воды через трубку в шлеме, я поднялся и пошел дальше.

Теперь, когда я узнал про прячущихся среди камней существ, выяснилось, что в округе их достаточно много. Удивительно, как я столько прошел и ни на кого не наткнулся. Замечая разглядывающие меня бусинки красных глаз, я стал осторожно обходить аборигенов. Но удавалось это не всегда. Порой мне приходилось отпугивать существ камнями и каждый раз внутренне содрогаться в ожидании расплаты за свою наглость. Но каменные крабы, как я их мысленно обозвал, предпочитали не связываться с буйным двуногим, швыряющимся щебнем, и шустро уступали дорогу.

Прогнав очередного краба, я скинул рюкзак и устало улегся на наклонную каменную плиту. Левая рука болит все сильнее, а гул в голове так и не проходит. Если перелом руки еще как-нибудь можно пережить, то повреждение головы может оказаться серьезной проблемой. Если в упавшем корабле уцелела хотя бы одна медицинская капсула, я смогу провести диагностику. Встроенные в скафандр датчики показывают лишь сердечный ритм и насыщение крови кислородом. Кстати о нем – я вывел показатели наполненности картриджей. Пищевая смесь опустела лишь на четверть, а вот воздушную при таком темпе придется менять уже часа через три. Идти по развалам щебня и перескакивать по камням довольно утомительно.

От резкого шума мое сердце ушло в пятки. Что-то загромыхало неподалеку, словно каменные завалы принялся разгребать экскаватор. Собравшись с духом, я заполз на верхний край своей плиты и осторожно выглянул в сторону шума. Перед моими ошалелыми глазами предстал очередной представитель местной фауны. Здоровенная крылатая тварь, напомнившая нечто среднее между птицей и ящером, прижимала лапой к земле одного из крабов и долбила его панцирь своим мощным клювом. После нескольких ударов раздался громкий хруст, брызнула бардовая кровь, и краб перестал дергаться. Я с ужасом наблюдал, как огромный птеродактиль, способный проглотить меня за один присест, с аппетитом вырывает куски крабьего мяса. А ведь я не слышал и не видел эту летающую махину! Если бы такая спикировала на меня, я бы умер в мгновение ока. Повезло, что птеродактиль больше интересуется здоровенными крабами, не отвлекаясь на мелочь вроде меня.

Опасаясь привлечь лишнее внимание и стать десертом, я притаился за камнями. Наконец, местный коршун покончил с трапезой, распахнул свои гигантские крылья и взмыл в воздух. Пока я наблюдал за его полетом, возле растерзанного краба началось какое-то шевеление. Повернувшись туда, я увидел около десятка маскирующихся под камни существ, схватившихся в борьбе за останки своего собрата. Победитель, оказавшийся самым крупным, принялся выковыривать из панциря оставшееся мясо, в то время как остальные сгрудились рядом, ожидая своей очереди.

Со всех сторон послышались шорохи. Похоже, на запах падали сбегаются все крабы в округе. Я закинул рюкзак на спину, сверился с пеленгатором и поспешил в сторону сигнала от корабля. Пока крабы стянулись в одно место, я смогу двигаться быстрее. Не придется тратить время, чтобы высматривать, обходить или отпугивать каждую особь на пути.

Я шел без остановок до тех пор, пока скафандр не подал сигнал о смене воздушного картриджа. Остановившись, я заменил картридж на новый из рюкзака, и только сейчас понял, насколько вымотался. Мне точно нужен отдых.

Вскоре я нашел подходящее укрытие, образованное из нескольких крупных каменных обломков и нависающей над ними плиты. Забившись в эту пещерку, я лег и вытянул гудящие ноги. Еще и половины пути до корабля не пройдено, но я уже вымотался. Нужно поспать. Местное зеленоватое светило совсем не спешит покидать небосвод, но глаза уже слипаются. Завтра дойду до корабля. Надеюсь, за это время его не разорят местные обитатели.

Провалившись в сон, я снова увидел себя со стороны. Гул в голове вновь превратился в буйство красок и причудливых форм, вызывающих во мне безотчетный страх. Вот среди калейдоскопа фракталов белая точка. Это я лежу, свернувшись под каменным навесом. Рядом двигается какая-то красная спираль. Опасность. Мое внимание снова привлекла пустыня ржавого цвета. Вернее, то, что находится в ее центре. При попытке рассмотреть это, мое внимание расплывается.

Я дернулся, вскочил и ударился шлемом о камень. Страх и ощущение падения медленно отступали. Вернулась тянущая боль в руке, ломота в мышцах. Я наконец вспомнил, где нахожусь. Успокоившись, я присел, нажал на кнопку вывода питьевой трубки и глотнул воды. Судя по счетчику оставшегося кислорода, я проспал чуть больше семи часов. Пора выдвигаться.

Выглянув наружу, я не сразу понял, что изменилось. Через несколько секунд до меня наконец дошло. Освещение! Вместо тусклого и рассеянного, словно в пасмурную погоду, зеленоватого света с неба лились теплые желтые лучи. И пусть они были скорее ближе к оранжевому, такое освещение ощущалось для меня более естественным. Более родным. Я улыбнулся рыжему светилу, которое понравилось мне больше зеленого. И тут же застыл, разглядев то, что происходило в небе надо мной.

Огромный усатый змей извивался, пытаясь ухватить пастью нечто темное, маленькое и верткое. Чешуя гигантской полупрозрачной рептилии сияла, преломляя свет местного солнца. Ее шустрого оппонента отсюда было не разглядеть. Создавалось впечатление, что небесному дракону досаждает темная мошка.

В какой-то момент сверкнула вспышка, и темная точка стала падать. Настроив визор шлема на приближение, я охнул. Падающее существо напоминало гуманоида. По крайней мере, я разглядел две руки, две ноги и голову. Никаких клешней и крыльев. Может ли этот гуманоид быть представителем разумной расы? Если бы удалось наладить контакт, возможно, они могли бы мне помочь.

Я проследил за местом, куда упал неудачливый драконоборец, собрался с духом и поспешил в ту сторону. Придется сделать небольшой крюк на пути к кораблю. Но если это существо выживет при падении и окажется разумным, для меня эта встреча может быть еще одним шансом на выживание.

Глава 3

Не знаю, сколько времени я уже мнусь, трусливо выглядывая из-за каменной плиты. Упавший с неба драконоборец вблизи оказался намного крупнее, чем я представлял. Бугристое фиолетовое тело, распластавшееся на камнях, оказалось метров восьми в высоту. Если этот гигант был маленькой точкой по сравнению с небесным драконом, то размеры самой рептилии становятся еще более пугающими.

Фиолетовый титан все это время лежал неподвижно, и я наконец решился подойти поближе. Похоже, существо погибло, и моя попытка контакта накрылась. Я с любопытством принялся обходить и разглядывать огромное гуманоидное тело. Руки напоминают человеческие, только четырехпалые, а вот ноги больше походят на мощные задние лапы земных хищников. Выпуклая грудная клетка практически сразу переходит в небольшую глубоко посаженную без всякой шеи голову. Голова странная, без намека на глаза, уши и рот. Лишь неровная поверхность, напоминающая какой-нибудь хитиновый панцирь. И вообще, если приглядеться, все тело покрыто подобными пластинами.

Услышав рядом шуршание, я повернулся и увидел замершего каменного краба.

– Чего приперся, паршивец!? – закричал я, швыряя в падальщика камень. – Тут занято!

Краб дернулся от попадания камня. Я успел испугаться, что слишком наглею, претендуя на добычу, и в этот раз подобное не сойдет мне с рук. Но после небольшой заминки членистоногое все-таки решило отступить. Сейчас мне повезло, но, пожалуй, стоит побыстрее закругляться с осмотром. Как бы ни было сложно отпустить надежду на контакт с разумными, но похоже, лежащее передо мной существо мертво.

Окончательно осмелев, я еще раз прошелся вокруг титана, и даже решился его потрогать. Твердый! Через перчатку я могу почувствовать только это. Подойдя поближе к голове, я цыкнул. И как бы я с ним общался, если у него нет рта и ушей?

Мое внимание привлекла полоска между пластинами на груди. При ближайшем рассмотрении оказалось, что из нее сочится прозрачная жидкость. Когда я попытался протиснуть в щель пальцы и отогнуть грудные пластины, тут же наткнулся на упругую мембрану. Повинуясь своему любопытству, я достал из рюкзака резак и с замирающим сердцем принялся разрезать мембрану. Не знаю, что полезного здесь можно найти, но вряд ли мне еще представится возможность так близко изучить подобное существо. А знания лишними не бывают.

Пластины резко разошлись в стороны, словно створки, открыв перед моим шокированным взором содержимое грудной клетки гиганта. В прозрачной жидкости лежало изящное тело гуманоида, с некоторыми оговорками весьма похожего на хрупкую земную девушку. Светлая кожа с легким серо-голубым оттенком. Изящные ушки, слегка вытянутые кверху. Длинные темные волосы. Ресницы и брови, отдающие синевой. Кроме ресниц, бровей и волос на голове все остальное тело гладкое. На небольшой груди выделяются соски, немного темнее остальной кожи. На животе – маленькая впадина пупка. Судя по всему, это млекопитающие, похожие на людей. На руках я насчитал по четыре пальца с длинными синеватыми ногтями. На ногах пальцев тоже по четыре, но здесь ногти короткие.

Получается, что титан – это нечто вроде биоскафандра? Я настороженно огляделся вокруг, размышляя. Кроме убежавшего каменного краба сюда пока никто не спешит. Жалко, но пилот не подает признаков жизни, так что контакта все-таки не получится. Я усмехнулся от мысли залезть внутрь и попробовать запустить гиганта самому. Никаких кнопок и рычагов управления я не вижу, так что принцип непонятен. По факту это вообще может быть единое существо-симбионт, а то и родитель с ребенком внутри, откуда мне знать?

Я решил попробовать вытащить девушку. Наверняка потом буду жалеть и вспоминать об упущенных возможностях, если не испробую все варианты. Потянув хрупкое тело на себя, я почувствовал легкое сопротивление, которое быстро прекратилось. Я обнаружил, что к спине пилота крепились присоски, которые мягко и без труда отсоединились. Девушка в моих руках оказалась необычайно легкой. Положив ее животом на свое колено, я стал нажимать на грудную клетку, наблюдая, как прозрачная жидкость вытекает из ее рта.

Девушка вдруг дернулась и зашлась кашлем. Избавившись от остатков жидкости в легких, ожившая красотка дико уставилась на меня большими фиалковыми глазами. Не успел я опомниться, как оказался спиной на камнях, придавленный изящной ножкой. Указательный палец девушка направила на меня, а я как завороженный наблюдал за вспыхнувшим возле ее ногтя фиолетовым огоньком. Аборигенка что-то выкрикнула с вопросительной интонацией.

– Извините, я вас не понимаю, – медленно ответил я, стараясь не шевелиться, чтобы не спровоцировать. Не знаю, что это за огонек повис перед моим шлемом, но выглядит девушка угрожающе.

Нахмурив свои темные брови, захватчица выдала несколько гортанных звуков, вопросительно глядя на меня.

– Все равно не понимаю, – отозвался я. – Я человек, зовут меня Ирвин, мой корабль потерпел крушение…

Моя тирада была бесцеремонно прервана резким жестом светлой ладошки, подкрепленным надавливанием ступни мне на грудь. Я выпучил глаза, почувствовав, как прогибается прочный каркас скафандра. Как эта дамочка давит с такой силой!? В ней же веса максимум килограмм тридцать!

Девушка тем временем повернулась в сторону, что-то высматривая, а затем резко запустила с пальца фиолетовую искорку. Последовала вспышка, и во все стороны брызнули ошметки каменного краба. Повернувшись ко мне, опасная барышня еще раз надавила на меня ногой и жестами приказала не двигаться, сопровождая действия фразами на своем языке. Затем, не выпуская меня из вида, она прыгнула к открытой грудине титана и глубоко погрузила туда руку, пытаясь что-то найти. Наконец, на мокрой ладошке показалась бугристая сфера. Девушка покрутила находку в руках, и ее воинственный настрой испарился, а на лице отразилось отчаяние. Сфера выпала у нее из рук, и она обхватила голову ладонями. В ее плаче оказалось столько безысходности, что у меня у самого встал ком в горле.

Послышался шорох, на который плачущая красавица даже не отреагировала, продолжая всхлипывать, закрыв лицо руками. А между тем, парочка каменных крабов оказалась совсем рядом со мной. Их здоровенные клешни задвигались в предвкушении в опасной близости от меня. Видя, что швыряться своей фиолетовой магией дамочка не собирается, я рискнул подняться и закричал на падальщиков, сопровождая посыл бросками подвернувшихся под руку камней. Проверенная тактика сработала, и крабы неохотно отступили.

Когда я с триумфом повернулся к пилоту дохлого гиганта, то увидел на ее лице изумление. Мы стояли так некоторое время, пока девушка вдруг не разразилась звонким смехом. Я не знал, как на это реагировать, в задумчивости почесывая шлем над затылком, пока аборигенка покатывалась со смеху. Увидев, что смех переходит в истерику, я окликнул ее, затем еще раз. Наконец, мне удалось привлечь ее внимание, помахав руками.

– Эта штука сломана? – спросил я, указывая на лежащего гиганта с открытой грудной клеткой. После непонимающего взгляда пришлось повторить вопрос, сопровождая его пантомимой. Я как мог, попытался изобразить шагающего и летающего гиганта, и наконец добился от девушки отрицательного покачивания головой. Она больше не плачет, но, судя по потухшему взгляду, уже смирилась с гибелью. Скорее всего, дамочка знает об этих местах побольше меня, но садиться рядом и плакать в ожидании смерти я не собираюсь. Ведь выжил же я как-то до этого момента.

– Пошли со мной, – предложил я.

Предложение пришлось долго подкреплять объяснениями на пальцах. Я показывал на гиганта, пытаясь объяснить аналогию со своим упавшим кораблем, продемонстрировал свой пеленгатор и добился наконец легкого интереса. Девушка пожала плечами и без особого энтузиазма слезла со своего поломанного биоробота.

Я достал из рюкзака запасной комбинезон, который наверняка будет велик миниатюрной красотке, чья макушка едва доставала моей груди. Однако, девушка отказалась от предложенной незнакомой одежды, предпочитая щеголять своим голым телом. Я со вздохом положил комбинезон обратно и с усилием отвел взгляд от обнаженных прелестей аборигенки. Похоже, к моим испытаниям на пути к кораблю только что добавилось еще одно.

Глава 4

Мы покрывали расстояние до корабля довольно бодро. Я приноровился передвигаться по каменным завалам и уже не так часто спотыкался, а моя спутница вообще двигалась с кошачьей ловкостью и могла бы легко меня обогнать, но, раз я показывал дорогу, ей пришлось приноровиться к моей скорости.

Нам наконец-то удалось познакомиться. Мне пришлось несколько раз показывать на себя, произнося «Ирвин», а затем показывать на девушку и вопросительно смотреть. В результате переговоров поначалу я решил, что аборигенку зовут Элис, но как оказалось, она принадлежит к расе элисов, а зовут ее Дана.

После знакомства во мне явно что-то изменилось. Пропало гнетущее ощущение безнадежности, что сопровождало меня с момента крушения. Теперь, когда я не один, у меня появилась робкая надежда выжить на этой населенной чудовищами планете. А может, скорее стимул. Выживать в этом мире совершенно одному или вместе с кем-то – это две огромные разницы.

Я посмотрел на Дану и вздохнул. У девушки, похоже, все как раз наоборот. Как только выяснилось, что гигант, в котором она находилась, неисправен, вся воинственность из нее ушла. Без своего огромного биоробота элиска обреченно следовала за мной, время от времени мрачно поглядывая на небо. Судя по всему, моих оптимистичных мыслей спутница не разделяет.

Дана оживлялась только в моменты, когда у нас на пути возникал очередной краб, и я с криками прогонял членистоногого. Может, я делаю что-то неправильно, но поправлять меня элиска не спешит. После каждой такой сценки в глазах у девушки плясали веселые искорки, а я рад был ее немного взбодрить.

Однако, легкая прогулка продолжалась недолго. Крабы вскоре перестали встречаться. По окрестностям внезапно разнесся тонкий писк, граничащий с ультразвуком. Плечи моей спутницы опустились, и она обреченно посмотрела на меня.

– Дана, что такое? – обеспокоенно спросил я.

– Шиссах, – со страхом произнесла элиска.

– Я не понимаю. Мы можем убежать? До корабля осталось не так много, – я пытался показать жестами, что надо бежать, но девушка лишь покачала головой и повторила: «Шиссах».

Вскоре писк повторился и неприятно резанул по нервам, оказавшись в этот раз еще громче. Вдобавок, я начал различать приближающийся шелест. Забравшись на камень повыше, я увидел его источник, и волосы у меня на загривке встали дыбом.

В нашу сторону словно поезд мчалась гигантская красная многоножка. Двигалось насекомое с впечатляющей скоростью, так что похоже нам действительно не убежать.

Я стал лихорадочно думать. С учетом того, как переворачиваются и крошатся камни под огромными лапками многоножки, искать укрытие не вариант. Из того, что можно было бы назвать оружием, у меня только резак и сигнальный пистолет. Я достал пистолет из рюкзака и зарядил сигнальную ракету.

– Дана! Может, пальнешь по шиссаху своей магией? – я как мог, изобразил появляющийся возле пальца девушки фиолетовый огонь, но она снова только покачала головой.

Мне это надоело, я подошел к этой ушастой фаталистке и как следует встряхнул, пока в ее глазах не появились злые огоньки и она не оттолкнула меня.

– Хватит нюни распускать! – крикнул я. – Стреляй!

Дана зло посмотрела на меня, но все же послушалась и наставила палец на приближающуюся многоножку. Возле темно-синего ногтя появился и начал расти шарик фиолетового огня. Язычки пламени стали закручиваться спиралью, и снаряд размером с мой кулак сорвался вперед с огромной скоростью. Однако, перед головой многоножки возникло красное сияние, по которому огненный шар просто расплескался, не причинив никакого вреда.

Девушка повернулась в мою сторону, всем своим видом излучая фразу «я же говорила».

– Давай побольше, сможешь? – я изобразил огненный шар и развел руки пошире.

Дана скептично покачала головой, но послушно напитала энергией новый снаряд, на этот раз размером с мою голову. Фиолетовая магия со свистом улетела в сторону многоножки, но точно также расплескалась о купол, возникший перед головой этого проклятого бронепоезда.

Между нами осталось не больше сотни метров. Теперь я и сам почувствовал отчаяние. В глазах у Даны блеснули слезы. Да какого черта? Только я успел встретить разумного спутника, как нас сожрет это длинное красное тараканище?

Я со злостью выхватил сигнальный пистолет и выстрелил в огромную голову приближающейся многоножки. И тут произошло нечто неожиданное. Перед насекомым вновь вспыхнул красный купол, но сигнальная ракета его даже не заметила, проделав в нем аккуратную дырочку и ударившись прямо в хитиновую рожу многоножки. Гигантская тварь дернулась, замедлилась и издала свой ультразвуковой писк.

– Давай, стреляй! – прикрикнул я на шокированную Дану.

Девушка опомнилась и метнула в голову твари фиолетовый шарик. Вновь мелькнул купол, но в этот раз снаряд не растекся по нему, а взорвался, добавив многоножке подпалин и заставив ее замотать головой.

Я зарядил и выпустил еще одну сигнальную ракету, проделав в защитном куполе новую дырку. Видя, что ее магия имеет эффект, Дана стала обстреливать многоножку уже без моей команды. Гигантская гадина вдруг впала в ярость и рванула вперед, рассчитывая последним броском раздавить наглых двуногих, когда в морду ей прилетела третья сигнальная ракета. Купол больше не появился. Дана закусила губу и стала напитывать свой фиолетовый шарик энергией. Рука девушки дрожала от напряжения, жвала насекомого практически зависли над нами, когда метровый шар фиолетового огня рванул вперед и взорвал голову многоножки. Ошметки хитина и красной слизи разлетелись по всей округе. Длинное тело твари еще несколько секунд извивалось в конвульсиях, кроша каменные плиты, но вскоре изогнулось буквой «с» и замерло. Наступила звенящая тишина.

Дана потрясенно посмотрела на дело своих рук, а затем подпрыгнула в воздух и закричала: «Дана Шиссах виртана!». Девушка принялась отплясывать вокруг меня, что-то напевая. В какой-то момент элиска даже сжала меня в объятиях, заставив скрипнуть каркас моего скафандра. Я с улыбкой слушал, как победительница многоножки что-то возбужденно говорит, показывая на мой сигнальный пистолет и на мертвое насекомое. При виде ее искренней радости у меня потеплело в груди.

Покончив с радостными плясками, Дана умчалась к трупу многоножки и принялась деловито в нем копаться, голыми руками погружаясь в красную слизь. Вскоре последовал новый торжествующий вопль, и девушка с усилием вытащила крупный серый шар около полуметра в диаметре, на котором пульсировали красные прожилки.

– Шиссах вита! – возбужденно воскликнула Дана, подходя ко мне и протягивая покрытую слизью сферу.

Я вопросительно посмотрел на добытчицу, и та с улыбкой пихнула сферу в мои руки. Приняв эту штуку, я тут же упал с ней в обнимку. По ощущениям сфера весила целую тонну, и я даже не сумел оторвать ее от земли. Дана со смехом смотрела на мои потуги, комментируя на своем языке. Наверное решила, что я дурачусь.

– Спасибо, конечно, но лучше забери ее себе, – с улыбкой сказал я, сопровождая поясняющими жестами.

Дана неверяще уставилась на меня, раскрыв рот. Затем что-то переспросила.

– Да, да, я не знаю, что мне с этим делать, возьми ты, – закивал я, повторяя жесты и надеясь, что это не оскорбит местную жительницу.

Я дернулся и уже приготовился умереть, когда Дана с воплем кинулась на меня и принялась душить, но вскоре до меня дошло, что меня снова обнимают. Девушка со слезами что-то говорила, а я не мог вздохнуть, выживая лишь за счет гибкого и прочного каркаса скафандра. Меня хватило лишь на то, чтобы похлопать благодарную спутницу по плечу. Увидев сквозь прозрачный визор выражение моего лица, Дана спохватилась, разжала свои медвежьи объятия и с улыбкой повторила мой жест, похлопав меня по плечу.

Подойдя к лежащей у наших ног сфере, девушка обернулась ко мне и повторила свой вопрос, на что я с улыбкой кивнул. Дана кивнула в ответ, взяла трофей обеими руками и стала пристально на него смотреть. Красные прожилки на сфере запульсировали сильнее, а в глазах девушки стали разгораться фиолетовые огоньки.

Я залюбовался этой картиной: обнаженная элиска держит светящийся артефакт на фоне трупа гигантской многоножки. И не сразу обратил внимание, что с каждым ударом своего пульса, сфера все быстрее таяла, а огонь в глазах Даны разгорался все ярче. Наконец, из ладоней девушки выпала высушенная скорлупка и рассыпалась при ударе о камень. Дана торжествующе посмотрела на меня своими горящими глазами и покачнулась.

Я поспешил подхватить падающее тело. Элиска в моих руках потеряла сознание. Оглядевшись вокруг, я сверился с пеленгатором и понес девушку в сторону корабля. Вскоре к трупу многоножки могут набежать падальщики, и в этот момент нам лучше оказаться подальше.

Минут через десять среди камней наконец обнаружилось неплохое углубление, и я положил туда Дану, подложив ей под голову свой рюкзак. Придется караулить, пока моя спутница не придет в себя. Надеюсь, это не какой-нибудь магический сон, что продлится неделю или вообще год. А может, до поцелуя прекрасного принца.

Я усмехнулся и тряхнул головой, прогоняя последнюю мысль. Для поцелуя пришлось бы снять шлем, и тогда проснувшись, принцесса обнаружила бы рядом с собой мой трупик вместо принца. Встреча с разумной аборигенкой – это замечательно, только мои проблемы никуда не исчезли. Кислород по-прежнему уходит, так что стоит поспешить к кораблю. Я вставил в паз очередной картридж с воздушной смесью и поморщился от боли в руке. В схватках с местной живностью я забываюсь, но сейчас в момент затишья перелом снова напомнил о себе. А еще этот постоянный фоновый гул в голове, к которому я почти привык, но время от времени обращаю на него внимание.

Я смотрел по сторонам, размышляя и потягивая из трубочки питательную смесь, когда мое внимание привлекла вспышка в небе. Повернувшись в ту сторону, я увидел еще одно воздушное сражение и поспешил настроить приближение на визоре. Неужели это тоже элисы, сородичи Даны?

Три быстрых темных фигуры атаковали колоссальное летающее существо, от которого у меня мурашки пошли по коже. Из вытянутого крылатого тела белоснежной твари выходило три длинных шеи, на концах которых вместо голов были какие-то неровные обрубки. Мне стало не по себе от их вида – такое ощущение, будто головы существа завернуты внутрь. Вдобавок к трем основным шеям из основания росла куча мелких белых щупалец. Эта «гидра» плевалась в противников сверкающими сгустками, однако темные гуманоиды ловко избегали снарядов, обстреливая чудовище. От попадания каждой искры титаническое белое тело вздрагивало и извивалось. Казалось, победа гуманоидов близка, однако одного из них все-таки ухватили щупальца гидры. Второй замешкался и угодил под сверкающий плевок. Третий попытался выручить схваченного щупальцами товарища, но только разделил его судьбу, затянутый в шевелящуюся массу у основания шеи чудовища.

Я с надеждой вскочил и забрался на камень повыше, пытаясь проследить за падением второго воина, подбитого плевком гидры. Может, удастся его вытащить, как Дану? Даже если пилот не выживет, девушка наверняка захочет проверить его титана, вдруг его можно будет восстановить? Добраться до моего корабля в таком летающем биороботе будет намного проще.

Темное тело камнем падало вниз, но вдруг шевельнулось, и траектория падения изменилась. Он еще жив! До земли осталось совсем немного, но падение стало резко замедляться. Однако, мои надежды оказались разрушены в мгновение ока. Приземляющийся воин скрылся в чудовищной пасти, поднявшейся снизу. Словно сама земля вдруг превратилась в монстра и сожрала падающую фигуру.

С упавшим сердцем я уселся на камень. Захотелось закурить, хоть я и не имел такой привычки. Возня с каменными крабами и даже победа над шиссахом показались не такими значительными на фоне белой гидры и гигантской пасти из земли. Что это за планета чудовищ такая?

Отпив немного воды, я посмотрел на мирно лежащую в укрытии Дану и постарался успокоиться.

Глава 5

Дана спокойно восприняла мой рассказ о битве элисов с небесной гидрой. По крайней мере, я надеюсь, что кивок и посерьезневший взгляд означают, что девушка поняла мои объяснения на пальцах. Вопреки моим ожиданиям, она не стала просить показать то место, где был съеден упавший воин. Вместо этого, красавица принялась энергично разминаться и растягивать каждую мышцу своего тела.

Я поспешил отвернуться. При виде симпатичной обнаженной девушки, делающей зарядку, мой пульс заметно участился, а кислород стоит поберечь. В рюкзаке осталось всего восемь картриджей с воздушной смесью, а до запасов в корабле еще нужно добраться. Если они вообще там окажутся.

Забравшись повыше, я встал на вершину наклонной плиты и стал разглядывать наш дальнейший путь в сторону, куда указывал пеленгатор. Все те же нагромождения красноватых камней. Ничего необычного.

Дана окликнула меня, сообщая, что готова отправляться. Я закинул рюкзак на спину и зашагал по примеченной тропке, огибающей крупные завалы камней. Хорошо, что я иду впереди. Не придется отвлекаться на разгоряченное упражнениями тело своей спутницы. Тряхнув головой, я отогнал томное настроение.

За следующие часы мы несколько раз останавливались, чтобы я отдохнул. Дана не показывала ни малейшего признака усталости, напоминая, что передо мной не человек, хоть ушастая красотка сильно на него походит. Или ее выносливость – результат поглощения сферы многоножки? Языковой барьер между нами не располагал к выяснению деталей.

Я стал замечать, что камни и расколотые плиты на пути возникают все реже, сменяясь мелким щебнем. Двигаться становилось все легче, и мой шаг постепенно ускорялся. Точка на пеленгаторе приближалась, и меня все сильнее охватывало волнение. Вскоре за очередной кучей камней я разглядел совершенно иной ландшафт.

Перед нами раскинулась огромная впадина диаметром около полутора километров. Это точно не может быть кратером от падения корабля, полость слишком большая и ровная. Да и пеленгатор подтверждает, что мы еще не дошли. Такое впечатление, словно здесь кто-то аккуратно зачерпнул пласт земли идеально круглым черпаком. Но больше всего поражал не размер этого образования, а то, чем оно было наполнено.

На дне впадины застыло что-то вроде озера расплавленного стекла. В самом центре этого озера было нечто, что поначалу я принял за густой стеклянный лес. Но приблизив картинку с помощью визора, я похолодел от страха. То, что издалека было похоже на деревья и кусты, оказалось конечностями. Тысячами прозрачных конечностей, растущих из единого центра. Спутать это с каким-то явлением или искусственным образованием было невозможно. Я просто чувствовал, что оно живое. Смотреть не него было жутко, и в то же время зрелище странно притягивало. Застывшее существо зловеще переливалось и сверкало в голубоватом свете местной звезды.

Поймав глазом синий солнечный зайчик, я посмотрел на тусклое небо. Когда местное светило стало голубым? Наверное, я пропустил смену суток. Но мой взгляд так и прикипел обратно к стеклянному лесу. Глядя на острые прозрачные «ветви», я будто слышал их позвякивание, хотя расстояние до них было весьма приличным.

Среди нагромождения стеклянных конечностей я вдруг разглядел нечто инородное. Выкрутив приближение визора на максимум, я охнул. На стеклянный шип насажен кусок обшивки корабля! Надо же было ему упасть прямо к этому чудовищу. Хотя кусок не такой большой, и вряд ли с ним упало что-то полезное. Судя по маячку, основная часть корабля упала дальше. Однако, состояние этого обломка показалось мне странным. Похоже, он успел частично вплавиться в это странное живое стекло.

Неожиданно я почувствовал железную хватку на своей руке и поморщился от боли. Элиска вцепилась в меня, не сводя расширенных от страха глаз со стеклянного чудовища в центре впадины.

– Дана! Ты мне сейчас руку доломаешь, успокойся, – я похлопал спутницу по плечу, стараясь говорить спокойным голосом.

– Хакрон… – прошептала девушка, указывая дрожащим пальцем на застывшего монстра.

– Спокойно, мы просто обойдем этого Хакрона, – я провел рукой вдоль правого края впадины. – Мы не будем спускаться. Пошли?

Помедлив, Дана кивнула и медленно двинулась следом за мной, не отпуская мою больную руку. Я осторожно пошел вперед, терпя боль в руке и нервно поглядывая на стеклянное озеро в ожидании подвоха. Что-то странное стало твориться у меня в голове. Чудилось движение и позвякивание. Показалось, что я услышал за спиной шепот. Вздумай Хакрон пошевелить одной из своих конечностей, и я, наверное, словлю сердечный приступ.

Через сотню метров пути я разозлился на себя, и это придало немного смелости. Я отцепил руку девушки от своего многострадального предплечья и взял ее маленькую ладошку в ладонь другой руки. Дана с любопытством посмотрела на мои манипуляции, но не стала возражать.

Мы все продолжали шагать. А я все сильнее испытывал странные ощущения от этого места. Несмотря на животный страх, меня так и подмывало взглянуть на Хакрона. Я никак не могу разглядеть его основное тело и голову, но кажется, что стеклянное чудище провожает нас взглядом. И это постоянное легкое позвякивание. Действует на нервы и одновременно успокаивает. Словно колокольчики на ветру.

Мы шли неподалеку от края впадины, держась за руки. Я все время бросал взгляды на стеклянный лес внизу, и видимо машинально поворачивал в ту сторону. В такие моменты Дана тянула меня обратно, что-то недовольно шепча.

Кроме шороха наших шагов по мелким камням вокруг стояла звенящая тишина. Мы оба непроизвольно старались ступать бесшумно, и у босоногой Даны это получалось намного лучше меня. То и дело из-под моих подошв раздавался хруст камней.

Вскоре произошло то, чего я боялся. Из-за моих неуклюжих движений опрокинулся довольно крупный камень и покатился в сторону впадины. Снизу донеслось шуршащее эхо. Мы в ужасе замерли, ощущая себя двумя крошечными мышками возле логова смертельно опасного хищника. Звон колокольчиков стал громче. Показалось, что нечто огромное нависло надо мной со стороны впадины и внимательно меня разглядывает. Я зажмурился и попытался отвернуться, физически ощущая сопротивление своего тела. Звон колокольчиков стал оглушающим.

– Сюда, – показалось, что за давящим на уши звоном я расслышал слова. Виски стиснуло болью.

– Сюда, сюда, сюда… – повторялось снова и снова, и из моих глаз брызнули слезы.

Мысль о том, чтобы повернуться и шагнуть в сторону впадины буравила мою голову нестерпимым зудом. Кажется, мышцы шеи сейчас лопнут, и зубы треснут от напряжения в стиснутой челюсти.

– Сюда, сюда, сюда… – уговаривал шепот сквозь грохот колокольчиков.

Я решил, что посмотрю на него одним глазком. От этой мысли стало легче. Я стал поворачивать голову, и тут мою руку сильно дернуло в сторону. Я упал на что-то мягкое и не мог пошевелиться, стиснутый сильными руками.

Звон колокольчиков неожиданно прекратился. Эхо упавшего во впадину камня затихло. Хватка на мне ослабла. Я поднял голову от груди Даны, взглянул ей в лицо и вздрогнул. Девушка улыбнулась мне с облегчением, но я увидел на ее щеках дорожки кровавых слез.

– Спасибо, – шепнул я и обнял свою спасительницу.

Немного посидев, мы набрались смелости подняться и двинулись прочь. Теперь пойдем к кораблю, забирая намного правее – подальше от зловещей круглой впадины. Может так путь к кораблю и будет дольше, зато чем больше расстояние между нами и стеклянным чудовищем, тем спокойнее.

Если судить по пеленгатору, то обогнув впадину, мы дойдем до корабля всего через каких-то триста метров. Я забрался на большой камень, чтобы изучить местность впереди. Сердце екнуло, когда я увидел вдалеке развороченный корпус. Приближение показало мне печальную картину корабля, разбитого на несколько частей. По крайней мере, пара кусков была довольно крупной, так что в них могло что-нибудь уцелеть. Отсюда мне не понять, какие это отсеки, нужно смотреть на месте.

Я убрал увеличение, и мое внимание тут же привлекла полоса ржаво-бурого песка, в которую переходили каменные джунгли с правой стороны. Мои виски вдруг сдавило, а звон в ушах стал громче. Покачнувшись, я чуть не упал с камня. Похоже, мое сотрясение опять дает о себе знать. Хоть бы в корабле уцелела медкапсула! Дана что-то обеспокоенно спросила.

– Все в порядке, я просто устал, – я попробовал успокоить спутницу жестами, но она все равно поднялась на камень рядом со мной, заглядывая мне в лицо. Я попытался ободряюще улыбнуться, на что элиска фыркнула и отвернулась.

– Вон мой корабль, – показал я рукой в сторону обломков. – Пошли.

Дана посмотрела на виднеющиеся вдалеке обломки, кивнула, и жестом предложила мне опереться на себя.

– Да все нормально, я могу идти, – показал я большой палец, и бодро зашагал вперед.

Чем ближе мы подходили к месту падения корабля, тем сильнее колотилось мое сердце. Где-то глубоко засела безумная надежда, что кто-нибудь из экипажа мог выжить. Коконы гибернации были распределены практически по всему кораблю, поближе к рабочим местам. Ведь мог же хоть один кокон уцелеть в одной из крупных частей корпуса!

Я замер и перестал дышать, заметив движение у ближайшего из обломков. Там мелькнуло что-то белое, мне это не показалось! Неужели скафандр!?

Все мысли вылетели у меня из головы, и я сорвался на бег. В здоровенном покореженном куске металла я узнал правую часть корабля, где должны находиться жилые модули и медицинский отсек. До цели оставалась буквально сотня метров, когда что-то прыгнуло мне на спину и сбило меня с ног.

– Дана? – я непонимающе уставился на лежащую на мне спутницу. До меня вдруг дошло, что она все это время пыталась мне что-то сказать.

Девушка напряженно всматривалась в обломки, и даже принюхивалась. Мы поднялись с земли, и Дана что-то произнесла, показывая жестом, что надо уходить.

– Дана, это мой корабль, ты, наверное, такое никогда не видела, – окинув взглядом такой близкий корабль, я тыкал в свой скафандр и на обломки. – Это машина для путешествий по небу, вроде твоего титана, в ней нет ничего страшного!

– Ирвин, герро! – Дана вновь замахала рукой прочь от корабля.

– Если тебе страшно, стой здесь, я схожу один, – вздохнув, я жестом показал спутнице оставаться на месте, и пошел к кораблю. Дана что-то сказала со злостью, но двинулась за мной.

Я шел, раздосадованный ее поведением. Теперь из-за нее на сладкое предвкушение наложилась тревога. Но когда мы вошли под тень от обломка корабля, я понял, что завел нас в ловушку.

Слева из-за покореженного куска металла показалась белоснежная вытянутая костяная морда. Тварь напоминала крупную вытянутую гончую собаку, только покрытую костяными пластинами. Вдоль хребта шел гребень, переходящий в длинный костяной хвост. Послышался трескучий звук, словно кто-то потряс бутыль с песком и мелкими камешками.

Такая же костяная гончая вышла из-за правого края обломка корабля, третий хищник показался на его вершине. Твари медленно приближались, глядя на нас желтыми глазами и гипнотически покачивая своими хвостами.

Дана не стала дожидаться нападения, и швырнула в левую гончую свой фиолетовый огненный шар. Однако, гончая неожиданно ловко отпрыгнула, и снаряд прошел мимо, разбросав взрывом камни. Видя такой поворот, элиска хлопнула ладонями по земле, вызвав расходящуюся в стороны волну фиолетового огня, затем схватила меня за руку и побежала.

Я бежал на пределе своих сил, с горечью понимая, что только замедляю свою быстроногую спутницу. На ходу оглянувшись назад, я ужаснулся: за нами гнались с десяток костяных гончих, быстро сокращая расстояние большими прыжками.

– Дана, беги вперед! – я отпустил руку девушки и показал, чтобы она бежала быстрее.

Дана со злостью посмотрела на меня, обернулась в сторону преследователей и снова хлопнула по земле, создав еще одну огненную волну. Затем опять схватила меня за руку, упрямо сжав губы.

Я чертыхнулся. Нам точно не уйти от этих тварей. Своей глупостью я погубил нас обоих. Вот ведь дурак, не послушал, когда Дана предупреждала об опасности!

– Побежали к Хакрону, – с внезапной решимостью крикнул я, и потянул Дану в сторону впадины со стеклянным чудовищем.

Глаза девушки расширились, но оглянувшись на преследующую нас стаю, она кивнула, и не стала спорить. Мы свернули в нужную сторону и побежали изо всех сил. Край впадины был уже в нескольких метрах, когда что-то резко дернуло меня за рюкзак и опрокинуло на землю. Я с ужасом увидел возле себя белую костяную морду, но тут же пришлось зажмуриться от фиолетовой вспышки, развалившей морду гончей на куски.

Дана припала к земле, чтобы пустить очередную волну огня, но я как в замедленной съемке увидел, как на нее уже летит очередная гончая. Я бросился между ними, выставив вперед левую руку. Костяная тварь в полете вцепилась в выставленную руку зубами, а передними лапами ударила меня в грудь, опрокинула на спину и вышибла из меня дух.

Запустив огненную волну, Дана повернулась ко мне и направила палец на тварь, пытающуюся прокусить мою руку в скафандре. Но в этот момент из-за стены огня выскочила еще одна гончая, и я с ужасом увидел, как ее пасть смыкается на кисти девушки. Голова гончей взорвалась костяными осколками, а на месте кисти Даны осталась окровавленная культя. Но элиска не обратила на это внимание и пнула терзающую меня тварь.

Удар опрокинул хищника на бок, и вторым ударом Дана перебила ему хребет. Челюсти гончей все еще сжимали мою руку, и девушке пришлось упереться ногой, чтобы освободить меня. После этого элиска схватила меня и прыгнула вниз. Край впадины оказался довольно крутым, но Дана заранее сгруппировалась и ловко затормозила наше падение.

Спустились мы как раз вовремя. Несколько гончих с шорохом притормозили над нами у самого края, и принялись нервно извивать хвосты, опасаясь спускаться.

Я сбросил потрепанный зубами рюкзак со спины и принялся искать изоленту. Воздух уже некоторое время со свистом покидал скафандр через прокусанные отверстия на руке. Когда я наконец замотал предплечье в пару слоев, тревожный сигнал перестал мигать, и давление стало выравниваться. В этот момент Дана опрокинула меня, и мимо пронесся силуэт крупной костяной гончей.

Похоже, одна из этих чертовых собак не выдержала соблазна и прыгнула на такую близкую добычу. Но реакция моей спутницы была превосходной, и гончая не сумела затормозить, кубарем покатившись вниз по крутому спуску.

И тут мы увидели жуткое зрелище. Тварь зависла над стеклянным озером, нанизанная на выходящий из него шип. Ее тело задрожало и стало покрываться стеклом, а пронизывающий ее шип принялся вибрировать. Ближайшие стеклянные отростки чудовищного Хакрона тоже подхватили вибрацию.

Гончие наверху с визгом рванули прочь.

– Бежим! – Я хлопнул завороженную страшным зрелищем Дану по плечу, и мы побежали.

Сердце выпрыгивало у меня из груди. Мы уже какое-то время бежали по завалам каменных джунглей, когда сзади раздался оглушительный звон. Обернувшись на ходу, я споткнулся, и так и остался лежать на боку, глядя на это невозможное зрелище. Впадина взорвалась тысячами стеклянных игл разного размера, из нее будто пророс гигантский сверкающий куст.

Иглы вибрировали и продолжали расти. Не веря своим глазам, я наблюдал, как вся эта шевелящаяся масса тянется вверх. Дана издала какой-то звук. Я повернулся к ней, но она указала пальцем обратно. И тут я увидел, как стеклянное дерево соединило небо и землю. Золотая молния пробежала сначала по первой игле, коснувшейся небес, затем по следующей, и наконец, все дерево запылало золотистыми дугами электрических разрядов, словно новогодняя елка какого-нибудь хтонического божества.

– Дана, что мы с тобой разбудили? – прошептал я, жмурясь от ярких вспышек.

Глава 6

Мы идем по ржавому песку уже больше часа, а вспышки за спиной до сих пор не прекратились. Я оглянулся на растущее позади чудовищное дерево, пылающее золотыми молниями. Где-то у его подножия остался мой разорванный рюкзак с картриджами воздушной смеси. Я обреченно посмотрел на цифру на визоре, сообщающую, что при текущем уровне расхода картриджа в скафандре хватит на семь часов и тринадцать минут.

– Ирвин! – Дана обернулась и помахала, чтобы я не останавливался.

Я помахал в ответ и продолжил идти за девушкой. Она еще не знает, что мне осталось недолго. После того как мы убежали от стеклянного дерева, у меня закончились идеи. Дана, видя, что я просто сижу и обреченно любуюсь золотыми молниями, решила взять на себя роль лидера и повела меня в эту красно-бурую пустыню. Мне было все равно, поэтому я не стал спорить.

Единственным плюсом ситуации было то, что теперь я без зазрения совести любовался обнаженной фигурой идущей впереди девушки. Хотя бы в оставшееся мне время не откажу себе в этом удовольствии. Однако, с упругих ягодиц мой взгляд невольно переключился на обрубок на месте кисти девушки. Я чертыхнулся и пнул песок под ногами. Ну какой же я идиот! Как полоумный побежал к кишащему костяными гончими кораблю. Этим я только убил себя и покалечил Дану.

Спутница как раз остановилась и обеспокоенно взглянула на меня, и я решил высказаться. И плевать, что она вряд ли что-нибудь поймет.

– Дана, прости за руку, – показал я на ее покалеченную кисть. – Ты пострадала из-за моей глупости. Из-за того, что меня пришлось спасать.

Элиска внимательно слушала, наблюдая за моими жестами. Затем покачала головой.

– Ирвин мос амис, – произнесла она, касаясь моей груди. Затем добавила что-то еще, поднеся свою культю поближе ко мне.

Я с оторопью разглядел, что обрубок за последний час изменился. На культе явно нарос тонкий слой свежей ткани, совсем небольшой, но заметный. Неужели Дана сможет отрастить новую кисть?

Видя мое ошарашенное выражение лица, девушка рассмеялась. А ведь она действительно очень легко восприняла потерю конечности! Я тогда списал это на окружающую обстановку и волевые качества моей спутницы. Но ведь и кровотечения в тот момент я у нее практически не заметил.

Может, и для меня еще есть надежда? Если Дана отведет меня в свой город, может быть, мне смогут помочь с кислородом? Правда я сильно сомневаюсь, что за семь часов мы дойдем до какого-нибудь поселения. Но не буду раскисать раньше времени.

Мы продолжили топать по пустыне. Привыкнув на этой планете постоянно натыкаться на какую-нибудь живность, я все время ожидал увидеть очередного монстра за следующим барханом. Но за все время мы никого не встретили. Здесь не было даже захудалого кустика или камешка, только песок цвета ржавчины. Чтобы не свихнуться от однообразия, я посматривал на небо, но оно было сплошь затянуто густыми облаками. Только далекие вспышки за спиной время от времени высвечивали какую-то гигантскую рыбину с кучей плавников по всему телу.

Присев на песок во время очередной остановки, я допил оставшуюся в системе питательную смесь и мрачно отметил, что дышать мне осталось чуть больше пары часов. На боль в сломанной руке я уже перестал обращать внимание, а вот голова гудит и раскалывается все сильнее. Ничего, осталось немного.

Я взглянул на Дану, терпеливо ожидающую, пока чудак в скафандре восстановит силы.

– Дана, я скоро умру, – я как мог попытался пояснить свои слова пантомимой. – Воздух заканчивается.

Девушка встревожилась не на шутку, принялась что-то говорить и жестикулировать, но полностью донести друг до друга мысли нам так и не удалось. Видя, что объясниться не получается, Дана взяла меня за руку и пошла в ускоренном темпе. Я едва поспевал за спутницей, и кислород стал расходоваться быстрее, но я был не против. Идея умереть на бегу, держа за руку эту ушастую красотку, мне нравилась больше, чем сидеть и ждать, пока я задохнусь. Убрав с визора счетчик кислорода, я просто бежал.

Не знаю, сколько прошло времени. Я практически перестал соображать от головной боли, сконцентрировавшись лишь на перестановке ног и ощущении крепко сжимающей мою руку ладошки. Элиска что-то говорила мне, но мои уши словно забило ватой. Кажется, в какой-то момент я упал, но Дана помогла подняться, и путь продолжился.

Я вдруг понял, что идти стало легче. Ноги перестали утопать в песке. К этому моменту мое зрение сузилось до тоннеля, перед глазами постоянно мелькали какие-то вспышки, а в голове стоял грохот. Но несмотря на это, я разобрал, как Дана произнесла: «Гарракас» и показала на статую метров десять высотой. С трудом сфокусировавшись, я принялся разглядывать странное антропоморфное существо. Ног на нижней части было не разобрать, она была прикрыта какой-то просторной одеждой вроде юбки, но я мог поклясться, что статуя сидит в позе лотоса. Широкая грудная клетка с торчащими ребрами, шесть рук. Из головы, напоминающей голову ящера, росли огромные ветвистые рога. Такие же рога росли из спины статуи, создавая вокруг нее нечто вроде древесной кроны.

Дана села на колени перед рогачом и принялась что-то шептать. Похоже, девушка привела меня к месту поклонения и решила помолиться. Я поморщился от простреливающей боли в голове, и перевел взгляд дальше. Кажется, у рогатого есть товарищи. Я не сразу заметил несколько мутных силуэтов. Эти еще меньше похожи на людей. Кто-то состоит из сплошных щупалец, кто-то вообще нечто аморфное. Но мой взгляд привлекло нечто посередине. Когда я смотрю на это закручивающееся в спираль марево, звон в голове меняет тональность на что-то совершенно особенное. Такое ощущение, что у меня чешется мозг. Чем ближе это марево, тем больше оно напоминает закручивающуюся галактику. Интересно, это она приближается ко мне или я к ней? Кажется, где-то далеко я услышал крик Даны, но это уже не важно.

Головная боль исчезла, и меня накрыла эйфория. Появилось ощущение, что паззл сложился, я знаю смысл своей жизни, смысл всего. Мне открыты все секреты мироздания. Я почувствовал связь. Я наслаждаюсь существованием, радуюсь до слез за все сущее, наполняясь вдохновением и любовью. Время и пространство стали условностями и превратились в единство. Но вдруг появилось ощущение падения, и я рухнул обратно в свое тело, захлебываясь кровью.

Я задыхался, корчился от боли и заходился в тяжелом кашле. Все тело пылает, каждая клеточка кричит в агонии. Боль стала невыносимой. Я принялся царапать свое горло, но перчатки лишь скребли по скафандру. Нащупав застежку, я сорвал проклятый шлем, и тут мне в лицо словно вылили ведро самой едкой кислоты. Я мгновенно ослеп и оглох, но боль продолжала въедаться в меня. Казалось, агония длится целую вечность, и вся моя жизнь состоит из боли.

В ушах появился какой-то шум. Кажется, меня перемещают. Темно. Снова шум. Вроде бы чей-то голос.

– Ирвин, прости, прости пожалуйста, – я услышал над собой шепот. – Не надо было вести тебя к Гарракасу. Я не знала, что на тебя падет проклятие. Это было глупо.

Этот голос. Очень знакомый. Дана? На меня вдруг снизошло озарение, и я вспомнил часть своих ощущений. Что все это значит? Мне это снится? Я должен был умереть. Должно быть, это галлюцинации агонизирующего мозга. Я словно слышу голос Даны и понимаю, о чем она говорит.

Моей щеки коснулась прохладная ладонь. Как приятно! Боже, это просто непередаваемое ощущение. Столько всего в этом прикосновении.

Кажется, я снова отрубился. Вокруг что-то изменилось. Совсем рядом прогремел взрыв, меня тряхнуло, и я почувствовал спиной прошедшую по земле вибрацию. За взрывом последовал яростный крик, что-то ударило в землю. Похоже, рядом со мной кто-то сражается. Я попытался пошевелиться и разлепить глаза, но добился только ощущения болезненных мурашек, словно тысячи иголок кололи мое тело. Сказать что-либо тоже не получалось, из моего горла лишь с хрипом выходил воздух.

Что-то грузно упало на землю, и звуки схватки затихли. Меня взяли на руки и понесли. На коже появилось ощущение ветра. Затем вдруг стемнело, и я ощутил спиной холодное прикосновение камня.

– Переждем здесь, – послышался шепот Даны. – Прости, Ирвин. Я не знаю, сколько еще мы продержимся. Даже с силой шиссаха я слишком слаба без кораса.

Я постоянно ухожу в отключку, словно кто-то балуется переключателем питания в моей голове. В один из таких моментов я снова увидел себя со стороны. Я лежал на спине в каком-то коротком тоннеле, а у выхода которого сидела Дана. Я с облегчением отметил, что обе кисти у девушки на месте. Видимо, откушенная костяной гончей рука успела регенерировать.

Снаружи тоннеля караулила какая-то тварь, нечто среднее между пауком и богомолом. Еще я видел движение в толще земли вокруг. Отвратительные личинки проедали проходы, словно вагоны метро, самостоятельно прокладывающие новые линии. Земля в окрестностях была испещрена ходами, кое-где выходящими наружу. Помимо личинок в норах скрывались и взрослые жуки. У пары нор я заметил таких же пауко-богомолов, стерегущих добычу.

Я посмотрел шире, заметил неподалеку ручей и проследил по нему до овального озера. Водоем был не сильно большим в ширину, но глубиной уходил на многие километры, и в своих темных водах скрывал несколько страшных тварей. Но меня заинтересовало нечто вроде воздушного шара, парящего над озером. Эта штука крепилась к берегам длинными нитями. Приглядевшись, я увидел внутри шара свернувшуюся и зреющую жизнь и понял, что это чье-то яйцо.

Снова пришло ощущение падения, и я рывком вернулся в свое тело.

– Дана, слышишь меня? – на этот раз мне удалось хрипло позвать спутницу, и девушка тут же оказалась рядом.

– Я здесь, Ирвин, – донесся взволнованный голос.

– Здесь нельзя оставаться, – я закашлялся. Горло нестерпимо чесалось. – Сюда копает большой жук. Он не потерпит конкурентов в своем тоннеле.

– Я поняла, – Дана принялась поднимать меня.

– Подожди. Снаружи ждет тварь. Не знаю, как на твоем языке. Парой больших согнутых конечностей он хватает добычу, ходит на восьми ногах.

– Это скард. Я разберусь с ним, а потом вернусь за тобой.

Послышались быстрые удаляющиеся шаги, затем снаружи что-то грохнуло. После этого элиска вернулась и вытащила меня. Сквозь закрытые веки я увидел, что стало светлее, и попытался разлепить глаза, но тут же об этом пожалел, сморщившись от ослепительного света.

– Тебе плохо? – обеспокоенно спросила Дана.

– Все нормально, – отозвался я. – Видишь где-нибудь рядом ручей?

– Нет.

– Тогда пройди немного вперед.

Через несколько минут девушка увидела ручей.

– Иди вдоль него к озеру, – сказал я. – Над озером должно быть яйцо.

Я почувствовал, как Дана сглотнула.

– Мы умрем, если пойдем туда, – со страхом сказала моя спутница, но все-таки пошла вперед. – В озере поджидает смерть, и смерть придет, когда яйцо вылупится.

– Яйцо свежее, у нас будет время, а в озеро мы не полезем, – попытался я успокоить. – Мы полезем по нити на яйцо.

– Зачем нам туда?

– Мне нужно время, чтобы восстановиться. А это самое безопасное место в округе.

Разговор прервал резкий шорох справа. Дана дернулась, и рядом с нами прозвучал хлопок. Меня окатило волной теплого воздуха, что-то липкое попало на лицо. Поднять руку к лицу чтобы убрать грязь было выше моих сил. Рука будто весила целую тонну. Но тут по моему лицу прошлась ладонь Даны. Забота спутницы о моей чистоте в такой момент была весьма трогательной. И в то же время, я болезненно ощутил свою беспомощность. Я не могу продолжать быть обузой. Но я не знаю, действительно ли смогу встать на ноги. То, каким образом я еще жив – уже загадка для меня.

– Озеро близко, – сообщила Дана.

Вскоре я почувствовал, как девушка перекладывает меня на плечо.

– Я буду держать тебя одной рукой, пока поднимаемся, не шевелись.

– Хорошо, – отозвался я, мысленно иронизируя, что не сумею пошевелиться даже если захочу.

Судя по движениям, Дана начала подтягиваться по одному из канатов, удерживающих яйцо. Послышалось бурление, затем всплеск воды, и девушка стала двигаться быстрее. Снова всплеск, окативший нас прохладной водой, затем что-то массивное бухнулось в воду под нами. Я постарался изгнать из головы образ того, как я падаю в озеро, и вокруг меня обвиваются обитающие там твари.

Неспособность видеть и двигаться, пока кто-то лезет со мной на плече по канату, создавала невероятное нервное напряжение. Ощущение, что в любой момент я могу соскользнуть с плеча элиски, либо она может сорваться вместе со мной, превратило подъем в бесконечный жуткий аттракцион.

Я не поверил своему счастью, когда Дана наконец сняла меня с плеча, протиснула между слоями какой-то ткани и положила на упругую поверхность. Затем, судя по движениям «гамака» подо мной, девушка забралась сама и легла рядом.

– А здесь уютно, – послышался ее тихий восторженный голос. – Я и представить себе не могла, что когда-нибудь окажусь в таком месте. Сама я никогда бы на такое не отважилась.

Положив руку мне на грудь, Дана тихо засопела. Похоже даже моей нечеловечески выносливой подруге требуется отдых. Я решил последовать ее примеру и погрузился в сон.

Глава 7

Шел третий день нашего пребывания в «уютном гнездышке». Мое зрение практически восстановилось, и я наконец сумел разглядеть окружение. Яйцо Ихира, как назвала его Дана, оказалось огромным, величиной с половину корабля. Исполинское яичко стремилось улететь в небо, но удерживалось опутывающей его волокнистой сетью. Снизу эта сеть немного провисала, образуя уютный гамак, где мы и расположились. Когда у меня более-менее стало получаться шевелиться, я первым делом потрогал нависающую надо мной поверхность яйца. Скорлупа оказалась твердой, как камень, но необычайно теплой. Поэтому даже голышом возле нее было весьма комфортно.

Скафандр, из которого я высосал остатки воды и питательной смеси, лежал неподалеку. Забрызганный кровью шлем остался где-то позади, возможно возле статуи Гарракаса, где я сорвал его, корчась в агонии. Или же потерялся, пока Дана защищала мое полумертвое тело от нападения хищников. Мои воспоминания о том моменте были смутными. Единственное объяснение, почему я все еще жив – мой организм изменился после посещения той загадочной спиральной области. Возможно, недостаточно быстро, чтобы не пострадать от контакта с местным воздухом, но все же.

Один из уходящих вниз канатов дернулся. Я подполз к краю гамака и раздвинул волокна сетки. Зрелище километровой высоты подо мной как всегда заставило мои внутренности съежиться от страха. Поразительно, как Дана оказалась способна забраться по такому длинному канату, еще и со мной на плече! Сейчас она вновь подтягивается, используя только одну руку. Во второй руке девушка осторожно удерживает мой свернутый на манер мешка комбинезон, наполненный водой.

Пока элиска поднималась, я перевел взгляд на горизонт в сторону темнеющего участка неба. Переливающиеся в лучах звезды клубящиеся облака в том месте почернели. Похоже, чудовищная летающая живность, кишащая по всему небу, старательно огибает черноту. Изредка там можно разглядеть мелькающие вспышки молний. Мне кажется, или за последние пару дней темные тучи немного приблизились? Мы ушли от ужасающего стеклянного нечто довольно далеко, но мне кажется, что оно все еще продолжает расти, только теперь не в высоту, а в ширину. За эти дни я несколько раз просыпался от кошмаров, в которых видел погибших товарищей насаженными на стеклянные иглы. Они смотрели на меня и звали к себе.

Дана уже почти добралась до гамака и улыбнулась, увидев, что я встречаю ее. Все мрачные мысли тут же выветрились у меня из головы. Я улыбнулся в ответ и перехватил ношу девушки своими дрожащими руками.

– Удержишь? – обеспокоенно спросила элиска, прежде чем отпустить.

– Да, – я кивнул и с усилием затащил импровизированный мех. Навскидку здесь было литра три-четыре воды. Я скрипнул зубами, понимая, что даже такая мелочь все еще дается мне с трудом. Но все-таки это бесконечно лучше, чем было несколько дней назад.

Дана забралась в гамак и помогла мне подвесить комбинезон на одно из волокон, привязав его за рукава и штанины.

– Пей, я уже напилась внизу, – предложила девушка, озабоченно глядя на меня.

– Твари из воды не показывались? – поинтересовался я.

– Нет, под зеленым светом они не активны.

Я кивнул, отмечая, что все еще не привык к местному делению суток. По заверению Даны абсолютной темноты здесь не бывает, три звезды обеспечивают постоянное освещение разной интенсивности. Самая яркая оранжево-красная, затем идет светло-зеленая, и самая тусклая – голубая звезда.

Прохладная вода оказалась очень вкусной и приятно наполнила пустой желудок. Я понимаю, что пить ее человеку рискованно, но своей воды у меня не осталось. К тому же, после моей встречи с местной атмосферой такой риск кажется пустяком. Раз Дана спокойно пьет эту воду, буду надеяться, что мой организм после изменений становится схожим с ее.

– Ты все больше меняешься, – видимо, у девушки были похожие мысли.

Я кивнул, бросив взгляд на свое тело. Кожа посерела и приняла пепельный оттенок. Старые ногти выпали, вместо них уже начали расти новые угольно черные. Волос на теле я тоже лишился, включая ресницы и брови. Украдкой глянув на свои гениталии, я со смешком подумал, что по крайней мере ничего важного не отпало. Проведя ладонью по лысому черепу, я отметил появившуюся щетинку волос.

– Интересно, волосы у меня тоже будут черные с синим отливом, как у тебя? – задумчиво проговорил я.

– Вряд ли, – ответила Дана, приглядываясь. – Похоже, они будут просто черными. Я первый раз вижу такую пигментацию тела, как у тебя. Наши обзавидовались бы твоим золотистым глазам.

– Так что, у меня не будет отбоя от ваших красавиц? – с улыбкой спросил я.

– Вряд ли, – со смешком отозвалась Дана. А затем посерьезнела. – Я не знаю, сможем ли мы добраться до поселения без кораса.

– Вы всегда выходите на поверхность только внутри корасов?

– Да. С нашими слабыми телами мы запросто становимся чьей-нибудь добычей. Без кораса почти никто не возвращается.

Сидя в позе лотоса, Дана с любопытством смотрела, как я с натугой разрабатываю свои конечности. Меня уже практически перестала смущать ее нагота, но в такие моменты инстинкты берут свое. Видя хитрую улыбку девушки, я отвернулся, пряча свою эрекцию.

– Похоже, ты уже достаточно поправился для этих дел, – донесся до меня ехидный голосок. – Почему ты прячешься? Я уже все увидела.

– Чтоб тебя не искушать, – отозвался я. – Сейчас ты сильнее меня. Вдруг набросишься, а я не смогу отбиться.

Дана звонко засмеялась.

– Ты смешной, – весело выдохнула она. – У наших женщин не принято набрасываться, чтобы удовлетвориться.

Я посмотрел на нее, подозрительно сузив глаза, чем вызвал еще один приступ смеха. Затем Дана подползла ко мне и угрожающе растопырила руки, изображая нападающую хищницу. Я изобразил на лице испуг и попытался отползти, но упал под напором прыгнувшей на меня девушки, и мы сплелись в хихикающий клубок.

Игривые нападки перешли в пылкие ласки. После утоления первого голода пришел черед плавных движений, нежных и чувственных прикосновений. Появилось ощущение, что мы знаем друг друга всю жизнь. Наши эмоции оказались настолько связаны, что я перестал различать, где заканчиваюсь я, а где начинается Дана. Все слилось в один поток блаженства.

Вечность спустя мы лежали, крепко обнявшись. Дана горячо дышала мне на грудь, а я ощущал мощный прилив сил. Было такое чувство, что я сумею поднять это гигантское нависшее над нами яйцо одной рукой. Ухмыльнувшись, я подумал, что это недалеко от истины, ведь яйцо само рвется в небо и должно быть легче воздуха. Но состояние мое явно улучшилось.

С этими мыслями я уснул, и снова вышел из тела. В этот раз вместо себя я увидел слившееся двойное существо. Словно мы с Даной стали одним. Что интересно, наша совместная энергия мне показалась намного больше, чем сумма энергий по отдельности.

Исполинское яйцо над нами пульсировало и испускало приятные волны тепла. И чем ближе я продвигался к центру, тем приятнее и теплее становилось излучение. Оказавшись в середине, я почувствовал, как что-то во мне наполняется. Удовлетворение от этого отдаленно напоминало ощущение наполнения голодного желудка или даже вдох после долгой задержки дыхания. Словно моя суть очень долго этого ждала и наконец получила.

Когда меня толчком затянуло обратно в тело, я дернулся от ощущения падения. По мышцам словно пробежал бодрящий электрический разряд. Дана проснулась и уставилась на меня в удивлении.

– У тебя глаза светятся, – сообщила девушка. – Ты овладел силой?

– Не знаю, – пожал я плечами. – У тебя тоже светятся. Но они и раньше светились, когда ты выпускала свой фиолетовый огонь.

– В глазах отражение внутреннего огня. Но я ведь сейчас ничего не выпускала. Ты что-то с нами сделал?

– Кажется, я накормил нас самым большим в мире омлетом, – хохотнул я. – Во сне я впитал силу яйца.

Дана пораженно открыла рот, и тут же закрыла, прислушиваясь к своим ощущениям. Затем она рассмеялась и схватилась за голову.

– Что такое? – спросил я, улыбнувшись ее веселью.

– Кажется, я связала свою жизнь с самым опасным существом в этом мире.

– Я тебе покажу опасное существо, – ехидно пригрозил я и слегка куснул нежное плечо Даны.

– Ах ты! – девушка улыбнулась и щелкнула меня по лбу. Я с удивлением отметил про себя, что раньше с силой Даны такой щелчок мог бы оставить мне синяк, а то и вовсе вырубить, а сейчас я его едва почувствовал.

– Когда я тебя увидела, ты показался мне странным, слабым и смешным, – решила поделиться моя подруга. – Отгонял касеров камнями, едва передвигал ноги и постоянно отдыхал. Потом тебя прокляли в пустыне, и оказалось, что ты видящий. Теперь ты еще и поглощаешь живую силу, не касаясь ядра. Я понимаю, что должна бы испугаться такого, но почему-то не боюсь тебя.

Дана о чем-то задумалась, мечтательно уставившись в одну точку, затем встряхнулась и посерьезнела.

– Нам надо срочно уходить, – ответила она на мой вопросительный взгляд. – Ихир почувствует гибель своего яйца и примчится проверить кладку.

Я кивнул и выглянул наружу. Как назло, окрестности оказались залиты ярким оранжевым светом.

– При оранжевой звезде водные твари активны? – спросил я.

– Да, – подтвердила Дана. – Но нам нельзя ждать зеленой, если Ихир близко, он может прилететь в любую минуту.

Я посмотрел на свой опустевший и ставший практически бесполезным без шлема скафандр, и решил оставить его здесь. Но ходить голышом как Дана я пока еще не привык, поэтому мы с ней отпили воды из подвешенного комбинезона, вылили остатки, и я повязал его себе на талию. Пусть пока просохнет.

Бросив последний взгляд на наше уютное гнездышко, мы принялись спускаться по идущему к земле волокну. Однако раздавшийся сверху звук возвестил нас о том, что мы не успели.

Мощный низкий утробный гул пронесся по окрестностям, и вибрация от него пробрала меня до самых внутренностей.

– Скользим быстрее! – крикнула Дана подо мной, и я последовал ее примеру.

Волокно было эластичным и довольно влажным, а кожа на моих ладонях после изменения стала на удивление плотной. Но все равно к концу такого спуска мы рискуем стереть ладони до кости. Однако, проверить мою гипотезу нам было не суждено.

Сверху послышался громкий хруст, я поднял голову, и успел увидеть, как яйцо исчезло в огромном плотном облаке. Тут же волокно, по которому мы спускались, оборвалось, и мы полетели вниз.

Удар о воду оглушил меня, но болезненные пощипывания помогли прийти в себя. Я открыл глаза и уставился на маленьких красных рыбок, впившихся в мое тело, и пытающихся выгрызть кусочек. Я принялся было отгонять этих агрессивных пираний, но заметил поднимающуюся с глубины широкую морду с клювом, похожим на черепаший, и в панике стал грести наверх. Я успел увидеть, что в мою сторону плывет Дана, не обращая внимания на донимающих ее красных рыб. В этот момент мою правую ногу пронзила боль, и я стал стремительно погружаться.

Я брыкался, но попытки вырваться были бесполезны – челюсть подводной твари сомкнулась на моей ноге в районе бедра железной хваткой. Наконец, я разглядел, куда меня тащат и почему не сожрали сразу. Слабого рассеянного света оказалось достаточно, чтобы среди колышущейся массы водорослей разглядеть плавающие осколки скорлупок от вылупившихся яиц. Вокруг шныряло множество ластоногих существ, похожих на крупных морских черепах без панцирей. Челюсть на моей ноге разжалась.

Почувствовав кровь, новорожденные хищники тут же ринулись за угощением, и я понял, что меня сейчас сожрут. Все, что я сумел – это закрыть голову руками, когда несколько голодных пастей принялись терзать меня, отрывать куски мяса и жадно глотать.

Должно быть, от боли и ужаса у меня помутился рассудок. Боль моего дергающегося и рвущегося тела как-то отошла на второй план. Я отстраненно наблюдал, как меня пожирают. Но тут я почувствовал рядом нечто другое. Дана. Ей больно. Она в опасности. Я попытался пошевелиться, чтобы отпихнуть вцепившихся в меня тварей, и все затопила яркая вспышка.

Глава 8

Очнулся я под тусклым светом голубой звезды. В воздухе был разлит аппетитный запах. Я поискал глазами его источник, и увидел Дану, деловито обжаривающую какого-то угря на плоском камне при помощи своего фиолетового огня.

– Очнулся наконец, – в голосе девушки послышалось нескрываемое облегчение. – Поешь, тебе надо восстанавливаться.

Я последовал совету и набросился на обжаренного до хрустящей корочки угря. Вкус оказался непривычным, но весьма приятным, так что я расправился со своей половиной довольно быстро. Видя такое дело, Дана отдала мне свою порцию, и положила на раскаленный камень еще одного угря.

Все тело зудело и чесалось. Закинув в рот очередной кусочек нежного мяса, я стал почесываться, и нащупал последствия моих подводных приключений. То в одном, то в другом месте я натыкался на характерные впадины с недостающей мышечной тканью. Здесь у меня откусили кусок бедра, тут не хватает бицепса, левый бок более впалый по сравнению с правым. Знатно меня обглодали. По всему телу были заплатки из свежей кожи. Судя по зудящей правой щеке, уху и значительному участку кожи вокруг, голову мне тоже не особо удалось защитить.

– Что произошло? – спросил я Дану. – Ты меня вытащила?

– Когда тебя утащили, я пыталась плыть следом, но наткнулась на змея, – принялась рассказывать девушка, не отвлекаясь от готовки. – Он обвился вокруг меня и стал душить, а потом я почувствовала тебя, и по воде пробежала волна желтых искр. Меня они лишь слегка пощипали, а змей дернулся и сразу пошел на дно. Когда я подплыла к тебе… – голос Даны дрогнул. Она сглотнула, посмотрела на меня и покачала головой. – Ты плавал там обглоданный среди трупов. Но я почему-то знала, что все будет хорошо. Когда я вытащила тебя на берег и выдавила из тебя воду, ты задышал.

Я огляделся вокруг, задумчиво пережевывая угря. Мы сидели неподалеку от озера, на котором плавала кверху брюхом разнообразная живность. Огромное яйцо над озером исчезло, оставив на берегу только длинные волокна, которыми оно крепилось к земле. Возле нас лежала внушительная кучка угрей, которыми Дана кормила меня.

– Нам не опасно здесь оставаться? – поинтересовался я.

– Пока нет, – отозвалась мой личный шеф-повар, переворачивая очередную тушку. – Ихир сожрал свое яйцо и улетел, а падальщики не сразу осмелятся прийти сюда. Доедим пишков и пойдем.

– Слушай, а в этих водных тварях случайно нет таких же сфер, как в той многоножке? – решил я проверить пришедшую в голову мысль.

– В больших и старых есть, – подтвердила мою догадку Дана. – Но я уже выпотрошила несколько. Все сферы пусты.

Я проследил за пальцем девушки и увидел несколько вскрытых крупных туш на берегу.

– Похоже, твои искры их осушили, – задумчиво продолжила моя подруга. – Но непонятно, куда ушла вся эта сила. Может, просто развеялась. В твоем теле я ее не чувствую.

Я задумался. Может, тот всплеск действует на манер электромагнитного импульса и гасит все живое в радиусе поражения? Но Дану не убило. Волна действовала избирательно. Тут могла помочь наша связь, импульс посчитал нас одним организмом. Или же у девушки иммунитет к подобным вещам.

– Дана, сделай пожалуйста свой огонек, – попросил я.

– Вот так? – она раскрыла ладонь, на которой заплясало фиолетовое пламя, и я тут же сунул в него палец.

– Чего творишь? – девушка резко отодвинула руку и развеяла огонь, но затем удивленно уставилась на демонстрируемый мной невредимый палец.

Затем я прикоснулся к раскаленному камню, на котором жарился угорь, и ожидаемо одернул его, шикнув от боли.

– Пары вашего народа не могут причинить вред друг другу своей силой? – спросил я, слюнявя обожженный палец.

– Конечно могут, – ответила Дана. – Я не слышала такого, чтобы сила одного не обжигала другого. Мне рассказывали, что в одном из давних сражений с моросами наш мастер использовал свою силу, поразив разом всех врагов и не задев свой отряд. Но он просто не касался их тел своей силой. Это высшее искусство контроля, которое он изучал многие годы. У тебя должно быть что-то другое.

Кучка со вкусными угрями быстро таяла, пока мы непринужденно беседовали. Мы оба понимали, что спокойные дни под сенью яйца кошмарного Ихира закончились, и вскоре нам снова придется двигаться перебежками, прятаться и спать вполглаза. Прежде чем нам удастся добраться до города элисов или поселения какого-нибудь из дружественных народов, мы будем снова одни посреди земель, населенных бог знает какими чудовищами. Так что мы старались насладиться спокойствием, пока это возможно.

Как же приятно сидеть рядом и чувствовать под боком тепло ее тела. Время от времени Дана невзначай касалась меня. Хоть элиска и не подавала вида, но я чувствовал, что она успела напереживаться за меня. Повинуясь порыву, я обнял подругу, и она прильнула ко мне, прикрыв глаза и едва не мурлыча от удовольствия.

В какой-то момент Дана вдруг насторожилась. Краем глаза я заметил движение над озером и, повернувшись, увидел зависшее над водой желеобразное существо, испускающее мягкий розовый свет. Оно вытянуло множество жгутиков и принялась водить ими в воздухе, касаться воды и дрейфующих трупов.

– Уходим, быстро! – шепнула Дана, бросая недоеденного угря.

Тем временем над всей немаленькой поверхность озера летали уже десятки таких же розовых медузоподобных существ. Одни были почти прозрачными и невесомыми, другие казались плотнее, обладали более длинными щупальцами и больше походили на спрутов. Я не мог понять, откуда взялись эти цефалоподы, пока один из них прямо на моих глазах не появился над лежащей на берегу тушей. Медуза просто выплыла словно из невидимой складки в пространстве – сначала в воздухе появился один ее кончик, затем за ним потянулось остальное существо.

Мы побежали прочь, но несколько существ выплыло прямо перед нами, преграждая дорогу. Дана тут же бросила в них огненный сгусток, но он просто исчез без следа. Тогда элиска прыгнула. Я приготовился увидеть, как моя подруга рвет зыбких медуз голыми руками, но в следующий миг мое сердце рухнуло.

Дана забилась в конвульсиях, нанизанная на длинные темные когти, пронзившие ее тело. Когти принадлежали странному сгорбленному существу, что появилось перед медузами, присев на корточки на согнутых мощных задних лапах. Передние конечности походили на человеческие руки, только необычайно длинные и узловатые, с кинжалами темных когтей на каждом пальце. На теле существа словно водоросли колыхались длинные наросты, испускающие такой же розовый свет как у медуз. Один из наростов впился в Дану, отделился от существа и светящейся розовой пиявкой скрылся под кожей девушки. Все это время разумная тварь пристально вглядывалась в меня своими черными глазами без зрачков.

Дана закашлялась кровью и обмякла, а я наконец вышел из ступора и бросился вперед, но тут же был отброшен ударом в грудь от выстрелившего стрелой розового отростка. Пиявка быстро втянулась внутрь, и у меня в груди стало нестерпимо жечь. Я вскочил, не обращая внимания на боль, и вновь рванул вперед. Выплывшая передо мной розовая медуза просто расплескалась брызгами, и я почти дотянулся до изумленной черноглазой морды, но моя рука прошла сквозь пустоту. Трусливая тварь исчезла вместе с Даной. Я огляделся бешеными глазами, но не обнаружил никаких следов. Все медузы тоже пропали.

Из моей груди вырвался горестный крик, из глаз брызнули слезы. Дана. Мое последнее родное существо, моя надежда. Даже ее отобрали. Я не успел осознать, насколько ценной для меня стала моя спутница. А теперь я снова один в этом гребаном мире. Я бессильно упал на колени и спрятал лицо в ладонях. Такое ощущение, что мое сердце вырвали, оставив от меня безжизненную оболочку.

Глава 9

Неизвестно, сколько я просидел на коленях. Что-то булькнуло в озере, и я дернулся, но увидел лишь плавающий на поверхности труп какой-то рыбы. Я безразлично перевел взгляд на то место, откуда исчезла тварь, укравшая Дану. В глазах у меня до сих пор стоит образ тела элиски, повисшего на пронзивших его когтях. Образ вдруг резко изменился, и вместо Даны я увидел нашего бортового медика Джошуа, а вместо когтей – стеклянные иглы.

– Ирвин, – прошептал Джош, глядя на меня.

Я тряхнул головой, проморгался, и наваждение исчезло. Не хватало еще сойти с катушек. Я повернулся в сторону темнеющего над стеклянным деревом неба, и мне показалось, что вспышки молний стали ближе. Может и правда подождать, пока Джош с остальными придут за мной?

И тут меня словно током ударило. Злость наконец превысила критическую массу и взорвалась в груди. Хлесткая пощечина самому себе разбила тишину вдребезги и помогла мне взбодриться. Какого черта я тут расселся? Мою Дану похитили! Дану, что все это время спасала меня, таскала на себе и выхаживала. В мире, где под каждым камешком притаился монстр, готовый тебя сожрать, она протащила на своем плече мое бездыханное тело десятки километров. А теперь, когда я ей нужен, я сижу и жалею себя! Туман безысходности в голове стал рассеиваться, оцепенение спало.

Сконцентрировавшись на своих ощущениях, я поймал нужное. Вот оно. Едва уловимо, но я чувствовал Дану. Связь между нами никуда не делась. Сосредоточившись, я ощутил направление. Это было странное чувство. Сродни инстинкту перелетных птиц, нечто вроде внутреннего компаса. Посмотрев в ту сторону, я увидел далекую горную цепь. Похоже, мне надо за нее.

Пока я медитировал, то почувствовал кое-что еще. Чертова пиявка в моей груди, которую оставил этот ублюдочный погонщик медуз. Кажется, мое тело ее каким-то образом обезвредило. Но все равно остается странное ощущение чего-то инородного. По крайней мере, пиявка меня пока не беспокоит, так что хрен с ней. Сейчас есть дела поважнее. Нужно поскорее добраться до Даны. Неизвестно, какие планы у похитившей ее твари. То, что девушку не сожрали сразу, еще ничего не значит.

Оставаться на месте стало невыносимо, я сорвался и побежал, ориентируясь на возвышающиеся вдалеке горы. Бежать было довольно легко, и я развил приличную скорость, но не чувствовал никаких признаков одышки или усталости. Сейчас я, наверное, сумел бы двигаться с Даной на равных.

Я со злостью пнул какой-то подвернувшийся под ногу камень, запустив его в воздух на манер футбольного мяча. Спохватившись, я взглянул на свою ногу, но на пепельной коже не было даже царапины. Также я с удивлением увидел, что выгрызенные подводными тварями места на моем теле полностью восстановились, а я этого даже не заметил.

Продолжая бег, я принялся размышлять. Много странной чертовщины произошло с моим телом. Оно приспособилось к местной атмосфере, научилось восстанавливаться, стало нечеловечески сильным и выносливым. Я теперь чертов супермен! Теперь трюк Даны с отращиванием откушенной кисти больше не кажется чем-то невероятным. Что же на меня так повлияло? Посещение аномалии в пустыне возле статуи? Местный воздух? Излучение звезды? Или все вместе?

Задумавшись, я запнулся и кубарем покатился вниз по склону холма. А когда стал подниматься, то наткнулся на несколько пар глаз, внимательно следящих за мной. Я замер, пока до меня не дошло, что передо мной какое-то растение с пышными листьями, причудливый узор на которых напоминает страшную морду с выпученными глазами.

На всякий случай я принялся обходить пугающие кусты и стал продираться через заросли бурой травы высотой в полтора моих роста. Вскоре мои босые ноги захлюпали по воде, и я понял, что могу запросто забрести в болото. Неподалеку возвышалась каменная гряда, и я пошлепал в ее сторону. Хватаясь за торчащие камни, я взобрался на самый верх и огляделся. С левой стороны действительно виднелось небольшое болотце, которое можно будет обойти. Затем относительно сухой участок снова перейдет в болотину, которую удобнее обогнуть по левому краю. А дальше виднеется нечто вроде леса.

Возле дальнего болотца была еще одна каменная гряда, похожая на ту, на которой я стою. Приглядевшись к ее необычным очертаниям, я похолодел. С моего ракурса эта штука подозрительно походит на нечто биологического происхождения. Какое-то спящее или мертвое животное? Я со страхом посмотрел на «гряду», что была подо мной, ожидая заметить движение. Все было тихо. С замирающим сердцем я принялся осторожно слезать, цепляясь за каменные наросты. К счастью, эта штука так и не пошевелилась, и я поспешно зашлепал прочь по намеченному маршруту.

Болотистую местность я миновал без приключений, и вскоре передо мной встала опушка леса. Однако, вместо деревьев здесь росло нечто, похожее на огромные грибы. Здесь были и высокие толстые ножки без шляпок, что возвышались словно стволы, и приземистые круглые грибы, высотой мне по пояс. Кое-где свисали склизкие купы, а в некоторых местах стояли отвратительного вида кусты из тонких ветвящихся грибов, покрытых черной паутиной. Что, если какие-то из них ядовиты, и я упаду замертво, вдохнув грибные споры или коснувшись кожей слизи?

Немного постояв, я чертыхнулся и пошел вперед, отбрасывая сомнения. Может, это и безрассудно, но похитившая Дану тварь вряд ли будет дожидаться вечность, пока я приду. А без знаний местной природы невозможно искать чистый и безопасный маршрут, если такой вообще существует. Так что буду надеяться на устойчивость своего изменившегося организма.

Зайдя в грибной лес, я стал осторожно продвигаться вперед, внимательно глядя под ноги. Но все равно через некоторое время оказался по колено в слизи и заляпан черной паутиной. Я не из тех людей, кто может пройти по грязи в белоснежной одежде, не оставив на себе и пятнышка. Всегда таким поражался.

Когда на меня что-то капнуло сверху в первый раз, я вздрогнул и стал задирать голову, но вскоре привык к постоянно капающей влаге. Несколько раз я поскальзывался, а однажды вообще провалился сквозь пленку в неожиданно глубокую полость со слизью. Пока вылезал и отплевывался, заметил плавающих в этой полости мелких червячков. Меня чуть не стошнило, я стал прыгать и с отвращением стряхивать с себя эту жижу, словно собака.

В одном из участков леса мне встретился гигантский гриб размером с целый дом. Он весь шевелился от ползающих по нему толстых синих гусениц. В воздухе стоял скрип от челюстей метровых насекомых. Я поежился, чувствуя себя Алисой, выпившей уменьшающий эликсир, и поспешил пройти дальше.

От идеи взобраться для разведки по одному из высоких скользких грибов пришлось отказаться. Пока что буду идти напрямик и довольствоваться своим внутренним компасом, примерно указывающим направление. Однако, вскоре мне пришлось поплатиться за это решение.

Я вышел на большое открытое место и с любопытством уставился на семейство крупных, покрытых плитами брони животных, что с чавканьем и похрюкиванием уплетали колонию густорастущих коричневых грибов. Существа не обратили на меня внимание, и я решил осторожно обойти их по краю поляны. Но неотрывно глядя на пасущихся броневиков, я совершил ошибку и забыл смотреть под ноги.

Когда я наступил на что-то твердое, из низких грибных зарослей подо мной вдруг с визгом прыснули несколько мелких особей. Это были копии бронированных животных, только цвет их шкурок был посветлее. Я замер, в надежде, что все обойдется. Ближайшая ко мне самая крупная зверюга повернула морду в сторону звука. Из-под мощных костяных наростов на массивном лбу на меня уставилось несколько глаз. Ноздри животного стали раздуваться. Я медленно попятился, но было уже поздно.

Земля затряслась, грибы с кусками дерна полетели из-под лап толстокожего монстра. Я бросился в сторону, и едва разминулся с острыми костяными наростами на массивном лбу. Разъяренный зверь разнес пару мощных грибных стволов в труху и стал довольно резво разворачиваться. А я уже удирал со всех ног, стараясь петлять и держать между нами как можно больше крупной растительности. Правда, судя по приближающемуся сзади топоту, моя тактика не сильно помогает. Чего этот чертов носорог так взъелся? Я не хотел прерывать ваш семейный пикник на поляне! Откуда мне было знать, что под ногами будут твои дети!?. И я никого из них не задавил!

Предчувствуя удар в спину, я резко метнулся влево и ударился об изогнутый отросток какого-то гриба. Я тряхнул головой на бегу и ускорился. Благо, что гриб оказался мягким, иначе я рисковал нокаутировать себя и очнуться уже растоптанным.

Я бежал все быстрее, петляя по зарослям, словно заяц. Несущаяся по пятам смерть дышала в затылок, и от адреналина мое восприятие обострилось. Сам не заметил, как на ходу с разбега проскользил под сплетением толстых грибов, перепрыгнул заполненную слизью полость с мембраной и увернулся от укуса какой-то зубастой длинношеей твари.

Однако, все мои старания пропадали даром. Замедляясь на некоторых участках, броневик нагонял меня на других, снося все препятствия и рассекая джунгли, словно бешеный ледокол. Остается надежда, что с его габаритами он устанет раньше меня.

Я вдруг замер, покрывшись мурашками. Впереди оказался участок, густо покрытый прозрачной паутиной, от взгляда на которую волосы на моем загривке встали дыбом. У меня созрел план, и я повернулся лицом к приближающемуся броневику.

– Давай, торро! – крикнул я, и за неимением красной тряпки призывно замахал руками.

Время словно замедлило свой бег. На мгновение я успел заглянуть в глаза несущейся на меня безжалостной махины. В них была решимость растоптать меня, размозжить мое тело до состояния кровавой лепешки.

В последний миг я совершил отчаянный рывок, но бронированный бычара успел зацепить меня за ногу. Все вокруг завертелось, и из меня вышибло дух ударом. Похоже, я на лету со всего размаху снес ствол высокого гриба и шлепнулся в какой-то студень. Когда я с хлюпаньем вылез из дрожащей массы и огляделся, с губ непроизвольно слетело грязное ругательство. Броневик влетел в самую гущу прозрачной паутины, которая оказалась на удивление прочной. Но увы, судя по стремительно рвущимся нитям, зверь сейчас выберется и продолжит нашу гонку.

Я было решил воспользоваться форой и побежать, но тут меня накрыл озноб. Носорог-переросток перестал вырываться и неподвижно застыл, а я с ужасом уставился на множество зеленых огоньков возле него. Глаза гигантского прозрачного паука настолько притягивали, что мне пришлось дать себе пощечину. Я вдруг понял, что приблизился к паутине на несколько шагов, и даже этого не заметил!

Развернуться и побежать стоило огромных усилий. Я будто плыл в густом киселе, но постепенно становилось легче. Еще несколько минут на краю сознания я словно слышал чей-то шепот. Через некоторое время это прошло, но я не переставал оглядываться, с ужасом ожидая увидеть среди грибов зеленые паучьи глаза. Проклятая планета. Каких только жутких монстров здесь не водится.

Я поднял взгляд на небо и посмотрел на сияющий сквозь колышущиеся массы диск зеленой звезды. Я все больше понимаю, почему Дана при нашей встрече так отчаялась, потеряв кораса. Без огромного летающего биоробота не стоит выходить из дома. Выжить здесь мелким гуманоидам вроде нас с ней весьма проблематично.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.